10 октября 1966 г.

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Само собой разумеется, что в понедельник не было никаких съёмок. Вся местность, где должны были состояться съёмки, была размыты дождём; сценарий подразумевал пустыню, а наводнений в пустыне просто не бывает!

Итак, мы провели понедельник, пытаясь питаться и комфортно существовать без воды и электричества».

Синтия: «В доме нас всегда охватывало странное ощущение присутствия кого-то или чего-то, но что это было, никто опреде­лить не мог. Потом в комнате няни предметы начала таинствен­ным образом перемещаться, электричество то и дело выключалось и, в довершение всего, однажды утром Морин обнаружила, что ночная сорочка подвязана не спереди, а сзади, причём крепким узлом. Она была убеждена, что Ринго тут ни при чем».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Если кто-нибудь думает, что у нас только и было, что безумные вечеринки, может думать так дальше. Вся съёмочная группа состояла из мужчин. Вокруг не было никаких девушек. Полагаю, что одна женщина приходила на половину дня, но я её даже не видел. Ей было около сорока лет, или около того. Поэтому, всё, чем мы занимались по вечерам, это сидели в нашем доме в Санта-Изабель и играли в карты или другие игры. «Риск» была очень популярной (прим. – тактическая пошаговая стратегическая настольная игра, в которой участвует от двух до шести игроков). В целом же было очень некомфортно».

10 октября 1966 года вышел сингл «Хорошие Вибрации» (Good Vibrations) группы «Бич Бойз».

Джереми Паскаль (автор книги «История рок-музыки»): «Брайан Уилсон тяжело переживал провал альбома «Любимые звуки» (Pet Sounds) на американском рынке (прим. – вышел 16 мая 1966). По свидетельству его жены Мэрилин, он говорил: «Стоит ли вкладывать в дело всю душу?» К счастью, у него не опустились руки, и он создал ещё более великую вещь – «Хорошие Вибрации» (Good Vibrations). Поговаривают, правда, что она предназначалась для альбома «Любимые звуки» (Pet Sounds), но не вошла туда, потому что Брайан ещё не добился того, чего желал».

Брайен Уилсон (группа «Бич Бойз»): «Мне хотелось увидеть, на что я способен. Я старался достичь личной вершины – как автор, аранжировщик и продюсер».

Джереми Паскаль (автор книги «История рок-музыки»): «И это ему удалось. Такого сингла у нас ещё не было. Он поражал слух своей необычной структурой: он звучал так, словно был составлен из различных «движений», которые сливались, распадались и снова сливались. Мы ещё никогда не слышали такой сложной вокальной фактуры: было не вполне ясно, где кончался вокал и вступали инструменты, и наоборот. Слова казались бессвязными: переложенные на бумагу, они не имели смысла. Например: «Я слышу звук ласковых слов на ветру, который поднимает его аромат и несёт по воздуху». Но в сочетании с этой не от мира сего музыкой они внушали таинственное, чувственное впечатление. И мы никогда ещё не слышали такого инструмента, который завывал в самом конце (прим. – терменвокс – первый в истории электромузыкальный инструмент, прародитель современных синтезаторов).

Этой композицией Брайан Уилсон разрушил ещё один барьер в рок-музыке. На сей раз это оценили и в Англии, и в Америке. Брайан был доволен. Однако, каких усилий стоило записать сингл, мы узнали лишь спустя много лет».

Брайен Уилсон (группа «Бич Бойз»): «Мы записывали его полгода в четырёх разных студиях. Это был эксперимент с четырьмя студийными звуками – каждая студия имеет свой характерный звук. Вот отчего окончательное звучание получилось таким своеобразным».

Джереми Паскаль (автор книги «История рок-музыки»): «Брайан мог бы ещё добавить, что затраты на запись составили беспрецедентную сумму – 16 000 долларов! Ни один сингл не имел такого гигантского бюджета и не записывался так долго. Вообще-то, Брайан осознавал контраст между тем, что он определял как «сверхчувственное восприятие» хорошей вибрации заглавия и предельно чувственным, эротическим ощущением, производимым словами. Он планировал создать нечто новое. Этим новым стал звуковой монтаж, соединяющий музыку и секс».

Брайен Уилсон (группа «Бич Бойз»): «Композиция «Хорошие Вибрации» (Good Vibrations) была передовым ритм-энд-блюзом, но мы очень рисковали. Если на то пошло, из-за его сложности я не надеялся, что это проканает, но люди, несомненно, приняли сингл очень хорошо. Они ощутили, что музыка льётся сама по себе, что в ней есть естественность».

Джереми Паскаль (автор книги «История рок-музыки»): «Честно признаться, сингл оставлял нас, непосвящённых слушателей, в некотором ошеломлении и слегка захватывал дух. А ведь мы только слушали. Что же тогда он творил с музыкальными конкурентами Уилсона?! Должно быть, многие почувствовали, что сдаются».

9 октября 1966 г.

Ринго в Альмерии.

Синтия, Морин, Ринго.

Синтия: «Порыскав по Альмерии несколько дней, мы нашли, наконец, то, что искали».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «В воскресенье, в день рождения Джона, мы переехали на виллу Корхо-Ромера – великолепную старую испанскую виллу, расположившуюмя на холме за городом. Апартаменты были очень привлекательными и удобными – с прекрасным видом на море.

– На то, чтобы её исследовать, уйдут дни, – заявил Джон, пока мы переходили из комнаты в комнату на первом из четырёх этажей виллы. Мы восхищались обильной деревянной отделкой, великолепно украшенными потолками и величественным главным залом.

– Как будто декорации из фильма, – подытожил Ринго. – Так и ждёшь, что сейчас из-за угла появятся герои с мечами! Великолепное место для вечеринки!

– Вечеринка! Это мой день рождения. У нас должна быть вечеринка, – воскликнул Джон.

– Мы отпраздновали вчера вечером, – слабо вставил я.

– Ну да, и мы сделаем это сегодня вечером, – сказал Джон. – Если хотите, это можно назвать разогревом виллы.

– Эй, у вас тут игровая комната, – произнёс Ринго. – Давай позже сыграем в настольный теннис».

Синтия: «Это бы­ла огромная вилла. Там было всё: плавательный бассейн, заросший зелёной ряской от долгого неупотребления, тишина и – в этом мы были абсолютно уверены к концу нашего там пребывания – даже привидения. Когда-то в этом здании был женский монастырь.

Вечер, к которому мы тщательно готовились, начался прекрасно. Мы все собрались в местном ресторане и оттуда поехали на виллу».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Вечеринка по случаю «разогрева виллы» в тот вечер совпала с одним из самых страшных штормов, которые Альмерия когда-либо переживала на памяти местных жителей. Обычно там бывает не более пяти дождливых дней в году. Эта буря застала всех врасплох».

Синтия: «У всех было приподнятое настроение. Приехав на место, мы начали раздавать гостям напитки, организовали музыку для тех, кто хотел танцевать. Всё шло замечательно, и тут началось».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Проливной дождь сопровождался сильным ветром».

Синтия: «Погода переменилась, завыл ветер, хлынул ливень и засверкали молнии. Всё как в фильме ужасов. Сначала погас свет, и мы оказались в кромешной тьме».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Вечеринка только началась, когда погасли все огни, поэтому мы носились взад-вперёд, пытаясь найти, где находятся предохранители. Зря искали. Кабели электроснабжения были повреждены ураганом по всему району. И телефонные линии тоже были отключены. Наконец мы нашли свечи, и у нас появился свет. И, в конце концов, свечи добавили вечеринке определенно романтическую атмосферу, а отключение электричества стало скорее преимуществом, а не катастрофой».

Синтия: «Мы заранее готовились к худшему, и на всякий случай запаслись набором свечей. Комната, в которой мы устроили вечер, по своим размерам и атмосфере была настоящим баронским залом.

Как только мы зажгли все свечи и расставили их буквально на каждой свободной поверхности, атмосфера драматически и таинственно из­менилась. Вот тогда я уверовала в то, что на вилле живёт множество прекрасных духов. Огоньки многочислен­ных свечей мерцали и плясали как живые. Лица гостей освещались тёплым, почти религиозным светом. Как будто всё это было зара­нее отрепетировано, мы разбрелись по залу, образовав маленькие группки. Вдруг кто-то запел. В зале сразу стало тихо, воздух как бы застыл, и в этой атмосфере зазвучал необыкновенно прекрасный хор. Всех как будто объединила идеальная музыкальная и духовная гармония. Это поис­тине волшебное ощущение продолжалось примерно полчаса. Затем, как будто по знаку какой-то невидимой силы, электричество сно­ва появилось, и волшебные чары сразу же исчезли. Я абсолютно убежде­на в том, что наши голоса и тела были тогда проводниками духов».

8 октября 1966 г.

Нил Аспинал (персональный помощник “Битлз”): «В Испании дождь идёт главным образом на равнине, но когда Джон праздновал свой 26-й день рождения на испанском косогоре, он разразился ливнем. Он решил отпраздновать свой день рождения в апартаментах вечером 8 октября. Официально его день рождения 9 октября, но вечеринка состоялась днём раньше, потому что на следующий день Джон собирался переехать на новое место.

Джон и Син подружились с Майклом Кроуфордом и его женой, которые снимали квартиру неподалёку. Кроуфорды чувствовали себя немного стеснёнными, потому что с ними был их прелестный маленький шестимесячный ребёнок и няня. А за три дня до дня рождения Джона к нам должны были приехать Ринго и Морин.

– Знаешь, что мы должны сделать? – предложил Джон вечером, сразу после того, как мы узнали, что Ринго и Морин приезжают в Испанию. – Мы должны арендовать одну из тех фантастических старых вилл за городом.

Кроуфордам идея понравилась. Все хотели больше простора в помещении и большую комнату для совместного времяпрепровождения и развлечений.

На весёлую вечеринку с танцами по случаю его дня рождения приглашение получила вся съёмочная группа, и, поверьте уж мне, это была буйная ночь! Альмерия – это довольно-таки отдалённое место, и там нет большинства форм ночной жизни, поэтому вечеринка стала одним из немногих, по-настоящему значительных событий месяца».

Джеффри Джулиано (автор книги “Иллюстрированный Джими Хендрикс”): «Одним из известных завсегдатаев нью-йоркского кафе “Уа?” (прим. – музыкальный клуб с 1959 года на углу Макдугал-стрит и Минетта-лейн в районе Гринвич-Виллидж на Манхэттене) была Линда Кейт, лондонская супермодель и подружка гитариста “Роллинг Стоунз” Кита Ричардса. Стоило ей один раз увидеть выступление Хендрикса, как она сразу же поняла, что он – потенциальная звезда. Ко всему прочему она знала, кто именно может сделать из него звезду. Чес Чендлер – басист группы “Энималз” находился в то время в Нью-Йорке с прощальным гастрольным турне и как раз искал талантливых молодых музыкантов. Восторженная Линда привела его в клуб как раз в тот момент, когда Джими исполнял свою версию песни Билли Робертса “Хей, Джо” (Hey Joe). Волей судеб это была как раз та песня, которую Чендлер планировал для своего дебюта в качестве менеджера.

После того как Джими закончил выступление, Чес усадил его рядом с собой и сказал: “Я считаю, что ты станешь сенсацией в Лондоне. Я могу оплатить твой проезд туда, и стать твоим менеджером”. «Если уж я и поеду в Лондон, то только в том случае, если ты сведёшь меня там с Эриком Клэптоном”, – потребовал Джими. На том и порешили.

В сентябре 1966 года Чес Чендлер привёз в Лондон найденного им в США феноменального гитариста и занялся поиском музыкантов для его будущей группы.

Через несколько дней после прибытия в Лондон Чес выполнил своё обещание и не только познакомил Джими с Клэптоном, но и организовал ему джем с музыкантами только что основанной группы “Крим”».

Стивен Дэйвис (автор книги “Время собирать камни”): «Осенью 1966 года “Роллинг Стоунз” не были самой популярной группой в Лон­доне. Хотя “Битлз” и прекратили выступления, они по-прежнему оставались королями. У более молодых любителей музыки “Стоунз” вышли из моды, и они предпочитали “Смэлл Фейс” и “Ху”. Эрик Клэптон, поклонник “Стоунз” ещё со времён клуба “Кроудэдди”, покинул “Ярбёрдз” после выхода их первого альбома и стал гитарной звездой той эпохи (стены домов, где он появлялся, украшала надпись: “Клэптон – Бог”. Новая группа Клэптона – “Крим”, мощное рок-трио, была самой сильной в стране».

Майкл Ханн, (автор публикации “Эрик Клэптон создаёт культ гитарного героя”, 2011 г.). «Самое раннее известное употребление фразы “Клэптон – Бог” появилось в виде граффити, нарисованного неизвестным поклонником на стене в Ислингтоне, Лондон».

В 1965 году станцию лондонского метро “Ислингтон” украсило граффити “Клэптон – Бог”, и скоро эта фраза появилась на других стенах британской столицы. Фото Роджера Перри.

Рут Хьюз, (автор публикации “Рок-легенда Эрик рассказывает: граффити “Клептон – Бог” было трюком”, 2016 г.): «В 2016 году Клэптон предположил, что граффити было нарисовано Хэмишем Граймсом, промоутером, который работал на менеджера группы “Ярбёрдз”».

Эрик Клэптон (1987): «Я никогда не считал себя величайшим гитаристом в мире. Я всегда хотел быть величайшим гитаристом в мире, но это верх совершенства».

Стивен Дэйвис (автор книги “Время собирать камни”): «В Лондон приехал Джими Хендрикс. Однажды вечером он зашёл в клуб, где выступали “Крим”, попросился сыграть с ними, исполнил песню “Бойня” (Killin Floor) Воющего Волка и закончил её, перебирая струны зубами. Клэптон вынужден был сойти со сцены. Новый гений явился с неба, подобно падшему ангелу. Джими произвёл шокирующее впечатление на всех британских поп-звёзд, которые поня­ли, что он отнюдь не один из них, а является подлинным воплощением рок-музы­канта и будет оставаться таковым до конца своей жизни (прим. – “Бойня” (Killin Floor) – песня американского блюзового певца, сочинителя песен и гитариста Хаулин Вулфа (Воющий Волк); настоящее имя Честер Артур Бёрнетт)».

Эрик Клэптон (участник группы “Крим”): «Насколько помню, он играл номер Хоулин Вулфа “Бойня” (Killin Floor). Но как он это делал! Играл на гитаре зубами лёжа на полу, держа гитару за головой и чуть ли не садясь на шпагат! Я повернулся к Чесу и спросил: “Всё, что я вижу, происходит на самом деле?”. Это было невероятно!».

Джинджер Бейкер (участник группы “Крим”): «Я видел, что Джими был выдающимся гитаристом, с этим невозможно было спорить. Но когда он начинал все эти свои штучки, падал на колени, играл зубами… меня это только раздражало. Все участники “Крим” были, прежде всего, музыкантами и чурались подобной ерунды».

Джими Хендрикс.

7 октября 1966 г.

Джордж: «В Индии я видел самых разных людей, многие из них пели, и это была смесь невероятных событий, когда Махараджа проезжал сквозь толпу на спине слона, и вокруг поднимались клубы пыли. Для меня это всё было невероятным кайфом».

Патти: «Потом мы отправились на фестиваль «Кумбх мела» (Праздник кувшинов), самое священное из всех мест паломничества, которое привлекает миллионы людей со всей Индии. Мы оказались в толпе примерно из трёх тысяч человек, большая часть из которых пришла пешком. Мы наблюдали, как это строение заполнялось, поднималась розовая пыль, и в отдалении я видела махараджа верхом на слоне, за которым следовал принц на слоне поменьше. Они спешились и уселись на возвышении, где двое слуг укрыли их от жары, обмахивая опахалами из павлиньих перьев.

Тем временем один человек сидел у наших ног с обрезком бамбуковой палки. Он то и дело наклонялся вперёд и засовывал свой язык в эту полую палку. Рави Шанкар сказал нам, что внутри её находится ядовитая змея: всякий раз, когда человек засовывает язык, змея его кусает, и это доставляет ему наслаждение.

Когда все собрались, мы посмотрели религиозную пьесу с деревянными персонажами высотой в шесть метров, установленными на тележки с колёсами, которые ездили туда-сюда по арене. У меня было такое чувство, словно меня перенесли на две тысячи лет назад, в библейские времена».

5 октября 1966 г.

Джошуа М.Грин (автор книги «Здесь восходит солнце»): «Джордж и Патти отправились в Бенарес – древний город на берегу реки Ганг. Тысячи па­ломников собрались в этом городе, чтобы в течение месяца слушать, как декламируют Рамаяну, историю Рамы, который был воплощением Бога и идеальным ца­рём, правившим, согласно индийским учёным, приблизи­тельно в 3 500 году до нашей эры. По всему городу до самого горизонта раскинулись прижавшиеся друг к другу джутовые палатки. В Бенаресе начинался фестиваль. С реки дул свежий ветер, колыхавший разноцветные флаги и знамёна. Тысячи костров распространяли запах горя­щей древесины, благовоний и камфары. Восседая на сло­не, прибыл сам Раджа Бенареса».

Джордж: «Я отправился в город Бенарес, где проходил религиозный праздник Рамила. Он проходил на участке площадью от 300 до 500 акров в течение месяца, и на этот праздник собрались тысячи праведников. Во время этого праздника махараджа всех кормит и там собираются разные люди, в том числе и отшельники садху. В Англии, Европе или на Западе этих святых людей назвали бы бродягами и арестовали бы, но в таком месте, как Индия, их можно встретить повсюду. Они не работают, у них нет номера социального страхования, нет даже имён, кроме собирательного – их называют санньясинами, и некоторые из них похожи на Христа. Это действительно одухотворённые люди. А ещё есть много чокнутых, похожих на Аллена Гинзберга. Вот откуда у него весь этот прикид – всклокоченные волосы, курение трубочек, называемых чилумами, и курение гашиша. Британцы долгие годы пытались не давать индийцам курить гашиш, но они курят его так давно, что уже не могут без него обойтись».

Патти: «Мы посетили священные пристани Бенареса, где кремировали людей и рассеивали их прах над Гангом. Это было поразительное зрелище – видеть, как на берегу сжигают тела. Пока мы сходили с лодки чтобы подняться на пристань, я не могла отвести свой взгляд».

4 октября 1966 г.

Ринго и Морин отправляются в Альмерию.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Ринго и Морин прилетели в Альмерию, чтобы провести несколько дней с Джоном».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Ринго с Морин приехали к нам за три дня до празднования дня рождения!».

Ринго: «Ближе к концу 1966 года, когда Джон был в Испании на съёмках фильма «Как я выиграл войну», я отправился к нему, чтобы провести с ним время, потому что ему было одиноко. Мы всегда поддерживали друг друга.

Мы с Морин решили остановиться с Майклом Кроуфордом, который играл с Джоном в фильме».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Вместе с Ринго явился ещё какой-то парень с коробкой шоколадных конфет, начинённых марихуаной. Он открыл её и сказал: «Мы с Брайеном аккуратно упаковали её для вас». И тут всё содержимое высыпалось из коробки прямо на ворсистый ковёр – вот спасибо!»

Ринго: «Джон вскоре признался, что ему не по сердцу ни актёрская профессия, ни сами актёры».

Джон: «Прошедшие шесть лет я был просто Битл. Это была простая жизнь, и я часто веселился, но вечно это не могло продолжаться. Мы стремились к чему-то другому. Джордж в Индии брал уроки игры на ситаре. Пол занимался украшением своего нового дома в Лондоне, что ему долгое время не удавалось сделать. Ринго приехал на неделю смотреть, как снимаются фильмы. У каждого из нас были свои проблемы, заботы, и перед каждым стоял вопрос, что делать дальше?»

3 октября 1966 г.

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Когда Брайена выписали из больницы, было решено, что он некоторое время отдохнёт в специальной клинике в Патни».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Брайен Эпстайн был вынужден покинуть реабилитационную клинику, чтобы опровергнуть постоянные сообщения прессы о том, что Пол собирался объявить о своём уходе из «Битлз». Он сообщил, что пока Джон снимается в Испании, Пол работает над звуковой дорожкой к фильму под названием «В браке, или всему своё время» (прим. – фильм «По-семейному», имевший рабочее название «В браке», по пьесе Билла Нотона «Всему своё время»)».

beatlesbible.com: «16 октября кинокомпания «Юнайтед Эртистс» объявит, что фильм выйдет под названием «Всему своё время», и что Леннон с Маккартни вместе напишут саундтрек».

Пол: «Если вы наделены способностью сочинять музыку, то можете работать в различных форматах. Я всегда восхищался людьми, для кого это является профессиональной способностью – великими коллегами из прошлого по написанию песен, такими как Роджерс и Хаммерштейн или Коул Портер. Меня всегда восхищал тот факт, что они могут написать как мюзикл, так и музыку к фильму.

Так что музыка к фильмам была для меня интересным развлечением, а поскольку Джордж Мартин мог и писать, и делать аранжировки – и у него это неплохо получалось, – мы с ним получили от братьев Боултинг предложение написать музыку для фильма «По-семейному».

Я посмотрел фильм и решил, что он великолепный. Он всё ещё мне нравится. Очень мощный и эмоциональный – сентиментальный, но хороший для своего времени. Я хотел написать музыку для духового оркестра, потому что в «Битлз» мы использовали самую разную музыку, но, может быть, духовой оркестр получился слишком северным и «ховисным» (прим. – «Ховис» – торговая марка хлеба, запатентованная в 1887 году Ричардом Смитом; в знаменитой телерекламе «Ховис» в северном промышленном городе мальчик-пекарь толкает свой велосипед вверх по крутому холму под аккомпанемент духового оркестра, играющего симфонию Нового Света). Мне до сих пор это нравится. Мой отец играл на трубе, а его отец играл в духовом оркестре, так что у меня есть к этому склонность. Для фильма я выбрал что-то вроде «духового оркестра», чтобы отразить северный характер истории, и я прекрасно провёл время.

За саундтрек мы получили премию Айвора Новелло – за лучшую песню из фильма, пьесу под названием «Любовь под открытым небом» (Love In The Open Air), к которой Джонни Мерсер чуть было не написал слова, но я не знал, кто он такой. Позже я понял: «О, это же тот Джонни Мерсер! Ты имеешь в виду величайшего поэта-песенника на планете!» Нужно было это сделать. Неважно, что этого не произошло, но сочинять было в удовольствие».

Джон работает над песней «Земляничные поляны навсегда» (Strawberry Fields Forever). Фото Дугласа Киркланда. 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «В Испании Джон написал песню «Земляничные поляны навсегда» и сыграл её мне».

Джон: «В промежутках между съёмками, чтобы как-то убить время, я сочинял песню «Земляничные поляны навсегда». Сначала придумал слова, а потом на гитаре подобрал мелодию. У меня тогда было много свободного времени, и я мог поразмышлять один, без других».

Майкл Кроуфорд (актёр): «Во время съёмок фильма по вечерам мы мало чем занимались, разве что играли в «Монополию» и «Риск». Джон был очень загадочным персонажем. В нём не было большой открытости, откровенности. В то время он работал над песней «Земляничные поляны». Сидел в спальне и подбирал на гитаре мелодию. Я слышал, как он снова и снова проигрывал один и тот же такт, пока у него не выстраивалась правильная последовательность. Было интересно наблюдать, как пишется песня. В то время я ничего не знал о том, как рождается текст песни или почему он писал именно так».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Согласно демонстрационным записям, сделанными в Альмерии, Кроуфорд, несомненно, слышал, как Джон снова и снова играл второй куплет, который на тот момент у него был единственным».

Майкл Кроуфорд (актёр): «Обычно он сидел, скрестив ноги, на пляже или кровати. Было два места, где его можно было увидеть с гитарой. Он сочинял песню: «Земляничные поляны навсегда», но не уверен. И я говорю ему: «О, здорово, Джон. Действительно, хорошая песня. Я бы не стал с ней дальше возиться!» Просто она так хорошо звучала, а он повторял: “Не уверен, не уверен”».

Из интервью Джона Леннона Джонатану Котту, журнал «Роллинг Стоун» 18 сентября 1968:

Джонатан Котт: Я слышал, что ты написал песню «Земляничные поляны», сидя в одиночестве на берегу моря.

Джон: Да, это было в Испании, когда мы снимали фильм «Как я выиграл войну». На меня тогда нашло вдохновение, – знаешь, это бывает время от времени, – но я сочинил её не сразу, а по частям. Я хотел, чтобы текст выглядел как обрывки разговора. Не всё получилось, одна строфа вообще вышла нелепой. Я хотел, чтобы получилось так (Джон поёт и говорит): «Мы разговариваем, я ещё и пою, но это случайно», – что-то вроде этого. Это очень спокойная песня. Часть её была написана в большом испанском доме, а закончил я её на берегу моря. Это было очень романтично – берег моря, абсолютная тишина, пение… Я был так увлечён, что даже не помню, с кем я там был.

Джонатан Котт: Не считаешь ли ты, что в этой песне есть что-то необычное?

Джон: О да, определенно – да. Я был полностью захвачен ею.

Джонатан Котт: О твоих песнях, в частности о «Земляничных полянах», написано много статей, пытающихся вскрыть их философскую подоплёку…

Джон: Да, их можно разложить на части и анализировать. Разложить можно всё что угодно. Дело в том, что тексты моих песен можно воспринимать на разных уровнях. Мы все, и я в том числе, пишем такие тексты, смысл которых обнаруживается лишь впоследствии. Особенно это относится к нашим лучшим песням.

2 октября 1966 г.

Хантер Дэвис (газета «Санди таймс», 1966): «Пол Маккартни живёт в своём новом особняке в Сент-Джонс-Вуд. Он живёт один. За домом присматривают мистер и миссис Келли. Ничего более формального, чем экономка и дворецкий. Их работа, по его словам, состоит в том, чтобы просто «прийтись ко двору».

Дом окружён высокой стеной с черными воротами, оснащёнными электроприводом, чтобы скрыть от чужих глаз жизнь, не связанную с «Битлз». Внутри тщательно подобранная старинная мебель. Ничего кричащего, вычурного или даже дорого выглядящего. Обеденный стол покрыт тонкой кружевной скатертью. Аристократичность рабочего класса.

Маккартни вместе с Джоном Ленноном является автором песни под названием «Элеонор Ригби». Ни одна из песен поп-музыки на данный момент не имеет лучших слов и музыки.

«Я сидел за пианино, когда мне пришла идея песни. Прямо как Джамми Дюранте (прим. – Джеймс Фрэнсис «Джимми» Дуранте – американский певец, пианист, комик и актёр). Появились первые несколько тактов, и в голове появилось имя – Дейзи Хокинс, которая собирает рис в церкви, где была свадьба. Не знаю, почему.

Я могу услышать целую песню в одном аккорде. На самом деле, думаю, что можно услышать всю песню в одной ноте, если прислушаться достаточно внимательно. Но никто никогда не слушает достаточно внимательно.

Хорошо, решил я, это часть Жанны д’Арк. Ничего большего я придумать не смог, поэтому отложил песню на день. Потом мне пришло в голову имя отца Маккартни и одиноких людей вообще. Я решил, что это должен быть мой папа, штопающий свои носки. Но папа вполне доволен своей жизнью, поэтому я просмотрел телефонную книгу и нашел имя Маккензи.

Я был в Бристоле, когда решил, что Дейзи Хокинс – неподходящее имя. Я ходил по магазинам и увидел имя Ригби. Понятно? Быстро перемещаемся на Бристоль. Я увидел всё это как голливудский мюзикл…

Потом я пришёл с песней к Джону в его дом в Уэйбридже. Мы сидели прохлаждаясь, смеялись, нажрались в дупель и закончили песню. Я задумался о музыкальном сопровождении, но закончил её Джордж Мартин. Он знает, что я имею в виду.

Все наши песни рождаются в нашем воображении. Элеонор Ригби никогда не существовало.

Кто-то из нас может придумать песню полностью, а другой просто добавить немного. Или предложить альтернативные строчки в тексте. Мы никогда не спорим. Если один из нас говорит, что ему что-то не нравится, другой соглашается. Это не имеет большого значения. Я серьёзно отношусь к тому, чтобы быть автором песен, но не сильно переживаю о каждой песне.

«Элеонор» – это большой шаг вперёд с точки зрения композиции. Но это не значит, что песня «Жёлтая подводная лодка» плоха. Она написана как коммерческая песня, как детская песенка. Многие спрашивают: «Жёлтая подводная лодка? Что это значит? Что за этим стоит?» Ничего. Дети это понимают сразу. Им всё понятно. Только потом они путаются.

Однажды я попытался написать песню под чужим именем, просто чтобы посмотреть, не продаются ли наши песни только из-за имён Леннон-Маккартни. Это была «Женщина» для дуэта Питер и Гордон. Она стала у них небольшим хитом. А потом выяснилось, что это был я. Я понял это, когда увидел на концерте баннер с надписью «Да здравствует Бернард Уэбб».

Я на самом деле не умею играть на пианино, читать или записывать нотную грамоту. В своей жизни я три раза пытался научиться этому, но ни разу не продержался дольше трёх недель. Последний парень, к которому я ходил, был великолепен. Уверен, что он мог бы многому меня научить. Я мог бы вернуться к нему ещё раз. Это просто изображение условными знаками… то, как записываются ноты, но для меня это не похоже на музыку.

Джон сейчас снова пробует себя в роли актёра, а Джордж увлечён игрой на ситаре и всякими индийскими штучками. Ему повезло. Как везёт тем, у кого есть религия. Я же просто интересуюсь тем, что мне нравится. У меня есть на это время и деньги.

Люди думают, что мы не тщеславны, но это так. Если вы спросите меня, хорошие или плохие песни я пишу, то было бы глупо сказать, что плохие, не так ли? Это правда, что нам повезло, но мы добились этого только благодаря тому, что сделали.

Снаружи дежурят девочки. Я их не презираю. Не думаю, что этим поклонники унижают себя. В Ливерпуле в театре «Эмпайр» я стоял в очереди, чтобы получить автограф Ви Уилли Харриса. Я хотел его получить. Не думаю, что я глупо себя вёл.

Я могу позволить себе выходить на публику и гулять больше, чем думают люди, и быть неузнанным. Окружающие просто не верят тому, что это я. Они правда не ожидают увидеть меня на улице, поэтому это сходит с рук.

Думаю, что мы сможем оставаться «Битлз» столько, сколько захотим, сочинять песни, записывать пластинки. Мы все ещё развиваемся. У меня нет амбиций, я просто получаю от этого удовольствие. У нас было достаточно самомнения, желания быть известными, и мы не могли бы сделать лучше, чем сделали, не так ли?»

1 октября 1966 г.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В октябре друг Пола Маккартни, арт-дилер Роберт Фрэзер, в своей лондонской галерее организовал выставку художника Ричарда Гамильтона. Пол помог развесить некоторые работы, купил одну из них на открытии выставки, а также рекомендовал Джону посетить выставку после возвращения из Испании».

прим. – Ричард Гамильтон – один из самых значительных и влиятельных британских художников ХХ века; в 1968 году «Битлз» предложат ему оформить обложку их нового альбома.

Пол: «Фрэзер был одним из самых влиятельных людей лондонской сцены шестидесятых и лучшим знатоком искусства, которого я когда-либо видел и когда-либо встречал».

Мик Джаггер: «Он гуру вкуса для обеих групп».

Джим Дайн (художник): «Фрэзер был самым необычным человеком, которого я когда-либо встречал. Он ощущал искусство и в этом был прекрасен».

прим. – Картина Рене Магритта, которую Фрэзер оставил в доме Маккартни на Кавендиш-авеню, вдохновит «Битлз» на создание логотипа «Эппл».

Кит Ричардс (группа «Роллинг Стоунз»): «Люди вокруг были интереснейшие. Капитан Фрэзер отслужил в Королевских африканских стрелках – он тянул лямку в Уганде, а Иди Амин ходил у него в сержантах. А теперь он превратился в Земляничного Боба, скользящего по паркету в шлепанцах и раджастанских штанах в ночные часы, а днём натягивавшего по-гангстерски строгий костюм в полоску и галстук в горошек. Галерея Роберта Фрэзера – на тот момент это фактически был передний край искусства. Он делал показы Джима Дайна, представлял Лихтенштайна. Он впервые привёз в Лондон Уорхола – устроил у себя в квартире просмотр его «Девушек из Челси». У него проходили выставки Ларри Риверса и Раушенберга. Роберт чуял новые веяния о очень активно включился в поп-арт. Он агрессивно продвигал любой авангард. Лично мне больше нравилась энергия, с которой делалось всё это искусство, чем непосредственно само искусство, – носившееся в воздухе чувство, что нет ничего невозможного. В остальном от артистического мира и его потрясающей, несусветной претенциозности у меня всё внутри дыбилось, как при ломке.

У капитана Фрэзера был вкус. Я иногда заглядывал в его квартиру на Маунт-стрит, главный салон того времени, утром, если колобродил где-то всю ночь, и приносил новый альбом Букера Ти или Отиса. Мохаммед, марокканский слуга в джелабе, готовил нам пару трубок, и мы слушали музыку. Роберт был героинщик. В его стенном шкафу висела батарея двубортных костюмов, все превосходно пошитые, из лучшей ткани, и сорочки у него часто были сделаны на заказ, но что ни возьми – обязательно потёртые воротник и манжеты. Всё специально, образ такой. Так вот, в карманах своих костюмов он всегда держал наготове таблетки героина в одну шестую грана, то есть шесть штук – это гран, и поэтому он каждый раз подходил к шкафу и рыскал по карманам – дай бог найти случайно завалявшуюся штуку.

По моим ощущениям, Роберта просто всё сильнее и сильнее воротило от тогдашнего так называемого истеблишмента и его бесконечного цепляния за что-то, что крошилось прямо на глазах. Он был из тех, кто верил, что «так дальше продолжаться не может», и меня это восхищало. И я думаю, поэтому он и решил примкнуть к нам, к «Битлз», к авангардным художникам».

Фрэзер (в центре). Фото Дэвида Бейли.

Марианна Фейтфулл: «Роберт был очень сексуален».

Роберт Фрэзер в своей галерее, фото Ханса Хаммаршельда, 1966.

«Незавершённая работа», Ричард Гамильтон, 1966. Литографический плакат, напечатанный в цвете с обеих сторон.

«Соломон Р», Ричард Гамильтон, 1966. Акварель, перо.

«Моя Мэрлин», Ричард Гамильтон, 1965.

Джордж: «В 1966 году я был в Индии в тот день, когда там поклоняются Шиве. Среди мелочей, которые продавали на улицах, я увидел маленький кактус, усыпанный колючками, размером с крупный цветок мака. Я спросил у Рави Шанкара: «Что это?», а он ответил: «Согласно мифологии этим питается Шива». Я подумал: «А, это мескалин, лофофора или что-то другое галлюциногенное» – и сказал: «Я попробую его». Но Рави воскликнул: «Нет, нет, не ешь его! От него люди сходят с ума». Это соответствовало описанию психоделического вещества, потому что его недостаток в том, что мысленно ты заходишь так далеко, что теряешь контроль над собой, и тебе уже никогда не вернуться к нормальному состоянию сознания. И в некотором смысле после этого ты навсегда перестаёшь быть прежним».

Аджанта в штате Махараштра, буддистский храмово-монастырский пещерный комплекс. Фото Джорджа Харрисона.

Съёмки фильма «Как я выиграл войну» в Испании, фото Джанни Феррари.

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «”Знаете, что мы должны сделать?” – предложил Джон однажды вечером, сразу же после того, когда мы услышали о том, что Ринго и Морин приезжают в Испанию. – «Мы должны собраться все вместе и арендовать одну из тех фантастических старых вилл за городом».

Кроуфордам идея понравилась, и переезд был организован незамедлительно. Апартаменты оказались весьма привлекательными и комфортабельными – с замечательным видом на море. Но всем хотелось больше пространства, поэтому переместились в большие «тусовочные» комнаты для приёма гостей».

Синтия: «Так называемая вилла, в которой мы жили, принадлежала какому-то барону. Она была старая, сырая и не ухоженная, что не помешало ему запросить за неё немыслимую ренту. Мы кое-как терпели, но когда к нам при­соединились Ринго с Морин, приехавшие на отдых, мы решили найти для всех нас что-нибудь более удобное и просторное».

1 октября 1966 года за кулисами Кембриджского театра в лондонском Вест-Энде состоялся двойной праздник для Джейн Эшер и её партнёра по фильму Лоуренса Харви. Джейн получила восторженные отзывы за своё выступление в роли Пердиты, а после окончания спектакля отпраздновала 36-летие Лоуренса Харви. Джейн выступала в «Зимней сказке» на Эдинбургском фестивале в августе 1966 года и в Лондоне с 30 сентября по ноябрь 1966 года.

Джек Брюс (бас-гитарист «Крим»): «Я впервые встретил Джими Хендрикса, когда мы давали концерт в Риджентском политехническом институте. В тот день я просто пил пинту перед выступлением в пабе напротив, и тут входит этот парень, который оказался Джими Хендриксом. Мы уже были наслышаны о нем. Джими подошел ко мне и сказал: “Привет. Я бы хотел посидеть с группой”. Я сказал, что я не против, но он, конечно, должен согласовать это с Эриком и Джинджером.

Итак, мы пошли на концерт, и Эрик сразу же сказал “да”, а Джинджер сказал: “О, не знаю” [смеется]. Так что он пришел и подключился к моему басовому усилителю и насколько я помню, просто потряс нас всех. Хендрикс оказал положительное влияние на всех, особенно на гитаристов.

По стечению обстоятельств, ребята, которые стали «Пинк Флойд», были в зале и видимо, увидев это событие, они стали «Пинк Флойд». Когда я недавно видел их, они рассказали мне об этом. Я знал, что они там были, но я не знал, что мы ответственны за то, что они собрались вместе.

Хорошо это или плохо, я оставляю это на ваше усмотрение. Я всегда думал, что «Пинк Флойд» – это группа для людей, которые не любят рок-н-ролл».

Роджер Уотерс (бас-гитарист «Пинк Флойд»): «Джек Брюс был, вероятно, самым музыкально одаренным басистом, который когда-либо существовал».

Группа «Крим».

Майкл Маккартни, фото для «Ивнинг Стэндарт», 1 октября 1966 г.

29 сентября 1966 г.

Джейн Эшер в роли Пердиты в пьесе Уильяма Шекспира «Зимняя сказка» в Кембриджском театре в Лондоне 29 сентября 1966 года.