25 марта 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Оррелл-Парк» (Orrell Park Ballroom, Orrell Park, Liverpool). Затем выступление в «Джайв Хайв», Кросби (Jive Hive, St. Luke’s Hall, Crosby)».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «25 марта в клубе «Зодиак» выступает группа «Большая тройка». Мероприятие называлось «Полуночник». В качестве гостей на сцене выступили Рори Сторм и Джонни Гитара из группы «Рори Сторм и Ураганы», и Джерри Мэрсден из группы «Джерри и Лидеры».

Билл Харри: «В клубе «Зодиак» на Дьюк-Стрит (The Zodiac Club, Duke Street) выступала группа «Большая тройка», и с ними пела Силла Блэк, подававшая кофе за стойкой бара. Помню, как в один из вечеров был там с «Битлз» и «Ураганами», когда одна подошедшая туда банда билась в запертую дверь. В течение часа нам пришлось оставаться внутри, пока эта компания бандитов не ушла, так как запасного выхода не было».

24 марта 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в «Мьюзик-Холле» Шривсбери (Music Hall, Shrewsbury). Так же выступали еще четыре группы».

Бэрри Майлз: «Дневное выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера».

23 марта 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в клубе «Казанова» (Cassanova Club, Sampson & Barlow’s New Ballroom, Lndon Road, Liverpool). Так же принимала участие группа «Кингсайз Тейлор и Домино» (Kingsize Taylor and The Dominoes)».

22 марта 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в общественном джаз-клубе Ливерпуля (Liverpool Jazz Society, 13 Temple Street, Liverpool). Мероприятие называлось «Дневное время для свинга» (Swinging Lunchtime). На афише было указано: «Рори Сторм и Дикий» (Rory Storm and The Wild Ones). Так же принимала участие группа «Кингсайз Тейлор и Домино» (Kingsize Taylor and The Dominoes)».

Бэрри Майлз: «Дневное выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера».

Филипп Норман: «Три или четыре дня в неделю разносчики и кладовщики с Мэттью-Стрит становились свидетелями наплыва в клуб «Пещера» молоденьких девушек из центральных магазинов и контор – высокие прически, на каблучках-шпильках, вид которых, казалось, шокировал старые каменные стены».

Мэттью-Стрит задолго до «Битлз».

Синтия: «Дневные выступления «Битлз» в «Пещере» имели феноменальный успех. Молодые городские щеголи и щеголихи, студенты, продавцы, рабочие и школьники собирались на узенькой мостовой, нетерпеливо ожидая своей очереди, чтобы получить свою ежедневную порцию зву­ков – звуков, подобных которым они никогда раньше не слышали».

Очередь в клуб «Пещера», фото 1964 г.

Джордж Тремлетт: «Как-то Гарри Харрисон, старший брат Джорджа, сказал мне: «Вся эта «битломания» началась с девиц, которые ходи­ли в «Пещеру». После первого турне в Гамбург было объявлено, что «Битлз» будут играть в клубе «Пещера» во время местного праздника. За три дня до выступления перед клубом выстроилась очередь. Это было что-то сверхестесственное – обычная ливерпульская группа, мало кому известная, кроме молодежи в Гамбурге и Ливерпуле, и вдруг – огромная очередь за три дня до выступления! Узнав об этой очереди, ребята заб­рались в свой потрепанный микроавтобус и поехали посмотреть на это диво. Приехали и увидели, что это правда, пересчитали девчонок в очереди, сгоняли в кулинарный магазин, накупили сладких пирожков, бутербродов и роздали их своим поклонницам. Я уверен, что ни один из этих пирожков не был съеден. Я бы­вал в гостях у одной из этих девушек и видел у нее на самом вид­ном месте такой пирожок. Это был самый дорогой сувенир – пиро­жок из рук кумира! Они были так дороги этим девчонкам, что с них даже пыль не вытирали».

Очередь в клуб «Пещера».

Филипп Норман: «В полдень, когда начинались выступления, очередь тянулась от угла, выходящего на Уайтчэпэл, на сотни ярдов мимо стен с колючей проволокой и мрачных фасадов складов ко входу, похожему на корабельный люк, у которого стоял вышибала с растопыренными руками. Когда городские часы били полдень, очередь начинала постепенно вползать в люк и, минуя восемнадцать ступенек, подходить к столику, за которым сидел Рэй Макфолл, окруженный суповыми мисками, полными денег. Вход стоил один шиллинг для членов клуба и полтора – для не-членов. За спиной Макфолла находился миниатюрный гар­дероб, где в обеденное время работала девица по имени Присцилла Уайт, машинистка из соседней конторы (прим. – в будущем, певица Силла Блэк)».

Присцилла Уайт.

Майкл Маккартни: «Цена была сходная для выступления брата и его рокеров – 3 фунта 10 шилингов за полчаса. Пол и «Битлз» впервые выступили в «Пещере» в марте 1961 года по приглашению «Блу Джинес» и это был страшный успех, вызвавший много подражателей.

Работа в «Пещере» была работой с перевоплощением. С одной стороны утомительные репетиции, сначала у нас дома, когда папаша уходил на работу, а я прогуливал в школе, а затем на автобусе № 86 с гитарами и уси­лителями мимо грузовиков с фруктами вниз по крутой лестнице в темноту. Открываются тяжёлые двери, и мы входим в плохо освещённый подвал с тём­ными сводами, проходя мимо уборщиц.

Затем бешеный проход через всю аудиторию, девчонки, ощу­щая их присутствие, рвутся к битлам, идущим впереди меня. И вот «Битлз», толпа родственников и ассистентов приближаются к раздевалке. После 3-4-ударов распахивается дверь в пещеру Алладина.

Мы выпиваем кока-колу и направляемся к сцене через стулья, которые стоят лицом к Мекке (или Макке, я плохо пом­ню). Подключаем усилители, настраиваемся, затем потихоньку начинаем про­игрывать номера. Чтобы все такты и гармонии были в совершенстве, наш маленький магнитофон помогает найти ошибки при воспроизведении. (Как забавно слушать через 20 лет записи «Битлз!»).

Теперь о перевоплощении. То, что днём было холодным, пропахшим фрукта­ми, подвалом, превращалось в пышущую жаром доменной печи преисподнюю. Дверь открывается, и раздаются звуки старого доброго рок-н-ролла (Денни, Рори, Джерни, «Мерси Бит» или мои любимые «Большой Тейлор и Домино»).

Этот подвальчик состоит из маленького кирпичного погреба, скамейки и деревянных стульев вдоль стен. Одежда на стенках и Боб Вулер со своим микрофоном».

Синтия: «Погреб состоял из трёх отдедений. Первое отделение было застав­лено рядами бамбуковых стульев, места по краям предназначались для школьников, а вдоль мокрых стен стояли скамейки. Каждое отделение представляло собой «открытый план», разделяемый только поддерживающими стенами и низкими кирпичными арками, очень прочными по конструкции. Освещения практически не было никакого, кроме крас­ных лампочек там и сям, хорошо скрытых где-то под потолком. Мрачный вертеп тайного разврата, думаете вы? Совсем нет. Стоило толь­ко начаться музыке, и всё приходило в движение. Разноликая толпа превращалась в спаянную группу, объединённую общим настроением. Электризующая – только так я могу определить царившую там атмос­феру. Стены и арки, казалось, уплывают куда-то в бесконечность, и остаётся только масса людей – перевозбужденных, выражащих свою радость громкими криками, визгами и рукоплесканиями. Покачивающи­еся, дёргающиеся, вибрирующие тела, охваченные неописуемым экстазом взвинченных эмоций. Со стен и потолка сбегала вода. Чем громче играла музыка, тем неистовее становились вопли. Поистине фантасти­ческая картина. «Битлз» стали всеобщими любимцами. Музыкально, эмоци­онально и сексуально захватывая публику, они уносили её с собой в увлекательное путешествие, а когда оно подходило к концу, зрите­ли, совершенно обессиленные, требовали ещё и ещё. Ничего подобного я не видела ни до, ни после. Фантастика! Сцена в «Пещере» была очень маленькая, на ней еле-еле размещались рояль, усилители, микрофоны и барабаны.

Конферансье Боб Вулер, компетентный_, влюблённый в своё дело человек, представлял разные группы с большим профес­сионализмом и с характерным шиком».

Боб Вулер.

Альберт Голдмен: «Ведущим концертов был Боб Вулер, радиоведущий и командир скаутов. Он занимал­ся тем, что ставил пластинки в ожидании, пока не заполнит­ся зал, и провозглашал: «Запомните же, пещерные гости, что лучшая из пещер – это «Пещера!».

Филипп Норман: «Под темными арками раздавался голос Боба Вулера, читаю­щего вступительную проповедь: «Привет, пещерные жители! Добро пожаловать в лучший из подвалов!». Вулер вещал не со сцены, а из-за нее – из крохотной ниши, служившей также комнатой отдыха для ансамблей. Маленький столик служил подставкой для усилителя и проигрывателя. В промежутках между выступлениями групп Вулер садился в свою вонючую священную дыру, и крутил пластинки из своей большой кол­лекции».

Майкл Маккартни: «Его проигрыватель – часть его самого. Он сидит вместе с ним в правом углу рядом с аркой ведущей сцены. Я сажусь, делаю несколько пробных снимков и иду за кока-колой».

Альберт Голдмен: «Затем, когда «Битлз» делали ему знак, что готовы, он объявлял: «А сейчас встречай­те свою любимую рок-энд-скорбную группу – «Битлз»!».

Синтия: «Правда, на первых порах он [Боб Вулер] и Битлы не могли добиться чёткого взаимопонимания, потому-что это был человек строгих правил и своих представлений о том, что дол­жны и чего не должны делать артисты на сцене».

Альберт Голдмен: «Четыре фигуры взлетали по трем сту­пенькам, ведущим на эстраду, включали усилители и обру­шивали на своих фанов музыкальную мешанину. Качество музыки мало заботило публику, которая заводилась от громких ак­кордов электрогитар, пропущенных через тридцативаттные усилители и отраженных от низких кирпичных сво­дов потолка. С первых же нот девчонки принимались виз­жать. «Заткни-и-и-итесь!» — орал на них Джон, но крики от этого становились только громче. Тогда «Битлз» врубали усилители на полную мощность, и с потолка начи­нала осыпаться побелка, покрывая белыми хлопьями «пе­щерной перхоти» черные куртки музыкантов.

Широко расставив ноги и согнув колени, Джон смотрел в зал своими близорукими глазами. Он исполнял несколько номеров подряд, затем запихивал в рот огромный кусок же­вательной резинки и расслаблялся. «А теперь послушайте отрывок из мюзикла под названием «Мистер Мускул» (прим. – игра слов. В оригинале «Ми­стер Музыка»), которую исполняет Пегги Лег», – бросал он в зал, представляя версию Пола Маккартни композиции «Пока ты не появилась» (Till There Was You). Еще он любил отпускать шутки в ад­рес любимого чернокожего музыканта «Битлз»: «А эта вещь принадлежит Чаку Берри из Ливерпуля, кривоногому белому музыканту, с лысиной». Когда Пол затягивал «Над радугой» (Over the Rainbow), подмигивая секретаршам из «Кьюнард-Мэвис и Эдне», Джон строил рожи за его спиной или устраивал свой коронный аттракцион в духе Квазимодо, согнувшись пополам, вывернув лицо к плечу и скорчив ужасающую гримасу. А во время томных медленных вещей, которые Пол нашептывал в микрофон, он извлекал из своей гитары пронзительные звуки, оглядываясь по сторонам с оторопелым видом деревенщины, оказавшегося первый раз в столице».

Кадр художественного фильма.

Майкл Маккартни: «Во время моего отсутствия «Битлз» переходят от разминки к мощному могучему рок-н-роллу, от которого волосы встают на затылке дыбом. Все как будто затаили дыхание, воздуха как будто нет, но вот все вздохнули, и пот уже капает с потолка, с носа, с души…

Поскольку туалет стоит рядом со стойкой, где продают кока-колу, то с каждым вздохом горячего воздуха проникает запах мочи, пота, гниющих фруктов.

Взяв в руки холодную кока-колу, я пробираюсь к раздевалке и стучу в дверь. Нет ответа: все смотрят «Битлз». В конце концов, ты сдаёшься, встаёшь на цыпочки и сам смотришь на своих парней, на свой любимый номер!

В основном я смотрел на Леннона. Он был похож на загнанного в клетку зверя, а совсем не на жука. Не то что у меня было что-то против брата, но всё же он брат, который ковыряется в носу и подолгу просиживает в туалете, где или играет на гитаре, или читает какую-нибудь порнуху. Леннон стоит, широко расставив ноги, бросая вызов всем своим видом: «Ну-ка, попробуй подойти и ударь меня!». Его странные движения, острые, как бритва, и дикие монгольские глаза.

Но Пол зажигает девочек, а также некоторых мальчиков своей песней «Пока там не появилась ты» (Till There Was You). Среди всех этих рок-н-ролльных визгов это очень необычная и мелодичная песня в духе нашего папаши. И дальше он потрясает выдающимся исполнением песни «Долговязая Салли» (Long Tall Sally)».

Филипп Норман: «Для своей обеденной аудитории они выдавали обширный гамбургский репертуар: с американского блюза они могли пере­ключиться на плаксивый кантри-вестерн; с хита из «Toп 20» – на какой-нибудь сентиментальный довоенный танцевальный мотив. Бобу Вулеру казалось, что им доставляет радость играть то, что никто из их соперников играть не отва­живается».

Боб Вулер: «Они старались показать, что они не такие, как все. Если кто-то играл сторону «А» популярной пластинки, то они играли сторону «В». Если все вокруг прыгали, то они стояли неподвижно, словно истуканы».

Филипп Норман: «Вулер имел некоторое коли­чество редких американских синглов, которые он временами крутил через громкоговорители «Пещеры». Один из них, «Хиппи хиппи шейк» (Hippy Hippy Shake), так потряс Пола Маккартни, что он умолял одолжить ему этот сингл, чтобы переписать слова. Эта вещь стала кульминацией в наборе «ударных» рок-компози­ций, которые они исполняли».

Боб Вулер: «В 1959 году Майк Миллворд, который в то время играл в группе «Боб Эванс и пять шиллингов», спросил меня, слышал ли я «Хиппи хиппи шейк» Чена Ромеро, который пел чаще всего фальцетом. Мы даже не знали, был ли это парень или девушка. Эта пластинка вышла на «Колумбии», и я ее купил. Эта песня очень впечатлила Майка. Однажды я проиграл ее в «Пещере» во время дневной сессии, и Пол Маккартни спросил меня о ней. Он всегда считал себя певцом, обладающим высоким тембром голоса. Я одолжил ему пластинку, и «Битлз» стали ее исполнять».

Альберт Голдмен: «В тот период «Битлз» были самым настоящим одушев­ленным музыкальным автоматом. Их программа была ли­шена какого-либо порядка, они чередовали одну за другой самые разные песни: рок-н-ролл, ритм-энд-блюз, кантри, фольклор, радио-хиты, мелодии из мюзиклов, все, что мог­ло взбрести в голову. Иногда они пели то, что заказывала публика. Или вдруг начинали спорить на сцене, что испол­нять дальше. Они стремились развеселить публику и весе­лились сами. Кстати, именно чувство юмора, спонтанность делали их такими непохожими на другие рок-группы – как на те, что были до них, так и на те, которые вскоре займут их место.

Наконец наступала кульминация концерта — «Битлз» за­водили какую-нибудь ритм-энд-блюзовую вещь в стиле фанки, например «Деньги» (Money), и играли ее очень долго. Они привезли с собой из Гамбурга один секрет, который сразу обеспечил музыкантам успех, стоило им только начать сно­ва выступать в Ливерпуле. Секрет заключался в использова­нии принципа инструментальной импровизации, когда медленно нарастаю­щее возбуждение заставляет подняться со своих мест даже самых ленивых зрителей, полностью подчиняя их той энер­гетике, которую несет в себе бурлящий музыкальный поток. Однообразная мелодия госпел-блюза повторялась до бесконечности, а девушки в черно-белых платьях, надетых поверх пышных накрахмаленных нижних юбок, и юноши в серых свитерах под горло и темных куртках, не удержавшись, вскакивали с мест. Сгрудившись тесной толпой друг против дру­га, они начинали приплясывать. Танцующие оказывались на­столько стиснутыми со всех сторон, а в зале царили такая жара и влажность, что кирпичные своды покрывались кап­лями, а сам концерт никогда не заканчивался без того, что­бы кто-нибудь не потерял сознание».

Майкл Маккартни: «Так и проходили все эти дни. Я слушал их, читал журнал «Нью мюзикл экспресс» и, время от времени, делал фото.  Когда всё это заканчивается, и волшебная дверь Сезама открывается на улицу и заканчивается за мной для того, чтобы поклонники не заме­тили, раздаются крики типа: «Кока-кола теплая!» (обычно это Джордж). Сняв с себя мокрые от пота майки и кожаные куртки, обтёршись полотенцами, они переодеваются в джинсы и чёрные рубашки с короткими ру­кавами. Затем вся группа пробирается сквозь ораву девушек, и мы отправляемся утолять жажду. Чаще всего мы отправлялись вниз по улице, в «Грэйпс», чтобы выпить стаканчик сока и подзакусить перед ночным выступлением».

Филипп Норман: «В перерывах они прокладывали себе путь сквозь толпу на­верх – к яркому дневному свету. Они пересекали Мэттью-Стрит и заходили в «Грэйпс» – паб, похожий на матросский кабак, с выскобленными дощатыми столами, любимое место почтальо­нов из ближайшего почтового отделения на Норт Джон-Стрит».

Паб «Грэйпс».

Из интервью Пола Маккартни журналу «Кью» в 1997 г.:

Журналист «Кью»: В «Грэйпс» я купил футболку с изображением «Битлз», и мне сказали, что члены группы изображены за своим любимым столиком – располагавшимся на пути в дамскую комнату, – где они обычно снимали девочек, приглашая их провести вечер в «Пещере». Это соответствует действительности?

Пол: Скорее всего, да. Это выглядит вполне правдоподобно. Если какое-то место предоставляло наилучшую возможность познакомиться с девочками, я не сомневаюсь, что мы сидели бы там.

«Битлз» в пабе «Грэйпс» 1961 г.

Сейчас это место в пабе «Грэйпс» отмечено специальной табличкой (фото с ресурса kenwoodlennon.blogspot.ru).

Надпись на табличке: «Это фото было сделано здесь».

Филипп Норман: «В «Грэйпс» они подолгу сидели за горьким пивом (пять пенсов за пол­пинты). Хозяйка часто ворчала, что они лишь зря занимают места, за которыми могли бы сидеть почтальоны, потягивающие настоящий «Гиннес». Клуб «Пещера» предлагал обед лишь одного вида – горячий суп с загадочными кусочками, плавающими в нем; мясные пирожки, булочки и легкие напитки».

Падди Делании: «Однажды Пол одолжил у меня полпенни. Он хотел ку­пить «Кока-колу» и булочку с сыром; выходило семь пенсов и полпенни, а у него было только семь пенсов. «Держи, Пол, – сказал я. – Вспомни меня, когда станешь знаменитым».

Майкл Маккартни: «Костюмы из чёрной кожи отсвечивают и пузырятся на ветру, битлы гуськом выходят из кабачка и идут по мощёной улице мимо толпы поклонни­ков. Время от времени раздаётся девичий выкрик: «Это они!». После концерта процедура [посещения кабачков] продолжается до бесконечности, пока мы не посетим все кабачки. Так мы сидим там до самого утра. На рассвете мы с Полом, разми­ная усталые ноги, выходим из своей пещеры. Умудрённые опытом и, конечно, более счастливые, направляемся к остановке автобуса № 86. Останавливаем­ся у витрин магазинов с узконосыми модными туфлями или же садимся на почтовые ящики. Нас обдувает свежим ветром с реки Мерси, и мы ждём прибытия первого автобуса. Волшебные дни!».

Фото Майкла Маккартни.

Улица Лорд-Стрит в 1965 году, место, напротив которого был сфотографирован Пол Маккартни.

Лорд-Стрит, 1960-е годы.

Угол Лорд-Стрит и Пэрэдайз-Стрит, 1960-е годы.

21 марта 1961 г.

Бэрри Майлз: «Вечернее выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера». Также выступали группы «Ремо Фо» (The Remo Four), «Дейл Робертс и Нарушители» (Dale Roberts & The Jaywalkers) и «Блу Джинес», которая была приглашающей стороной».

beatlesbible.com: «Группа «Битлз» выступала в поддержку «Блу Джинес» (The Blue Genes), которые впоследствии станут «Свингующими голубыми джинсами» (The Swinging Blue Jeans)».

Алан Клейсон: «21 марта «Битлз» выступили в «Пещере», на сей раз в качестве гостей «Свингующих Голубых Джинс». Ко­личество посетителей, которым в этот вечер не хватило мест в зале клуба (60!), ясно показало, на чьей стороне их симпатии — хозяев или же гостей. Оде­тые в полосатые фланелевые куртки джазмены не могли понять, как столь неряшливо одетые музы­канты способны вызывать уважение».

Алан Уильямс: «В то время большинство ливерпульских групп носили нечто вроде униформы, в основном, мохеровые костюмы и тонкие галстуки. Но не «Битлз». Если посмотреть, они были ещё те «оборванцы». Им было абсолютно наплевать, как они выглядели. И понемногу другие ансамбли начали подражать их потрепанным кожаным курткам, изношенным ботинкам и туфлям и тому хулиганистому «да-пошёл-ты!» образу, который они создавали на сцене».

Из интервью Боба Вулеру Спенсеру Лею, июль 1998 г.:

Спенсер Лей: Ты помнишь тот легендарный «Званый вечер Голубых джинс» (Blue Jeans Guest Night) в «Пещере» в марте 1961-го, когда они пригласили «Битлз»?

Боб Вулер: «Голубые джинсы» проводили в «Пещере» званый вечер во вторник, и хотели пригласить такие группы, как «Дейл Робертс и Нарушители», «Ремо Фо», или «Четверка Джейс», тех, кто не конфликтовал, или не ругался между собой.

Рэй Макфолл (владелец клуба): «Это был вечер «Блу Джинес», и они хотели [пригласить] хорошие, подготовленные, опрятные бит-группы, которые бы не были слишком громкими и необузданными. И они хотели предложить мне эти группы».

Боб Вулер: «Рэй Макфолл добавил к ним «Битлз», и их поклонники просто смяли поклонников «Блу Джинес».

Рэй Эннис (солист группы «Блу Джинес»): «Рэй Макфолл ангажировал «Битлз» на наш вечер по-приглашениям, ничего нам не сказав, и нас это очень рассердило. Наших поклонников рассердило присутствие поклонников «Битлз», которые пришли туда раньше, и заняли места в первых рядах. Они смотрели на нас как бы говоря: «Что все это такое?». Они требовали «Битлз».

Джои Бауэр (группа «Четыре щеголя» (The Four Jays)): «Это был первый раз, когда я увидел «Битлз». Они были в черной коже и обливались потом. Они исполняли песни, которые я никогда прежде не слышал, и я задавался вопросом, где они их взяли».

Боб Вулер: «Я разговаривал с Полом Маккартни об американских пластинках из моей коллекции, и он одолжил «Хиппи хиппи шейк» Чена Ромеро. К моему удивлению он исполнил этот номер во время их первого вечернего выступления».

Джои Бауэр (Joey Bower, группа «Четыре щеголя» (The Four Jays)): «Они [также] исполнили абсолютно фантастическую версию «Бесаме Мучо», одну из лучших вещей, которые я когда-либо слышал на сцене».

Рэй Эннис (солист группы «Блу Джинес»): « Тогда они плохо играли».

Ральф Эллис (гитарист группы «Блу Джинес»): «Их пение было весьма грубым, а гитары звучали фальшиво. Мы много репетировали, чтобы достичь правильного звучания, и нам не очень понравилось наблюдать за «Битлз», которых так хорошо принимали с чем-то, что они отрепетировали минут за пять до этого».

Боб Вулер: «У «Блу Джинес» был не самый радужный вечер, и в ту ночь на ступеньках «Пещеры», между Рэем Эннисом из «Блу Джинес» и Рэем Макфоллом произошла ссора. Рэй Эннис сказал: «Мы больше не пригласим их на свой Званый вечер», но Рэю Макфоллу «Битлз» нравились, а также выручка, связанная с ними, так что, вскоре после этого «Блу Джинес» ушли».

Алан Уильямс: «За первые несколько месяцев 1961 года «Битлз», бесспорно, стали рок-н-ролльной бит-группой номер один на Мерсисайде. Вокруг любого из танцзалов, где играли «Битлз», собирались бешеные очереди. «Битлз», «Битлз», «Битлз»! На языке у тинейджеров вертелось только это имя. Они стали притчей во языцах среди подростков. «Битлз» знали это. И антрепренеры это знали. И я знал это. Но никто из нас не мог даже представить себе, что эти мальчики вскоре резко взмахнут крыльями и сумеют завоевать не только большой и широкий экран, но и займут центральное место в мире развлечений для взрослых.

Да, и Боб Вулер, и я говорили, что их ждёт очень, очень большое будущее. Но насколько большое? И когда? Через миллион лет? Многие из нас не попали в эту лодку. Мы были свидетелями зарождающегося урагана, но не поставили паруса, что он подхватил нас. Но я не переживаю по этому поводу, не дождётесь, господа!».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в общественном джаз-клубе Ливерпуля (Liverpool Jazz Society, 13 Temple Street, Liverpool). Мероприятие называлось «Дневное время для свинга» (Swinging Lunchtime). На афише было указано: «Рори Сторм и Дикий» (Rory Storm and The Wild Ones)».

20 марта 1961 г.

Бэрри Майлз: «Дневное выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Оррелл-Парк» (Orrell Park Ballroom, Orrell Park, Liverpool)».

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в зале «Хэмблтон» (Hambleton Hall, Huyton, Liverpool), совместно с группой «Рокин Рэйвинз» (The Rockin’ Ravens)».

beatlesbible.com: «В зале «Хэмблтон» группа «Битлз» выступала 25 января; 1, 8, 15 и 22 февраля; 8 и 20 марта; 20 августа; 3 и 17 сентября; 15 и 29 октября; 12 и 26 ноября; 10 декабря 1961; и 13 января 1962. Зал располагался в восточной части Ливерпуля на Сент-Дэвид Роуд (St David’s Road in Page Moss, Huyton)».

Одна из страниц квитанционной книжки, с росписями Джона Леннона и Пола Маккартни на квитанциях оплаты выступления в зале «Хэмблтон» от 20 марта 1961 г.

19 марта 1961 г.

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в клубе «Касба» (Casbah Coffee Club, West Derby, Liverpool)».

beatlesbible.com: «В клубе «Касба» группа «Битлз» выступала 29 августа; 5, 12, 19 и 26 сентября; 3 и 10 октября 1959 как «Кворримен», 17 и 31 декабря 1960; 15 и 29 января; 12, 19 и 26 февраля; 5, 12, 19 и 26 марта; 6, 13 и 27 августа; 10 и 24 сентября; 22 октября; 19 и 24 ноября; 3 и 17 декабря 1961; 7, 14, 21 и 28 января; 4, 11, 18 и 25 февраля; 4, 11, 18 и 25 марта; 1, 7 и 8 апреля; и 24 июня 1962».

18 марта 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в «Джайв Хайв», Кросби (Jive Hive, St. Luke’s Hall, Crosby).

Вечером выступление в зале «Оррелл-Парк» (Orrell Park Ballroom, Orrell Park, Liverpool)».

(условная дата)

Дороти «Дот» Рони: «Когда он хотел, Пол мог очаровать птиц на дереве, но также он мог быть и довольно противным. Однажды мы пошли в кино, а все билеты были проданы, поэтому он использовал на кассиршу все свое обаяние. Когда она сказала, что для нас нет никаких билетов, он по-настоящему рассвирепел, и обозвал ее сукой».

Ливерпуль, Болтон-Стрит, 1961 г.

17 марта 1961 г.

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в зале «Мосвей» (Mossway Hall, Croxteth, Liverpool)».

В этом здании раполагался зал «Мосвей».

beatlesbible.com: «Это было единственное выступление «Битлз» в зале «Мосвей». Кроме того, это было единственное их выступление, организованное промоутерами «Айвемер Промоушинз» (Ivamar Promotions) – Джимом Макайвером (Jim McIver) и Дуги Мартином (Dougie Martin), которые устраивали мероприятия на трех ливерпульских площадках: зал Святого Луки в Кросби (St Luke’s Hall, Crosby), так же известный как «Джайв Хайв» (Jive Hive); клуб «Айвемер», или зал «Мэсоник» (Ivamar Club (Masonic Hall)) в Скилмерсдейле; и зал «Мосвей».

За это выступление «Битлз» не получили денег, но им разрешили выпить столько «Гиннесса», сколько они смогли – 17 марта, День Святого Патрика».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в общественном джаз-клубе Ливерпуля (Liverpool Jazz Society, 13 Temple Street, Liverpool). Мероприятие называлось «Дневное время для свинга» (Swinging Lunchtime). На афише было указано: «Рори Сторм и Дикий» (Rory Storm and The Wild Ones). Так же выступала группа «Большая тройка» (Big Three).

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в общественном джаз-клубе Ливерпуля (Liverpool Jazz Society)».

beatlesbible.com: «Это мероприятие было организовано Сэмом Личем, и называлось «Рок-бал вечер святого Патрика». На афише «Битлз» были заявлены как главные участники шоу. Также принимали участие группы и «Джерри и Лидеры», «Большой Тейлор и Домино», «Саймон Кардово и его стил-бэнд Королевских каррибцев», и «Оркестр калипсо Билла Бейли.

В общественном джаз-клубе Ливерпуля группа «Битлз» выступала 6, 11, 13, 15 и 17 марта 1961; также как группа «Серебряные Жуки» (The Silver Beetles) они выступали 15 мая 1960, когда клуб носил название «Железная дверь» (Iron Door Club). В 1962 году клуб будет называться джаз-клуб «Сторвилл» (Storyville Jazz Club), «Битлз» выступали в нем 1, 8 и 15 марта 1962. С 12 октября 1962 года клуб вновь будет называться «Железная дверь».

Бруно Цериотти: «Выступление группы «Рори Сторм и Ураганы» в Скелмерсдейле (Skelmersdale, West Lancashire)».

(условная дата)

Алан Уильямс: «Вскоре я получил благосклонный ответ из германского консульства в Ливерпуле [о возможности «Битлз» приехать в Гамбург] и приступил к необходимой бумажной работе. Поскольку ребята были ещё несовершеннолетними, требовалось получение письменного согласия их ближайших родственников».

beatlesbible.com: «В Германии Стю Сатклифф и Астрид Киршнер способствовали тому, чтобы группа смогла вернуться в Гамбург».

Полина Сатклифф: «В Гамбурге Стю с Астрид посетили департамент полиции, чтобы получить подтверждение о праве на работу для группы «Битлз». Джорджу в феврале исполнилось 18, поэтому с ним в этот раз тоже не было проблем. В полиции Стю заверил представителей власти, что Пол и Бест будут хорошо себя вести. В Англию Стю написал Питу: «Поскольку решение о депортации действует в течение года, то мне дали ясно понять, что в случае, если вы нарушите общественный порядок, то будете высланы из страны без права в дальнейшем получить визу». Петер Экхорн, владелец клуба «Топ Тен», помог Питу Бесту вернуть аппаратуру, оставленную группой из-за вынужденного отъезда, и обеспечил оформление разрешения на работу на апрель».

16 марта 1961 г.

Бэрри Майлз: «Дневное выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера».

Росс Бенсон: «Иногда Маккартни оставался в клубе на ночь, пил теплую кока-колу и развлекался с какой-нибудь подружкой в тесной костюмерной за сценой, а рано утром садился на автобус № 86 и ехал домой на Фортлин-Роуд. Репу­тацию Пола как суперзвезды рок-н-ролла слегка по­дрывал его отец, который частенько заходил в клуб во время обеда и кормил сына сосисками».

Синтия: «Родители ребят иногда заходили в «Пещеру» посмотреть, как они выступают».

Росс Бенсон: «Раньше Джим Маккартни проводил обеденное время поблизости от «Пещеры», околачиваясь в районе пабов и кафе по соседству с хлоп­ковой биржей, высматривая возможных клиентов. Действитель­ность была тяжела. Джим по-прежнему оставался самым обыкновенным продавцом, зарабатывал меньше 10 фунтов в неделю и еле-еле сводил концы с концами».

Джим Маккартни: «Я частенько приходил в «Пещеру» во время обеденного перерыва. Вообще, им следовало давать над­бавку за вредность. Всюду воняло потом. Когда Пол возвращался с работы, я буквально выжимал его рубашку. Ребята там прихо­дили в неистовство, они дрались, чтобы пробиться поближе к сцене, или же хлопались в обморок от возбуждения, нагнетаемого всей этой атмосферой. И Пол, и все остальные на сцене были по­хожи на каких-то драных котов. Я несколько раз пробовал протолкнуться сквозь толпы ребят, но ни разу не смог. Поэтому обычно я шел в их крошечную артистическую и ждал, пока они вернутся туда со сцены».

Хантер Дэвис: «Джим сидел там, конечно, не для того, чтобы получить автограф, – ему хотелось увидеть Пола. Он, который кухарил, мыл посуду, чистил кастрюли, скреб и убирал для Пола и Майкла за двоих, заменяя им мать, тратил свое обеденное время, чтобы сделать покупки на ужин».

Синтия: «Отец Пола, Джим, нередко ждал сына в раздевалке, чтобы передать ему еду, купленную во время обеденного перерыва. Пол забирал ее с собой домой, разогревал в духовке и, когда отец возвращался с работы, они вместе ужинали».

Росс Бенсон: «Отношение Пола к отцу обусловлено его личными качествами, и Пол всегда считал себя послушным сы­ном. Но тогда он был молод, и, вопреки советам отца, ему казалось более привлекательным зарабатывать на жизнь рок-н-роллом, чем наматывать электрические катушки».

Синтия: «Захаживали также матери Пита и Стюарта. Что же касается мамы Джорджа, то она приходила почти всякий раз посмотреть на своего мальчика да еще приводила с собой подруг и родственников».

Хантер Дэвис: «Миссис Харрисонон по-прежнему оставалась одной из самых преданных поклонниц «Битлз». Она не только ездила за ними повсюду, но еще и прихватывала с собой родственников и дру­зей».

На снимке тети Джона Леннона Хэрри (Harrie) и Мэтер (Mater): Хэрри поправляет волосы Мэтер. На заднем плане Пол Маккартни. Предположительно 1961 год.