3 июля 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Битлз» возвращаются из Гамбурга в Ливер­пуль».

Синтия: «Джон на этот раз вернулся домой в отличном настроении. Для него и ребят все закончилось на хорошей ноте, более того, их уже пригласили приехать снова. Ребята вернулись в Ливерпуль, но Стюарта с ними не было: он решил остаться с Астрид, жениться и устроить там свою новую жизнь, связав ее с живописью, своей первой и единственной любовью. Джон был счастлив, что его друг встретил Астрид, и уверен, что в следующий приезд они снова увидятся. Джон особо не говорил об этом, но ему очень не хватало Стю, которого он всегда считал своим лучшим другом. Они продолжали поддерживать связь, обмениваясь длинными письмами с рассказами обо всем и обо всех. Джону пришлась по душе мысль о моем переезде к Мими, и, когда мы ей это предложили, она сразу же согласилась».

Ирен Харрисон (жена брата Джорджа Харрисона): «Он [Джордж] вернулся с колосящейся прической, одетый в кожу и ковбойские сапоги. Я вдруг поняла, что никто никогда не укажет ему, что следует делать».

sentstarr.tripod.com: «Полина Бехан по-прежнему была влюблена в Джорджа [хотя и встречалась в его отсутствие с Джерри Мэрсденом из группы «Джерри и Лидеры»], и была очень рада, когда он вернулся из Гамбурга и позвонил ей, чтобы признаться, что ужасно хочет ее увидеть».

2 июля 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Из интервью с Роем Янгом:

Тони Коппл: В 1961 году вы впервые встретились с Тони Шериданом и «Битлз». Как это произошло?

Рой Янг: Ну, я сотрудничал с одним парнем по имени Регг Калвер. Мы гастролировали по Англии, и там была целая куча парней, напоминающая конюшню рок-н-ролльщиков, и почему-то из всех он выбрал меня, предложив поехать в Гамбург. Мы отправились туда, и я попал в клуб «Топ Тен». Он на самом деле договорился о моих выступлениях. Не знаю, на две или на четыре недели. Я приехал на замену «Битлз», и когда я прибыл, они загружали свои вещи в автофургон, собираясь уезжать. Я понятия не имел, кто они такие, пока они не набежали. Приехав из аэропорта, я выходил из такси, и они подбежали и набросились на меня (взбудораженные), потому что они видели меня по телевизору, знали, что я приезжаю, и сказали Питеру Экхорну, владельцу клуба «Топ Тен», что я звучу почти как Литтл Ричард, и немцам он нравится.

И когда в тот вечер, самый первый вечер, я вышел на сцену, то не мог поверить в то, о чем меня все спрашивали: «Вы сыграете что-нибудь из Битлз?». Да я даже не знал, кто они были такие. И, ах, потому что когда я открыл свой рот и выдал «Все вперемешку» (Tutti Frutti) и «Отрывайтесь» (Rip It Up), знаете, они в это влюбились.

Тони Коппл: Алан Уильямс описывает Питера Экхорна, владельца клуба «Топ Тен», как учтивого человека, и настоящего товарища «Битлз». Какое впечатление Экхорн произвел на вас?

Рой Янг: Очень честный. Абсолютный джельтельмен. Безупречный парень. Он был братом и ценил музыку. И самое худшее, что произошло между мною и Питером, было то, что когда я получил приглашение в другой клуб, клуб «Звезда», это его шокировало. Он сказал мне так: «Рой», – сказал он – «ты можешь оставаться здесь, пока не станешь очень старым». Он был отличным парнем.

Пит Бест: «Питер Экхорн был очень отзывчивым человеком».

Бэрри Майлз: «Битлз» выехали из Гамбурга в Ливерпуль».

Стю прощается с группой (кадры художественного фильма).

Полина Сатклифф: «Ребята уехали домой 2 июля 1961 года. Со Стюартом же происходили какие-то странности: если в одном письме он мог написать, что чувствует себя просто ужасно, то в следующем говорил, что просто счастлив».

1 июля 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Последнее выступление группы «Битлз» в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».

(условная дата)

Полина Сатклифф: «Приступы головной боли, начавшиеся у Стю, стали более частыми. Я думаю, что Астрид почувствовала, что со Стю что-то не в порядке. Судя по письмам, она всячески поддерживала Стюарта, который стал слабеть, быстро утомляться и уставать. Она подталкивала его чаще заходить в «Топ Тен» повидаться с «Битлз». Как я поняла из писем, Стюарт был не против выходить из дома, он хотел этого, но его нужно было подталкивать, так как силы его убывали. Астрид считала, что в кругу друзей Стю пойдет на поправку быстрее. Как говорила мне Астрид, у Стю всегда улучшалось настроение и самочувствие, когда он видел своих приятелей, и ей это было на руку, так как заботы и внимания приходилось оказывать все больше и больше».

Алан Уильямс: «Я написал Стюарту ещё несколько писем, жалуясь на этих сволочных «Битлз». Но он ничего не мог сделать. В ответном письме он рассказал мне о себе. Взаимная любовь между ним и Астрид крепла с каждым днём, и теперь они жили вместе в одной из квартир на верхнем этаже дома номер 42 по Аймсбуттелерштрассе. Интерьер квартиры был выдержан в абсолютно черных тонах. Очень эксцентрично.

Стюарт жаловался мне на постоянные приступы головной боли и периоды депрессии. Были бессонные ночи, когда он в буквальном смысле бился головой о стенку, чтобы унять боль. Это было началом конца для «пятого битла» – мальчика с джеймс-диновской внешностью «рождённого-чтобы-умереть».

Он обращался к докторам в Германии и Англии, но никто из них не мог установить причину его болезни, или хотя бы как-то облегчить страдания несчастного парня. Стюарт соглашался со мной, что эти головные боли вполне могли быть следствием тех травм, которые он получил, когда был избит бандой враждебно настроенных юнцов за пределами Лизерлендского городского танцзала после одного из появлений «Битлз» на тамошней сцене.

Как ни странно, но работы Стюарта невероятно улучшились в этот период, хотя и приобрели мрачные, нездоровые краски. У меня до сих пор сохранилось множество его картин маслом».

30 июня 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».

Фото Питера Брачмэнна (Peter Bruchmann).

Энди Бабюк: «Стю и Джордж играют на сцене гамбургского клуба «Тон Тен». Стю по-прежнему бас-гитарист, но позади него лежит новый бас Пола готовый к работе».

29 июня 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».

28 июня 1961 г.

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «В этот день Джоном и Джорджем был подписан издательский контракт с компанией Берта Кемпферта «Тоник Вирлаг» (Tonika Verlag) на выпуск композиции «Плачь тени» (Cry For A Shadow)».

Торстен Кнублаух (автор книги «Битлз в Германии»): «Недавно [2016 год] Марк Льюисон (прим. – автор книг о «Битлз») прислал мне один документ, потому что знает, что я в течение многих лет исследую и пишу о гамбургских днях группы, и он хотел узнать моё мнение. Этот документ называется «Расписка исполнителя» (доход артиста), подписанный каждым из «Битлз» 28 июня 1961 года».

«Расписка исполнителя».

Торстен Кнублаух (автор книги «Битлз в Германии»): «Существуют четыре идентичных документа – по одному для Джона, Пола, Джорджа и Пита. Марк Льюисон сумел получить копии, имеющие отношение к Джорджу и Питу. Это письменное подтверждение того, что звукозаписывающая компания «Дойче Граммофон» заплатила каждому из «Битлз» за пять песен, записанных в Гамбурге 22 и 23 июня 1961 года с Тони Шериданом, не оформляя какие-либо формальные права на эти записи. По-видимому, такая практика была стандартной для сессионных музыкантов.

За песни «Моя милая» (My Bonnie), «Святоша» (The Saints) и «Почему» (Why), в которых «Битлз» участвовали в качестве сессионных музыкантов, они получили по 25 марок за песню, а за песни «Разве она не мила» (Ain’t She Sweet) и «Плач по тени» (Cry For A Shadow), в которых группа участвовала в качестве исполнителей, они получили по 50 марок за песню. Их оплата была названа как «Фиксированная ставка для музыкантов». Такого рода разовая оплата подразумевала, что у музыкантов не было никаких прав на эти записи.

Документ был подписан задним числом – 28 июня 1961 года, хотя он охватывал период с 1 апреля по 30 июня 1961 года. Почему этот документ такой особенный?

За эти годы было написано множество книг, в которых отмечалось, что у «Битлз» был контракт с Бертом Кемпфертом на запись песни «Моя милая» (My Bonnie), и что позже он продал запись в «Дойче Граммофон». Но это не так. Отмечу, что этот документ подписан звукозаписывающей компанией «Дойче Граммофон», а не Бертомом Кемпфертом. Обращаю также ещё раз внимание на то, что это не контракт, а всего лишь разовая выплата. Это ясно говорит о том, что «Битлз» были всего лишь сессионными музыкантами.

Из документа мы впервые узнаем, что в общей сложности каждый из «Битлз» получил по 175 марок. В книгах до сих пор упоминалось, что они получили все вместе 300 марок. Также в этом документе упоминаются только пять песен! «Безродный» (Nobody’s Child) и «Если ты любишь меня, малышка (Оформи на меня страховку)» (If You Love Me Baby (Take Out Some Insurance On Me)) в списке отсутствуют.

Во втором выпуске газеты «Мерси Бит» [20 июля 1961] в статье «Битлз подписали контракт на запись пластинки» были упомянуты только пять названных выше песен. Эта информация была получена газетой непосредственно от самих «Битлз».

Журнал «Мерси Бит» (20 июля 1961 г.): «Битлз» подписали контракт на запись пластинки. Берт Кэмпферт, получивший известность, когда его пластинка «Страна чудес ночи» (Wonderland By Night) стала золотой, достигнув вершины американского хит-парада, подписал контракт с «Битлз» для «Полидор», ведущей звукозаписывающей компании Германии. По контракту они должны записать 4 пластинки в течение года.

На сессии записи «Битлз» в трёх песнях сопровождали Тони Шеридана. Тони, первоклассный автор-исполнитель, записал «Почему» (Why), знакомую читателям по великолепной версии Джерри Марсдена. Кроме «Почему» «Битлз» записали «Моя милая живет за океаном» (My Bonnie Lies Over the Ocean), начинающуюся в темпе вальса, а затем переходящую на рок-бит. Наконец, группа обеспечила Шеридану хорошее сопровождение баса и ударных на «Когда ступают святые» (The Saints Go Marching In), очень популярной в Германии песне.

Ещё две композиции «Битлз» записали с Кэмпфертом без Шеридана. Первая – инструментальная, ещё не имеющая окончательного названия; возможно, она будет называться «Плачь по тени» (Cry For A Shadow) или «Битловский боп» (Beatle Вор). Вторая — «Разве она не мила» (Ain’t She Sweet) с вокалом Джона Леннона. Ребята не остались в восторге от этих записей и продали права «Полидор». Однако по контракту они должны записать ещё 4 пластинки в течение этого года».

Торстен Кнублаух (автор книги «Битлз в Германии»): «Четыре песни, кроме «Разве она не мила» (Ain’t She Sweet) были выпущены до того, как «Битлз» подписали контракт с «Парлофон»: сингл с песнями «Моя милая» (My Bonnie) и «Святоша» (The Saints) вышел в Германии 23 октября 1961 года и 5 января 1962 года в Великобритании; все четыре песни вышли на французском миньоне «Мистер Твист» 26 января 1962 года.

Документ компании «Полидор», имеющий отношение к песням «Моя милая» (My Bonnie), «Святоша» (The Saints), «Почему» (Why) и «Плач по тени» (Cry For A Shadow) зарегистрирован в 1961 году. Документы на остальные три песни зарегистрированы только апрелем 1964 года, незадолго до выпуска их на долгоиграющем альбоме.

Все семь страниц документа «Расписка исполнителя» относятся к 22 и 23 июня 1961 года, но не ясно, присутствовали ли «Битлз» в студии оба дня. По моему мнению, они записывались только 22 июня, а сведение и редактирование записи было сделано через день без музыкантов. Для «Битлз» не было никакой необходимости записывать семь песен более одного дня.

У «Битлз» был контракт с Бертом Кемпфертом, действовавший до 30 июня 1962 года со сроком уведомления три месяца. По этому контракту «Битлз» должны были записать для Берта Кемпферта четыре трека. Не ясно, учитывались ли в контракте песни, записанные с Тони Шериданом в июне – или, по крайней мере, эти две песни, записанные самостоятельно в ходе той сессии.

Чтобы подписать контракт с компанией «Парлофон», они должны были расторгнуть договор с Бертом Кемпфертом. Это можно было сделать 25 июня 1962 года – на следующий день после последней сессии для Берта Кемпферта, когда при участии Роя Янга были записаны песни «Милая Джорджия Браун» (Sweet Georgia Brown) и «Река Соуни» (Swannie River). Расторгая контракт, «Битлз» отказывались от любых прав на записи. Поскольку не было никаких других документов, эксперты не были уверены, учитывались ли песни, записанные в 1961 году.

Теперь мы знаем наверняка, что «Битлз» отдали права на пять вышеупомянутых песен вскоре после того, как они были записаны в 1961 году, или, точнее, они никогда не имели никаких прав на эти песни, так как играли всего лишь как сессионные музыканты. За 50 марок на человека они продали свои собственные композиции «Плачь по тени» (Cry For A Shadow) и «Разве она не мила» (Ain’t She Sweet). Поскольку они были только сессионными музыкантами, фирма звукозаписи могла бы добавить вокал или сделать больше музыкантов на этих треках без какого-либо разрешения, и это было действительно сделано, когда треки были выпущены в Соединенных Штатах в 1964 году. 28 июня 1961 года Джон с Джорджем подписали издательский контракт с компанией Берта Кемпферта «Тоник Вирлаг» на выпуск композиции «Плачь тени» (Cry For A Shadow). Скорее всего, подразумевалась одноразовая оплата, если она вообще была (этот контракт так и не был опубликован).

Остается вопрос, почему «Расписка исполнителя» является документом компании «Дойче Граммофон», а не Берта Кемпферта. Я думаю, что объяснение очень простое. До июля 1961 года не было подписанного контракта с Бертом Кемпфертом! Мы все, включая, скорее всего, и «Битлз» тоже, были введены в заблуждение, что знаменитый контракт был… но он был подписан только между «Дойче Граммофон» и Тони Шериданом. Кемпферт был всего лишь продюсером «Дойче Граммофон» и не подписывал самостоятельно такие контракты.

На самом деле, не зная, что делать с «Битлз», Кемпферт предложил им контракт со своей компанией. Возможно «Битлз» думали, что это был контракт на запись песни «Моя милая» (My Bonnie), так как он был подписан в преддверии сессии, и поэтому они так и сказали Биллу Харри для его статьи в «Мерси Бит». Они были счастливы подписать что-угодно, и, скорее всего, не знали, что подписали.

Еще остается вопрос, почему в документе перечислены только пять песен? Может ли это означать то, что «Битлз» никогда не играли на тех двух записях? Может в этом причина того, что в «Мерси Бит» упоминается только пять? Даже если бы эти две песни не были предназначены к выпуску в то время, то, по крайней мере, они должны были быть упомянуты в «Расписке исполнителя». Возможно, что «Дойче Граммофон» не оплачивало те записи, которые не были предназначены к выпуску, и это единственная причина, которую я могу предположить».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Группа «Битлз» выступает в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».

(условная дата)

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Заявление Сатклиффа об уходе, должно быть, помогло Маккартни решиться начать подыскивать себе настоящий бас в качестве замены разбитой «Розетти».

Пол: «Стю отдал мне свой бас на неделю или около того».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Будучи левшой, Маккартни пришлось играть на басу Сатклиффа «Хофнер 333» переворачивая его вверх ногами».

Джордж: «У Колина Миландера, басиста из трио Тони Шеридана, был бас «Хофнер», подделка под бас «Гибсон». Когда Пол решил стать бас-гитаристом, он купил инструмент у Колина (прим. – точнее, как у Колина)».

Пол: «Так или иначе, спустя некоторое время я решил обзавестись гитарой. В конце концов, в центре Гамбурга я нашем хороший магазинчик, рядом с большим универмагом. Я увидел эту бас-гитару в витрине, это была басс-гитара «Хофнер» в форме скрипки. Я решил, что выглядит она довольно хорошо. Поскольку я левша, она привлекла меня симметричностью, благодаря чему ее можно было перевернуть под левую руку. Переворачивая ее под левую руку, ты выглядел не так глупо. Если бы гитара бы­ла с «рогом», она плохо бы выглядела, «рог» был бы не на том месте. Так что, «скрипка» мне подходила. Также мне понравилась ее легкость».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Решение своей проблемы Маккартни нашел в центре Гамбурга в магазине «Стейнвей» – бас «Хофнер 500/1» (Hofner 500/1 bass) немецкого производства, благодаря своей форме имеющий название «бас-скрипка».

Хофнер 500/1.

Пол: «Я помню, что у них имелся этот бас, который стоил весьма дешево. Я не мог позволить себе «Фендер». «Фендеры» даже тогда, кажет­ся, стоили около 100 фун­тов».

Журнал «Бас-Гитарист»: Подавляющее большинство американских и английских басистов в то время играло на «Фендерах».

Пол: «Я не мог себе позволить «Фендер», который как был, так и остается лучшим инструментом. Но для меня определяющим моментом была цена. Они [гитары «Фендер»] даже тогда стоили порядка 100 фунтов-стерлингов. Когда Джон и Джордж покупали свои гитары, сначала фирмы «Гретч», а потом и «Рикенбэккер», они были готовы влезть в долги и брать кредиты. Постоянно балансировали на краю, не имея достаточно средств. Но в меня было вбито, что этого делать нельзя, и я просто не мог рискнуть. Я думал, что если я на это пойду, мир рухнет (прим. – до этого гитара «Розетти» была куплена им в кредит). Все, что я мог дейст­вительно позволить себе – это инструмент в районе 30 фунтов. Так что я купил дешевую гитару. Это была хорошая цена, так или иначе, а мы зарабатывали соответствующие деньги».

Йэн Эмми (группа «Дейв Диз Бостонс»): «По английским меркам это были очень не­плохие деньги, которых в Германии, однако, надолго не хва­тало».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Гюнтер Хопер (Günter Höper) в то время был одним из шести продавцов магазина «Стейнвей».

Гюнтер Хопер: «Пол Маккартни купил бас «Хофнер» у меня. В рассрочку, как это было принято в те дни. Мы предложили десятиразовый платеж, поэтому нам пришлось подписать контракт, и нам понадобился номер его паспорта. Однако Пол оставил свой паспорт в клубе «Топ Тен», поэтому я пошел с ним в этот клуб, чтобы получить паспорт и оформить сделку».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Хопер говорит, что стоимость этой бас-гитары составляла 287 немецких марок».

Журнал «Бас-Гитарист»: «Маккартни настаивает на том, что это была модель для правшей, которую он впоследствии перевернул под левую руку, однако на всех фотографиях тех лет его можно видеть именно с фирменным экземпляром «под левую руку».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «В 1961 году шанс найти бас-гитару «Хофнер» под левую руку в музыкальном магазине был почти ничтожен. Тони Шеридан считает, что инструменты под левую руку не были доступны в Гамбурге».

Тони Шеридан: «Это был специальный заказ напрямую от «Хофнера». В Германии не было своих рок-музыкантов, не было спроса и ничего особенного в плане качественных инструментов, не говоря уже о басе под левую руку. Я не удивлюсь, если «Хофнер» сделал свой первый левосторонний бас для Пола».

Пит Бест: «В то время Маккартни не просто пошел в магазин и купил ее [гитару] в таком виде, он заказал ее».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «На самом деле «Хофнер» специально заказали для Маккртни левостороннюю гитару. Скорее всего, он увидел эту гитару и понял, что она будет выглядеть хорошо и под левую руку, и спросил на счет изготовленной под заказ бас-гитаре. «Хофнер» расположен в Германии, и было относительно легко заказать инструмент под левую руку. Основное изменение состояло в том, чтобы сдвинуть защитную пластину и сделать отверстие для электропитания с другой стороны корпуса. По-видимому, в магазине «Стейнвей» увидели, что это достаточно простой способ, чтобы осуществить продажу.

Еще одним доводом в пользу того, что бас Маккартни мог быть изготовлен специально для него, служит статья в журнале 1963 года: «Левосторонний бас [Маккартни] был специально изменен для него в Германии и его нет в продаже в этой стране», – пишет журналист в этой публикации для британских музыкантов».

Пол: «Этот инструмент стал моей основной бас-гитарой. Однажды, купив этот бас, я просто в него влюбился. Потому я и использую его до сих пор. Для легкого изящного маленького инструмента у него очень богатый звук».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Звучание у «Хофнер 500/1» очень объемное и насыщенное, с выраженными средними тонами, частично из-за ее пустотелого корпуса. Временами звук может быть довольно тяжелым, если играть на более высоком регистре грифа. «Хофнер 500/1» имеет легкий вес и тонкий, удобный гриф с возможностью установить очень низкое расстояние между струной и ладовым порожком».

Пол: «Я заметил, что держу «Хофнер» не так, как держал бы большую, тяжелую гитару, которая нагружает тебя своим весом, и ты как бы становишься частью ее. Он такой легкий, что ты можешь играть на нем в более «гитарном» стиле, действительно быстро. Это происходит более естественно, чем если бы в руках у тебя был более тяжелый в физическом смысле инструмент».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Основным недостатком этих «Хофнеров» является то, что они весьма хрупкие. Они не очень долговечны и не выносят чрезмерных нагрузок, свойственных музыкантам. Со временем, у большинства гитар появляются проблемы с грифом».

Пол: «Как ни странно, мне всегда нравился бас. Мой отец был музыкантом, и я помню, как он давал мне небольшие уроки. Это не были настоящие уроки в полном смысле этого слова, но, например, когда что-нибудь передавали по радио, он говорил: «Слышишь эти низкие звуки? Это бас». Он объяснял мне, что такое бас, и еще давал маленькие уроки гармонии. Так что, когда я пришел в «Битлз», у меня благодаря нему уже был небольшой запас музыкальных знаний, хотя и очень непрофессиональных. Потом я начал слушать других басистов – в основном на записях фирмы «Мотаун». Со временем моим героем стал Джеймс Джеймерсон, хотя само его имя я узнал совсем недавно. Я и не знал, кого, собственно, слушал все эти годы – на пластинке всегда значилось только имя солиста… Нам очень нравились все эти вещи вроде «До меня дошли слухи» (I Heard It Through The Grapewine). Нас привлекала только игра музыкантов, мы не обращали внимания на великолепный вокал на переднем плане. Когда меня спрашивали, кто мой любимый басист, я говорил: «этот парень с «Мотаун».

Так все началось, у меня появился инструмент, который стал своего рода торговой маркой. Он был прелестным и легким, поэтом; я даже не чувствовал, что играю на басе, у меня возникало ощущение свободы. Я обращался с ним, как с обычной гитарой. Я обнаружил, что играю на басе мелодичнее других басистов, потому что извлекаю высокие звуки в основном из двенадцатого лада. Поскольку мои песни отличались мелодичностью, мне было бы досадно всегда брать только ноты основного тона. К тому же для игры на большом басе нужны мускулы. Сочетание мелодичности и легкого по весу баса создает определенное звучание, и в этом нам действительно повезло. А когда в период «Сержанта Пеппера» я играл на «Рикенбэккере», а он был чуть тяжелее и чуть более «электрическим», это не изменило мой мелодичный стиль, благодаря которому в таких песнях, как «С маленькой помощью моих друзей» (With A Little Help From My Friends) и «Люси в небе с алмазами» (Lucy In The Sky With Diamonds), появились интересные басовые темы.

Благодаря этой гитаре я стал знаменитым. Это моя гордость и восторг, потому что гитара звучала здорово. Это было так, остальное вы знаете. Меня [всегда] знали по этой бас-гитаре в форме скрипки. Это как с Чарли Чаплином, знаете? Маленькая тросточка, усы, котелок – вот вам и Чарли. Если бы он выехал на мотоцикле с банданной на голове, все бы сказали – «а это еще кто такой?». Думаю, «Хофнер» был моим отличительным знаком.

Через несколько лет я уложил свой «Хофнер» в футляр и вверил его истории, но спустя много лет, когда я смотрел снятое на крыше выступление в фильме «Пусть будет так», заметил, как легко я играл на басе, и решил снова к нему вернуться: «Вот что мне особенно тогда нравилось!».

Ринго: «Барабанщик всегда создает настроение. Думаю, так я и играл, а [позднее] вместе с басом Пола – он удивительный, самый мелодичный из басистов – мы добивались гармоничного звучания баса и большого барабана. Когда они звучали в унисон, поверх можно было наложить любую мелодию.

Во-вторых, я не мог играть одну и ту же фразу дважды. Какой бы ритм я ни отбивал, я не мог повторить его в точности, поскольку играл не головой, а душой. Моя голова знала, как отбивать ритм рок-н-ролла, свинга и так далее, но все зависело от настроения в тот момент.

Любопытно то, что мы, «Битлз», похоже, владели телепатией. Не задумываясь, мы воодушевлялись или начинали грустить – все вместе. Эта телепатия – волшебство и одно из достоинств «Битлз». (И конечно, любовь к музыке и отличные песни…) Ничего подобного я не испытывал ни прежде, ни потом».

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «Также в группе «Битлз» произошли изменения в их усилителях. Харрисон приобрел у покидающего их Сатклиффа усилитель «Гибсон Джи-Эй 40 Лес Пол» (Gibson GA-40 Les Paul amplifier). Маккартни для его нового баса понадобилось что-то более мощное, нежели его маленький усилитель «Элпико», и он начал пользоваться более мощным усилителем Харрисона «Селмер Трувойс». Леннон продолжал играть на «Рикенбэккере» через усилитель «Фендер делюкс».

Из интервью с Питом Бестом в 2003 г.:

Пит Бест: Это было в наш ранний период. Мы все еще одевались так, когда впервые поехали в Гамбург. Мы играли там подолгу – по 6-7 вечеров в неделю, 6-7 часов каждый вечер. Постепенно стали снимать куртки, поскольку в них не очень удобно было играть. Но кожа была без сомнения. Нам очень нравился этот имидж. Он нравился нам еще и потому, что это было недорого, и мы могли позволить себе такую одежду. Она подходила для сцены, а потом можно было так же ходить и после выступлений. Так что кожа была для нас вдвойне удобна, если можно так сказать.

Корреспондент: Вы хотите сказать, что ходили так же и за пределами сцены, после концертов?

Пит Бест: Да.

Корреспондент: Круто! А как вам погода в Гамбурге? Там наверно круглый год было прохладно?

Пит Бест: Мы там побывали в каждое время года и застали все четыре сезона. Играли там зимой, летом, весной и осенью. И всегда было что-то такое, что мы носили и то, что нам не подходило.

Тони Шеридан: «Я был просто поражен. Бог мой, неожиданно за одну ночь парень становится бас-гитаристом, и замечательным бас-гитаристом! И он играет на бас-гитаре как положено, а не как неудавшийся гитарист».

Эти фотографии, по-видимому, сделаны в конце июня, перед уходом Стю из группы. Пол уже использует бас-гитару «Хофнер», хотя, по его воспоминаниям, он после ухода Стю первоначально пользовался его гитарой. Возможно, что Пол некоторое время пробовал играть на гитаре Стю, но достаточно быстро приобрел для себя СВОЙ инструмент.

27 июня 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».

26 июня 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».

25 июня 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».

(условная дата)

Хантер Дэвис: «Ребята чувствовали себя виноватыми перед Стю, но он по­кинул группу в основном не из-за этого. Просто Стю принял решение остать­ся в Гамбурге, жениться на Астрид и вновь заняться живописью. Он поступил в Художественный колледж благодаря покрови­тельству выдающегося скульптора Эдуардо Паолоцци, шотланд­ца, приглашенного туда в качестве преподавателя».

Синтия: «Один профессор из Шотландии, приехавший с визитом в гамбургское художественное училище, случайно наткнулся на работы Стю и очень ими заинтересовался. Он организовал Стюарту перевод для продолжения учебы в Гамбурге и даже выхлопотал для него стипендию. Ни у кого не вызывало сомнения, что Стю добьется успеха как талантливый художник, и мне кажется, что он покинул «Битлз» без особого сожаления».

Эдуардо Паолоцци: «Стю обладал огромной энергией и неистощимой фанта­зией. В нем были заложены огромные возможности; обостренная чувствительность художника соседствовала с честолюбием – идеальное сочетание для успеха».

Джордж: «Стюарт решил уйти из группы и жить в Германии, потому что в гамбургском колледже искусств начал преподавать Эдуардо Паолоцци. Стю никогда не увлекался только одной музыкой. В группе он был к месту: он отлично выглядел, многое умел, но не считал, что должен быть музыкантом».

Стю на собеседовании в художественном колледже (кадры художественного фильма).

Одна из картин Стю Сатклиффа.

Хантер Дэвис: «Паолоцци даже удалось добиться от гамбургских властей дать Стю стипендию. Профессор Гамбургской Академии живописи Иерхенфельд также сказал Стю, что у него хорошие данные, и что, если Сатклифф не поступит в Академию, то пропадет хороший художник. Но учиться в Академии, и играть в группе одноврененно было невозможно, и Стью решил, что надо уйти из «Битлз», чтобы целиком переключиться на живопись».

Полина Сатклифф: «Поездка в Гер­манию была немного похожа на академический от­пуск студента. Маме представили дело следующим образом: он вернется через некото­рое время, чтобы закончить аспирантуру, и останет­ся здесь жить. Никто не мог предугадать, что он влюбится в немку и останется в Германии. Парадокс за­ключался в том, что в Германии он сделал то, что не делал дома, — завершил учебу, стал отвечать за свои решения, бросил поп-музыку и начал карьеру ху­дожника. Не думаю, что он действительно хотел по­ступить в институт. Он написал об этом лишь для того, чтобы успокоить мать».

Алексей Багир-Заде: «Друзья поняли Сатклиффа и согласились с его доводами. Леннон сказал Стью на прощание: «Ты от нас уходишь, но никогда не забывай, что ты всегда будешь пятым членом нашей группы. И где бы мы ни были, ты всегда cможешь к нам вернуться». Стю по-прежнему любил музыку и «Битлз», но понимал, что его призвание – живопись, а не бас-гитара. Стю надо было уходить. Теперь, после ухода Стю, кому-то из оставшихся «Битлз» нужно было стать бас-гитаристом».

Джордж: «И вот Стю сказал: «Я ухожу из группы, ребята, и остаюсь в Гамбурге с Астрид». А я ответил: «Пятого брать не будем. Если из нас троих кому-нибудь придется играть на бас-гитаре, то это буду не я». А Джон подхватил: «И не я». И вот Полу пришлось согласиться».

Пол: «Стю сказал, что он собирается остаться в Гамбурге. Он встретил девушку и собирается остаться с ней и заниматься живописью. Вот как произошло, что, ох-ох, мы остались без бас-гитариста. И все как бы повернулись и посмотрели на меня. Мне как бы навязали это, как-то так, тогда им [бас-гитаристом] лучше быть тебе. Не думаю, что Джона можно было бы увлечь этим. Он заявил: «Нет, шутишь, я только что приобрел себе новый Рикенбэкер!». А у меня в то время не было даже гитары, понимаете, поэтому в действительности я не мог возразить: «Но я хочу быть [просто] гитаристом». Они сказали: «Тогда, для начала, приобрети гитару». Так что я играл на басе Стю, перевернув ее [под левую руку]. Он позволял мне немного играть на ней, когда вечерами не приходил в ночной клуб. В конце концов он сказал: «Ну, я остаюсь здесь с Астрид, и мы собираемся пожениться».

Из интерактивного интернет-чата Пола Маккартни с поклонниками, 2003 г.:

Вопрос: Вы когда на басу играли, вам это действительно нравилось или просто так уж повелось, что вы должны были на нем играть?

Пол: Бас-гитару я взял в руки только потому, что больше никто не хотел на ней играть. Мы тогда потеряли нашего басиста, Стюарта, и все считали, что его выгнали из-за меня, и что я специально научился играть на басу, чтобы занять его место. A на самом деле я просто вынужден был стать басистом. Я не хотел этого. Я поначалу играл на гитаре, но она скоро сломалась, потому что была очень дешевой. Я не желал быть басистом, но оказался единственным в группе, кто согласился взяться за эту работу. Наш барабанщик не хотел становиться басистом, Джон тоже, a уж Джордж и подавно.

Тони Шеридан: «Было очевидно, что только Пол умел играть на бас-гитаре».

Пол: «Когда стало ясно, что Стюарт уходит из группы, мне достался его бас. Вот он мне и оставил свою бас-гитару на несколько дней. Мне снова пришлось выйти вперед [после периода игры на пианино], а это меня не радовало, поскольку в глубине сцены мне было лучше и спокойнее. Тогда я еще не был хорошим музыкантом, просто играл на многих инструментах. Теперь я просто играл на бас-гитаре, повторяя в басу одни и те же простые мелодии».

Билл Харри: «Под влиянием «Битлз» и Стюарта в частности, Клаус [Вурман] решил стать музыкантом, и он взял себе инструмент Стюарта, его бас-гитару. На самом деле он купил басовый инструмент Стюарда».

Дональд Хёрст: «До тех пор пока Пол не взялся за бас-ги­тару, на этом инструменте играл парень, который стоял позади сцены, и его почти не было видно».

Пол: «Никто из нас не хотел быть бас-гитаристом. Это не была роль номер один – мы все хотели быть на переднем плане. По нашим представлениям, на басу играл толстый парень, который стоял сзади. Никто из нас не хотел быть им – все хотели стоять впереди, петь, хорошо выглядеть и снимать девчонок».

Полина Сатклифф: «Пол признался мне, что, не смотря на его стычки с Стю, они все же неплохо относились друг к другу. Он сказал мне: «Стю отдал мне свою бас-гитару, когда решил уйти из группы. Я думаю, мы в глубине души не желали друг другу зла. Я помню, что у меня порвались струны на этой гитаре, и мы не могли купить новые, по-моему, это было в воскресенье, поэтому пришлось взять плоскогубцы и натянуть струны от фортепиано. И что удивительно, в итоге можно было играть».

Пол: «У меня возникают проблемы из-за одной книги, написанной про нас, потому что ее автору я, очевидно, не нравлюсь. Это вполне нормально, но он выдумал целую историю про то, что я так хотел играть на басу, что сам провернул весь этот номер со Стю Сатклифом, нашим первым басистом. Как будто я спланировал всю эту историю, чтобы стать бас-гитаристом в «Битлз». На самом деле с басом было так. Никто не хотел играть на нем, поэтому басистом был Стюарт. Все мы хотели быть гитаристами, с самого начала мы втроем играли на гитарах.

Помню, когда эта книга вышла, я позвонил Джорджу и спросил его: «Ты помнишь, чтобы я действительно старался во что бы то ни стало выпихнуть Стю из группы и стать басистом?». И он ответил: «Нет, на тебя его просто взвалили. Никто другой не хотел этим заниматься». Я сказал: «И я тоже так помню». И это правда: мы все хотели быть гитаристами.

Да, мы со Стю иногда ссорились, но на самом деле я хотел, чтобы мы стали великой группой, а Стю, потрясающий художник, тянул нас назад – пусть совсем чуть-чуть, но это было.

Когда стало ясно, что Стю уходит из-за Астрид, я попросил его на время одолжить мне бас, который для меня, левши, был «перевернутым», а я не мог даже переставить струны – не знал, захочет Стю и дальше играть на нем или нет. Но к тому времени я уже научился играть на «перевернутой» гитаре, потому что ни Джон, ни Джордж не разрешали мне переставлять струны на своих гитарах – им было слишком неудобно каждый раз ставить их на прежние места. Поэтому парни не позволяли перенатягивать струны на своих гитарах. Когда Джона не было на месте, я брал его гитару и играл на ней, беря аккорды вверх ногами. Джону приходилось делать то же самое с моей гитарой, и из-за меня он довольно неплохо навострился играть таким образом… Это как раз более необычно, а вот левши почти все могут играть на гитаре со струнами, натянутыми под правую руку. Я могу играть как правша, но совсем немного – как раз для вечеринок. Если повезет, то к этому моменту все уже напились, так что никто не может поймать меня на ошибке».

«Элвис Маккартни», рисунок Клауса Вурмана.

24 июня 1961 г.

thebeatlesrarity.com: «24 июня сессии звукозаписи были продолжены в более профессиональной студии, также расположенной в Гамбурге».

Бэрри Майлз: «В этот день в студии «Рахлстед» (Studio Rahlstedt, Rahlau 128, Tonndorf, Hamburg) был записан еще один трек с Тони Шериданом: песня Джимми Ридза «Если ты любишь меня, малышка (Оформи на меня страховку)» (If You Love Me Baby (Take Out Some Insurance On Me)), а также шлягер довоенного времени «Разве она не мила» (Ain’t She Sweet), который «Битлз» записали без участия Тони Шеридана, и с Джоном в качестве вокалиста».

Джордж: «А еще мы записали песню «Разве она не мила» (Ain’t She Sweet)».

Тони Шеридан: «[Во время записи этой песни] Они использовали мою гитару [ЕС-175]. Джон сыграл на ней в этом треке, на котором я отсутствую: «Разве она не мила» (Ain’t She Sweet). В студии она хорошо звучала, подключенная к усилителю «Фендер».

ru.wikipedia.org: «Продюсер записи Берт Кемпферт, звукоинженер Карл Хинц (Karl Hinze)».

beatlesbible.com: Песню «Разве она не мила» группа запишет еще раз 24 июля 1969».

Тони Шеридан: «Когда мы впервые пришли в студию с Кемпфертом, Джон не то, чтобы не хотел петь… нет, он просто немного зажался. Он не сказал: «Давайте я спою вам несколько песен». Он спел песню «Разве она не мила». Его голос звучал не слишком хорошо. А он решил, что ничего не вышло. Он бы мог спеть больше, конечно».

Джон: «Песня Джина Винсента «Разве она не мила» звучит мягко и почти пронзительно, так я и пел ее, но немцы твердили: «Резче, резче», – им хотелось услышать нечто больше напоминающее марш, – и, в конце концов, мы записали более ритмичный вариант».

Тони Шеридан: «Мы сделали очень много глупостей. Я хочу сказать, что если ты исполняешь песню, то должен делать это так, как того ожидает публика. Сначала убаюкать ее, а потом встряхнуть. Мы думали только так, а не иначе. Разбудить их, а потом встряхнуть».

Джон: «Мы записали пять своих номеров, но они их не приняли. Они предпочитали вещички вроде «Моя милая живет за океаном».

Frank Daniels (friktech.com): «Джон Леннон рассказал Хантеру Дэвису, что «Битлз» без Тони Шеридана записали не только песню «Разве она не мила» и инструментальную композицию «Плач по тени», но также еще три песни, ни одна из которых не пришлась по душе сотрудникам «Дойче Граммофон». Тони Шеридан упомянул не вышедшие на пластинке песни «Музыка рок-н-ролл» (Rock and Roll Music), «Канзас-Сити» (Kansas City) и «Другой парень» (Some Other Guy), которые были исполнены Джоном Ленноном».

Джо Бреннан (Joe Brennan): «Запись была сведена в режиме реального времени с двух дорожек в стерео».

Джордж: «Мы были немного разочарованы, потому что надеялись, что это будет наша собственная пластинка. Хотя мы спели «Разве она не мила» и сыграли инструментальную вещь «Плач по тени» без Шеридана, на пластинке не указали даже название нашей группы. Вот почему такой жалкой выглядела попытка фирмы позднее, когда мы стали знаменитыми, выпустить эту же пластинку под названием «Битлз» и Тони Шеридан». Но сначала-то нас переименовали в «Братья Бит».

Хантер Дэвис: «На пластинке с Тони Шериданом группа именовалась «Братья Бит», потому что Берт Кемпферт решил, что название «Битлз» будет непонятным немецкой публике, и предложил другое – «Братья Бита», которое и было впи­сано в дальнейшие студийные протоколы. Дело в том, что название «Битлз» было слишком созвучно с «пидлз», что на местном сленге означало «пенис».

Тони Шеридан: «Бит музыка в какой-то степени зародилась в Гамбурге. И она так и называется, «бит-музыка». И хорошо, что они назвали себя «Битлз». А название «Братья Бит» было придумано для того, чтобы облегчить продажу нашей пластинки в Германии. «Битлз» не очень хорошо звучало. По-моему и сейчас тоже не звучит. «Битлз» – странное слово. Очень странное».

Пол: «Мы решили назваться «Тони Шеридан и Братья Бит». Но это название никому не понравилось, и нам предложили: «Лучше назовитесь просто «Братья Бит», так будет понятнее немецким слушателям». Мы согласились, и у нас появилась пластинка».

Из интервью с Тони Шериданом (2004 год):

Корреспондент: Мистер Шеридан, думали вы в далекие 60-е в Гамбурге, что те ребята у вас на подпевках станут звездами мирового масштаба?

Тони Шеридан: Никто этого не знал, только Господь, хотя у них был большой рабочий потенциал. Не работай я тогда в Гамбурге и не приди они ко мне на подпевки, не было бы у них такого опыта и школы для завоевания человеческих сердец. Ведь, откровенно говоря, в самом начале своей карьеры они были полным дерьмом! Когда мы работали с ними, у меня не было каких-то особых чувств по отношению к ребятам. Мы все были одинаковыми – прически на бриолине, джинсы, кожанки. Сообщество маргиналов. Родители, церковь нас не принимали. Я пел в стриптиз-клубе [в 1960-м], они там же играли –  для Гамбурга, где все происходило, это было нормально. Они мне аккомпанировали, когда я записывал пластинку. Мы были вместе 25 часов в сутки, я, конечно, хорошо знал их, но до конца так и не узнал. Думаю, что Пол точно так же до конца не узнал Джона. А ведь порознь, на мой взгляд, у них ничего бы путного не вышло.

thebeatles-collection.com: «Пластинка поступит в продажу 23 октября 1961 года».

Берт Кемпферт: «Мне было совер­шенно ясно, что они необычайно талантливы, но то­гда никто — включая самих ребят — не знал, как ис­пользовать этот талант и куда он их приведет».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Рок-н-Калипсо» в доме отдыха «Батлинз», Пулхели, Уэльс (Rock ‘n’ Calypso Ballroom, Butlin’s Holiday Camp, Pwllheli, Wales)».

Бэрри Майлз: «Группа «Битлз» выступает в клубе «Топ Тен» (Top Ten Club, Reeperbahn)».