26 октября 1965 г.
Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Аппаратная студии 2 «И-Эм-Ай», Эбби-роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженеры: Норман Смит и Рон Пендер. В этот день с 10:00 до 12:30 были сделаны стереосведения песен для альбома «Резиновая душа» (Rubber Soul), а также песни «Турист на один день» (Day Tripper) для сингла американского и австралийского рынков, так как монофонические синглы выпускались только в Великобритании».
Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «В стереомиксе песни «Турист на один день» (Day Tripper) весь ритм-трек слышен в левом канале на протяжении всего микса, за исключением того, что вступительный гитарный рифф внезапно переключается на правый канал, когда появляются другие инструменты. Все наложения слышны в правом канале, включая весь вокал. Этот стерео-микс будет выпущен в США в 1966 году на альбоме «Вчера… и сегодня» (Yesterday… And Today)».
На этом стереомиксе были предприняты усилия, чтобы замаскировать проблему, ранее обнаруженную на мастер-ленте. Это был заметный скрипучий щелчок на дорожке, содержащей наложенный гитарный рифф Джорджа и бубен Джона, после чего следовал слышимый шум. Щелчок происходит в третьем куплете сразу после слов «пытался доставить ей удовольствие» (tried to please her).
В итоге этот фрагмент был полностью вырезан из стереомикса, но в готовом продукте появился очевидный изъян, – небольшой фрагмент, в котором отсутствует гитарная нота и бубен. Это повторяется, хотя и менее заметно, в начале девятого такта того же куплета, в слове «попробовал» (tried).
В стереомиксе песни «Если бы мне был кто-то нужен» (If I Needed Someone) весь ритм-трек расположен в левом канале, за исключением уловленного студийным динамиком звука ритм-трека во время записи всех вокальных партий, что отчетливо слышно в правом канале. Иногда в правом канале появляется фазировка звука, которая, возможно, также появилась из-за уловленного звука ритм-трека студийным динамиком во время нескольких наложений вокала.
Партии соло-гитары и бубна также звучат в левом канале, за исключением инструментальной части и завершения песни, где они резко перемещаются в правый канал. Переключение настолько резкое, что самое начало звучания соло-гитары и бубна в заключении всё ещё слышно в левом канале, прежде чем оно переходит в правый.
В стереомиксе песни «В своей жизни» (In My Life) весь ритм-трек и отдельно записанная партия бубна размещены в левом канале. Правый канал содержит все вокальные наложения (с небольшой реверберацией), а также фортепианное соло Джорджа Мартина. Небольшое проникновение ритм-трека можно услышать в правом канале из-за того, что он проигрывался в студии, чтобы «Битлз» могли синхронизировать с ним вокальные партии, и он был уловлен микрофонами. Когда к концу песни вокал закончился, инженеры ослабили правый канал, так что проникновение ритм-трека исчезает в последних секундах песни.
Как выяснилось, фортепианное соло Джорджа Мартина было записано на ту же дорожку, что и наложение бубна. В процессе стереосведения им нужно было панорамировать эту дорожку с левого канала, где обычно слышен бубен, на правый канал, где они хотели, чтобы было слышно фортепианное соло. После соло им нужно было быстро панорамировать эту дорожку обратно на левый канал, потому что в следующей доле вступает бубен. Они не панорамировали его достаточно быстро, поэтому первый удар бубна слышен в правом канале до того, как они успели вернуть его обратно в левый канал.
В стереомиксе песни «Человек из ниоткуда» (Nowhere Man) звуки были четко разделены между каналами: ритм-трек был полностью в левом канале, а все наложения (вокал и гитарное соло) – в правом. Это был очень простой микс с добавлением небольшого количества реверберации, который был сделан очень быстро и без особых усилий.
В стереомиксе песни «Норвежское дерево (Птичка упорхнула)» (Norwegian Wood (This Bird Has Flown)) на этот раз инженеры не забыли приглушить дорожку с ситаром во время первой мелодической вставки. Тем не менее, как раз перед тем, как Джордж начинает рифф на ситаре в инструментальной части песни, слышен короткий, но отчетливый голос, что, возможно, является сигналом от кого-то, чтобы Джордж начал играть на ситаре. Присутствие этого голоса, по-видимому, указывает на то, что на этот раз звукоинженер приглушил дорожку немного раньше. Этот недостаток также остался незамеченным и попал на альбом.
На стереомиксе псени «Веди мою машину» (Drive My Car) в отличие от моно микса, сделанного 25 октября, уровень звука колокольчика и реверберации на вокале были подняты немного выше. Ритм-трек слышен почти исключительно в левом канале вместе с обеими партиями бубна и наложенными вокальным трехголосием «бип, бип» (вместе со строками Джона «и может быть, я тебя полюблю»). Правый канал включает в себя остальные наложения, которые включают партии вокала, колокольчика, фортепиано и ведущей гитары.
В стереомиксе можно услышать, как в последнем куплете Джордж между вокальными линиями играет несколько импровизационных гитарных риффов, которые в целом в миксе были удалены. Ещё одна огрешность – в стереомиксе слышно, как Пол исполняет вокальную партию в последних тактах гитарного соло: «зая, ты можешь водить мою машину», хотя это довольно трудно услышать, поскольку это не предназначалось для прослушивания».
В день, когда «Битлз» получали награду от королевы в Букингемском дворце, Патти Бойд позировала на лондонской улице в «Мини-Моки» Джорджа Харрисона.
Патти: «Джордж любил машины – все Битлы их любили. После «Ягуара» он купил серебристый «Астон Мартин Ди-Би 5» и «Мини-Моки» – маленький джип-автомобиль без дверей и крыши, который летом доставлял удовольствие».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В этот день участники группы «Битлз» стали Кавалерами Ордена Британской Империи».
На крыльце дома Ринго Старра на Монтэгу-Сквер.
Фото Филиппа Летелье.
«Битлз» в квартире Брайена Эпстайна на Уильямс Мьюс, которая осталась в его собственности. Ринго с Джорджем жили в этой квартире с 1964 по 1965 год.
Джордж: «Брайен не попал во дворец, его туда не пригласили. По-моему, разрешалось пригласить только кого-нибудь из родных. Наверное, в душе он был раздосадован. Но он не подавал виду».
Синтия: «Разочаровывал один момент: семьи Битлов не пригласили во дворец на церемонию награждения. Да и сами ребята этого не хотели: они сами так волновались, что не хватало ещё волноваться за своих близких. Мы, их жены и подруги, очень хотели пойти вместе с ними, но мальчики решили, что нам лучше остаться, так как у дворца ожидалось настоящее столпотворение истеричных поклонников. Мы наблюдали за всем по телевизору и были несказанно горды за них».
Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Битлы поехали в Букингемский дворец в сияющем «Роллс-Ройсе Фантом-5» Джона («точно такой же, как у Элвиса, но у моего тонированные стёкла»)».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Группа прибыла в Букингемский дворец на «роллс-ройсе» Джона к 11 часам утра на церемонию награждения в Большом тронном зале».
Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Меня часто спрашивают: «Альф, как ты тогда въехал в ворота Букингемского дворца?» А я отвечаю: «Это был не я».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Снаружи около четырех тысяч поклонников группы скандировали «йе-йе-йе» и напирали на полицию, которая пыталась их сдержать, но не могла помешать им взобраться на ворота и фонарные столбы возле дворца».
Джон: «Нас заранее проинструктировал какой-то крупный парень-гвардеец».
Пол: «Какой-то королевский конюх, один из гвардейских офицеров, отвел нас в сторону и объяснил, что мы должны делать: «Подойдите к Её Величеству вот так, не отводите от неё взор, не разговаривайте с ней, пока она не заговорит с вами». Всё такое. Для четырех парней из Ливерпуля это было: «Ух ты, чувак!» Было довольно забавно».
Джон: «Этот гвардеец сказал нам, как и сколько шагов нужно сделать, как кланяться при встрече с Королевой. Левая нога вперед».
Джордж: «Гвардеец нас всё время наставлял: «Не делайте то, не делайте это».
Ринго: «Он был приятным человеком».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В этот день были награждены 189 человек, в том числе шесть рыцарей».
Джордж: «Мы стояли в длиннющей очереди. Там, наверное, были сотни людей, и ждали своей очереди».
Пол: «Мы были там единственной группой. К нам никто не пытался подойти. Все были дружелюбны».
Джон: «Мы раздали автографы всем, кто ждал, чтобы получить свои ордена».
Пол: «Знаете, они все были приятными людьми. Никто не сказал: «Мне нужно это для моей дочери, но я не знаю, что она в вас нашла!»
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Лорд-камергер королевского двора, лорд Кобболд, зачитал имена участников группы «Битлз».
Пол: «Этот чувак выкрикнул: «Джордж Харрисон, Джон Леннон, Пол Маккартни и Ринго Старр».
Джон: «Когда зачитывали имена и добирались до Ринго Старра, мы лопнули от смеха».
Пол: «Слово «Старр» было сигналом, чтобы шагнуть вперед с левой ноги. Это было похоже на какое-то представление».
Ринго: «Затем мы склонили головы и пошли к Королеве».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они вышли вперед и поклонились. Королева пожала им руки, поговорила с каждым и прикрепила награду».
Джон: «Начнем с того, что нам хотелось смеяться. Но когда это происходит с вами, когда вас награждают, то вы больше не смеетесь. Мы, тем не менее, хихикали как сумасшедшие, потому что только что выкурили по косячку в туалете Букингемского дворца. Мы очень нервничали».
Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «22 марта 1970 года французский журнал «Экспресс» опубликует интервью с Джоном Ленноном, в котором тот поведал, что «Битлз» перед вручением им орденов кавалера Британской Империи в Букингемском дворце то ли для приколу, то ли от волнения, пошли в дворцовый туалет, да запалили там по конопляной самокрутке».
Джордж: «Мы не курили марихуану перед церемонией. Так получилось, что нам пришлось ждать, чтобы пройти дальше. Мы, стоя в огромной очереди среди сотен людей, так нервничали, что пошли в туалет. Там мы выкурили по сигарете – все мы тогда были заядлыми курильщиками. Спустя годы, не сомневаюсь, Джон вспомнил об этом так: «О да, мы пошли в туалет и покурили», и это превратилось в косячок. Что может быть ужаснее перед встречей с Королевой? Выкурить косячок! Но мы этого не делали».
Ринго: «Я так волновался, что ничего не помню».
Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «После распространился слух, что ребята покурили запрещённый наркотик в одном из туалетов Её Величества. Я увидел их после церемонии, потому что они демонстрировали свои награды средствам массовой информации во время пресс-конференции, организованной в лондонском театре «Сэвилл» на Шафтсбери-авеню. Хотя они и были в очень эмоционально-возбужденном настроении, ничего в их глазах, их голосах или их обычных признаках не навело меня на мысль, что они были под воздействием марихуаны. Сомневаюсь, что группа была достаточно авантюрной, чтобы взять с собой наркотики во дворец, который кишел силами безопасности всех уровней».
Джон: «Королева была важной составляющей. Она произнесла что-то вроде «ох, ах, бла, бла», что мы не совсем поняли. Хотя мы не придавали большое значение королевской семье, нельзя не впечатлиться, когда находишься во дворце, когда осознаешь, что стоишь перед королевой. Это было как во сне. Это было прекрасно. Играла музыка, я смотрел в потолок – неплохой потолок. Это был исторический момент. Всё было как в музее».
Джордж: «Она [Королева] просто сказала: «Приятно познакомиться», но она так всем говорила. А потом обратилась к Джону и спросила: «Тяжко вам приходится?».
Джон: «Наверное, я выглядел усталым. Она обратилась ко мне: «В последнее время вам приходится много работать?» Я не мог вспомнить, чем мы заняты, и сказал: «Нет, мы отдыхаем». На самом деле мы работали над новой пластинкой, но это вылетело у меня из головы».
Ринго: «Ещё я помню, как мы с Полом вместе подошли к королеве, и она спросила: «Не я ли основал группу?». «Нет, – говорю, – я пришел в неё последним». Потом она поинтересовалась: «И давно вы вместе?» И тут мы с Полом не моргнув отвечаем: «Тому уж скоро будет сорок лет!». У неё на лице появилось странное такое выражение, как будто она хотела, чтобы мы закончили, наконец, смеяться, а может, она подумала: «Да они спятили!»
Пол: «А потом она спросила меня: «Вы давно работаете вместе?». А я ей: «Да, много лет». А Ринго ляпнул: «40 лет».
Ринго: «По названию одноименной песни».
Пол: «И она рассмеялась».
Ринго: «Да, рассмеялась».
Пол: «Мы все немного посмеялись».
Ринго: «Она спросила меня: «Это вы собрали группу?». На что я ответил: «Нет, это они».
Пол: «А потом он ляпнул: «Я младший».
Ринго: «Я ответил: «Я пришел в группу последним. Я младший», а я ведь и в правду младший. Но королева была великолепна. Само собой, теперь я большой поклонник королевы. Было очевидно, что она изо всех сил старалась, чтобы все чувствовали себя спокойно и не нервничали. Когда она вручила мне орден, то сказала: «Рада вручить его вам», а я произнес: «Спасибо».
Джон: «Она была намного милее, чем на фотографиях».
Пол: «Очаровательная женщина. Классная! Она была очень дружелюбной. Она была для нас как мама. Но она была милой. Я думаю, она показалась нам немного мамашей, потому что мы были маленькими мальчиками, а она была немного старше».
Джон: «Она была для нас как мама. Она была такой сердечной и милой. Она правда успокоила нас. В глубине души мы знали, что она просто какая-то женщина, но мы с этим справились. Мы согласились на это.
Мне кажется, королева на самом деле верит во все эти дела. Так должно быть. Я-то не считаю, что Джон Леннон чем-то отличается от любого другого парня, потому что твердо знаю: я – самый обыкновенный. Но, уверен, королева думает, что она-то совсем другая. Я всегда ненавидел все эти светские штучки. Все эти дикие мероприятия, всякие там вручения, при которых нам надо было присутствовать. Всё это сплошная фальшь. Всех видно насквозь. Презираю их. Может, это и есть классовое чувство? Впрочем, нет. Эти люди просто-напросто на самом деле фальшивы».
Пол: «Нас также удивляло и смешило награждение, как и всех остальных. Зачем? За что? Мы не верили в это. Это была та часть жизни, которой мы не хотели».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «На королеве было бледно-золотое платье. Зал Букингемского дворца был оформлен в кремовых и золотых тонах с шестью люстрами наверху и органом в одном конце. Оркестр Колдстримского гвардейского полка сыграл мелодии из «Юморески» [Дворжака] и [оперетты Ноэла Трусара] «Горько-сладкий». Позже Пол охарактеризовал это как «прекрасное местечко».
Росс Бенсон (автор книги «Пол Маккартни. Личность и миф»): «Во время церемонии награждения кто-то поинтересовался у «Битлз», испытывают ли они волнение, на что Леннон ответил: «Во всяком случае, не такое сильное, как все остальные». Даже в такой ответственный момент Леннон пытался состроить рожки из двух пальцев людям, поздравлявшим их, но делал он это только тогда, когда был уверен, что никто из посторонних этого не заметит».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Затем они вернулись на место и снова поклонились».
Ринго: «Потом, снова склонив головы, мы вернулись назад и поклонились, а затем ушли».
Пол: «Когда мы получили ордена, я воспринимал это, как большую честь, я ведь был воспитан в уважении к Короне. А когда мы прибыли во дворец, оказалось, что мы должны встать в очередь за ещё 5 миллионами людей, которые получали этот орден. После того, как нас назвали, мы должны были перейти в другой конец коридора, где и выдавали сам орден, так что при этом ты думал: да, это не совсем то, что ты себе представлял. Ты ведь думал, что увидишь Королеву на троне в ниспадающей мантии, и она коснётся мечом твоего плеча, и так далее. Но тебе просто выдают этот орден, а Королева говорит лишь пару слов благодарности. И на самом деле это Гарольд Уилсон решает, кого именно наградить орденом».
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Битлы были награждены Орденом Британской Империи – самым низшим по рангу из пяти категорий ордена, за службу своей стране. Этот титул занимает 120-е место из 126 званий в градации рангов и является самой распространенной наградой».
Репортер: Королевский дворец был свидетелем многих исторических событий, а сегодня нам посчастливилось присутствовать на одном из самых потрясающих. О том, что здесь происходит, вам расскажет любой, кто сейчас неподалеку от Букенгема. У кого последние несколько лет были самые длинные волосы? Конечно же, у тех, кто изобрел эти прически! У «Битлз»! Они только что с аудиенции от Её Величества. У них в руках награды, ведь они стали членами самого прославленного ордена Британской империи! Это известие вызвало бурю восторга. Пару раз награжденные возвращали свои ордена, но наша четверка бунтарей приняла награду сдержанно. Это все, что можно сообщить фанатам, атакующим ворота дворца. Его стены буквально дрожат от ликующих криков, которые они адресуют своим героям».
Джордж: «После всего, что мы сделали для Великобритании, после того как мы способствовали продаже вельвета и ввели его в моду, нам вручили невесть какую медальку на подвязочке. Но моей первой реакцией было: «О, как мило, как мило!» И Джон тоже сказал: «Как мило, как мило!»
Джон: «Я проявил лицемерие, приняв орден, но я рад тому, что сделал это, потому что получил возможность через четыре года сделать с его помощью эффектный жест».
Ринго: «Я очень гордился орденом. Он много значил для меня – не то, чтобы он мне что-нибудь давал, но он помог на выборах Гарольду Вильсону. Было здорово увидеть королеву! Такое прежде случалось редко, а теперь она принимает вcex!»
Джон: «Для меня принятие ордена было одной из величайших шуток в истории этого острова».
Ринго: «Я буду хранить этот орден до старости».
Пол: «Думаю, что всё это просто великолепно. Интересно, как это воспримет мой отец?»
Джордж: «Никогда не думал, что это дают за рок-н-ролл».
Ринго: «Когда нас наградили орденом, мы получили также соответствующий документ, к которому была приложена памятка, где говорилось, что надевать его на обычный костюм нельзя, но можно купить костюм Кавалера Ордена Британской Империи, к которому полагался галстук-бабочка. Всё это казалось мне странным. Я никогда не надевал свой орден и охотно поверю, что многие могли бы поступить с ним точно так же. Я часто думал, обиделся ли Брайен на то, что его не наградили этим орденом. Но он всегда по-настоящему радовался за нас. Думаю, если бы он захотел, то добился бы посвящения в рыцари».
Ринго: «Мы сели в машину, я посмотрел на Джона и воскликнул: «Черт, посмотри на себя! Ты же феномен!» – и расхохотался, потому что это был всего-навсего он».
Джон: «Когда я чувствую, что начинаю раздуваться от гордости, я смотрю на Ринго и понимаю, что мы вовсе не сверхчеловеки!»
Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Брайен недавно арендовал театр «Сэвилл». Мы с Нилом были там с журналистами, ведь ребята должны были приехать туда после церемонии в Королевском дворце. Они приехали, выдали журналистам то, что им было надо: «Битлз» – орденоносцы британской империи!»
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Сразу после церемонии награждения была организована пресс-конференция в баре театра «Сэвилл», на которой участники группы обсудили свою награду и дали свои комментарии на протестующие заявления».
Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Брайену Эпстайну, стоявшему в стороне во время этой пресс-конференции, доставила радость замечание Битлов, что мистер Брайен Эпстайн тоже заслужил этот орден. Но в его глазах было мечтательное, отсутствующее выражение, которое подтвердило моё впечатление, что ему казалось, что Гарольд Вильсон из приличия мог бы порекомендовать наградить орденом за заслуги в личном управлении и пятого Битла».
Джордж: «Я привез орден домой и положил в ящик, а позднее надел на съемки для конверта альбома «Сержант Пеппер»; то же самое сделал и Пол. Орден оставался приколотым к моему пепперовскому мундиру ещё год, а потом я снова положил его в коробку и засунул в шкаф».
Джон: «Сначала мы мечтали стать вторыми Гоффином и Кингом, потом – Эдди Кокреном, затем Бадди Холли и наконец – превзойти величайшего Элвиса Пресли. Сперва мы прославились в Ливерпуле, потом стали лучшей группой в округе и наконец – лучшей группой Англии. А цель всегда оказывалась где-то впереди, на расстоянии нескольких ярдов, а не прямо перед нами. Нашей целью была слава, как у Элвиса, но мы не надеялись её добиться».
Джордж: «Одно время нам хотелось одного: выпустить пластинку, а дальше всё пойдет само. Люди верят, что все только и мечтают стать звездой. По-моему, это чушь собачья».
Пол: «Мы знали, что рано или поздно что-нибудь произойдет, нам всегда указывала путь маленькая, едва заметная звезда. О славе в том или ином виде мечтает каждый; наверное, во всем мире миллионы людей досадуют, что их никто так и не открыл. Дело в том, что мы никогда не верили в Битломанию, никогда не воспринимали её всерьез. Таким образом, мы ухитрились сохранить здравый рассудок».
Джон: «Когда я встречаюсь с давними друзьями, они смеются. Те из них, кого я знал по школе, просто таращатся на меня и спрашивают: «Это и вправду ты?» Когда люди видят тебя в ресторане или где-нибудь ещё, а ты пытаешься что-то заказать, они бывают так ошеломлены мыслью: «Неужели это и вправду он?», что пропускают твой заказ мимо ушей. Поэтому, обращаясь к ним, я обычно говорил: «Мне стейк среднего размера, пришли два слона, полицейский откусил мне голову, и чашку чая, будьте любезны». А они ничего не слышат и отвечают: «Да, конечно».
Ринго: «Очень редко случалось, чтобы нас обслуживал один официант, – они все выстраивались в очередь, чтобы, подавая нам блюда, поглазеть на нас».
Джордж: «В этом и заключается основной недостаток славы – люди забывают о том, как вести себя нормально. Они вовсе не благоговеют перед тобой, у них вызывает трепет мысль о высотах, которых ты, по их мнению, достиг. Таковы их представления о славе и известности. Поэтому они ведут себя как безумцы. Достаточно однажды выступить по радио или телевидению, и, видя тебя на улице, люди начинают вести себя совсем иначе. А «Битлз» появлялись на первых полосах газет каждый день в течение года или около того. Это способно изменить всех. Такое всех впечатляет. Нам стало трудно появляться в тех местах, где мы когда-то бывали. Нас постоянно окликали. Мы вернулись в Ливерпуль и зашли в тот же клуб, где часто раньше бывали. Мы зашли просто выпить, и вдруг со всех сторон понеслось: «Эй, парни…», «Салют, парни…». У нас не было ни минуты покоя».
Джон: «Мы всегда сознавали, какое впечатление производим на людей. (О реакции зрителей узнаешь, как только начинаешь выступать. Либо тебе удается завести публику, либо не удается.) Поэтому мы постоянно следили за собой, хотя трудно уследить за происходящим, если несешься со скоростью две тысячи миль в час. Иногда при этом начинает кружиться голова. Но обычно мы как-то держались. Когда вас четверо, всегда найдется тот, на кого можно положиться. Кто-нибудь всегда останется самим собой и поможет остальным пережить трудные минуты».
Ринго: «Элвис скатился по наклонной плоскости, потому что у него не было друзей – только толпа прихлебателей. Что касается нас, каждый из нас мог сойти с ума, если бы остальные трое не приводили его в чувство. Это и спасло нас. Помню, у меня совсем крыша съехала. Я думал: «Это же я! Тот самый!» А остальные трое посмотрели на меня и только спросили: «Извините, что-что там с вами?» Я помню, как каждый из нас проходил через это».
Пол: «В конечном счете, слава – это возможность не платить за парковку, потому что сторожу нужен твой автограф; Слава – это когда тебе не дает спокойно пообедать пятидесятилетняя американка с «конским хвостом». Нас четверых знают почти все на этой земле, но мы не чувствуем себя настолько знаменитыми».
Джон: «Я храню орден в самой маленькой из комнат своего дома – у себя в кабинете». прим. – ближе к Рождеству Джон отдаст орден Мими».
Вечером «Битлз» отправились на частную вечеринку в «Амбассадор» отметить вручение орденов.
Стивен Дэйвис (автор книги «Время собирать камни»): «26 октября Мик Джаггер и Кит Ричардс записали собственную версию песни «Пока льются слёзы» (As Tears Go By), которую Мик поет в сопровождении струнного оркестра Майка Линдера (прим. – впервые была записана ими в 1964 году). Если не считать акустическую гитару Кита, это была первая сольная запись Мика Джаггера, выпущенная в качестве аналога песни «Вчера» (Yesterday) Пола Маккартни. Это дало Джону Леннону основание для публичного замечания полгода спустя по поводу того, что «Стоунз» делают всё то же самое, что делают «Битлз».
