Архив рубрики: История

Идея фильма “Волшебное таинственное путешествие”

7 апреля 1967 г.

 

Из дневника Мэла Эванса: «Пятница, 7 апреля. Встал пораньше, чтобы починить кинокамеру Пола. Потом все вместе отправились в парк, посмотреть на восхитительный Греческий театр (прим. – концертная площадка под открытым небом на территории парка)».

 

 

 

 

Из дневника Мэла Эванса: «Пол снял Джейн, уходящую в даль, с видом моих ног на переднем плане, и ему пришла идея снять специальный битловский телефильм о волшебном путешествии».

 

Пол: «Раньше я увлекался любительскими киносъемками и вследствие моего интереса к этому для меня был очень маленький шаг, чтобы прийти к мысли, что если мы наймём кинооператора и скажем ему, где снимать, то мы начнём снимать. Так возникла идея, что мы наймем автобус, посадим в него группу людей и попытаемся придумать какое-нибудь волшебное таинственное путешествие. Раньше это называлось просто таинственным путешествием на север. Когда мы были детьми, то садились в автобус и не знали, куда поедем, но почти всегда это был Блэкпул. Из Ливерпуля неизбежно вы попадаете в Блэкпул, и все говорили: «Оооо, это всё-таки Блэкпул!» Во время поездки все пытались угадать, куда мы едем, и это было частью чего-то волнующего. И это вспомнилось. Так много всего, связанного с «Битлз», было просто воспоминаниями. Так в «Пенни-лейн» медсестра, парикмахер и пожарный были просто людьми, которых мы видели во время поездки на автобусе, но на этот раз они будут с нами. Так что мы всегда просто немного преувеличивали реальность, чтобы придать этому немного сюрреализма, которым интересовались».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-01:00. Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Аппаратная. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженера: Ричард Лаш».

 

Ричард Лаш (помощник звукоинженера): «Были только мы трое, без Битлов».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Во время этой сессии были сделаны переходы между заглавной песней и «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends), а также между репризой «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» (Sgt Pepper”s Lonely Hearts Club Band) и «День из жизни» (A Day In The Life)».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Чтобы заглушить монтажную склейку между песнями «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» и «С небольшой помощью моих друзей», был добавлен шум аудитории, записанный во время выступления «Битлз» в «Голливудской Чаше». Переход в моно был сделан 6 апреля 1967 года, в этот день был сделан переход в стерео. В отличие от монофонической версии, шум аудитории начинается немного раньше, и переход между двумя песнями кажется более плавным».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Также было сделано стереосведение четырёх песен: три стереомикса «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends), восемь «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» (Being For The Benefit Of Mr Kite!), один «Заделывая дыру» (Fixing A Hole) и пять «Люси в небе с алмазами» (Lucy In The Sky With Diamonds)».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «В композиции «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends) ритм-трек, ведущий-вокал, ритм-гитара Джорджа и вступительный пассаж соло-гитары, а также вступление на органе «Хэммонд» Джорджа Мартина расположены в центре; бас-гитара, бубен и соло-гитара в конце первого припева в основном расположены в правом канале; вокал второго плана панорамируется преимущественно в левый канал.

Предположительно последний восьмой микс композиции «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» (Being For The Benefit Of Mr Kite!) был признан лучшим. Ритм-трек панорамируется в левый канал, а весь вокал в правый. Мелодичные органные риффы Джорджа Мартина также панорамированы в правый канал, а губные гармошки находятся в центре. Монтаж звуковых эффектов более приглушен во время инструментальной части вальса и в это время слышен в основном в левом канале, но этот монтаж охватывает стереофонический пейзаж в заключении песни.

В стереомиксе композиции «Заделывая дыру» (Fixing A Hole) ритм-трек преимущественно находится в левом канале, в то время как обе ведущие вокальные партии Пола расположены в центре. Оба трека соло-гитары Джорджа панорамированы в правый канал, как и вокал второго плана Джона и Джорджа. Барабаны чуть более приглушены, чем в мономиксе, но пассажи соло-гитары более заметны. Этот стереомикс затухает немного раньше, чтобы не включать восклицание «привет», который слышен в мономиксе.

Было сделано пять стереомиксов песни «Люси в небе с алмазами» (Lucy In The Sky With Diamonds), пятый был признан лучшим. Ритм-трек панорамируется исключительно в левом канале, в то время как бас-гитара и весь вокал находятся в центр. Все партии соло-гитары Джорджа панорамированы только в правом канале. В отличие от моносведения, метод автоматической двойной записи был применён более экономно, поэтому психоделический эффект не так ярко выражен, как в мономиксе. Возможно это связано с тем, что «Битлз» не присутствовали во время стереосведения».

 

 

 

Пол и Джейн в Скалистых горах

6 апреля 1967 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В компании «Герц» (прим. – американская компания по прокату автомобилей) Мэл взял напрокат машину и отвез Пола и Джейн в Скалистые горы».

 

Из дневника Мэла Эванса: «Четверг, 6 апреля. Взял на себя аренду автомобиля в «Герц». Отвез Пола и Джейн в Скалистые горы. Съехал с дороги и припарковался среди зеленых деревьев».

 

 

 

Скалистые горы, киносъёмка Мэла Эванса.

 

 

 

 

Из дневника Мэла Эванса: «Спустились по скалистому ущелью к реке. Гуляли босиком, закатав брюки до колен, среди наносов снега, но холода не ощущалось. Теплый, располагающий к ничего не деланию день».

 

 

 

 

 

 

 

Из дневника Мэла Эванса: «К вечеру более чем готовы хорошо поесть и к заслуженной порции цветного телевидения».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-01:00. Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Аппаратная. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженера: Ричард Лаш».

 

Ричард Лаш (помощник звукоинженера): «Были только мы трое, без Битлов».

 

Моно и стереосведение песни «Доброе утро, доброе утро» (Good Morning Good Morning). Были сделаны два мономикса и пять стереомиксов. Последний стереомикс примечателен тем, что содержит дополнительные шесть секунд звуковых эффектов перед финальным кудахтаньем цыпленка. Однако 19 апреля 1967 будут подготовлены новые мономиксы».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Композиция «Доброе утро, доброе утро» поставила своеобразный антирекорд по количеству записанных наложений, следствием чего было сделано наибольшее количество промежуточных сведений, чтобы освобождать дорожки. Несмотря на это композиция звучит хорошо, хотя и немного резковато, из-за баланса верхних частот, который нам пришлось делать во время микширования. Вокал Джона был в значительной степени обработан методом автоматической двойной записи, а соло-гитара Пола в одном месте подвергнута очень сильному вау-эффекту, который почти резонирует звучащую ноту.

Одна из причин, благодаря которой метод автоматической двойной записи был эффективен, заключалась в том, что у нас был регулятор фильтра с изменением частоты генератора, на котором можно было играть как на музыкальном инструменте, что позволяло постоянно изменять время задержки в зависимости от ситуации».

 

Джордж Мартин (продюсер записи): «Порядок последовательности композиций, который мы приняли для альбома, означал, что за треком «Доброе утро, доброе утро» должна была следовать реприза «Сержант Пеппер», и, конечно же, я пытался сделать так, чтобы переход был плавным. Представьте себе мой восторг, когда я обнаружил, что кудахтанье цыпленка в конце композиции «Доброе утро» удивительно похоже на звук гитары в начале репризы «Сержант Пеппер». Мне удалось сделать монтаж двух этих треков таким образом, что один звук накладывается на другой. Это была одна из самых удачных монтажных склеек, которую только можно было добиться. К этому времени сам сержант Пеппер вдохнул жизнь в этот проект».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Но это не было случайностью. Мы убедились, что звук кудахтанья полностью идентичен звуку гитары. На самом деле это было не идеальное совпадение, поэтому мы в этой точке подняли звук кудахтанья, чтобы он точно соответствовал гитаре. Мне даже не пришлось изменять высоту звука кудахтанья с помощью регулятора скорости, хотя я сократил промежуток между песнями, вырезав кусочек ленты».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Во время этой сессии также были сделаны переходы между песнями. «Битлз» хотели, чтобы в альбоме между песнями не было промежутков или пауз. Кроме того, они хотели, чтобы было два перехода от одной песни к другой: между заглавной песней и «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends), а также между репризой «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» (Sgt Pepper”s Lonely Hearts Club Band) и «День из жизни» (A Day In The Life)».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «На альбоме «Сержант Пеппер» есть два момента, когда одна песня плавно переходит в другую, что означает, что окончание одной песни должно перекрывать начало следующей.

Чтобы заглушить монтажную склейку между песнями «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» и «С небольшой помощью моих друзей», был добавлен шум аудитории, записанный во время выступления «Битлз» в «Голливудской Чаше». Переход в моно был сделан 6 апреля 1967 года, в стерео будет сделан 7 апреля 1967 года.

Шум аудитории в конце репризы «Сержант Пеппер» должен был быть слышен перед вступительными аккордами акустической гитары композиции «День из жизни» (A Day In The Life), поэтому в этот день с помощью трёх магнитофонов был сделан плавный переход в моно и стереофонической версиях».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «На этом этапе альбом был почти готов, но порядок следования композиций немного изменился. Хотя вторая половина альбома осталась без изменений, на первой стороне песни располагались в другом порядке: «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» (Sgt Pepper”s Lonely Hearts Club Band), «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends), «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» (Being For The Benefit Of Mr Kite!), «Заделывая дыру» (Fixing A Hole), «Люси в небе с алмазами» (Lucy In The Sky With Diamonds), «Становится лучше» (Getting Better) и «Она покидает дом» (She’s Leaving Home)».

 

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Вопрос о порядке песен на законченном альбоме в значительной степени предоставили решать мне, за «Битлз» же оставалось окончательное слово. Начать альбом следовало с песни «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» (Sgt Pepper”s Lonely Hearts Club Band), которая создавала иллюзию представления, она, естественно, должна была идти первой. И по этой же причине её репризе следовало завершить альбом, однако этому препятствовало одно «но»: финальный аккорд песни «День из жизни» (A Day In The Life) являлся настолько финальным, что было совершенно очевидно: за ним следовать уже ничего не могло. Поэтому я переставил репризу, и она стала в альбоме предпоследней. Таким образом, три песни были пристроены».

 

Джон: «Сержант Пеппер» был назван первым в истории концептуальным альбомом, но дальше этого дело не пошло. Весь мой вклад в этот альбом не имеет никакого отношения к идее сержанта Пеппера и его оркестра, но идея сработала, потому что мы решили, что она работает. Собственно, так и появился этот альбом. Однако он не объединил все песни – разве что сержант Пеппер представляет Билли Ширса и так называемую репризу. Все остальные песни могли бы с таким же успехом войти в любой другой альбом».

 

Ринго: «Получилось похоже, будто после второй песни в зале начался пожар, и публика разбежалась – и все остальные песни мы исполнили в пустом зале!»

 

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «В процессе работы над звукозаписью у меня давно сложилось правило, гласившее: «Всегда делай сильной первую сторону пластинки», коммерческие причины такого подхода очевидны. Поскольку в последней строке композиции «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» (Sgt Pepper”s Lonely Hearts Club Band) представляется вымышленный персонаж по прозвищу Клёвый Билли (то есть, некий Ринго Старр) сразу после заглавного номера должна была идти «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends).

«Люси в небе с алмазами» (Lucy In The Sky With Diamonds) – великолепная композиция, её место несомненно на первой стороне. Трудно себе представить работу более несхожую по настроению и атмосфере с песней «С небольшой помощью моих друзей». Зачем же в таком случае ставить её вслед за ней? Именно из-за столь разительного контраста. Она несла с собой полную смену музыкальной палитры, и это было хорошо для альбома в целом. Как если бы публике объявили: «А сейчас вы увидите представление в зеленых тонах» и проиграли ей первые две песни, а затем свет вдруг свет гаснет и далее представление продолжается, но уже в красных тонах. В этом месте слушателю необходима перемена, хочется услышать нечто совершенно иное. Фраза же, которой начинается «Люси», – великолепная интрига, она очень выразительна, и оттого песня, заняв это место в альбоме, изрядно охлаждает его достаточно «жаркое» начало.

Ещё один принцип, которым я руководствуюсь при компоновке альбома: «Всегда усиливать конец стороны, распределяя более слабый материал до него, но заканчивая всегда очень сильным номером». Именно поэтому композиция «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» (Being For The Benefit Of Mr Kite!) стоит в конце первой стороны.

За «Люси» и до «Бенефиса» должны были следовать наименее интересные работы. «Она покидает дом» (She’s Leaving Home) – восхитительная песня, но несколько удручающая, оптимизмом она не блещет, поэтому я решил поместить её после более бодрых, но менее достойных композиций «Заделывая дыру» (Fixing A Hole) и «Становится лучше» (Getting Better). Все эти решения были, конечно, совершенно субъективными!

Когда дело дошло до «Внутри тебя вне тебя» (Within You Without You), я ума не мог приложить, куда её вообще поместить, настолько чужеродной, мистической и длинной она оказалась. Ни в коем случае ею нельзя было заканчивать сторону, и вдобавок она не уживалась ни с одной другой песней альбома, помещённой рядом. Самоироничный смех, дописанный Джорджем в конце, навел меня на экстравагантную мысль: этой песней могла начинаться сторона, а вслед за ней я мог поставить шуточный номер: «Когда мне будет шестьдесят четыре» (When I’m Sixty-Four).

Многим нравится «Прелестная Рита» (Lovely Rita), но, как я уже говорил, она не принадлежит к моим любимым, поэтому она и пошла на середину второй стороны в качестве некоторого заполнителя. «Доброе утро, доброе утро» (Good Morning Good Morning) обрела своё место благодаря счастливой случайности, когда я заметил, что куриное кудахтанье в финале песни увязывалось или, точнее, его можно было аккуратно увязать со звуком настраиваемой гитары, с которого начинается реприза заглавной песни. И, наконец, идет сокрушительный номер – «День из жизни» (A Day In The Life), который и венчает альбом: за его ошеломительным финальным аккордом, длящимся 42 секунды, ничего больше следовать не могло.

Если бы мы в 1966 году не отдали песни «Земляничные поляны навсегда» (Strawberry Fields Forever) и «Пенни-Лейн» (Penny Lane) на сорокопятку с двойной стороной «А», а включили бы их в «Пеппер», что бы мы в таком случае исключили из альбома? Возможно, «Внутри тебя вне тебя», но в таком случае было бы нарушено золотое правило: в каждом альбоме должна быть песня Джорджа Харрисона. Так что кандидатами на исключение стали бы «Прелестная Рита» и «Когда мне будет шестьдесят четыре». Занятно пытаться представить себе каким бы мог быть переизданный альбом с двумя этими превосходными работами!

Когда я занимался составлением альбома, то постарался упаковть его как можно плотнее, и неким странным образом в процессе работы он вырос практически сам собой, зажив собственной жизнью».

 

Джон: «Пол спел в том альбоме: «Приходите посмотреть шоу». Я не пришел. Мне нужно бы­ло сочинить несколько песен – я написал «День из жизни» или, по крайней мере, часть её и «Мистера Кайта». Я был не в себе в те дни. Еле двигался. Я не мог написать своего «Томми». Я читал интервью Пита Таунсенда, где он говорит о том, что у него было просто несколько песен, а в студии они как-то объединились в сюжет для рок-оперы «Томми». Так было и с «Сержантом Пеппером»: несколько песен, добавляем немного «Перца» – и концепция готова». (прим. – pepper – перец)».

 

 

 

День рождения Джейн Эшер

5 апреля 1967 г.

 

 

 

Перелёт из Сан-Франциско в Денвер, киносъёмка Мэла Эванса.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Пол прилетел в Денвер, штат Колорадо, где Джейн Эшер выступала с труппой театра «Олд Вик», чтобы поздравить её с двадцатиоднолетием.

В аэропорту Денвера Пола встретил Берт Розенталь (прим. – американский психолог), предоставивший ему свой дом. Мэл поселился в мотеле «Дрифтвуд».

Позже в тот же день Розенталь забрал Пола и Джейн и отвез в отель, где должно было состояться празднование дня рождения Джейн. По этому поводу труппа «Олд Вик» устроила вечеринку».

 

Из дневника Мэла Эванса: «Среда, 5 апреля. Перелёт самолётом «Лир» от Фриско до Денвера. 41 000 футов со скоростью 650 миль в час.

В аэропорту Денвера встретились с господином Бертом Розенталем, предоставившем Полу в распоряжение свой дом.

Зарегистрировался в мотеле «Дрифтвуд», переоделся и подготовился к вечеринке».

 

 

 

 

 

Из дневника Мэла Эванса: «Отправился в отель, где сегодня вечером состоится празднование двадцатиоднолетие Джейн. Берт заехал за Полом и Джейн. Доставил их в отель без особых проблем, несмотря на толпы собравшихся снаружи людей.

Было много представителей прессы – большинству из них удалось проникнуть внутрь одновременно с тортом! Среди них были литератор Вик Дейвис и фотограф Гарри Бенсон из нью-йоркского офиса лондонской «Дейли Экспресс». Грандиозная вечеринка. Очень хорошо поладил со всеми из “Олд Вик”».

 

 

 

На снимке справа от Пола ­– мать Джейн Эшер – Маргарет.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шеф-повар ресторана «Кворум» Эрнест Дж. (Митболл) Уорд и владелец ресторана «Кворум» Пьер Вульф с Полом и Джейн.

 

 

 

 

 

 

 

Пол Маккартни встречается с участниками группы «Джефферсон Эйрплейн»

4 апреля 1967 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Пол и Мэл Эванс прилетели в Сан-Франциско, где за сорок два года впервые выпал снег и было намного холоднее, чем они ожидали».

 

Из дневника Мэла Эванса: «Вторник 4 апреля. Сегодня в Сан-Франциско впервые за 42 года выпал снег! Холоднее, чем мы ожидали! Прошлись по магазинам, купили несколько пластинок и сфотографировали знаменитый мост “Золотые Ворота”».

 

 

 

Сан-Франциско, 1967 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Из дневника Мэла Эванса: «Зашли в концертный зал «Филлмор» и увидели, что там репетирует группа «Джефферсон Эйрплейн» (прим. – в середине 1960-х зал «Филлмор» был центром психоделической музыки и контркультуры в целом)».

 

Мартин Балин (лидер группы «Джефферсон Эйрплейн»): «Мы играли в старом «Филлморе», когда вошел тот парень, Мэл, в костюме с галстуком. Мы сперва охренели. «Мастер Пол Маккартни хотел бы встретиться с вами», – сказал он что-то типа этого. «О, конечно, пусть заходит!». Мы не знали, говорит этот парень правду или шутит. После этого он вышел и вошёл Пол».

 

Из дневника Мэла Эванса: «Отправились в квартиру, где «Джефферсон Эйрплейн» репетировали для большого «Светозвукового шоу».

 

beatlesbible.com: «С Мартином Балином и Джеком Касади они отправились к ним в квартиру на Оук-стрит, которую они делили с дорожным менеджером группы Биллом Томпсоном».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они отправились к ним домой, где Пол помузицировал с ними и дал им послушать ацетат «Сержанта Пеппера», который привез из Англии».

 

Мартин Балин (лидер группы «Джефферсон Эйрплейн»): «”Ну, что новенького у «Битлз»?” – спросил я. В ответ Пол достал из своего кармана плёнку и включил «День из жизни» (A Day In The Life). Боже правый! Это было потрясающе. Я совершенно, в буквальном смысле, не знал, что сказать, разве что «Охренительно!!!». Я просто не мог в это поверить».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Пол покурил с ними марихуану, но отказался от предложенного ему Диметилтриптамина (прим. – психоделик), тем не менее слухи об этом всё ещё ходят по Сан-Франциско».

 

Из дневника Мэла Эванса: «Пол сыграл с ними на гитаре».

 

 

 

Пол маккартни, Йорма Кауконен и Пол Кантнер. Пол попытался сыграть с ними, но у него возникли проблемы, так как гитары группы настроены для правшей. На снимке он играет на гитаре «Рикенбэкер 360/12», которая, вероятно, принадлежала Полу Кантнеру.

 

beatlesbible.com: «В конце вечера Джек Касади отвёз их обратно в отель».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-24:45. Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик.

В этот день в аппаратной студии 2 было сделано моно и стереосведение композиции «Внутри тебя вне тебя» (Within You Without You).

Во время микширования скорость была ускорена на полтона, повышая тональность с «до» до «до-диез мажор».

Когда 15 марта 1967 года композиция была впервые записана, то было отмечено, что она состоит из трех частей, хотя и записывалась как одно произведение. Нумерация частей продолжалась до этой сессии, причем сведение первой части выполнялось отдельно от второй и третьей.

Первыми были сделаны мономиксы первой части (дубли 6-11), за ними последовало сведение второй и третьей частей (дубль 12). Затем они были соединены вместе с дополнительным наложением смеха в конце песни. К вокалу Харрисона также был применён эффект искусственного двойного наложения».

 

Джошуа М.Грин (автор книги «Здесь восходит солнце»): «В конце песня постепенно затихала, но слушателя ждал сюрприз – финальная кода: Джордж смеялся, и эти несколько секунд смеха – своеобразное наставление слушателю не слишком серьёзно относиться к его проповеди: ищи Бога, но не теряй чувства юмора. Он предостерегал не только своих слушателей, но и самого себя».

 

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Многие критики высказывали недоумение по поводу гром­кого смеха, который внезапно раздавался после песни «Внутри тебя вне тебя». Высказы­валось предположение, что смех вписали трое «Битлз», чтобы поиздеваться над индийскими увлечениями Джорджа. А оказалось, что эта идея полностью принадлежит самому Джорджу».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «По просьбе Джорджа Харрисона в конце песни было добавлено немного смеха».

 

Джордж Мартин (продюсер записи): «В самом конце трека смех Джорджа Харрисона. Он решил, что было бы неплохо его вставить. Думаю, он просто хотел немного сгладить утомительное однообразие этой композиции. Джордж был немного смущён своим произведением и пытался как-то его защитить. Я всегда это так расценивал».

 

Джордж: «После тягучей индийской мелодии просто необходима была какая-то разрядка. Требовалось расслабление после пяти минут печальной музыки. Не надо относиться к этому так серьёзно, понимаете? Кроме того, в любом случае предполагалось, что бу­дет слышна реакция публики на шоу сержанта Пеппера. Ведь в этом и заключался замысел альбома».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Смех был взят из библиотеки звуковых эффектов студии с кассеты «Том 5: Аплодисменты и смех».

Затем было сделано три стереосведения первой части (дубли 1-3), за которыми последовало сведение второй и третьей частей (дубли 4-5). После этого все части были соединены вместе с теми же эффектами, что и мономикс».

 

 

 

Пол с Мэлом Эвансом вылетели в Лос-Анджелес / Продолжение записи песни Within You Without You

3 апреля 1967 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Пол с Мэлом Эвансом вылетели в Лос-Анджелес».

 

Из дневника Мэла Эванса: «Понедельник 3 апреля. Вскоре после полуночи закончил упаковывать багаж, осмотрел сумки, чтобы быть готовым к раннему подъёму.

Пол лег спать в 3:30, оставив меня с [собакой] Мартой и [кошкой] Тисби. Маляры прибыли очень рано. Они будут работать в доме Пола, пока мы будем в отъезде.

Потом прибыли два парня с «Эйр Франс», чтобы отвезти нас в аэропорт.

Во время пересадки с рейса на рейс провели несколько часов в парижском аэропорту «Орли». Вокруг нас собралась толпа американцев, желающих получить автограф. Пол купил мне сумку для фотокамеры «Пентакс», которую я получил от Джорджа.

Во время полета из Парижа в Лос-Анджелес, Пол вспомнил, что забыл взять фотографию обложки альбома «Сержант Пеппер», которую он хотел показать Джейн. Ну, хорошо! Теперь слишком поздно!

В аэропорту Лос-Анджелеса возникла небольшая проблема с визой Пола, но в течение получаса разобрались с этим вопросом. Ждем чартерный самолет «Лир Джет». Он перенесёт нас в Сан-Франциско».

 

 

 

Самолет Лир Джет Эн1965Эл.

 

Мэл Эванс: «Мы добрались до Денвера в «Лир Джете» Фрэнка Синатры, который он любезно предоставил нам в распоряжение. Замечательный экземпляр с черной кожаной обивкой и, к нашему восхищению, с полным баром».

 

Пол: «Из Сан-Франциско привозили психоделические плакаты – они были классными. Я совершил туда поездку. Это была просто ознакомительная поездка. Помню, как однажды утром я разбудил Грейс Слик и познакомился в числе прочих с Джеком Кэседи из группы «Эйрплэн Джефферсон». Я поехал туда просто для того, чтобы узнать, что это за место, незадолго до того, как в Хейт-Эшбери начали ходить туристические автобусы».

 

Журнал «Тин Уорлд», апрель 1967: «Пол говорит: “Я делаю секретные фильмы о любви с Джейн!” Неудивительно, что Пол, обладающий талантами во всех областях творчества, заинтересовался фотографией. И его любимый объект – Джейн Эшер! Пол признается: “Я назвал бы мои фотосессии с Джейн следствием нашей любви. Она так прекрасна, с роскошными рыжими волосами, что фоторафировать её просто удовольствие”.

Часто Пол выбирается с Джейн за город, где она позирует ему на фоне деревьев, цветов и бегущей воды. Также он делает экспериментальные фотоснимки, с различными эффектами освещения и необычными ракурсами.

“Тем не менее, мне больше нравится снимать домашнее видео: я снимаю Джейн, когда мы вместе дурачимся. После свадьбы, я думаю, у нас будет много счастливых моментов, когда мы будем просматривать эти фильмы и смеяться над ними. Они определенно не подходят для того, чтобы показывать их в кинотеатре, но они забавны и симпатичны. И мне они нравятся. На самом деле, я их обожаю!”

С другой стороны, Джейн по секрету сообщила, что она хотела бы отомстить своему любезному другу, и сфотографировать его, когда он не видит. “Дежу пари, что они будут очень много стоить, – смеется она, – но я смогла бы постоянно шантажировать Пола!”».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Продолжение записи песни «Внутри тебя вне тебя» (Within You Without You)».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Скорее всего Джордж Харрисон был единственным Битлом, присутствовавшим в тот день в студии».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Пол был где-то над Атлантикой – летел в Америку. Как мы уже привыкли, это снова был марафон, который продолжался до рассвета, но результат получился превосходным».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-6:30. Студии 1 и 2. «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженер: Ричард Лаш».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Для завершения композиции «Внутри тебя вне тебя» потребовалась заключительная сессия записи. Первая студия была выбрана потому, что она больше и лучше подходила для оркестровых записей».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «В этот день на третью дорожку были записаны восемь скрипок и три виолончели. Скрипки: Эрих Грюнберг, Алан Лавдей, Жюльен Гайяр, Пол Шерман, Ральф Элман, Дэвид Вольфсталь, Джек Ротштейн и Джек Грин; виолончели: Реджинальд Килби, Аллен Форд и Питер Биван. Струнными дирижировал Джордж Мартин, который подготовил партитуру на основе композиции Харрисона».

 

Курт Лодер (американский музыкальный критик): «Джордж Мартин сделал аранжировку средней части композиции, включив европейские инструменты, которые вели протяжную индийскую мелодию. В итоге получилась необычная «смесь восточной экзотики и западного пуританизма», – как сказал Мартин. Одни считали песню шедевром, другие – ярким образцом псевдофилософской чепухи. Как бы то ни было, это был Харрисон в чистом виде».

 

Джордж Мартин (продюсер записи): «Сложность написать партитуру для виолончелей и скрипок заключалась в том, чтобы англичане сыграли, как индийцы. Музыкант на дилрубе, например, играет со всевозможными глиссандо (прим. – с плавным скольжением от одного звука к другому через все лежащие между ними звуки), поэтому мне приходилось учитывать это в партитуре струнных и давать указания музыкантам как этому следовать. Это означало, что при аранжировке я должен был заставить классических музыкантов играть очень близко к тому, как играют индийские музыканты, чтобы ноты плавно скользили от одного звука к другому, чтобы при переходе от одной ноты к следующей один звук без паузы плавно переходил в другой».

 

Йен Макдональд (автор книги «Переворот в сознании»): «Джордж Мартин сделал всё возможное, чтобы уловить идиому, тщательно отмечая микротональные переходы, которым должны были следовать музыканты Лондонского симфонического оркестра».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Джордж Мартин дирижировал теми же первоклассными оркестровыми музыкантами, которые работали над большей частью остальной части «Пеппера», но, несмотря на их опыт, музыкантам потребовалось много времени, чтобы добиться нужного результата. Мне хорошо запомнилось выражение глубокой сосредоточенности на их лицах, когда они изо всех сил пытались освоить сложную партитуру. Это было трудно и, безусловно, стало вызовом для музыкантов. В процессе работы некоторые из них, как мне показалось, стали терять терпение.

Проблема заключалась в том, что мы пытались соединить вместе Восток и Запад, когда классические оркестровые инструменты играли поверх непривычных индийских инструментов. В восточной музыке нет последовательности тактов, только непрерывный звук, в основном иссполняемый двенадцатью нотами, используемыми в западной музыке. Для Джорджа Мартина это была тяжелая сессия – к концу записи он был совершенно измотан. К счастью, ему помогал Джордж Харрисон, который выступал как мост между индийскими тональностями и ритмами, которые он понимал достаточно хорошо, и западным чутьем Джорджа Мартина и классических музыкантов. Я никогда не был так впечатлен обоими Джорджами, как в тот особенный, почти одухотворённый вечер».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Струнные записывались несколько раз. При записи нового дубля предыдущий стирался.

Музыкантам заплатили по стандартной ставке Союза музыкантов в размере 9 фунтов стерлингов каждому, за исключением Грюнберга, лидера ансамбля, которому заплатили 11 фунтов стерлингов.

Затем Харрисон – единственный присутствовавший из «Битлз» – перезаписал свой ведущий вокал, а также добавил партию ситара на четвёртую дорожку».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «После того, как запись струнных была завершена, и музыканты ушли, мы перебрались во вторую студию, где Джордж Харрисон начал настраивать свой ситар, сидя, скрестив ноги, на коврике, который мы для него расстелили. Ему нужно было записать в инструментальной части всего лишь три из четырёх фраз, но некоторые вставки были сложными, и на это ушли часы. Мы даже представить себе не могли, насколько сложно играть на ситаре. Несмотря на то, что Джордж был довольно опытным музыкантом, когда он брал в руки этот инструмент, всегда казалось, что запись его партий занимает много времени».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Джордж решил заполнить пробелы между мелодическими линиями, исполняемыми дилрубой в этой части песни. Всего было восемь ситарных вставок, которые в тот день Джордж добавил в инструментальную часть, а также другие импровизации и имитации мелодии дилруба».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Наконец, с приглушенным светом, горящими свечами и благовониями, Джордж приступил к записи ведущего вокала, и он отлично с этим справился. Надо отметить, что звучит он довольно сонно, что неудивительно, ведь работая над треком он не спал всю ночь! К счастью, эта вялость, кажется, идеально дополняла настроение песни».

 

Джордж Мартин (продюсер записи): «Он должен был петь тот же мотив, что и дилруб, точно таким же образом, с таким же глиссандо, как у дилруба».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Когда 15 марта 1967 года композиция была впервые записана, то было отмечено, что она состоит из трех частей, хотя и записывалась как одно произведение. Нумерация частей продолжалась до этой и следующей сессий, причем сведение первой части выполнялось отдельно от второй и третьей.

С 3:00 до 6:30 в аппаратной студии 2 было сделано моносведение: три мономикса первой части, и по два мономикса второй и третьей».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Когда утром мы, пошатываясь, вышли из студии, уже вставало солнце, но я испытывал чувство удовлетворённости и гордости нашей работой».

 

 

 

День отдыха

2 апреля 1967 г.

 

Джон: «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» – один из самых важных шагов в нашей карьере. Он должен был оказаться правильным. Мы старались и, по-моему, преуспели в достижении своих целей. Если бы мы не старались, у нас бы вряд ли что-нибудь вышло».

 

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Вспоминая о «Пеппере», понимаешь, что он стал культовой пластинкой. Это был диск своего времени, который, вероятно, изменил все традиционные представления о пластинках, но сознательно мы к этому не стремились. Думаю, всё дело было в развитии самих ребят, которые старались делать записи более интересными. Они считали: «Нам незачем, выходить на сцену и играть всё это, мы можем делать это только для себя, только в студии». Поэтому запись пластинки превратилась в совершенно иной вид искусства – как, например, фильм отличается от театрального спектакля. Это повлияло на их мышление и творчество, а также на то, как работал я сам.

Думаю, «Пеппер» символизировал то, к чему стремилась молодежь, его выпуск совпал с революцией молодежного мышления. Эта пластинка подвела итог под «свингующими шестидесятыми». Она напрямую связана с Мэри Куант, мини-юбками и всем прочим – свободой секса, употреблением лёгких наркотиков вроде марихуаны и так далее».

 

Джон: «Работа заняла девять месяцев. Но мы не провели все это время в студии – мы работали, затем делали перерыв, снова брались за работу, отдыхали и снова работали. Мне просто нравилось погружаться в работу и отрываться от неё. Однако постепенно мне становилось скучновато. Как правило, самая интенсивная работа над другими нашими альбомами занимала недели три. Потом мы замедляли темп на неделю, затем оценивали, что у нас получилось. «Пеппер» стал нашим самым дорогим альбомом, и, конечно, компания возмущалась. Их раздражали затраты на подготовку обложки, и так далее, и тому подобное. А теперь она, наверное, висит на каждой стене».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Однако работа над альбомом ещё не была закончена. Питер хотел, чтобы в коробку было вложено несколько подарков; открытка с изображением сержанта Пеппера, комплект сержантских нашивок, складной картонный знак, накладные усы и два значка».

 

Пол: «Мы с самого начала хотели поместить внутрь конверта небольшие сувениры, но это было слишком трудно реализовать. Звукозаписывающей компании пришлось стиснуть зубы, поскольку это было немного дороже, чем их обычная картонная обложка за два пенса.

Идея «Пеппера» для меня заключалась в том, чтобы отдать столько, сколько мы могли. Все мы, Битлы, помним, как заходили в музыкальные магазины, когда были детьми. Субботнее утро было моим свободным временем, чтобы пройтись по магазинам. Всю неделю мы ходили в школу, выполняли домашние задания и так далее, но в субботу утром с карманными деньгами, что я откладывал, я шёл в отдел пластинок в магазине «Льюис». Там сидели девушки с пышными прическами и мечтательно слушали, как Джонни Мэтис поет «Уверенная улыбка» (A Certain Smile). А ты приходишь и начинаешь перебирать сорокапятки и пластинки на 78 оборотов; изначально это были 78-е, а потом, когда мы выросли, стали сорокапятками и миньонами. И пару раз я обжегся.

Помню, как купил пластинку Рэя Чарльза «Каменная куча» (Rock Pile). Мне нравилась «Что такого я сказал» (What’d I Say), но это была инструменталка. Это был оркестр Рэя Чарльза, возможно, это был даже не Рэй Чарльз, так что я потратил свои священные деньги, так долго сэкономленные карманные деньги, и я потратил их на кусок дерьма. В другой раз я купил пластинку Литтл Ричарда, которая состояла из одного его трека, а остальное было оркестром Бака Рэма. Я это ненавидел. Мы все это ненавидели. Так что к тому времени, когда мы добрались до «Пеппера», то решили, что сделаем такой альбом, какой всегда хотели сделать. Мы затратим столько времени, сколько потребуется. Мы не торопимся. У нас нет гастролей, на которых нам нужно быть, мы под кайфом, мы прекрасно себя чувствуем; мы спокойно относились ко всему этому. Мы хотели, чтобы этот альбом был очень-очень наполненным.

Я хотел отличную обложку, я хотел, чтобы она была наполнена изображениями. Я хотел чего-то такого, что я мог бы рассматривать в автобусе от магазина «Льюис», как я делал это раньше. Я доставал пластинку из коричневого бумажного пакета и рассматривал. Некоторые альбомы я мог рассматривать по полчаса, просто разглядывая их. Это был век аннотаций на конвертах. Поэтому мы хотели наполнить альбом разными вкусностями. Одна из идей заключалась в том, чтобы сделать конверт, в который мы собирались положить предметы, которые обычно бывают в комиксах: мы хотели переводные картинки, которые можно было бы наклеить на себя, потому что у нас были такие, когда мы были детьми. Это всё были детские воспоминания.

Мне приходилось бороться с «И-Эм-Ай» даже за толщину картона. «И-Эм-Ай» всегда старалась использовать всё менее и менее толстый картон. Я сказал: «Послушайте, когда я был ребёнком, я любил свои пластинки, они были классные, и я хотел, чтобы они оставались в сохранности, а толстый картон защищал мои пластинки. Это всё, что я хочу сделать – дать детям, которые покупают наши пластинки, что-нибудь, чтобы они были защищены».

– Ну что ж, Пол, мы не можем этого сделать, ту толщину картона, которую вы, парни, хотите. Если мы сможем сэкономить цент, э-э, пенс, то вы не заметите разницы.

– Черт возьми, я могу! Этот картон тонкий!

Но я добился своего толстого картона. Я всегда спорил о таких вещах. Мне это было как-то не всё равно. Позже меня ругали за это: «А, он всегда был настырным, он всегда был пиарщиком». По правде говоря, ни один другой паршивец не сделал бы этого! Это нужно было делать, а я жил в Лондоне и мог сказать им: «Я буду через десять минут, чтобы поговорить с вами о картоне», сесть в такси, поехать на Манчестер-сквер.

Наша идея состояла в том, чтобы подарить людям пластинку, которая будет чертовски хороша, в толстой обложке, которая хранится годами, с обложкой, которую вы можете рассматривать вечно, наполненную разными приятными мелочами, бесплатными подарками в придачу и всем таким прочим, но по цене обычной пластинки! Это то, что мы хотели сделать. Нам возражали: «Нет, это повысит стоимость», поэтому конверт с маленькими мелочами должен быть более практичным. Так что это стало вкладышем с сержантом Пеппером, из которого можно было вырезать элементы, превратив их в значок, усы и бас-барабан. Это было то, что они смогли дать нам. Мы дрались, как дьяволы, скажу я вам. Мы думали так: «Мы «Битлз», а не какая-то дерьмовая группа. Мы приносим вам много денег, и вы могли бы пойти нам на уступки. Всё, что мы пытаемся, это сделать людям хорошее предложение, они будут покупать больше, потому что это хорошее предложение, и они придут за следующим», так что всё это казалось нам очень мудрым».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «В «И-Эм-Ай» заявили, что они уже превысили бюджет и не будут тратить на это деньги, но Питер был полон решимости довести эту идею до воплощения. Поэтому в воскресенье мы встретились в студии, и я сфотографировал изображения, которые он подготовил, и сделал отпечатки, чтобы он мог их забрать. Затем он разработал картонный лист, который был помещен внутрь».

 

 

 

Коллаж вкладыша альбома, разработанный Питером Блейком.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Я ничего не получил за сверхурочную работу в поздние часы и воскресенье, но Питер любезно пригласил нас троих помощников на превосходный китайский обед в северном Лондоне. Мы обедали в отдельной комнате наверху, в компании его, Дженн Хейворт и её отца, который был художником-постановщиком готовящегося к выходу фильма «Половина гроша». Также там была звезда Джулия Фостер и режиссёр Джордж Сидни. Это был действительно незабываемый обед с изысканной едой. Еще раз спасибо, Питер.

В благодарность Майкл пригласил нас поехать с ним в Париж, чтобы увидеть, как «Роллинг Стоунз» открывают свой европейский тур в «Олимпии». Он находился в ложе позади публики, занимаясь световыми эффектами, а мы были в привилегированном положении, поэтому мы прошли за кулисы, чтобы фотографировать происходящее. Во время концерта нам даже удалось зайти в репетиционную комнату и за кулисы, и я был очень доволен своими результатами. К сожалению, все эти фотографии спустя годы были украдены, но это уже другая история».

 

 

 

На внутреннем вкладыше альбома использован портрет генерал-майора Джеймса Мелвина Бабингтона – командующего 1-й кавалерийской бригадой в Южной Африке, 1902 г. Портрет был среди коллекции военных открыток, принадлежащей Питеру Блейку.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Идея придать своим поклонникам дополнительную ценность заставила Пола и Джона решить, что вместо аннотации на обложке они напечатают тексты песен. Издательская компания тут же возразила, решив, что это сократит продажи сборников нот. Это был первый раз, когда кто-то напечатал тексты песен, хотя до этого подавляющее большинство поп-групп не записывали собственный материал, поэтому для большинства из них такой вопрос даже не возникал. Пол считает, что это, скорее всего, была идея Джина Махона, дизайнера, которого они наняли в качестве координатора проекта».

 

Пол: «Он был хорошим ирландским парнем, который работал в рекламном агентстве, и мы пригласили его, чтобы он помог собрать всё воедино, потому что у нас были Майкл Купер, у нас были Роберт Фрэзер, Питер Блейк, Дженн Хейворт, Нил Аспинал и все мы».

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Именно Джин Махон вытащил строчку из текста и вставил ее в качестве финального титра на оборотной стороне обложки: “ Прекрасное времяпрепровождение гарантировано всем”».

 

Джин Махон (художник-оформитель): «На задней стороне обложки где-то внизу среди сведений об авторах и прочего есть строчка из текста песни: «Великолепное времяпрепровождение гарантировано для всех» или что-то в этом роде. Она там появилась после того, как я это предложил: «Давайте возьмём эту строчку и поместим туда» (прим. – строчка из композиции Джона «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» (Being For The Benefit Of Mr Kite!))».

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «В «И-Эм-Ай» не пришли в восторг от идеи с обложкой. Они были обеспокоены последствиями использования лиц многих известных людей из-за авторских прав, и были очень обеспокоены идеей использовать изображение Махатмы Ганди, что, по их мнению, могло привести к неприятным политическим последствиям в Индии – стране, где у «И-Эм-Ай» был очень большой рынок продаж, контролируемый их дочерней компанией «Граммофон Компани». Поскольку «Битлз» приносили компании миллионы фунтов прибыли, они заслужили личный визит главы «И-Эм-Ай» сэра Джозефа Локвуда».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Когда работа над обложкой завершилась, сэр Джозеф Локвуд встретился с Полом. Я присутствовал при просмотре обложки альбома. На ней были цветы, барабан, четыре Битла и синее небо. Фон – коллаж из портретов – убрали, опасаясь, что эти люди предъявят иск или не захотят, чтобы их лица красовались на обложке чужого альбома».

 

Пол: «Они не хотели, чтобы Ганди появился на обложке, поэтому сэр Джо Локвуд пришел ко мне домой, чтобы сказать об этом лично. Он сказал, что в Индии это может быть воспринято как оскорбление. Я всегда хорошо ладил с Джо, он мне очень нравился. Полагаю, что он был очень умным человеком, очень обаятельным и с чувством юмора. Так что с Джо никогда не было проблем. С ним всегда был его личный помощник, очень обаятельный молодой человек. Было непривычно увидеть вблизи руководителя такой большой компании в совершенно неофициальной обстановке.

Итак, он пришел и говорит, ухмыльнувшись: «Ну, э-э. У нас тут некоторые проблемы по этому поводу. Будет много проблем от всех этих лиц, потому что каждый имеет право на своё изображение, и вы не можете просто взять и поместить их на обложку. Они будут судиться с нами. Мы будем по уши в судебных исках».

– Нет, не будем, – возразил я.

– Будем, – повторил он.

– Да они все будут только рады участвовать в этом, – сказал я. – Вам нужно обзвонить их всех и спросить разрешение! Вы обзвонили их?

– Нет.

– Ну, позвоните Марлону Брандо или его агенту и скажите, что «Битлз» хотели бы, чтобы его маленькое изображение было на обложке. Что в этом нет ничего предосудительного или что-нибудь такого. «Битлз» отдают дань уважения. Объясните это. Я думаю, что они будут рады быть там. Быть на обложке «Битлз» – это многого стоит.

– Мммм, мы получим много писем.

– Ну, как получите от кого-то письмо, дайте мне знать, и мы выплатим из наших гонораров, так что законно прикроете свою задницу, но просто позвольте нам заняться этим».

 

Джозеф Локвуд (глава «И-Эм-Ай»): «Я сказал, что они должны получить разрешение от каждого из людей, чьи изображения помещены на обложку. Они дали нам гарантию на возмещение убытков в размере 10 миллионов долларов в свете любого судебного иска и начали контактировать с людьми.

Ещё я сказал им, что прежде чем мы согласимся на эту обложку, они должны убрать Ганди, поскольку он святой».

 

Пол: «Помню, как Джо сказал: «Знаешь, Пол, нельзя помещать портрет Ганди на обложку». Я спросил: «Но почему? Мы уважаем его». – «Нет, нет, это могут понять превратно. В Индии его считают почти святым».

Среди мифов о «Битлз» полно разных историй. Например, будто бы мы хотели на обложке «Сержант Пеппер» поместить портрет Ган­ди и нам это запретили. В то время «И-Эм-Ай» была во многом колониальной компанией звукозаписи, и до сих пор является таковой – она продает пластинки в Индии и Китае, – поэтому её руководство заботится о чувствах жителей тех стран. «И-Эм-Ай» очень похожа на «Би-Би-Си» или какое-нибудь правительственное учреждение. Это гигантское организация, и я всегда находил в этом одну из его прелестей. Некоторые люди ненавидят такое, но не я. Мне нравится «Би-Би-Си». Всегда думал, что Британия без «Биба» была бы совсем другой. Иногда такие вещи занимают центральное место в вашей цивилизации. У Ирака нет своего «Биба», не так ли? При всей своей ужасности, при всей своей жуткой паутине – это удивительная машина. Я такое ценю. Мы использовали «Бибу» как гигантский громкоговоритель, рупор. Мы часто бывали там, и они распространяли нашу музыку по всей стране, после чего она часто попадала на Всемирную службу «Би-Би-Си», так что вы знали, что путешествуете с ней по всему миру. Это была отличная машина для распространения.

В общем, нам пришлось обойтись без Ганди».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Ганди был изображен сидящим под пальмой, поэтому его заменили пальмовыми ветвями».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Всё делалось после всеобщего одобрения между Полом, другими Битлами, Робертом Фрэзером, Питером Блейком и Дженн Хейворт. Поначалу Джон приходил с Робертом Фрэзером к Питеру Блейку, но был не слишком вовлечен во всё это, отчасти потому, что жил за городом. Брайен Эпстайн с самого начала был против идеи групповой фотографии и практически не участвовал в процессе, хотя, когда дело дошло до получения разрешения на использование изображений, работа была поручена его офису. В это время Брайен подсел на наркотики, и четыре месяца, пока записывался «Сержант Пеппер», провёл то ли в отпуске, то ли в реабилитационном центре для наркозависимых. Из-за наркотиков с ним невозможно было иметь дело, поэтому его многострадальная помощница Венди Хэнсон в отчаянии уволилась. Брайену пришлось специально нанять её внештатным сотрудником, чтобы она занялась получением разрешений на размещение лиц на обложку альбома, поскольку никто другой в «НЕМС» не мог этого сделать».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Брайену пришлось немало потрудиться, добиваясь разрешений на публикацию портретов, но он был убежден, что сама идея прекрасна. В конце концов, из офиса Брайена послали каждому письмо со словами: “Поставьте свою подпись вот здесь, если вы согласны”».

 

Джордж: «Письма с просьбами дать разрешение на публикацию были отправлены всем, и кое-кто нас подвёл».

 

Джозеф Локвуд (глава «И-Эм-Ай»): «Первая телеграмма, которую они отправили, была Леонарду Бернстайну, который сказал, что будет «счастлив» быть на обложке. Хочу отметить, что у нас не было ни одного судебного иска, связанного с этой пластинкой, хотя «Битлз» так и не удосужились связаться со всеми».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Все согласились – за исключением Лео Горси, который потребовал пятьсот долларов. Но его портрет располагался в последнем ряду, поэтому вместо него было легко вмонтировать клочок голубого неба».

 

Джордж: «Были и такие, кто отказывался помещать свои портреты на обложке, говоря: “Я не из “одиноких сердец” или: “Я не хочу, чтобы мой портрет был здесь”».

 

Пол: «Вместе с нами над обложкой работала группа художников, называвших себя коллективным псевдонимом «Простак». Они предложили поместить большую психоделическую картину на внутреннем развороте обложки, и нам понравилась эта идея. Но Роберт Фрэзер воспротивился. Он сказал: «Это не настоящее искусство». А я ответил: «Мне нет дела до твоего мнения, дружище. Даже если картина тебе не нравится, обложка-то к нашей пластинке». Мы настояли на своём, «Простак» нарисовали картину, но Роберт продолжал твердить: «Нет, это скверная картина». У него было удивительное чутье, и теперь я с ним соглашаюсь, но в то время картина казалась нам отличной. Но Роберт настоятельно советовал нам поместить на разворот нашу фотографию, сделанную Майклом Купером, и оказался прав. Мы подолгу советовались с друзьями, и каждый из них высказывал свои предложения».

 

Саймон Постума (дизайнерская группа «Простак»): «Нам позвонили и сказали подойти в офис. Там были Ринго и Джон, а Пола не было. Нам сказали, что разработанная нами обложка не будет использована. В лифте Ринго бранился и сказал: «Кто позволил Роберту Фрэзеру вести себя так!». Знаете, нам не было до этого никакого дела. Это была просто обложка одного из альбомов, будут ещё и следующие. Тогда мы ещё не знали, что он станет символом своего времени».

 

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Встал вопрос о том, чьи имена следует упомянуть на обложке. «Ничьи», – сразу заявил Пол. Роберт Фрэзер попытался убедить его отметить участие Питера Блейка и Майкла Купера, однако, за исключением Джорджа Мартина, никто из многочисленных музыкантов, технических сотрудников и других помощников, которые приняли учас­тие в реализации проекта, не был указан».

 

Роберт Фрэзер: «Пол захотел со­здать впечатление, что всё сделал он один».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Финансисты «И-Эм-Ай» пришли в ужас, когда увидели счёт за обложку. Их обычный бюджет на фотографию для обложки составлял 25 фунтов стерлингов, возможно, он мог быть увеличен до 75 фунтов стерлингов для такой великой группы, как «Битлз». Плата за авторские права и ретушь вырезанных лиц составила 1 367 фунтов. Гонорар Роберта Фрэзера и Майкла Купера составил 1 500 фунтов стерлингов, из которых Питер Блейк получил 200 фунтов стерлингов. Сэр Джо Локвуд сказал Роберту Фрэзеру, что за такую цену он мог бы нанять весь Лондонский симфонический оркестр».

 

 

 

Запись репризы Sgt Pepper”s Lonely Hearts Club Band

1 апреля 1967 г.

 

 

 

Страница из дневника Джорджа Харрисона.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Запись репризы композиции «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» (Sgt Pepper”s Lonely Hearts Club Band)».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-6:00. Студия 1 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженер: Ричард Лаш. Последняя записанная композиция для альбома была репризой заглавного трека».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «До этого времени по разным причинам «Битлз» периодически перезаписывали ранее записанные песни. В большинстве случаев это происходило тогда, когда они думали, что первую версию можно улучшить. Существует много примеров, таких как «Что ты делаешь?» (What You’re Doing), «Обними меня покрепче» (Hold Me Tight) и «Что происходит» (What Goes On), хотя ранние версии этих песен официально не появлялись и не выпускались. Были и другие случаи, такие как «Я смотрю на тебя» (I’m Looking Through You), «Завтрашний день никогда не знает» (Tomorrow Never Knows), «Норвежское дерево» (Norwegian Wood) и «И я люблю её» (And I Love Her).

Более редким случаем для группы было то, что ранняя версия и более поздняя выходили одновременно. Это произошло ещё с песней «Люби же меня» (Love Me Do), которая появилась на оригинальном сингле с Ринго на барабанах и на альбоме с сессионным барабанщиком Энди Уайтом. То же самое можно сказать и о песне «На помощь!» (Help!), когда монофоническая версия сингла и стереофоническая на альбоме довольно сильно различаются. Также есть ещё более редкий случай, когда ранняя и более поздняя версии были объединены, например, «Земляничные поляны навсегда» (Strawberry Fields Forever).

Однако в случае с репризой «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» это было впервые, когда композиция была переработана и записана вновь намеренно, чтобы стать комплиментом первой версии с намерением выпустить их одновременно. И хотя это, кажется, было запоздалой мыслью, результат стал ошеломляюще успешным.

Ещё один уникальный факт, касающийся этой композиции, заключается в том, что её бы вообще не существовало, если бы не их гастрольный менеджер Нил Аспинал».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Раньше мы жили с Мэлом вместе в квартире на Слоан-стрит. Как-то в феврале позвонил Пол, сказал, что пишет песню, и спросил, могут ли они с Мэлом прийти».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Песня, которую имел в виду Нил, называлась «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера». В тот день Пол вместе с Мэлом начал её писать».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «У нас дома они продолжили работать, и процесс двигался. На концертах “Битлз” в конце каждого выступления Пол обычно говорил: “Нам пора. Мы идем спать, и это наш последний номер”. Затем они играли последний номер и покидали сцену. В этот момент Мэл пошёл в туалет, и я сказал Полу: “Почему бы вам в альбоме не сделать сержанта Пеппера ведущим концерта? Он появляется в начале концерта и представляет группу, а в конце его закрывает?”»

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Полу, очевидно, понравилась эта идея, и он взялся за написание песни на основе припева оригинальной музыкальной темы, которую они с Мэлом Эвансом написали. По предложению Нила Пол включил свои заключительные слова с предыдущих концертов «Битлз», такие как его обращение к публике во время выступления в Голливуде 23 августа 1964 года: “Эта песня будет последней в нашем выступлении… извините… Мы хотим поблагодарить всех присутствующих за то, что пришли, большое вам спасибо… И мы надеемся, что концерт вам понравился. Вам понравился концерт? Хорошо, отлично”».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Через некоторое время в студии Пол рассказал об этом Джону; Джон подошёл ко мне и сказал: «Умников никто не любит, Нил». Именно тогда я понял, что Джону это понравилось и что это будет сделано».

 

Пол: «Интересуясь классической музыкой, я не мог пройти мимо те­ории композиции. Это целая наука о принципах построения, лежащих в основе опер, симфоний, концертов. Порядок построения классических произведений подчинен строгим законам, которые вырабатывались на протяжении всей истории музыкальной культуры. Так я узнал о сонат­ной форме, являющейся вершиной музыкального искусства. Форма эта применяется чрезвычайно широко, начиная с момента своего возник­новения в творчестве венских классиков Гайдна, Моцарта, Бетховена и до наших дней. Использование сонатной формы позволяет композито­рам реализовать свой замысел наиболее полно. Законы, по которым развивается действие, являются мощнейшим выразительным средст­вом. На альбоме «Револьвер» благодаря контрасту между песнями мы уже сделали первый шаг в этом направлении. Начатое движение следовало продол­жить. Концепцией следующего альбома должна стать сонатная форма.

Характерной особенностью сонатной формы является, в первую очередь, репризность, на основе которой и следовало составить альбомную композицию. Одна и та же музыкальная тема в начале и в конце произведения играет две противоположные роли. Сначала она начинает действие, а потом его заканчивает. Остальные песни должны выступать в качестве частей сонатной формы. Затем их следует расположить в таком порядке: песня-вступление, разработка, песня-реприза, песня-завершение».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Переход между заглавной темой и композицией «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends) с использованием шума аудитории получился настолько хорошо, что теперь нам нужно было придумать что-то столь же впечатляющее для окончания альбома, как раз перед композицией «День из жизни» (A Day In The Life), которая, без сомнения, должна была стать завершающей. И так получилось, что спустя целый месяц после записи темы Пеппера, четвёрка «Битлз» вернулась в студию, чтобы снова её записать, но с некоторыми отличиями. Во-первых, с приближением окончания работы в студии все были заряжены энергией и им не терпелось побыстрее закончить. К тому же через два дня Пол должен был вылететь в США, и он не собирался откладывать эту поездку, потому что после нескольких месяцев разлуки хотел встретиться с Джейн Эшер».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Пол планировал вылететь в США 3 апреля и пробыть там до 12-го. В течение этого времени должна была быть подготовлена мастер-лента».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Похоже, что в течение этого времени мастер-лента подготовлена не была, поскольку стереосведение репризы «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» будет сделано только 20 апреля, не говоря уже о записи на «канавку сбега», которая будет записана 21 апреля».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Второе отличие заключалось в том, что в такой короткий срок Джордж Мартин не смог забронировать студию 2. Других артистов, записывавшихся в этой студии, так часто заставляли уступать своё время в пользу «Битлз», что они начали возмущаться. Очевидно, что кто-то из них отказался отдать своё время. В результате мы были вынуждены использовать просторную студию 1, которая, вероятно, была наименее подходящим местом в комплексе студий Эбби-Роуд для записи такой энергичной рок-композиции.

Итак, нам пришлось выйти на работу в субботу. Какими бы долгими и сумасшедшими ни были сессии «Пеппера» за последние четыре месяца, «Битлз» неукоснительно придерживались правила работать только по будням. Мы привыкли считать выходные временем, когда можно расслабиться и отдохнуть, а также немного отвлечься от напряженной работы, которой мы занимались. Но в этот раз у нас не было выбора, поэтому 1 апреля мы собрались в студии.

Акустика студии 1 была слишком реверберирующей для громкой рок-группы, поэтому я понимал, что мне нужно заранее сделать некоторые специальные приготовления. Во-первых, я попросил Ричарда (Лаша) и дежурного инженера по обслуживанию собрать все имеющиеся высокие экраны и соорудить из них что-то вроде домика, создав таким образом в помещении небольшую комнату. Затем я попросил Мэла и Нила поставить барабаны и усилители очень близко друг к другу, чтобы была минимальная задержка сигнала, который неизбежно просочился бы между микрофонами, а самих «Битлз» я расположил полукругом, чтобы они могли видеть друг друга.

Потребовалось много усилий, чтобы приноровиться к этой импровизированной комнате, но оно того стоило – звук, который мы получили в тот день, был плотным и напористым. Он не совсем соответствовал звучанию остальной части альбома, который почти полностью был записан в студии 2, но нам удалось избежать перенасыщенности реверберацией, что могло бы произойти, если бы я не вычленил то пространство, в котором они играли. Как бы то ни было, та реверберация, которая присутствует в репризе «Сержанта Пеппера», на самом деле является следствием огромного помещения, и нам не понадобилось использовать какую-либо эхо-камеру при микшировании треков.

В тот день все излучали оптимизм, и это было заметно. Атмосфера была фантастической, а энергии в композиции было даже больше, чем в первой версии. Это был великолепный ритм-трек, и я чувствовал возбуждение с самого первого момента, начиная с отсчёта Пола, который сам по себе обладал огромной энергией. Ринго чертовски здорово колотил по своим барабанам – он даже нажимал на педаль басового барабана сильнее, чем обычно. На самом деле все играли на полную катушку. Учитывая, что они так долго были заперты в студии, вкладывая в запись альбома сердце и душу, было невероятно, насколько хороша и сплочённа была их игра».

 

One, two, three, four,  Один два три четыре,

We’re Sergeant Pepper’s Lonely Hearts Club Band,  Мы оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера,

We hope you have enjoyed the show,  Мы надеемся, что вам понравилось это шоу,

Sergeant Pepper’s Lonely Hearts Club Band,  Оркестра клуба одиноких сердец сержанта Пеппера,

We’re sorry, but it’s time to go.  Нам очень жаль, но пора заканчивать.

 

Sergeant Pepper’s Lonely,  Одиноких сержанта Пеппера,

Sergeant Pepper’s Lonely,  Одиноких сержанта Пеппера,

Sergeant Pepper’s Lonely,  Одиноких сержанта Пеппера,

Sergeant Pepper’s Lonely,  Одиноких сержанта Пеппера,

Sergeant Pepper’s Lonely Hearts Club Band.  Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера.

 

We’d like to thank you once again,  Мы хотели бы поблагодарить вас ещё раз,

Sergeant Pepper’s one and only Lonely Hearts Club Band.  Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера.

It’s getting very near the end,  Подходит почти к концу,

Sergeant Pepper’s Lonely,  Одиноких сержанта Пеппера,

Sergeant Pepper’s Lonely,  Одиноких сержанта Пеппера,

Sergeant Pepper’s Lonely Hearts Club Band.  Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера.

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Каждый участник группы играл на своём обычном инструменте, что было, возможно, единственным случаем во время записи альбома. Пол Маккартни исполнил вокал, а Джордж Мартин сыграл на органе».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Во время записи ритм-трека Пол играл на органе «Хэммонд», Ринго на барабанах, Джон на электрической ритм-гитаре и Джордж на соло-гитаре. Джордж сыграл удивительно яркую партию соло-гитары, несмотря на то что его сердце в это время было «в Индии». Во время записи ритм-трека не было записано никакого вокального сопровождения, только ведущий вокал Пола.

Перед записью восьмого дубля Пол обратил внимание на 98 динамиков, закрепленных на стене студии 1, которые использовались как часть системы «амбиофонии» (прим. – система усиления времени реверберации зала (или студии) при помощи магнитофона со многими воспроизводящими головками, осуществляющими необходимую временную задержку для громкоговорителей, расставленных в зале; была разработана фирмой «Филипс»). Никогда раньше их не замечавший, Пол спрашивает: «Что это за формы по всей студии, какие-то пузыри и выпуклости». Затем Пол говорит Ринго: «Играй громко на бас-барабане», и когда Ринго демонстрирует звук, восклицает: «Да! Это то, что нужно». Затем Пол делает отсчёт, по-видимому, по поверхности органа «Хэммонд». Исполнение дубля почти идеальное, но делается ещё одна попытка, и «дубль девять» становится лучшим».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Было записано девять дублей. Затем Пол Маккартни, Джон Леннон и Джордж Харрисон на третью дорожку девятого дубля записали вокал, а на четвёртую были добавлены маракасы и бубен».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Также было записано наложение бас-гитары Пола и Ринго, играющего на бубне и маракасе».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «В этой композиции много приятных мелочей. Чем больше её слушаешь, тем больше можно услышать. Мне всегда нравилось игривая импровизация «до свидания» Леннона в самом начале, а в последнем припеве, где кажется, что Пол поёт не в микрофон, была просто утечка звука с трека его ведущего вокала на микрофон, висящий над головой. Это было то, от чего я никак не мог избавиться, так что в итоге мы махнули на это рукой, как было с отсчётом Мэла Эванса во время двадцати четырех тактного нарастания звука в композиции «День из жизни» (A Day In The Life)».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Утечка вокала, о которой говорит Джефф Эмерик, которая присутствует в финальной части песни, очень хорошо слышима в мономиксе, но, видимо, он нашел способ завуалировать большую часть этого в стереомиксе».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Из-за нехватки времени вся запись песни, включая наложения, сведение и всё остальное, была завершена в течение одной длинной сессии. Приближались сроки выпуска альбома, и в промежутках между дублями группа просматривала распечатки фотографий для обложки альбома, просматривала варианты дизайна и тех сувениров, которые они планировали включить в альбом».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Реприза была единственной композицией альбома, для которой не было сделано промежуточного сведения; были записаны все четыре дорожки, на которые добавлены наложения, после чего он был готов к сведению.

В конце сессии из девяти дублей было сделано девять моносведений, последнее из которых было использовано в альбоме. К вокалу было применен эффект искусственной двойной записи, а также добавлен шум толпы, подготовленный 6 марта 1967 года».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Эта короткая, но залихватская песня не соответствовала ни одному из критериев, существовавших в каталоге «Битлз» до этого времени и вместе с тем она выполнила свою роль, как никакая другая. Она должна была завершить весь альбом, который до этого момента звучал, так сказать, как выступления разных артистов, отсюда и возвращение звукового эффекта присутствия зрителей. И стихающий шум аудитории подчёркивает значимость финальной композиции «День из жизни» (A Day In The Life) как творческого достижения самих «Битлз», а не выдуманного клубного оркестра.

Нигде раньше в поп-музыке не было повторения заглавной песни, поскольку до этого времени альбомы обычно представляли собой просто сборник песен, недостаточно хороших для их выпуска в виде синглов. Этот же альбом предназначался для того, чтобы его воспринимали как единое целое, и чтобы получить полное впечатление от прослушивания его следовало слушать целиком, без обычных пауз между песнями».

 

Дэвид Тейлор (автор статьи «Телепрограмма “Наш мир” – создание и реализация»): «В 1967 году телевидение было «маленьким мирком». В Великобритании иногда можно было что-то увидеть в прямом эфире «Евровидения», но какая-нибудь спортивная трансляция из Австралии была недоступна. Между Европой и США существовала прямая связь, но фотографии войны во Вьетнаме по-прежнему публиковались в «Лайф» через неделю, поэтому международные новости всегда отставали в подаче визуального материала. То, что телесигнал программы «Наш мир» должен был транслироваться в прямом эфире одновременно из Европы, США, России, Японии и Австралии, превращало это мероприятие в очень знаменательное телевизионное событие.

В июле 1962 года был запущен американский спутник «Телстар 1», но он обеспечивал только двадцатиминутное покрытие каждые 2,5 часа над Атлантикой для передачи одного телевизионного сигнала между США и Европой. В 1965 году, когда на геостационарную орбиту вышел спутник «Интелсат», получивший название «Ранняя пташка», телетрансляции стали возможны в любое время. Через две недели после запуска «Ранней пташки» состоялась прямая трансляция с участием Уолтера Кронкайта из «Си-Би-Эс» и Чета Хантли из «Эн-Би-Си», находящихся в Нью-Йорке, и Ричарда Димблби из «Би-Би-Си», находящегося в Брюсселе. Это положило начало телетрансляций в прямом эфире между континентами Америки и Европы, которые теперь могли происходить в любое время. Свершилось то, о чём ещё в 1945 году написал фантаст Артур Кларк: «геостационарные спутники смогут обеспечить всемирную радиосвязь».

В 1965 году Обри Сингер – глава отдела научных исследований «Би-Би-Си» – предложил организовать проект “Вокруг света”».

 

Дэррол Блейк (режиссёр телепрограммы «Наш мир»): «В 1966 году Обри Сингер отметил, что теперь, когда спутники покрывают весь земной шар, появилась возможность транслировать телевизионные программы по всему миру».

 

Дэвид Тейлор (автор статьи «Телепрограмма “Наш мир” – создание и реализация»): «Это должно было стать масштабным мероприятием, поэтому его организация была передана Европейскому вещательному союзу, но основная разработка программы и компоновка сюжетов должны были оставаться за “Би-Би-Си”».

 

Дэррол Блейк (режиссёр телепрограммы «Наш мир»): «Поэтому при поддержке руководства «Би-Би-Си» он начал переговоры с телекомпаниями разных стран. Однако не всё складывалось удачно, так как все говорили: «У тебя не получится, потому что русские не станут сотрудничать с американцами, и это всё будет так сложно…». Но он не собирался сдаваться».

 

Дэвид Тейлор (автор статьи «Телепрограмма “Наш мир” – создание и реализация»): «В 1966 году в Женеве представители восемнадцати стран приняли этот проект, решив организовать трансляцию в прямом эфире. При этом было определено, что политического содержания в нём не будет».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Восемнадцать стран согласились участвовать в прямой трансляции, тринадцать согласились транслировать это мероприятие».

 

Дэвид Тейлор (автор статьи «Телепрограмма “Наш мир” – создание и реализация»): «Однако именно запуск спутников «Интелсат 2» (Птичка Лани) в январе 1967 года и «Интелсат 3» (Канарейка) в марте 1967 года сделали возможной идею использовать глобальную телевизионную связь.

Наряду с коммерческими спутниками «Ранняя пташка», расположенным над Северной Атлантикой, «Канарейка» над Южной Атлантикой, «Птичка Лани» над северной частью Тихого океана, был задействован спутник НАСА «Эй-Ти-Эс-1», так как он покрывал зону южной части Тихого океана».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Где-то в начале 1967 года «Би-Би-Си» анонсировала предстоящее телевизионное мероприятие, которое «впервые в истории соединит пять континентов и позволит каждому человек предстать лицом к лицу с человечеством в таких далеких друг от друга местах, как Канберра и мыс Кеннеди, Москва и Монреаль, Самарканд и Содерфорс, Такамацу и Тунис». Эта амбициозная программа будет называться «Наш мир» – первая в мире глобальная телевизионная программа, в которой предлагалось связать одновременно пять континентов с помощью спутников (прим. – проект был разработан «Би-Би-Си»; согласно основным правилам, в трансляции не могли участвовать политики или главы государств; кроме того, всё должно было транслироваться в прямом эфире, поэтому использование видеозаписей или фильмов было запрещено). Ожидалось, что программу посмотрят 500 миллионов человек, что сделает её самой амбициозной и исторической телепрограммой своего времени».

 

Дэвид Тейлор (автор статьи «Телепрограмма “Наш мир” – создание и реализация»): «Обри Сингер собрал команду для работы над “Нашим миром”, в которую входили Ноубл Уилсон, руководивший международным освещением, и Дэррол Блейк, руководивший репортажами в самой большой студии “Би-Би-Си”».

 

Дэррол Блейк (режиссёр телепрограммы «Наш мир»): «В то время на «Би-Би-Си 3» я занимался режиссурой популярного комедийного шоу. Идея программы «Наш мир» пришла руководителю отдела научных исследований Обри Сингеру. К этому времени он уже дважды совершил кругосветное путешествие. Очевидно, когда он обдумывал программу, он подошел к [программному директору] Майклу Пикоку и спросил: «Кто у вас лучший режиссёр?» Майкл Пикок сказал мне: «Я не понял, что он имел в виду. Что он имеет в виду? Кто привык к хаосу? Ах да, это Дэррол». Я работал над проектом три месяца и был режиссёром всех частей между вставками из других стран».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Все выступления в программе должны были быть разделены на несколько подразделов, а именно: «Мир этого мгновения», «Голодный мир», «Переполненный мир», «Физическое совершенство», «Художественное совершенство» и «За рамками мира». Поскольку программа была детищем «Би-Би-Си», британский вклад должен был показать лучшее, что могла предложить страна, поэтому вряд ли стало неожиданностью для большинства людей, когда 18 мая 1967 года было объявлено, что в заключительном сегменте раздела «Художественное совершенство» будут представлены «Битлз». Они должны были выступить в прямом эфире из студии «И-Эм-Ай», исполнив песню, написанную специально для этого случая».

 

Джон Робертсон (автор книги «Полный путеводитель по музыке Битлз»): «На 25 июня было запланировано всемирное шоу, которое проводилось в рамках выставки в Канаде «Экспо ’67». В 1967 году спутниковая технология наконец позволила осуществлять мгновенную телекоммуникацию между любыми уголками зем­ного шара. Международные организации, осуществляющие трансляцию, объединили усилия в программе «Наш мир», призванной соединить сюжеты раз­личных континентов в одно международное телевизионное шоу, которое должно было транслирова­ться в прямом эфире. «Битлз» были приглашены для участия в британской части шоу и должны были ис­полнить новую песню».

 

Марк Льюисон (автор книги «Полная хроника Битлз»): «К этому времени «Битлз» находились в своем абсолютном зените злавы. Пройдя за десять лет путь от исполнения в 1957 году скиффл-музыки в рабочем клубе до всемироной аудитории в 350 миллионов человек, они совершили скачок настолько колоссальный, что это всё ещё трудно осмыслить».

 

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Брайен свалился как снег на голову и сказал, что мы будем представлять Великобританию во время всемирной телетрансляции, и должны написать песню. Это был вызов. Нас будут смотреть более 300 миллионов человек, что по тем временам было феноменальной цифрой».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Когда мы ещё были заняты работой над «Пеппером», Брайен Эпстайн зашёл в студию, что в последнее время он делал не часто. Высокопарно взмахнув рукой, он призвал всех к тишине. «Парни, – объявил он, – у меня для вас потрясающая новость». Все навострили уши. Брайен сделал паузу для придания драматизма. «Вы выбраны представлять Англию в телевизионной программе, которая впервые будет транслироваться в прямом эфире по всему миру через спутник. «Би-Би-Си» снимет, как вы записываете свой следующий альбом».

Он выжидающе огляделся по сторонам. Мне почти показалось, что он хотел поклониться. К его крайнему разочарованию группа ответила… зевком. Ринго ерзал в дальнем конце студии, желая вернуться к игре в шахматы, в которую он играл с Нилом [Аспиналом], а Джордж вернулся к настройке своей гитары. Джон с Полом на мгновение обменялись непонимающими взглядами. Пол не казался заинтересованным тем, что только что услышал. Предполагаю, что он, вероятно, был слишком сосредоточен на завершении «Пеппера». С явным отсутствием энтузиазма Джон наконец сказал: «Ну, хорошо. Я сделаю что-нибудь для этого».

Брайена возмутила их легкомысленная реакция. «Вас это не волнует? Разве вы не понимаете, что это значит для нас? Вы хоть представляете, сколько напряжённой работы и усилий я предпринял, чтобы достичь этой договорённости?» Леннон прервал его едким комментарием: «Ну, Брайен, вот что ты получаешь, когда обязываешь нас что-то сделать, не спросив для начала нас». Эпстайн был готов расплакаться. Не найдя слов, он, всхлипывая, выбежал из студии. Из обсуждения, последовавшего после его ухода, я понял, что Битлы не рассматривали это как заманчивое предложение, а как нарушение их самопровозглашенного намерения никогда больше не выступать вживую. Более того, они возмущались тем фактом, что их менеджер объявил это как свершившийся факт. Они были в той точке своего развития, когда хотели контролировать все аспекты своей карьеры».

 

Джон: «Брайен где-то в конце весны нам предложили участвовать в первом международном телемосте «Наш Мир». Трансляцию про­водили через выведенный на орбиту спутник. Мы с кем-то там ещё представляли Британию, и для этого надо было написать песню».

 

прим. – встреча с режиссёром программы «Наш мир» Дереком Баррелл-Дэвисом состоится 17 мая.

 

 

 

 

 

 

 

Завершение записи песни Being For The Benefit Of Mr Kite!

31 марта 1967 г.

 

 

 

 

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженер: Ричард Лаш.

Сессия началась с создания пятнадцати моно-миксов песни «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends), последний из которых был выбран для включения в альбом. В процессе микширования ведущий вокал Ринго Старра был искусственно дублирован».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «В процессе микширования в самом конце песни гармонизированный вокал был обрезан, сделав тем самым более аккуратную подачу вокала, в то время как остальные инструменты приблизились к более естественному звучанию».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Затем была завершена запись песни «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» (Being For The Benefit Of Mr Kite!). На конец песни были записаны орган и глокеншпиль».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «После того, как около 20:30 был закончено моносведение «С небольшой помощью моих друзей», Джордж Мартин спустился в студию, чтобы добавить ещё пару наложений для композиции «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!». Похоже, что основное внимание было уделено последним секундам песни».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Композиция «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» была украшена хроматическими партиями органа и глокеншпиля – оба инструмента были записаны на половинной скорости».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Глокеншпиль – это ксилофоноподобный ударный инструмент, обычно из металлических пластин с высоким тоном. Джордж Мартин, по-видимому, сыграл эту сложную партию на органе на половинной скорости, а затем сыграл ту же самую игру на глокеншпиле поверх неё в качестве ещё одного наложения, чтобы завершить песню. Поскольку это нигде не задокументировано, он, несомненно, в этот день сыграл в качестве наложения сильные фортепианные аккорды, которые вводят финальный куплет».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «После этого было сделано семь моносведений, четвёртое из которых было признано лучшим.

Сессия закончилась в 3 часа ночи».

 

 

 

Фотосессия для обложки альбома «Сержант Пеппер» / Продолжение записи песни With A Little Help From My Friends

30 марта 1967 г.

 

Марк Льюисон (автор книги «Полная хроника Битлз»): «В этот день в лондонской фотостудии Майкла Купера состоялась фотосессия для обложки альбома «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера». Декорация была подготовлена Питером Блейком и его женой Дженн Хейворт в течение предшествующих восьми дней».

 

 

 

Студия в 2021 году.

 

Курт Лодер (американский музыкальный критик): «Над оформлением конверта «Битлз» задумались где-то в середине февраля».

 

Пол: «Наш альбом обещал стать сенсацией, и мы хотели, чтобы его обложка выглядела по-настоящему интересной. Все соглашались с этим. В детстве мы ездили в магазин Льюиса (поездка на автобусе занимала полчаса) за альбомами, а на обратном пути вынимали их из коричневых бумажных пакетов и читали всё, что было напечатано на конверте. Тогда альбомы были большими, полноразмерными (а не такими, как компакт-диски), их читали и рассматривали. Мы помнили, как тратили свои с трудом заработанные деньги и по-настоящему любили тех, кто оправдывал наши ожидания и затраты. Поэтому нам не хотелось просто сфотографироваться для обложки в обычных пиджаках или предстать на ней пай-мальчиками в водолазках, как на обложке альбома «Резиновая душа» (Rubber Soul).

Мы хотели сделать обложку «Пеппера» такой, чтобы ее можно было рассматривать годами, вглядываться в лица и читать тексты песен на обороте.

Когда мы только начали обдумывать идею обложки, главным затруднением было то, что наши предложения оказывались слишком дорогостоящими. Никто и никогда не тратил таких денег на обложку пластинки. Обычно её оформление обходилось в семьдесят фунтов: приходил какой-нибудь известный фотограф вроде Ангуса Макбина, снимал группу, и ему причитался гонорар – семьдесят фунтов.

Мы подключили к работе художников».

 

Марийке Когер (дизайнерская группа «Простак»): «Нам поручили поработать над эскизами для обложки альбома «Сержант Пеппер». Я нарисовала гуашью на бумаге эскиз идеи, а окончательный рисунок должен был быть сделан после утверждения».

 

Пол: «Вместе с нами над обложкой работала группа художников, называвших себя коллективным псевдонимом «Простак». Позднее они же оформили магазин на Бейкер-стрит, а затем делали для нас костюмы».

 

Саймон Постума (дизайнерская группа «Простак»): «Это было очень красочно. Обложка была раскрывающейся (из трёх частей), с нарисованной площадью, заполненной танцующими людьми и множеством радужных разводов. Очень мило – как и всё в те дни. «Власть цветов», вы помните? Работу забрал Джон Леннон и повесил на стене своего дома, и, вероятно, она до сих пор в коллекции Йоко Оно».

 

Марийке Когер (дизайнерская группа «Простак»): «Наш эскиз был всего лишь первоначальный концептуальный набросок, но все решили, что это окончательное творение, и признанный элитарный арт-дилер Роберт Фрезер его отверг; он предпочел продвинуть художника из своей конюшни, и в конечном итоге был использован только мой дизайн вкладыша диска».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Нашим художественным галеристом был Роберт Фрезер, арт-дилер. Он дружил с участниками группы «Битлз». Когда он увидел обложку для «Сержанта Пеппера», разработанную голландской командой дизайнеров «Простак» – психоделический пейзаж, то организовал нам с Питером встречу с Полом Маккартни, чтобы обсудить новые идеи для дизайна обложки».

 

Пол: «Я дружил с Робертом Фрэзером, лондонским торговцем предметами искусства. Человека с более ярким воображением я ещё не встречал. В то время я восхищался нашей дружбой. Я изложил ему нашу идею насчёт обложки. Он познакомил меня с художником Питером Блейком».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Поп-арт Питера Блейка обладает ностальгическим качеством английской поп-культуры: артисты цирка, плакаты с борцами, стриптизерши, игрушки викторианской эпохи, фильмоскопы и пикантные открытки. Находясь у него дома возникает ощущение, что вы соприкасаетесь с накопленными за столетия разными памятными вещами, фамильными сувенирами, альбомами с вырезками и рекламой столетней давности.

Его работы живописны, всегда блестяще прорисованы, но основаны на народном стиле вывесок гостиниц, расписных барж и ярмарочных аттракционов. Он нарисовал свой первый комикс в 1957 году и был одним из основателей движения поп-арт. Обложка сержанта Пеппера, задуманная Полом, с её образами английской поп-культуры, коллажем из знаменитостей и нотками ностальгии, была как будто специально предназначена для Питера Блейка».

 

Питер Блейк (художник): «Когда Битлы записали примерно половину материала, уже было ясно, что пластинка станет называться «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера». Идея альбома – концерт, настоящий концерт с увертюрой и финалом, и каждый из «оркестрантов сержанта Пеппера» исполнял свою песню. По-моему, у них даже уже была готова униформа – они решили, что оркестр сержанта Пеппера должен выглядеть именно так. Пол объяснил, что концепция альбома строится на образе духового оркестра, вроде тех, что играют в городских парках. Поэтому для оформления об­ложки предполагалось сделать фотографию, на ко­торой Битлы в костюмах музыкантов из та­кого оркестра, стоят на эстраде в городском парке. Как водится, эстраду окружает толпа зрителей, а перед ней цветочная клумба».

 

Пол: «Я побывал в гостях у Питера и для начала оставил ему свой маленький набросок. Обложка, как я себе это представлял, должна была изображать сценку где-то на севере Англии, откуда мы были родом: мэр вручает «Битлз» ключи от города возле цветочных часов вроде тех, что встречаются во всех муниципальных парках. Всюду, в любом парке, в какой бы вы не вошли, были цветочные часы. Мы сидели и обсуждали: «Зачем они делают часы из цветов?». Очень концептуально! Их стрелки никогда не двигаются, они только растут, и время становится несуществующим, но часы растут, и это похоже на… замороженные цветочные часы!»

А на внутренней стороне обложки мы должны были сидеть в окружении наших кумиров. Это был оригинальный замысел.

Я взял наброски цветочных часов, мэра и всех наших кумиров, что показывало задумку в целом, и мы пошли к Питеру. Он жил в маленьком загородном домике на улице с однотипной застройкой. У него был очень уютный дом с множеством вещей повсюду, как в антикварном магазине. Все стены были увешаны рисунками, коридор до комнаты и спальни был увешан фотографиями татуированных дам – у него их было много. Там были плакаты с изображением Хильды Бек и борца Тарзана. Стены украшали работы разных художников, в том числе Джо Тилсона и Ричарда Смита.

Там были все ранние произведения Питера: рестлеры, маленький мальчик со значками, пин-апы, все его замечательные работы и работы других популярных художников. Там был и его рисунок «Битлз», так что это было похоже на: «О, привет!» Тут трудно что-то сказать определённое, потому что когда смотришь на изображение «Битлз», то это как бы не ты, это изображение сложившегося мифа о тебе. Тут сложно что-то комментировать, поэтому, как я помню, мы просто пошутили об этом. Я сказал ему, что, по-моему, это очень хорошо. В то время мы в чём-то были с ним похожи, так что я мог сделать ему комплимент, но в целом я с любопытством осматривался вокруг. Мы поговорили об Элвисе, Джине Винсенте и тому подобном, что стало для нас связующей нитью».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Питер Блейк тогда был женат на американской художнице Дженн Хейворт, которая также выставлялась в галерее Роберта Фрэзера. Она делала тканевые фигуры необычных персонажей в натуральную величину. Одна запоминающаяся инсталляция представляла собой несколько огромных плюшевых мишек, на каждом из которых было лицо Джона Бетджемана. Джон Бетджеман был британским поэтом, наиболее известным своими стихами о деревенских церквях и прославлением английских пригородов. Когда Пол осматривал дом Питера и Джанн, он наткнулся в гостиной, заставленной растениями в горшках, на несколько её плюшевых мишек Бетджеман».

 

 

 

 

Пол: «У Дженн стоял большой калифорнийский серфер, одна из ее моделей, но Бетджеман запомнился больше всего. Я тоже люблю Бетджемана, он был таким милым».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Питер Блейк выглядел архетипическим художником, с остроконечной бородой, в куртке «Левайс» и джинсах, которые в то время было практически невозможно купить в Британии, где мода на джинсы ещё не прижилась, а «Левайс» можно было купить только в одном или двух магазинах».

 

Пол: «В его глазах улавливался огонёк, свойственный английским ученым джентльменам. Итак, я показал ему свои маленькие зарисовки и сказал: «Смотри, мы находимся на вот таком небольшом холме, и у нас тут цветочные часы. Что с этим можно сделать? Пока это просто моя идея, можешь её развивать, я не против. Мне бы хотелось, чтобы ты высказал своё мнение». С этого всё началось. Так Роберт стал неофициальным арт-директором проекта.

Когда кто-то берет в руки то, что называется «новая долгоиграющая пластинка Битлз», то обычно он видит просто набор песен или симпатичную фотографию на обложке, и ничего больше. Мы впервые осознали, что необходимо создать законченное произведение – малень­кое чудо».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Обложка появилась в результате обсуждения с Питером Блейком».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «На эскизе Пола Маккартни группа стоит в комнате стиля эпохи короля Эдуарда перед стеной, на которой висят портреты в рамках. Слева от них должен быть висеть плакат в стиле пин-ап французской актрисы и секс-символа всех Битлов Бриджит Бардо, на котором она сидит на коленях с поднятыми за головой руками. Там же находятся кубки и другие спортивные награды. Усатые музыканты на эскизе одеты в длинные военные оркестровые куртки с эполетами. Трое держат в руках духовые инструменты, а Ринго Старр – турецкий барабан. Причём на Джоне орденская лента, а у Ринго – медаль».

 

Питер Блейк (художник): «На дизайн «Сержанта Пеппера» повлияло посещение в Лондоне магазина, который торговал военной униформой и старинной одеждой. Назывался он “Камердинер лорда Киченера”».

 

Роберт Орбач (директор магазина «Камердинер лорда Киченера»): «Название «Камердинер лорда Киченера» придумал один из совладельцев магазина Йен Фиск только потому, что мы торговали одеждой викторианской эпохи. Это пробуждало в воображении эдвардианские смокинги, цилиндры и трости – чистая ностальгия. Эрик Клэптон был первым, купившим у нас военный китель в начале 1966-го. Однажды утром я был в магазине, когда вошли Джон Леннон, Мик Джаггер и Синтия Леннон. Я не понимал, видится ли мне это, но это было реальностью. Мик Джаггер купил за 4 или 5 фунтов красный китель гвардейского гренадёра-барабанщика.

1966 год – это всего около пятидесяти или около того лет от викторианской эпохи, когда мы были империей (прим. – Викторианская эпоха (1837–1901) – период правления Виктории, королевы Британской империи). В общем, Мик Джаггер купил этот мундир и надел его во время шоу «На старт, внимание, марш». На следующее утро в магазине была очередь из сотни человек, желающих купить такой мундир, и к обеду мы продали всё, что было в магазине».

 

 

 

Фото эскиза (предположительно, Пола) из книги Хантера Дэвиса «Тексты песен Битлз».

 

 

 

Лист с текстом песни «Люси в небе с алмазами», написанный рукой Джона Леннона. Чуть ниже первая строчка песни Маккартни «Она покидает дом». Также присутствует рисунок четырёх человек с музыкальными инструментами в руках в комнате со шторами; на стенах портреты, слева стоит кубок. Возможно, что это эскиз Пола к обложке «Сержанта Пеппера». Рисунок и слова «Она покидает дом» выполнены фиолетовой ручкой, а текст «Люси» – синей. Этим же цветом дорисованы трубы музыкантов. Не исключено, что Леннон дополнил эскиз.

На оборотной стороне листка нарисованы водная поверхность, пальмы и два изображения людей деревянных лошадок – одних из персонажей песни «Люси в небе с алмазами».

 

Пол: «Питеру удалось развить нашу идею. С появлением Питера Блейка идея немного изменилась в лучшую сторону. Часы превратились в надпись: «Битлз», став цветочной клумбой. Нашими кумирами на фотографиях вокруг нас стала толпа видных деятелей, как будто они нам что-то дарили, но на самом деле никому ничего не дарили. Так что идея немного выкристаллизовалась, что было хорошо. Всё это потребовало много работы».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Толпа была идеей Питера. Это не Пол. Это возникло непосредственно из работ Питера. Это часть того, что он делал в то время. Он делал коллажи».

 

Питер Блейк (художник): «В 1964 году я начал картину под названием “Битва”, на которой были изображены Элвис Пресли, Тони Кёртис, Ширли Темпл, У. К. Филдс и Лу Костелло. Так что идея толпы, состоящей из знаменитых людей, на самом деле возникла на три года раньше “Сержанта”».

 

 

 

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Питер хотел сделать это в виде коллажа. Маккартни часто утверждает, что это он был инициатором концепции обложки, иллюстрированной рисунками, которые он дал Блейку. Но он этого не делал. Возможно, у него были идеи, но они не были переданы нам. У нас в студии был с ним разговор, который в основном касался художественного видения, предложенного нами с Блейком. Во время этой встречи у Блейка возникла идея о толпе – тема, которая соответствовала его работе. В то время он преподавал в художественной школе и говорил своим ученикам: «Рисуйте своих героев». Питер положил это на стол, сказав, что если они собираются одеться в мундиры, то за ними может быть толпа. Это была условная концепция, типичная для Петра».

 

Питер Блейк (художник): «Мне кажет­ся, что мой личный вклад состоял в том, что я пер­вым понял: если разместить толпу определенным образом, то в качестве персонажей в неё можно пос­тавить кого угодно. Я подумал, что неплохо было бы сфотографировать их на фоне огромной толпы, состоящей и из великих личностей, и из знаменитостей, и из литературных персонажей, и из героев народных сказок».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Я видела это как определённый круг людей. В то время всё, что я делала, было в натуральную величину; всё, что я делала, имело окружающую обстановку; я устанавливала мебель вокруг чего-то или усаживала фигуру, которую сделала, на стул с лампой, с собакой, с цветами. После Голливуда я всегда так работала. Мой отец (прим. – Тед Хаворт, арт-директор) был в то время в Лондоне, участвовал в съёмках фильма «Пол-шестипенсовика» с Томми Стилом, поэтому я посоветовалась с ним. Он сказал, что если мы хотим добиться того, чтобы обложка выглядела реалистично, то нужно снимать с подсветкой того, что расположено за «Битлз». Обман двухмерных фотографий, расположенных за первым рядом трехмерных объектов – это из Голливуда, от нас с отцом. Я с пятилетнего возраста видела, как мой отец делал это. Питер хотел сделать это в виде небольшого коллажа, но я настояла, чтобы передний ряд был трёхмерным. “В этом-то и вся прелесть, – сказала я Питеру, – если ты захочешь схитрить, то лучше вырезать головы, а не рисовать их, и тогда толпу можно сделать действительно быстро”».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Вскоре стало очевидно, что съёмка на открытом воздухе больше не подходит, и что сфотографировать обложку в студии будет гораздо проще. Роберт Фрэзер порекомендовал бывшего фотографа журнала «Вог» Майкла Купера, предложив построить декорации в его студии на Флад-стрит в Челси. За большинством предложений Роберта стоял скрытый мотив. В этом случае Роберт оказывался в деле с Майклом Купером, так как год назад вместе с ним открыл фотостудию на Флад-стрит в качестве коммерческого предприятия. Майкл Купер делал все фотографии для галереи Роберта, а Роберт проводил через студию как можно больше сделок».

 

Пол: «Питер Блейк дружил с фотографом Майклом Купером. Роберт Фрэзер предложил: ”Пусть Майкл сделает несколько снимков. А Питера мы попросим подготовить фон и в конце концов сделаем из всего этого коллаж”».

 

Кит Ричардс (группа «Роллинг Стоунз»): «Майкл Купер. С ним мы постоянно околачивались. Первоклассный фотограф. Он был способен тусоваться сутками и употреблять мешками. Единственный известный мне фотограф, у которого реально дрожали руки во время съёмки, но всё выходило как надо.

– Как это у тебя получилось? У тебя же руки тряслись? Это ж должен был выйти не снимок, а одна размазня.

– Просто надо знать, когда нажимать.

Майкл во всех подробностях зафиксировал первые этапы «Стоунз», потому что снимал не переставая. Для Майкла фотография стала образом жизни. Его абсолютно захватывало создание картинки – можно даже сказать, он был в плену у картинки.

В чём-то Майкл был порождением Роберта Фрэзера. У того имелись наклонности гуру, и Майкл привлекал его массой всяких своих черт, но особенно Роберт ценил в нём художника и потому продвигал как мог. Я знал, как он вкалывает. Он был маньяк-трудоголик, такой же, как я, но это как бы подразумевалось.

С Майклом была ещё одна фигня – временами на него накатывала глубокая, страшная депрессия. Беспросветная чернуха. Кто бы мог подумать – этот поэт объектива был сделан из совсем хрупкого материала. Майкл потихоньку сползал за пределы, откуда никто не возвращается».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Я был ассистентом фотографа Майкла Купера в его компании «Эм-Си Продакшнс Лимитед» вместе с моим другом Тревором Саттоном и младшим ассистентом Эндрю Боултоном. Мы с Тревором вместе изучали фотографию в Колледже искусств Медуэй и стали работать вместе в качестве ассистентов фэшн-фотографов, с которыми работали по контракту. В то время мы познакомились с Майклом Купером. Когда в 1965 году он решил основать свою собственную студию, то пригласил нас работать с ним и быть его помощниками за королевскую зарплату в 12 фунтов 10 шиллингов в неделю. Поскольку в журнале «Вог» мы получали всего 10 фунтов стерлингов, то оба согласились.

Майкл был невысокого роста, длинноволосый и одевался крайне сумасбродно – обычно в узких брючках, ярких рубашках, носил длинные шарфы и яркие куртки. Его финансировал владелец художественной галереи Роберт Фэзер из семьи Дома Фрэзеров, который дружил с ведущими художниками и музыкантами и был очень влиятельной фигурой на художественной и музыкальной сцене шестидесятых. Хотя Роберт был очень прогрессивен в своих взглядах, он одевался гораздо сдержаннее, чем Майкл. Обычно он всегда был в дорогом костюме и галстуке. Всё то время, пока я работал на Майкла, ему постоянно были нужны деньги, так как заказов было не так много, чтобы платить нам зарплату и поддерживать работу студии.

Роберту было суждено стать ключевой фигурой в истории «Сержанта Пеппера». Именно в его квартире в Мэйфэр обложка альбома была задумана на основе идеи, обсуждавшейся между Полом Маккартни и замечательным художником Питером Блейком. На фотографии должна была быть группа под названием «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера», которая позирует на лужайке на фоне названия «Битлз», сделанного из цветов, как это часто делалось в те дни в общественных парках. Эта группа должна была стать их альтер-эго, а за ними должна была стоять толпа людей, которых Битлы уважали и которыми восхищались, а также восковые фигуры самих «Битлз». Идея обложки возникла именно тогда».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Питер Блейк нарисовал эскиз, а трое из «Битлз» подготовили список имен».

 

 

 

Питер Блейк с эскизом.

 

 

 

 

Питер Блейк (художник): «Я составил список тех, кого предполагалось сфотографировать. Битлы всех отвергли и принялись составлять свои списки: Джон с Полом не обошли вниманием даже генералитет, а Джордж хотел фотографироваться на фоне двухсот своих знакомых гуру».

 

Пол: «Чтобы изобразить участников оркестра сержанта Пеппера, мы начали размышлять, кем могли бы быть наши герои: «Ну, на кого должны быть похожи оркестранты на обложке? Кому мог бы подражать мой персонаж?» Мы составили список. Он получился пёстрым – от Марлона Брандо и Джеймса Дина до Альберта Эйнштейна и так далее. И мы начали выбирать… Дикси Дин – известный футболист из Эвертона, о котором я слышал от отца, но никогда не видел его сам, Граучо Маркс и так далее. В список должны были войти все, кто нам нравился».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Ринго сказал, что всё, что выберут остальные, его устроит».

 

Питер Блейк (художник): «Ринго бездельничал два дня, потом сказал: “Я заранее одобряю выбор всех остальных”».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Ребята составили список знаменитостей, портреты которых хорошо бы сделать фоном. Помню, как в студии все спрашивали: «Кого бы ты хотел видеть в этом оркестре?» Принимались даже самые нелепые предложения. Джон назвал Альберта Стаббинса, но никто не знал, кто это такой. Он был центрфорвардом “Ливерпуля”».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Питер, Майкл и Роберт также добавили своих персонажей».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «На самом деле не все персонажи были взяты из списка «Битлз». Мы с Питером сами добавили остальную часть толпы, потому что было недостаточно, чтобы сделать толпу из тех, кого они называли своими героями. Мы хотели разместить как минимум 70 персонажей и попросили Битлов перечислить своих кумиров. Но Пол Маккартни и Джон Леннон вместе предложили едва ли двадцать имен. Джордж Харрисон предложил несколько индийских гуру, которых мы включили.

Когда мы попросили «Битлз» назвать нам имена своих кумиров, никто из них не назвал никого из женщин. Мы с Питером взяли на себя некоторую ответственность за то, что использовали несколько женских персонажей, из которых единственной хорошей, по моему мнению, была дерзкая кинозвезда Мэй Уэст».

 

Джордж: «Я до сих пор понятия не имею, кто выбирал некоторые из этих портретов. Думаю, Питер Блейк вставил туда лица никому неизвестных людей. Они были самыми разными. Я предложил поместить портреты только тех, кем я восхищался. В отличие от некоторых я не вносил в составляемый список тех, кто мне не нравился (в отличие от некоторых)».

 

Пол: «Джон предлагал внести в список и такие неоднозначные имена, как Гитлер и Христос, – думаю только для того, чтобы продемонстрировать свою дерзость и смелость. Ему нравилось рисковать, и я понимал, что всё дело только в этом. Хотя я и не согласился, он был в своём репертуаре».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Одной из самых противоречивых фигур был Адольф Гитлер, предложенный Джоном Ленноном. Меня очень беспокоило, что у Джона была такая степень легкомыслия или высокомерия. То, что Джон выбрал его, было явно провокационным и крайне глупым поступком».

 

Питер Блейк (художник): «Гитлер и Исус обсуждались, но после того высказывания Джона об Исусе мы решили не выставлять его, но изображение Гитлера было нами сделано. Если вы посмотрите на рабочие фотографии, то можете увидеть изображение Гитлера в студии. На фоне толпы он вполне мог затеряться, и мы до конца не были уверены в том, кто останется на итоговом снимке. Фактически Гитлер стоял позади оркестра. Да, он [Адольф Гитлер] был там, только его нельзя увидеть».

 

 

 

Портрет Адольфа Гитлера был взят из фотосессии 1927 года, на которой будущий фюрер снялся в коротких штанишках «ледерхозе». Его решили разместить в полный рост, добавив недостающее тело, попутно заменив рубашку и галстук.

 

Питер Блейк (художник): «Леннона пришлось долго уговаривать вычеркнуть Христа, поскольку руководство фирмы боялось неприятностей со стороны церкви».

 

Пол: «Элвис [Пресли] был слишком важен и слишком далёк от остальных, чтобы его даже упомянуть».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Элвис был настолько влиятельным и был настолько выше других, что было даже страшно его упоминать. Я думаю, мы все это чувствовали, и не внесли его в список. Элвис был больше, чем просто поп-певец, которым мы восхищались, он был Королем».

 

Джордж Мартин: «Если бы меня попросили предложить персонажей для альбома, то я бы включил портреты немецкого композитора Иоганна Себастьяна Баха и конструктора английского истребителя времён Второй мировой войны «Спитфайр» Реджинальда Митчелла».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Нам с Мэлом пришлось побывать в разных библиотеках и раздобыть эти портреты».

 

 

 

Список, который Нил Аспинал передал Бэрри Майлзу для поиска фотографий в галерее «Индика».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Первой проблемой было найти фотографии всех в списке. Для начала Нил Аспинал отправился на поиски изображений всех присутствующих в списке лиц, каким он был до того, как привлекли Питера Блейка. Список, который он принес в книжный магазин «Индика», был таким: Йоги, маркиз де Сад, Гитлер, Ницше, Ленни Брюс, лорд Бакли, Алистер Кроули, Дилан Томас, Джеймс Джойс, Оскар Уайльд, Уильям Берроуз, Роберт Пил, Штокхаузен, Олдос Хаксли, Герберт Уэллс, Эйнштейн, Карл Юнг, Бердсли, Альфред Джарри, Том Микс, Джонни Вайсмюллер, Магритт, Тайрон Пауэр, Карл Маркс, Ричмэл Кромптон, Дик Бартон, Томми Хэндли, Альберт Стаббинс, Фред Астер.

Список Джорджа состоял только из имён индийских гуру, включая его любимых: Бабаджи и Парамахансу Йогананду. Список Джона простирался от де Сада до Оскара Уайльда; позже он добавил Льюиса Кэрролла и Эдгара Аллана По. Силуэт Гитлера, который был в его списке, убрали только перед самой съёмкой. Список Пола простирался от Уильяма Берроуза до Фреда Астера. Ринго сказал, что согласен со всеми, что выберут остальные. Питер Блейк добавил У.С. Филдса, Тони Кёртиса, Дион, Ширли Темпл, Сонни Листона и скульптора Х.К. Вестермана. Роберт Фрэзер предложил Терри Саузерна и американских художников Уолли Бермана и Ричарда Линднера.

В итоге список стал сильно отличаться от первоначальной концепции; по разным причинам одних убирали, а других, не имевших ничего общего с «Битлз», добавляли. Брижит Бардо, которая была нарисована в десять раз крупнее любого другого персонажа в эскизе Пола, так и не появилась на альбоме, но возникла Дайана Дорс – её бледная английская копия того времени. Магритт и Альфред Жарри также не попали на обложку, хотя и были в первых списках. В общем, проект начал жить своей жизнью».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Найти подходящие фотографии выбранных персонажей было нелегко. Дженн Хейворт и Питер Блейк в основном воспользовались специализированными библиотеками фотографий, такими как библиотека изображений «Би-Би-Си Радио Таймз Халтон», но иногда нам приходилось брать их напрямую от друзей или родственников».

 

Джин Махон (художник-оформитель): «Я довольно активно участвовал в подготовке обложки сержанта «Пеппера». Все были при деле, и все могли предлагать что угодно. Я делал много разной работы. Я работал с фотографом Элом Ванденбергом в новом рекламном агентстве «Гир Дюбуа». Формально я был менеджером по производству, но в основном просто помогал Элу. Занимаясь подготовкой обложки мы в агентстве обзванивать людей и собирали фотографии».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Джин Махон работал в новом рекламном агентстве «Гир Дюбуа». Работа Джина заключалась в том, чтобы выполнять большую часть тяжелой работы по компоновке обложки. Работая в офисе агентства, он и его коллега Эл Ванденберг отобрали большинство фотографий и занимались процессом их увеличения. Роберт Фрэзер и Майкл Купер были слишком царственными, чтобы делать такую работу, а также потому, что большую часть времени были под кайфом (как и Роберт, Майкл тоже был наркоманом)».

 

 

 

Питер Блейк с фигурой актёра Марлон Брандо.

 

Курт Лодер (американский музыкальный критик): «Перед съёмкой художники Питер и Дженн две недели готовили съёмочную площадку: из журналов и книг вырезали изображения, с помощью пантографа увеличивали до человеческого роста и воссоздавали точные портреты (прим. – Кроме Питера и Дженн в поисках и обработке фотографий участвовало как минимум ещё трое: студийные ассистенты Эндрю Болтон и Найджел Хартнап, а также университетский друг последнего Тревор Саттон). Потом их устанавливали на специальные кронштейны, а «головы» последнего ряда наклеивали на голубой фон».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Портреты Питер увеличивал и ретушировал».

 

 

 

 

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Я подкрашивала вручную все фотографии, чтобы сделать их цветными».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Получив ту или иную фотографию, мы её фотографировали, увеличивали до натуральной величины и отправляли для профессионального монтажа на оргалит (прим. – древесноволокнистая плита, имеющая декоративный слой). Некоторые из персонажей были очень красивыми фигурами в полный рост, например, Марлен Дитрих и Том Микс, поэтому мы решили нанять фотолабораторию, чтобы распечатать и смонтировать их в натуральную величину, поскольку в студии «Челси Мэнор» такого оборудования не было. Затем мы наняли плотника с лобзиком, который аккуратно вырезали их по контуру.

Мой самый большой вклад был следующим. Мой папа всегда любил фотографию, и когда он был молодым человеком, то раскрасил многие из своих любимых отпечатанных вручную черно-белых фотографий фотографическими красителями и научил меня окрашивать фотографии таким образом. Это не просто. Тут нужно терпение. Вы быстро наносите слой разбавленного красителя, затем стираете его, затем наносите ещё один слой, стираете, затем ещё и так далее, пока не получите требуемый оттенок. Это кропотливая работа, требующая терпения и осторожности. Я пытался научить других, как это делать, но тот, кого я пытался научить, оказался ни на что не способен, и ему больше не разрешили делать эту работу. Вы только посмотрите на Олдоса Хаксли!»

 

 

 

«Неудачный» Олдос Хаксли.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Лучше всего у меня получились Марлен Дитрих, Герберт Уэллс, У.К.Филдс, Мак Миллер и Карл Юнг. Я также сделал много других, и могу с гордостью похвастаться, что лучшие из них были моими, за исключением Тома Микса, которого сделал Тревор. Жена Питера Блейка, Дженн Хейворт, подготовила Тайрона Пауэра и Оливера Харди; возможно ещё пару персонажей».

 

 

 

 

 

Готовый коллаж Ленни Брюса и исходник портрета Дайена.

 

 

 

На полу выложили два ряда портретов, в корзине – кукла Ширли Темпл, Дженн Хейворт причесывает «Сёрфингиста».

 

 

 

Фигура обнажённого сёрфингиста была изготовлена Дженн Хейворт, для альбома её одели в шорты, а на голову надели парик.

 

 

 

Фотограф Майкл Купер.

 

 

 

Питер Блейк (художник): «Большая пальма справа была искусственной».

 

Питер Блейк (художник): «Думаю, что главной моей задачей было решить, что если мы собираемся изобразить не­кую толпу, то в ней может быть кто угодно. Поэтому я несколько изменил первоначальный замысел и соз­дал коллаж, включавший реальных людей, восковые фигуры, фотографии и художественные портреты».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Мы постоянно были на контакте с Питером Блейком, так как общий дизайн принадлежал ему, и он выполнял большую часть организационной работы, например, установил контакт с музеем мадам Тюссо, поэтому мы могли позаимствовать у них восковые фигуры Сонни Листона, Дайаны Дорс и, конечно же, самих «Битлз». Питер был и остается очень хорошим человеком, добрым, вежливым и внимательным к другим. Работать с ним было настоящим удовольствием».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Сначала мы работали в маленькой студии, находящейся напротив принадлежащей ярмарке звукооператорской. Но это было недолго (прим. – 23 марта 1967 года дизайнерская группа переместилась в студию Майкла Купера)».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Затем мы приступили к монтажу декорации. Питер пришел в студию и объяснил нам, как всё это должно быть устроено, и мы приступили к работе. Головы должны были быть прибиты к стене в определенном порядке, и он взял это на себя. Был подготовлен держатель для восковых фигур и манекенов».

 

Пол: «Было много беготни туда-сюда. Я пару раз приходил к Питеру, а он пару раз приходил на Кавендиш-авеню. Роберт Фрэзер спрашивал: «Вы не против, если мы сделаем так-то и так-то?», «Было бы здорово сделать так», «Питер предлагает сделать так», «Питер хочет пойти в музей мадам Тюссо и договориться об использовании ваших и Сонни Листона восковых фигур». Так что всё шло замечательно».

 

 

 

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Я подкрашивала вручную все фотографии, чтобы сделать их цветными и прикрепляла их к планкам на задней стене. Затем разместила передний ряд в 3D. Это старая киношная хитрость».

 

Пол: «В то время “И-Эм-Ай” была во многом колониальной компанией звукозаписи. И до сих пор является таковой – она продаёт пластинки в Индии и Китае, – поэтому её руководство заботится о чувствах жителей тех стран. Помню, как сэр Джо (наш добрый друг) приехал ко мне домой в Сент-Джонс-Вуд и сказал: “Знаешь, Пол, придётся отказаться от этой затеи. Нельзя помещать на обложку портрет Ганди”. Я спросил: “Но почему? Мы уважаем его”. – “Нет-нет, это могут понять превратно. В Индии его считают почти святым”. Так нам пришлось обойтись без Ганди».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Ганди был изображен сидящим под пальмой, поэтому его заменили пальмовыми ветвями».

 

 

 

 

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Мы тщательно работали над декорацией в течение двух недель».

 

Питер Блейк (художник): «В течение двух недель я готовил декорацию в студии Майкла Купера, прикрепляя к задней стене верхний ряд и помещая следующий примерно на шесть дюймов ниже, чтобы получить эффект многоуровности».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Из подготовленных портретов Питер составил коллаж, включив в него растения и всё остальное что вы видите на обложке этого альбома».

 

 

 

 

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Мне не нравилась идея поместить на обложке типографскую надпись, чтобы графический дизайнер, используя наш с Питером коллаж, нанёс на него свои надписи. Пол утверждает, что это была его идея сделать цветочную композицию, но это не так. Мы были в моей студии, когда появилась эта идея. Это предложила я. Арт-дилер Роберт Фрэзер с Полом шли к нам в студию, и они должны были пройти по эстакаде Хаммерсмита, а сразу за ней была небольшая инсталляция из суккулентов, которую я делала (прим. – суккуленты – растения, имеющие специальные ткани для запаса воды). По-моему, это было изображение часов. Идея сделать надпись таким же образом мне понравилась, поэтому чтобы сохранить целостность обложки я предложила её в качестве ещё одной формы изображения букв, помимо барабана. В общем-то неважно, 20% идеи мои или 50%, но идея определенно была развита Робертом Фрэзером и Полом Маккартни. Тем не менее это не было предложение Пола, несмотря на его заявление».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Сам Майкл Купер к подготовке декорации не имел никакого отношения, но перед отъездом в Нью-Йорк нанял плотника, чтобы он построил деревянную клумбу с торчащими снизу гвоздями, повторяющими название «Битлз». Это должно было быть заполнено слоем земли, чтобы приехавшие садовники с фургоном, полным гиацинтов в горшках, срезали цветочные головки и насадили их на гвозди. Затем клумба будет засыпана землей и выложена искусственной травой, чтобы создать вид общественного парка.

Когда Майкл вернулся из Нью-Йорка, то он взял на себя управление сборкой декорации.

Проблемы начались, когда пришла рама для клумбы. Мы с Тревором пришли в ужас, увидев её размер, так как сразу поняли, что он слишком велика для студии. Идея заключалась в том, чтобы клумба была окружена травой; внутри должна была быть ниша, в которой стояли бы «Битлз», а за ней была бы толпа. Некоторая глубина была необходима, чтобы придать кадру более реалистичный вид. Теперь, с такой большой клумбой, это было невозможно, так как она должна была быть дальше от камеры, и изображение получалось плоское. К сожалению, так оно и вышло, поскольку Майкл дал плотнику неверные размеры!»

 

Пол: «Флористу мы заказали растения; кое-кто принял их за марихуану, но это были самые обычные комнатные цветы».

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «Параллельно с монтажом фотографий на задней стене студии, двое флористов, к сожалению, неизвестных, занимались передним планом диорамы. Площадку, на которой впоследствии стояли Битлы, укрыли искусственной травой. Далее установили чуть наклоненный короб, напоминающий детскую песочницу, который засыпали землей.

Цветы в горшках заказали в престижном питомнике «Клифтон», расположенном невдалеке от студии «И-Эм-Ай», на улице Мейда-Вейл, вероятно с подачи Пола Маккартни, который был его постоянным клиентом. Перед барабаном, а также на самом переднем крае, полосой расставили горшки с зелёными растениями. Конечно хотелось бы, чтобы это была, как многие утверждают, ПЕПЕРомия (лат. Peperomia), но скорее всего, это всё же гости из Юго-восточной Азии – Пилея Кадье (лат. Pilea cadierei). За серебристые пятна, словно нанесенные краской на зелёный фон, эти цветы еще называют Aluminium Plant.

Из цветков красного гиацинта (лат. Hyacínthus) выложили надпись BEATLES, из фиолетовых – пятиконечную звезду. Причём сделали это как и в обычном парке – луковицы просто высадили в землю».

 

Питер Блейк (художник): «Парень, который предоставил цветы, спросил, может ли он внести свой вклад, сделав гитару из гиацинтов».

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «По предложению самого молодого из трёх доставщиков цветов, к тому же поклонника «Битлз», из желтого гиацинта сформировали басовую гитару с тростниковыми струнами. Так 15-летний парень неожиданно попал в рок-историю.

По краям композиции и около барабана установили невысокие пальмы Кентия (Ховея) (лат. Howea forsteriana). Фон «песочницы» заполнили азалиями (лат. Azalea) и тропическим папоротником адиантум (лат. Adiantum pedatum)».

 

 

 

 

 

На снимке слева направо: Дженн Хейворт, Мохаммед (водитель Роберта Фрэзера), Питер Блейк, Эндрю Боултон (младший помощник фотографа), Тревор Саттон (помощник фотографа), Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера), представитель музея мадам Тюссо, Майкл Купер, Мэл Эванс.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Были две восковые фигуры из музея мадам Тюссо, которые прибыли ранее в тот же день со всеми остальными восковыми фигурами. Меня особенно позабавил Сонни Листон, который прибыл без головы, которая пришла отдельно, в коробке, с большим количеством набивки. Это было очень реалистично и зловеще, и я помню, как сфотографировал эту причудливую голову в коробке».

 

 

 

Восковые головы археолога Томаса Эдварда Лоуренса и боксёра Сонни Листона.

 

 

 

 

Питер Блейк (художник): «Я не собирался размещать восковых Битлов в композиции, пока меня не осенило. Конечно! Они же теперь не «Битлз», они – Оркестр Клуба одиноких сердец сержанта Пеппера! Поэтому абсолютно резонно, что «Битлз» могут быть поклонниками Оркестра сержанта Пеппера».

 

Курт Лодер (американский музыкальный критик): «Затем Блейк попросил всех принести свои любимые предметы».

 

Питер Блейк (художник): «Затем мы поставили пальму и расставили разные небольшие предметы».

 

 

 

Кукла Ширли Темпл от Дженн Хейворт.

 

 

 

Фотограф Майкл Купер и художник Питер Блейк.

 

 

 

Восковая фигура британской актрисы и певицы Дианы Дорс.

 

 

 

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «В студии был молодой дизайнер костюмов, что-то изменяющий и добавляющий к униформам «Битлз», бродили какие-то бородатые мужчины и девушки в мини-юбках, работали представители Музея Мадам Тюссо, которые подобно владельцам похоронного бюро, подкрашивали похожие на трупы бледные восковые головы».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Когда его собрали, я с удовлетворением обнаружил, что Сонни Листон меньше меня, и попросил Тревора сделать фото, чтобы доказать это».

 

 

 

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Была ещё Дайана Дорс и головы Т. Е. Лоуренса и Джорджа Бернарда Шоу. Также там были восковые фигуры «Битлз». Идея заключалась в том, что сержант Пеппер и его оркестр «Клуба одиноких сердец» должны быть на переднем плане, а Битлы должны быть в толпе. Однако эта идея не получилась, так как декорации были слишком тесной и плоской. Было очень жаль. Мы были очень рады наличию восковых фигур, но с ними нужно было быть очень осторожными, так как они очень ценные экспонаты. Нам не позволяли к ним прикасаться.

Было очень необычно. С таким количеством фигур в натуральную величину вокруг я обнаружил, что уворачиваюсь от манекенов, как если бы они были настоящими людьми, а затем натыкался на кого-то, кого принял за персонаж, а оказывалось, что это живой человек».

 

 

 

Дженн укладывает бархатную змею, Питер позирует перед почти завершенной композицией.

 

Пол: «Продумав всё, однажды вечером мы устроили фотосъёмку».

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «Первоначально съёмка была назначена на 28 марта, но видимо Битлов в этот день посетила Муза, которая настаивала на срочной записи вокала для «Доброе утро, доброе утро» и инструментальной партии для «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!». Из студии на Эбби-Роуд позвонили и сказали, что «Битлз» в этот день приехать не смогут и в качестве компенсации доставленным неудобствам пригласили Питера Блейка опять поприсутствовать на записи песен. Впервые Питер посетил студию звукозаписи 15 марта, когда Джордж записывал «Внутри тебя вне тебя».

29 марта музыканты продолжили работу над теми же композициями, а также приступили к «Буги среднего пальца» (рабочее название «С небольшой помощью моих друзей»). Пришлось часть живых цветов переднего плана диорамы, которые были срезаны или извлечены из горшков, отправить обратно в холодильник оранжереи. Оставшиеся растения регулярно поливали. Тем не менее, не всем цветам это помогло, и гиацинты, из которых выложили надпись «BEATLES», стали вянуть. Была заказана новая партия и несколько букв были перемонтированы».

 

 

 

 

Найджел Хартнап поливает гиацинты.

 

Питер Блейк (художник): «Музыканты приехали вече­ром. Когда они прибыли, мы всё ещё добавляли и убирали фигуры»».

 

 

 

 

 

Ринго Старр, Терри Доран, Питер Блейк, Джон Леннон.

 

 

 

 

 

На первом плане Бэрри Майлз, Роберт Фрэзер, Майкл Купер, Мохаммед.

 

Джин Махон (художник-оформитель): «Я был в студии Майкла Купера, когда была сделана фотография для обложки. Кроме Битлов там были: Эл Ванденберг, Майкл Купер, Патти Харрисон, парень по имени Мохамед, который был марокканским корешем Роберта Фрэзера, Питер Блейк, пара человек из музея мадам Тюссо».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Там была не только съёмочная группа и «Битлз». Само собой, что в тот вечер там были Питер с Дженн, а также Роберт Фрэзер со своим водителем Мохаммедом и «телохранитель» группы «Битлз» Мэл Эванс, но были и другие, кого я не знал. Также в тот вечер там был четырехлетний сын Майкла, Адам, так что, предположительно, жена Майкла, Рози, тоже была, но я не помню».

 

 

 

 

 

Пол: «За костюмами мы обратились к театральному костюмеру Берману, заказав одежду, основой которой послужили старинные армейские кители».

 

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Костюмы были пошиты по заказу в мастерской Театрального агентства Бермана».

 

 

 

 

Пол: «Мы уже бывали там, когда снимались в фильме. «Сходите к Берману и подберите там себе солдатскую форму…». У Бермана имелись каталоги, где были все имеющиеся костюмы. «Какие вы хотите – эдвардианской эпохи или времён Крымской войны?» Мы просто выбрали всё самое необычное и объединили вместе. Сами выбирали цвета и материалы: «Нет, так нельзя, это уже выбрал он…».

Нас привлекали яркие психоделические цвета, напоминающие флюоресцентные носки, которые носили в пятидесятые годы (они могли быть ядовито-розовыми, бирюзовыми или ярко-жёлтыми). Думаю, втайне мы добивались того, чтобы наши кричаще-яркие мундиры опровергали саму идею униформы. В то время все изображали из себя адъютантов лорда Китченера, наряжались в солдатскую форму и втыкали цветы в стволы ружей».

 

Мануэль Куэвас (стилист): «Я сделал несколько костюмов для «Битлз». Эти англичане, они как дети! Особенно Джон. Поэтому я решил сделать им какие-нибудь яркие наряды. Причем использовал остатки тканей – можете себе это представить? Я делал шутки ради, думая, что это им никогда не понравится. Но им понравилось! В конце концов, костюмы стали частью пепперовской униформы, в которую Битлы одеты на обложке альбома (прим. – скорее всего была использована только идея ярких костюмов, так как нет подтверждения того, что Мануэль Куэвас в 1967 году сотрудничал с агентством Бермана)».

 

Джон: «Во времена «Пеппера» мы стали его своеобразным детищем. Помните битловские ботинки и всё остальное? Очередной наш образ, на этот раз психоделический. Битловские стрижки и сапоги пользовались такой же популярностью, как, скажем, в своё время брюки в цветочек. Я не считаю, что прямым следствием «Пеппера» стала мода на одежду в стиле Хейт-Эшбери. Мне всегда казалось, что это уже было. Молодёжь на Кингс-Роуд уже носила армейские кители – мы просто добавили им популярности».

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «В пятницу вечером, 3 марта 1967 года, во время записи квартета валторн для песни «Sgt Pepper’s Lonely Hearts Club Band», в студии появился представитель театрального агентства Бермана с образцами шелковой ткани для военных мундиров. Из пачки образцов Битлы отобрали самые яркие, причем каждый выбрал фактически свой любимый цвет. Согласно анкете, которую музыканты заполнили тремя годами ранее для издания «The Beatles Are Here», у Джона любимый цвет – зеленый, у Пола – голубой, Джордж назвал фиолетовый, а Ринго – красный.

В результате только Харрисону достался не совсем его цвет – оранжево-красный. Психоделические, флуоресцентные цвета костюмов, как и разнообразие их отделки, противоречило самой идее униформы, тем самым превращая её скорее в антивоенную. Любопытно, что было сделано только две выкройки. Так как трое членов группы практически одного роста, мерки у них были схожими. И только для ударника выкройка была индивидуальная.

Во время примерки и подгонки костюмов в агентстве Бермана музыканты подобрали себе аксельбанты, галуны и головные уборы. Заказали и красно-желтые лакированные кожаные туфли.

Цветовое решение оформления костюмов было выполнено по «контрастно-перекрестному» принципу. Жёлто-зелёный костюм Джона был отделан красно-оранжевыми тесьмой, бахромой и лампасами. Этого же цвета аксельбант и вязаный шарф.

У Джорджа как раз наоборот – красно-оранжевый костюм с зелёным аксельбантом и такие же перья на шляпе. Но эполеты, пуговицы и тесьма у него – серебристые, такие, как у Пола.

У Маккартни ткань костюма – небесно-голубая, контрастирующая с малиновым аксельбантом, лампасами и гетрами. Этого же цвета костюм Ринго Старра, у которого тот же набор уже голубой. Остальная отделка и пуговицы – золотистые.

Обувь тоже изготовили «в шахматном порядке». У Пола и Джона – «желтый верх, красный низ», у Ринго и Джорджа – обратная комбинация. Кстати, точно цвета костюмов определить довольно сложно и это вызывает споры.

Судя по всему, было сшито как минимум по два комплекта униформы».

 

 

 

Реплика мундира Пола Маккартни.

 

 

 

Реплика мундира Джона Леннона.

 

Питер Блейк (художник): «Мы пропустили по стаканчику, они переоделись, и мы начали съёмку».

 

 

 

В центре – Сью Майлз.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Питер Блейк (художник): «Фон из фигур за Битлз был лишь 2 фута (61 см) в глубину, включая передний ряд восковых фигур. Сами музыканты располагались за барабаном на платформе, выступающей на 4 фута (122 см). Цветочная клумба на переднем плане, возможно, составляла 3 метра глубиной. Таким образом, от фронта до задника расстояние было около 4,5 метров»

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Пока Майкл был в Нью-Йорке, мы с Тревором обсудили освещение и договорились, что сделаем подвесной белый потолок и будем от него отражать фотовспышку. Наша штатная фотовспышка не охватывала всю декорацию. Она представляла собой большую прямоугольную коробку с мощной вспышкой внутри и рассеивающим белым пластиковым листом, который смягчал резкий свет электронной вспышки. В те дни это было новшеством для фэшн-фотографии. Используемый в сочетании с парой ленточных источников света для фона, это был любимый инструмент Майкла.

Когда Майкл вернулся, мы предложили ему нашу идею по отражению света от подвесного потолка, но он сказал, что хочет использовать свое фирменное освещение комбинацией фотовспышки и полосовых светильников, и не будет слушать наши технические советы.

Итак, мы собрали декорацию, садовники срезали головки гиацинтов и соорудили клумбу, и только тогда Майкл понял, что предложенное им освещение не сработает. Итак, когда студия была полна людей, а декорации почти готовы, он объявил, что нам нужно установить подвесной потолок и отразить от него свет. Мы не могли в это поверить! Это было бы намного проще сделать, когда мы предложили это в первую очередь, и теперь нам пришлось делать вид, что это была его идея, и начать сложный процесс монтажа всего этого сооружения с клумбой под ним. Я был в ярости, но вынужден был спокойно делать свою работу.

Затем нам нужно было установить камеру как можно дальше и как можно выше, что означало поставить на стол штатив и полностью его поднять, а это означало, что я должен буду управлять камерой, так как мой рост 6 футов 2 дюйма. Так что, когда я пытался давать инструкции Тревору и Энди, где и как должны быть расположены фигуры в декорации, моя голова была прижата к углу между стеной и потолком. Особой проблемой были блики света от фотографий голов. «Наклоните Боба Дилана немного вперед. Да. Теперь отодвиньте правое плечо Мэй Уэст назад – не так сильно – да. Теперь сдвиньте Карла Маркса немного влево!» Когда я это сказал, до меня дошло, что это было смешно, но никто этого не заметил и не удивился.

В студии постоянно звучала соул-музыка. Это был Отис Ридинг, Уилсон Пикетт, Букер Ти и Эм-Джи, и многие альбомы, которые не выходили в Англии. Мало кто стоял на месте. Каждый двигал в такт какой-то частью своего тела».

 

Джин Махон (художник-оформитель): «Я находился в боковой комнате, сворачивая косяки».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «В студии было очень много людей, но также возникла ещё одна проблема. На съемочной площадке имело решающее значение коммуникация между нами, между мною, Тревором и Энди, но в студии было так много людей, что меня было невозможно услышать. Кроме того, очень многие курили, дым висел в воздухе, что могло помешать съёмкам. Должен сказать, что там был не только табак, но и изрядная доля травки. Мы втроем во всём этом не принимали участие, пока подготовка не была закончена, так как занимались серьёзной работой. В конце концов мне пришлось выгнать всех из помещения, чтобы сделать последние приготовления на съёмочной площадке. Когда им разрешили вернуться, то не разрешили курить, по крайней мере, в студии!»

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «Время начала съёмки является спорным вопросом. Чаще всего в различных источниках указывается 8 часов вечера 30 марта 1967 года. Есть правда другая версия, что «Битлз» прибыли в районе 11-ти дня. В чём нет расхождения, так это в том, что сеанс продолжался более трёх часов. Единственными достоверными свидетелями стали… наручные часы Пола Маккартни, которые можно рассмотреть на нескольких дублях портрета, использованного для разворота. Их циферблат показывает 11:40-11:45. Благодаря этим часам можно примерно определить и «скорострельность» съемки – на более чем 15 кадров было затрачено около 10 минут».

 

 

 

Пол устанавливает награду «Кэш Бокс» в образовавшуюся пустоту, связанную с геометрией буквы «L».

 

 

 

Практически в последний момент фигуру фюрера сняли с декорации и прислонили к стене.

 

Джордж: «Все собрались в павильоне, маэстро прильнул к видоискателю и… Ринго расплылся в идиотской улыбке. Тут уж не выдержал Джон: он поднял свою трубу и заиграл королевский гимн. Фотограф автоматически вытянулся, запутался головой в своей черной тряпке и перевернул аппарат. Началось такое… Я думал, он убьёт Джона».

 

 

 

 

 

В последний момент Дженн Хейворт предпринимает последнюю попытку «пристроить свою мягкую скульптуру – «Ковбоя», но он уже не вписывается в композицию.

 

 

 

Манекен «Ковбой» был изготовлен в 1964 году Дженн Хейворт из неотбеленного ситца и набит капковым волокном.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Когда пришло время фотографировать, Майкл всё ещё не мог подойти к камере, поэтому он встал перед декорацией и расставил Битлов, сказав мне, когда нажимать на кнопку. Так что на самом деле это я делал фотографии. В то время было в порядке вещей, когда ассистент был у камеры при работе с широкоформатными техническими камерами, и это, конечно, не означает, что я объявляю их своими. Я просто нажимал на затвор».

 

 

 

 

Марийке Когер (дизайнерская группа «Простак»): «Коллаж Питера Блейка на обложке альбома получился великолепным!»

 

Курт Лодер (американский музыкальный критик): «Фон был скорее фиолетовый и уже потом его вместе с изображением Лео Горси перекрасят в голубой цвет».

 

Джон: «Если присмотреться к обложке альбома, то можно разглядеть двоих человек, которые под кайфом, и двоих, которые нет. Это просто шутка, понятная в узком кругу. Первые двое не захотели поделиться с двумя другими».

 

Ринго: «Взгляни на обложку и приди к своему собственному заключению! Есть много фото с красными глазами!»

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Стоя на шатком табурете, который стоял на столе, моя голова была прижата боком к углу стены и потолка, когда я сосредоточился на перевернутом изображении в задней части фотокамеры «Синар 5×4», стоящей на штативе. Традиционное чёрное покрывало фотографа на голове не понадобилась, так как стены и потолок студии были выкрашены в черной матовой краской. Передо мной, в дальнем конце студии, была сцена, которая станет всемирно известной».

 

 

 

 

 

На последующих дублях другое положение трубки кальяна, которую Джордж одел на плечо воскового Ринго.

 

 

 

 

 

Во время сессии на голову статуэтки девушки, стоящей перед телевизором, положили значок-эмблему Королевского транспортного корпуса.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Адам – сын Майкла Купера.

 

 

 

В руках Майкла Купера награда «Кэш Бокс 1965 года».

 

 

 

 

У Джона на мундире 6 медалей: миниатюрный орден члена британской империи, 3 золотых звезды, и 2 серебряных медали: мини-версия медали Ордена Британской империи военного подразделения; звезда 1939-45, Африканская звезда, Итальянская звезда, Медаль Обороны и Военная медаль 1939-45. Все эти награды вручались за службу в период второй мировой войны 1939-1945.

 

Пит Бест: «Каждый раз, когда Джон заходил в клуб «Касба», он просил разрешения взглянуть на медали. Ему просто нравилось смотреть на них, трогать, и ему никогда не наскучивало слушать их историю. Некоторое время моя мама жила в Индии, когда дед был награждён медалями. Она была рада увидеть, что Джон надел их. Джон знал, насколько они были дороги, поэтому они были незамедлительно возвращены обратно с благодарственным письмом».

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «Ударнику «Битлз» достался шеврон сержанта британской армии. На левом рукаве у него – нашивка уорент-офицера (категория военнослужащих между сержантским и офицерским составом) 1 класса образца 1953 года с гербом Соединенного Королевства. У Джона кроме маргариток на погонах – целых две такие же нашивки, только других родов войск, плюс «для солидности» добавили ещё и красную нарукавную нашивку уорент-офицера, но уже 2 класса. Конечно, пришивались они не совсем в уставных местах. У Пола на левом рукаве – нашивка Провинциальной полиции Онтарио. Считается, что она была подарена Джону на следующий день после их концерта в Торонто студентом, подрабатывавшим до этого в гараже полицейской Штаб-квартиры. Почти под сердцем у Маккартни – нашивка в виде красно-зелёного щита с четырьмя белыми звездами. На груди кроме ордена – значок Гренадерской гвардии. Вдобавок Пол на пуговицу (а использованы были пуговицы форменной одежды Лондонской пожарной бригады) прицепил бисерный амулет американских аборигенов.

Джордж оказался как обычно самым скромным. Только награда королевы на груди и рядом – неизвестного назначения красно-белая объемная коробка, очень напоминающая упаковку для салфеток. Правда в его комплект входила роскошная треуголка с зелёными перьями – не то, что малиновая бескозырка Ринго».

 

 

 

 

 

 

 

У Ринго появляется психоделический галстук, расшитый бисером и блестками.

 

Пол: «По поводу обложки у нас было несколько встреч, и мы решили, что, возможно, нам нужно будет сделать конверт альбома с разворотом, потому что нам стало не хватать места. Джордж Мартин в своей книге написал, что мы планировали выпустить двойной альбом, но у нас не хватило музыкального материала. Я не уверен, что это было так. Полагаю, что всегда планировался одиночный альбом, но у нас не хватало места для оформления обложки. Причина в этом, а не в недостаточности материала».

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Когда было решено, что у альбома будет внутренний разворот для размещения вкладыша, «Битлз» привлекли к работе голландскую группу, известную как «Простак», чтобы нарисовать эскиз разворота».

 

Пол: «Вместе с нами над обложкой работала группа художников, называвших себя коллективным псевдонимом «Простак». Они предложили поместить большую психоделическую картину на внутреннем развороте обложки, и нам понравилась эта идея».

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Для разворота альбома Саймон и Марийке нарисовали фантастический пейзаж со стилизованными горными вершинами и чудесными птицами, похожий на рисунок китайской ивы. Небо было украшено двумя овалами для текста, один из которых был заполнен звёздами и кометами. Второй пустой овал был украшен цветочной каймой с павлином, свесившим хвост. Крошечные фигурки «Битлз» выглядывали из растительности. Стиль был евро-психоделическим, во многом благодаря Мухе, Бердслею, ар-нуво и детской книжной иллюстрации девятнадцатого века. К сожалению, ошиблись с размерами, но даже с добавленной рамкой работа выглядела как-то второсортно. Тем не менее, Битлам она понравилась».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Они почему-то не проверили размеры альбома, и эскиз получился немного меньшим. Тогда они сказали: «О’кей, мы дорисуем кайму». Итак, у нас теперь был этот проект, который был не того размера, и с рамкой, добавленной просто, чтобы заполнить пространство. Я сказал художникам: “Что мы собираемся продавать – альбом «Битлз» или разворот с проектом «Простака», который даже не готов? Может вовсе использовать ваш портрет, чтобы мы могли знать, как вы выглядите?”»

 

Пол: «Они сделали рисунок, который должен был быть на развороте, но Роберт Фрэзер сказал: «Э-э, это никуда не годится. Это не настоящее искусство». Мы возразили: «О, это невероятно, чувак! Знаешь, выглядит здорово! Вот и мы, мы будем улыбаться из-за облаков, и всё будет красочно». Он говорит: «Да, но они плохо рисуют. Это, это, это нехорошо». Он просто не хотел этого. Я сказал: «Черт возьми, это наша пластинка, ты можешь быть консультантом, чувак, но это не твоя пластинка, и Битлам она нравится». Но Роберт продолжал наставивать на своём: «Нет, это скверная картина». И он отказался разрешить её, что было очень нагло с его стороны, потому что на самом деле у него не было на это права. Мы сказали: «Мы не будем делать это по-твоему», и почти до самого конца это была альтернативная версия «Простака». Мы сопротивлялись этому несколько дней.

У Фрэзера было удивительное чутье, и теперь я с ним соглашаюсь, но в то время картина казалась нам отличной. Но Роберт настоятельно советовал нам поместить на разворот нашу фотографию, сделанную Майклом Купером, и оказался прав. Мы подолгу советовались с друзьями, и каждый из них высказывал свои предложения».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Когда Роберт вручил им портретные снимки с фотосессии Майкла Купера, он сказал: «Нет, правда. Это должно быть на развороте. Это просто гораздо лучше сочетается с обложкой», и Битлы согласились заменить иллюстрацию «Простака» портретным снимком».

 

Саймон Постума (дизайнерская группа «Простак»): «Нам позвонили и сказали подойти в офис. Там были Ринго и Джон, а Пола не было. Нам сказали, что разработанная нами обложка не будет использована. В лифте Ринго бранился и сказал: «Кто позволил Роберту Фрэзеру вести себя так!». Знаете, нам не было до этого никакого дела. Это была просто обложка одного из альбомов, будут ещё и следующие. Тогда мы ещё не знали, что он станет символом своего времени».

 

Пол: «На внутреннем развороте теперь должен был быть портрет, который Роберт считал очень сильным по ряду причин. Одной из вещей, которыми мы были очень увлечены в те дни, были сообщения глазами. Я видел по телевизору сюжет о зрительном контакте у обезьян, и был этим очарован. Я думал, что это способ совершить прорыв в кислоте, и это стало своего рода игрой для вечеринок, в которую мы играли тогда. Раньше я играл в неё всё время с Мэлом и Джоном, получая обратную связь. Довольно по-наркомански.

Помню, как позже Джон с Йоко в студии часами смотрели друг на друга, потому что это стало чем-то сближающим, стало почти необходимым. Джон с Йоко часами смотрели друг на друга: «Всё будет хорошо! Будет всё хорошо! Будет всё хорошо! Будет всё хорошо!» – используя это как мантру. Веселая игра. Так что когда снималась фотография для разворота, мы сказали: «А теперь смотрим в камеру и произносим: «Я люблю тебя!» По-настоящему стараемся почувствовать любовь, по-настоящему дарим через это любовь! Это проявит себя, станет заметным, такой подход к этому». Если вы присмотритесь, то увидите это напряжение в наших глазах».

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Вместо разворота «Простак» попросили сделать внутренний вкладыш для пластинки, который обычно вообще никак не оформлялся. Они сделали абстрактный волнистый узор темно-бордового оттенка, который хорошо подходил к остальным частям обложки».

 

 

 

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «На рукаве у Маккартни нашивка с буквами «Oу-Пи-Ди», расшифровывается как «Районная полиция Онтарио». Она была подарена Полу, когда они выступали в Торонто в августе 1965 года».

 

 

 

Пол: «Я получил этот шеврон в Канаде. Это – полицейский знак».

 

 

 

 

 

Питер Блейк (художник): «На всё у нас ушло около трех часов, считая время, потраченное на снимки для внутренней и задней сторон обложки альбома».

 

 

 

Шри Юктесвар Гири – индийский монах, йог и гуру.

 

 

 

Алистер Кроули – английский оккультист, поэт, художник, писатель и альпинист, был известен как чёрный маг и сатанист, один из видных идеологов оккультизма и сатанизма; основатель религиозного течения телемы, считавший себя пророком. Первоначально на обложке должно было быть второе фото Кроули, но от него отказались, так как оно очень напоминало Маккартни.

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Сейчас я бы убрала оккультиста Алистера Кроули».

 

 

 

Мэри Джейн Уэст – американская актриса, певица, драматург, сценарист и секс-символ, известная под псевдонимом Мэй Уэст, одна из самых скандальных звёзд своего времени. Сначала Мэй отказалась появляться на обложке, заявив, что никогда не будет в клубе одиноких сердец. После обсуждения в конце концов согласилась. Во время монтажа композиции изображение актрисы украсили настоящим черным боа.

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Мэй Уэст – легендарная голливудская актриса, которая была настолько известна, что во время войны в американском военно-морском флоте её именем назвали надувную резиновую лодку. Почему? Да потому что была она пышкой, знаменитой своими любовными похождениями и суровыми шутками типа: «Дорогой, что у тебя в кармане, револьвер? Или ты просто рад меня видеть?» Когда к ней обратились с просьбой насчёт обложки «Клуба одиноких сердец сержанта Пеппера», она ответила: «Что я буду делать в клубе одиноких сердец!?» Но потом, когда «Битлз» написали ей личное письмо, она согласилась».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Когда мы попросили «Битлз» назвать нам имена своих кумиров, никто из них не назвал никого из женщин. Мы с Питером взяли на себя некоторую ответственность за то, что использовали несколько женских персонажей, из которых единственной хорошей, по моему мнению, была дерзкая кинозвезда Мэй Уэст».

 

 

 

Ленни Брюс – Леонард Альфред Шнайдер, известный под псевдонимом Ленни Брюс – американский стендап-комик, социальный критик и сатирик, получивший известность в 1950—1960 годах. Все четверо «Битлз» были его поклонниками, и планировалось выпустить материал Ленни на своём лейбле «Зэппл». К изображению Ленни Брюса было добавлено чужое туловище в пиджаке и галстуке.

 

 

 

Карлхайнц Штокхаузен – немецкий композитор, дирижёр, музыкальный теоретик; один из крупнейших новаторов музыки второй половины XX века и лидеров музыкального авангарда. Для «Битлз» стал источником вдохновения для композиции «Карнавал света» (Carnival Of Light), записанной во время сессий «Сержанта Пеппера».

 

 

 

Уильям Клод Дьюкенфилд, более известный как У.К. Филдс – американский комик, актёр, фокусник и писатель. Был предложен Питером Блейком.

 

 

 

Карл Густав Юнг – швейцарский психиатр и педагог, основоположник одного из направлений глубинной психологии – аналитической психологии; с 1907 по 1912 год был близким соратником Зигмунда Фрейда.

 

 

 

Эдгар Аллен По – американский писатель, поэт, эссеист, литературный критик и редактор, представитель американского романтизма; создатель формы классического детектива и жанра психологической прозы. Был предложен Джоном Ленноном.

 

 

 

Фред Астер – настоящее имя Фредерик Аустерлиц, – американский актёр, танцор, хореограф и певец, звезда Голливуда, один из величайших мастеров музыкального жанра в кино.

 

 

 

Ричард Меркин – американский художник, иллюстратор и учитель рисования. Питер Блейк был большим поклонником творчества Меркина и в 1966 году создал трибьют-арт под названием «Сувениры для Ричарда Меркина». Фотография, использованная для альбома, была первоначально опубликована в каталоге выставки под названием «Вещи, из которых сделаны мечты», проходившей в галерее Байрона на Мэдисон-авеню, Нью-Йорк, с 15 февраля по 11 марта 1967 года.

 

 

 

Рисунок Альберто Варгаса – американского художника перуанского происхождения, рисовавшего в стиле пин-ап полуобнажённых игривых девушек. На рисунке 1925 года актриса Pут Фелоуз. Рисунок был опубликован в январе 1964 года в журнале «Плейбой».

 

 

 

Лео Горси – американский актёр театра и кино, ставший знаменитым благодаря роли в фильме 1937 года «Тупик». Был предложен Питером Блейком. Его фотография была закрашена после того, как он запросил оплату за использование его изображения. Это единственная фотография, из которой были взяты две вырезки – Лео Горси и Генри Холла.

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Лео Горси потребовал пятьсот долларов. Но его портрет располагался в последнем ряду, поэтому вместо него было легко вмонтировать клочок голубого неба».

 

 

 

Генри Ричард «Ханц» Холл – американский актёр театра и кино. Был предложен Питером Блейком.

 

 

 

Саймон Родиа – итало-американский художник, создавшим Башни Уоттс (прим. – собрание из семнадцати взаимосвязанных скульптурных башен, архитектурных сооружений и отдельных скульптурных элементов в Лос-Анджелесе). Фотография взята из выступления Родиа в Художественном музее Калифорнийского университета в Беркли в 1960 году. С большой вероятностью Родиа был выбран Питером Блейком, который познакомился с ним в начале 1967 года. Говорят, что Родия сказал Блейку, что он восхищён его картиной «На балконе».

 

 

 

Боб Дилан – певец, музыкант, автор песен. Изображение взято с обложки альбома Дилана 1965 года «Возвращение на шоссе 61».

 

 

 

Обри Винсент Бёрдсли – английский художник-график, иллюстратор, декоратор, поэт, один из виднейших представителей английского эстетизма и модерна 1890-х годов. На снимке 1890 года Обри Бёрдсли на фотографии Фреда Холлиера. Говорят, что он оказал большое влияние на дизайн обложки альбома «Револьвер» Клауса Вурмана.

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Молодой человек, постриженный под горшок с прямым пробором. Зовут его Обри Бёрдсли. Это один из самых скандально известных художников викторианской Англии, который специализировался на эротике. Надо сказать, что Англия времён королевы Виктории – это вторая половина прошлого века – была страной весьма ханжеской. Королеве Виктории приписывается знаменитая фраза о первой брачной ночи и супружеских обязанностях англичанок: «Женщины Англии! – сказала королева, – закройте глаза и думайте о родине!» В такой обстановке открыто заниматься эротикой было нельзя. Совершать то, что нарисовано – пожалуйста. В викторианский период число проституток в Лондоне было исторически рекордным, среднестатистический мужчина имел с ними 2,4 сношения в неделю. Но вернёмся к Обри Бёрдсли. Был он молодым человеком болезненным и уже в 25 лет умер».

 

 

 

Сэр Роберт Пиль ­– британский государственный деятель; член Лондонского королевского общества; один из основателей консервативной партии; дважды был премьер-министром и дважды министром внутренних дел; считается отцом современной британской полиции благодаря основанию столичной полицейской службы, в результате чего офицеров полиции стали называть «бобби».

 

 

 

Олдос Леонард Хаксли – английский писатель, фантаст, новеллист и философ; автор известного романа-антиутопии «О дивный новый мир».

 

 

 

Дилан Марлайс Томас – валлийский поэт, прозаик, драматург, публицист.

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Дилан Томас – валлийский поэт, который в 1953 году умер в Нью-Йорке, Боб Дилан псевдоним в честь него взял».

 

Пол: «Я уверен, что основное влияние и на Боба Дилана, и на Джона оказал Дилан Томас. Нам всем нравился Дилан Томас. Я много его читал. Думаю, что Джон начал писать из-за него, и тот факт, что Боб Дилан писал стихи, добавлял ему привлекательности. Я всегда был большим поклонником британских писателей, но двое из моих любимых – Чарльз Диккенс и Дилан Томас».

 

 

 

Терри Саузерн – американский писатель-битник, публицист, сценарист и преподаватель университета. Был предложен Робертом Фрэзером. Фото, размещённое на альбоме, почти наверняка было снято фотографом Майклом Купером. Терри и Майкл были близкими друзьями – вместе с арт-дилером Робертом Фрэзером – и именно Майкл спросил Терри, может ли он использовать его фотографию для обложки альбома. Альтернативное исходное изображение, скорее всего, находится в частной коллекции Купера. Позже Ринго снялся в экранизации романов Терри «Кэнди» и «Чудотворец».

 

 

 

Дион (полное имя Дион Димуччи) – американский певец, популярный в 1950-1960 годах. Был предложен Питером Блейком.

 

 

 

Тони Кёртис (настоящее имя Бернард Шварц) – американский киноактёр, пользовавшийся широкой популярностью в конце 1950-х и начале 1960-х годов. Был предложен Питером Блейком.

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Актёр Тони Кертис был другом моего отца».

 

 

 

Силуэт, использованный при съёмках оформления альбома с автографом Тони Кёртиса.

 

 

 

Уоллес Берман – американский кинорежиссёр-экспериментатор. Был предложен Робертом Фрэзером.

 

Тош Берман (сын Уоллеса Бермана, 2014): «Как ни странно, у меня нет альбома «Сержант Пеппер». Тем не менее, без сомнения, именно этот альбом внёс существенные изменения в мою жизнь. Примерно в марте 1967 года мой отец получил большой конверт с адресом из Лондона. В то время его не было дома, но я связался с Уоллесом по телефону и сообщил ему, что получил письмо из Соединенного Королевства. По телефону он попросил меня открыть конверт, чтобы сообщить, что внутри конверта. Там была черно-белая фотография и письмо, адресованное Уоллесу. Это было официальное письмо на бланке от Брайена Эпстайна. В письме не было никакой конкретной информации, но я попросил отца подписать его, а затем отправить обратно. В письме был комментарий о получении денег, но сумма была в фунтах, мне тогда было 11 или 12 лет, и это не имело для меня смысла. Как и фотография, приложенная к письму. Моим первым впечатлением была мысль, что это похоже на похороны, когда все на церемонии смотрят в камеру.

Изображение было черно-белым и выглядело плоским. Оглядываясь назад и глядя на это черно-белое изображение, я не мог сосредоточиться на чем-то одном. Она требовала моего внимания с самого первого взгляда. Особенно, когда папа спросил, что это за фото. Я сказал ему, что я не уверен, что это такое. Мы тогда говорили о чем-то, но мои мысли и взгляд были прикованы к изображению, лежащему передо мной. Внезапно я понял, что по крайней мере четверо парней на фотографии были группой «Битлз». Я не сразу их узнал из-за их нарядов, которые были старыми военными мундирами. Кроме того, у всех у них были усы, а Джон Леннон был в очках. Сейчас в это нелегко поверить, но в 1967 году информация и изображения поступали медленнее, чем сейчас. Последний раз, когда я видел фотографию с Потрясающей Четверкой, они были такими, как на альбоме «Револьвер». В то время они выглядели как привычные взгляду «Битлз», но здесь, на этой фотографии, они казались мне другими людьми.

Следующим шоком для меня стало то, что я увидел на этой фотографии изображение моего отца. О чём бы мы не разговаривали в тот момент, я прервал его и сказал, что на этой фотографии есть его изображение. Отец не удивился или даже не проявил интерес; он просто хотел продолжить наш разговор. В конце концов он сказал, чтобы я оставил письмо и фотографию на столе, а он посмотрит на них, когда вернется домой.

Когда он пришёл домой, то прочитал письмо и понял, что Эпстайн просит разрешения использовать его изображение для альбома «Битлз». Если мне не изменяет память, в письме не было упоминания о названии альбома, хотя оно было на фотографии. Из-за черно-белого изображения мне было трудно разглядеть слово «Битлз» в цветочной композиции. Отец отложил подписание документа и его отправку не из-за того, что не хотел этого делать – просто у него были другие дела. Эпстайн прислал ещё как минимум два письма и, кажется, телеграмму, умоляя, чтобы отец согласился на публикацию своего фото.

В конце концов отец поставил свою подпись и отправил письмо. Он получил оплату – что-то около 5 долларов, но мы не получили копию альбома. Отец как-то не придал всему этому особого значения, и, честно говоря, никогда не затрагивал эту тему после того, как альбом вышел в свет. Сейчас всякий раз, когда я смотрю на эту фотографию, я сразу же вижу своего отца.

Оглядываясь назад, я думаю о связи отца с другими людьми на этой фотографии. Например, он был знаком с художником Ларри Беллом и был одним из первых, кто опубликовал в своем журнале «Семина» отрывок из «Голого обеда» Уильяма С. Берроуза. Его отец, который умер, когда отец был очень молод, оставил ему только две вещи. Это были книги: сборник рассказов Оскара Уайльда и книга Т.Е. Лоуренса (Лоуренса Аравийского) «Семь столпов мудрости». Моя бабушка Марта (мама моей мамы) работала танцовщицей с актером-ковбоем и звездой Томом Миксом, а отец познакомился с Терри Саузерном где-то в начале 1960-х и дружил с Брайаном Джонсом из «Роллинг Стоунз» – группы, которая упоминается на обложке «Пеппера». У отца также были короткие знакомства с Бобом Диланом и Ленни Брюсом».

 

 

 

Томас Реджинальд «Томми» Хэндли – английский комик из Ливерпуля, наиболее известный благодаря радиопередаче «Би-Би-Си» – «Это снова тот мужчина», которая шла с 1939 по 1949 год.

 

 

 

Мэрилин Монро – легендарная голливудская актриса. Фотография сделана Беном Россом в 1953 году.

 

 

 

Уильям Сьюард Берроуз – американский писатель и эссеист; один из ключевых американских авторов второй половины XX века; наряду с Алленом Гинзбергом и Джеком Керуаком считается важнейшим представителем бит-поколения. Автор фото его друг, писатель Брайон Гайсин. Портрет был сделан в октябре 1959 года в Париже.

 

 

 

Махаватар Бабаджи – индийский йог и индуистский святой, разработавший в XIX веке крийя-йогу; «Махаватар» означает высший аватар, а «Бабаджи» переводится как Великий отец.

 

 

 

Стэн Лорел – комедийный актёр, сценарист и режиссёр, ставший известным благодаря комическому дуэту «Лорел и Харди», в котором он выступал более 30 лет.

 

 

 

Ричард Линднер – американский художник немецкого происхождения. Был предложен Робертом Фрэзером. На снимке Ричард Линднер в своей квартире в Нью-Йорке. Фото Эвелин Хофер.

 

 

 

Оливер Харди – американский комедийный актёр, ставший известным благодаря комическому дуэту «Лорел и Харди», в котором он выступал более 30 лет. Для альбома была сфотографирована статуэтка киноактера в образе клоуна. Была принесена Питером Блейком.

 

 

 

Карл Маркс – немецкий философ, социолог, экономист, писатель, автор «Манифеста Коммунистической партии» и «Капитала».

 

 

 

Герберт Уэллс – английский писатель, наиболее известен романом «Война миров».

 

 

 

Парамаханса Йогананда – великий индийский йог, сыгравший значительную роль в распространении на Западе древней духовной практики – крийя-йоги. 

 

Джордж: «Мой величайший источник вдохновения».

 

 

 

Джеймс Джойс (частично скрыт восковой фигурой Т.Э. Лоуренса) – ирландский писатель. Фото было сделано в 1938 году во время поездки Джойса в Цюрих.

 

Джон: «Я вырос невежественным. Должно быть, в школе я сталкивался и с Джеймсом Джойсом, но его мы не изучали так, как Шекспира Обычно всё начинается с того, что о тебе говорят: «О, он читает Джеймса Джойса!» Но я его не читал. Вот и решил, что стоит купить «Поминки по Финнегану» и прочесть главу. И это было здорово, он понравился мне, я отнёсся к нему, как давнему другу, хотя и не сумел дочитать до конца. Я купил одну книгу об Эдварде Лире и большой том о Чосере, поэтому теперь я знаю, что они [критики] имеют в виду. Но я не видел никакого сходства [своей книги] с их книгами. Разве что не много с «Поминками по Финнегану». Но «Поминки по Финнегану» – такая необычная, своеобразная книга. Тут не идет речь о записи каких-то слов, а всех, кто меняет слова, принято, как я понимаю, сравнивать. Нет, это нечто совсем другое».

 

 

 

Манекен в шляпке. На снимке Питер Блейк в своём саду в Чизвике, Лондон, 1964 г. В центре – один из парикмахерских манекенов, попавших на обложку.

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «Верхний ряд фотографий Дженн и Питер прикрепляли непосредственно на небесный фон. Следующий слой устанавливали на верхней полке. На ней же разместили парикмахерские манекены из запасников четы Блейков, имитировавшие восковые бюсты, которые должны были привезти только в день съемки. И если мужскую голову в куфии (арафатке) впоследствии заменили восковым Лоуренсом Аравийским, то две женские головки видимо не дождались замены, и их просто замаскировали шляпками, наверное, чтобы исследователи будущего не мучились с их идентификацией».

 

 

 

Стюарт Сатклифф – друг Джона Леннона.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Джон Леннон предоставил фотографию бывшего Битла Стюарта Сатклиффа, организовав специальную доставку от его родителей».

 

 

 

Восковая фигура.

 

 

 

Макс Миллер – стендап-комик 1930-50-х годов, известный своими острыми шутками. Фотография взята из его альбома 1957 года.

 

 

 

Рисунок Джорджа Петти «Две девушки в лаванде» для журнала «Эсквайр». Иллюстрация является рекламой сигарет «Олд Голд». В журнале «Эсквайр» была опубликована в 1936 году. Одну из близняшек в одинаковых лавандовых костюмах, которых обнимает талисман журнала Эски, перекрасили в брюнетку уже на картоне.

 

 

 

Марлон Брандо – актёр.

 

 

 

Том Микс – актёр, звезда вестернов. Актёр был снят в голливудской студии Альберта Витзеля в 20-е годы прошлого века.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Некоторые из персонажей были очень красивыми фигурами в полный рост, например, Том Микс, поэтому мы решили нанять фотолабораторию, чтобы распечатать и смонтировать их в натуральную величину».

 

 

 

Оскар Уайльд – драматург, писатель и поэт.

 

Джон: «Глядя на свои ранние фотографии я вижу, как разрывался между тем, чтобы быть Марлоном Брандо, и тем, чтобы быть чувствительным поэтом – во мне есть что-то от Оскара Уайльда с его бархатной, женственной стороной. Я всегда разрывался между ними, но в основном выбирал сторону мачо, потому что если ты покажешь другую сторону, то будешь мёртв».

 

 

 

Тайрон Пауэр – американский актёр, наиболее известный своими романтическими ролями в классических голливудских фильмах 1930-1950-х годов.

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «На создание декорации в студии фотографа Майкла Купера мы потратили почти две недели. Мы печатали черно-белые изображения лиц знаменитостей, приклеивали их на оргалит, вырезали по контуру лобзиком и крепили к заднику. Я сама раскрасила большую часть изображений. Я начала с Тайрона Пауэра, поэтому он выглядит таким же оранжевым, как Дональд Трамп. После этого я стала делать их светлее».

 

 

 

Ларри Белл – американский художник и скульптор; наиболее известен своими стеклянными коробками и крупными иллюзорными скульптурами. Предположительно фотография выбрана Питером Блейком, который дружил с Ларри. Снимок сделан в 1964 году актером Деннисом Хоппером.

 

 

 

Доктор Дэвид Ливингстон – исследователь. Была использована восковая фигура, поэтому исходной фотографии не существует.

 

 

 

Джонни Вайсмюллер – американский спортсмен-пловец, пятикратный олимпийский чемпион; также известен как актёр, наиболее известная его роль – Тарзан в серии популярных приключенческих фильмов.

 

 

 

Стивен Крейн – американский поэт, писатель и автор рассказов.

 

 

 

Исси Бонн – британский актёр-комик и певец.

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Ринго утверждает, что никого не предлагал, но я помню, что он выбрал артиста мюзик-холла Исси Бонна, а также ещё одну знаменитость, которая так и не попала на обложку».

 

прим. – также среди его «лоббируемых» персонажей называют Найджела Хорнтвейта – букмекера, благодаря которому Старр потерял 23 тысячи фунтов, неудачно поставив ставку на спортивном тотализаторе.

 

 

 

Джордж Бернард Шоу – ирландский драматург. Использована восковая фигура.

 

 

 

Гораций Клиффорд «Клифф» Вестерманн – американский скульптор и гравёр. На снимке скульптор рядом со своей работой 1963 года «Большое изменение». Снимок скорее всего выбран Питером Блейком. В 2010 году Блейк провёл выставку под названием «Посвящение 10x5 – художникам Блейка», на которой были представлены работы, посвящённые десяти художникам, которые вдохновляли Блейка на протяжении его карьеры. Вестерманн был в этом списке.

 

 

 

Альберт Стаббинс – футболист «Ливерпуля». Говорят, что центральный нападающий понятия не имел, что его фотография будет помещена на обложку альбома, и узнал об этом только тогда, когда ему домой принесли альбом, подписанный всеми четырьмя Битлами с подписью: «Молодец, Альберт, за все славные годы футбола. Продолжай совершать свои непредсказуемые финты».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Помню, как в студии все спрашивали: «Кого бы ты хотел видеть в этом оркестре?» Принимались даже самые нелепые предложения. Джон назвал Альберта Стаббинса, но никто не знал, кто это такой. Он был центрфорвардом “Ливерпуля”».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Изображение футболиста «Ливерпуля» Альберта Стаббинса прибыло по почте из футбольного клуба».

 

 

 

Йогараджа Шри Лахири Махасайя – индийский йогин, индуистский святой, основатель Крийя-йоги, ученик Шри Бабаджи.

 

 

 

Томас Эдвард Лоуренс – британский археолог, путешественник, военный, шпион, писатель и дипломат. Использована восковая фигура.

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Лоренс, или «Лоренс Аравийский» прославился во время Первой Мировой, когда поселившись среди арабских племён, сумел объединить их и самолично повести их на бой с турками, понятно во славу Британской Империи. Английские власти после войны своих обещаний арабам не выполнили, разочарованный Лоренс вернулся в Англию инкогнито и под чужим именем поступил на службу в авиацию. Этот легендарный человек погиб в 1935 году в мотоциклетной аварии».

 

 

 

Льюис Кэрролл – английский писатель, математик, логик, философ, диакон и фотограф; наиболее известные произведения – «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье», а также юмористическая поэма «Охота на Снарка». Был предложен Джоном Ленноном.

 

 

 

Сонни Листон – американский боксёр, ставший чемпионом мира в супертяжёлом весе в 1962 году. Был предложен Питером Блейком. Восковая фигура была получена из музея мадам Тюссо. Голова была доставлена в коробке вместе с головами Лоуренса и Ливингстона. В настоящее время является собственностью Питера Блейка. Фотография на обложке журнала «Спортс Иллюстрейтед» послужила источником для восковой фигуры мадам Тюссо.

 

 

 

Восковые фигуры из музея Мадам Тюссо.

 

 

 

 

Питер Блейк (художник): «Я хотел, чтобы в композиции были восковые фигуры «Битлз», которые как бы смотрели и на группу сержанта Пеппера».

 

 

 

Ширли Темпл – американская актриса, политик; стала первым в истории кино ребёнком-актёром, получившим в 1934 году «Молодёжную награду Академии»; наиболее известна по своим детским ролям в 1930-х годах. Единственная, чьё изображение помещено на обложку дважды. «Битлз» встречались с Ширли и её дочерью Лори за кулисами концерта в Сан-Франциско 19 августа 1964 года. На обложке скрыта за восковыми фигурами «Битлз». Фото взято из фотосессии для фильма «Хайди». Была предложена Питером Блейком.

 

 

 

Софи Лорен и Марчелло Мастроянни – актёры. На обложке скрыты за восковыми фигурами «Битлз». Фото из фильма 1964 года «Брак по-итальянски».

 

 

 

Альберт Эйнштейн – физик-теоретик. Было использовано фото, на котором он запечатлен фотографом Эйтельером Бэлассом 22 января 1929 года в момент поздравления по радиотелефону Томаса Эдисона с 50-летием со дня изобретения им электролампочки. На обложке скрыт Джоном Ленноном.

 

 

 

Бетт Дэвис – американская актриса. На обложке скрыта Джорджем Харрисоном. Изображение взято из фильма 1939 года «Частная жизнь Элизабет и Эссекс». Бетт Дэвис в образе королевы Елизаветы I.

 

 

 

Тимоти Кэри – актёр. На обложке скрыта Джорджем Харрисоном. Изображение взято из фильма Стэнли Кубрика «Убийство».

 

 

 

Бобби Брин – ребёнок-звезда Голливуда. Был предложен Питером Блейком. Девушка на фото – Мэрилин Ноулден (из фильма «Радуга на реке»). В 2016 году подписанное Питером Блейком изображение, использованное на обложке альбома, была продано на аукционе за 25 000 фунтов стерлингов.

 

 

 

 

Марлен Дитрих – певица и актриса. Битлы познакомились с актрисой 4 ноября 1963 года. На снимке 1935 года в своём доме в Беверли-Хиллс.

 

 

 

Фигура Марлен Дитрих в натуральную величину с автографами участников группы. Собственность Питера Блейка.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Я попросил Битлов расписаться на Марлен Дитрих, чем очень горжусь. Она стала заметной фигурой на съёмочной площадке.

Когда мы закончили съёмки, был уже поздний вечер, но один из лучших ресторанов Лондона, «Альваро», находился прямо на Кингс-роуд и ждал нас. Я очень гордился Марлен Дитрих, поэтому пошёл на ужин, держа её под мышкой. Когда мы добрались туда, мне показалось неуместным вносить её внутрь, поэтому я поставил её у входа на улице, где она находилась, пока мы не закончили есть! Сейчас, в 2003 году, за неё можно было бы выручить около 86 000 фунтов стерлингов. Черт его знает, чего бы она сейчас стоила – а я её на улице оставил! Кстати, еда меня не впечатлила, так как порции были по моде малюсенькими, а я был голоден!»

 

 

 

Махатма Ганди – лидер движения за независимость Индии. Изображение Махатмы Ганди взято с обложки книги «Ганди о ненасилии» – сборнике его избранных произведений, вышедшем в 1965 году. Его изображение на альбоме закрашено.

 

Пол: «Ганди пришлось убрать, потому что глава «И-Эм-Ай» сэр Джо Локвуд сказал, что в Индии не разрешат печатать пластинку».

 

Джон: «Махатма Ганди и Мартин Лютер Кинг – прекрасные примеры фантастически ненасильственных людей, умерших насильственной смертью. Я никогда не смогу этого понять. Мы пацифисты, но я не знаю, что это значит, когда ты такой пацифист, что в тебя стреляют. Я никогда не смогу этого понять».

 

Пол: «В то время «И-Эм-Ай» была во многом колониальной компанией звукозаписи. И до сих пор является таковой – она продаёт пластинки в Индии и Китае, – поэтому её руководство заботится о чувствах жителей тех стран. Помню, как сэр Джо (наш добрый друг) приехал ко мне домой в Сент-Джонс-Вуд и сказал: «Знаешь, Пол, придётся отказаться от этой затеи. Нельзя помещать на обложку портрет Ганди». Я спросил: «Но почему? Мы уважаем его». «Нет-нет, это могут понять превратно. В Индии его считают почти святым». Так нам пришлось обойтись без Ганди».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Ганди был изображён сидящим под пальмой, поэтому его заменили пальмовыми ветвями».

 

 

 

Легионер Королевского Ордена Буйволов. Существует предположение, что это может быть дядя Джона, Чарли Леннон, который был легионером.

 

 

 

Восковая фигура Дианы Дорс в 2005 году была продана на аукционе за 15 000 фунтов стерлингов.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «В итоге список стал сильно отличаться от первоначальной концепции; по разным причинам одних убирали, а других, не имевших ничего общего с «Битлз», добавляли. Брижит Бардо, которая была нарисована в десять раз крупнее любого другого персонажа в эскизе Пола, так и не появилась на альбоме, но возникла Дайана Дорс – её бледная английская копия того времени».

 

 

 

Ширли Темпл.

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Маленькая девочка, Ширли Темпл, голливудская кинозвезда, карьера которой окончилась вместе с её детством. Потом она ушла в политику – не то в конгресс, не то в сенат США. Наверное, поэтому разрешила поместить свою фотографию только после того, как прослушала музыкальный материал».

 

 

 

«Старая леди» с куклой Ширли Темпл на коленях. Тканевые фигуры были изготовлены Дженн Хейворт (прим. – Дженн Хейворт была пионером в области мягкой скульптуры, изготавливая из ткани фигуры в натуральную величину).

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Я сделала куклу Ширли Темпл в 1965 или 1966 году, и на обложке она сидит на коленях у пожилой женщины. Как правило никто по-настоящему не обращает на неё внимание. Пожилая дама была срисована с фотографии моей прабабушки, швеи, которая рано овдовела и вынуждена была одна воспитывать двоих детей. Сейчас я бы убрала Ширли Темпл, а фигуру моей бабушки повернула бы чуть больше к камере».

 

 

 

Кукла Ширли Темпл в оригинальном платье и в толстовке «Роллинг Стоунз».

 

Питер Блейк (художник): «Маленькая девочка в толстовке с надписью «Хорошие парни Даблви-Эм-Пи-Эс приветствуют Роллинг Стоунз» была куклой Ширли Темпл, изготовленной из ткани. Толстовку принёс Адам – маленький сын Майкла Купера».

 

Пол: «Надпись “Добро пожаловать, Роллинг Стоунз!” решили сделать Майкл Купер и Питер Блейк. Они спросили, не против ли мы, и мы не стали возражать. Мы дружили с Роллингами, и я думаю, что Роберт [Фрэзер] решил, что было бы очень уместно упомянуть их на обложке нашего альбома, потому что все думали, что Битлы и Стоунзы враждуют друг с другом, что было далеко от истины. Таких идей было миллион».

 

прим. – полностью надпись следующая: «Хорошие парни Даблви-Эм-Пи-Эс приветствуют Роллинг Стоунз» (WMPS Good Guys Welcome the Rolling Stones); в то время ряд американских радиостанций, транслирующих популярную музыку (наиболее известная из них Даблви-Эм-Си-Эй в Нью-Йорке), называли «Хорошими Парнями» своих диск-жокеев.

 

Мэри Скраггс: «В 1965 году мне было 17 лет, я окончила среднюю школу и состояла в местном клубе поклонников «Роллинг Стоунз». Даблви-Эм-Пи-Эс была радиостанцией в Мемфисе и в 1965 году проводила конкурс, победители которого могли встретиться с группой. Для участия в конкурсе я купила за один доллар детскую полосатую толстовку, потому что Мик Джаггер тогда часто появлялся на сцене в полосатых рубашках, и вышила на ней надпись. Мне нравилась группа «Роллинг Стоунз», они были очень милые и вежливые, что прямо противоположно всем слухам, которые тогда ходили. Когда я с ними встретилась, то Брайан Джонс был самым дружелюбным из них. Я прошла к ним за кулисы и очень нервничала, а он заговорил со мной, чтобы успокоить.

Когда я показала толстовку Мику Джаггеру, он примерил её на себя и сказал: «Ну, маловата. Не против, если я оставлю её себе?» Я ответила, что если он хочет, то может забрать, после чего Мик, подмигнув, сказал: «Хорошо, я оставлю её себе». После этого сотрудники «Колизея» просили нас уйти.

Летом 1967 года кто-то из Даблви-Эм-Пи-Эс увидев обложку альбома обратил на эту толстовку внимание, но мне пришлось копить деньги, чтобы купить пластинку. Понятия не имею, где сейчас эта толстовка, но хотелось бы её вернуть».

 

Пол: «Роберт Фрэзер и Майкл Купер были знакомы с «Роллинг Стоунз», как и мы, и они сказали: «Было бы здорово упомянуть на обложке Стоунзов». И мы приняли этот совет».

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Помимо тонировки изображений, я внёс ещё два личных вклада. В журнале «Вог» я работал на Джеймса Мортимера, очень отзывчивого человека и очень компетентного фотографа. Он занимался модой, но в основном готовил декорации для помещений, и в студии я делал декорации для него. Его увлечением были автомобильные гонки, и он водил «Маркос», автомобиль с деревянным шасси (прим. – сооснователь компании «Маркос» Фрэнк Костин занимался разработкой гоночных болидов, и ему пришла идея создать авто с деревянным шасси). Это делало его более безопасным, потому что в случае аварии он просто разваливался на части, и водитель оставался в целости и сохранности. Я подумал, что это интересная идея, и моя подруга подарила мне игрушку «Динки Маркос», которую я вложил в руку фигурки, сделанной женой Питера Блейка, Дженн Хейворт. Машинка небольшая, но хорошо различима».

 

 

 

 

Мексиканский подсвечник «Древо жизни», принадлежал Джону Леннону и находился в его доме «Кенвуд». Когда мексиканский актёр Герман Валдес узнал, что его фото хотят разместить на обложке альбома, то проявил скромность и попросил Ринго вместо себя поставить высланный им ритуальный керамический подсвечник «Древо Жизни».

 

 

 

Портативный телевизор «Сони» Джона с девятидюймовым экраном, который он принес из дома.

 

Джон: «Я теперь не могу без него».

 

 

 

Каменная фигурка Белоснежки. По словам Питера Блейка, мать взяла его на этот фильм ребёнком ещё в 1937-м, и с тех пор он остался поклонником Белоснежки. Возможно, что эта фигурка была установлена им. По-прежнему находится в коллекции Питера Блейка.

 

 

 

Статуэтка девочки.

 

 

 

Статуя из дома Джона Леннона.

 

 

 

Награда «Кэш Бокс 1965 года». На снимке для примера награды 1965 года, полученные группами «Фредди энд Дримерс» и «Роллинг Стоунз».

 

 

 

Кукла Лакшми – индийской богини богатства, удачи и процветания. Возможно, что она была предложена Джорджем Харрисоном, но по утверждению Питера Блейка Джордж дал ему только список индийских гуру, и изображения четверых из них были включены в альбом. В 2018 году была продана на аукционе за 30 000 фунтов стерлингов. В конце 1980-х годов Стив Риддер – бас-гитарист из Калифорнии переехал в Англию и присоединился к группе группы «Корн Доллиз». В Англии он познакомился с дочерью Дженн Хейворт, которая подарила ему эту куклу. Вернувшись в США, Стив подарил куклу сыну своего товарища в качестве свадебного подарка. Через несколько лет состояние куклы несколько ухудшилось, что её решили продать.

 

 

 

Большой барабан. Альтернативная версия осталась у Пола Маккартни, оригинальная, у Джона Леннона.

 

Пол: «Питер [Блейк] знал многих ярмарочных художников, которые разрисовывают карусели и аттракционы, поэтому он специально нанял кого-то из них, кто разрисовал таким образом басовый барабан. Это был хороший арт-проект».

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Большой барабан был раскрашен художником Джо Эфгрейвом. Мы с ним дружили. Он нарисовал две разные версии названия на каждой стороне барабана. Тот, с которым мы все знакомы, и другой вариант, который он считал более современным. За работу ему заплатили 25 фунтов стерлингов».

 

 

 

Включение на обложку альбома кальяна является данью любви Джорджа Харрисона к Индии и любви Джона Леннона к Льюису Кэрроллу, чья Гусеница в «Приключениях Алисы в Стране чудес» курит кальян.

 

 

 

Тряпичная змея, предположительно одно из изделий Дженн Хейворт.

 

 

 

Фукусукэ – традиционная кукла, которая в Японии ассоциируется с удачей. Кукла Фукусукэ представляет собой изображение человека, стоящего на коленях в стиле сэйдза, с большой головой и пучком на макушке. Первоначально это была кукла, хранившаяся в чайных или публичных домах в период Эдо, чтобы принести удачу. В те времена считалось, что Фукусукэ приносит вечную молодость, богатство и почет. Обычно носит катагину, своего рода жилет с нависающими плечами, который носили самураи или придворные чиновники в период Эдо. В 1966 году была сфотографирована Бобом Уитакером во время пребывания «Битлз» в Японии.

 

 

 

Садовый гном с автографами «Битлз» в 2015 году был продан на аукционе за 29 000 фунтов стерлингов.

 

Найджел Хартнап (ассистент фотографа Майкла Купера): «Другой мой вклад связан с садовым гномом. Это же очевидно, что в саду должны быть гномы, а они, как известно, непослушные, поэтому я сфотографировал одного из них сзади и планировал поместить его на переднем плане, как будто он писает в саду. Однако в кадре это не выглядело хорошо; идея не сработала, поэтому я от неё отказался. Жаль, до сих пор думаю, что это было бы забавно. После того, как съемки закончились, Битлы расписались на изображении гнома вид сзади. Несколько лет назад я продал гнома с автографами, а в 2015 году его перепродали за 29 000 фунтов стерлингов».

 

 

 

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Это была моя идея, чтобы передний ряд был объёмным с самими Битлами, за ними манекены и полноразмерные тканевые куклы, которые я сделала, а за ними плоская поверхность, заполненная лицами знаменитостей».

 

Питер Блейк (художник): «Не могу сказать, в какую сумму всё это вы­лилось. В прессе приводятся сильно преувеличен­ные цифры. По-моему, Майклу Куперу «И-Эм-Ай» заплатила что-то порядка по­лутора тысяч фунтов стерлингов, а я получил около двухсот. Мне часто говорят: «Ты же мог заработать на этом проекте бешеные деньги», – но этого не случилось, поскольку соглашение об авторских пра­вах было подписано Робертом Фрэзером. Но деньги не имели для меня особого значения: я был просто счастлив, что участвую в таком замечательном деле».

 

beatlesbible.com: «Контракт от 14 апреля 1967 года на оплату услуг фотосессии:

Аренда студии Майкла Купера в течение 8 дней, включая персонал (3 штатных помощника), плюс сверхурочные и расходы на дополнительную работу персонала в пасхальные выходные: 625 фунтов стерлингов;

54 негатива по 10 шиллингов 6 пенсов на сумму 28,7 фунтов стерлингов;

54 отпечатка 20×16 дюймов по 17 шиллингов 6 пенсов на сумму 47,5 фунтов стерлингов;

Оплата фотосъёмки (обложка и разворот, крупный план): 250 фунтов стерлингов;

Плата за художественное руководство (макет и согласование обложки и вставок, вырезок, песенных листов, изготовление рабочих материалов и иллюстраций Элом Ванденбергом (прим. – американский фотограф) для студии Майкла Купера, включая координацию и надзор за всеми аспектами дизайна и оформления от Питера Блейка, Саймона и Марийке; контроль и координация печати, ретуши и изготовления блоков): 350 фунтов стерлингов.

Специальная плата Питеру Блейку: 200 фунтов стерлингов.

 

Дженн Хейворт (жена Питера Блейка): «Нам заплатили всего 200 фунтов стерлингов. В то время мы были молоды и глупы».

 

Джон: «”Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера” – один из самых важных шагов в нашей карьере. Он должен был оказаться правильным. Мы старались и, по-моему, преуспели в достижении своих целей. Если бы мы не старались, у нас бы вряд ли что-нибудь вышло».

 

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Вспоминая о “Пеппере”, понимаешь, что он стал культовой пластинкой. Это был альбом своего времени, который, вероятно, изменил все традиционные представления о пластинках, но сознательно мы к этому не стремились. Думаю, всё дело было в развитии самих ребят, которые старались делать записи более интересными. Они считали: “Нам незачем, выходить на сцену и играть всё это, мы можем делать это только для себя, только в студии”. Поэтому запись пластинки превратилась в совершенно иной вид искусства – как, например, фильм отличается от театрального спектакля. Это повлияло на их мышление и творчество, а также на то, как работал я сам.

Думаю, “Пеппер” символизировал то, к чему стремилась молодёжь, его выпуск совпал с революцией молодёжного мышления. Эта пластинка подвела итог под «свингующими шестидесятыми». Она напрямую связана с Мэри Куант, мини-юбками и всем прочим – свободой секса, употреблением некрепких наркотиков вроде марихуаны и так далее».

 

Джон: «Работа заняла девять месяцев. Но мы не провели всё это время в студии – мы работали, затем делали перерыв, снова брались за работу, отдыхали и снова работали. Мне просто нравилось погружаться в работу и отрываться от неё. Однако постепенно мне становилось скучновато. Как правило, до этого самая интенсивная работа над нашими альбомами занимала недели три. Потом мы замедляли темп на неделю, затем оценивали, что у нас получилось. “Пеппер” стал нашим самым дорогим альбомом, и, конечно, компания возмущалась. Их раздражали затраты на подготовку обложки, и так далее, и тому подобное. А теперь она, наверное, висит на каждой стене».

 

Сергей Обод (автор публикации «Мона Лиза рок-музыки»): «Утром следующего дня Питер Блейк вернулся в студию, чтобы помочь упаковывать различные предметы и детали композиции, и с удивлением обнаружил, что уже опоздал. Почти всё уже было разобрано Робертом Фрэзером, разными ассистентами и друзьями группы. Львиную долю сувениров прибрал к рукам Мэл Эванс (после его смерти владельцем стала его вдова). Известно, что Леннон прихватил кожу барабана и гвардейский значок с костюма Пола. Мексиканский подсвечник перекочевал на полку кабинета его дома в Кенвуде. Вернули на место каменный бюст. Не смог расстаться Джон и с портретом своего друга – Стюарта Сатклиффа. На фото 1968 года входа в дом Леннона можно разглядеть его картонку, «выглядывающую» из окна. Полу достался вариант оформления барабана с обратной стороны.

Джордж два года спустя «засветился» с изображением Бабаджи Махаватара, которое хранилось в его доме Кинфаунс. Блейк тоже решил не оставаться «святым», и фигуры Девушки Варгаса, Уильяма Клода Филдса, Макса Миллера и Ричарда Линднера стали частью интерьера его мастерской. Туда же вернулась на свое законное место и статуэтка Белоснежки. Когда же Питер узнал, что восковую фигуру боксера Сонни Листона собираются переплавить, то попросил музей оставить скульптуру бывшего чемпиона мира в его собственности. Просьбу Блейка удовлетворили, засчитав Листона в качестве платы за некоторые оформительские работы художника в Музее восковых фигур Мадам Тюссо.

Ассистенту фотографа Найджелу Хэртнапу осталась его же фотографии гнома, снятого спереди и сзади, причем на последней он взял автографы у всей четвёрки. Как впрочем и на совсем «царском» подарке – фигуре в полный рост Марлен Дитрих».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Продолжение записи песни «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends)».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «23:00-7:30. Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженер: Ричард Лаш.

Время начала этой сессии было необычно поздним из-за съёмки обложки альбома».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Появившись в студии они оживлённо обсуждали декорацию, которую для них подготовил Питер Блейк, и говорили о том, как сильно им понравились их атласные костюмы Пеппера».

 

 

 

 

Фото Франка Херрманна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «На вторую дорожку были записаны малый барабан и литавры во вступлении, а также бас-гитара Пола Маккартни, соло-гитара Джорджа Харрисона и бубен Ринго Старра во время основной части песни».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Затем основной вокальный трек предыдущего дня был стёрт и заменён вокальными гармониями Пола Маккартни и Джона Леннона, а перед вторым куплетом – гитарной вставкой».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Были записаны две линии вокала второго плана Джона, Пола и Джорджа. Они были наложены друг на друга. Первая линия представляла собой вопросы/ответы, которая заполнила пустые пробелы в куплетах, намеренно оставленных Ринго на предыдущей сессии, которые исполнялись в унисон всеми тремя Битлами.

Затем втроём они гармонизировали некоторые из этих строк, а также записали спорадический гармоничный вокал поверх вокала Ринго. Это был второй набор вокальных наложений.

Затем Ринго добавил бубен, а Джордж – дополнительную ритм-гитару на протяжении всей песни и записал соло-гитару, которую можно услышать в двух местах: непосредственно перед тем, как Ринго начинает петь, и сразу после первого припева».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Восковая фигура Джона.

 

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Большую часть этой сессии Ринго просидел с нами в аппаратной, сияя, как гордый папа. Это была «его» песня, и он очень интересовался процессом её записи, внимательно вслушиваясь в каждое новое наложение.

В песне по-прежнему не было баса, потому что во время записи ритм-трека Пол играл на пианино. Было уже около трёх часов утра, Джон, Джордж Харрисон и Ринго отправились домой в сопровождении Джорджа Мартина. Мы с Ричардом (Лашем) снова внутренне сжались, приготовившись к тому, что, как мы догадывались, будет долгой ночью. Тем не менее это стоило каждой секунды.

К этому времени я точно знал, какое звучание нужно Полу, и не делал ничего, что отличалось бы от других треков «Пеппера», но я уверен, что есть что-то уникальное в звучании баса в композиции «С небольшой помощью моих друзей». Возможно, это потому, что Пол отклонился от обычного порядка и решил расположиться с нами в аппаратной; чтобы удовлетворить его пожелания, Ричард протянул очень длинный провод до басового усилителя».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Интересно отметить, что, хотя Джефф Эмерик заявляет, что Джон, Джордж и Ринго ко времени записи басовой партии ушли домой, на некоторых фотографиях видно, как трое Битлов наблюдают репетицию Полом своей басовой партии. Они сидят без дела, курят, пьют чай и выглядят несколько скучающими. Похоже, поскольку Пол собирался записать свою басовую партию в аппаратной, они решили пойти домой и оставить его одного».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Нахмурив брови и предельно сконцентрировавшись, обхватив пальцами свой «Рикенбэкер», Пол велел Ричарду постоянно заходить туда и обратно. Решив довести каждую ноту и фразу до совершенства, насколько это возможно, в ту ночь он был как одержимый. Глубокой ночью находясь бок о бок с сосредоточенным Маккартни в тесной аппаратной, выкрикивая ободрение каждый раз, когда он справился с задачей, мы с Ричардом чувствовали себя привилегированными быть там. Мы знали, что работа, которую делаем, важна, хотя едва ли могли предположить, какое сейсмическое воздействие она окажет на популярную культуру, когда несколько месяцев спустя «Пеппер» наконец выйдет в свет».

 

Пол: «Записывая этот бас, я подстраивал свои басовые ноты к ритмическим инструментам, записанными к этому времени. Бас поддерживает это движение. Это лучшее, что можно сделать: брать непосредственный материал в основе и взаимодействовать с ним».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Запись песни With A Little Help From My Friends

29 марта 1967 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Было объявлено название нового альбома “Битлз”: “Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера”».

 

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «В этот день, в два часа дня Джон пришёл домой к Полу в Сент-Джонс-Вуд. Они вместе поднялись в кабинет Пола. Это узкое четырёх­угольное помещение, набитое стереофонической техникой и усилителями. На стене висит большой триптих Джейн Эшер, а на полу большая серебряная скульптура работы Палоцци в виде камина с головами Дейлека поверху (прим. – чудовище, персонаж английского телесериала 50-60-х годов).

Джон начинает бренчать на гитаре, а Пол барабанить на фортепьяно. Битых два часа они бренчат и барабанят. Кажется, они отключаются, впав в транс, но это продолжается ровно до того момента, пока один из них вдруг не нападает на жилу, не выдаёт находку, и тогда другой, как бы вырывая её из массы шумов, пробует сам, что это такое.

Накануне Пол с Джоном уже сочинили мелодию, очень неж­ную, льющуюся, под названием «С небольшой помощью моих друзей». Теперь они отшлифовывали её и сочиняли слова.

«Боишься ли ты, когда выключается свет?» – поёт Джон. Пол повторяет эту строчку вслед за ним и кивает. Джон говорит: «Этой идеей можно воспользоваться для всех куплетов, если придумать ещё несколько вопросов в та­ком же ритме».

«Веришь ли ты в любовь с первого взгляда? – поёт Джон. – Нет, – говорит он, остановившись, – здесь недостаёт слога. Как ты ду­маешь? Мы можем разбить эту строчку и сделать паузу, чтобы получился лишний слог?»

Джон снова поёт строчку, прервав её в середине. «Веришь ли ты в любовь с первого взгляда?»

– А как насчёт «Ты веришь в любовь с первого взгляда?» – спрашивает Пол.

Джон пробует, соглашается и сразу добавляет следующую строку: «Да, я уверен, что это происходит постоянно».

Оба они поют эти строки сами себе, заменяя «ла-ла-ла» недостающие слова. Потом повторили рефрен «Я справлюсь с небольшой помощью моих друзей». Джон вдруг замечает, что поёт «Веришь ли ты», и так ему понравилось больше.

Потом они поменяли порядок, поставили сначала две строчки «Веришь ли ты в любовь с первого взгляда? Да, я уверен, что это происходит постоянно» перед «Боишься ли ты, когда выключается свет?». Но вместо четвёртой строки по-прежнему поют «ла-ла-ла», по­тому что не могут её придумать.

Было уже около пяти часов. Пришла жена Джона Синтия, в темных очках, в сопровождении Терри Дорана, старинного ливерпульского друга «Битлз» (и Брайена Эпстайна). Джон с Полом продолжают играть. Син углубилась в книжку, Терри достал журнал с гороскопами.

Джон и Пол всё поют и поют три первые строчки, ища чет­вертую.

– Что рифмуется с «время» (time)? – спрашивает Джон. – «Да, я уверен, что это происходит постоянно» (Yes, I’m certain, it happens all the time). Нужна рифма к этой строчке.

– Как насчёт «Я чувствую себя просто отлично» (I just feel fine)? – предлагает Син.

– Нет, – говорит Джон, – никогда не употребляй таких слов, как «просто». Они сразу снижают смысл. Засоряют речь, и всё портят.

Джон поёт «Знаю, что это моё», но никто его не поддерживает. Вслед за словами «Боишься ли ты, когда выключается свет?» эта фраза звучала бессмысленно. Кто-то замечает, что в этом есть даже что-то непристойное.

Терри спрашивает, когда у меня день рождения. Я отвечаю, что 7 января. Пол перестаёт играть, хотя, казалось, он полностью был погружен в песню, и произносит: «Ха, это день рождения одного из наших ребят». Он слушает, как Терри читает гороскоп на этот день, потом снова начинает наигрывать что-то на рояле.

Из бренчания вдруг выплывают звуки «Любовь не купишь». Джон присоединяется к Полу, и они очень громко, смеясь и пере­крикивая друг друга, поют эту песню. Потом Пол начинает играть дру­гую, «Текила». Её они тоже поют вместе, смеясь и крича ещё громче. Терри и Син не поднимают глаз от своих книг.

– Помнишь Германию? – спрашивает Джон. – Все наши песни мы вопили изо всей мочи.

Они снова играют песню. На этот раз Джон выкрикивает слова в каждой музыкальной паузе: «трусики», «Принц Эдинбург», «титьки», «Гитлер».

Внезапно, так же, как и начали, они перестают вопить и валять дурака, и тихонько возвращаются к песне, над которой долж­ны работать. «Что ты представляешь себе, когда выключается свет?», – поёт Джон, пробуя новые слова в уже сочинённой строчке, выбросив «боишься». А потом поёт новую строчку: «Не могу сказать тебе, но я знаю, что это моё». Чуть-чуть изменив слова, он добивается своего».

 

Пол: «Помню, как хихикал с Джоном, когда мы написали строчки: «Что ты представляешь себе, когда выключается свет? Не могу сказать тебе, но я знаю, что это моё». Это могло быть как то, что он под одеялом теребит свой кончик, но также это могло быть воспринято с более глубоким смыслом. Это было то, на что намекается, но это был хороший способ сказать об этом, очень расплывчатый способ. Мне всегда это нравилось».

 

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «”Годится”, – произносит Пол. Он записывает четыре законченные стро­ки в нотную тетрадь, которая стоит перед ним на пюпитре. Те­перь у них целиком готовы куплет и рефрен. Пол встаёт и проходится по комнате. Джон двигается к роялю.

– Что вы скажете о кусочке изумительного торта «Бэйзингсток»? – спрашивает Пол, доставая с полки твёрдый как камень торт.

– Годится, – отвечает Джон.

Пол строит гримасу. Терри и Син продолжают читать.

Пол достаёт из угла ситар и начинает его настраивать, попросив Джона помолчать хоть минуточку. Джон тихо сидит у рояля, уставившись в окно невидящим взглядом.

Снаружи напротив окон Пола, в противоположном конце двора, можно было увидеть лбы и глаза шестерых девочек, которые пытались заглянуть во двор через забор. Потом они ис­чезают, видимо устав висеть на руках. Несколько минут спустя они появляются снова и висят до тех пор, пока у них опять не затекают руки. Джон безучастно смотрит вдаль через свои круглые очки в металлической оправе. Потом начинает играть на рояле гимн, одновременно придумывая слова.

“Прислонись к стене, если хочешь увидеть Его Лик”. Потом он подскакивает, взвившись в воздух и начинает играть песню болельщиков регби. “Давай изобразим песню для регби, а?” Никто его не слушает.

Пол настраивает свой ситар и монотонно играет на нём один и тот же мотив, снова и снова повторяя его. Потом встаёт и начинает ходить по комнате. Теперь Джон берёт ситар, но никак не может к нему приспособиться. Пол говорит, что нужно сесть на пол, скрестив ноги, и поместить его в изгибе ноги. Пол добавляет, что именно так делает Джордж; сначала неудобно, но через несколь­ко столетий постепенно привыкаешь. Джон пробует, потом сдаётся и прислоняет ситар к стулу.

– Эй, – обращается Джон к Терри, – ты туда съездил?

– Да, купил вам три пальто, как у Джорджа.

– Здорово! – восклицает Джон, крайне возбуждённый, – Где же они?

– Я расплатился чеком, и они не хотят отдавать их мне до завтра.

– О господи, – громко восклицает Джон, – ты что, не мог втолковать им, для кого пальто? Надо было сказать, что они для Годфри Уинна. Я хочу их сейчас.

– Подождёшь до завтра, – останавливает его Пол. – Завтра нам всё равно надо ещё кое-что сделать, так что успокойся.

Потом Пол снова берёт гитару и начинает петь очень медленную кра­сивую песню о простаке, который сидит на холме. Джон молча слушает, опять уставившись в окно невидящим взором, слов­но не слыша Пола. Пол поёт песню много раз, заменяя “ла-ла-ла” те слова, которые ещё не придумал. Когда Пол наконец заканчивает, Джон советует ему поскорее записать слова, а не то он их забудет.

– Неплохо получилось, – говорит Пол, – не забуду. Пол впервые играл эту песню Джону. Никакого обсуждения не последовало.

Затем они закуривают сигарету с марихуаной и делятся ею между собой. Уже около семи часов вечера, пришло время идти в студию, – благо «И-Эм-Ай» за углом дома Пола. Они решают позвонить Ринго, чтобы сказать, что песня для него готова – что отнюдь не соответствовало действительности – и что они запишут её сегодня вечером. Джон берёт телефон и набирает номер Ринго, но там занято.

– Если я не положу трубку, он рано или поздно подойдёт?

– Нет, – отвечает Пол, – трубку надо повесить».

 

 

 

 

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-4:45. Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженер: Ричард Лаш.

Во время этой сессии в композицию «Доброе утро, доброе утро» (Good Morning Good Morning) были добавлены звуковые эффекты, выбранные накануне из библиотеки. Они были наложены на вокальную дорожку ленты. После этого песня была готова, и 6 апреля 1967 года она будет сделано моно- и стереосведение.

Также в этот день в композицию «Побывайте на бенефисе мистера Кайта!» (Being For The Benefit Of Mr Kite!) были добавлены звуковые эффекты, созданные 20 февраля. Они были добавлены на третью дорожку. 31 марта будут добавлены орган и глокеншпиль (прим. – оркестровый ударный музыкальный инструмент в виде набора металлических пластинок, по которым ударяют молоточками)».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Битлы не появились в студии к семи часам вечера. Пока их не было, Джордж Мартин, Ричард Лаш и я посвятили это время перезаписи кассет со звуковыми эффектами, которые были ранее скомпилированы для композиций “Доброе утро, доброе утро” и “Побывайте на бенефисе мистера Кайта!”».

 

Пол: «Это было нашим первым серьёзным использованием звуковых эффектов, я полагаю. У нас были лошади, цыплята, собаки и ещё всякая живность, их слышно в течение всей песни».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Потом, несмотря на уже поздний час, появились все четверо “Битлз”».

 

 

 

 

 

 

 

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «После того, как они наскоро выпили по чашке чая, мы наконец приступили к работе».

 

 

 

Ринго с редактором журнала «Тин Сет» Джудит Симс. Также в этот день среди гостей в студии были пресс-агент группы Тони Бэрроу, друг Брайена Эпстайна, совладелец агентства по продаже автомобилей «Брайдор» Терри Доран и Синтия Леннон. Джудит Симс посетила две сессии записи «Битлз» и на страницах своего журнала в частности написала, что у Синтии Леннон теперь пепельно-русые волосы. Фото фотограф журнала «Битловская книга» Лесли Брайса.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Запись песни «С небольшой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends)».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «В этот день началась запись песни, которая была написана для Ринга Старра и во время этой сессии имела название «Буги среднего пальца» (Bad Finger Boogie)».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «После того, как группа вступила во вторую половину своей музыкальной карьеры, дать возможность Ринго спеть песню на альбоме стало гораздо более серьёзной задачей. Вместо того, чтобы пытаться записывать какую-нибудь недоработанную композицию Ринго или кавер-версии его любимых песен, Джон с Полом взялись сами готовить материал, наилучшим образом соответствующий способностям барабанщика и позволяющий ему себя проявить. Так было в случае с “Жёлтой подводной лодкой” в 1966 году, так стало и c “С небольшой помощью друзей”».

 

Пол: «Мы хотели, чтобы на наших альбомах всегда была песня Ринго, потому что у него были миллионы поклонников. Им всегда хотелось услышать песню Ринго, и в первое время он записывал каверы, например, на кантри-песню под названием «Играй естественно» (Act Naturally), которая была великолепной и очень подходила Ринго. Но для «Сержанта Пеппера» мы сказали: «Слушай, подожди, мы можем написать её для тебя!».

Для меня это было аналогично тому, как я написал тему для фильма о Джеймсе Бонде. Это был вызов, это было что-то для нас необычное, потому что нам нужно было написать песню в тональности Ринго, и нужно было придать песне немного иронии. Ринго любил детей, он очень хорошо с ними ладил, поэтому знали, что «Жёлтая подводная лодка» хорошо подойдёт для Ринго. В данном случае это была чуть более взрослая песня, которая мне всегда очень нравилась.

Ринго – это сама сентиментальность. Он любит лирическую музыку, всегда любил её, а мы ни черта в ней не понимали, пока он нам не показал, что это такое. Думаю, поэтому мы и пишем для него такие сентиментальные песни, как “С небольшой помощью моих друзей”».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «В соответствии с идеей создать группу альтер-эго и придания этому подлинности, Пол приложил большие усилия, чтобы позволить Ринго занять центральное место кумира, звезды группы. Его персонаж единственный (кроме сержанта Пеппера) имеет имя Билли Ширз. Как никогда раньше Ринго оказался в центре внимания, при этом подчёркивается, что это стало возможно благодаря помощи его друзей.

Проведя в студии четыре месяца, Пол с Джоном решили, наконец, написать песню Билли Ширса, которую должен был спеть Ринго. Многих может удивить, что к 6 марта 1967 года композиция «Сержант Пеппер» была уже полностью записана, но они ещё даже не начали сочинять песню, которая должна была последовать сразу же за ней. 28 марта, уже представив «единственного и неповторимого Билли Ширса», они, наконец, приступили к написанию песни Билли. Чтобы её написать, им потребовалось два дня».

 

Пол: «Песня для Ринго была написана у Джона дома в Уэйбридже. Мы с неизменным удовольствием сочиняли для него что-то такое, что не должно было быть слишком похожим на наш стиль. Думаю, это была лучшая из песен, которые мы написали для Ринго. Он должен был стать персонажем в этой оперетте, во всём том, что мы делали, так что это было хорошее представление его персонажа, где бы он ни появился на альбоме. На самом деле это был второй трек. Это было хорошее место для него, но куда бы мы его ни поместили, оно давало нам возможность представить этот персонаж».

 

Джон: «У Пола была фраза о «небольшой помощи друзей». У него была для неё какая-то структура – и мы довольно хорошо написали её в соавторстве пятьдесят на пятьдесят, основываясь на его первоначальной идее».

 

Пол: «Песня в значительной степени была написана в соавторстве. Мы с Джоном в рабочем порядке сочинили для Ринго песню, такое небольшое ремесленничество».

 

Джон: «Я написал некоторые строчки и все те короткие фразы, которые звучат на заднем плане вторым голосом».

 

Ринго: «Изначально концепция «Сержанта Пеппера» подразумевала, что альбом будет напоминать своего рода сценическое шоу. Ну, вы понимаете, всё начинается с аплодисментов, возгласов зрителей, а потом появля­юсь я – мы хотели, чтобы всё было как в театральной постановке при помощи разных студийных эффектов. В конце концов, мы забросили эту идею. В первой паре треков ещё присут­ствовал наш первоначальный замысел, но потом про­сто одна за другой пошли песни. И всё же нам удалось выдержать цельную концепцию. Получилось, как буд­то мы сыграли пару вещей, а потом начался пожар, и все зрители разбежались, а мы продолжали играть».

 

What would you think if I sang out of tune?  Что бы вы подумали, если бы я пел фальшиво?

Would you stand up and walk out on me?  Вы бы поднялись с мест и ушли?

Lend me your ears and I’ll sing you a song,  Послушайте меня, и я спою вам песню,

And I’ll try not to sing out of key.  И постараюсь не сфальшивить.

 

Oh, I get by with a little help from my friends,  Я справляюсь с небольшой помощью моих друзей,

Mm, I get high with a little help from my friends,  Я кайфую с небольшой помощью моих друзей,

Mm, gonna try with a little help from my friends.  Стараюсь с небольшой помощью моих друзей.

 

What do I do when my love is away?  Что мне делать, когда моя любовь далеко?

(Does it worry you to be alone?)  (Тебя беспокоит, что ты один?)

How do I feel by the end of the day?  Как я себя чувствую к концу дня?

(Are you sad because you’re on your own?)  (Тебе грустно, потому что ты один?)

 

No, I get by with a little help from my friends,  Нет, я справляюсь с небольшой помощью моих друзей,

Mm, I get high with a little help from my friends,  Я кайфую с помощью моих друзей,

Mm, gonna try with a little help from my friends.  Стараюсь с небольшой помощью моих друзей.

 

Do you need anybody?  Тебе кто-нибудь нужен?

I need somebody to love.  Мне нужно кого-то любить.

Could it be anybody?  Может ли это быть кто угодно?

I want somebody to love.  Я хочу кого-то любить.

 

Would you believe in a love at first sight?  Веришь ли ты в любовь с первого взгляда?

Yes, I’m certain that happens all the time.  Да, я уверен, что это происходит постоянно.

What do you see when you turn out the light?  Что ты представляешь себе, когда выключается свет?

I can’t tell you, but I know it’s mine.  Не могу сказать тебе, но я знаю, что это моё.

 

Oh, I get by with a little help from my friends,  О, я справляюсь с небольшой помощью моих друзей,

Mm, I get high with a little help from my friends,  Я кайфую с небольшой помощью моих друзей,

Oh, I’m gonna try with a little help from my friends,  Стараюсь с небольшой помощью моих друзей,

 

Do you need anybody?  Тебе кто-нибудь нужен?

I just need somebody to love.  Мне просто нужно кого-то любить.

Could it be anybody?  Может ли это быть кто угодно?

I want somebody to love.  Я хочу кого-то любить.

 

Oh, I get by with a little help from my friends,  Я справляюсь с небольшой помощью моих друзей,

Mm, gonna try with a little help from my friends.  Стараюсь с небольшой помощью моих друзей.

Oh, I get high with a little help from my friends,  Я кайфую с небольшой помощью моих друзей,

Yes, I get by with a little help from my friends,  Да я справляюсь с небольшой помощью моих друзей,

With a little help from my friends…  С небольшой помощью моих друзей…

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Текст песни как нельзя лучше подходит для Ринго. Признание того, что он может петь фальшиво, и надежда, что публика не уйдёт, являются его самым откровенным моментом как Битла. Он скромно говорит нам, что постарается не петь фальшиво, признавая, что он там, где он есть, только благодаря поддержке своих друзей.

Затем песня касается темы одиночества из-за того, что его любовь далеко. «Тебя беспокоит то, что ты один?» – спрашивают его друзья. – «Тебе грустно, потому что ты один?». Нет, он справляется с небольшой помощью своих друзей, не говоря уже о том, что они снабжают его наркотиками, чтобы он «кайфовал» и не думал об одиночестве.

Его друзья даже предлагают ему замену его «любви», пока она далеко, спрашивая: «Тебе кто-нибудь нужен, может ли это быть кто-нибудь другой?», и Ринго отвечает: «Мне просто нужен кто-то, кого можно любить».

После того, как Ринго признаёт возможность «любви с первого взгляда», за этим следует неожиданный вопрос: «Что ты представляешь себе, когда выключается свет?», который меняет тему, как и его ответ: «Не могу сказать, но я знаю, что это моё».

Конечно, общая идея песни достаточно проста – что можно положиться на друзей, когда они нам нужны.

«Пока моё внимание не обратили на эту запоминающуюся мелодию, я даже не подозревал, что «друзья» – это разные наркотики с такими названиями, как «Мэри Джейн» (прим. – марихуана), «Скорость» (прим. – амфетамины) и «Бенни» (прим. – таблетки бензедрина)». Это цитата из выступления вице-президента Спиро Агню в Лас-Вегасе 4 сентября 1970 года (прим. – Спиро Теодор Агню – 39-й вице-президент США от Республиканской партии с 1969 по 1973 год) в какой-то мере раскрывает истинное значение этой популярной песни. Агню также сказал во время этого выступления, что: «такая музыка представляет употребление наркотиков в таком привлекательном свете, что для впечатлительных людей «ловить кайф» становится естественным и даже одобренным действием». Это выступление было воспринято настолько серьёзно, что Федеральная комиссия связи выпустила брошюру с подробным списком популярных песен, которые радиостанции не должны проигрывать в эфире, если хотят сохранить свои лицензии».

 

Джон: «На самом деле речь идёт о небольшой помощи друзей, это искреннее послание».

 

Пол: «Поскольку это была эра марихуаны, нам пришлось вставить небольшой намёк: “я кайфую”».

 

Йен Макдональд (автор книги «Переворот в сознании»): «Это одновременно и об общем, и об личном, это песня о поддержки и помощи. Она выглядит как проявление инклюзивности: каждый может присоединиться (прим. ­– инклюзивность – включение кого-либо или чего-либо в общественный процесс)».

 

 

 

 

 

 

 

Питер Джонс (журнал «Битловская книга»): «Пол знакомит Ринго с текстом песни».

 

 

 

 

 

Питер Джонс (журнал «Битловская книга»): «Ринго с Полом смотрят на Джона, который привлёк их внимание из аппаратной».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Питер Джонс (журнал «Битловская книга»): «Этот снимок сделан с лестницы, ведущей в аппаратную комнату. На заднем плане Джонни Дин (прим. – псевдоним редактора журнала «Битловская книга» Шона О’Махони), Джудит Симс из журнала «Тин Сет», неизвестный гость (прим. – Терри Доран) и Синтия Леннон».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Питер Джонс (журнал «Битловская книга»): «В руках Джорджа и Джона, возможно, самая большая в мире губная гармошка».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «С самого начала предполагалось, что песня будет продолжением заглавного трека «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера», поэтому запись началась со строчки «Билли Ширс».

Было записано десять дублей ритм-трека, последний из которых был признан лучшим».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Ритм-трек новой песни был по-настоящему с огоньком, и Ринго с воодушевлением отбивал ритм на том-томах, поэтому я решил снова снять нижние пластины барабанов – то, чего я не делал со времён записи «День из жизни» (A Day In The Life)».

 

Питер Эшер: «Во всём каталоге «Битлз» отличные барабаны. Очень трудно выделить какой-либо, но одна конкретная барабанная партия всё же должна быть включена в список великих брейков группы – это «С небольшой помощью моих друзей», песня, которую Ринго ещё и поёт. Брейк между первыми двумя куплетами невосполнимо совершенен, – мы слышали его так много раз, что принимаем как должное. Его простота обманчива. Никто больше ничего не играет во время этого двухбарабанного проигрыша, и Ринго, используя только том-том, поддерживает ритм, делает музыкальное заявление и одновременно строит наше ожидание следующего куплета. Он играет только в определенное время, оставляя синкопы между вокальными линиями для блестящих басовых партий Пола, с этим великолепным скрипучим ритмом.

«Битлз» были не только невероятно успешными, они были и остаются дико влиятельными. Точно так же, как поклонники пытались подражать одежде или причёске, музыканты слушали каждую ноту, которую играл каждый из Битлов, и изучали каждую музыкальную деталь.

Брейк Ринго, где ноты звучат в точно установленном месте, – это не просто случайное ускорение барабанного безумия, а фактическая деталь, изменившая технологию работы с ударными на рок-н-ролльных записях».

 

 

 

Питер Джонс (журнал «Битловская книга»): «Короткий перерыв для быстрого обсуждения, перед тем как группа начнёт записывать на ртим-трек дополнительные инструменты».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Питер Джонс (журнал «Битловская книга»): «Джордж беседует с редактором журнала «Тин Сет» Джудит Симс».

 

 

 

 

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «На первую дорожку было записано фортепиано Пола Маккартни, на вторую – ритм-гитара Джорджа Харрисона, на третью – барабаны Ринго Старра и колокольчик, на котором играл Джон Леннон, а на четвёртую – электроорган Джорджа Мартина.

Чтобы освободить место для дальнейших наложений было сделано промежуточное сведение (дубль 11).

Затем на третью дорожку Ринго Старр записал свой ведущий вокал, а на четвёртую был записан вокал второго плана Леннона, Маккартни и Харрисона».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Когда мы сделали промежуточное сведение, к этому времени уже почти рассвело. Мы с Ричардом увидели, как уставший Ринго начал подниматься по лестнице, и обычно это был для нас сигналом, что сессия закончена и можно расслабиться. Он был уже на полпути, когда послышался голос Пола.

­– Ты куда направился, Ринг? – спросил он.

– Домой, в постель, – с удивлением ответил он.

– Нет, давай займёмся вокалом.

Ринго посмотрел на остальных в поисках поддержки.

– Но я очень устал, – взмолился он.

К его ужасу, Джон с Джорджем Харрисоном встали на сторону Пола.

– Нет, возвращайся сюда и спой для нас, – с ухмылкой произнёс Джон.

Решение, когда закончить сессию всегда принималось группой, и, очевидно, Ринго немного поторопился. С неохотой он спустился вниз.

– О нет, – простонал Ричард. – К началу завтрашней сессии мы будем всё ещё здесь?

Будучи сам совершенно без сил, я смог только покачать головой. Я так устал, что даже не мог ответить.

К счастью для всех, Ринго относительно быстро закончил запись вокала. Возможно, этому помогла тактика шока, заставившая его петь, когда он меньше всего этого ожидал, и это избавило его от нервозности. А может этому способствовала наша поддержка.

Трое его товарищей встали вокруг него в нескольких дюймах от микрофона, молча дирижировали и подбадривали, пока он стоически выполнял свои вокальные обязанности. Это была трогательная демонстрация единства четвёрки «Битлз». На самом деле, микрофон частично уловил тот инструктаж, что можно услышать в третьем припеве, когда кто-то (вероятно, Пол) подсказывает Ринго.

Единственной проблемой была последняя высокая нота в песне, которая Ринго не давалась. Через какое-то время он предложил, чтобы запись в этом конкретном месте была с замедленной скоростью. Мы попробовали, но, хотя это и подняло тон его голоса, тонально он не сочетался с тоном остального вокала – он звучал немного глуповато, почти как у одного из комиков «Дуралеев».

– Нет, Ринг, ты должен сделать это как полагается, – наконец решил Пол.

– Всё хорошо, просто сосредоточься на этом. Ты сможешь это сделать, – ободряюще сказал ему Джордж Харрисон.

Даже Джон добавил относительно ценный и явно доступно изложенный совет: «Просто запрокинь голову назад и рвани!» Потребовалось несколько попыток, но Ринго, наконец, попал в ноту и удержал её без особых колебаний. Под аплодисменты товарищей по группе и поднятые тосты виски с колой сессия наконец закончилась».

 

Джордж Мартин (продюсер записи): «Ринго не самый выдающийся вокалист на свете, но в его голосе столько обаяния и теплоты. Пол написал для него прекрасную простую мелодию, базирующуюся не более чем на пяти нотах. Вся вокальная партия Ринго построена на одной маленькой фразе. Невероятно просто и невероятно эффективно. Лаконичность – признак гениальности. И потом, друзья ему действительно помогли: вокальное трёхголосье Джона, Пола и Джорджа звучит прекрасно».

 

Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Поскольку вокал был записан в тот вечер, им пришлось закончить текст прямо в студии, включая вступительный куплет».

 

Ринго: «У них была одна строчка, которую я не стал петь: «Что бы вы сделали, если бы я пел фальшиво? Вы бы поднялись с мест и забросали меня помидорами?» (What would you do if I sang out of tune? Would you stand up and throw tomatoes at me?). Я сказал: «Чёрт возьми, я не буду это петь», потому что было ещё свежо воспоминание о подростках, забрасывавших сцену леденцами и игрушками. Я тогда подумал, что если мы когда-нибудь снова выйдем на сцену, то меня забросают помидорами».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Сессия закончилась в 5:45; запись песни будет завершена на следующий день».

 

 

 

Свой пёстрый платок Джон Леннон подарил одной из поклонниц возле студии. В 2009 году он был продан на аукционе за 25 000 долларов.

 

 

 

В 2010 году пианино, звучавшее в записях группы «Битлз», было выставлено на аукцион.