5 октября 1960 г.

Ринго: «Однажды утром, когда я впервые приехал в Германию, я бродил по улицам, гадая, куда податься, и на Гроссе-Фрайхайт столкнулся со Стюартом. Мы были почти не знакомы, но он пригласил меня в кафе, где подавали оладьи, и заказал мой первый немецкий обед. Мы все вместе болтались по Репербану, вместе ели кукурузные хлопья и оладьи, и так я выучил несколько немецких слов. Первым делом я узнал, как будет по-немецки «кукурузные хлопья», потом заучил слова «пфанкухен» («оладьи») и «ай унд картоффельн» («яйцо и картофель»). Официанты учили нас говорить «отвали» или «поцелуй меня в задницу», но уверяли, что эти слова означают совсем другое. И когда мы говорили это кому-нибудь из немцев, нас хватали за грудки, и мы спешили объяснить: «Мы англичане! Этому нас научили!». В этом районе жить было небезопасно, как и в Ливерпуле, но мы знали, как с этим справляться, ведь мы выросли в таких же условиях».

Бэрри Майлз: «Выступление групп «Битлз» и «Рори Сторм и Ураганы» в клубе «Кайзеркеллер»».

4 октября 1960 г.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление групп «Битлз» и «Рори Сторм и Ураганы» в клубе «Кайзеркеллер»».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «С этого дня и предположительно до конца декабря, группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в Гамбурге, в клубе «Кайзеркеллер» (Kaiserkeller, 36 Grosse Freiheit, St. Pauli, Hamburg, West Germany). Состав группы: Эл Колдуэлл (он же Рори Сторм), Джонни Берн (он же Джонни «Гитара»), Ти Брайен, Уолтер «Уолли» Эймонд (он же Лу Уолтерс), Ричард Старки (он же Ринго Старр). Так же выступала группа «Билли Вудс Файв» (The Billy Woods Five)».

Из дневника Джонни «Гитары» (группа «Рори Сторм и Ураганы»): «Индра закрылась. Битлз перебрались к нам. Рори, Ричи и я расселились в отелях, обана».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «В «Кайзеркеллере» им пришлось работать напряженнее, чем когда бы то ни было».

Джордж: «В «Кайзеркеллере» нам пришлось начинать работу раньше и заканчивать позже».

thebeatleschronology.com: «С 4 октября по 16 октября каждый вечер группа «Битлз» выступает в клубе «Кайзеркеллер»: 19:30 – 21:00; 21:30 – 23:00; 23:30 – 1.:00; 1:30 – 2:30».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Теперь их наняли на шесть часов ежевечерне».

Джордж: «По контракту мы были обязаны играть шесть часов. Еще шесть часов играла другая группа. Мы выступали вместе с другой группой, поэтому чередовали песни: сначала играли «Дерри и Сеньоры», потом Рори Сторм и «Ураганы». Все выступление продолжалось двенадцать часов. Один час играли мы, следующий – они, и так мы менялись изо дня в день, получая гроши. Но когда ты молод, тебе на это плевать».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Так как теперь в одном клубе выступало две ливерпульских группы – «Битлз» и «Рори Сторм и Ураганы», они играли попере­менно. Но перерывы кончались слишком быстро, чтобы можно было успеть переключиться или пойти проветриться. Практически выходило так, что каждый вечер они играли по двенадцать часов».

Алан Клейсон (автор книги «Великая четверка»): «На афи­шах название группы «Рори Сторм и Ураганы», как «ветеранов» лагерей Батлина, пе­чаталось значительно более крупным шрифтом, чем «Битлз»».

Джордж: «Мы все знали Рори, он был крупной ливерпульской звездой – очень яркий, на сцене просто необуз­данный».

Рик Хэрди (он же Рик Ричардз, группа «Джетс»): «Рори был превосходным певцом и исполнителем, но вне сцены был самым ужасным заикой. Мы все были ошеломлены, когда позднее услышали о его самоубийстве».

Джон: «Рори Сторм были уже профессионалы, мы же оставались лю­бителями. Они играли за деньги уже не первый год, меняя названия, и зна­ли, как поставить дело, организуя шоу на сцене».

Джордж: «По сравнению с тем, кем были тогда мы, его группа выглядела на редкость профессионально. Может, сейчас мы бы так не сказали, но в то время у них у всех были хорошие инструменты, полная ударная установка и костюмы: подобранные в тон галстуки и платки. Их песни следовали в строгом порядке, перетекали одна в другую, и это был настоящий концерт. Рори всегда выходил вперед, скакал по сцене и старался «делать шоу». Из всех любительских групп Ливерпуля они были самой профессиональной. Поэтому, когда они прибыли в Гамбург, Алан Уильямс предупредил нас: «Лучше подтянитесь – приезжают Рори Сторм и «Ураганы», а вам известно, как здорово они играют. Они заткнут вас за пояс».

Рик Хэрди (он же Рик Ричардз, группа «Джетс»): «Ринго был хорош».

Ринго: «Работая в лагере, мы приобрели бесценный опыт. Та публика (из Пулели [в «Батлинз»]) нам здорово мешала, а когда кто-нибудь из слушателей желал заказать песню, то она обязатель­но была такой, о которой мы никогда не слышали, так что приходилось выкручиваться и подбирать ее на ходу либо играть то, что хотелось нам самим, не обращая на их вопли никакого внимания. И, что самое важное, мы играли без каких-либо временных ограничений. Я научился всему у Рори – его группа была по-настоящему профессиональной. Я прошел в Батлине серь­езную школу игры на ударных, мы съездили за границу и вернулись в Ливерпуль. Вот чем я занимался, пока Джон, Пол и Джордж знакомились друг с другом».

Гибсон Кэмп (ударник группы «Рори Сторм»): «Ты постоянно совершенствовал свою игру, потому что от скуки пробовал все новые и новые приемы. А фактор скуки был огромным. И чтобы избавиться от него, ты пробовал разные вещи».

Джордж: «Они [«Ураганы»] выступали, Ринго со своим коком сидел в глубине сцены. Его проседь в волосах и полуседые брови вкупе с крупным носом делали его по-настоящему крутым парнем. Но вероятно, нам понадобилось не больше получаса, чтобы сообразить: нет, это все тот же Ринго!».

Джон: «Так что мы присматривались [к группе «Рори Сторм и Ураганы»] и тоже начали «делать-шоу».

Ринго: «В Германии я и познакомился с «Битлз».

Джордж: «Мы познакомились со своими напарниками».

Ринго: «Я познакомился с ними [«Битлз»], когда мы выступали в Германии. Мы видели их и в Ливерпуле, но в то время они представляли собой маленькую, ничем не примечательную, только что возникшую группу. Сказать по правде, их нельзя было даже назвать группой».

Джордж: «Кажется, с Ринго мы однажды уже встречались в Англии. Помню, на всех нас он произвел одинаковое впечатление: «С ним лучше быть начеку, иначе хлопот не оберешься».

Алан Клейсон (автор книги «Великая четверка»): «Джордж поначалу относился к Ринго с безразли­чием и даже антипатией — «неприятный тип с серы­ми волосами», как он отзывался о нем в ту пору».

Джордж: «Ринго казался нам наглым».

Алан Клейсон (автор книги «Великая четверка»): «Но спустя 20 лет в одной из его [Джорджа] песен прозвучат такие слова: «Ты не любишь кого-то и ничего не хочешь слушать, а потом он может стать твоим другом».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Джордж много раз слушал эту группу, потому что еще до того, как он присоединился к «Битлз», подумывал о группе Рори».

Пит Бест: «Я запомнил Ринго с того времени, когда тот играл в группе Рори Сторма в клубе «Касба».

Альберт Голдмен (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Это заведение [клуб «Кайзеркеллер»], создан­ное специально как молодежный клуб, размещалось в под­вальном этаже «Лидо Данс Пале», где посетителям предла­гали пиво и шнапс, смешанный с кока-колой. Здесь была оборудована танцплощадка, а приглушенная атмосфера рас­полагала к свободе общения и флирту».

Постоянные посетители наслаждаются музыкой и общением в клубе «Кайзеркеллер», оформленном в морском стиле. Кадры кинохроники, снятые Бруно Кошмидером на 8-мм пленку в 1959 году.

Джордж: «Кайзеркеллер» был отличным клубом – по крайней мере, там была танцевальная площадка. Столы и стулья стояли между корабельных переборок, бочонки заменяли столы, повсюду висели канаты и все такое морское».

Джон: «Там было пиво и столики. И еще одна группа. Вместе с «Сеньорами» приехал Хоуи Кейси, а может, они уже были там, когда появились мы, в любом случае в этой новой точке играли и они. Команда выглядела профессионально, у них были саксофоны, а сама группа была сыгранной. В группе работал негр-вокалист [Дерри Уилки], который петь не мог, но зато был отличным шоуменом. Сначала нам пришлось состязаться с ними, пришлось вписываться в шоу, чтобы заманивать людей в наш клуб, хотя эти клубы принадлежали одному и тому же человеку».

Брайан Грифф (группа «Кэсс и Казановы»): «Битлз» были такими же парнями из Ливерпуля, как и мы, которые любили играть рок-н-ролл. Мы обменивались идеями, показывали друг другу гитарные пассажи, пили пиво вместе и много выступали вместе. Я начинал играть в тех же клубах, что и они в Гамбурге (Кайзеркеллер) вместе с Хоуи Кейси и «Сеньорами» в 1960 году».

Кадры художественного фильма.

3 октября 1960 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «Группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в клубе «Кайзеркеллер». Состав группы: Эл Колдуэлл (он же Рори Сторм), Джонни Берн (он же Джонни «Гитара»), Ти Брайен, Уолтер «Уолли» Эймонд (он же Лу Уолтерс), Ричард Старки (он же Ринго Старр)».

Из дневника Джонни «Гитары» (группа «Рори Сторм и Ураганы»): «Играли только 4 с половиной часа. Был конкурс талантов. Это был фарс, мы не могли понять, что люди пели».

Бэрри Майлз: «Последнее выступление в клубе «Индра». Из-за жалоб на шум, инициированными, в основном, одной пожилой женщиной, которая жила над клубом, полиция вынудила Кошмидера прекратить использовать «Индру» в качестве музыкального клуба, и вернуть туда стриптиз».

Алан Уильямс: «Бруно решил вновь вернуть туда стриптиз. Его нельзя осуждать. Он знал, что рок-н-ролл совсем не подходил для этого места. Но, по крайней мере, он сделал попытку. Я полагаю, что та старая кошёлка, которая жила над стрип-клубом, вернулась к своему вязанию, когда в «Индру» вернулись голые девочки. Бьюсь об заклад, она была набожной особой, посещающей церковь. Умереть от смеха».

Джордж: «В клубе «Индра» мы проработали около месяца, а потом клуб закрыли. Служители церкви, находящейся прямо напротив клуба, заставили Бруно закрыть его, потому что мы поднимали страшный шум».

Джон: «Потом полиция закрыла пер­вую точку, где мы выступали, потому что это было очень громко. Она была в самом конце улицы Репербан, не на ней са­мой, а на примыкающей улочке. Не помню названия».

Энди Бабюк: «По сегодняшним меркам трудно поверить в то, что маленькие усилители «Битлз» и ударная установка могли обеспечить необходимый уровень звука, но ударник группы Пит Бест утверждает, что это было именно так».

Пит Бест: «Первоначально у нас было три усилителя: «Трувойс» (Truvoice), «Элпико» (Elpico) и «Уоткинс» (Watkins). Джон с Джорджем занимали лидирующие роли, хотя доминирующим ведущим гитаристом был Джордж. А на бас-гитаре у нас играл Стю. Чтобы добиться громкого звучания нам приходилось включать эти усилители на полную мощность. Звук, который мы производили, был концертный – резкий и очень мощный. Вот почему я развил такой стиль игры на барабанах, который они назвали атомным битом. Остальные участники группы играли с такой мощностью, что мне понадобилось что-то, чтобы удерживаться с ними на одном уровне в плане силы звука. Так я добился сильного и хлесткого фонового ритма. Я совершенствовал этот стиль, потому что он подходил для звучания со сцены. Это было громко и мощно. Мы создали это звучание».

Бэрри Майлз: «Таким образом, после 48 вечеров, проведегнных на этой сцене, «Битлз» переместились в более крупный клуб «Кайзеркеллер».

Джон: «Потом нас переместили в другой клуб, побольше, с площадкой для танцев, и еще с одной командой».

Алан Уильямс: «Бруно Кошмидер сказал, что «Битлз» могут выступать в «Кайзеркеллере», разделяя программу с Дерри Уилки и «Сеньорами». Ребята были рады. «Отличные новости, Эл». «Это место для нас». «Мы знали, что эта грёбаная «Индра» долго не протянет». «Мы спихнём Дерри и его ребят со сцены!». «Чтоб эта «Индра» провалилась вместе с той старой курицей! Долбанной курицей!». «Вот такие дела, мальчики», – говорил я, вновь возвращая себе хорошее настроение».

Джордж: «Нас перевели в «Кайзеркеллер», где раньше играли «Дерри и Сеньоры». Это случилось сразу после их отъезда. Их двухмесячный контракт закончился, и вскоре их должны были сменить Рори Сторм и «Ураганы». Я был знаком с Рори, потому что однажцы пытался побаловаться с его сестренкой».

Гамбург 1960 г.

2 октября 1960 г.

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Индра», Гамбург».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «Группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в клубе «Кайзеркеллер». Состав группы: Эл Колдуэлл (он же Рори Сторм), Джонни Берн (он же Джонни «Гитара»), Ти Брайен, Уолтер «Уолли» Эймонд (он же Лу Уолтерс), Ричард Старки (он же Ринго Старр)».

Из дневника Джонни «Гитары» (группа «Рори Сторм и Ураганы»): «Нужно было встать и снова начать играть. Закончили в 5 утра».

Гамбург 1960 г.

(условная дата)

Пит Бест: «Моими первыми тарелками были «Зил», которые в то время были очень известным брэндом. Если честно, то я установил на них свои собственные заклепки (прим. – в то время производители начали экспериментировать с заклепками, вставляемыми в нижнюю тарелку). Я купил их в магазине «Рашуорт». Потом, когда я был в Германии, мне понадобился хай-хет (педальные тарелки), и в наличии был «Зилджан», так что я приобрел 14-дюймовые тарелки для хай-тека, которые имели очень сильное, тяжелое звучание. Когда у меня появилась необходимость в подвесной тарелке, это снова была «Зилджан», по-моему, 20-дюймовая, которая была чертовски шумной. Мне это очень нравилось. С ней я мог создать правильный звук, заканчивая номер. Так что, я остановился на двух тарелках и хай-теке. Что касается палочек, то, как правило, я использовал размер 5 Эй-Эс. С ними я чувствовал себя комфортно. Они не слишком тяжелые, и не слишком легкие. Для моих целей они были самыми подходящими».

1 октября 1960 г.

Бэрри Майлз: «В Гамбург прибыла группа «Рори Сторм и Ураганы»».

Алан Клейсон: «Благодаря предпри­имчивому Кошмидеру две ливерпульские команды, которые в тот момент не были в Шотландии и не ра­ботали у Батлина, переправились через Северное море в Гамбург, и в октябре 1960 года настала очередь «Рори Сторма и Ураганов» завоевывать Герма­нию. Они должны были заменить «Денни и Сеньоры», которые работали там с июля вместе с «Битлз».

Ринго: «Гамбург оказался классным. Я приехал с Рори Стормом и «Ураганами». Никаких фургонов – у нас же были костюмы, поэтому мы прилетели самолетом и восхищались этим».

Алан Уильямс: «Когда Рори прибыл в Гамбург и Бруно Кошмидер сообщил, что ему с ребятами придётся устраиваться на ночь в гардеробных за сценой «Кайзеркеллера», я решил, что он, вероятно, даст команду своим музыкантам собирать шмотки и возвращаться  назад в Ливерпуль. Рори и его мальчики привыкли жить в комфорте. Неряшливые хибары и третьесортные меблированные комнаты были не для них – в летних лагерях отдыха «Батлинз», где они пользовались большой популярностью, у них были отдельные апартаменты в шале и столько «тёлочек», сколько они могли бы уложить от стенки до стенки (если учитывать размеры всех их комнат). «П-п-п-послушай, Алан, т-т-ты ничего не говорил нам о таком жилье». «Да ладно, Рори, ты знал, что вы едете не в отель «Риц»», – пожал я плечами.

Рори оглядел все эти, если можно так сказать, «помещения» и затем посмотрел на меня. Я еле сдерживался, чтобы не расхохотаться. Даже когда Рори устремлял на вас свой взгляд в нормальном состоянии, некое странное выражение в его глазах заставляло вас, по меньшей мере, улыбаться. «Ч-ч-чёрт, это ужасно. А, мальчики?». Ринго взорвался: «Алан, пойми, мы же не свиньи! Зачем нам эта хрень?!» – Ринго всегда нервничал, когда что-то затрагивало его личные интересы».

Ринго: «Когда мы прибыли, Кошмидер предложил нам спать в служебных помещениях «Кайзеркеллера», потому что в кинотеатре ночевали «Битлз»».

Клуб «Кайзеркеллер».

Алан Уильямс: «Возможно, это ненадолго, Ринго. Давайте покажем всё, что вы умеете, и потом посмотрим, изменится ли что-нибудь к лучшему. Ну, что скажете?» – в моём тоне звучала просьба. «О’кей», – согласились они, с неудовольствием глядя на свой новый «дом». Раньше в этих закулисных гардеробных жили Дерри и «Сеньоры», и они не особенно заботились о том, чтобы содержать свои комнаты в чистоте и порядке. Ни одну из гамбургских групп нельзя было назвать по-настоящему домовитой».

Ринго: «До нас в клубе уже жили Хоуи Кейси и другие. Никогда не забуду, как мы приехали и услышали: «Вот здесь вы и будете жить». Нам дали пару старых диванов и английские флаги вместо простыней. Мы воскликнули: «Вы спятили? У нас же костюмы!». Так мы с Рори попали в помещение немецкой морской миссии, и это была роскошь – абсолютная роскошь».

Алан Уильямс: «Черт тебя побери, ты бы видел, где приходится жить «Битлз». Они не жалуются», – сказал я. «Так то «Битлз». Мы привыкли к  лучшим условиям, пойми, Алан». «Битлз»? И что с того?» – хмыкнул Ринго».

Из дневника Джонни «Гитары» (группа «Рори Сторм и Ураганы»): «Кайзеркеллер. Приступили к работе. Играли 6 часов и закончили в 6 утра. Это была тяжелая работа. Спали как бревна».

«Рори Сторм и Ураганы» у входа в клуб «Кайзеркеллер».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Индра», Гамбург».

30 сентября 1960 г.

Виолетта Кэлдуэлл (Violet Caldwell, мать Рори Сторма): «На следующее утро его [Ринго] барабаны нашлись».

Из дневника Джонни «Гитары» (группа «Рори Сторм и Ураганы»): «Прибыли в Голландию в 6 часов. Успели на 7-часовой гамбургский экспресс. Прибыли в Гамбург около 5. Дерри и Сеньоры были уже там, как и Битлз. Спали без комфорта».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Индра», Гамбург».

29 сентября 1960 г.

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Индра», Гамбург».

Из дневника Джонни «Гитары» (группа «Рори Сторм и Ураганы»): «Сел на поезд из Лайм-Стрит, упустив остальных трех, догнал их на поезде».

Железнодорожный вокзал на Лайм-Стрит, фото 1959 г.

Ринго: «Осенью I960 года мы все-таки уехали в Германию».

Виолетта Кэлдуэлл (Violet Caldwell, мать Рори Сторма): «Я помню, что настроение Ринго часто менялось. То он был очень счастлив и оживлен, то становился угрюмым и депрессивным. Казалось, что он постоянно попадает в неприятности. Помню то время, когда он впервые отправился в Гамбург. Он поехал на поезде один, и у него была пересадка в Париже. В толчее и спешке он потерял часть своей ударной установки. Он рассказывал мне, как стоял на платформе, не зная ни одного слова по-французски, и делал все возможное, чтобы на языке жестов описать то, что произошло. Французы думали, что он был сумасшедшим, и позвали жандармов. К счастью, один из них понимал по-английски и понял, что случилось. Ему [Ринго] пришлось остаться в Париже на ночь».

28 сентября 1960 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «Группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в «Джайв-Хайв» (The Jive Hive, St. Luke’s Hall, Crosby). Состав группы: Эл Колдуэлл (он же Рори Сторм), Джонни Берн (он же Джонни «Гитара»), Ти Брайен, Уолтер «Уолли» Эймонд (он же Лу Уолтерс), Ричард Старки (он же Ринго Старр).

Затем группа выступила в клубе «Пещера» (Cavern Club, Liverpool, Merseyside)».

Из дневника Джонни «Гитары» (группа «Рори Сторм и Ураганы»): «Отправились в Св.Лука, потом в Пещеру. Получили в «Си Эй» (C&A) пиджаки для группы».

Группа «Рори Сторм и Ураганы».

Джанетт Казерта (Jeannette Caserta, блоггер): «Когда «Рори Сторм и Ураганы» собрались ехать в Гамбург, Джонни [Гитара] и Морин решили приостановить свои отношения. К этому времени Морин оставила школу и устроилась на работу парикмахером и помощником косметолога в местный салон красоты».

Морин Кокс.

Алан Клейсон: «когда она в пятнадцать лет закончила школу и устро­илась младшим помощником парикмахера в салоне красоты «Ashley du Pre»; теперь ей приходилось рано утром ехать на работу в переполненном автобусе, а после работы посещать вечерние курсы. Она была живой рекламой для салона: полноватый подросток превращался в маленькую Венеру с ежиком прекрас­ных каштановых волос, которые подчеркивали ее высокие скулы и дерзкие голубые глаза».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Индра», Гамбург».

Фото 28 сентября 1960 г. Harold’s Cafe, Grosse Freiheit, Hamburg.

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Нельзя сказать точно, где находилось кафе «Гарольдз». По одним источникам, оно находилось напротив клуба «Кайзеркеллер», по другим, напротив клуба «Индра». В любом случае, кафе находилось на той стороне улицы, где позднее откроется клуб «Звезда». На обратной стороне фотокарточки подпись: «Отель-бар, Гроссе-Фрайхарт, 28 сентября, Стюарт, Джон, Хельмуд, Джордж, Пол, Пит (ударник)». 

Джордж: «Есть мы ходили в несколько излюбленных заведений. Одно такое очень дешевое и грязное место находилось совсем рядом с «Кайзеркеллером», за углом, по правой стороне переулка. Посетители в основном были местными и казались ветеранами войны. У кого-то не было ноги или руки, у кого-то глаза. А еще там повсюду бродили кошки. Мы шли туда и получали за гроши шикарный обед. Гораздо лучше было заведение Гарольда. Там подавали кукурузные хлопья, яйца и чипсы. И молоко, что, вероятно, спасло нас – на этой улице продавали много свежего молока. Утром мы просыпались и покупали литр холодного молока в молочной напротив кинотеатра «Бемби». Пару раз мы купили пахту, не зная, что это такое. Попробовав ее, мы скривились: «Фу! Что это?». Пахта нам не понравилась».

Тони Шеридан: «Одно из мест, которые мы часто посещали, была типичная немецкая закусочная на Гроссе-Фрайхайт, называвшаяся «Гарольдз». Битлы всегда заказывали там кукурузные хлопья с молоком (в то время это был основной продукт их диеты), и все мы пили чай (прим. – но на фотоснимке ясно различимы только пивные бутылки)».

Пол: «Заведение Гарольда находилось на Гроссе-Фрайхайт. Там подавали гамбургеры, называя их «Фрикаделлен». (Мы не понимали, почему в Гамбурге нельзя называть их гамбургерами). Гарольд торговал прямо возле клубов, а за углом располагалось заведение «Чжу-У» (Chug-ou), излюбленное место Джорджа. Это был китайский ресторанчик на расстоянии трехсот ярдов по улице, чуть в стороне от Репербана. Тамошним фирменным блюдом считались оладьи – «Pfannkuchen mil Zitrone bilte und Zucker», оладьи с лимоном и сахаром. Их продавали только там, все остальное казалось нам «иностранной» едой. Мне запомнилось, как легко было определить, что именно мы только что здесь обедали, – на наших пустых тарелках обязательно оставались корнишоны. Мы упорно их не признавали, и на наших тарелках неизменно оставалось по два маленьких корнишона».

Ресторан под названием «Чжу-У».

Клаус Вурман: «Весьма недорогой ресторан под названием «Чжу-У» было одним из наших любимых. Некоторым из музыкантов, которые там ели, в том числе и «Битлз», нравились оладьи, которыми и был славен этот ресторан. С большими двойными порциями курицы и риса. В основном это место посещали пожилые обитатели района Санкт-Паули, а также раненые в боях ветераны войны, которые жили в окрестностях».

Пол: «Есть оладьи было здорово! Казалось, масленица была в разгаре. Единственным недостатком было то, что вокруг сидели калеки, старики в черных беретах, явно побывавшие на войне. И если вдуматься, вспоминалось, что война закончилась всего пятнадцать лет назад. Мы видели множество бывших солдат, и у всех сохранились мундиры: у дворника, мусорщика, укладчика асфальта. Некоторые носили мундир или нарукавную повязку, но у них не было руки или ноги. Все это постоянно напоминало о недавних событиях. Мы, ливерпульские парни, воспринимали это так: «Ну, ладно, войну-то выиграли мы, беспокоиться не о чем». Про войну мы старались не упоминать, но, если речь заходила о ней, мы становились националистами и патриотами».

Рисунок Клауса Вурмана: Ветеран войны, отстегнув свой протез, обедает в «Чжу-У».

Клаус Вурман: «Пол вспоминает, как один пожилой посетитель «припарковал» в ресторане свою деревянную ногу, во время трапезы в «Чжу-У».

Рисунок Клауса Вурмана: Пустая мощеная улица.

Клаус Вурман: «Джон и Стюарт по пути в «Чжу-У», чтобы перекусить. «Чжу-У» находится как раз напротив припаркованного «Фольсвагена».

anothergirl83.tripod.com: «Группа часто обедала в китайском ресторане, который, как вспоминают Пол и Клаус Вурман, назывался «Чжу-У» (Chug Ou) на улице Schmuckstrasse 9. Скорее всего, его название было «Чум Юн Пу» (Chum Yuen Poo). Автор книг «Путеводитель по Битловскому Гамбургу» и «Битлз в Гамбурге» Ульф Крюгер предпринял углубленное исследование в поисках ресторана «Чжу-У», но не нашел ресторан с таким названием».

Алан Уильямс: «Местом, где в свободное время собирались почти все музыканты, включая «Битлз», был небольшой бар на Гроссе-Фрайхайт. Он назывался «Гретель и Альфонс» (Pub Gretel & Alfons, Grosse Freiheit 29). Бар был крохотный, на его верхнем уровне располагалась маленькая зона для посетителей. Там не было ничего, о чём стоило писать домой, но по какой-то причине «Битлз» обожали его, как и большинство их приятелей».

Бар «Гретель и Альфонс» на Гроссе-Фрайхайт.

Алан Уильямс: «Кафе «У Вилли» на Гроссе-Фрайхайт было одним из тех мест, которые часто посещали ливерпульские ансамбли. В меню их любимым блюдом – хотите верьте, хотите нет – были кукурузные хлопья в молоке. (Когда вы на постоянной диете из алкоголя и стимуляторов, я полагаю, это была наилегчайшая еда, способная проскочить в ваш измученный желудок.) Они поглощали хлопья с молоком и запивали всё это литрами крепкого немецкого пива. «Битлз» были первооткрывателями в изобретении этого ударного хлопьево-молочно-пивного «коктейля». Им это нравилось. Остальные группы легко шли у них на поводу. Что было хорошо для «Битлз», было хорошо и для них. «Битлз» даже в те времена были законодателями мод».

Рик Хэрди (он же Рик Ричардз, группа «Джетс»): «В Гамбурге, после того, как уже ночью группы заканчивали свою работу (которая обычно заканчивалась около трех часов утра), мы часто встречались в различных барах и клубах, тех, что работали 24 часа в день. Одним из наших любимых мест был «Нимиц». Это был один из тех миниатюрных механизированных боулингов, где шары прикатываются автоматически. Стюарт Сатклиф имел привычку комментировать, как сексуально выглядят эти шары, будучи «выдавливаемыми» из доставочного отверстия. Я до сих пор этого не замечаю, но, конечно, Стюарт ведь был художником».

27 сентября 1960 г.

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Индра», Гамбург».

(условная дата)

Алистер Тейлор: «Этот парень [Брайен] мог учуять пластинку-хит за миллион миль. Однажды, еще до того, как мы нашли «Битлз», до 1961 года, представитель «И-Эм-Ай» привез образцы пластинок. Он поставил одну из них, мы ее прослушали, и я сказал: «О, мне понравилось! По одной в каждый магазин». У нас было два магазина. А он [Брайен] говорит: «Алистер, он станет номером один! Двести пятьдесят!». «Брайен, это же джазовая пластинка!», – говорю я. Это был Рэй Чарльз, исполнявший «Джорджия в моих мыслях» (Georgia On My Mind) [пластинка поступила в продажу в сентябре 1960-го]. «Брайен, мне она понравилась», – сказал я. – «Я хочу, чтобы мы получили один экземпляр. Но это не хит. Это не пластинка с поп-музыкой. Это пластинка с джазом». «Алистер, двести пятьдесят». «Хорошо», – говорю я. – «Вы босс». «Хочешь пари?», – говорит он. «Хорошо», – отвечаю я, – «на что спорим?». «Джин с тоником, что он станет номером один», – говорит он. «Ага, попались, Брайен! Придется получить с вас джин с тоником», и, конечно же, он сразу же становится номером один, и все закончилось тем, что мы были единственным магазином на севере Англии с экземплярами Рэя Чарльза!».

26 сентября 1960 г.

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Индра», Гамбург».

Гамбург 1960 г.