3 декабря 1961 г.

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в клубе «Касба» (Casbah Coffee Club, West Derby, Liverpool)».

beatlesbible.com: «В клубе «Касба» группа «Битлз» выступала 29 августа; 5, 12, 19 и 26 сентября; 3 и 10 октября 1959 как «Кворримен», 17 и 31 декабря 1960; 15 и 29 января; 12, 19 и 26 февраля; 5, 12, 19 и 26 марта; 6, 13 и 27 августа; 10 и 24 сентября; 22 октября; 19 и 24 ноября; 3 и 17 декабря 1961; 7, 14, 21 и 28 января; 4, 11, 18 и 25 февраля; 4, 11, 18 и 25 марта; 1, 7 и 8 апреля; и 24 июня 1962».

Питер Браун: «3 декабря 1961 года Брайен устроил официальную встречу с группой».

Бэрри Майлз: «В этот день в офисе «НЕМС» состоялась первая [деловая] встреча группы и Брайена Эпстайна, чтобы обсудить возможность последнему стать их менеджером».

Пит Шоттон: «И вот, в конце концов, Брайен, чей опыт и понятие о менеджменте равнялись большому нулю, решил стать менеджером «Битлз».

Филипп Норман: «Боб Вулер, диск-жокей «Пещеры», одним из первых заметил интерес Брайена к «Битлз», однако начало переговоров задержи­валось из-за его собственных смущений и неуверенности, а так­же из-за наигранного безразличия «Битлз» к окружающим. Вулер, как ближайший советчик, отправился вместе с ними на первую официальную встречу в начале декабря».

Питер Браун: «Ребят пригласили в Уайтчэппел в половине пятого вместе с Бобом Вуллером в качестве адвоката группы».

Хантер Девис: «Брайен пригласил ребят на разговор в свой офис в магазине на Уайтчепел. Встреча была назначена на 16-30».

Записная книжка Брайена с записью о встрече 3 декабря.

Брайен: «Никогда в своей жизни я не думал о менеджменстве артиста или о том, чтобы быть его представителем, или же быть так или иначе вовлеченным в закулисную жизнь. Я никогда не пойму, что заставило меня сказать этой эксцентричной группе ребят, что наша встреча может быть полезной для них и для меня. Но что-то, должно быть, вспыхнуло между нами, так как я устроил встречу в магазине на Уайтчепел в 4.30 дня 3 декабря 1961г. «просто для раз­говора», как объяснил я, ничего не говоря о менеджменте, так как ничего такого в моих планах еще не было».

Хантер Девис: «Он [Брайен] сказал, что пока просто хочет с ними поболтать, поскольку не все еще продумал».

Синтия: «Третьего декабря, через три с небольшим недели после того, как Брайен впервые увидел «Битлз», он пригласил их к себе в офис для разговора. К тому времени они уже общались несколько раз, но ребята не придавали этому особого значения. Джон даже не рассказывал мне ничего о Брайене вплоть до момента, когда стал собираться на эту встречу. Тогда он лишь бросил, что идет на переговоры с владельцем магазинов «НЕМС», который хочет стать их менеджером».

Брайен: «К этому времени в моем магазине было продано около 100 копий пластинки «Моя милая» (My Bonnie). После первого успеха темпы продажи росли как снежный ком, и был установлен рекорд для первой пластинки в провинциальном городе».

Питер Браун: «Брайен часами думал, как обставить эту встречу, разыгрывал ее как спектакль. Он представлял себе, как четверку молодых людей проведут по магазину, поднимут на лифте и проведут в его современную контору на третьем этаже, это сделает его «личный помощник» Алистер Тейлор. Брайен будет сидеть за своим рабочим столом, солидный и сосредоточенный, настоящий бизнесмен. После того как помощник подаст кофе и чай, Брайен объявит о своем желании стать их менеджером. Затем они обсудят контракт. Брайен собирался пообещать контракт с лондонской фирмой звукозаписи и воображал, что ребята будут потрясены и согласятся немедленно подписать с ним контракт.

Но вот наступила половина пятого, а битлов не было. Сотрудники разошлись по домам, оставив Брайена одного в магазине. Уже стемнело, он стоял, спрятавшись за большим агрегатом, и с нетерпением смотрел в окно. Наконец, спустя час, когда он уже собирался уходить, явились Джон с Бобом Вулером. Очевидно, по пути они уже посетили несколько питейных заведений».

Филипп Норман: «Вулер и битлы сначала зашли в [паб] «Грэйпс», потом в «Белую звезду» и добрались до Уайтчепела намного» позже назначенного часа».

Боб Вулер: «Он [Брайен] ненавидел ожидание. Это было его первое знакомство с многочасовым ожиданием «Битлз».

Синтия: «Джон пригласил на встречу Боба Вулера, представив его как своего отца. Его забавляло, что Брайен поверил ему и еще довольно долго не догадывался, что над ним подшутили».

Питер Браун: «Пит Бест и Джордж пришли еще позднее, а Пола так и не было».

Брайен: «В 4.30 было только трое битлов. Не хватало Пола и после получаса вялого разговора – так как было бессмысленно обсуждать какие-либо обязательства только с тремя из них – я попросил Джорджа поз­вонить Полу и узнать, почему он опаздывает».

Телефонный справочник Ливерпуля 1961 года с номерами Битлов.

Питер Браун: «Брайен, стараясь сдерживаться, попросил Джорджа позвонить Полу домой и узнать, что случилось. Выяснилось, что Пол отправился домой после выступления в «Пещере» (прим. – «Касбе») и теперь мылся. «Он принимает ванну», – честно сообщил Джордж Брайену. Брайен вспылил: «Это неприлично. Он очень опаздывает». «Зато он будет очень чистым», – заключил Джордж».

Брайен: «Поговорив по телефону, Джордж вернулся с легкой улыбкой, которая слегка раздражала меня, и сказал: «Он принимает ванну». Я сказал: «Это неприлично. Он очень опаздывает», и Джордж со своей улыбкой в уголках губ заключил: «Зато он будет очень чистый».

Бэрри Майлз: «После того, как все собрались, они отправились в молочный бар, чтобы выслушать предложение Брайена».

Брайен: «Пол приехал через час, и мы все пошли в молочный бар. Мы выпили кофе, и я узнал, что у них нет менедже­ра —  или советчика, кроме их чутья – того самого безрассудного чутья, на которое я сам сейчас так опираюсь».

Пит Бест: «В Ливерпуле мы уже достигли вершины, и если хотели идти дальше, для этого было необ­ходимо добиться известности в остальной части страны, выйти на общенациональный уровень, вырвавшись из замк­нутого круга Ливерпуль – Гамбург».

Брайен: «Они относились ко мне с большим уважением, но я не знал, потому ли это, что у меня есть деньги, машина и пластиночный магазин, или пото­му, что я нравлюсь им. Думаю, тут было немного и от того, и от другого».

Джордж: «У Брайена был хороший магазин. Мы ходили туда, брали пластинки. У него был огромный «Зейфер-Зодиак».

Хантер Дэвис: «На Пола большое впечатление произвел автомобиль Брайена – «Зодиак».

«Зейфер-Зодиак».

Пол: «В том возрасте на нас производил впечатление любой, у кого был хороший костюм или машина. А мы произвели впечатление на Брайена, ему понравился наш юмор, музыка и даже внешний вид, черная кожа».

Джон: «Ловкий и богатый, вот и все, что я отметил».

Синтия: «С первого же взгляда Брайен произвел огромное впечатление на Джона. В первую очередь тем, что в свои двадцать семь, будучи лишь на шесть лет старше его, он разительно отличался от них: носил красивые дорогие костюмы, жил в достатке и владел магазином грампластинок. Джона занимал вопрос, почему его заинтересовали «Битлз», и ему не терпелось услышать ответ из уст самого Брайена».

Брайен: «Мы впятером в общих чертах обсудили контракт и их будущее, но, конечно же, никто из нас не знал ничего о правильных условиях или це­нах за выступления».

Джон: «Эпстайн работал в музыкальном магазине и не мог не замечать, как много рокеров и стиляг играют громкую музыку, которой так увлекается молодежь. И он думал: «Стоит попробовать себя в этом бизнесе». Ему это нравилось. Нравилось, и все тут».

Брайен: «Мы покинули бар, ничего не решив, кроме того, что у нас будет еще одна встреча в следующую среду, а тем временем я навещу ливерпульского друга – адвоката Рекса Мейкина, чтобы обсудить менеджмент и попы­таться поделиться своим восхищением «Битлз».

Альберт Голдмен: «При всем притом, что «Битлз» обсуждали с Брайеном достаточно серьезные для себя финансовые вопросы, они не могли удержаться и от насмешек в адрес своего вероятного менеджера, которому они дали прозвище «Юродивый».

2 декабря 1961 г.

Бэрри Майлз: «Вечернее выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера», совместно с джаз-бэндом «Зенит шесть» (The Zenith Six Jazz Band)».

(условная дата)

Пит Бест: «Сэм Лич выдал несколько сокрушительных идей. Также он принимал участие в организации мероприятия в танцевальном зале «Башня». Но наши первые дела с ним были бедствием. Мы выступили на паре его концертов в окрестностях Ливерпуля, и он сказал: «Пит, вы принимаете заказы, не так ли?». Я ответил: «Да, это так. Скажи, что ты хочешь, чтобы мы сделали для тебя. Присаживайся за мой столик, закажи себе пинту». Обычно, все происходило в «Грейпс». «Итак», – говорит он, – «Олдершот» [9 декабря]. Я отметил, что ехать далеко, и он сказал: «Все в порядке, я улажу с транспортом, и всем остальным». Поэтому мы сказали: «Прекрасно, мы получим такую сумму, которую хотим, Сэм улажет с транспортом, и нам останется только приехать и выступить».

1 декабря 1961 г.

Тим Хилл: «В Лондоне Брайен Эпстайн встречается с представителями «Декки» Колином Борландом и Бичером Стивенсом в их офисе, чтобы обсудить возможность подписания контракта на запись».

Себастьян Лесни (журналист): «1 декабря 1961 года [с подачи Тони Бэрроу] Брайен Эпстайн встретился с директором по маркетингу «Декки» Сиднеем Артуром Бичером Стивенсом и его помощником Колином Борландом.

Брайен: «Я понимал, что взяв на себя обязательства направлять карьеру этих четырёх поверивших мне ребят, я в первую очередь должен был добиться того, чтобы представитель какой-либо компании звукозаписи пришёл на их концерт. Желательно, чтобы это была какая-то из крупных компаний, и начать было лучше всего с «Декки», так как у меня были там знакомые в отделе сбыта».

Себастьян Лесни (журналист): «Эпстайн рассказал им, насколько хороши были «Битлз», и в подтверждении показал большую статью о них в «Мерси Бит». Также он предоставил им экземпляр сингла «Моя милая» (My Bonnie), которую они прослушали, прежде чем сказать об этом начальнику отдела «Артисты и Репертуар» Дику Роу.

Роу был значимой фигурой в музыкальной индустрии Британии. Он возглавлял совершенно новую команду, состоящую из его младшего помощника Майка Смита, звукоинженера Питера Эттвуда, и Тони Михена, первого ударника группы «Тени», покинувшего группу осенью 1961 года, чтобы начать свою сольную карьеру. Он только что присоединился к «Декке», где работал в качестве продюсера».

Филипп Норман: «Молва дошла до ушей главы отдела «Артисты и Репертуар» Дика Роу. Крупный торговец пластинками с севера имеет поп-группу, которую хочет представить на прослушивание. По деловым соображе­ниям самым тактичным было бы ответить согласием. Дик Роу не возражал».

Росс Бенсон: «Репутация Эпстайна как одного из крупнейших розничных торговцев грампластинками в северной Англии, а также протеже Тони Бэрроу позволила ему договориться о про­слушивании «Битлз» «Деккой» – одной из крупнейших фирм звукозаписи. Чтобы добиться от «Декки» согласия на сеанс звукозапи­си, кроме всего прочего, Брайен намекнул ей о возможности бойкота со стороны «НЕМС», ко­торая тогда была крупнейшим розничным торговцем грамплас­тинками в регионе. Так что для «Декки» это была всего лишь уступка, сделанная без особого энтузиазма. Фирма «Декка» сообщила о своем согласии прислать в Ливерпуль представителя фирмы, чтобы прослушать «Битлз» в привычном для них окружении. Встреча была запланирована на 13 декабря. Брайен был доволен. «Фантастическая удача! Звукорежиссер из «Декки» в «Пещере»!».

Тони Барроу: «Декка» согласилась прослушать «Битлз», поручив это Майку Смиту из репертуарного отдела. Майк Смит, один из молодых энергичных продюсеров фирмы «Декки», слышал хорошие отзывы из Мерсисайда и взялся съездить на север, чтобы увидеть ансамбль в действии в «Пещере» во второй неделе декабря».

Филипп Норман: «Дело было поручено новому молодому ассистенту Майку Смиту. Жест, по правде говоря, более чем небрежный. Майку Смиту было поручено отправиться в Ливерпуль и послушать группу там, где она обычно выступает. Таким образом, Брайен мог сообщить «Битлз» потрясающую новость. Кое-кто из «Декки» – компании, у которой были Томми Стил и Бадди Холли, Литтл Ричард и братья Эверли, Дьюэйн Эдди и Бобби Ви – прибывает в город, чтобы прослушать их».

Бэрри Майлз: «Дневное выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера», затем выступление танцевальном зале «Башня» (Tower Ballroom, New Brighton, Wallasey)».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в городском зале Нью-Брайтона (Tower Ballroom, New Brighton, Wallasey, Merseyside). Так же принимала участие группа «Битлз».

Бэрри Майлз: «Мероприятие было организовано Сэмом Личем, и называлось «Операция Большой Бит» (Operation Big Beat). «Битлз» возглавляли афишу, на которой, кроме них, были представлены еще шесть групп».

beatlesbible.com: «Мероприятие носило название «Сессия Большого Бита» (Big Beat Session), на нем были представлены шесть групп, оно продолжалось пять с половиной часов, и на нем присутствовало 2000 человек».

Филипп Норман: «Сэм Лич нанял вышибал в количестве, превышающем численность самой большой банды. Когда пятьдесят «тэдов» нагрянули в «Башню», Сэм Лич и сот­ня вышибал были наготове. Один из его постоянных помощни­ков, бочонкообразный парень по имени Эдди Пальмер, впослед­ствии стал известен в преступном мире Ливерпуля, как «Ужас Токстета».

Сэм Лич: «Однажды вечером четверо верзил решили, как следует отколотить «Битлз». Они стояли рядом со сценой, конечно, пьяные, и переговаривались друг с другом. Я поставил позади каждого по вышибале. Как только один из них отвел руку назад, все четверо моих парней бросились на них разом».

30 ноября 1961 г.

30 ноября газета «Мерси Бит» вышла с передовицей о состоявшемся 10 ноября гала-концерте в танцевальном зале «Башня» в Нью-Брайтоне. 

29 ноября 1961 г.

Бэрри Майлз: «Дневное и вечернее выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера» (Cavern Club, Liverpool)». Вечернее выступление совместно с группами «Йен и Зодиаки» (Ian & The Zodiacs) и «Ремо Фо» (The Remo Four)».

28 ноября 1961 г.

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в зале «Казино», Ланкашир (Casino Ballroom, Leigh, Lancashire)».

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в клубе гражданских служб Мерсисайда (Merseyside Civil Service Club, Liverpool)».

beatlesbible.com: «В клубе управления гражданских служащих Мерсисайда группа «Битлз» выступала 7 февраля; 7, 14, 21 и 28 ноября 1961».

Полина Сатклифф: «В это время Стюарт завалил нас письмами, но его мысли становились все более бессвязными, а почерк все более диким. Он написал, что 28 ноября он и Астрид решили отметить годовщину помолвки и пошли в китайский ресторан вместе с ее матерью. Он сказал, что перестал курить, и был удивлен, что легко отказался от этого. Также он сказал, что расстроился из-за того, что не сможет приехать на Рождество, тем более что отец в это время будет дома. Он написал матери: «Я надеюсь, что вы доставите ему радость. Я всегда его любил, впрочем, вы его любите еще больше».

Письмо Ринго Старра к Дорин Уолкер (Doreen Walker). Ринго познакомился с Дорин летом 1961 года в «Батлинз», когда она приехала туда на один вечер со своей подругой, которая в то время встречалась с Рори Стормом. Познакомившись, Ринго и Дорин подружились и договорились писать друг другу письма, так как в то время Дорин жила с родителями в Манчестере.

27 ноября 1961 г.

Бэрри Майлз: «Дневное выступление группы «Битлз» в клубе «Пещера» (Cavern Club, Liverpool)».

(условная дата)

Тони Бэрроу: «Я не могу вспомнить, когда именно Брайен пришёл на встречу со мной в отдел конвертов грампластинок «Декка Рекордз» в Лондоне. Визуально он сразу же создавал приятное впечатление. Он был дорого одет, с аккуратно подстриженными слегка вьющимися волосами и с отполированными и наманикюренными ногтями. Его костюм был сшит на заказ, на нём была роскошная и хорошо скроенная шуба из верблюжьего меха с тёмно синим шёлковым шарфом в белую крапинку и новые блестящие чёрные туфли, опять же почти наверняка сделанные на заказ. Он говорил на превосходном оксбриджском языке, немного похоже на диктора «Би-Би-Си» в то время, едва ли обнаруживая даже намёк на ливерпульский акцент. Он совершенно не был похож на то, как должен был выглядеть в моём представлении типичный менеджер шоу-бизнеса, агент или музыкальный издатель. В то время мой опыт ограничивался коллегами из «Декки» и людьми, которые работали в музыкальных издательствах «Тин-Пэн-Элли» (Датская улица сразу за лондонской Чаринг-Кросс-Роуд) и болтались в офисах «Декки», рекламируя свои песни и поющие открытия. Большинство этих людей были неогранёнными алмазами, которые обычно держали во рту пожёванные сигары и воняли несвежим табаком. Брайен Эпстайн был первым изящно подстриженным и красиво отделанным алмазом, встреченным мной в музыкальном шоу-бизнесе.

Когда он приехал в «Декку» и встретился со мной, то он принес мне ацетатный диск, на котором были записаны «Битлз» в клубе «Пещера». Брайен спросил, не может ли он проиграть мне демонстрационный диск, ацетатную пластинку, записанную во время выступления «Битлз» в «Пещере». Он поставил её на проигрыватель, и я попытался выглядеть заинтересованным, хотя всё, что я мог слышать – это множество диких визгов и музыкальное сопровождение. Я даже не узнал мелодию, которая звучала. Диск был совершенно ужасен. Я имею в виду, с точки зрения передачи эмоциональности их звучания в клубе «Пещера». Может быть, они и хорошо играли, но с точки зрения того, как «Битлз» звучали на ней, это было ужасно.

Корректорша моих аннотаций для конвертов, которая сидела за столом напротив меня, но вне поля зрения Брайена Эпстайна, во время прослушивания строила всевозможные рожи. Очевидно, что жюри-из-одной-этой-женщины показывало битлам большой палец вниз.

Он извинился за качество звука, сказав, что эта запись была взята из звуковой дорожки к документальному фильму телевидения «Гранада». Диск продемонстрировал, что визит в «Пещеру» мог бы оказаться весьма волнующим событием, но на самом деле он не демонстрировал в выгодном свете пение и игру битлов.

Как сочинитель аннотаций на конвертах, я не нанимал в компанию и не увольнял из неё музыкальные таланты, но я протянул Брайену его ацетат и проводил его. Я не стал ему говорить: «не звоните нам, мы сами вам перезвоним», потому что по должности это было не ко мне. Я только писал рецензии на обложки пластинок, и не имел ничего общего с «АиР» [артистами и репертуаром], или подписанием соглашений. Я только писал рецензии на оборотной стороне альбомных конвертов.

Его прощальным выстрелом было: «Битлы станут такими же великими, как Элвис Пресли». Пресли в то время был артистом «Декки» на нашем лейбле «Эр-Си-Эй» и на тот момент являлся номером Один в британских списках популярности с синглом «Его последнее пламя».

Сказать по-правде, я был больше под впечатлением от этого человека, чем от музыки, которую он принёс для прослушивания. По совести говоря, я чувствовал, что где-то за всем этим звуковым хаосом, производимым публикой в «Пещере», возможно, есть несколько полезных звуков, производимых ансамблем, если бы мы только могли их услышать. Извинение Эпстайна, что технически слабое качество записи было вызвано тем, что она являлась звуковой дорожкой к одному документальному фильму, оказалось небольшой невинной ложью, так как «Гранада» не занималась ничем связанным с «Битлз» в «Пещере» до лета 1962 года. Брайен сделал эту запись сам на любительский магнитофон, просто держа дешёвый микрофон над своей головой, находясь где-то среди публики. Неудивительно, что он записал скорее отклики толпы, а не музыку группы со сцены «Пещеры», записанную с хорошим усилением.

После того, как Брайен ушел, вопреки совету своей корректорши, я вызвал наш отдел маркетинга. Я позвонил по внутренней линии, но не в отдел «АиР», а маркетологам, поскольку знал, что Брайен Эпстайн был продавцом пластинок, и у него был музыкальный магазин. Я знал, что Брайен Эпстайн был уважаемым розничным продавцом записей в Ливерпуле. Возможно, всего лишь, возможно, что специалисты по сбыту на «Декке» заинтересуются тем, чтобы предоставить прослушивание одному из своих клиентов. Маркетинг не слышал об Эпстайне, но поинтересовался, не носят ли его магазины записей его имя. «Нет», ответил я, «его семье принадлежит сеть торговых точек в городе, но они торгуют как «НЕМС», Музыкальные магазины севера».

Билл Харри: «В то время у Эпстайнов было уже девять отделов и магазинов грампластинок в Ливерпуле. Брайен также был руководителем ливерпульского отделения Британской ассоциации продавцов грампластинок».

Тонни Бэрроу: «Выяснилось, что Брайен уже обращался по поводу «Битлз» к Сиднею Артуру Бичер-Стивенсу и Колину Борланду, отвечавшими за маркетинг на «Декке»; он писал им, а также убедил нескольких представителей магазинов грампластинок Северной Англии направить якобы срочные заявки на ещё несуществующие пластинки группы.

Маркетинг высказал заинтересованность, сказав мне, что «НЕМС» является одним из лучших клиентов «Декки» на северо-западе Англии и что любой ансамбль, связанный с ними, должен быть учтиво прослушан.

Когда я решал [осенью 1962-го], принимать ли приглашение Брайена Эпстайна работать в «НЕМС Энтерпрайсиз», у меня появился один напрашивающийся вопрос к нему: почему он пошёл в «И-Эм-Ай», самую престижную и успешную из фирм звукозаписи в этом бизнесе не вначале его поисков, а в конце? Он покраснел и заставил меня поклясться сохранить это в тайне, сказав, что это не должно никоим образом просочиться в прессу, но он был в «И-Эм-Ай» незадолго до того, как пришёл, чтобы увидеться со мной в «Декке», ещё в декабре 1961 года. «И-Эм-Ай» было его первым выбором. Прождав какое-то время их решения, и так ничего и не дождавшись, он двинулся в моём направлении, в качестве своего следующего порта захода».

26 ноября 1961 г.

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в зале «Хэмблтон» (Hambleton Hall, Huyton, Liverpool)».

beatlesbible.com: «В зале «Хэмблтон» группа «Битлз» выступала 25 января; 1, 8, 15 и 22 февраля; 8 и 20 марта; 20 августа; 3 и 17 сентября; 15 и 29 октября; 12 и 26 ноября; 10 декабря 1961; и 13 января 1962. Зал располагался в восточной части Ливерпуля на Сент-Дэвид Роуд (St David’s Road in Page Moss, Huyton)».

Квитанционная книжка, с записью на получение 15 фунтов-стерлингов, подписанной Джорджем Харрисоном.

25 ноября 1961 г.

(условная дата)

Себастьян Лесни (журналист): «Воодушевленный новым делом, которым он занялся, Брайен Эпстайн, один из крупнейших клиентов северной Англии для больших звукозаписывающих компаний, был полон решимости убедить какого-нибудь продюсера издать музыку «Битлз». Он был чрезвычайно заинтересован в группе, и планировал стать их менеджером. Поэтому он направил письмо обозревателю, делавшему постоянные обзоры пластинок для рубрики «Не под запись» (Off The Record), известного тогда в «Ливерпуль Эко» под псевдонимом «Пластинщик» (Disker)».

Тони Бэрроу: «Именно «Дискеру» из «Эко Ливерпуля» написал Брайен Эпстайн, когда он был на пороге подписания контракта с «Битлз», чтобы стать их менеджером в декабре 1961 года. Он хотел, чтобы я написал о его группе в колонке «Не под запись».

Себастьян Лесни (журналист): «Он [Брайен] был удивлен, получив ответ не из Ливерпуля, а из Лондона, подписанный Тони Берроу из «Декка Рекордз».

Тони Бэрроу: «К его удивлению, вместо того, чтобы получить ответ от одного из обозревателей штата служащих офиса «Ливерпуль Эко», он получил моё письмо из Лондона».

Себастьян Лесни (журналист): «Бэрроу, который писал для «Ливерпуль Эко» начиная с 1954 года, давно покинул Ливерпуль – задолго до того, как «Битлз» впервые появились в «Пещере» – и присоединился к музыкальной сцене Лондона. В начале шестидесятых он работал на «Декку» – писал аннотации, которые помещались на обложки пластинок. Однако, он также вел обзорную колонку в «Ливерпуль Эко», и Эпстайн написал ему с просьбой написать статью о «Битлз». Бэрроу объяснил Брайену, что он не может написать о «Битлз», пока они не выпустят в Англии сингл или альбом».

Тони Бэрроу: «В своем письме я вежливо, но твёрдо объяснил ему, что эта колонка целиком состоит из обзора пластинок, и я не смогу написать о «Битлз», пока они что-то не выпустят, будь то альбом или сингл. Я написал Брайену, что не может быть и речи о заметке по поводу «Битлз» в рубрике «Не под запись», пока у них не выйдет пластинка. Я добавил, что с удовольствием написал бы о них, потому что это были бы хорошие местные новости.

Я был очень удивлён, когда он через некоторое время позвонил мне; он просил дать ему телефоны людей, занимающихся пластиночным бизнесом, которые, по его мнению, могли помочь в этом деле, а также домашние телефоны обозревателей музыкальных изданий, чего я, конечно, не мог сделать без их согласия».

Себастьян Лесни (журналист): «Поэтому он предложил связаться с одним из его коллег в «Ливерпуль Эко», у которого была ежедневная колонка под названием «Над стеной Мерси» (Over the Mersey Wall), и который всегда следил за местными событиями».

Тони Бэрроу: «Я предложил, чтобы он связался с автором статей в штате постоянных служащих «Эко», ярким парнем, которого, по случаю, звали Джордж Харрисон. У него была ежедневная колонка под названием «Над стеной Мерси», и он всегда был в поиске местных историй. Этого оказалось недостаточно для Эпстайна, который договорился со мной, чтобы придти и увидеться в моём крошечном офисе, спрятанном в тихой заводи, коей являлся отдел конвертов».

Себастьян Лесни (журналист): «Но для Эппи этого было недостаточно. Он знал, что Тони Бэрроу также мог бы ему помочь связаться с «Деккой», с их отделом «Артисты и репертуар». Поэтому он перезвонил ему, чтобы договориться о встрече».

Тонни Бэрроу: «В конце 1961 – начале 1962 Брайен лихорадочно искал компанию, которую заинтересовал бы выпуск сингла «Битлз». Судя по всему, Брайен сделал первые шаги в этом направлении ещё до того, как стал менеджером группы. Брайен также обращался по поводу «Битлз» к Сиднею Артуру Бичер-Стивенсу и Колину Борланду, отвечавшими за маркетинг на «Декке»; он писал им, а также убедил нескольких представителей магазинов грампластинок Северной Англии направить якобы срочные заявки на ещё несуществующие пластинки группы».

прим. – очевидно, что попытки Брайена загодя договориться с известной студией звукозаписи, обусловлено желанием иметь в рукаве «козырную карту» в предстоящем разговоре с «Битлз» по поводу стать их менеджером.

24 ноября 1961 г.

Бэрри Майлз: «Выступление группы «Битлз» в клубе «Касба» (Casbah Coffee Club, West Derby, Liverpool), затем в танцевальном зале «Башня» (Tower Ballroom, New Brighton, Wallasey)».

beatlesbible.com: «В клубе «Касба» группа «Битлз» выступала 29 августа; 5, 12, 19 и 26 сентября; 3 и 10 октября 1959 как «Кворримен», 17 и 31 декабря 1960; 15 и 29 января; 12, 19 и 26 февраля; 5, 12, 19 и 26 марта; 6, 13 и 27 августа; 10 и 24 сентября; 22 октября; 19 и 24 ноября; 3 и 17 декабря 1961; 7, 14, 21 и 28 января; 4, 11, 18 и 25 февраля; 4, 11, 18 и 25 марта; 1, 7 и 8 апреля; и 24 июня 1962».

Бруно Цериотти (Bruno Ceriotti, историк): «В этот день группа «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm And The Hurricanes) выступает в городском зале Нью-Брайтона (Tower Ballroom, New Brighton, Wallasey, Merseyside). Так же выступали группы и исполнители: «Битлз», Дэйви Джонс (Davy Jones) в сопровождении «Битлз», «Джерри и Лидеры» (Gerry and The Pacemakers), «Ремо Фо» (The Remo Four), «Эрл Престон и Неистовые Торнадо» (Earl Preston and The Tempest Tornadoes), «Фэрон Янг и Фламинго» (Faron Young and The Flamingos)».

Бэрри Майлз: «Мероприятие было организовано Сэмом Личем и называлось «Операция Большой Бит 2» (Operation Big Beat II). Группа «Битлз» выступала с 23-00. В этом шоу были сюрпризы, когда Эмили Форд выступил в сопровождении группы «Рори Сторм и Ураганы», а Дейви Джонс спел две песни в сопровождении группы «Битлз».

«Битлз» аккомпанируют Дэйви Джонсу (после того, как он выскочил на сцену, и присоединился к ним).

Ринго Старр на своем рабочем месте. 

За кулисами с Эмили Фордом.

«Работы Йоко были представлены в нью-йоркском концертном зале «Карнеги» (Carnegie Recital Hall, New York) 24 ноября 1961 года. Программа включала в себя «Грейптфрукт в парке мира» (A Grapefruit in the World of Park), «Пьесу для клубники и скрипки» (A Piece for Strawberries and Violin) и «ЭйОуЭс Дэвиду Тюдору» ( AOS to David Tudor)».

Джилл Джонстон (журнал «Нью-Йорк Вилледж Войс», 7 декабря 1961 г.): «24 ноября в концертном зале «Карнеги» Йоко Оно представила свои «работы», представляющие собой сочетание электронных звуков, вокала и инструментов, движения тела и движения объектов в ее театре событий. Поочередно я была то ошеломлена, то возбуждена, с продолжительными промежутками оцепенения, с таким ощущением, когда погружаешься в дремоту, вызванную нескончаемым бормотанием голосов низкого тембра. Такая сумятица мужчин в «Пьесе для клубники и скрипки» продолжалась в таком духе довольно долгое время. Ничего не происходило. На танцовщицу Ивонну Рэйнер (Yvonne Rainer) было приятно смотреть, и когда она просто сидела на стуле, и когда она «пребывала» в мучительно медленном движении, сгибая колени, втягивая живот и гримасничая.

Мне понравилось окончание этой пьесы. Мисс Рэйнер и еще одна девушка за столом в центре сцены поглощали что-то непонятное. К ним присоединился мужчина из толпы. Они стали выплелвывать косточки в микрофон, скрытый где-то на столе, мять и шуршать над ним мусором, лежащем на столе. Еще один мужчина ходил вокруг стола, отрывая куски газеты, и довольно скоро стол стал местом приглушенного побоища.

Скука «ЭйОуЭс Дэвиду Тюдору» прерывалась дважды: когда еще один мужчина из толпы соорудил комбинацию из пивных банок, привязав ее к их ногам, которые были связаны веревкой; и когда трое мужчин поочередно врывались и выбегали, взгромождая и убирая унитаз и странный набор коробок. Это было забавно. Затем Йоко Оно, я полагаю, что это была Йоко Оно, завершила это действие усиленными звуками вздохов, дыхания, спазм, рыгания, крика – множество тонов боли и удовольствия, смешанного с белибердой псевдоиностранного языка, вообще не принадлежащего ни одному из языков».

Кристин Стайлс (искуствовед): «Идеи акций Йоко Оно обычно содержатся в ее «инструкциях» или «руководствах» к действию. Эти краткие поэтические тексты задают направление для знакомства с конкретной идеей, которая физически или ментально воплощается во время представления акции. Перформансы Оно представляют собой эстетическое исследование и осуществление короткой встречи души и материи. Их можно определить как соединение идеи и объективного мира в процессе телесной акции

Некоторые события детства Йоко Оно связали ее с идентификацией с грейпфрутом. Она впервые попробовала этот плод около 1935 года (в возрасте двух лет) во время посещения Соединенных Штатов. В результате она стала ассоциировать грейпфрут и немецкий язык со своим часто отсутствовавшим отцом, который работал в Соединенных Штатах, говорил по-немецки, был опытным пианистом и делил интерес к немецкой музыке со своей дочерью. Во время своего обучения в колледже Оно использовала свои воспоминания об этом гибридном фрукте в качестве метафоры своего гибридного опыта существования между Востоком и Западом. Эта самоидентификация с грейпфрутом достигла наивысшей точки в работе «О грейпфруте в мире парка», истории, которую она  модифицировала для своего представления «Грейпфрут в мире парка», поставленного в Виллидж-Гейт и Карнеги-Холле.

Специфика ее существования  одновременно внутри и вовне восточной и западной культур, во многомнапоминали ее переживание дихотомии души и тела. Ее инструкции делают «акции» проводниками для перехода от одной сферы опыта к другой, от одного концептуального плана к другому. В них она искала эстетического соединения как способа чувственного преодоления границы материальных явлений, возможности достичь озарения, преобразовав условия Бытия. Проводя различие между акциями и хэппенингами, она утверждала, что акции были не «ассимиляцией всех остальных искусств… а освобождением от разнообразных чувственных восприятий». В отличие от «совместного действия» хепенинга, акция позволяла «заняться собой», поясняла она, добавляя, что ее акции были «чем-то», вроде «желания или надежды».