1 июня 1966 г.

В номере музыкального издания «Нью Мюзикл Экспресс» от 3 июня (на самом деле выходит на 2 дня раньше) на второй странице была размещена реклама нового сингла группы «Автор бестселлеров» (Paperback Writer), выпуск которого должен состояться 10 июня. Это первая известная публикация «мясников» Роберта Уитакера.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Американский бизнесмен Аллен Кляйн, недавно ставший менеджером группы “Роллинг Стоунз”, заявил, что к концу 1966 года он также будет заниматься делами группы “Битлз”».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В США вышел альбом группы Пита Беста с двусмысленным названием «Бест из Битлз» (Best Of The Beatles)».

прим. – в названии альбома обыгрывается фамилия Пита Беста, благодаря чему он также может иметь такие значения, как: «Лучшее из Битлз» и «Лучший из Битлз».

Джошуа М.Грин (автор книги «Здесь восходит солнце»): «От нескольких своих друзей-музыкантов Джордж часто слышал о Рави Шанкаре, профессионально играю­щем на ситаре. «Вот кто настоящий мастер» – говорили они. Джордж купил несколько альбомов Шанкара. Он слушал и слушал».

Джордж: «Когда я впервые наткнулся на записи Рави Шанкара, у меня возникло чувство, что когда-нибудь я обязательно встречусь с ним. Так вышло, что я познакомился с ним в Лондоне, в июне, в доме Аяна Ангади, основателя кружка азиатской музыки».

Реджинальд Мэсси (автор книги «Азаади! Рассказы и истории Индийского субконтинента после обретения независимости»): «В июне 1966 года увлечение Джорджа Харрисона ситаром достигло апофеоза, когда он познакомился с Рави Шанкаром. Встреча Битла и индийского музыканта произошла в Хэмпстеде, в лондонском доме Айяна и Патриции Ангади. Патриция (в девичестве Фелл-Кларк) и Аяна Дева Ангади, который был родом из района Белгаум в Карнатаке, в 1946 году основали Азиатский музыкальный кружок, который стал центром, где собирались музыканты из Индии.

1 июня 1966 года семья Ангади устроила ужин в честь Шанкара, который был в Великобритании с концертами».

Джордж: «С Рави Шанкаром мы познакомились в Лондоне на обеде у президента общества азиатской музыки. Какой-то индиец привёз меня туда и сказал, что там будет Рави. Журналисты пытались свести нас с тех пор, как я сыграл на ситаре при записи песни «Норвежское дерево» (Norwegian Wood). Они думали: «Удачная возможность сфотографировать Битла вместе с индийцем!» Нас предлагали познакомить, но я отказывался, потому что знал, что познакомлюсь с ним при других обстоятельствах. Так и вышло».

Патти: «Джордж не любил встречаться с новыми людьми или бывать в новых местах. Он был рад встречаться со старыми друзьями и нашими семьями, но был подозрителен к незнакомым – если только они не были музыкантами. Однажды вечером нас пригласили на ужин мистер Ангади, который основал в Лондоне «Кружок азиатской музыки», и его жена-англичанка, которая нарисовала наш большой портрет, для чего мы несколько раз позировали. Мистер Ангади хотел познакомить Джорджа с Рави Шанкаром, который был известен среди знатоков классической индийской музыки и был кумиром в Индии».

Рави Шанкар: «Меня позвали на обед, а там в гостях были все четыре парня. Но именно Джордж интересовался индийской музыкой и культурой больше остальных, мы долго беседовали».

Патти: «Они проговорили о музыке весь вечер, и Джордж был проникнут благоговением».

Джошуа М.Грин (автор книги «Здесь восходит солнце»): «Джордж сказал, что восхищается его творчеством, а также признался, что не умеет играть на ситаре надлежащим образом. Скромность молодого человека произвела впечат­ление на Шанкара, и он предложил давать ему уроки. Они договорились встретиться в конце недели в доме Джорджа, в Эшере».

Реджинальд Мэсси (автор книги «Азаади! Рассказы и истории Индийского субконтинента после обретения независимости»): «На этой встрече Шанкар согласился стать Харрисону учителем игры на ситаре. Дружба Харрисона с самым известным в мире индийским классическим музыкантом поднимет авторитет Шанкара до статуса рок-звезды и положит начало пику популярности индийской музыки на Западе во второй половине 1960-х годов».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Вечером Джордж присутствует на сольном концерте Рави Шанкара в Альберт-холле».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженера: Фил Макдональд».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Запись звуковых эффектов песни «Жёлтая подводная лодка» (Yellow Submarine)».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Ритм-трек песни «Жёлтая подводная лодка» (Yellow Submarine) был записан 26 мая 1966 года. В этот день были записаны звуковые эффекты и вокал второго плана».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «После первой записи песни «Жёлтая подводная лодка» (Yellow Submarine) почти на неделю был сделан перерыв из-за болезни Джорджа Мартина. Когда мы наконец вернулись в студию, выздоровевший Джордж снова сел в кресло продюсера, но, несмотря на его возвращение, это был день, когда умалишённые захватили власть в психиатрической лечебнице!»

Джон: «В студии мы вдохнули жизнь в этот трек».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Первым делом была задача придумать для песни необычную фишку, от которой в конце концов отказались».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Большую часть дня я потратил на то, чтобы записать устное вступление к песне. Ещё в 1960 году доктор по имени Барбара Мур провела широко разрекламированную благотворительную прогулку от Лэндс-Энда до Джона О’Гроатса – двух точек, наиболее удалённых друг от друга на материковой части Великобритании. Джон, который часто зарывался с головой в газеты, когда не играл на гитаре и не пел, написал короткое стихотворение в средневековом стиле, которое каким-то образом увязывало прогулку с названием песни, и он хотел, чтобы Ринго обязательно прочитал его на фоне звука марширующих шагов».

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Ринго Старр произнёс вступительную речь на полминуты, но она в окончательный вариант не вошла».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Было записано вступительное слово Ринго Старра, которое так и не было использовано: «Жёлтая подводная лодка. В походном порядке мы промаршируем три дня, чтобы увидеть их, собравшихся там, от Ленд о’Гроатс до Джон о‘Грин, мы ступаем вместе со Степни, чтобы увидеть жёлтую подводную лодку. Мы её любим (прим. – фраза обыгрывает «Лендс-Энд – Джон-о’Гротс» – британский туристический маршрут, пролегающий между двумя крайними точками острова Великобритания на юге и севере; Степни — рабочий район Лондона, в составе городского района Тауэр-Хэмлетс в лондонском Ист-Энде)».

Пол: «Вначале песня начиналась со вступления. Звучал топот марширующих ног, и Ринго нараспев декламировал: «Мы промаршируем три дня, чтобы увидеть их, собравшихся там». В то время все только и говорили о благотвори­тельном марше врача Барбары Мур, которая прошла Британию с юга на север для сбора пожертвований. Вступлением потом пришлось пожертвовать».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Чтобы имитировать шаги я воспользовался старым радиотрюком – встряхиванием угля в картонной коробке, а Ринго приложил все усилия, чтобы выразить свою лучшую эмоцию – невозмутимость, но конечный результат был, скажем, скучным. Несмотря на то, что мы потратили несколько часов, чтобы собрать их воедино, от этой идеи в итоге отказались».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Предполагалось, что вступление должно было длиться 31 секунду и плавно переходить в акустическую гитару. Оно состояло как минимум из четырёх отдельных наложений, в которых доминировал голос Ринго, но при этом помогали и поддерживали Джордж, Пол и Джон, которые произносили то же самое, и всё это смешивалось в одно целое».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Когда настало время для перерыва, Битлы встретились за ужином с друзьями, которые получили приглашение посетить студию».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Пол задумал «Жёлтую подводную лодку» как песню для исполнения хором в компании, поэтому на вечернюю сессию были приглашены друзья группы и близкие им люди. К тому времени все были явно в весёлом настроении. После долгого перерыва на обед (во время которого, как мы подозревали, вовнутрь принималась не только еда), студия начала наполняться шумной компанией, включавшей Мика Джаггера и Брайана Джонса, а также девушку Джаггера Марианну Фейтфул и жену Джорджа Харрисона, Патти. Все они были одеты в лучшие наряды Карнаби-стрит: женщины – в мини-юбках и обтекающих блузках, мужчины – в пурпурных брюках-клёш и меховых куртках».

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Первого июня дописывали хор. В хористы взяли всех, кто был под рукой: администраторов Мэла Эванса и Нила Аспинала, был тут приятель из «Роллинг Стоунз» Брайан Джонс, певица Марианна Фейтфул, жена Харрисона Патти, продюсер Джорж Мартин, а также техники и студийные инженеры».

Пол: «Звуки, сопровождающие каждый куплет песни, должны были дополнять рассказ Ринго».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Мы с Филом [Макдональдом] расставили по всей студии несколько панорамных микрофонов (прим. – как правило, такие микрофоны используются для записи окружающих звуков). Также я решил дать каждому портативный микрофон с длинным шнуром, чтобы они могли свободно перемещаться по студии. Было ясно, что мне эту компашку не сдержать. Всё происходящее в тот вечер под влиянием марихуаны было совершенно безумным, прямо из фильма братьев Маркс».

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Как-то вечером, когда они работали над этой песней, Джон сказал мне: «Альф, притащи что-нибудь для звуковых эффектов». Спрашиваю: «А что надо-то?» «Ну, поищи, сам реши». А во второй студии под лестницей был шкаф с прибамбасами для этого дела. Я выбрал цепь, старый жестяной бак и колокольчик».

Пол: «В студии была отдельная комната, в которой хранились разные трещотки, свистки, колокольчики. Одно время Мартин использовал их для записи шоу «Болваны». Там была целая фонотека, в которой были собраны образцы всевозмож­ных звуков. Там можно было найти какую угодно запись: от пения птиц и хрюканья поросёнка до рёва двигателей реактивного лайнера и звуков театрального представления. Все эти штуки мы задействовали в наложениях на ритм-трэк».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «В шкафу было всё – цепи, корабельные колокола, колокольчики времён войны, циновки для чечётки, свистки, гудки, устройства для имитации звука ветра, грозы… всего! Вся коллекция ударных инструментов и звуковых эффектов «И-Эм-Ай». По всей студии были разбросаны коробки, из которых они наугад извлекали колокольчики, свистки и гонги».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Звуковые эффекты были записаны на третью дорожку в следующем порядке: Джон Леннон через трубочку пузырит воду; Джордж Харрисон булькает водой в металлической ванночке; звон двух корабельных колоколов; звук акустического трала; фоновые голоса, создающие атмосферу судовой команды; звук окарины (прим. – свистулька) в исполнении Брайана Джонса из «Роллинг Стоунз» (слышна в третьем куплете); звук вращающегося гребного винта, погружающегося в воду; звон рассыпанных монет; звук береговой сирены; финальное пение хором.

Звуковые эффекты были записаны на четвёртую дорожку в следующем порядке: звяканье цепей в ванне; звон бокалов; голоса судовой команды; звук духового оркестра; голос Леннона, записанный в студийной эхо-камере, выкрикивающий морские фразы в микрофон, подключённый к гитарному усилителю «Вокс»: «Полный вперёд, мистер Боцман, полный вперёд!» (Full speed ahead, Mr Boatswain, full speed ahead!); свистящие звуковые эффекты; вокал Джона «живём мы лёгкой жизнью»; звук оркестрового барабана в исполнении Мэла Эванса».

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Звук пузырей в воде изобразил Джон Леннон, который через пластмассовую соломину дул в ведро с водой».

Роберт Фонтенот (автор книги «Полная история классических битловских песен»): «Леннон дул через трубочку в кастрюлю с водой для создания эффекта водяных пузырей».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Чтобы имитировать звук погружения, Джон схватил соломинку и начал выдувать в стакане пузыри – к счастью, мне удалось вовремя поднести микрофон, чтобы записать это для потомков.

Вдохновлённый происходящим (и, возможно, наркотиками), Джону пришла идея записать свой голос под водой, либо спеть во время полоскания горла (почти задыхаясь в процессе), либо погрузившись в резервуар с водой (о чем говорил Джордж Мартин), или погрузив микрофон в бутылку с водой (что было попробовано)».

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Харрисон и Мэл опустив соломинки в бутылки с водой создавали эффект бульканья. Мы все с увлечением играли, как играют дети в песочнице. У нас были колокольчики, трещотки, бубны и ещё масса самых неожиданных вещей и штуковин».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Звуковые эффекты перемежались с приглушенными фразами на морскую тематику голосами Джона и Пола, которые, как говорят, выкрикивали их в жестяные банки».

Ринго: «Прикольно, что в середине песни всякие технические звуки, шум двигателя, плеск воды. Мы ведь сами делали все эти звуковые эффекты. Я на одном конце студии кричал: «Внимание, на корме, внимание». А Джон с другого конца отвечал: «Капитан на месте! Слушаю». Мы делали такие штуки прямо с ходу, без подготовки».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Брайан Джонс постукивал по стаканам и играл во втором куплете на старинном духовом инструменте, называемый окариной (прим. – свистулька, слышна в третьем куплете)».

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Помню, когда мы записывали песню «Жёлтая подводная лодка», то притащили в студию большущее ведро с водой, опустили туда несколько тряпок и Ринго, поднимая и опуская эти тряпки, создавал эффект плеска волн».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Одним из эффектов, который в тот день был извлечён из фонотеки «И-Эм-Ай», был звук кассового аппарата, точно такого же, какой появится семь лет спустя у группы «Пинк Флойд» в композиции «Деньги» (Money). Их альбом «Тёмная сторона луны» также записывался в студии «И-Эм-Ай». Очень короткий звук кассового аппарата, который может уловить только проницательный слух, кажется довольно необычным в данном контексте, поскольку не уверен, что подводные лодки оснащаются кассовыми аппаратами».

Мэл Эванс (дорожный менеджер «Битлз»): «Я тряс цепями в ведре с водой для получения звуковых эффектов и тёр песком».

Роберт Фонтенот (автор книги «Полная история классических битловских песен»): «Для создания водяных звуков сотрудники студии Джон Скиннер и Терри Кондон вращали цепи в оловянной ванне».

Джон Скиннер (сотрудник «И-Эм-Ай»): «В кладовке была металлическая ванна из тех, в которые обычно погружаются перед огнём. Мы с Терри Кондоном наполнили её водой, взяли несколько старых цепей и стали ими закручивать водоворот. Это хорошо сработало. Уверен, что никто, слушающий эту песню, не понимает, как получился этот звук».

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Когда слушаешь «жёлтую подлодку», там есть место, где звучит команда: «Полный вперёд, мистер боцман!» и слышен звон колокольчика и лязганье цепи. Это я здесь с баком, полным воды».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Когда Джон в эхо-камере под звон колоколов и цепей выдал экспромтом «Капитан, капитан», мы все согнулись от смеха (прим. – голос Леннона, записанный в студийной эхо-камере, выкрикивает морские фразы в микрофон, подключённый к гитарному усилителю «Вокс»: «Полный вперёд, мистер Боцман, полный вперёд!» (Full speed ahead, Mr Boatswain, full speed ahead!). Акустическая атмосфера его голоса была просто идеальной, и все эти моменты происходили именно так. Хотя запись звучит вполне срежиссировано, на самом деле всё это было ситуационно – Джон и все остальные просто развлекались. Каким-то образом это сработало, несмотря на творившийся хаос».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Однако хаос контролировал тот, кто хорошо в этом разбирался».

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Джордж Мартин сделал себе имя, продюсируя комедийные записи с «Шоу Болванов» (прим. – юмористическая радиопередача) и Питером Селлерсом, и звуковые эффекты были одной из его специализаций».

прим. – по мнению русскоязычной части слушателей, среди звуковых эффектов есть фраза на русском языке (1:36), которая слышится как (варианты): «Русские на мели, сэр!», «Русские впереди, сэр!». Существует мнение, что на самом деле это фраза: «Full speed ahead it is, sir!» (Есть полный вперёд!), но «Русские на мели!» звучит сразу же после «speed ahead».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Мэл Эванс бил в басовый барабан в то время, когда все остальные пели последний припев».

Кен Таунсенд (звукоинженер «И-Эм-Ай»): «В конце сессии Мэл Эванс маршировал по студии с огромным басовым барабаном на груди, а все остальные гуськом за ним, паровозиком, пели: «Мы все живём в жёлтой подводной лодке»».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «В заключительном хоре приняли участие все желающие, включая Мэла Эванса, Нила Аспинала, Джорджа Мартина, Джеффа Эмерика, Патти Харрисон, Брайана Джонса, Марианну Фейтфулл и Альфа Бикнела».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Шумная атмосфера этой сессии звучит во втором куплете песни».

Джордж: «На последнем треке фактически происходит маленькая тусовка. Насколько я помню, на заднем плане слышно несколько криков и что-то вроде шума небольшой толпы».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Крики на заднем плане во втором куплете исходили от Патти Харрисон, что всегда было для меня иронично, учитывая, насколько тихой она обычно была».

Из дневника Альфа Бикнела: «Что за день! Я на самом деле собирался сегодня спеть с парнями, и запись состоялась. Джин не могла поверить в это, когда я рассказал про этот случай. Мы все маршировали по студии, пели и делали всякие специальные эффекты. Невероятный день, супер! Что ещё можно тут написать, чтобы передать, насколько волнительно всё это было. Просто быть там всё это время было уже фантастикой, но ещё и петь с ребятами, здорово!»

Джон Робертсон (автор книги «Полный путеводитель по музыке Битлз»): «По сути, это весёлая буффонада с грустным подтекстом, динамичный монтаж из молодецких куплетов, театрализованных сцен повседневной жизни военного корабля и натуральных звуков морского бытия. В ней переплетаются и звучание духового оркестра, и кри­ки чаек, и звонки машинного телеграфа, и бульканье воды, и овечий колокольчик, и весёлые команды с капитанского мостика. Все это на фоне романтических мечтаний пятилетнего мальчика об увлекательной и счастливой жизни подводника».

Из дневника Альфа Бикнела: «Это была долгая сессия, которая закончилась в три часа утра. Надеюсь, что всё получилось хорошо, потому что не уверен, что кто-нибудь из нас сможет повторить это снова, особенно путешествие через Англию к концу земли, когда мы все маршировали в студии. Не могу дождаться, чтобы послушать законченную песню».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Духовой оркестр состоял из сессионных музыкантов, приглашённых специально для этой сессии, хотя их имена остались неизвестными».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Ещё одна интересная особенность песни – это духовой оркестр, который Ринго объявляет в конце второго куплета словами: «И оркестр начинает играть». И хотя Марк Льюисон в своей книге «Сессии записи Битлз» утверждает, что духовой оркестр состоял из сессионных музыкантов, приглашённых специально для этой сессии, Джефф Эмерик говорит об этом иначе».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Весь день мы с Джорджем Мартином делали наложения различных морских звуков (например, шум волн во втором куплете), которые брали из записей звуковых эффектов в фонотеке «И-Эм-Ай». Эту же фонотеку мы использовали позже той же ночью, когда пришло время добавить к песне соло. К этому времени все были очень уставшими – или упоротыми – чтобы в должной мере заняться двухтактовым разрывом, который остался для соло.

После того огромного времени, которое уже было потрачено на запись, Джордж Мартин не был расположен к тому, чтобы начать долгий процесс, во время которого Джордж Харрисон возьмёт гитару и приступит к кропотливой работе над партией.

Вместо этого кто-то – вероятно, Пол – предложил заполнить этот фрагмент духовым оркестром. Конечно, не было никакой возможности, чтобы привлечь оркестр в такое короткое время, и в любом случае Джордж Мартин, вероятно, не выделил бы бюджет для их найма, по крайней мере, на такой короткий фрагмент. Поэтому вместо этого он принял гениальное решение – то, о котором с течением времени, по-видимому, забыл.

Поэтому Фил Макдональд был отправлен за маршами Суза (прим. – Джон Филип Суза – американский композитор и дирижёр духовых оркестров, автор марша, ставшего национальным маршем США, вошёл в историю американской музыки как «король маршей»).

В итоге, после прослушивания нескольких маршей Джорджем Мартином и Полом, они выбрали подходящий, поскольку он был в той же тональности, что и «Жёлтая подводная лодка», и по всему подходил достаточно хорошо. Проблема была только в авторском праве, так как согласно британскому законодательству, если в коммерческих целях используется более нескольких секунд записи, то нужно получить разрешение от издателя песни, а затем выплатить авторское вознаграждение. Джордж не собирался этого делать, поэтому сказал, чтобы я записал этот отрывок на двухдорожечную плёнку, потом разрезать на части, подбросить в воздух и снова соединить вместе. Конечный результат должен был быть случайным, но каким-то образом, когда я собрал его по кусочкам, он остался почти таким же, каким был изначально! Никто не верил своим ушам. Мы все были в полнейшем изумлении. Но к этому моменту была уже поздняя ночь, и у нас не оставалось ни времени, ни терпения, поэтому Джордж попросил меня просто поменять местами две части, и мы поместили фрагмент с оркестром в мастер мультитрека, сделав его с довольно быстрым затуханием. Вот почему соло оркестра такое короткое и поэтому оно звучит почти мелодично, но не совсем. По крайней мере, достаточно неузнаваемо, поэтому компании «И-Эм-Ай» не был предъявлен иск со стороны правообладателя.

Для оркестра был использован отрывок записи военного марша «Мечта проходит» (Le Reve Passe) – композиции 1906 года Жоржа Криера и Чарльза Хелмера».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «При компоновке звуковых эффектов произошёл один технический сбой во время ответов Джона в последнем куплете, которые он записал во время первой сессии записи (прим. – 26 мая)».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Куплет начинается со слов: «Поскольку живём мы / лёгкой жизнью» (As we live / a life of ease), и [в стереофонической версии песни] голос Джона отсутствует в первых двух фразах. На самом деле я записал, как он повторяет и первые две фразы, но несколько дней спустя Фил Макдональд случайно стёр первую фразу – один из немногих случаев, когда его навык внимательного монтажёра дал осечку. Находясь в аппаратной, пока Битлы находились вне пределов слышимости, он подключился по внутренней связи и сообщил нам с Джорджем Мартином о своей оплошности. В его голосе была тревога и я мог ему только посочувствовать – почти у каждого помощника в то или иное время случались подобные ошибки.

Когда в следующий раз мы проигрывали мультитрек, Джон обнаружил, что его первая строчка пропала, её не было, и он был не слишком этим доволен, но вместо того, чтобы свалить вину на Фила, мы с Джорджем быстро сочинили историю о том, что нам нужен этот фрагмент для одного из наложений. В такие моменты мы все стремились сплотиться и защитить друг друга, и я знаю, что Фил был очень рад, что ему не пришлось столкнуться с гневом Джона».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «На самом деле, первая фраза Джона «поскольку живём мы» (as we live) была случайно стёрта, а вторая строчка «лёгкой жизнью» (a life of easy) – нет, и она появилась в монофонической версии песни».

Журнал «Тин Лайф», июнь 1966: «Раньше мы не могли вам об этом рассказать. Просто не могли, не смели! Но теперь, когда Битл Джордж женился на своей прекрасной Патти Бойд, мы можем заглянуть за кулисы того, что было одним из самых скрываемых секретов во всем мире.

День, когда Джордж Харрисон отказался от своей холостяцкой жизни ради супружеского счастья, был в пятницу, 21 января 1966 года, примерно в 11 часов утра в ЗАГСе Эпсома в Суррее. Дата, время и место наверняка останутся на долгие годы в сердцах преданных поклонников.

Эта новость застала врасплох всю английскую поп-сцену. Слухи всегда распространяются мгновенно, если это касается «Битлз». Но почти никто ничего не слышал о каких-либо планах влюблённой пары о намерении связать себя узами брака. Их постоянно видели вместе, поэтому они не были источником интереса и сплетен. Они были близки, влюблены, и весь мир знал об этом, но чтобы они поженились? Это было маловероятно.

Самому Джорджу эта идея всегда была по душе. Пэтти глубоко в сердце чувствовала то же самое. Но она не хотела делать никаких шагов, которые могли бы навредить или повлиять на карьеру её Битла. Не то чтобы для Патти он был просто Битлом. Когда вы влюблены, подобные препятствия легко преодолеваются. Она проникла в его сложную природу и нашла человека отзывчивого, искреннего, честного и любящего.

Патти весьма заинтересованная в карьере молодая леди. По общему признанию, именно благодаря своим отношениям с Джорджем она стала всемирно известной, и ей начали поступать предложения работы в модельном бизнесе, но Патти хотела делать что-то самостоятельно. Поэтому она отклонила предыдущие предложения Джорджа выйти за него.

Ещё до её знакомства с ним во время съёмок фильма «Вечер трудного дня» карьера мисс Бойд пошла вверх. Благодаря рекламе чипсов и тому, что идёт по английскому телевидению, его лицо уже начало проникать в сознание британской нации. Вскоре, однако, она стала привлекать к себе внимание по другой причине.

Джорджа и Патти стали часто видеть вместе. Пошли слухи, что они помолвлены или даже вступили в брак. Через некоторое время слухи утихли, поскольку пара оставалась неразлучной. Мисс Бойд даже сопровождала мистера Харрисона в поездках на Багамы и Таити. Она была с «Битлз», когда они начали съёмки своего второго фильма. А когда Джордж был в отъезде, он регулярно ей звонил. Счета за телефонные разговоры во время американских турне был просто астрономическими.

Их постоянно видели вместе. Патти и Джордж держались за руки в ныне несуществующем клубе «Эд-Либ». Их видели обедающими в ресторане «Аннабелль» на Беркли-сквер (её любимый клуб). Они посещали «Кромвеллиан» и потягивали напитки в модном клубе «Скотч Оф Сент-Джеймс». Они были как любая другая обычная пара, несмотря на то внимание, которое уделялось им в таких местах, как эти и в «Долли», любимом пристанище Джорджа.

Но потом наступило время, когда их стали реже видеть вместе. Джордж был в клубе со своим другом, ливерпульским автомобильным дилером Терри Дораном, и ещё одним или двумя людьми. Но без Патти. И снова пошли слухи. Джордж казался раздражённым, когда его спрашивали о Патти. Их разрыв, кажется, был неизбежным. Но кто на самом деле мог это знать.

«Битлз» – это очень закрытое сообщество, когда рядом незнакомые лица и слишком навострённые уши. Патти была в нескольких ночных клубах без Джорджа и всегда в компании. Она даже приехала на вечеринку в честь Хэллоуина с Дейвом Кросби из группы «Бёрдз». Ей не особенно приятно было увидеть там фотографов. Она разозлилась, когда они попытались сфотографировать их вместе. Вскоре после этого она покинула клуб. Это выглядело так, как будто роман Битла и девушки-модели подошёл к концу. Всё. Конец.

Но это было не так. Джордж и его девушка снова стали постоянными посетителями клуба «Долли», который занял место «Эд-Либ» – клуба для своих. Но теперь их стали видеть реже. Джордж не очень любит тусовки. Он предпочитает мирную, почти уединённую атмосферу своего дома в Эшере. Там он может сколь угодно громко и долго слушать свои любимые соул-пластинки, которые он называет «поп-музыкой чёрных», или до рассвета смотреть фильмы. И он часто это делает. Патти – милая, тихая, сдержанная девушка, и она предпочитает уютный отдых светской жизни – этой суетливой чаше с золотыми рыбками. Постепенно они оба, как казалось, исчезли из публичной жизни.

А потом это случилось. За два дня до Рождества Джордж внезапно сделал Патти предложение: «Давай поженимся». Почти импульсивно. И она так же просто ответила: «Я согласна». Вот и всё. Оставалось только определиться с датой. Но об этом можно было позаботиться позже. Остальные Битлы были проинформированы. Джон и Син были в отъезде, а Ринго с женой планировали долгий отдых на солнышке. Никому не было сказано ни слова о предстоящей свадьбе за пределами ближайшего круга «Битлз». Брайен Эпстайн, конечно, был шафером, и он делал всё, что было в его силах, чтобы обеспечить максимальную секретность. И ему это удалось.

Во вторник, 18-го, было получено разрешение на венчание без церковного оглашения брачующихся, и всего через три дня наступил их день. День их свадьбы.

Было пасмурно и прохладно, когда Джордж открыл входную дверь перед Полом Маккартни и Брайеном Эпстайном, приехавших на красном «роллс-ройсе» с личным шофёром. Было около десяти утра. В двадцать минут одиннадцатого Джордж прибыл в ЗАГС на Эшли-роуд. Он последовал за Полом и Брайеном в черном «роллсе» с затонированными задними стёклами, чтобы никто не мог увидеть, кто находится внутри. Когда Джордж прибыл, Патти уже была там.

В то утро выглядела она потрясающе. В красном шёлковом платье, в белых чулках и короткой шубке из меха рыжей лисы. Её сшила Мэри Куант, которая также сшила Джорджу черную шубу из ягнёнка, которая была на нём. В шелковистых светлых волосах Патти был бантик. Она сияла от счастья и была неотразимой. В пять минут двенадцатого Джордж надел кольцо из розового и белого золота на безымянный палец руки мисс Патрисии Энн Бойд. И она стала МИССИС, а Джордж Харрисон третьим женатым Битлом.

«Я самая счастливая девушка в мире» – с улыбкой призналась Патти. Джордж обнял невесту и усмехнулся. Они позировали для семейного альбома. Присутствовали мама и папа Джорджа, а также мать и дядя Патти. Вместо традиционного шампанского они пили виски с колой, но этот брак был не обычным во многих отношениях, не так ли? А когда всё закончилось, они выскользнули через служебный выход. Вместе в свой новый дом, в роскошное бунгало Джорджа на Клермонт Драйв, чтобы жить там долго и счастливо.

Они не скрывают, что хотят детей. «И не одного. Думаем, что двое или трое составят хорошую семью». Патти сама из семьи из шести человек. «Но не сейчас. На это ещё есть время. Мы хотим пару лет пожить для удовольствия и свободы, прежде чем взять на себя ответственность за детей. А когда они у нас появятся, то мы постараемся уберечь их психику и позаботимся о том, чтобы их не коснулась вся эта публичная шумиха».

Остаётся задаться вопросом, сколько пройдёт времени, прежде чем появятся первые намёки появления маленького Джорджа Харрисона или, может быть, маленькой Патти Харрисон. Когда это произойдёт? Нам придётся просто подождать!

«Я женился на Патти, потому что люблю её, – сказал Джордж вскоре после медового месяца. – Было бессмысленно разлучаться с ней. Да, да», – улыбнулся он, когда мы напомнили ему то, что он сказал вскоре после женитьбы Ринго. «Я сказал, что не женюсь в ближайшие несколько лет; что я наслаждаюсь свободой, то есть с Патти рядом со мной…»

«Я вышла замуж за Джорджа, потому что люблю его», – сказала Патти. Когда она произнесла эти слова, выражение её лица как будто говорило: а есть ли другая причина?»

31 мая 1966 г.

Из дневника Альфа Бикнела: «Шестой день рождения Марка. Ему понравились все подарки, но особенно, пожарная машина от папочки и мамочки. Шумит она, конечно, сильно, и только одна надежда, что Джин сможет это вынести. Ребята завтра работают в студии, так что мы все идём маршировать вокруг дома, упражняться с «Жёлтой подводной лодкой». Джон сказал, что хочет, чтобы мы все приняли участие!».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Ринго согласился на «домашнюю» фотосессию в своём доме в Уэйбридже для журнала поклонников группы».

Шон О’Махони (Редактор журнала «Битловская книга»): «Я люблю брать интервью у Ринго. С одной стороны, это означает приятную поездку из загруженного, переполненного центрального Лондона в солнечный район биржевых маклеров Сюррея, и, с другой стороны, потому что Ринго один из самых лёгких в общении людей, насколько я знаю.

Когда я въехал через массивные, светлого цвета, деревянные ворота, означающие вход в поместье Старки, из-за угла дома вышел Ринго. «Припаркуйте её там», – произнёс он с приветливой улыбкой, – «проходите в дом». Мы прошли через холл, и свернули налево, в одну из самых больших и наиболее роскошных комнат, какие я когда-либо видел.

Пока мы шли, под нашими ногами тихо пружинило темно-серое ковровое покрытие от стены до стены. «Присаживайтесь», – сказал Ринго, откидываясь на мягкое кресло. Он был в простом, обычном светло-сером свитере, синих в мелкую полоску, брюках и кожаных мокасинах. Традиционные золотая цепочка на запястье и четыре кольца на пальцах. «Хорошо, о чём вы хотите меня спросить?».

Надеясь избежать тех глупых вопросов, которые задают «Битлз» в начале каждого интервью, я спросил: «По-твоему, вы сильно изменились за последние четыре года?». На его лице не отразилось никаких признаков того, что ему задавали этот вопрос раньше. «Конечно, я полагаю», – без промедления ответил он. – «А у кого не так? Не думаю, что кто-нибудь просто остаётся на месте. Если даже вы ничего не делаете, то становитесь старше. Но иногда у меня появляется уверенность, что в газетах пишут о ком-то другом. Последние четыре года очень сильно отличаются от всего того, что я знал в молодости. Конечно, у нас было много хорошего и до того, как мы состоялись. Во всём этом не было трудностей.

– Тебе нравится, как ты сейчас живёшь?

– Да, определенно, – говорит Ринго. – До того, когда мы сюда приехали, я не знал, хотел бы я жить в деревенской местности, но пришёл к выводу, что это здорово. Мне надоела наша городская квартира, потому что там невозможно расслабиться. Меня постоянно тормошили по каким-либо поводам. Здесь всё по-другому. Можно от всего отстраниться. Мы с Джоном даже пытаемся появляться на публике.

Я был этим очарован. Я спросил Ринго, имеет ли он в виду, что у него с Джоном вошло в привычку посещать местные пабы?

– Да, так и есть, – подтвердил Ринго, – мы это сделали, но это себя не оправдало. Большинство завсегдатаев нас приняли. Многие из них, конечно же, были бизнесменами, которых не волнуют «Битлз». Но вы всегда натолкнётесь на таких типов, которые всё испортят, подняв шум.

Когда я подъезжал к дому, то заметил, что рядом было поле для гольфа. Я спросил у Ринго, играет ли он на нем.

– Нет, – ответил Ринго, – я хотел вступить к ним, но мне отказали. Сказали, что у них очередь на три года, и что я должен буду записаться в конец очереди. Я хотел вступить, чтобы разыгрывать людей, как будто это моё поле для гольфа на окраине моего сада.

Среди мебели я заметил клавишный музыкальный инструмент, но не увидел никаких барабанов. Я спросил у Ринго, играет ли он дома.

– Очень редко. Я не верю в упражнения, на самом-то деле. Я учился играть в группе и полагаю, что с ними достиг большего за пять недель, нежели бы я практиковался один на чердаке в течение шести месяцев.

Я спросил его о Заке. Нравится ли ему музыка «Битлз»?

– Не думаю, что он отличает музыку «Битлз» от другой музыки, но она, определенно, ему нравится. Он под пластинки танцует.

Невольно мне представился маленький Ринго с отложным крахмальным воротничком учащегося Итона, и я спросил, в какую школу он его отдаст.

– Я ещё не думал об этом. Мне определенно не по душе мысль отдать его в государственную школу, но трудность в том, что остальные ребята, с которыми он будет играть здесь в округе, пойдут туда, и он будет ощущать себя не таким, как все, если не останется со своими друзьями. Но, опять же, никогда не знаешь, что произойдёт к тому времени, когда это случится.

– Чем ты занимаешься в своё свободное время? – спросил я.

– Управляю [строительной компанией] «Брики Билдерсs», но они, так получается, не настолько прибыльны, как «Битлз».

– Почему? – поинтересовался я.

– Ну, после того как они закончили работу здесь, то отправились к Джону, сделать что-то у него, потом, я полагаю, у Джорджа есть идеи, которые он хочет воплотить с их помощью, когда они закончат у Джона.

– Ещё один вопрос, – сказал я. – Как насчёт планов «Битлз» на будущее?

– Все об этом спрашивают, – ответил Ринго. – Проблема в том, что очень трудно ответить на этот вопрос, потому что у нас нет ничего запланированного. Иногда мне кажется, люди полагают, что у нас к стене прикреплён большой список того, что мы будем делать в ближайшие пару лет, и мы просто не утруждаем себя тем, чтобы сказать кому-нибудь об этом, или хотим всё оставить в тайне, или что-нибудь подобное. Это совсем не так. Ни у кого из нас нет нового материала, поэтому всякий раз Джон, Пол и Джордж должны его написать до того, как мы пойдём в студию.

Так же мы всё ещё ждём сценарий фильма. Мы не можем сами написать сценарий, мы не знаем, как это делается, поэтому нам приходится ждать, когда кто-нибудь напишет, тогда мы сможем его прочитать и решить, подходит ли он. Проблема, конечно же, что все продолжают об этом спрашивать. Полагаю, что они никак не могут понять, почему до сих пор мы не сняли ещё пару фильмов. Ответ в том, что мы не хотим снимать «просто ещё один фильм». До сих пор сценаристы предлагали вариации фильма «На помощь!», прежде чем мы нашли парня, с которым сейчас идет обсуждение. Хватит вопросов, – остановился Ринго, – давайте по чашечке чая, – и он исчез из комнаты, чтобы вернуться пару минут спустя с подносом, двумя чашками, заварным чайником, вазочкой с сахаром и тарелкой с печеньем «Манч-мэллоуз».

Мне это понравилось. Я не смог бы придумать лучшего способа закончить интервью с Битлом, или эту серию интервью с четвёркой «Битлз», чем чаепитие с Ринго».

Шон О’Махони помогает Ринго взобраться на дерево. Фото Лесли Брайса.

Шон О’Махони: «Собаки Ринго составили нам компанию, пока мы обследовали угодья его поместья».

Джон Леннон и Шон О’Махони во время фотосессии Ринго.

Шон О’Махони: «Ринго в своём поместье устроил настоящий бар под названием “Летящая корова”».

30 мая 1966 г.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В США поступил в продажу сингл с песнями «Автор бестселлеров» (Paperback Writer) и «Дождь» (Rain)».

Из дневника Альфа Бикнела: «Затратил некоторое время на поиски подарка для Марка на его день рождения. Купил ему большую пожарную машину, потому что они ему нравятся, особенно, те звуки, которые они производят. Полагаю, завтра он будет носиться с ней вокруг дома».

29 мая 1966 г.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Битлы провели ещё один день в гостиничном номере Боба Дилана в Мэйфэр».

Из дневника Альфа Бикнела: «Снова к Бобу. Это уже вошло в привычку. Забавно, что каждый из парней общается с ним по-разному. Я имею в виду, что у Риччи нет ничего общего с Бобом в музыкальных пристрастиях, и всё же они ладят очень хорошо. Джорджу хотелось посидеть с Бобом играя и напевая, в то время как остальные тоже общаются каждый по-своему».

28 мая 1966 г.

(суббота)

Из дневника Альфа Бикнела: «Провел вечер в компании парней и Боба Дилана, смотрели один из его фильмов. Они с Джоном ладят очень хорошо, хотя Джон относится к Бобу почти как к Богу. По всему видно, что он считает, что Боб – это лучшее, что было придумано после нарезного хлеба (прим. – обиходная фраза в английском языке в том смысле, что лучше и не бывает)».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Битлы провели день в гостиничном номере Боба Дилана за просмотром фильма «Не оглядывайся» Пеннебейкера (прим. – фильм был снят в 1965 году во время концертного тура по Англии)».

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Помню один случай. Я любил Боба Дилана, да и всё ещё люблю. Когда он приехал в «Мэйфэр», то все Битлы пришли к нему в начале вечера, чтобы посмотреть фильм с его участием. Помню, как Дилан с довольно ликующим видом съехал вниз по лестнице, размахивая фотографией. Он сказал: «Альф, Альф», а в руке держал фотографию, где я на сцене, мчусь через сцену в «Коу Пэлэс» в Сан-Франциско. Он был был в приподнятом настроении и весьма довольный всем этим, и мне было очень приятно, что Боб Дилан помнил обо мне».

27 мая 1966 г.

Боб Дилан: «Когда я был недавно в Лондоне, то останавливался в доме у Леннона. Видели бы вы всё, что он накупил: лимузины, чучело гориллы, тысячи каких-то безделушек в каждой комнате – наверное, на это потрачено целое состояние! Я вернулся домой и стал думать: зачем ему нужны все эти вещи? Я понял, что денег у меня достаточно, чтобы накупить такой же хлам, но зачем мне всё это? Я подумал, а как я буду себя чувствовать, сидя на этой куче барахла? Так вот, я тоже накупил массу всяких вещей, натащил их в свой дом – и что же? А ничего!»

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В этот день Джон Леннон появился в качестве гостя в документальном фильме Пеннебейкера о турне Боба Дилана в Великобритании. Джон и Дилан были сняты на заднем сиденье лимузина, который забрал Джона в Уэйбридже. Видеозапись показала, что оба певца, особенно Боб, страдали от побочных эффектов недавнего приёма наркотиков».

Донн Алан Пеннебейкер (режиссёр-документалист): «У них изначально были необычные отношения. В этой сцене они как будто пытались придумать для меня что-то забавное, но в то же время делали это друг для друга».

Джордан Рантаг (журнал «Роллинг Стоун», 2016): «Выражаясь вежливым языком, объединённые усилия этих мастеров слова мирового класса обязаны не столько остроумию Оскара Уайльда (прим. – ирландский писатель и поэт, один из самых известных драматургов позднего Викторианского периода, одна из ключевых фигур эстетизма и европейского модернизма), сколько дикому потоку сознания Джеймса Джойса (прим. – ирландский писатель и поэт, представитель модернизма). Менее тактичные люди назвали бы это невнятной болтовнёй под действием наркотиков. При этом Дилан выглядит особенно подшофе».

Донн Алан Пеннебейкер (режиссёр-документалист): «Это нельзя было назвать разговором в буквальном смысле. Дилан был настолько вне себя и в таком ужасном состоянии, что я не думаю, что он помнил, что говорил».

Джордан Рантаг (журнал «Роллинг Стоун», 2016): «Их совершенно лишённый логики диалог больше напоминает дадаистский юмор (прим. – дадаизм или дада – авангардистское нигилистическое движение в начале 20-го века, по большей части сопровождающее свои произведения ругательствами и сомнительным юмором), который нужно увидеть, чтобы в него поверить, но который никогда не понять полностью. Они обсуждают темы, почему англичане победили Гитлера во Второй мировой войне (ответ: река Темза), тоски по дому, бейсбольных игр и фигур современной музыкальной сцены, включая «Мэмэс энд Пэпэс», Джонни Кэша, английскую фолк-рок-группу под названием «Силки» и коллег по группе Леннона.

Пожалуй, единственное, что на протяжении всего разговора остаётся неизменным – это жалобы Дилана на приступы тошноты. «О господи, я не хочу, чтобы меня здесь стошнило, – стонет он, сгибаясь пополам от боли. – Что, если меня вырвет в камеру? Я уже сделал всё остальное на эту камеру, чувак. Меня может просто стошнить». Леннон безжалостно жёстко, но с любовью, поддразнивает его, произнося экспромтом текст телевизионной рекламы: «Ты страдаешь от боли в глазах, лба в складках, или вьющихся волос? Прими “Зимдаун”! Давай, давай, мальчик, это всего лишь фильм. Возьми себя в руки». Дилан слишком сильно страдает, чтобы ответить».

Джон: «Мы оба имели в жизни всё, оба сидели на грёбаной дури со всеми этими нарками вокруг. Я до жопы был встревожен. В фильме я просто всё время болтаю и комментирую, как происходит, когда находишься под кайфом или вдрызг пьяный. Я не спал всю ночь. Мы были самонадеянными умниками, и это было ужасно. Но это был его фильм и проблема для меня. Это был его фильм. Я был на его территории, поэтому так нервничал. Беспокойство появилось с того момента, как Дилан попросил меня сняться в фильме. Я подумал: «Нахер нужно? Зачем? Он хочет меня поставить на место?». Но я прошёл через всю эту ужасную ситуацию».

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Джон Леннон и Боб Дилан (оба в солнцезащитных очках) сидят на заднем сидении, за рулём Том Кейлок, на переднем сидении кинооператор. Боб Дилан, по-видимому, под воздействием какого-то препарата. Оба артиста разговаривают в странной, несвязной манере, которую порой трудно понять».

Боб Дилан: Вы записали номер дубля? Хм? Нет, ты должен это сделать, ты должен это сделать.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Нет, нет, нет, ты – это повторный.

Джон Леннон: Нет, запомни, им просто нужна табличка с текстом, не так ли?

Пеннебейкер (режиссёр): Мы могли бы дать Дилану мегафон.

Боб Дилан: Эй, я уже много раз видел эту табличку!

Пеннебейкер (режиссёр): Да, но ты всегда видел это в конце, не так ли?

Боб Дилан: (глядя в окно машины) Вот и могучая Темза. Вот что удержало Гитлера.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Что?!

Боб Дилан: Могучая Темза. Да! Я п… это сказал Уинстон Черчилль. (обращаясь к водителю Тому Кейлоку) Том, разве не так?

Том Кейлок (водитель): Ага.

Боб Дилан: Разве это не так, Том?

Том Кейлок (водитель): Определенно! Определенно так.

Боб Дилан: Том, я думаю, что переименую тебя в Тайрона Пауэра (прим. – американский актёр). Это вопрос времени. Я вижу, мне просто нужно…

[разрыв записи]

Джон Леннон: Вырезано! Скажешь это ещё раз, Боб?

Боб Дилан: Том?

Том Кейлок (водитель): Ага?

Боб Дилан: Думаю, переименую тебя в Рональда Коулмана…

Джон Леннон: Так лучше, однако.

Боб Дилан: …Реджинальд Янг… (прим. – американский музыкант)

Джон Леннон: Это намного лучше, намного лучше.

Боб Дилан: …и Пити Уитстроу. Плюс Сонный Джон Эстес, чувак (прим. – американские музыканты).

Джон Леннон: О, это здорово.

Боб Дилан: …выглядит как Роберт Джонсон (прим. – американский певец), а учится в медицинской школе, как Дж. Кэрролл Нэш (прим. – американский актёр).

Джон Леннон: Джонни Кэш (прим. – американский певец), и все остальные.

Боб Дилан: Да, в моем фильме есть Джонни Кэш. Ты… ты обосрёшься, чувак.

Джон Леннон: Что, правда?

Боб Дилан: Ты обосрёшься, когда увидишь. Не веришь?

Джон Леннон: Слышали это, детки? Джон снова обосрётся!

Пеннебейкер (режиссёр): У нас как бы программа для семейного просмотра. Попытайся это не забывать, хорошо?

Боб Дилан: Он не в курсе.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Ну да, знает.

Боб Дилан: Он не знает! Он не знает, он… знаете, что он выглядит прямо как Джонни Кэш?

Джон Леннон: Мм.

Боб Дилан: Ты много провёл с ним времени? Он двигается так…

Джон Леннон: Нет.

Боб Дилан: Он двигается очень… как, чувак, когда он двигается… Эй, ты должен вырезать эту часть из фильма, чувак, потому что он мне очень нравится. Он славный чувак. Я имею в виду, что он двигается, как все крутые чуваки – все крутые чуваки так двигаются, как профессиональные боксёры.

Джон Леннон: Старина Джонни!

Пеннебейкер (режиссёр): Все крутые чуваки?!

Боб Дилан: Джонни…

Джон Леннон: Джонни! Большая река, большая река! (прим. – название песни Джонни Кэша, выпущенная в 1958 году).

Пеннебейкер (режиссёр): Это тоже в пользу Джонни!

Джон Леннон: Это какой-то фильм…

Боб Дилан: Да, он… он снимается в фильме. Он невероятный…

Джон Леннон: Замечательный парень, да?

Боб Дилан: Отличный парень, Джон.

Пеннебейкер (режиссёр): Победитель!

Боб Дилан: Вот блин, ты же должен был быть здесь вчера вечером, Джон! Должен был… ты должен был быть здесь вчера вечером. Эй, сегодня вечером… эй, сегодня вечером уже сложно.

Джон Леннон: Да ну, Боб?

Боб Дилан: Ага. Сегодня вечером уже сложно. Хотел бы я говорить по-английски, чувак.

Джон Леннон: Я тоже, Бобби. Ха, ха.

Боб Дилан: (указывая на Леннона) Он может говорить по-американски. Говорить по-американски. (обращаясь к Тому) Эй, Том, ты же слышал, как я говорю по-английски, не так ли?

Джон Леннон: Эй. Пол может говорить по-американски. Кто-нибудь хочет сигарету?

Боб Дилан: Но я никогда не смогу сделать это на уровне Джона, потому что (делая жест рукой) Джон такой… Джон великий актёр, чувак, так что я не могу…

Пеннебейкер (режиссёр): Сегодня утром мы открыли самую большую пару плохих актёров в Лондоне. Только взгляните на это.

Боб Дилан: У тебя есть, э…

Джон Леннон: Никому не надо сигарету?

Боб Дилан: Это всё ещё могучая Темза, Том?

Пеннебейкер (режиссёр): Ты должен был увидеть вчера вечером, ты должен был увидеть, Джон – глядя в объектив на расстоянии дюйма, спрашивая: «Что там внутри?»

Боб Дилан: Кто, я или Робби?

Пеннебейкер (режиссёр): «Кто там внутри?» Около пяти утра. Москва.

Боб Дилан: Ээ, знаете, что у них было – да. Я… ну, я собираюсь показать ему это. Я покажу ему весь фильм, когда мы его сделаем…

Пеннебейкер (режиссёр): Никто никогда не увидит этот фильм целиком.

Боб Дилан: Нет…

Пеннебейкер (режиссёр): …потерять над собой контроль!

Боб Дилан: Эй, ту часть, которую мы решили использовать…

Джон Леннон: Да, давай поговорим об этом, а? Э, да.

Боб Дилан: Те части… часть, которую мы решили использовать, материал, который я… я отправлю ему, он единственный чувак, что…

Джон Леннон: Да, я думаю, это классно, здорово.

Боб Дилан: Что? Ой, извини, ладно. Позволь мне… эй, но я имею в виду, я просто возьму… Я просто возьму…

Джон Леннон: Свист.

Боб Дилан: Ты…

Бобби Нойвирт (звукооператор): Просто скажи ему, чтобы он свистнул.

Боб Дилан: У тебя было… это то, из-за чего я разозлился. Я не злился на… фильм. Ты сказал… вы сказали… ты помнишь, что мне сказал?

Джон Леннон: Нет.

Боб Дилан: Когда я включил тебе те плёнки?

Джон Леннон: Нет, а что?

Боб Дилан: Что я включил тебе те плёнки? Я тебе это скажу… я тебе это скажу позже. Я просто… я только что получил…

Джон Леннон: Скажи это сейчас!

Боб Дилан: Ээ. Помнишь, ты сказал мне… я включил тебе эту песню, и ты сказал что-то о том, что это должно быть в… Я тогда не понял, Робби мне сказал.

Джон Леннон: Хорошая работа, Бобби!

Боб Дилан: Ты сказал, что это должно быть в… в вашей издательской компании. Как она называется? Эта ваша… ну, ваша издательская компания?

Джон Леннон: Э, издательская компания!

Боб Дилан: Да, а как она называется?

Джон Леннон: Дик Джеймс?

Боб Дилан: Нет-нет… Это же не название? Дик Джеймс? Я слышал не это название.

Джон Леннон: «Северные песни»?

Боб Дилан: Точно, именно так.

Джон Леннон: А, ты это имеешь в виду…

Боб Дилан: Верно, верно. «Это должно быть на северных песнях». И я спросил, что… я спросил: «Что такое северные песни?» А мне так не ответили, чувак. Мне нужно было узнать.

Джон Леннон: Разве тебе не ответили?

Боб Дилан: Нет, чувак, ты мне не ответил. Ты сказал, что это должно быть на северных песнях и… все… знаешь, парочка… ты засмеялся, а Пол Маккартни посмотрел в другую сторону… заговорил с Ринго…

Джон Леннон: А Мик Джаггер поднял глаза, и он… дурь стряхнулась с его лица, и…

Боб Дилан: Мик Джаггер поднял глаза и высморкался.

Джон Леннон: …Роб Рой ворвался в комнату в большом килте и воскликнул: «Эй, Бобби, ты слышал это?»

Боб Дилан: Ты должен жить… ты должен жить в Техасе, чувак. Тебе нужно жить в Техасе.

Пеннебейкер (режиссёр): Надо подумать об этом. Пока я переберусь сюда.

Джон Леннон: Э, скажи мне, Боб…

Боб Дилан: Я читал в газетах, что Джордж Харрисон много времени провёл в Штатах. Ты бы многому научился у Джорджа.

Джон Леннон: Расскажи мне о «Мэмэс энд Пэпэс», Боб. На мой взгляд ты их сильно поддерживаешь, и они замечательные, да?

Боб Дилан: Я знал, что до этого дойдёт. Я знал, что до этого дойдёт.

Джон Леннон: Я полагаю, что ты их поддерживаешь.

Боб Дилан: Нет. Тебя просто интересует та большая цыпочка, верно? (прим. – речь идет о Кэсс Эллиот, получившей из-за своей полноты прозвище «Мама Кэсс») Она тоже на тебя запала. Она западает на всех, кого я знаю. Все спрашивают меня об одном и том же, и я понимаю, что они имеют в виду!

Джон Леннон: Разве это не чудесно? Ты понимаешь, э… ты понимаешь, ты понимаешь…

Боб Дилан: Они ужасны, чувак. Они ни на что не годны.

Джон Леннон: Рал Доннер? Ещё один великий (прим. – американский певец).

Боб Дилан: Кто? Нет, я знаю только малоизвестных. Нет, сэр.

Джон Леннон: Барри Макгуайр – великий герой войны (прим. – американский певец и автор песен).

Боб Дилан: Барри Макгуайр? Он твой близкий друг, Джон, насколько я знаю.

Джон Леннон: Он… мы… он познакомился со мной через тебя, Боб, помнишь? Ты сказал: «Вот отличный кореш, Сержант Барри».

Боб Дилан: Ха-ха-ха! Да, да, да, Джон. Вспомнил. О, Боже. Я был уверен, что ты… я был уверен, что ты имел в виду кого-то другого в… в…

[разрыв записи]

Боб Дилан: Ладно, стоп!

Джон Леннон: Боб снова забыл свои реплики.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Вырезать. Сними это снова.

Джон Леннон: Вырезать. Снимите это ещё раз, извини, Боб. Он выглядит так естественно, но на самом деле трясётся, как лист.

Пеннебейкер (режиссёр): К сожалению.

Джон Леннон: Хорошо, тогда начинайте снова!

Боб Дилан: Нет, это просто… это просто… э… ну, мне без разницы.

Джон Леннон: Нет. «Чёрт бы их всех побрал, чёрт бы их всех побрал…»

Боб Дилан: Так, расскажи мне о С… «Силки» (прим. – английская группа, часто исполняла каверы песен Боба Дилана; в 1965 году подписала контракт с Брайеном Эпстайном).

Джон Леннон: Нет, я не буду о них говорить!

Боб Дилан: Расскажи мне… о, у меня в боку заболело!

Джон Леннон: Ну, я не п… э, я… (произносит на французском языке) «встаю в семь».

Боб Дилан: Расскажи об этой боли у меня в боку, а также о «Силки», пока вы ими занимаетесь.

Джон Леннон: Нет, если мы собираемся продолжать… мы делали это для… мы всё равно пропустили всё классное, начиная с… может тебе принять что-нибудь?

Боб Дилан: Э, я уже принял… я принял пару… я уже принял несколько миллиграммов «Силки».

Джон Леннон: Ты получил товар с нагрузкой, ты получил товар с нагрузкой?

Боб Дилан: Это не помогло, чувак.

Джон Леннон: Тут я ничем не могу помочь… направлен на меня, знаешь. Отверни от меня, отверни от меня. О, ещё двадцать минут?

Боб Дилан: Нет, это… мы в десяти минутах, не так-ли?

Пеннебейкер (режиссёр): Совершенно верно.

Боб Дилан: Ты из этого получаешь духовную силу? Смотри, где он это взял.

Пеннебейкер (режиссёр): Многие президенты… многие президенты вышли из такой среды.

Джон Леннон: Что ж, Боб! Эээ, Барри Макгуайр, мы говорили, верно.

Боб Дилан: Барри Макгуайр.

Джон Леннон: Ты сейчас об этом.

Боб Дилан: Хорошо. Барри Макгуайр, э… сказал мне, что он твой хороший друг.

Джон Леннон: Ну, я… мне не хотелось бы говорить это о Барри, Боб. Или Бобби? К сожалению… я совсем его не знаю, лично.

Боб Дилан: Ага.

Джон Леннон: Но у меня было письмо от его менеджера, в котором говорилось, что он был очень-очень близок с тобой, находясь в своего рода начале нынешнего бума фолк-рока. Понимаешь, это… на данный момент…

Боб Дилан: Да, да, я это знаю.

Джон Леннон: Это первое, что я услышал о самом Барри.

Боб Дилан: Но ты… ты… ты никогда толком не переписывался…

Джон Леннон: Э, ты упустил…

Боб Дилан: Ты никогда не… ой-ой, возьми…

Джон Леннон: Болтуны.

Боб Дилан: …двое влюблённых вон там. Ты никогда, никогда не знал его, как, знаешь, как если кто-то спросит тебя, да, Джон, один из твоих друзей спросит тебя, ты никогда не встречал этого парня. Ха ха. Не могу смотреть.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Ты бы видел себя по телевизору!

Боб Дилан: Я не могу… он хуже меня… о, он ужасен. Он ужасен, чувак. Он намного хуже меня.

Джон Леннон: Нет, совсем, совсем, совсем.

Боб Дилан: Нет, блин, ты злой.

Джон Леннон: Ерунда. Я никогда не использую это слово, ерунда. Ерунда.

Боб Дилан: Это выдаёт тебя, чувак.

Джон Леннон: Почему бы тебе не сделать… вместе с этим, и тогда мы получим… [напевает мелодию] Щёлк щёлк щёлк! Настоящая жизнь, настоящая жизнь!

Боб Дилан: Это конец?

Пеннебейкер (режиссёр): Десять минут.

Боб Дилан: Прибыли, ага?

[разрыв записи]

Боб Дилан: Я хочу вернуться домой.

Бобби Нойвирт (звукооператор): И посмотреть бейсбольный матч.

Боб Дилан: О, да, я хочу вернуться домой, чувак. Там, откуда я родом, у нас играют в бейсбол. Бейсбол, у нас есть круглосуточное телевидение. Я родом из райской страны, чувак. Вот откуда я приехал.

Джон Леннон: Звучит здорово.

Боб Дилан: Ну, я… я, может быть, не тот, кто… действительно придаёт этому правильное значение, чувак. Другие могут сделать так, чтобы это звучало так здорово, что у тебя даже не было бы возможности… сказать. Хм. Ну… я получил… я… я… не понимаю. Эй, знаешь, мне очень нехорошо, чувак. Я рад, что всё закончилось! Потому что здесь мне очень нехорошо.

Джон Леннон: …долго вот так, знаешь…

Боб Дилан: Я не недооцениваю…

Джон Леннон: С дрожью.

Пеннебейкер (режиссёр): Серьёзный случай.

Боб Дилан: Я имею в виду, э, ты здесь заболел?

Пеннебейкер (режиссёр): Нойвирт болел около недели, периодически.

Боб Дилан: Чем, гриппом?

Бобби Нойвирт (звукооператор): Нет.

Пеннебейкер (режиссёр): Думаю, депрессией.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Депресс-чего?

Пеннебейкер (режиссёр): Меланхолией.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Мелиндой.

Пеннебейкер (режиссёр): Это что-то вроде дыни.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Дынька-соглашалка.

Джон Леннон: Просто чтобы сохранить тебе жизнь. Не хочу, чтобы он стал слишком мёртвым, понимаете, лондонская сцена. О, всё так.

Пеннебейкер (режиссёр): Это то, что они видели.

Боб Дилан: Кто видел?

Джон Леннон: Это видела улица. Красивое зрелище.

Боб Дилан: Так, не тащи это в машину, что бы ты сейчас ни делал.

Пеннебейкер (режиссёр): Я перестану, чувак. Я трогаюсь.

Боб Дилан: Уже приехали? Хорошая попытка! Он учится как…

Джон Леннон: О. Веселуха! Показываем вам закрученный сюжет! Прости, чёрт побери, чувак, ты пропустил это!

Пеннебейкер (режиссёр): Я пропустил чёртов грузовик.

Джон Леннон: И банкирский.

Боб Дилан: Почему бы тебе не вернуть это, холодно.

Пеннебейкер (режиссёр): Пойдёт снег!

Боб Дилан: Ээ. Как далеко мы от отеля, Том?

Том Кейлок (водитель): Пять минут.

Боб Дилан: Ого.

Джон Леннон: Разрешаю, посадку, Том.

Том Кейлок (водитель): Конец связи.

Боб Дилан: Ну…

Пеннебейкер (режиссёр): Можешь сказать это ещё раз, Том?

Том Кейлок (водитель): Спасибо, отбой, принято.

Джон Леннон: Чуть глубже.

Боб Дилан: Эй, нет… не снимай всё это, но я просто… [разрыв записи] О, Боже, чувак. Я не хочу, чтобы меня здесь стошнило… если меня вырвет на камеру?

Пеннебейкер (режиссёр): Что?!

Боб Дилан: Я уже сделал всё на эту камеру, чувак. Только что не блевал на неё.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Было бы прикольно, чувак! Первая вещь по утру.

Пеннебейкер (режиссёр): Было бы славно… славное окончание, не так ли? Смогли бы использовать это как утреннее шоу.

Боб Дилан: Но меня никогда не тошнило.

Пеннебейкер (режиссёр): Мы назовём это: «Готовим с Диланом». «Что увидел ночной горшок».

Бобби Нойвирт (звукооператор): Пожалуйста, не блевани в мою сторону.

Пеннебейкер (режиссёр): «Что грёбаный горшок увидел!» О, гляньте, какой он зелёный. То, что надо.

Боб Дилан: Так, скажи мне, Джон, как долго ты сотрудничаешь с Мэйси?

Джон Леннон: Эээ, Мэйси, ээ… с самими братьями Мэйси, у нас было партнёрство около тринадцати лет, четырнадцать, наверное.

Боб Дилан: Ага. Ты просто как новый поклонник джайва, юнец?

Джон Леннон: Я вроде как дедушкин корень…

Боб Дилан: Из Канады, да?

Джон Леннон: Из Канады? Да, блестяще-сверкающий Квебек, знаешь. Разрази его гром.

Боб Дилан: Я знаю, что ты…

Джон Леннон: Ты это знаешь.

Боб Дилан: Да ну?

Пеннебейкер (режиссёр): Что скажешь, если я вырежу…

Боб Дилан: Чёрт, лучше заткнись…

Джон Леннон: Знаешь, это не похоже на дом.

Пеннебейкер (режиссёр): И плохая погода.

Джон Леннон: Клёво.

Боб Дилан: Как далеко мы сейчас, Том?

Том Кейлок (водитель): Две минуты. Торнадо на обратном пути?

Боб Дилан: Да, я знаю! Поспеши!

Том Кейлок (водитель): Хорошо.

Джон Леннон: Поторопись, Том.

[звук рвоты]

Джон Леннон: Я снова буду трахаться на камеру?

Бобби Нойвирт (звукооператор): Примерно через пятнадцать секунд в эфир выйдет Би-Би-Си 2, примерно через пятнадцать секунд – интервью с мистером Диланом. Мистер Дилан, вы должны помнить меня с Ямайки, я ходил в школу с вашим приятелем, Уодли-Бен-Ведли-Бен-Ведли-Бен-Ведли.

Джон Леннон: Задавим фермера.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Немного соул, детка.

Боб Дилан: Не делай этого со мной, чувак.

Пеннебейкер (режиссёр): Тебе это нравится.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Все эти братья по крови из «Би-Би-Си» будут там. «Хорошие парни Би-Би-Си»! Они встретят вас в аэропорту.

Пеннебейкер (режиссёр): Плохие парни «Би-Би-Си» ждут вас там.

Бобби Нойвирт (звукооператор): Клайв Дабл-ви! В последний раз, когда рано утром я был с вами в машине, я, кажется, помню, что мы проехали по городу на велосипеде. Возможно, что это было моё воображение. Но движение казалось замедленным.

Джон Леннон: Велосипед, велосипед. Ты страдаешь от боли в глазах, лба в складках, или вьющихся волос? Прими «Зимдаун»!

Пеннебейкер (режиссёр): Зимдон? Доктор Менто! Что ты видишь? Что ты видишь, доктор Менто?

Боб Дилан: Ой, не делай этого… нет, чувак. Подожди минутку.

Джон Леннон: Ну же, мальчик, это всего лишь фильм. Давай, соберись, возьми себя в руки. Есть несколько долларов, а? Это взбодрит тебя. Давай, давай, деньги, деньги!

Боб Дилан: Ха-ха-ха. Ну где ты, Том?

Том Кейлок (водитель): А?

Бобби Нойвирт (звукооператор): Мы в Шервудском лесу, Роб. Брат Тук (прим. – компаньон Робин Гуда).

Боб Дилан: Пожалуйста, поезжай в отель.

Том Кейлок (водитель): Да, мы сейчас на пути домой. Прямо сейчас…

Бобби Нойвирт (звукооператор): Сколько здесь над уровнем моря?

Том Кейлок (водитель): Две тысячи футов. Погодные условия…

Бобби Нойвирт (звукооператор): У вас 20-минутная задержка.

Джон Леннон: Что это?

Донн Алан Пеннебейкер (режиссёр-документалист): «После поездки Леннону пришлось помочь своему музыкальному товарищу добраться до номера в отеле, где Дилан выполнил обещание промыть свои кишки».

Из дневника Альфа Бикнела: «Забрал Пола и Нила, чтобы отвезти их в клуб «Долли» на встречу с Бобом Диланом, который недавно прилетел в город».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В сопровождении Кита Ричардса и Брайана Джонса, Пол и Нил Аспинал отправились в клуб «Долли» на Джермин-стрит, чтобы встретиться с Бобом Диланом. После этого они все вернулись в номер Дилана в отеле «Мэйфейр», чтобы послушать пробные копии записей с его последних сессий».

Из дневника Альфа Бикнела: «Позже мы все направились в «Мэйфэр», чтобы снова с ним увидеться перед его вечерним концертом».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Позже тем же вечером Джон с Джорджем присутствуют на концерте Дилана в Альберт-холле. Во время концерта часть аудитории неодобрительно освистала Дилана, когда он во второй половине выступления взял электрическую гитару и при поддержке группы «Бэнд» исполнил композиции в стиле рок-н-ролл».

Из дневника Альфа Бикнела: «Сегодня было довольно странное событие, потому что большому количеству поклонников не понравилось, что он начал играть на электрогитаре».

Барри Фейнштейн (фотограф): «Он перешел в электричество и сделал то, что хотел. Его расстраивало, что многие люди не врубались в это. В Шотландии один поклонник даже ударил его. Но Дилан верил в то, что делал и шел вперед, каждый раз готовя новую программу».

Стивен Дэйвис (автор книги «Время собирать камни»): «Играя во второй части своих выступлений электрический рок на фоне гигантского американского флага, Дилан на протяже­нии почти четырёх месяцев подвергался хуле как изменник и Иуда. Люди, демонстрируя своё негодование и отвращение, забрасывали сцену различными предметами. Преданные поклонники умоляли его избавиться от группы, но Дилан их игнорировал. Его концерты неизменно завершались электрическими версиями «Баллада о худом человеке» (Ballad of a Thin Man) и «Как перекати-поле» (Like A Rolling Stone) на фоне массового исхода публики».

Из дневника Альфа Бикнела: «Хороший концерт, Джону с Джорджем понравилось».

Журнал «Лайф»: Новое сумасшествие на дискотеках.

26 мая 1966 г.

Ричард Алдерсон (продюсер записи Боба Дилана): «Битлы любили Дилана. Во время пребывания в Лондоне мы с Бобом были с ними в одной из их квартир, где вместе тусовались. В тот день мы слушали альбом «Любимые звуки» (Pet Sounds) «Бич Бойз». Потом я попросился поехать с ними на Эбби-Роуд, чтобы посмотреть, как записываются в Великобритании».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Запись песни «Жёлтая подводная лодка» (Yellow Submarine)».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00–1:00. Студия 3 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Звукоинженер: Джефф Эмерик».

Из дневника Альфа Бикнела: «В студии мы поздравили Мэла и Лил с рождением у них дочери, вручив им открытку, подписанную всеми нами. После этого Мэл был отпущен к Лил на всё время до начала гастролей».

Пол: «Я написал её однажды вечером в мансарде дома Эшеров, когда лежал в постели. Это было то замечательное время сумерек, когда погружаешься в сон или когда просыпаешься. Мне всегда казалось, что это довольно расслабленное время, когда ты почти спишь, когда ты освободился от забот дня, и наступает короткий промежуток времени состояния неопределённости перед тем, как погружаешься в сон. Помню, как мне пришла мысль, что детская песня была бы неплохой идеей, и появились образы, пришёл жёлтый цвет, пришла подводная лодка, и я подумал: «Ну, в этом есть что-то милое, как в игрушке, очень по-детски, жёлтая подводная лодка».

Я подумал об этом как о песне для Ринго, как в итоге и получилось, поэтому я написал её как не слишком требовательную к вокалу. Я просто придумал довольно простую мелодию, а затем начал сочинять историю, как бы от лица бывалого опытного моряка, который рассказывает маленьким детям, где он жил и как он был, когда плавал в жёлтой подводной лодке. Мне очень нравится то, что связано с детством. Мне нравится детское мышление и воображение. Также мне не показалось, что будет не круто, если сюрреалистическая идея будет одновременно детской. Ещё я решил, что, раз Ринго так хорошо ладит с детьми – типа такого простого дядюшки, – то было бы неплохо, чтобы у него была детская песня, а не очень серьёзная. Он не очень любил петь.

Так что в значительной степени это моя песня, написанная для Ринго в тот непродолжительный момент сумерек. Полагаю, что Джон помог. С текстом в той или иной степени не ясно, но припев, мелодия и куплеты в целом – мои».

Джон: «Ребёнок Пола. Пол написал запоминающийся припев. Донован помогал с текстом. Я тоже помогал с текстом. Идея Пола, название Пола – так что я считаю её песней Пола написанной для Ринго».

Донован Литч (шотландский музыкант, певец, автор песен и гитарист): «Я помог Полу с текстом для песни «Жёлтая подводная лодка» (Yellow Submarine). Он приехал ко мне домой, оставив свой «Астон Мартин» посреди дороги с открытыми дверями и включённым радио. Он вышел из машины, зашёл ко мне в квартиру и сыграл «Элеонор Ригби» с другим текстом, а также сказал, что у него есть ещё одна песня, в которой отсутствует куплет. Это был очень короткий фрагмент, и я просто ушёл в другую комнату и подобрал «голубое небо, зелёное море». Они всегда просили других помочь с парой строк, поэтому я помог с этой строчкой. Он знал, что мне нравятся детские песни, и знал, что я смогу помочь. Уверен, что он смог бы написать эту строчку сам, но полагаю, хотел, чтобы кто-то добавил эту строчку, что я и сделал. На самом деле не было ничего существенного, но ему понравилось, и она осталась».

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Поскольку песня «Элеонор Ригби» была закончена и аранжирована для струнного октета в конце апреля, должно быть, это произошло в начале месяца или в конце марта».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Предоставление Ринго песни для любого из альбомов «Битлз» никогда не было приоритетной задачей. Иногда для него выбирали кавер-версию для исполнения, иногда он сам делал выбор, а иногда Джон и/или Пол сочиняли песню специально для него. Когда это был третий вариант, композиция, по общему признанию, никогда не была такого же калибра, который они бы исполнили сами, и определенно не того уровня, который был бы приемлем для выпуска в качестве сингла. Время, проведённое в студии для записи песни, тоже всегда было минимальным. Получавшийся в результате трек для Ринго размещался где-нибудь на альбоме, чтобы удовлетворить требования поклонников, желающих услышать своего любимого Битла.

Кто бы мог подумать, что авторский дуэт Леннон-Маккартни сочинит для Ринго такую песню, которая будет сочтена достаточно хорошей для выпуска в качестве сингла. Воодушевление во время записи песни было большим (вполне возможно, что и в химическом смысле), и было потрачено много времени на то, чтобы записать её должным образом. Были даже приглашены друзья и близкие (прим. – 1 июня 1966), чтобы они помогли в процессе записи. Результатом станет единственный британский сингл «Битлз», в котором Ринго выступил в качестве ведущего вокалиста, трек, с которым исполнитель навсегда останется безоговорочным «претендентом на славу». И поскольку песня в итоге станет главной в их успешном мультфильме «Жёлтая подводная лодка», то, вероятно, это останется как самое примечательное достижение Ринго».

Ринго (1966): «Джон с Полом написали песню, которая, по их мнению, мне подходит, но если я не справлюсь, то нам, возможно, придётся найти ещё одну какую-нибудь песню в стиле кантри-вестерн».

In the town where I was born,  В городе, где я родился,

Lived a man who sailed the sea,  Жил человек, который ходил в море

And he told us of his life,  И рассказывал нам о своей жизни,

In the Land of Submarines.  В мире подводных лодок.

So we sailed on the sun,  Итак, мы плыли к солнцу,

Till we found the sea of green,  Пока не нашли зелёное море,

And we lived beneath the waves,  И мы жили под волнами,

In our Yellow Submarine.  В нашей жёлтой подводной лодке.

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.

And our friends are all aboard,  И на борту все наши друзья,

Many more of them live next door,  Многие из них живут по соседству,

And the band begins to play.  И оркестр начинает играть.

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.

Full steam ahead, Mister Boatswain, full steam ahead,  Полный вперёд, мистер Боатсуэйн, полный вперёд,

Full steam ahead it is, Sergeant,  Есть полный вперёд, сержант,

(Cut the cable, drop the cable)  (Отдать концы, бросить кабель)

Aye-aye, sir, aye-aye,  Есть, есть, сэр, есть, есть,

Captain, captain.  Капитан, капитан.

As we live a life of ease,  Поскольку живём мы лёгкой жизнью,

Every one of us (every one of us),  У каждого из нас (у каждого из нас),

Has all we need (has all we need),  Есть всё, что нам нужно (есть всё, что нам нужно),

Sky of blue (sky of blue),  Голубое небо (голубое небо),

And sea of green (sea of green),  И зелёное море (и зелёное море),

In our yellow (in our yellow),  В нашей жёлтой (в нашей жёлтой),

Submarine (submarine, aha).  Подводной лодке (подводной лодке, ага).

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.e.

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.

We all live in a Yellow Submarine,  Мы все живём в жёлтой подводной лодке,

Yellow Submarine, Yellow Submarine.  Жёлтой подводной лодке, жёлтой подводной лодке.

Пол: «Нас забавляли маленькие грамматические хохмы. Должно было быть так: «У каждого из нас есть всё, что ему нужно» (Everyone of us has all he needs), но Ринго превратил это в: «У каждого из нас есть всё, что нам нужно» (Everyone of us has all we need). Так это вошло в песню. Это неправильно [грамматически], но это здорово. Раньше нам это нравилось».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Интересно, что в рукописном тексте Пола эта строчка вычеркнута, и чьей-то рукой написано: «Мерзко!! На мой взгляд», как если бы это написал какой-нибудь школьный учитель. Можно предположить, что это Джон не одобрил такую строчку, но с чем, видимо, согласился, потому что она не только осталась на пластинке, но и сам Джон в режиме эхо озвучивает эти слова».

Стив Тёрнер (автор книги «Запись трудного дня»): «После выхода песни быстро распространился слух, что жёлтая подводная лодка была завуалированным намёком на наркотики. В Нью-Йорке капсулы с нембуталом стали называть «жёлтыми подводными лодками». Пол отрицает такие необоснованные утверждения».

Пол: «В текст не следует вкладывать больше смысла, чем в текст любой другой детской песенки. Люди спрашивают: «Жёлтая подводная лодка, что это значит? Что за этим стоит?» Ничего! Я знал, что за этим будут искать скрытый смысл, но это была просто детская песня. Дети сразу её принимают. Мне просто нравится, что её поют дети. С песней «Жёлтая подводная лодка» вся идея заключалась в том, что если когда-нибудь я увижу, что какие-то дети её поют, то цель будет достигнута».

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Всякие разговоры, ходившие потом – о психоделических картинках под влиянием наркотических галлюцинаций – совершенно неверны. Простой пример – в тексте песни нет ни одного длинного или сложного слова – всё для того, чтоб любому дитяти смысл песни был понятен. Толчком послужила поездка в Грецию, куда Маккартни ездил отдыхать. Там продавали разноцветные сахарные леденцы, которые в воду надо макать, среди этих леденцов и была жёлтая подлодка».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Когда Пол впервые сыграл песню на фортепиано, она показалась мне больше похожей на детскую песенку, чем на композицию поп-музыки, но все были в восторге и принялись за работу. Я хорошо помню, как они записывали ритм-трек песни «Жёлтая подводная лодка» (Yellow Submarine). Так случилось, что в тот вечер, когда мы приступили к работе, Джордж Мартин чем-то отравился. Поэтому он отправил свою секретаршу (и будущую жену) Джуди следить за процессом, и я полагаю, чтобы убедиться, что мы хорошо себя ведём! Она села на место Джорджа за пультом, следя за тем, чтобы у «Битлз» было всё, что они хотели, а я взял на себя управление. Отсутствие Джорджа явно произвело раскрепощающий эффект на четверых «Битлз» – они вели себя как группа школьников в отсутствии своего учителя. В результате в тот вечер было много клоунады, легкомыслия, что Джордж Мартин не потерпел бы, поэтому репетиция заняла намного больше времени, чем сама сессия».

Джон: «Мы пришли в студию и фактически живьём сделали запись».

Ричард Алдерсон (продюсер записи Боба Дилана): «Поскольку я сам был продюсером, то мне было интересно, какое они используют оборудование. Когда я гулял по студии, Леннон пошутил в свойственной ему манере: “Пришёл проверить наши провода, да?”»

Джордж: «Песня «Жёлтая подводная лодка» была написана Полом и Джоном. Правда, началось всё с того, что они по отдельности сочиняли каждый свой фрагмент. Затем один помогал другому закончить песню».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Работа над песней началась с репетиций песни, которые были записаны на две бобины, однако впоследствии большинство этих записей было стёрто».

Джордж: «Всё, что я помню, – это то, что каждый раз, когда мы с гитарами собирались у фортепиано, прослушивали её и подбирали аранжировку для записи, то все валяли дурака».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Наконец Леннон преодолел приступ смеха и взял на себя роль ответственного взрослого, который делает остальным замечание: «Сейчас 21:40, а мы всё ещё не приступили к записи!» Это, конечно, только вызвало у всех новый приступ смеха. В конце концов они успокоились и начали записывать ритм-трек».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Было записано четыре дубля ритм-трека, которые имели гораздо более длинное вступление чем то, что будет выпущено на пластинке. Джон играл на акустической гитаре, Пол на бас-гитаре, а Джордж на бубне в той части песни, которая предшествует ударным Ринго, а также где будут слова. Другим отличием аранжировки на этом этапе был полноценное повторяющееся окончание. На пластинке оно плавно затухает».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Четвёртый дубль был признан лучшим. После этого, чтобы освободить дорожки для последующих наложений, понадобилось промежуточное сведение, которое было обозначено как пятый дубль».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Затем Ринго и остальные добавили свой вокал. Скорость записи была немного замедленной, чтобы при воспроизведении их голоса звучали немного ярче».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Инструменты были записаны с немного более быстрой скоростью, поэтому при воспроизведении звук был на полтона ниже. Вокал же, наоборот, записывался медленнее, из-за чего высота звука повышалась на полтона при воспроизведении на нормальной скорости».

Ринго: «Я действительно не знаю, где они взяли идею для этой песни, я просто чувствовал, что это на самом деле интересная вещь, которую мне нужно было сделать. В то время я исполнял множество кавер-версий, или они что-то сочиняли специально для меня. Это обычно происходило так – мы работали над альбомом и после того, как три четверти было выполнено, все знали, что я буду петь одну песню. Либо я спрашивал: «У вас есть песня?», либо они говорили: «У нас есть песня для тебя», или «У нас ничего нет, а что ты сам хочешь спеть?» Так, в течение многих лет мы исполняли номера Карла Перкинса и Бака Оуэна, а потом этому пришёл конец, по большей части песни, которые я пел, писали для меня Джон с Полом.

В то время трудно было сочинить что-то своё, когда рядом с тобой Леннон и Маккартни. На самом деле это был какой-то анекдот – я приносил сочинённые мною песни, а они все катались по полу от смеха, потому что я переделывал старые хиты. У меня хорошо получалось передирать у Джерри Ли Льюиса. Вот таким был я, развивая свои таланты.

Первым испытал те же проблемы Джордж, когда показывал свои песни. Правда, это продолжалось не долго. Вскоре он начал приносить восхитительные вещи. Песня «Сборщик налогов» (Taxman) просто великолепна».

Джефф Эмерик (звукоинженер): «В какой-то момент Джон решил, что третьему куплету недостаёт некоторого разнообразия, поэтому он бросился в студию и начал отвечать дурашливым голосом на каждую из спетых строк Ринго, что я затем изменил, чтобы это звучало так, как будто он говорит через корабельный мегафон».

Джордж: «Джон говорит голосом, который звучит так, как будто кто-то говорит в мегафон или корабельный рупор, как в торговом флоте».

Джон: «Я помог сделать песню весёлой и дурашливой».

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «В конце сессии, чтобы освободить место для дальнейших наложений, было сделано ещё одно промежуточное сведение, в котором оба инструментальных трека были объединены в один, а два вокальных трека – в другой».

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «К часу ночи они закончили работу в студии».

Ричард Алдерсон (продюсер записи Боба Дилана): «После того, как работа в студии закончилась, я спросил их, не хотят ли они вернуться в отель пообщаться с Бобом? Джон с Джорджем приняли предложение и поехали со мной в отель. В машине они столько накурили травки, что стёкла запотели. Когда мы ехали, рядом с нашей машиной поравнялся небольшой родстер, окно опустилось, и мы увидели, что это был Мик Джаггер. Он был один, и, узнав машину, в которой находились Джон с Джорджем, постучал по стеклу (из которого шёл дым). Джаггер спросил, куда мы собрались.

В святилище иерархии британской музыкальной сцены было известно, что Дилан не любит Мика Джаггера. Джон это знал и поддразнил Джаггера словами: “Мы едем потусоваться в отель к Дилану. Хочешь к нам присоединиться?” Он прекрасно знал, что Джаггер найдёт какую-нибудь отмазу. И это так и произошло. Джаггер ответил: “Сейчас не могу, еду на запись”, на что Леннон сказал: “Звоните нам, если понадобится настоящая ритм-секция!”»

Стивен Дэйвис (автор книги «Время собирать камни»): «Вечером 26 мая, после съёмок в программе «Лучшие из лучших», Стоунзы, несмотря на события прошлого дня, навестили Дилана за кулисами по­сле его концерта. Всей компанией они отправились в клуб «Скотч Оф Сент-Джеймз» и здорово там нагрузились».

beatlesbible.com: «После концерта 26 мая Дилан посетил дом Леннона в Уэйбридже».

25 мая 1966 г.

Стивен Дэйвис (автор книги «Время собирать камни»): «С февраля Боб Дилан находился в мировом турне, а в конце мая приехал в Лондон, чтобы дать серию концертов в Королевском Альберт Холле. Кит [Ричардс] и Брайан [Джонс] встретились с ним в «Долли» – частном клубе в Мэйфэре. Водитель «Стоунзов» Том Килок должен был потом отвезти Дилана в его отель. Троица находилась уже в изрядном подпи­тии, когда Дилан заявил Киту, что на сегодняшний день лучшей рок-н-ролльной группой являются «Хокс» (Hawks) (прим. – группа сопровождения Боба Дилана). Ошарашенный Кит спросил: «А как же мы?». «Вы, ребята, возможно, лучшие философы, – сказал Дилан, плохо ворочая языком, – но «Хокс» – лучшая группа». Кит насупился, не проронив ни слова, а Дилан тем временем продолжал: «Знаешь, приятель, я бы мог запросто написать «(Я не могу получить) удовлетворение» ((I Can’t Get No) Satisfaction), а вот вы ни за что не написали бы «Мистер Тамбурин» (Mr. Tambourine Man). Ты понял? Подумай об этом хорошенько».

Кит пропустил ещё несколько бокалов, хорошенько подумал и, решив, что песня «Как перекати-поле» (Like A Rolling Stone) является прямым заимствованием из творчества его груп­пы, нанёс удар, нацеленный в голову Дилана и в последний момент ловко париро­ванный Килоком. Возникла небольшая потасовка. Килок схватил Дилана, выта­щил его из клуба, затолкал в автомобиль и поехал в отель «Мэйфэр». Повернув на Парк-Лэйн, он заметил, что его преследуют Кит и Брайан на «Роллс-Ройсе» по­следнего. Брайан был пьян, и его автомобиль мотало из стороны в сторону. Подъе­хав к отелю, Килок извлёк Дилана из автомобиля и втащил в вестибюль в тот самый момент, когда Брайан уже преодолел бордюрный камень и попытался протаранить вертящиеся двери».

Дилан в Лондоне.

24 мая 1966 г.

Кошка проходит мимо знака, указывающего путь к клубу «Пещера», май 1966 года.

23 мая 1966 г.

«Циркуляр» Тони Бэрроу промоутерам относительно предстоящих гастролей «Битлз» по Соединенным Штатам, 23 мая 1966 г.