4 сентября 1968 г.
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Киностудия “Туикенхем”. Съёмка рекламных фильмов композиций “Эй, Джуд” (Hey Jude) и “Революция” (Revolution)».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «“Эй, Джуд”/”Революция” был первым синглом группы, выпущенным на “Эппл Рекордз”, и для его выхода на международный рынок требовались промо-клипы. Мне, как главе “Эппл Филмз”, пришлось организовывать съёмку».
Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Первоначальная идея этого фильма была предложена режиссёром монтажа компании “Норманс Филм Продакшинз” Роем Бенсоном (прим. – в 1964 году Рой Бенсон был помощником режиссёра фильма “Вечер трудного дня”, занимался монтажом фильма “Волшебное таинственное путешествие”). Он был задуман как творческая раскадровка из 38 сцен, несомненно, похожая на современные музыкальные клипы. Рой Бенсон недавно работал с “Битлз” над их промо-фильмом “Привет Прощай” (Hello Goodbye), а также над фильмом “Волшебное таинственное путешествие”, и на этот раз он задумал что-то более сложное, на что группа сразу же согласилась. Однако, когда выяснилось, что на съёмки его замысла уйдет до трёх дней, они потеряли к замыслу интерес. План Роя Бенсона был отменен 29 августа 1968 года, когда студия “Туикенхем” была арендована для более простого исполнения песни».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «У нас не было обстоятельных обсуждений того, как снимать промо-клипы, но за пару дней до съёмок у меня на столе появилась инструкция от Пола. Она была расплывчатой и неконкретной. Я решил, что, поскольку сторона “А” была, по сути, пением, то это должно быть визуально отражено в промо-клипе, а аудитория в студии присоединится к продолжительному припеву окончания песни.
Проблема, однако, заключалась в том, что “Битлз” не хотели иметь ничего общего с обычными живыми выступлениями. К 1968 году они искренне боялись выступать перед публикой и в течение двух лет отказывались выступать вживую. Хотя их последнее концертное выступление состоялось в “Кандлестик-Парке” в Сан-Франциско, переломный момент наступил за месяц до этого, после особенно неудачных событий на Филиппинах. После недоразумения с приёмом во дворце в Маниле, “Битлз” выдворили из страны после того, как они не появились на ужине, устроенном президентом Фердинандом Маркосом и его женой Имельдой, и их ужасающий отъезд из страны стал последней каплей. Помимо постоянных опасений по поводу безопасности, живые выступления в любом случае стали бессмысленными с художественной точки зрения, поскольку в большинстве их записей после альбома “Резиновая душа” (Rubber Soul) участвовало гораздо больше музыкантов, чем ансамбль из четырёх человек. Оглядываясь назад, действительно удивительно, что они так долго выступали с концертами, хотя, конечно, их решение стать полностью студийной группой само по себе было беспрецедентным в то время.
Это не изменило того факта, что я рассматривал “Эй, Джуд” как песню, которая визуально подходила к выступлению на публике. После серьёзных раздумий мне пришла в голову идея устроить съемку в студии “Туикенхем”, чтобы группа выступила перед приглашенной публикой. Для постановки съёмок мы наняли режиссёра Майкла Линдсей-Хогга. Честно говоря, я никогда не был особым поклонником его работ, но рассудил, что он знаком с нужной подачей материала (в 1966 году он уже снял клипы “Автор бестселлеров” (Paperback Writer), “Дождь” (Rain), и был тем режиссёром, чье присутствие в студии не станет причиной конфликта самолюбий».
Майкл Линдсей-Хогг (режиссёр): «Мне позвонили из офиса “Битлз” и предложили снять для них рекламные фильмы. Думаю, это произошло потому, что я снял клип на песню “Джек-попрыгунчик” (Jumpin’ Jack Flash) для “Стоунзов”. Хотя я и работал с “Битлз” в 1966 году, сейчас был 68-й, и у Маккартни, Леннона и Джаггера были близкие отношения. Так что, полагаю, Маккартни спросил у Джаггера: “Как у вас получилось?”, и Джаггер ответил, что получилось хорошо.
Идея [видеоклипа] “Эй, Джуд” была продиктована тем, что в конце последние четыре минуты исполняются хором. Поэтому я решил, что для съёмок нам понадобится что-то ещё, кроме их самих, поющих “Эй, Джуд”. У меня была такая идея, и мы с Полом её обсудили, чтобы собрать аудиторию. Также было решено, что аудитория должна состоять не просто из молодёжи. В ней должен быть своего рода срез жизни – домохозяйки, почтальоны, дети, мамы и папы, и всё такое. Поэтому у нас получился такой состав аудитории, и это сработало очень хорошо, потому что аудитория состояла не только из подростков».
Джордж: «Мы сняли фильм с участием публики. Её собрали для съёмок композиции “Эй, Джуд”».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «Моему помощнику Тони Брэмуэллу было поручено пригласить в студию импровизированную аудиторию поклонников. Для этого их собрали буквально с улицы и отвезли их на трёх или четырёх автобусах в студию. Листовки с приглашением также раздавались в “Туикенхеме”, и Мэл собрал группу так называемых “яблочных огрызков” – поклонниц, постоянно дежурящих возле недавно приобретенного офиса на Сэвил-Роу. Тони проделал отличную работу, и в итоге у нас была аудитория с потрясающим разнообразием возрастов и национальностей».
Мэл Эванс (для журнала «Битловская книга», 1968): «В конце августа, за день до свадьбы Нила [Аспинала] и Сьюзи, меня попросили начать приготовления к съёмкам с Майклом Линдсей-Хоггом – телевизионным и кинорежиссёром, который в прошлом принимал участие во многих крупных шоу. Это был вечер четверга [29 августа]. К следующей среде нам нужно было собрать техническую команду, не менее трёхсот статистов и оркестр из тридцати шести человек. Между ними были августовские выходные, а это означало, что было трудно найти даже половину из тех людей, с которыми нам нужно было связаться, чтобы всё организовать.
Как мы собрали триста статистов? У нас было двадцать студентов, которые от нашего имени раздали пригласительные листовки. В результате были представлены самые разные слои общества – почтальоны, железнодорожники, подростки, пенсионеры. Возле студии звукозаписи я пригласил группу поклонников “Битлз”, сказав им, что мы будем рады увидеть их в студии “Туикенхем” и что они могут привести с собой нескольких друзей».
Марк Снайден: «Мне было тогда 14 лет. Отец одного моего школьного приятеля работал в “Эппл”, и он попросил сына пригласить друзей в киностудию. Он сказал: “Мы кое-что снимаем, и нам нужны парни. Может кто-нибудь прийти?”. Нам сказали надеть обычную одежду, а не “нарядную”, и подойти к десяти утра в отель “Савой” (прим. – на самом деле отель “Гросвенор”).
Я пришёл в школьной форме вместе со своим старшим братом Джереми. Нас там было человек двадцать, и день был довольно жаркий. Большинство из нас было моложе двадцати пяти лет, за исключением одного пожилого мужчины без зубов, который, как я до сих пор убежден, просто притащился из “Савойя”.
Всё стало ещё более загадочно, когда вышел какой-то мужчина и спросил, собрались ли мы по приглашению. Он провёл нас через отель к боковому входу со стороны Темзы, сказав, что не хочет, чтобы за нами кто-нибудь увязался».
Маргарет Морель (поклонница): «На следующее утро автобусы ждали всех статистов, таких как мы. Когда мы тронулись в путь, то ещё не знали, куда направляемся».
Марк Снайден: «Затем нас посадили в автобус. Мы с братом поняли, что едем по дороге в “Туикенхем”, потому что ездили туда с отцом».
Шер Миллер (поклонница из США): «В сильном волнении и беспокойстве мы встретились возле дома Пола, чтобы дождаться его, и затем направиться в студию. Съемки должны были состояться в студии “Туикенхем”. С Полом было около десяти человек, включая меня и трёх моих подруг. Пол вышел после того, как подъехал лимузин. Он был с Натом Вейсом, в то время американским юристом и компаньоном, другом покойного Брайена Эпстайна.
Пол был в красном бархатном пиджаке. Он придержал лимузин, пока мы находились возле автомобиля. После нескольких минут подписывания автографов для девушек из Германии, автомобиль уехал, унося прочь машущего нам рукой Пола.
Мы отправились к станции “Виктория”. До студии и обратно “Эппл” организовала для нас автобусные рейсы. Множество завсегдатаев с Кавендиш-Авеню были уже там».
Лиззи Браво (поклонница): «Многие из моих друзей и подруг были там, но я пропустила это мероприятие, потому что в это время была в Бразилии, навещала свою семью».
Шер Миллер (поклонница из США): «Мы сели в автобус – к этому времени нас было уже около тридцати человек – и отправились в студию».
Марк Снайден: «Студия напоминала авиационный ангар, унылый снаружи, массивный и пустой внутри, если не считать четырех подиумов с оркестровой трибуной».
Маргарет Морель (поклонница): «Когда мы подошли к входу в студию, нам сказали, что нас будут снимать в клипе с “Битлз”, которые из окна наверху наблюдали за всеми нами, улыбались и махали руками. Все, конечно, были очень взволнованы и в приподнятом настроении. Некоторые из нас были такими же преданными поклонниками, как и мы, другие были школьниками, которых, кажется, пригласили из разных лондонских школ».
Марк Снайден: «Дверь открылась и вошёл Джордж Мартин. Выглядел он очень красиво. Наша болтовня мгновенно стихла, сменившись настороженной тишиной. Сначала он поблагодарил нас за то, что в такой солнечный летний день мы пришли в “грязную старую студию”. Затем он сказал: “У меня есть группа, которой нужен хор для сопровождения, и мы хотим, чтобы это были вы”. Он вышел из комнаты и меня охватило нервное возбуждение. Неужели?»
Мэл Эванс (для журнала «Битловская книга», 1968): «Битлы прибыли в “Туикенхем” около обеда в 13:30».
Маргарет Морель (поклонница): «Когда нас провели в студию, то сказали, что нам нужно будет делать».
Шер Миллер (поклонница из США): «Когда мы приехали и направились к входу, я услышала, как Джон поёт во весь голос. К нам подошел Мэл и сказал, чтобы мы поторапливались. Было слышно, как Джон перестал петь, а затем начал снова, пытаясь добиться наилучшего звучания песни. Было нереально осознавать тот факт, что “Битлз” находятся в этом же здании рядом с нами. Само собой, что мы были на грани нервного срыва!
Мэл пропустил нас через ворота и провёл в кафетерий, чтобы мы могли выпить чаю с бутербродами, но мы не были голодны. Пока мы там сидели, приехали ещё два автобуса, в которых было около сорока человек. Мы разозлились, решив, что теперь будет самая настоящая массовка.
Наконец нас провели во внутренний двор, над которым находился застеклённый крытый переход от одного корпуса к другому. Когда мы там стояли, Джеймс Пол Маккартни собственной персоной прошёл над нами, и увидев нас внизу, остановился и помахал рукой. Мы начали подпрыгивать, совершенно потеряв рассудок от напряжения и волнения. Пол скрылся из виду, и нас (теперь в количестве около пятидесяти человек) провели в студию. Мэл Эванс в октябрьском выпуске ежемесячного журнала для поклонников “Битлз” написал, что всего были приглашены триста человек. Когда мы вошли, то “Битлз” там не было, но их инструменты и фортепиано Пола находились на небольшой сцене. Мы мало что смогли разглядеть, так как перед нами находилось много телекамер».
Марк Снайден: «Внезапно двери открылись, и вошла группа, не нуждавшаяся в представлении. Я был одержим “Битлз”, и у меня дома висела куртка в стиле “Сержанта Пеппера”. Они просто вошли с гитарами в руках, затем обошли нас и пожали нам руки, говоря: “Привет, я Джон”. Внезапно мы оказались в присутствии Богов. Только так я могу это описать. Эти люди изменили историю. Мы выросли вместе с ними».
Шер Миллер (поклонница из США): «И вот они вошли. Я замерла. Впервые я была так близко ко всем четверым “Битлз” сразу. Они вышли на сцену, Джон с Джорджем начали настраивать гитары, а Пол начал наигрывать на фортепиано. Я была всецело поглощена тем, как Пол перекидывается шутками с Джоном».
Марк Снайден: «Ринго вскочил на подиум и начал настраивать барабаны».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «Ближе к вечеру с некоторым трепетом мы приступили к съёмкам».
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Также было записано вступительное слово Дэвида Фроста, чтобы его можно было использовать в его программе “Фрост в воскресенье”, создав у зрителей иллюзию, что “Битлз” играют вживую на его шоу. Это было сделано, чтобы таким образом обойти запрет Союза музыкантов на исполнение песен под фонограмму».
Мэл Эванс (для журнала «Битловская книга», 1968): «Петь под фонограмму – это ужасный смертный грех с точки зрения профсоюзов. На телевидении петь под фонограмму нельзя. Поэтому на этот раз “Битлз” решили избежать всех проблем, устроив полномасштабное живое выступление, снятое в цвете, на киностудии “Туикенхем” и предназначенное для показа по всему миру».
Бенгт Ахлстром (поклонник из Швеции): «Без аудитории они снимали “Революцию”, смотрели и обсуждали результат. Я находился близко к Джону, когда они смотрели видеозапись. Он сделал много положительных откликов. Джордж много курил (сигареты “Кент”). Он дал номер своего телефона парню из США, который попросил его об интервью для школьного домашнего задания. Джордж сказал, что в настоящее время он очень сильно занят записью альбома, но предложил перезвонить позднее».
Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Для клипа “Революция” группа записала методом наложения на студийную версию новый вокальный трек. Во время вступления Пол Маккартни исполнил крик, а во время исполнения также был спет вокал второго плана в стиле “шу-бе-ду-воп” из более медленной, на тот момент ещё неизданной песни “Революция I” (Revolution I)».
Майкл Линдсей-Хогг (режиссёр): «Помню, Джон сказал, что в “Революции” самое важное – это снять его крупным планом. Это не из-за какого-нибудь эгоизма. Просто он полагал, что строчка о председателе Мао была самой важной в этой песне. Леннон пел не под фонограмму, как и Пол с Джорджем. В разных дублях они пели по-разному».
Мэл Эванс (для журнала «Битловская книга», 1968): «Среди собравшихся трёх сотен человек заметно выделялся один человек. Это был старина Билли из Сохо. Он реальный персонаж. Если вы гуляли по Уордур-стрит или Олд-Комптон-стрит в Сохо, то, возможно, видели его, возможно, с бутылкой на голове, продающего или раздающего цветы. И, как бы то ни было, он достает фотографию, которой очень гордится. Это было несколько месяцев назад, когда он сфотографировался с “Битлз” в монтажной, когда ребята редактировали фильм “Волшебное таинственное путешествие”. Фотография попала в “Дейли Миррор”. Так что старина Билли по-любому должен был присутствовать на съёмках “Эй, Джуд” и “Революция”».
Стюарт Пенни (автор публикации “Сохо в 60-х”): «Одним из самых запоминающихся персонажей Сохо был Билли Дэвис, полубродяга-алкоголик, выделявшийся тем, что устраивал уличные выступления. Он носил очки в толстой роговой оправе и втыкал по гвоздике за каждое ухо, а ещё две – в петлицы своего ветхого армейского кителя, за что он получил прозвище “Рози”. Каждое утро цветы заимствовались в близлежащем рынке Ковент-Гарден. Появление Билли обычно сопровождалось громкими криками и руганью, поэтому мы неизменно слышали его задолго до того, как он появлялся в поле зрения.
Его коронный номер заключался в том, что он стоял посреди улицы, и, небрежно равнодушный к пешеходам и автомобилям на проезжей части, осторожно балансировал винной бутылкой, стоящей на его голове, распевая при этом во всю силу своих легких старые песни мюзик-холла. Скорее всего, он выпивал содержимое бутылки ещё до того, как начинал своё выступление. Зрелище обычно сопровождалось пронзительными гудками автомобилей и руганью таксистов. Выступление Билли повторялось в Сохо почти ежедневно, и он собирал толпы удивлённых зрителей. Неизбежно, что в конце концов его пути пересеклись с “Битлз”».
Норри Драммонд (журналист “Нью Мюзикл Экспресс”): «В Сохо проходя по улице Пол вдруг увидел Билли, с которым мальчики были давно знакомы. Билли около шестидесяти лет, и он слоняется по Сохо с бутылкой на голове и гвоздикой за каждым ухом. “Мы хотим включить его в свой фильм”, – прошептал Пол, когда он, Джон, Ринго и Билли запели припев песни “Поющий блюз” (Singing The Blues) – хита Гая Митчелла 1956 года. “Да здравствуют Битлз!” – кричал Билли, когда они вышли на улицу, – “И Стоунз!”».
Стюарт Пенни (автор публикации “Сохо в 60-х”): «“Битлз” настолько восхитились Билли, что год спустя пригласили его в студию “Туикенхэм” на съёмки клипа песни “Эй, Джуд”. В клипе его можно увидеть, стоящего рядом с ударной установкой Ринго во время окончания песни».
Шер Миллер (поклонница из США): «В аудитории был один слегка нетрезвый мужчина, за каждым его ухом был прикреплён цветок. Он хохмил, и Битлы смеялись вместе с ним, пока он не задал Джону неудобный вопрос. Он спросил: “Могу я задать тебе один вопрос?”. Джон утвердительно кивнул и в аудитории наступила тишина. “Ты всё ещё любишь свою жену?”. Джон ответил сразу же: “В последнее время нет”. Тишину нарушил Пол. Он начал играть на фортепиано, обращаясь к Джону: “Что для тебя было самым щекотливым моментом?”. Все рассмеялись, и обстановка разрядилась».
Мэл Эванс (для журнала «Битловская книга», 1968): «Пока устанавливались свет и камеры, Пол развлекался на пианино. На самом деле он не планировал этого делать, но старина Билли вышел на сцену и заорал: “Давай, Пол, спой нам несколько старых добрых песен”. И Пол это сделал!»
Шер Миллер (поклонница из США): «Потом Джон, Пол, Джордж и Ринго начали импровизировать, наигрывая такие мелодии, как “Склони свою голову” (Hang Down Your Head) Тома Дули и другие известные песни. Это было потрясающе. Я никогда раньше не была так близка со всеми четырьмя Битлами и никогда больше не буду. Они были так прекрасны вместе, как в музыкальном, так и в личном плане. Если бы я знала в тот вечер, насколько они были близки к распаду, то никогда бы в это не поверила.
Они казались близкими, как никогда. Думаю, это была их профессиональная способность забыть обо всём личном дерьме ради создания идеального продукта. Сам факт того, что они столько раз переснимали фильм, был показателем того, насколько тщательно они относились к своей музыке. Это был трепет и удовольствие быть частью того, что станет последним их выступлением перед публикой в качестве “Битлз” (прим. – если не учитывать концерт на крыше в январе 1969 года)».
Марк Снайден: «В одном из дублей они вставили какой-то неприличный текст о Джордже Мартине. Всё это было шуткой, они были очень расслаблены».
Майкл Линдсей-Хогг (режиссёр): «Они импровизировали и хорошо проводили время».
Шер Миллер (поклонница из США): «Мне удалось пробиться поближе к сцене, и получилось так, что я услышала, как Джордж поёт про себя строчку из песни Стоунзов: “Я просто хочу заняться с тобой любовью” (I Just Want To Make Love To You). Мне кажется он внезапно понял, что его можно услышать, и резко остановился».
Тони Брэмуэлл (глава «Эппл Филмс»): «На первом плане можно увидеть плечо Питера Эшера».
Нил Аспинал: «Дэвид Фрост приехал в “Туикенхем” и представил это так, как будто это было в его шоу или чего-то в этом роде».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «Дэвид Фрост записал на плёнку вступление, из-за которого появление “Битлз” выглядело так, как будто было специально организовано как часть его воскресного шоу».
Дэвид Фрост (вступительное слово): «Бесподобно. Абсолютная поэзия. Добро пожаловать в третью часть, как видите, с величайшим чайным оркестром в мире. Верно? Бесподобно, бесподобно. Абсолютно бесподобно. Как видите, дамы и господа, “Битлз”, впервые за более чем год выступают перед публикой!»
Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «В этот момент “Битлз” начали импровизированное исполнение песни Элвиса Пресли “Cейчас или никогда” (It’s Now Or Never), хотя это было вырезано из трансляции.
Группа также исполнила музыкальную тему шоу Дэвида Фроста, написанную Джорджем Мартином и озаглавленную “Джорджем! Это тема Дэвида Фроста” (By George! It’s The David Frost Theme). После этого в кадре появляется Фрост, чтобы объявить исполнение “Эй, Джуд” (прим. – By George! – Богом и Святым Георгием – старая английская клятва, произносившаяся непосредственно перед вступлением в бой; вариант клятвы есть в “Генрихе VI” Шекспира)».
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «В съёмках участвовал оркестр и у “Битлз” были инструменты, но на самом деле живым был только ведущий вокал, но даже он был исполнен поверх записанного вокала, чтобы избежать возможных ошибок».
Мэл Эванс (для журнала «Битловская книга», 1968): «Пол решил, что ему нужна атмосфера двадцатых годов, поэтому музыканты оркестра по этому случаю нарядились в элегантные белые смокинги с яркими гвоздиками».
Было снято как минимум три дубля “Эй, Джуд”. В основном используется монтаж первого и третьего дублей.
Марк Снайден: «Во время исполнения “Эй, Джуд” в определенный момент песни мы должны были очень медленно, не торопясь, подойти и встать рядом с назначенным нам участникам группы. Ринго указал на меня: “Приведите его сюда, я хочу, чтобы он был рядом со мной”. Мой брат стоял прямо позади меня, обняв двух человек: чёрного парня и девушку».
Маргарет Морель (поклонница): «Когда “Битлз” дошли до конца песни, мы вышли на сцену, собрались вокруг них и начали подпевать “на-на-на”. Когда пришло время присоединиться, Пол нам помог, сказав “начали”».
Шер Миллер (поклонница из США): «Режиссёр сказал нам, что мы будем подпевать в продолжительном окончании песни, и в нужный момент мы ринулись со всех сторон на маленькую сцену, чуть не обрушив съёмочное оборудование. Нам сказали, чтобы мы немного охладили свой пыл и не рушили студию.
Мы попробовали ещё раз и получилось менее беспорядочно, но я была расстроена тем, что мне не удалось занять место рядом с Полом. Мы попрактиковались несколько раз, всё ещё не снимаясь, и мне удавалось добраться до места рядом с Джорджем или справа по центру. Когда начались съёмки, мне не удалось встать так близко, как моим подругам, которые сумели сесть позади Джорджа на возвышении для барабанов Ринго. То, что можно увидеть в фильме, это когда камера в конце песни отъезжает от “Битлз” и внезапно вокруг них появляются люди, но за кадром осталась совершенно неистовая попытка занять место поближе к сцене. Это было дружеское соперничество за исключением одного раза, когда Ринго чуть не снесли с возвышения, но Ринго только посмеялся».
Марк Снайден: «В кадре я в очках в роговой оправе и школьном пиджаке, стою за Ринго».
Кевин Харрингтон (дорожный менеджер “Битлз” с 1968 года): «Во время съёмок клипа “Эй, Джуд” (Hey Jude) я стоял позади Ринго, потому что Мэл Эванс решил, что будет лучше, если я присмотрю за Ринго и буду рядом».
Маргарет Морель (поклонница): «Мы с Корал каждый раз выходили на сцену и становились рядом с Джорджем Харрисоном. В клипе Корал – это девушка с длинными светлыми волосами, а я в ярко-жёлтом платье и пышной прической».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «В качестве дополнительной меры предосторожности, чтобы ослабить опасение “Битлз” из-за близости толпы, я разместил аудиторию на трибунах так, чтобы они были на расстоянии от группы. Как оказалось, мне не о чем было беспокоиться, и по мере того, как беспокойство группы уменьшалось, они становились всё менее и менее напряжёнными и в конце концов позволили публике подняться с ними на трибуну во время заключительной части песни. Мой маленький сын Кевин попал в финальную версию видео, улыбаясь из-за барабанной установки Ринго».
Майкл Линдсей-Хогг (режиссёр): «У нас было шесть дублей, и каждый раз для нового дубля приходилось ставить новую двухдюймовую видеоплёнку. Между дублями мы делали перерыв около десяти минут. У них сработала их старая привычка, приобретённая ими ещё в Гамбурге: если вокруг толпа людей, надо начинать играть. И они начали. Всеобщими ориентирами тогда были такие артисты лейбла “Мотаун”, как Литтл Ричард и Чак Берри. И аудитория, конечно же, получила удовольствие. И сами ребята тоже. Впервые они выступали перед публикой с того времени, как прекратили гастролировать в 66-м».
Бенгт Ахлстром (поклонник из Швеции): «Битлы веселились, много шутили, играли и пели. Время от времени они разговаривали с нами. Пол часто обнимался с поклонницами, Джордж с Ринго много общались с аудиторией. Джон с Йоко были более сдержанными и молчаливыми».
Марк Снайден: «С каждым дублем режиссёр заставлял нас подходить и возвращаться к началу».
Маргарет Морель (поклонница): «У них было много дублей “Эй, Джуд”, весь день мы, казалось, пели “на-на-на”, десятки раз».
Марк Снайден: «После обеда всех начала охватывать усталость. Вот почему это единственная песня “Битлз”, которую я до сих пор терпеть не могу.
Чтобы развеять скуку, Джон начал играть песню на акустической гитаре. Мы не успели спросить, что это за песня, как началась съёмка. Потом я понял, что это была “Снова в СССР” (Back In The USSR).
Постепенно даже Битлы начали уставать. Пол бренчал на пианино, а Джон много ругался, спрашивая Линдсей-Хогга: “Ну что, получилось?”».
Майкл Линдсей-Хогг (режиссёр): «Битлы очень отличались от Стоунзов, которые были более покладисты. Скажем, если высказать Мику и Киту какую-то идею, то они вместе с вами работают над этой идеей. В то же время, когда вы даете идею или концепцию Битлам, то это то же самое, как бросить кусок мяса в медвежью берлогу. Они загребают её лапой и перекидывают между собой, не вовлекая вас в этот процесс. Они делают это в своей четырёхсторонней неразберихе, а потом через некоторое время возвращаются к вам со своим мнением.
Когда с ними работаешь, то адреналин зашкаливает, потому что у них на всё было своё мнение, но они были самой величайшей группой и величайшими авторами песен, если уж не за последние сто лет, то за последние пятьдесят точно».
Бенгт Ахлстром (поклонник из Швеции): «Они записали около пяти или шести дублей».
Майкл Линдсей-Хогг (режиссёр): «Мы сделали семь или восемь дублей “Эй, Джуд”».
Марк Снайден: «После двенадцатого дубля Пол сказал: “Думаю, этого достаточно”».
Шер Миллер (поклонница из США): «Съёмки продолжались в течение пяти часов».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «Изначально мы планировали закончить съёмки рано вечером, но все так развеселились, что съёмки продолжились до поздней ночи».
Маргарет Морель (поклонница): «Насколько я помню, съёмки начали утром, а закончили мы где-то в десять вечера или позже».
Дэйв Рыбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Были отсняты три дубля “Эй, Джуд” и два дубля “Революции”».
Марк Снайден: «Потом сотрудники “Эппл” раздали нам подписанные фотографии “Битлз”, нас снова посадили в автобус. Мы были усталые, но счастливые. Это было похоже на то, как будто Леонардо да Винчи показал мне Сикстинскую капеллу».
Шер Миллер (поклонница из США): «После съёмок несколько человек (на самом деле шестеро) остались в студии, а все остальные отправились обратно в Лондон (студия находилась в небольшом городке за пределами Лондона, поэтому “Эппл” предоставила автобусы туда и обратно).
У нас не было транспорта, чтобы добраться обратно в город, но нас это не волновало на тот момент. Мы ждали в студии, пока “Битлз” и Дэвид Фрост переделывали какое-то вступление. Пока мы там стояли, Джордж ещё раз меня поразил. Когда он сидел на маленькой сцене и курил, то повернулся ко мне (я стояла одна и смотрела на них) и широко улыбнулся. Одна из девушек поблизости сказала: “Вы видели, как он на неё посмотрел?” Я была по-настоящему счастлива, поскольку это был мой последний шанс увидеть его в этой поездке.
Потом мы прошли с Полом в маленькую кухню-студию, и я спросила, можем ли мы все сфотографироваться с ним. Он согласился, и мы встали вокруг него, а Маргарет взяла мой фотоаппарат, чтобы сделать снимок. Конечно, вспышка не сработала. Пол взял камеру и несколько раз повертел её в руках (что он с ней хотел сделать, я никогда не узнаю). Затем он вернул мне фотоаппарат и сказал: “Позже подойди”. Естественно, через несколько минут вспышка сработала, но мне так и не удалось сфотографироваться с Полом. Ничего не попишешь. Примерно через час Джордж и Ринго ушли, пожелав нам спокойной ночи и разъехавшись на своих машинах. Затем Пол, Джон и Йоко вышли вместе, и я сфотографировала Пола, когда он появился в освещённом дверном проёме. Когда вспышка погасла, он вскинул руки, как бы говоря: “Ты меня поймала!” (какая банальность)».
Фото Шер Миллер.
Шер Миллер (поклонница из США): «Пол выглядел довольно уставшим (был час ночи, так что это было понятно), и когда я спросила его, как получился фильм, он ответил: “Отлично” и показал большой палец вверх. Он, Джон и Йоко сели в лимузин, и Пол махал нам рукой всю дорогу, пока они не скрылись из виду. Два дня спустя я покинула Лондон, полная прекрасных воспоминаний о том, как впервые увидела Пола вблизи, о разговоре с ним и о том, что он такой настоящий. Это был шанс увидеть вблизи “Битлз” как группу, а также, о чем я тогда ещё не знала, это был последний раз, когда я видела Пола холостяком».
Денис О’Делл (глава “Эппл Филмз”): «Видеоклип “Эй, Джуд”, возможно, имел более важное значение, чем думает большинство поклонников. То, что “Битлз” неожиданно для себя получили удовольствие от этого выступления, стало ключевым фактором в новом направлении, которое они выбрали. После съёмок мы сделали монтаж, и они были в восторге. Уже в четыре утра выпивая виски с колой мы все согласились, что хорошо провели эту ночь. На самом деле им так понравилось, что они тут же предложили нам снять ещё один фильм. Я был в восторге. Это было началом фильма “Пусть будет так”».
Майкл Линдсей-Хогг (режиссёр): «А потом мне позвонил Пол и сказал, что им понравилось и они решили, что неплохо было бы ещё разок сыграть для публики. И предложили мне снять про них какое-нибудь телевизионное шоу. Так пришла идея зрелищного живого выступления группы на какой-нибудь необычной площадке».
Ева Макгиверн (мать Мэгги Макгиверн): «В шестидесятых Мэгги поддерживала свои отношения с Полом в течение двух лет. Когда “Битлз” записывали “Эй, Джуд”, у них произошла серьёзная ссора, которая закончилась тем, что Мэгги велела Полу больше её не беспокоить. Потом она сожалела о разрыве их отношений и постаралась сделать всё возможное, чтобы исправить ситуацию, но к тому времени Пол сошёлся с Линдой. Они поженились, и связь с Мэгги загадочным образом ушла в тень – как и то, что в течение двух лет они встречались. Мы несколько раз разговаривали с Полом по телефону. Он был очень милым».
