7 февраля 1964 г.

beatlelinks.net: «Музыкальная газета «Новый музыкальный экспресс» выяснила, что Брайен Эпстайн отклонил предложение, чтобы «Битлз» выступили за 8 000 фунтов-стерлингов в «Мэдисон Сквер Гарден». Предполагается что «Битлз» отговорили Брайена от этой «большой сделки» с Бернардом Дельфонтом. Также было сказано, что можно «считать неубедительными слухи, связывающие имя Альма Коган с романтическими отношениями с Брайеном Эпстайном».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В этот день в Великобритании поступил в продажу миньон «Всю мою любовь» (All My Loving), Parlophone GEP 8891. Сторона «А»: «Всю мою любовь» (All My Loving), «Спроси меня, почему» (Ask Me Why); Сторона «Б»: «Деньги (Это все, что мне нужно)» (Money (That’s What I Want)), «Посриптум, я люблю тебя» (P.S. I Love You)».

Первый тираж миньона.

beatlesbible.com: «Миньон был выпущен только в моно. Несмотря на то, что все эти песни были уже ранее на других пластинках, миньон хорошо продавался. Он даже достигнет 12 позиции в хит-параде синглов».

Синтия: «Популярность «Битлз» в Англии была уже совершившимся фактом. Но и на другой стороне Атлантики они очень быстро «набирали оч­ки». Их пластинки раскупались уже тысячами. Незаметно подошёл день отъезда в Америку. Надо ли говорить, как мы все были взволнованы. Я думаю, в тот день я была той девуш­кой, которой больше всего завидовали на Британских островах и в Америке. Полиция и служащие лондонского аэропорта «Хитроу», наверно, никогда не забудут этот день. С раннего утра к аэропорту со всех концов Великоб­ритании стали стекаться многотысячные толпы поклонников группы».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Флит-Стрит сообщала, что около 4 000 поклонников находились в «Хитроу», чтобы пожелать битлам удачи в Америке».

Синтия: «Мы пребывали в счастливом неведении относительно того, что творилось в Штатах в те минуты, когда наша машина подъезжала к аэропорту «Хитроу». Единственное, что нам сказали, это что в Америке неплохо продается пара пластинок «Битлз». Все были уверены, что группе, чтобы добиться там настоящего успеха, нужно еще расти и расти.

В «Хитроу» царил полнейший хаос. Тысячи поклонников прибыли сюда изо всех уголков страны, и многим, кто намеревался в этот день вылететь из аэропорта по своим делам, пришлось перенести дату. Кричащие, рыдающие девушки держали развернутый транспарант со словами «Мы вас любим, Битлз!», их с трудом удерживало почти такое же количество полицейских, сцепившихся руками в длинную шеренгу.

Контролировать положение и поддерживать хотя бы подобие порядка – такая задача была возложена на британских «бобби». Поначалу ситуация вызывала у них лишь снисходительную улыбку, но, когда дело стало смахивать на попытку штурма аэропорта, они пе­рестали улыбаться. Любопытство сменилось сначала удивлением, а потом и беспокойством. Многотысячные толпы юных поклонников «Битлз», пришедшие устроить своим героям невиданные доселе проводы, явля­ли собой внушительную и грозную силу. Они несли с собой огромные транспаранты, радиоприемники (чтобы постоянно звучала музыка, и в надежде услышать какую-нибудь песню «Битлз»), спальные мешки и книжки для автографов. У них тоже начинались авантюрные приключения. Это было массовое поклонение в очень широких масшта­бах.

Когда наш автомобиль прибыл в аэропорт, вокруг него лихорадочно замета­лись возбуждённые чиновники, полицейские и репортёры.

Хаотичные группки сбитых с толку пассажиров, нежданно-негаданно оказавшихся в эпицентре этого сплошного безумия, бродили взад-вперёд с отрешёнными лицами, уверенные в скором конце света. Нако­нец, нам дали «добро» на выход из осаждённого автомобиля, и мы очутились в одной из приватных комнат аэропорта. Шум, доносившийся снаружи, мы приняли за рёв двигателей реактивного самолёта, готовившегося к взлёту, но один чиновник, с красным, как рак, лицом сообщил нам, что рёв издают фанаты, которые расползлись уже по все­му аэропорту. Они распевают песни «Битлз» и вопят во все глотки, прос­лавляя своих кумиров. Опрокидывая в себя третий стаканчик бренди, он добавил, что ничего подобного ему не приходилось видеть».

В ожидании вылета в аэропорту «Хитроу».

Фото Дезо Хоффмана.

Газета «Дейли Мейл»: «Перед вылетом, парни, слегка нервничая, коротая время за напитками и сигаретами, ждут посадки на самолет. Несмотря на то, что из Штатов приходили обнадеживающие вести, группа не могла даже представить, какой прием им будет оказан».

С корреспондентом Морин Клив из лондонской «Ивнинг Стандарт» в аэропорту Лондона.

Фото Дезо Хоффмана.

Синтия: «В зале для почётных гостей нас встретили все атрибуты теле­студии, которую устроили здесь для краткой пресс-конференции пе­ред отлётом. Затрещали, зажужжали кинокамеры, и Битлы, находившиеся в очень весёлом расположении духа, остроумно отвечали на вопросы, которые сыпалисъ на них со всех сторон».

Газета «Дейли Мейл»: «Это уже стало для них традицией – давать перед отъездом пресс-конференцию.

Корреспондент: Джон. Мы знаем, что пока никто из английских поп-звезд не имел успеха в Штатах. Добъетесь ли успеха вы?

Джон: Не знаю. Все зависит от американцев. Но думаю, все будет хорошо.

Корреспондент: Какова была реакция публики на ваши выступления во Франции?

Джордж: Было немного забавно. На концертах мальчиков было больше, чем девочек и не было криков, как раньше. Знаете ли, криков было немного.

Вопрос: Вы имеете в виду, что к вам прислушивались? И в этом различие, не так ли?

Джон и Пол: Именно.

Джордж: Да.

Синтия: «Они быстро становились любимцами английской публики. Они были на гребне вол­ны. Их единодушие и преданность друг другу поражали, а клоунские выходки были такими освежающими. Наконец-то у нас появилась груп­па музыкантов, «имидж» которых складывался из их прямоты, простоты и честности. В них не было ни капли привычной эстрадной фальши».

Ринго изображает фоторепортера в аэропорту Лондона. Фото Дезо Хоффмана.

Синтия: «Стоя в сторонке, я впитывала в себя эту восхитительную сцену, находясь в состоянии, близком к священному трепету, и тут чьи-то слова вывели меня из оцепенения.

«Синтия, дорогая, давай-ка сфотографируем тебя. Иди-ка сюда, здесь светлее». «Эй, Джон! Ты не будешь против, если мы сделаем пару снимков твоей миссис?». «Эй, Джон! Недурно бы снять тебя рядом с Синтией, а?». «Ну-ка, Джон, отличный будет снимок!».

В суматошной атмосфере блиц-пресс-конференции Джон кивнул головой, давая своё согласие на съёмку. Это было так на него не похоже. Обычно он яростно возражал против съёмок, оберегая жену и ребёнка от приставаний фоторепортёров. Реклама могла принести пользу группе, но только не мне и не Джулиану. Иначе мы оказались бы втянутыми в этот безумный водоворот. На этот раз Джон уступил. Он был слишком возбужден, чтобы отказать кому-либо в чем-либо, тем более, когда речь шла всего лишь о фотографии его жены».

Питер Браун: «Это был первый случай, когда их сфотографировали вместе как мужа и жену. Наконец-то Син вышла из тени в свет прожекторов вместе с Джоном».

Газета «Дейли Мейл»: «В небольшом зале ожидания аэропорта «Хитроу». Джон и Синтия впервые предстали перед прессой как муж и жена».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Брайен был в ярости, когда Джон не подчинился его инструкциям и настоял на том, чтобы взять с собой в Америку Синтию».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Джон был особенно раздражён снимками во время поездки в Нью-Йорк, потому что с ним была его молодая жена, а Брайен Эпстайн внушил всем нам, как важно не позволить Синтии оказаться на фотографиях в прессе. Насколько я знаю, Дезо Хоффманн никогда не делал каких-либо нежелательных снимков Син – одной или с Джоном – но раз уж группа решила, что он не заслуживает доверия среди сопровождающих лиц, я знал, что у меня не получится изменить их чувства. Если бы я перестарался, то рисковал бы получить ложное обвинение, что я разделяю с Хоффманном его доходы».

Синтия: «В тот день, я была, наверное, женщиной, которой больше всего завидовали на Британских островах. Я чувствовала себя на миллиард долларов».

Аэропорт «Хитроу», фото 1964 г.

Самолет авиакомпании «Пан Aм» готовится к вылету (кадры кинохроники).

Самолет, на котором «Битлз» совершили свой первый визит в Америку, был «Боинг 702» с регистрационным номером N704PA.

Джиллиан Киллогг (стюардесса): «Мне было 24 года. Это был мой всего лишь второй коммерческий рейс в качестве стюардессы «Пан-Ам». С января 1964-го я прошла месячное обучение в учебном центре «Пан-Ам». Когда наш экипаж покинул лондонский отель, не было ничего необычного, разве что добавились две стюардессы. Только когда наш автобус отъехал от отеля, второй пилот надел на себя маску Битлз и начал довольно плохо петь «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand), перед тем, как подразнить вопросом: «Угадайте, кто у нас сегодня на борту?».

Наш экипаж поднялся на борт. Из-за резко возросшего числа пассажиров первого класса, моей главной задачей были не знаменитые гости. Боже мой, какое огромное количество людей, кого мы должны обслужить по первому классу».

Синтия: «Наступил момент посадки. Нас как будто подхватило мощной волной и сразу выбросило прямо на трап. Всё это происходило под оглушительный рёв многотысячной толпы. До конца моих дней я не забуду этот момент. Террасы аэропорта, забитые до отказа, были уве­шаны гроздьями человеческих тел. Транспаранты с надписью «Мы лю­бим вас, «Битлз»!», протянутые из конца в конец, гордо развевались на ветру. Сцена шумного поклонения потрясла всех нас. Погрузи нас в бочку с шотландским виски, эффект не был бы столь опьяняющим.

Я до тех пор не видела такого количества поклонников в одном месте и не понимала, как ребята себя чувствовали перед огромной массой орущих людей. Это завораживало, заражало, сводило с ума и казалось чем-то нереальным: как такая толпа может стать единым целым в своем эмоциональном порыве — и все это во имя четырех молодых людей?»

6:30. Посадка в первый класс американ­ской авиакомпании «Пан Ам» (кадры кинохроники).

Синтия: «Меня быстро провели в салон самолёта, а Битлы остались у входа. Они смеялись, махали руками и кричали что-то своим поклонникам и репортёрам».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Рейсом 101 авиакомпании «Пан Ам» группа «Битлз» вылетела в Нью-Йорк».

Лондонский аэропорт после того, как самолет с «Битлз» вылетел в Нью-Йорк. Работа репортеров и фотографов на этом закончилась, и они не спеша покидают взлетное поле. Тем временем тысячи поклонников остаются на крыше и продолжают провожать любимую группу. 

Майкл Уэббер (aircargonews.com): «Почему «Битлз» решили лететь самолетом компании «Пан-Ам», а не государственной авиакомпанией Великобритании остается невыясненным. Все ветераны «Пан-Ам» считают, что группа экспертов этой компании пришла к выводу, что рекламная выгода от этих полётов [с «Битлз» на борту] позволит принять вызов, чтобы начать конкурировать с собственным национальным перевозчиком группы «Битлз».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Их команда состояла из Пола, Ринго, Джорджа, Джона с Синтией, Нила Аспинала, Мэла Эванса, публициста Брайана Соммервилля, Брайена Эпстайна, продюсера Фила Спектора».

Джиллиан Киллогг.

Джиллиан Киллогг (стюардесса): «Чтобы разместить «Битлз», их сопровождающих и представителей прессы, салон первого класса был расширен с 25 до 48 мест».

Дерек Тейлор (пресс-агент группы): «Газета «Дейли Экспресс» не стала посылать меня в Америку. Мне сказали: «Там есть наш американский корреспондент Дэвид Инглиш». Я подумал: «Он не знаком с «Битлз», он не поймет их. Только я их понимаю, я знаю этих людей».

Из интевью Марка Майерса (jazzwax.com, 2012) с Джорджем Мартином:

Марк Майерс: Вы были с «Битлз» во время их первого полёта в США в феврале 1964?

Джордж Мартин: Не в тот первый раз. Не забывайте, что в 1964-м я все еще работал в «И-Эм-Ай», и там не горели желанием отправлять своих сотрудников за рубеж без какой-либо веской причины».

прим. – тем не менее, Джордж Мартин будет в Нью-Йорке, о чем свидетельствует фото от 12 февраля во время вручения награды журнала «Кэш Бокс», и в Майями.

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Также в салоне первого класса летел Джордж Харрисон из «Ливерпульского эхо». Когда в 1954 году он в возрасте 45 лет покинул Флит-Стрит и Лондон, чтобы переехать в Ливерпуль, ему казалось, что он навсегда распрощался с рубрикой новостей общенационального масштаба. Теперь он отправлялся в первое из четырех путешествий с восточного на западное побережье, сопровождая группу, о которой в свое время отказался писать».

Рейс 101 Лондон-Нью-Йорк осуществлялся на авиалайнерах «Боинг 707».

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Сразу же после взлета в самолете воцарилась праздничная атмосфера. Когда красавица-стюардесса с бюстом, до­стойным Джейн Мэнсфилд, стала объяснять, как пользо­ваться спасательным жилетом, в салоне первого класса под­нялся свист и улюлюканье. Пол бросал на нее томные взгля­ды, а Джордж все спрашивал: «Хочешь выйти за меня замуж?».

«Хочешь выйти за меня замуж?»

Синтия: «Полёт в Америку был самым захватывающим впечатлением в мо­ей жизни. Это был просто сплошной праздник. Все, кто летел с нами, буквально каждый имел отношение к путешествию «Битлз» в землю обетованную. Там были фотографы, репортёры, музыкальные аранжировщики».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «В салоне первого класса летел еще один человек, который впоследствии сыграл определенную роль в творческой жизни группы. Это был двадцатидвухлетний американский про­дюсер, миллионер и выдающаяся фигура в мире рок-н-рол­ла, мастер искусства оркестровки и создатель так называе­мого «звукового вала» Фил Спектор».

На снимке Джон, Синтия и Фил Спектор. Ринго: «Фил Спектор, он совершенно безумный человек».

Ринго: «Фил Спектор, он совершенно безумный человек. Впервые я встретился с Филом, когда мы все находились в самолете, летевшем в Нью-Йорк. Вот тогда мы поняли, насколько безумен он был, потому что он пешком дошел до Америки. Он так боялся летать, что не мог сидеть, поэтому мы все время полета видели его ходящим туда-обратно по салону самолета».

Фото Гарри Бенсона.

Джон, фото Джорджа Харрисона.

Меню, подписанное участниками группы, Синтией Леннон, Брайеном Эпстайном, журналистом Джорджем Харрисоном (который работал на “Ливерпуль Эко”) и капитаном авиалайнера.

Синтия: «Шампанское текло рекой, сверкали вспышки, все без остановки возбуждённо переговаривались в предвкушении события, которого так давно ждали».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Несмотря на кажущееся веселье, «Битлз» очень нервничали. Недавно, в 1963 году, Джордж провел там короткий отпуск. Он сообщил, что аборигены вполне похожи на людей и потому, думается, всё обойдется. Волновался Джон, — ведь ни одна британская группа и ни один британский певец не сумели пока пробиться в Америке».

Ринго: «Для нас, как для группы, всё складывалось удачно. Все случилось само. Боги были на нашей стороне. Мы стали прославленными музыкантами, великими сочинителями песен, и всего этого мы добились сами, всё встало на свои места. Мы разъезжали по странам: покорили Швецию, затем покорили Францию, но Америка нас пугала. Нас всех подташнивало в тот первый раз. Вообще-то, мы всегда страшно нервничали перед любым крупным выступлением, но, конечно, никогда этого не показывали. Нас подташнивало и перед концертом в «Палладиуме». Поездка в США была серьезным шагом. Все кругом говорили, что из нашей популярности в Великобритании вовсе не следует, что и в Америке нас ждут с распростертыми объятиями».

Джордж: «Мы очень беспокоились о том, как нас встретят. Ребята спрашивали меня: «У Америки есть все. На кой мы им сдались?».

Пол: «Помню, как я спросил: «А зачем мы едем в Америку зарабатывать деньги, когда у них и так все есть? У них есть свои собственные группы. Неужели мы можем дать им что-то такое, чего им не хватает?».

Джон: «Мы думали, что у нас нет никаких шансов. На успех мы даже не надеялись. Клифф [Ричард] отправился в Америку и провалился. Он оказался на афише четырнадцатым, вместе с Фрэнки Авалоном. Мы лишь надеялись, что покачнём американскую машину».

Синтия: «Ребята понимали, что, если они добьются там успеха, то это будет выше всяких похвал и ожиданий. «С другой стороны», — шутил Джон, — «если мы им не понравимся, всегда можно развернуться и улететь домой».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Во время полета свое нервозное настроение ребята пытались погасить преувеличенной веселостью. Конечно, тогда, на борту самолета, в первый раз на пути в Америку, все они испытывали некоторый трепет, понятное чувство беспокойства: как бы не ударить в грязь лицом».

Джон: «Да, действительно, тогда в самолете я думал: а вдруг ничего не выйдет?.. Но это уже свойство моей натуры. Мы знали: нам надо только ухватиться, и мы утрем им нос…».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Но Джон говорил потом корреспонденту журнала «Роллинг Стоун», что он был уверен: стоит только Америке увидеть и услышать «Битлз» — и им обеспечен успех».

Брайен Эпстайн: «Мы знали, что Америка или сделает нас звёздами мирового масштаба, или сломает. Случилось первое».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «В самолете Джордж Харрисон заявил, что плохо чув­ствует себя, наверное, заболел (прим. – днем ранее Джордж гостил у своих родителей в Ливерпуле, где отец болел гриппом)».

Джордж: «Я беспокоился еще и за причес­ку. Я часто мыл голову, и, когда она высыхала, волосы почему-то вставали дыбом».

Майкл Уэббер (aircargonews.com): «На брту «Пан-Ам» салоны первого и эконом класса были разделены, но стюардессы из эконом класса с меню в руках приходили в первый класс, чтобы взять у «Битлз» автографы. В это время Мэл Эванс в эконом классе подписывал рекламные фотоснимки, которые потом будут розданы в США».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Нил Аспинал и Мэл Эванс летели в эконом классе. Всё время полета они были страшно заняты: под­делывали подписи «Битлз» под фотографиями, которые собирались раздать поклонникам (Мэл и Нил научились отлично подделывать почерки битлов).

У Брайена дел оказалось тоже по горло. Его начали осаждать бизнесмены, желающие заполучить лейбл «Битлз» на свои товары, но которым так и не удалось встретить­ся с ним в Лондоне. Они решили поймать его в салоне самолета над Атлантикой, надеясь, что на высоте 30 тысяч футов он будет сговорчивее».

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Когда до Брайена дошло, что большинство седовласых бизнесменов, находившихся с ними в одном салоне, оказа­лись торговцами, сгоравшими от желания заполучить право на использование названия «Битлз» для рекламы своей продукции, он просто опешил. Периодически стюардесса ак­куратно передавала ему образец нового вида товара для рассмотрения. В коротких записках они просили помочь в рекламе выпускаемых ими продуктов. И каждый раз Брайен доставал из портфеля блокнот с монограммой и писал вежливый отказ. А тем вре­менем пластмассовая гитара или длинноволосая кукла пере­ходила в руки к «Битлз», и каждый из них что-нибудь отламывал от образца до тех пор, пока тот не оказывался совер­шенно испорченным».

Джиллиан Киллогг (стюардесса): «Пол был самым искристым в группе, потом Ринго, Джордж и Джон».

Фото Гарри Бенсона.

Из дневника девушки Лайзы: «Какой день! Сегодня я встала пораньше и приготовила чемодан для заезда в «Плазу». В 9 утра мама Дебби заехала за мной, и мы отправились в «Плазу». Не могу поверить, комната просто прелесть! Потом мы поехали в аэропорт имени Кеннеди встречать «Битлз». В автомобиле мы слушали радио «Даблви-Эм-Си-Эй». Радиоведущий вел репортаж, рассказывая о полете «Битлз» через Атлантику».

Открытка «Пан Ам», подписанная участниками группы «Битлз» за час до посадки в Нью-Йорке. Джордж кроме своего автографа добавил: «Дорогой Монике, с наилучшими пожеланиями от Битлз». Эта открытка была подписана по просьбе одного из членов экипажа – Джерри Ши (Gerry Shea).

Письмо пилота Джерри Ши к Монике Конвэй: «Пятница, 7 февраля 1964, 5:30 вечера по лондонскому времени, 12:30 вечера по нью-йоркскому времени, рейс 101, Боинг 707.

Дорогая Моника. Зорошая новость. У меня на борту самолета «Битлз», и в данное время мы находимся примерно в часе лета от Нью-Йорка. До настоящего времени полёт проходит нормально. Мы покинули аэропорт Лондона в 1 час утра, и, как и следовало ожидать, там были орды кричащих девушек. Тем не менее, «Б» благополучно поднялись на борт.

Они очень славные, Моника, хорошие ребята. Я поговорил с каждым из них и рассказал им о тебе. Особенно Полу, так как он твой любимец. Они все передают тебе привет, и не удивляйся, если они все заскочат как-нибудь к вам в «Вулвортс», чтобы повидаться с тобой. Прости за мой плохой почерк, так как здесь в воздухе немного трясет. Я прилагаю открытку, которую они подписали для тебя. Они сказали, что делают это с радостью.

Очень надеюсь на то, что ты по-прежнему живешь по этому адресу, потому что не хотел бы, чтобы эти автографы потерялись.

«Битлз» собираются пробыть в Н.Й. 10 дней. В салоне самолета они немного попели, действительно неплохо. Надеюсь, что у тебя, Энн, миссис Восс, Оливии и т.д. и т.п. все хорошо. Пожалуйста, передай всем им мои наилучшие пожелания, а также Мэри Уайт, если утебя получится увидеться с ней. Надеюсь увидеть всех вас в конце месяца.

Вместе с «Битлз» передаю тебе привет. Будь здорова! Джерри Ши».

Хелен Ши (дочь пилота Джерри Ши): «Я помню тот день, как будто это было вчера. Мой отец приехал домой примерно в середине дня, и, как всегда после возвращения из одной из своих поездок, мы сели обедать. Помню, как отец, а ему нравилось нас поддразнивать, произнес: «У нас были английские парни, которые состоят в группе под названием Клопы». Ну, прошло не более двух секунд, прежде чем раздался мой крик «Битлз»! Я вдруг поняла, что «Битлз» должны будут выступить на шоу Эда Салливана в воскресенье вечером. В тот раз отец просто рассмеялся и спросил: «Что такого в этой группе, что все девушки кричат, когда слышат их название?».

Джерри Ши (пилот самолета): «В Лондоне мне позвонили из офиса «Пан Ам» по связям с общественностью, и сказали, что некие ВИП-персоны должны будут вылететь в Нью-Йорк на выступление на шоу Эда Салливана, и что мне нужно будет быть к ним внимательным».

Хелен Ши (дочь пилота Джерри Ши): «Он [отец] был очень представительным мужчиной. У него было пркрасное чувство юмора и ему нравилось быть на короткой ноге с пассажирами. В своей работе отец считал самолет своей жилой комнатой, и у него было ощущение, что частью его обязанности было развлечь пассажиров. Личные качества Джерри позволили ему летать с такими знаменитостями, как Фрэнк Синатра, Барбара Стрейнзанд и Мэри Тайлер Мур. Это позволило ему быть способным оценить талант, и он пришел к выводу, что «Битлз» являются чем-то особенным. Поэтому перед полётом он вышел на лондонские улицы, чтобы узнать о них. Как он мне позже рассказывал, он зашел в один из лондонских музыкальных магазинов и спросил продавщицу, чтобы она рассказала ему что-нибудь об этой группе. Как только он упомянул о «Битлз», продавщица закрыла свое лицо руками и начала кричать, подпрыгивая на месте.

Когда его спросили, какими они [«Битлз»] были, он сказал, что: «Джон был безмолвен и не очень общителен, Пол был очень мил и дружелюбен, Ринго был взволнован и забавен, очень активен и много двигался. С Джорджем он разговаривал больше, чем с другими. С его слов, «для его юного возраста он выглядел серьезным и мог поддерживать весьма взрослый разговор», и ему на самом деле понравилось с ним общаться.

«Битлз» подписали для меня открытку. Я спросила у него, вызывало ли у кого-нибудь из пассажиров раздражение, когда он просил подписать ему автограф. Он рассмеялся и сказал: «Когда ты пилот, а вы в воздухе на высоте 35 000 футов, то пассажиры готовы на что угодно, лишь бы сделать тебя счастливым». Так что, несогласных дать автограф на рейсе 101 не было».

Открытка «Пан Ам», подписанная «Битлз» для Хелен Ши.

Хелен Ши (дочь пилота Джерри Ши): «А еще он [отец] рассказал о том, что помог «Битлз» разучить одну песню. Они сказали ему, что если у них во время пребывания в США будет время, то они хотят посетить одного друга в Техасе. Они сказали ему, что хотели бы, чтобы он научил их словам и мелодии песни «Желтая роза Техаса» (Yellow Rose of Texas), что он и сделал.

Во время полёта в какой-то момент времени отцу задали вопрос. Кажется, это был Джон. Он спросил мнение отца по поводу того, будет ли в аэропорту большая толпа встречающих. Он ответил, что не ожидает большой толпы, потому что это был учебный день».

Ринго: «Мы думали, что вряд ли будет много встречающих. Аэропорт расположен слишком далеко от города».

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «В США приближение самолета к американскому континенту комментировали по радио: «Сейчас 6 часов 30 минут по битловскому времени. Они вылетели из Лондона 30 минут назад. Сейчас летят над Атлантическим океаном по направле­нию к Нью-Йорку. Температура 32 градуса по шкале Битлз».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Американские подростки прождали много часов прохладным зимним утром, воодушевляемые регулярными отчётами по радио о ходе полёта реактивного самолёта «Клиппер дефианс», известного так же, как «Пан-американ-101»: «На радио «Даблви-Эм-Си-Эй» двадцать минут второго битловского времени, а температура в центральной части города, в Манхэттене составляет 1 битловский градус. На данный момент примерное время прибытия рейса «Битлз» в «Дж.Ф.К.» – час двадцать дня, а это их сокрушительный хит, сингл «Я хочу держать тебя за руку».

Хелен Ши (дочь пилота Джерри Ши): «Когда они стали подлетать к Нью-Йорку, аэропорт проинформировал пилотов, что там собралась огромная толпа, ожидающая их прилета. Как сказал потом мой отец, «она была самой большой из тех, что ему доводилось видеть в аэропорту, когда встречают самолет». Он не мог поверить своим глазам».

Пол: «Никто не ожидал, что в аэропорту соберутся толпы молодежи. Мы услышали об этом еще в воздухе. В самолете сидели журналисты, пилот попросил их: «Передайте ребятам, что их встречает тьма народу». Мы подумали: «Ого! мы в самом деле ЭТО сделали!».

Ринго: «Это было потрясающе. Когда самолет снижался над аэропортом, мне показалось, что большой осьминог обвил самолет щупальцами и тянет его вниз, в Нью-Йорк. Америка звучала как мечта. Особенно для нас, парней из Ливерпуля».

Аэропорт имени Кеннеди, фото 1964 г.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В 1 час 20 минут после полудня авиалайнер «Боинг 707» с «Битлз» на борту совершил посадку».

Аэропорт имени Кеннеди, фото 1964 г.

Джереми Паскаль (автор книги «История рок-музыки»): «В первых визах, выданных Битлам на въезд в Америку, указывалось, что визы действительны до тех пор, «пока нет американских безработных граждан, способных выполнять ту же работу». При таких условиях эти рабочие визы действительны целую вечность!».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В аэропорту имени Кеннеди их встречали 3000 поклонников».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Многие [из поклонников] размахивали плакатами и флагами с лозунгом «МЫ ЛЮБИМ ВАС, БИТЛЫ», которые дали им беспокойные рекламщики из «Кэпитол Рекордз».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «До этого в течение нескольких дней радиостанции накручивали поклонников до состояния истерии. Мюррей Кэй (Murray K) с радиостанции «1010 Даблви-Ай-Эн-Эс» первым предал огласке якобы секретные подробности о времени их прибытия, номере рейса и названии авиакомпании. Эта информация сразу же была подхвачена конкурирующими радиостанциями «Даблви-Эй-Би-Си» и «Даблви- Эм-Си-Эй»».

Брюс Спайзер (автор книги «Битлз на Кэпитол Рекордз»): «Си-Би-Эс в течение месяца сообщала, что «Битлз» прибудут 7 февраля 1964 г. в час двадцать дня. Чтобы увидеть «Битлз», многие подростки не пошли в школу».

Мэри Энн Трейнор: «Я начала работать в «Пан Ам» в отделе по связям с общественностью в 1963 году. Я сидела за столом напротив Эпстайна во время многочасового совещания по детальному планированию того, как «Битлз» должны будут перемещаться от самолета к месту проведения пресс-конференции. Эпстайн был очень серьёзен, когда на совещании обсуждалось, какое должно быть соотношение местных, национальных и международных средств массовой информации, которые получат возможность находиться на взлётном поле и на пресс-конференции.

Обсуждалось несколько вариантов, один из которых позволял «Битлз» прибыть более негласно и скрытно, но во время того совещания было принято решение, что они [«Битлз»] должны дать «что-нибудь» своим поклонникам. Эпстайну пришлась по вкусу идея крупномасштабного приёма. Вместо того, чтобы самолет был подан к воротам, самолет «Пан Ам» с названием «Джет Клиппер Дифайнс», планировалось остановить на взлётном поле на виду у тысяч поклонников и собравшихся медиа (прим. – на протяжении многих лет компания «Пан Ам», по сути, являлась национальным перевозчиком США, одним из лидеров трансатлантических перелетов. Все самолёты «Пан Ам» имели собственные имена, содержащие слово «Клиппер»).

Аэропорт Кеннеди, кадры кинохроники.

Эд Руди (репортер, 1964): «Я был одним из немногих привилегированных, и единственным из американских газетных комментаторов, кто был включен в команду, освещающую гастроли «Битлз» в США. Моя история началась во вторник 7 февраля 1964 года. Немногим ранее я снял телефонную трубку и записал своё редакционное задание, что я две недели день и ночь буду следовать за «Битлз» во время их турне в США. Наша служба новостей «Радио пульс бит ньюс» проинформировала меня, чтобы я встретил в нью-йоркском аэропорту имени Кеннеди «Боинг 707» и записал на пленку интервью с четырьмя молодыми англичанами под названием «Битлз».

В феврале погода в Нью-Йорке стоит холодная, и тот день не был исключением. Небо было ясным, и чтобы добраться до аэропорта Кеннеди, расположенного на окраине города, в нью-йоркском пригороде Квинс, я проехал миль 10 или около того. По дороге я размышлял о тех трудностях, что сопутствуют авиаперелетам, когда аэропорт, как правило, расположен в малодоступных пригородах больших городов, и что часто время, необходимое для того, чтобы добраться до аэропорта, занимает больше времени, чем сам перелет.

Само собой, что аэропорт Кеннеди раскинулся на многие-многие квадратные мили. Есть даже автобус, перевозящий пассажиров от одного терминала аэропорта Кеннеди до другого.

Когда я подъезжал к аэропорту, казалось, что даже воздух был наполнен волнением, а сам аэропорт вдалеке был необычно оживлен. Стоянка напротив терминала «Пан Ам» была переполнена автомобилями. Сотни людей струились через двери здания «Пан Ам». Я подумал про себя, что, должно быть, сегодня прибывает какая-то большая мировая знаменитость. Возможно, что я смогу взять интервью и у этой важной персоны, и одним выстрелом убью двух зайцев.

Я припарковал машину и с магнитофоном в руке прошествовал к терминалу «Пан Ам». Внезапно я услышал, кого пришла встречать вся эта толпа. Это было абсолютно невероятное зрелище из тех, что я до сих пор видел, и я сомневался, что увижу и в будущем, пока «Битлз» не посетят нас снова с визитом. Толпа из более 8 000 человек, состоящая в основном из подростков, была в полной готовности к встрече с этими англичанами. Я должен был взять интервью… у «Битлз». Было удивительно в такой весьма холодный день увидеть такое огромное скопище людей, добравшихся в такое труднодоступное место, как аэропорт Кеннеди, только для того, чтобы поприветствовать группу из четырех мальчиков, только что вошедших в мою жизнь, буквально несколько часов назад, и о ком раньше я даже ничего не слышал».

Билл Эппридж (фотограф): «Рано утром 7 февраля 1964 я находился в офисе журнала «Лайф». Было почти восемь часов утра, когда Дик Поллард (Dick Pollard) – директор по фотографии, был единственным человеком на этаже. Когда я шел по коридору, он увидел меня и крикнул: «Эппридж, ты чем сегодня занят? Не хочешь для меня кое-что поснимать? У меня тут днем в город приезжает группка сумасшедших британских музыкантов – «Битлз». Знаешь что-нибудь о них?». «Ничего», – сказал я в ответ. – «Да. И, нет».

Единственное упоминание о «Битлз», что я видел, было в одном из номеров журнала «Лайф», сфотографированных в Англии за месяц или ранее до этого. Я вспомнил фотоснимок девочек-подростков, находящихся в состоянии исступления. Этот журнал часто посылал меня на задания, с весьма скудной информацией относительно темы, как и в этот раз. Редакторы хотели видеть события моими глазами, без привязки к тому, что репортеры могли написать до этого. Они не хотели, чтобы мой взгляд на событие был затуманен чужим мнением.

Я только что вернулся с фотосъемки групп ненависти и страха на Юге страны, включая Роберта Шелтона – Великого Мудреца Объединенного клана Америки. После того, как я его сфотографировал, я принял предложение Шелтона воспользоваться небольшим самолетом, принадлежащим Клану, чтобы вылететь из Таскалуса до Монтгомери. По дороге в аэропорт я изменил свое мнение и решил поехать на автомобиле. Я ничего не сказал Шелтону, что отказался лететь этим самолетом. Когда несколько часов спустя я прибыл в Монтгомери и разместился в гостиничном номере, предназначенном для репортеров журнала «Лайф», то услышал, что тот самолет разбился, а я был пропавшим без вести, и считался погибшим. После этого «Битлз» показались мне желанным отвлечением. В то время я ни за что бы не поверил, что эти четверо музыкантов окажут такое влияние на мир.

Поллард сказал мне, чтобы я сразу поехал в аэропорт – их рейс прибывал через пару часов. Я захватил несколько фотокамер, и взял такси до аэропорта Кеннеди. Прибыл туда еще до полудня, и обнаружил там нью-йоркских фотокорреспондентов, репортеров и телеоператоров, застолбивших свои позиции.

Внутри терминала «Пан Ам» собралась полиция. Подростки всё прибывали. Казалось, что их было несколько тысяч. Чтобы их сдерживать, были установлены заградительные барьеры. В уровне ажиотажа было что-то необычное. Подростки знали, что происходит, и сами были частью этого».

Из дневника девушки Лайзы: «Дебби, её мама и я решили пройти на верхнюю эстакаду аэровокзала, где с высоты птичьего полета можно было увидеть «Битлз». У нас с Дебби с собой было по биноклю».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Пять тысяч поклонников, в основном, молодые девушки, пропустившие школьные занятия, заполнили верхние аркады здания прибытия, размахивая плакатами «Мы любим вас, Битлз», и самодельными табличками, приветствующими прибытие группы в Америку».

Линда Плотникофф: «Мне было 12 лет. Мы жили в 20 минутах от аэропорта, в Шипшед Бэй, Бруклин. Поэтому я попросила маму отвезти меня туда. Школу я пропустила».

Эд Руди (репортер, 1964): «Когда серебряный «Боинг 707» компании «Пан-Америкэн» приземлился, воздух наполнился свистом и криками».

Брюс Морроу (радиоведущий «Даблви-Эй-Би-Си): «Я стоял там со своим мобильным блоком радиовещания, среди большей частью молодых женщин, выстроившихся на верхнем балконе здания терминала с полным комплектом транспарантов, чтобы приветствовать потрясающую четверку. Шум был удивительным для такой относительно небольшой толпы. Хорошо помню, что я нервничал, был взбудоражен, и вопил так же, как и эти подростки. Это было заразительно.

В то время никто из нас [радиоведущих] не знал, что произойдет с этими четырьмя парнями, что Битломания пронесется по нам штормом, и завладеет нашими сердцами и кошельками, в частности. Мы были уверены, что эта группа была всего лишь мимолетным увлечением. Их несколько первых пластинок вышли, но даже не попали в чарты».

Эд Руди (репортер, 1964): «Более четырехсот корреспондентов, фотографов и телеоператоров, что было уже само по себе рекордом, были в полной готовности, чтобы запечатлеть прибытие «Битлз». Никогда ранее в истории этого аэропорта никого не встречало такое количество людей, и такого крика и шума, что был громче звука реактивных двигателей, когда самолет вырулил к центру».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Один из сотрудников аэропорта сказал: «Мы никогда ранее ничего подобного не видели. Никогда. Даже когда были короли и королевы». День был холодный и ясный».

Из дневника девушки Лайзы: «На улице было прохладно, но в толпе было тепло. Ожидание, казалось, длилось целую вечность. Где-то около часу пятнадцати я увидела, как самолет компании «Пан Ам» стал подруливать в нашу сторону. Я была уверена, что это тот самолет, на котором прилетели «Битлз». Когда самолет приблизился, толпа разразилась криками. Самолет остановился, и к нему подали трап».

Кадр кинохроники.

Репортер (1964): «Ходят слухи, что это месть британцев за бостонское чаепитие (прим. – акция протестa американских колонистов 16 декабря 1773 года в ответ на действия британского правительства, в результате которой в Бостонской гавани был уничтожен груз чая, принадлежавший Английской Ост-Индской компании). 3000 визжащих подростков в Нью-Йоркском аэропорту Кеннеди. Они встречают, вы угадали, кого – «Битлз»! Эта рок-н-ролльная группа завоевала высшие музыкальные симпатии наших юных слушателей».

Эд Руди (репортер, 1964): «Поклонники «Битлз», как сказали, начали собираться в аэропорту еще с 4-х утра. Это в пятницу утром, хотя «Битлз» не должны были появиться до середины дня. Получается, что некоторые из присутствующих поклонников к этому времени прождали часов по 10-11 только ради того, чтобы мельком увидеть мальчиков-битлов, выходящих из самолета.

Итак, мобильный трап прибыл на место, и сотрудник аэропорта поднялся по лестнице, чтобы открыть дверь самолета».

Майкл Уэббер (aircargonews.com): «После того, как самолет остановился на взлётном поле, на борт поднялась Дороти Риццо – сотрудница специальной службы «Пан Ам». С ней был носильщик, который должен был помочь «Битлз» с их багажом. Риццо представилась, и каждый из Битлов назвал себя, и затем указал носильщику на свой багаж».

Дороти Риццо (сотрудница «Пан Ам»): «Они выглядели как маленькие мальчики, но на загляденье были аккуратно причесаны, хорошо вымыты и в модных костюмах. Было ясно, что они очень рады шуму толпы, но оставались неизменно вежливыми и спокойными к профессиональным обязанностям работников, обслуживающих их».

Синтия: «Однако все мысли о возвращении домой у нас моментально улетучились, когда приземлившись, мы посмотрели в иллюминаторы. У одного Джона хватило сил высказаться: «Черт, вы только гляньте на это!». С отвисшими челюстями мы наблюдали толпу из нескольких десятков тысяч поклонников, которые распевали: «Мы любим «Битлз», йе-йе-йе!». Это была та же битломания, но еще более дикая, неистовая, всепоглощающая».

Дезо Хоффман (фотограф): «Сами «Битлз» и понятия не имели, что это встречают их. Они думали, что с минуты на минуту приземлится самолет с президентом».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они [«Битлз»] поначалу решили, что должен был приземлиться самолет с президентом страны. Затем до них дошло, что это встречают самих их».

Синтия: «Какая встреча ждёт нас в Америке – об этом мы не предполагали вплоть до того момента, пока самолёт не приземлился в аэропор­ту имени Кеннеди. Боже, что тут творилось! Шум двигателей снова утонул в море истеричных криков, доносившихся со стороны аэропорта, только море это было намного шире, а крики – не в пример громче и пронзительнее. Как будто американские поклонники действовали по принципу: «Всё, что вы умеете делать, мы умеем делать круче». Встреча превзошла самые безумные фантазии. Америка склонилась перед вторгшимися чужестранцами. Она встретила нас с распростёртыми объятиями».

Брюс Морроу (радиоведущий «Даблви-Эй-Би-Си): «После смерти Кеннеди нам нужно было за что-то зацепиться. Родители с детьми просто не сходились во взглядах. Поэтому, когда эта четверка парней сошла по трапу, это стало началом изменения культуры в США».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Вскоре после прибытия битлов, братья Альберт и Дэвид Мэйзлс из Массачусетса сняли первые эпизоды своего документального фильма о «Битлз». Это было совместное производство телевидения «Гранада» с собственным предприятием братьев по созданию фильмов, редакционный контроль которого Эпстайн по договорённости осуществлял лично».

Альберт Мэйзлс (кинодокументалист): «Я сидел в офисе, когда раздался звонок с телевидения «Гранада». Они попросили срочно выехать в аэропорт, снять ливерпульскую группу «Битлз». На звонок ответил я. Прикрыл трубку рукой и спросил брата: «Только быстро — кто такие «Битлз»? Слушать можно?». Настолько я был несведущ. Давид был умнее, он, к счастью, знал. Мы взяли камеры и выехали на съемку.

Так что 7 февраля 1964 года мы вместе с моим братом — у меня на плече камера, а у него — магнитофон — встречали «Битлз» в только что пе­реименованном аэропорту им. Джона Ф. Кеннеди, куда они прибыли с первым визитом в США. Никто не знал, будет ли это 50 человек или 5 000. Я думаю, что было пять или 10 тысяч, ожидавших в аэропорту. После убийства Кеннеди, страна нуждалась в некоторой моральной встряске, и эти парни, похоже, сделали это».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «На всём протяжении двухнедельного пребывания «Битлз» в Америке братья Мэйлзы будут следовать за Джоном, Полом, Джорджем и Ринго буквально попятам».

Альберт Мэйзлс: «На протяжении последующих шести дней мы постоянно были рядом с ними, снимали их денно и нощ­но. Насколько помню, Джон был внимательней остальных, вероятно вбирая в себя все происходя­щее без остатка».

Синтия: «Из всех нас только Брайен оставался невозмутимым и спокойным, отдавая последние распоряжения».

Брайен: «Пока мы ждали, когда пассажиры сойдут с самолета и четыре битла впервые окажутся на американской земле, до нас доносился неистовый шум грандиозной толпы. Казалось, что все здание – весь верхний этаж аэропорта – был заполнен людьми. Это был один из самых памятных моментов в моей жизни».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В дополнение к орущим подросткам, их встречали более двухсот репортеров и фотографов с радио, телевидения, журналов и газет».

Брайен: «Никогда до того, или после, я не видел так много фотографов в одном месте, нигде в мире, за исключением, возможно, возвращения «Битлз» в Англию из американского турне».

Синтия: «Чёрт возьми! Боже праведный! Вы только посмотрите на это! Господа! Нет, вы только послушайте!» – восклицали мы, прильнув к крохотным окошкам-иллюминаторам, пытаясь получше разглядеть феномен американского безумия. Ребят немного пугала ситуация, виновниками которой были они сами. В обстановке этого немыслимого хаоса Брай­ен держался великолепно. Его умение контролировать ситуацию внушало уважение и восхищение. Он сразу включился в действие. «Джон, Пол, Джордж, Ринго – вы остаётесь со мной. Мэл, Нил – на ва­ше попечение я оставляю Син. Всё устроено. Лимузины доставят нас прямо в отель. Через таможню проходить не будем». Мы все были на седьмом небе. Я просто не в состоянии описать ту атмосферу и ту реакцию, которая встретила нас, когда дверца самолёта, наконец, отк­рылась. Америка воистину лежала у наших ног».

Ринго: «Все сложилось так, что к тому времени, как мы приземлились в США, наша пластинка заняла первое место. Нас пригласили в Америку еще пять месяцев назад, такого поворота событий мы не могли предвидеть».

Синтия: «Когда открыли боковой люк, в салон самолета хлынул оглушительный рев приветствовавших нас людей. Ребята еще не успели ступить на американскую землю, а уже завоевали тысячи сердец».

Ринго: «Мы вышли из самолета и словно оказались дома, перед миллионной толпой».

Хелен Ши (дочь пилота Джерри Ши): «Отец сказал, что в аэропорту все кричали и плакали, и что он никогда такого не видел, кроме того случая в музыкальном магазине в Лондоне».

Эд Руди (репортер, 1964): «На фоне раздавшегося оглушительного грохота от «охов», «ахов», «воплей», «визгов», «свиста» и «приветствий», один за другим стали выходить мальчики-битлы, пока их не стало четверо. Вот они – «Битлз». Четыре молодых англичанина по имени Джон Леннон, Пол Маккартни, Джордж Харрисон и Ринго Старр, которые в этот день уже установили рекорд самой многочисленной встречающей в аэропорту толпы из всех, что когда-либо были!».

Из дневника девушки Лайзы: «Я не поняла, кто вышел первым из самолета. Может, это был кто-то из друзей «Битлз», а может кто-то из пассажиров, случайно полетевших этим же рейсом. Счастливчик! Наконец-то появилась вся четверка «Битлз». Они остановились на верхних ступеньках и повернулись к толпе. Мы кричали громче, чем звук реактивных двигателей. Вся группа вместе со стюардессой «Пан Ам» спустилась по трапу на взлетную полосу. Их снимала масса фотографов. Мама Дебби тоже сделала несколько снимков фотокамерой своего мужа. Это был «Никон» с так называемым телеобъективом. Уже не могу дождаться, когда я увижу эти фотографии. Она знает одно место, где снимки делают в течение недели».

Хелен Ши (дочь пилота Джерри Ши): «Как сказал мой отец, когда они поняли, кто с ними полетит в США, один из членов экипажа пошёл и купил пластиковые парики «Битлз». И когда они приземлились в Нью-Йорке, то перед выходом из самолета, одели их себе на головы. Помню, как он рассказывал, что встречающие журналисты и фотографы очень на них разозлились, потому что когда они сходили по трапу, то те стали путаться, кто из них был «Битлз», а кто были пилоты. «У них [репортеров] совсем не было чувства юмора», – сказал он».

Из интервью писателя Карла Бернстайна Сергею Козлову (октябрь 1993 г.):

С.Козлов: Мистер Бернстайн, вы наверняка помните октябрь 63-го. Не тогда ли вы заинтересовались рок-музыкой?

Карл Бернстайн: Честно говоря, мне больше запомнился февраль 1964 года, когда «Битлз» впервые приехали в Америку, но, несомненно, первая волна битломании докатилась до Штатов осенью 63 года. Когда утверждают, что успех битлов в Штатах был предопределён мощной рекламной кампанией, то это чепуха. К февралю группу уже отлично у нас знали. Из Англии была привезена масса битловских пластинок, да и «Кэпитол» – американский филиал «И-Эм-Ай» – не стоял на месте. «Битлз», и это можно с уверенностью сказать, завоевали Новый Свет за несколько месяцев до своего «вторжения». И, вы правы, именно тогда я всерьёз и увлёкся этой музыкой.

Гарри Бенсон (фотограф): «Там была толпа встречающих, но не та, которую они ожидали увидеть. Эту толпу составляли фотографы, служащие аэропор­та и несколько полицейских, и, как могли видеть «Битлз», это было все. А ведь они надеялись увидеть тысячи вопящих фанатов, но их не было».

Роберт Фримен (фотограф): «Я задумал снять «Битлз» в аэропорту Кеннеди сразу же по их прибытию – их первые шаги по Америкe. Поэтому я должен был выйти из самолета как можно быстрее. Мне пришлось продираться сквозь толпу корреспондентов, официальных лиц, их сопровождающих, фотографов, поклонников, которые умудрились взобраться даже на крышу аэровокзала».

Фото Гарри Бенсона.

Брайен: «Авиалайнер Пан Америкен совершил посадку в аэропорту Кеннеди, в Нью-Йорке под приветствия, равных по силе которым редко найдешь где-либо в истории. Никто, безусловно, и я тоже, хотя я с самого начала был настроен оптимистично, не мог предвидеть такой ажиотаж и то невероят­ное любопытство, вызванное прибытием на американскую землю четверки длинноволосых парней из Ливерпуля».

Джордж: «Мы приземлились, а в аэропорту тьма народа: репортеры, полисмены и все такое. И смешно сказать, стоит рев и визг».

Джулия Бэрд (сестра Джона Леннона): «Мы тогда были в Англии, смотрели их в новостях по телеку, как они спускаются по трапу самолета. А народу тьма, и все кричат, визжат и все такое».

Линда Плотникофф (очевидица): «Я не смогла очень-то разглядеть «Битлз». Я была маленького роста. Я попросила маму отвезти меня в город к Плазе».

Росс Бенсон (автор книги «Пол Маккартни. Личность и миф»): «Нью-йоркская полиция, поднаторевшая в вопросах обеспечения безопасности, загнала всех поклонников «Битлз» в здание аэропорта, и, когда те вошли в зал, их встретил шум, которого они не услышали, сойдя на летное поле с трапа самолета. Такого скопища людей «Битлз» не наблюдали даже на родине. Девушки, юноши, взрослые мужчины и женщины, репортеры, полиция…».

Джордж: «Никогда прежде я так не радовался присутствию поли­ции».

Росс Бенсон (автор книги «Пол Маккартни. Личность и миф»): «Ажиотаж был необыкновенный. Как заявила администрация аэропорта, в Америке еще никого так не встречали – ни президентов, ни королей. Вместе с «Битлз» в самолете прилетел знаменитый эстрад­ный певец и недавний кумир американцев Эдди Фишер, но его даже не заметили».

Из дневника девушки Лайзы: «После того, как «Битлз» скрылись внутри здания, мы пошли к автомобилю, чтобы поехать в «Плазу». Когда мы туда приехали, несколько подростков уже ждали их прибытия. Пока мама осталась в комнате читать книгу, мы с Дебби заняли место у входа в отель, чтобы дождаться прибытия «Битлз».

Росс Бенсон (автор книги «Пол Маккартни. Личность и миф»): «Когда «Битлз» шли вдоль полицейских заслонов, девицы впадали в экстаз. Одна из них свесилась с четвертого этажа, ее поддерживали два парня, а она кричала: «Я здесь! Мы вас любим!» Это был самый горячий при­ем, которого не ожидали даже сами «Битлз». Поклонники пели хором «Мы любим вас, Битлз, о, да» — песню, специально сочиненную к приезду «Битлз».

Фоторепортеры снимали каждый шаг ливерпульской четверки. Устроители гастролей преподносили всем при­сутствующим сувениры, подготовленные «Кэпитол Рекордз». Каждому пассажиру, сошедшему с трапа самолета, вру­чался пакет, в котором лежали парик, фото с автографом и зна­чок «Я люблю Битлз». Получили по «набору Битлз» и сами музыканты, к неописуемому восторгу толпы».

Упаковка с париком «Битлз».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Позднее говорили, что американская компания звукозаписи пообещала каждому, кто придет в аэропорт, один доллар и футболку. На самом же деле секретари в «Кэпитол Рекордз» поминутно отвечали на телефонные звонки: «Кэпитол Рекордз»… Да. «Битлз» прилетают». Об этом часто упоминалось и по радио: «К нам едут «Битлз»!» Бесплатные футболки предлагали те, кто использовал в то время торговую марку «Битлз». Тогда я об этом и не подозревал, все это не имело никакого oтношения к компании звукозаписи».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Одним из наших самых полезных вкладов в запуск американской кампании было уговорить «Кэпитол Рекордз» учредить огромный бюджет в 50 тысяч долларов для рекламирования прибытия «Битлз». В качестве части интенсивной программы этой компании грамзаписи, у каждой радиостанции в США был мешок со всяким битловским добром, включая значки «Стань горячим сторонником «Битлз». Миллионы плакатов «Битлз приезжают» вешались в видных местах в больших и малых городах».

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Брайан Соммервилль, прибывший двумя днями раньше, пробился сквозь толпу, сопровождаемый представителями «Пан Ам». Когда спустились остальные прибывшие, каждый из них получил от «Кэпитол Рекордз» «битловский набор», состоявший из фотографии «с автогра­фом», значка «Мне нравятся Битлз» и битловского парика. В это время сами «Битлз» проходили таможенный контроль».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Полицейские провели битлов в здание аэровокзала к таможне. Хотя им и не пришлось стоять в очереди, бесстрастные нью-йоркские таможенники тщательно проверили багаж каждого».

Зона таможенного досмотра, аэропорт Кеннеди, фото 1964 г.

Аэропорт имени Кеннеди. Прохождение таможенного досмотра. Фото Дезо Хоффмана.

Роберт Фримен (фотограф): «Мы прошли обычный таможенный досмотр».

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «С одной стороны таможенного холла полицейские отгоняли назад не­сколько сотен вопящих девиц, с другой – около тысячи броса­лись и расплющивались как насекомые о толстую стеклянную стену».

Аэропорт Кеннеди, фото 1964 г.

В аэропорту Кеннеди, кадры кинохроники.

Эд Руди (репортер, 1964): «После того, как мальчики спустились по трапу, их быстро препроводили в комнату, отведенную для пресс-конференции».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Когда «Битлз» вышли из зоны паспортного контроля, их встретило больше сотни горланящих журналистов, ослепив группу вспышками фотоаппаратов».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Снаружи их поджидали более двухсот американских журналистов и съемочная группа, которая должна была снять документальный фильм для английского телевидения, фиксируя каждый их шаг».

Ринго: «Вот она, Америка. Кажется, они все посходили с ума».

Роберт Фримен (фотограф): «Затем нас ожидал конференц-зал, куда мы попали через стеклянный коридор, сопровождаемые взглядами многочисленных поклонников».

Синтия: «В здании аэропорта «Битлз» препроводили в зал, где должна была состояться самая большая в их жизни пресс-конференция, в которой принимали участие десятки представителей пишущей прессы и телевизионных компаний».

Мюррей Кауфман (ди-джей): «Впервые я узнал о «Битлз» в октябре 1963-го. Они прислали мне пластинку, отметив, что, возможно, «Битлз» приедут в США. Я сказал: «Хорошо, я много об этом слышал». Я поставил её в эфир. У меня в то время на «Даблви-Ай-Эн-Эс» был обзор-конкурс, во время которого я каждый день проигрывал в эфире пять новых записей. Слушатели голосовали за ту запись, которая понравилась им больше всего, и победители каждой недели проигрывались по субботам. Когда я поставил их [«Битлз»] в конкурсном эфире с песней «Она любит тебя» (She Loves You), то они заняли третье место из пяти. Но я продолжал ставить их в эфире в течение двух или двух с половиной недель. Ничего не произошло. Я имею в виду, на самом деле, никакой реакции. Ничего!

В те дни я проводил все праздничные шоу в бруклинском театре «Фокс». Десять дней, шесть шоу в день. Подошло время Рождественских шоу. Я провел шоу, и затем решил поехать в отпуск во Флориду. Во время моего пребывания во Флориде, ни с того ни с сего вдруг каждый раз, когда я включал радио, там постоянно звучала песня «Я хочу держать тебя за руку». Помню, я сказал: «Ну и дела, это ведь та же группа, только на этой записи она звучит как английская версия «Братьев Эверли»». Это было такого же рода звучание.

Когда я там находился, мне поступил срочный звонок из Нью-Йорка с радиостанции «Даблви-Ай-Эн-Эс» от моего управляющего».

Боб Спитц (автор книги «Биография Битлз»): «Ему позвонил программный директор Джоел Чейсмен, чтобы он вернулся на радиостанцию».

Мюррей Кауфман (ди-джей): «Он сказал мне, что приезжают «Битлз». «Прекрасно», – говорю я, – «найдите истребителя насекомых». «Ты не понимаешь, чувак», – отвечает он, – «все телевизионщики, газетчики, радио собираются освещать их прибытие. Мы собираемся стать единственной радиостанцией, освещающей это событие в прямом эфире. Мы хотим, чтобы ты вернулся сюда». «О, забудь об этом», – сказал я. – «Я не знаю их. Они не знают меня. Я в самом разгаре отпуска, который мне на самом деле нужен».

Ну, он надавил и заставил меня вернуться. Мы запрыгнули в самолет, я вернулся в Нью-Йорк и отправился туда. Я на самом деле не особенно волновался по поводу всего этого мероприятия. Зашел в аэропорт Кеннеди. Понятное дело, в те времена это был в значительной мере мой город. Полицейские пропустили меня прямо в комнату для прессы, где уже находился мой звукоинженер. Впереди расположились работники с радио, газетные репортеры позади нас. В самом конце телеоператоры».

Эд Руди (репортер, 1964): «В задней часть комнаты от стены до стены в линию выстроились телевизионщики и телеоператоры новостей. Фотографы и репортеры толкались, кричали и матерились, пытаясь занять место поближе к мальчикам-битлам».

Мюррей Кауфман (ди-джей): «Вошли «Битлз». Мы начали работать в прямом эфире».

Эд Руди (репортер, 1964): «Весьма большая комната трещала по швам, и в то же время многие другие пытались протиснуться через дверь, чтобы попасть в этот пресс-конференц-зал. Это был сущий бедлам».

Эл Ароновиц (автор книги «Боб Дилан и Битлз»): «В старом «Сатэдэй Ивнинг Пост» редакторы были такими старожилами, что хлопали себя по бедрам, когда смеялись над фотографиями длинноволосых рок-н-рольщиков. Но они утверждали, что были журналистами, и если и воспринимали Битломанию как своего рода странного монстра, то это был, в конце концов, монстр, который проглотил Англию одним глотком и собирался начать поедать Америку. Когда европейский журналист Пит Хэмилл передал материал о «Битлз», редакторы посчитали его слишком поверхностным, и мне поручили осветить прибытие «Битлз» в Америку. Вот почему я оказался в аэропорту, когда Потрясающая четверка вышла из самолета в февральский холод под обычные для них фанфары подростковых визгов.

Я был частью дружелюбной армии журналистов, которые имели при себе арсенал ядовитых ручек, и чьи намерения были более или менее направлены на то, чтобы «насадить Битлов на вертел», если это будет возможно. Мы были там, чтобы проткнуть пузырь «Битлз», если получится, и увидеть, способны ли они на самом деле дать Америке вескую причину, чтобы НЕ заглатывать Битлманию (потому что мы могли бы ею подавиться), развенчать славу «Битлз», найти причину, чтобы поиздеваться над ними и дискредитировать их, чтобы найти обоснование того, почему этим четырем британцам, нуждающимся в стрижке, не следует распространять свое сумасшествие на стриженную под ёжик Америку. Мы были закаленными ветеранами. Скептицизм и цинизм были нашими партнерами».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Когда мы приехали в Америку, мы были еще слишком наивны. Мы понятия не имели ни о какой рекламе. Нас постоянно обманывали. Нам устраивали пресс-конференции с большими рекламными щитами за нашей спиной, а мы этого не замечали».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «До этого я основательно проинструктировал Брайана Соммервилля насчёт его первой американской пресс-конференции. Он попытался следовать формату, который мы так тщательно планировали – фотографы должны были быть первыми в очереди, перед основной сессией «вопрос-ответ» между ребятами и сотней или больше журналистов. Но дивизия шумных фоторепортёров отказывалась даже сдвинуться с места, когда предназначенное им время истекло».

Эл Ароновиц (автор книги «Боб Дилан и Битлз»): «С тусклым взором, который, кажется, не заинтересован в том, чтобы посмотреть дальше, чем линзы его очков, Брайан Соммервилль – лысеющий 32-летний лондонец, чья челюсть выступает как юго-восточный угол Англии, когда он думает, что собирается сказать что-то важное. В нью-йоркском международном аэропорту Джона Ф. Кеннеди 7 февраля 1964 года челюсть Брайана Соммервилля вышла за пределы его способности самовыражения. Тысяча или более кричащих подростков пытались протиснуться друг между друга к тонкой белой нейлоновой веревке, протянутой через вестибюль прибытия в международном терминале. Всего несколько мгновений назад три тысячи или более человек находились на смотровой площадке, где металлические перила, казалось, прогибались наружу под натиском толпы, а их крики заглушали протяжный вой самолетов. Подростки здесь в качестве гостей нью-йоркских диск-жокеев, которые пригласили их сюда, предложив взяв выходной в школе, чтобы отпраздновать это событие.

Фотограф из «Нью-Йорк Джорнел» дергает Соммервилля за руку и кричит: «Мы заплатили за эксклюзивную историю, но мы даже не можем сфотографировать их, чтобы они смотрели на нас! За что мы заплатили вам деньги?»

С другой стороны Соммервилля, фаланга журналистов, которые, как и сам Соммервилль, только что прибыли из Лондона, жалуются, что полиция не пускает их в пресс-центр без нью-йоркской аккредитации, которой, разумеется, у них нет. Пресс-центр настолько переполнен, что в любом случае не сможет вместить всех. Тем временем один из полицейских пытается вывести из помещения руководителя «Кэпитол Рекордз», который пришел, чтобы приветствовать компанию Соммервилля, но у которого не оказалось с собой удостоверения личности. Среди перекрестного огня криков и воплей, диск-жокеи с миниатюрными магнитофонами в руках направляют микрофоны во всех направлениях. Стробоскопы и вспышки, нацеленные на толпу, освещают молодые лица с открытыми в экстазе ртами. Откуда-то сзади доносится сообщение, что две девочки-подростки потеряли сознание.

«Я не видел такого освещения в прессе, – отмечает один из репортеров, – с тех пор, как был убит Кеннеди! Или, если уж на то пошло, с тех пор, как Элизабет Тейлор и Ричард Бертон гонялись по Риму!»

Соммервилл явно не знает, что делать или говорить. Внезапно его челюсть просигнализировала о том, что сейчас будет заявление.

«Это, – говорит он с интонацией нации, которая когда-то привыкла управлять миром, – совершенно выходит из-под контроля!»

Брайан Соммервилль – пресс-секретарь британской рок-н-ролльной группы, известной как «Битлз». Они только что в первый раз в своей жизни прибыли в Нью-Йорк. Они были четырьмя молодыми людьми в темных эдвардианских костюмах с четырьмя пуговицами. Один из них оказался невысоким и полноватым. Другой был симпатичной душкой. У третьего, казалось, было грубоватое лицо с намеком на неправильную посадку зубов. У четвертого на лице остатки подростковых прыщей, заметно выделяющихся на высоких угловатых скулах. Их звали Ринго Старр, Пол Маккартни, Джон Леннон и Джордж Харрисон, но в остальном они были неотличимы ни космами, ни лохматыми, разметеленными, похожими на швабры, прическами».

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Фотографы, толпившиеся перед репортерами и телевизионщиками, производили такой шум, что нельзя было расслышать ни одного вопроса».

Эд Руди (репортер, 1964): «Пресс-конференция была сценой дикого шума и неразберихи. Если вы не находились на уровне мальчиков-битлов, то расслышать их было невозможно. Было практически невозможно записать их интервью на плёнку».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Не будут ли так любезны фотографы теперь соблюдать тишину, чтобы репортёры могли задавать вопросы? ПОЖАЛУЙСТА!!»

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Соммервилл, после нескольких более или менее вежливых просьб утихомириться, сграбастал микрофон и взревел: «Заткнитесь! Заткнитесь, я говорю!».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Соммервилль закричал: «Это полностью вышло из-под контроля. Дамы и господа, это становится смешно. Если вы не будете вести себя тихо, мы будем просто стоять здесь, пока вы не успокоитесь. Замолчите! Просто замолчите!».

Эл Ароновиц (автор книги «Боб Дилан и Битлз»): «Когда они предстали в заполненной шумом комнате для прессы, Брайан Соммервилль, выступающий в качестве ведущего церемонии, подошел к микрофону, выдвинул челюсть и обратился к журналистам: «Джентльмены, джентльмены, джентльмены, пожалуйста, заткнитесь!»

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): ««Битлз» поддакнули: «Да-да, утихните». Это вызвало непроизвольные аплодисменты».

Джон: «Когда мы прилетели, американцы расхаживали в этих мудацких бермудских шортах, с солдатской стрижкой и жвачкой в зубах, девчонки были похожи на кобыл сороковых годов, не было никакого понятия ни об одежде, ни о джазе. И мы тогда подумали: ну и поганый народец, ну и поганый».

Билл Эппридж (фотограф): «Я предполагал, что от ребят должны были бы полететь искры».

Эд Руди (репортер, 1964): «Через несколько секунд атмосфера была очищена от хаоса и беспорядка, и «Битлз» получили возможность ответить на некоторые из вопросов, прокрикивая их газетчикам».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «В отличие от английской прессы, где было лишь обожание с той поры, как их заметили, американская пресса всячески подкалывала «Битлз». В лучшем случае нью-йоркская пресса считала «Битлз» прихотью, которая быстро пройдет».

Вопрос: Вы в некотором замешательстве от того сумасшествия, которое вызывали?

Джон: Нет, всё здорово.

Пол: Нет.

Ринго: Чудесно.

Джордж (улыбаясь): Нам нравится.

Джон: Сумасшедшие нам нравятся.

Эд Руди (репортер, 1964): «Другим вопросом был такой: «Вас привела в замешательство та Битломания, которую вы пробудили здесь, в Америке?», на что они хором ответили «Нет!». «Так или иначе, мы любим психов!», – добавил Джордж в шутливой манере к своему «нет»».

Эл Ароновиц (автор книги «Боб Дилан и Битлз»): «Но «Битлз» сразу же заставили нас есть из их рук. Конечно, они очаровали меня. Не только одной музыкой «Битлз» завоевали мир. На планете, ось которой слишком сильно наклонена в пользу душевных страданий, «Битлз» были позитивной эмоцией!»

Вопрос: Безумство у вас в почете?

«Битлз»: Да.

Джон: Это полезно для здоровья.

Вопрос: Это английский акцент?

Джордж: Нет, не английский. Это ливерпульский, видите ли.

Пол: Это ливерпульский акцент – некоторые слова звучат иначе. Знаете, вы произносите «трава», а не «травваа», и это звучит более по-американски. Вот так вот.

Вопрос: Ливерпуль, это…

Ринго (шутливо): Это столица Ирландии.

Пол: Во всяком случае, половину наших народных песен мы написали в Ливерпуле.

(смех)

Ринго: Да, не забудьте!

Вопрос: В Детройте, штат Мичиган, на автомобилях появились наклейки со слоганом «Раздави Битлз».

Пол: Ну да… первым делом мы организуем движение «Раздави Детройт».

(смех)

Вопрос: Так как насчет движения «Раздави Битлз»?

Джон: Вы это о чем?

Ринго: А оно сильно большое?

(смех)

Эд Руди (репортер, 1964): «Еще один интервьюер спросил о том, что они думают о компании «Раздави Битлз», организованной одной группой в Детройте. «Мы организуем компанию Раздави Детройт», – произнес Джордж. «Насколько крепки эти парни?» – спросил Ринго.

Мюррей Кэй.: Здесь вопрос.

Корреспондент (пытаясь перекричать шум толпы): Не могли бы вы попросить Мюррея Kэя прекратить нести эту ахинею?

«Битлз» (весело кричат): Прекрати нести эту ахинею!

Пол: Эй, Мюррей!

(смех)

Мюррей Кауфман (ди-джей): «Внезапно Джордж Харрисон повернулся ко мне и сказал: «Мне понравилась твоя шапка». Я ответил: «Кстати, вы прибыли на самолете с некоторыми из моих друзей». На самолете вместе с ними летели девушки, известные как группа «Роннеттс», со своим продюсером Филом Спектором. Я сказал об этом Джорджу, и он спросил: «Кто ты?». «Я – Мюррей Кэй», – ответил я. «Ты Мюррей Кэй?», – спросил он. Похоже, что ранее они слышали обо мне, потому что все артисты, выступавшие в бруклинском театре «Фокс», и приезжавшие затем в Англию, рассказывали им о моих шоу и проигрывали для них мои альбомы.

Они все отвлеклись от пресс-конференции, и перешли на разговор со мной, вызвав тем самым тревогу у остальной части представителей прессы. Они сказали: «Эй, давай, поезжай к «Плазе». Мы хотим поговорить с тобой». «Хорошо, отлично», – ответил я».

Пол: «Нью-йоркский диджей Мюррей Кэй был самым дотошным».

Ринго: «Самый скоростной болтун из всех, кого я когда-либо слышал».

Пол: «Он [Мюррей] предугадал наше будущее и теперь хотел воспользоваться этим. Он был довольно развязным журналистом, который задавал дерзкие вопросы на пресс-конференциях, вместо того чтобы спокойно стоять в стороне. Он действовал так: «Эй, ребята, привет! А что вы скажете про…?» Это произвело на нас впечатление, мы часто звонили в его шоу, когда он был в эфире. Мы давали ему эксклюзивные интервью, потому что он нам нравился. Он устраивал выездные шоу и мог рассказать о таких людях, как Смоки Робинсон, с которым был знаком. Нам Смоки Робинсон казался богом».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мюррей Кэй прилагал все усилия, чтобы оказаться в пределах видимости камеры в как можно большем числе сцен, и даже убедил продюсеров включить свою фирменную фразу «Что происходит?» в одно из окончательных названий программы».

Один из репортеров: Это вопрос?

Мюррей Кэй: (пытаясь перекричать шум) Потише, пожалуйста.

Вопрос: Недавно один психиатр сказал, что вы всего лишь кучка британских Элвисов Пресли.

Джон: Должно быть он слепой.

Ринго: (характерными движениями изображая Элвиса Пресли) Это не правда, это не правда!

Джон: (тоже начал танцевать как Элвис).

Журналистка: Не могли бы вы спеть что-нибудь?

«Битлз»: (хором) НЕТ!

(смех).

Ринго: Извините.

Мюррей Кэй: Следующий вопрос.

Вопрос: Есть некоторое сомнение, что вы УМЕЕТЕ петь.

Джон: Нет, сперва заплатите!

(смех).

Вопрос: Сколько вы рассчитываете заработать в этой стране?

Джон: Около половины кроны.

Ринго: Десять долларов.

Вопрос: Все эти ваши прически помогают вам петь?

Пол: Что?

Вопрос: Ваши прически помогают вам петь?

Джон: Определенно. Да.

Вопрос: Вы ощущаете себя Симпсонами (прим. – мультипликационные персонажи)? Если бы вы потеряли свои волосы, вы бы потеряли то, что у вас есть? Изюминку?

Джон: Не знаю. Я не знаю.

Пол: Не знаю.

Мюррей Кэй: Здесь вопрос.

Вопрос: Сколько у вас лысых, раз уж вы вынуждены носить эти парики?

Ринго: Мы все.

Пол: Я лысый.

Вопрос: Вы лысый?

Джон: О, мы все лысые, да.

Пол: Не говорите никому, пожалуйста.

Джон: И глухие и немые к тому же.

(смех).

Мюррей Кэй: (обращаясь к залу) Тише, пожалуйста.

Вопрос: Вы знаете американский сленг? Не может быть!?

Пол: Без шуток.

Джон: Подойди и попробуй.

Ринго: (смеется)

Вопрос: Вас не пугает, что Американская Ассоциация Парикмахеров о вас подумает?

Ринго: Ну, мы бегаем быстрее, чем английские парикмахеры, попытаемся и здесь, типа.

Вопрос: Послушайте, у меня здесь вопрос. Вы вообще собираетесь постричься, пока вы здесь?

«Битлз»: НЕТ!

Ринго: Нет.

Пол: Нет, спасибо.

Джордж: Я только вчера постригся!

(смех).

Ринго: Он не обманывает, это правда!

Пол: Так и есть.

Корреспондент: Наверное, теперь он сожалеет об этом.

Джон: Нет.

Джордж: Нет, он не жалеет об этом. Нет.

Ринго: Видели бы вы его позавчера.

Эд Руди (репортер, 1964): «Один представитель прессы спросил: «Когда вы собираетесь постричься?». Ринго мгновенно выстрелил в ответ: «Мы только вчера все постриглись. Вы бы видели нас за день до этого!».

Вопрос: Как вы считаете, почему ваша музыка так действует на людей?

Пол: Эээ…

Джон: Хм, ну…

Ринго: Не знаю. Она им нравится, я так думаю. Видимо это так, потому что они ведь её покупают.

Вопрос: Почему эта музыка так их возбуждает?

Пол: Мы не знаем. На самом деле.

Джон: Если бы мы знали, то набрали бы другую группу и стали бы их менеджерами.

(смех)

Эд Руди (репортер, 1964): ««Чем вы объясняете свой успех?», – был один из вопросов. «Битлз» ответили почти в унисон: «Если бы мы знали, то каждый из нас стал бы менеджером успешной группы!».

Вопрос: Ваше мнение о тех разговорах, где вас представляют как некоторый тип социального протеста?

Джон: Это грязная ложь. Это грязная ложь.

(смех)

Вопрос: Как вы относитесь к Бетховену?

Ринго: Великолепен. Особенно его стихи.

(смех)

Мюррей Кэй: Господа, можем мы задать последний вопрос?

Пол: Мой любимый.

(смех)

Эд Руди (репортер, 1964): «Когда их спросили о том, что они думают о Бетховене, Пол ответил: «Нам он нравится, особенно его стихи». Один из их больших хитов, конечно же, «Перевернись, Бетховен» (Roll Over Beethoven)».

Вопрос: Когда вы собираетесь завершить свою карьеру?

Джон: На следующей неделе.

Пол: Нет.

Джон: Нет, мы не знаем.

Ринго: Мы собираемся продержаться так долго, сколько сможем.

Джордж: Когда нам это надоест. Но пока что нам это нравится.

Ринго: В любую минуту.

Корреспондент: После того, как вы заработаете много денег, и затем…

«Битлз»: Нет.

Джордж: Нет, мы будем продолжать до тех пор, пока нам это будет нравиться. Потому что нам это нравилось еще до того, как мы начали зарабатывать вообще какие-либо деньги.

(В конце пресс-конференции, так как они были еще малоизвестны большинству присутствующих журналистов, «Битлз» пропели свои имена в том порядке, как они стояли у микрофонов).

«Битлз» (хором): Пол… Ринго… Джордж… Джон! Пол… Ринго… Джордж… Джон!

Репортер (во время репортажа): «Их первое интервью блещет остротами и юмором».

Сид Бернстайн (промоутер): «Ну да, это их манера, их стиль. Идет пресс-конференция, они вовсю шутят, острят. Публика их тогда сразу приняла».

Эл Ароновиц (автор книги «Боб Дилан и Битлз»): «В «Сатэдэй Ивнинг Пост» у меня был замечательный редактор по имени Билл Эвальд, но, боюсь, я его измотал. Он поручил мне написать 3 500 слов или около того, но «Битлз» настолько ошеломил меня, что моя многоречивость удивила меня самого, и я вручил ему рукопись из 10 770 слов. Я говорил вам, что Билл Эвальд был великолепен. Он мастерски сократил материал до 4 000 слов, поместив фотографию «Битлз» на обложке «Сатэдэй Ивнинг Пост», и продал больше экземпляров, с тех пор как Бен Франклин основал журнал».

Джон: «К тому времени, когда мы попали в Штаты, мы уже были настоящими профессионалами. Мы изучили все приемчики… британская пресса — самая жестокая в мире. После нее мы могли справиться с чем угодно».

Сид Бернстайн (промоутер): «Джон умница, забавник. За словом в карман не лез. А какие номера он выкидывал! Всего и не вспомню. Ринго, тот настоящий клоун, любил подурачиться. А Джордж всегда молчаливый, аккуратный, умел слушать. Какие они были разные, даже удивительно».

Мюррей Кауфман (ди-джей): «Они развеяли общее мнение о том, как должны вести себя суперзвезды. Они задавили прессу. Они действительно выиграли от этого».

Алистер Тейлор (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Когда у меня спрашивают, кто из битлов самый-самый, я процитирую Мэла Эванса. Жаль, что не я тогда сказал эту фразу. Так вот, подкатил к нему один поклонник: «Кто из битлов для вас круче всех?» Мэл чуть-чуть подумал и ответил: «Тот, кого видел последним».

Майк Смит (группа «Пятерка Дейва Кларка»): «Я думаю, американцы не ожидали, что музыканты, играющие рок-н-ролл, способны обладать находчивостью и остроумием».

Гарри Бенсон (фотограф): «Они приехали в Америку в 1964-м. Это было всего спустя пару месяцев после убийства Джона Кеннеди. Они помогли поднять Америку из депрессивного состояния. Обожали музыку, любили «Братьев Эверли» и Чака Берри. Они были парнями не промах, умными. Когда это всё на них обрушилось, они были готовы к такому приёму. Вам надо было видеть их на пресс-конференции. Люди от них были в восторге. Это была Битломания».

Эд Руди (репортер, 1964): «Время, отведенное на пресс-конференцию, прошло быстро. Настало время провести «Битлз» к машинам, и доставить в город в их отель. Переполненный пресс-центр вскоре опустел».

Кадры кинохроники.

Роберт Фримен (фотограф): «Конференция закончилась. Нас погрузили в четыре Кадиллака».

Эд Руди (репортер, 1964): «Покинув пресс-конференц-зал, каждому из Битлов был назначен арендованный лимузин «Кадиллак Герц», и я был в числе очень немногих репортеров, которым удалось поехать с ними к отелю «Плаза»».

Кадры кинохроники.

Том Вулф (репортер «Нью-Йорк Геральд Трибун», 1964): «Битлз покинули аэропорт в четырех лимузинах «Кадиллак» (прим. – на самом деле Пол, Джордж и Ринго сели в один лимузин, Джон в другой, а Брайен добрался до города на такси). Каждый из Битловских лимузинов направился к гостинице «Плаза» на Манхэттене».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Отъезд ребят из аэропорта был таким же сумасшедшим и хаотичным, как и конференция. Трое битлов запрыгнули – или были закинуты – в чёрный лимузин «Кадиллак». Брайан Соммервилль протиснулся через плотное кольцо полицейских, чтобы присоединиться к ним. Кто-то стукнул по крыше лимузина и завопил: «Поехали, поехали, поехали!». Джон остался на тротуаре и громко матерился, пока его не впихнули во второй из «Кадиллаков» для «Кэпитол Рекордз», оставив разгневанного Брайена Эпстайна наблюдать за тем, как маленькая колонна автотранспорта быстро исчезает в направлении скоростной автострады с воющими сиренами полицейского департамента Нью-Йорка впереди и позади от неё».

Синтия: «После пресс-конференции «Битлз» проводили к лимузинам, и в огромном роскошном «Кадиллаке» мы проследовали в центр Нью-Йорка».

Роберт Фримен (фотограф): «Я сидел на переднем сиденье машины. Сопровождаемые эскортом, мы двинулись в сторону Нью-Йорка».

Пол: «Еще помню, как мы сели в лимузин, а по радио передают новости. О НАС! «Они только что покинули аэропорт и двигаются по направлению к центру Нью-Йорка…» Это было как во сне. Самая большая мечта в жизни сбылась».

Синтия: «Пока мы с Джоном рассматривали город через окно автомобиля, по радио сообщили о прибытии «Битлз».

Джордж: «Повезли нас в отель. Сидим, слушаем по радио репортаж о нашем прибытии. Он [радиокомментатор] говорит: «Через 20 минут переключимся на Нью-Йорк, отель «Плаза». Прикольно».

Синтия: «Путешествие до отеля «Плаза» в роскошных кадиллаках с их кондиционерами и безупречными шоферами уже само по себе остави­ло неизгладимое впечатление. Усиливая и без тогo невероятное возбуждение, из автомобильного приёмника громко и чётко доноси­лись сводки новостей о прибытии «Битлз» в Штаты».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Конкуренты пытались превзойти друг друга, заявляя о своей близости к великолепной четвёрке: «Вы слушаете нью-йоркское «Десять-десять Даблви-Ай-Эн-Эс», вашу официальную битловскую радиостанцию».

Фото Ринго Старра. Ринго: «По всему миру, где бы мы ни были, нам предоставляют полицейский эскорт всякий раз, как только мы покидаем свои комнаты. Это, в какой-то мере, заставляет нас чувствовать себя важными».

Том Вулф (репортер «Нью-Йорк Геральд Трибун», 1964): «Первая внезапная атака произошла почти сразу же. На автостраде пять деток на несущемся Форде синего цвета настигли караван, и когда они проезжали рядом с каждым из Битлов, один парень высунулся в заднее окно и помахал красным одеялом».

Роберт Фримен (фотограф): «На протяже­нии всего пути машины сопровождала толпа молодых людей, кричащих и размахивающих руками. «Точно передвижной зоопарк», – позже сказал Джон».

Фото Ринго Старра.

Том Вулф (репортер «Нью-Йорк Геральд Трибун», 1964): «Вторым был белый кабриолет, с надписью «Жуки» (BEETLES), нацарапанной с обеих сторон по пыльной поверхности. Сзади совсем рядом ехал полицейский автомобиль. Он включил сирену и проблесковые огни, но детки – девушка за рулем и два парня на заднем сиденье, помахали каждому из Битлов, прежде чем остановиться на жест полицейских.

Брайан Соммервилль, пресс-агент «Битлз», спросил Джорджа Харрисона: «Ты это видел, Джордж?». Джордж посмотрел на кабриолет с пыльной надписью, и произнес: «Они написали Битлз с ошибкой».

Но третья внезапная атака была успешной на протяжении всего пути. Хорошенькая брюнетка, которая сказала, что её имя Кэролайн Рейнолдс (Caroline Reynolds), из Нью-Ханаан, штат Коннектикут, колледж Уэлсли. Она заплатила таксисту 10 долларов, чтобы проследовать за караваном весь путь до центра города. Она курсировала от Битла к Битлу, безрезультатно им улыбаясь, и, в конце концов, догнала лимузин Джорджа Харрисона на углу Третьей Авеню и 63-й стрит.

«Как можно встретиться с Битлом?» – спросила она через окно.

«Один из них говорит привет», – ответил Харрисон из окна.

«Привет!», – сказала она. – «Еще восемь приедут из Уэлсли». Затем свет переключился, и караван снова поехал».

Кэролайн Рейнолдс: «Это было утром. По радио передавали подробный репортаж о прибытии «Битлз». Я подумала про себя: «Вот здорово, думаю, что надо отправиться в аэропорт чтобы их увидеть».

Я добралась до аэропорта, бросила взгляд на толпу и подумала: «Мамочки! Мне с этим не справиться».

Я взяла такси и сказала водителю: «Отвезите меня в город». Когда мы ехали, он спросил: «Вы увидели Битлз?». «Там было слишком много людей», – ответила я. «Оглянитесь», – произнес он, – «Битлз рядом с вами». И они там были. Четыре больших черных лимузина с «Битлз» внутри.

Остановившись на светофоре, водитель сказал: «Я начну с последнего, а вы мне будете говорить, возле которого из них мне притормозить».

Я увидела в одном из лимузинов Джорджа Харрисона, и сказала ему: «Тормозите здесь!». Наш разговор был потом опубликован в «Нью-Йорк Геральд Трибун», потому что их репортер Том Вулф находился в лимузине с Харрисоном».

Роберт Фримен (фотограф): «Вдруг раздались голоса, диск-жокей Мюррей высунулся из машины: «Что случилось? Эй, «Битлз», что там?». Что-то темно-вишневого цвета лежало на дороге. Это две девочки-подростки распластались на дорогe, истошно вопя: «Ринго, Ринго, мы с тобой, Ринго!». Ринго открыл окно машины и крикнул: «Эй, ребята! Что скажете?». «Мы любим тебя, Ринго, мы любим тебя! Мы готовы за тебя умереть!». «О! Не делайте этого!» – крикнул Ринго и поднял стекло. Мы повернули на мост через Ист-Ривер и проехали Центральный Парк к отелю «Плаза».

Эд Руди (репортер, 1964): «За четырьмя лимузинами следовали битловские поклонники, но до города доехали на удивление быстро».

Фото Ринго Старра. Ринго: «Я сделал эту фотографию где-то во Флориде».

«Эн-Би-Си» (2013): «Поклонники «Битлз» с фотографии, сделанной Ринго Старром 49 лет назад, нашлись. Ранее сообщалось, что Старр объявил поиск фанатов, запечатленных им во время первого американского тура группы в 1964 году. Как рассказал Ринго, он сделал эту фотографию где-то во Флориде. Канал «Эн-Би-Си» принял активное участие в поиске этих поклонников «Битлз». Мы нашли пятерых героев с фотографии. По словам нашедшихся битломанов, Старр сфотографировал их на мосту Джорджа Вашингтона в Нью-Йорке».

Снимок, воссоздающий фото 1964 года.

Сюзанна Рэйот (очевидец): «Когда Ринго опустил стекло (окна автомобиля), конечно, мы пришли в восторг. Он сказал: «Привет, красавица». Не знаю, кому он это говорил, но я надеялась, что мне».

beatles.ru (октябрь 2013 г.): «67-летний Гэри Ван Дерсен, в свою очередь, назвал поиски, объявленные Старром, «невероятными».

Гэри Ван Дерсен (очевидец): «Я не знал, что он нас сфотографировал».

Синтия: «Все улицы были охвачены коллективным безумием: тысячи поющих и визжащих девиц-подростков в гольфах встречали нас, размахивая битловскими париками, флагами, фотографиями и майками с изображениями четверки. Красные от напряжения полицейские еле сдерживали натиск толпы, пока мы медленно приближались к отелю».

Пол: «Толпа, преследующая нас в «Вечере трудного дня», была основана на таких моментах. Снимок сделан из окна нашей машины на пересечении Пятьдесят восьмой Западной и Авеню Америк» (Фото Пола Маккартни).

Репортер (кадры кинохроники): «К гостинице подъехать невозможно, толпа девиц — визжат, кричат, размахивают руками. Машина на минуту останавливается — «пробка»? Машину окружают фанатки, они целуют стекло, тянут руки».

Эд Руди (репортер, 1964): «Когда лимузины обогнули угол Пятой авеню и южную часть Центрального парка, где расположен отель «Плаза», им пришлось замедлить движение, чтобы пробраться сквозь толпу битловских поклонников».

Том Вулф (репортер «Нью-Йорк Геральд Трибун», 1964): «Возле «Плазы», самого роскошного нью-йоркского отеля, творился хаос. Сотни поклонников удерживаются полицейскими барьерами и двадцатью конными полицейскими. Поклонники непрерывно скандируют одно и то же заклинание: «Мы любим вас, Битлз, о, да! Мы любим вас, Битлз, и мы будем вам верны!» вперемешку с криками «Мы хотим Битлз!».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Ди-джей Мюррей Кауфман точно проинформировал слушателей «Даблви-Ай-Эн-Эс», где поклонники смогут найти ребят: «Они остановятся в отеле «Плаза», прямо возле Центрального парка».

Отель «Плаза», фото середины 1960-х.

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «У величавого отеля «Плаза», выходящего фасадом на Центральный парк, все фонтаны были заполнены кричащей толпой, от которой отряд полицейских отскакивал словно пробка – в бесполезных попытках обуздать ее».

Кадры кинохроники.

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Возле отеля «Плаза» шеренги конных полицейских сдерживали сотни визжащих фанатов».

Линда Плотникофф (очевидица): «Около «Плазы» творился хаос. Там были тысячи и тысячи подростков».

Кадры кинохроники.

Брайен: «Перед отелем «Плаза» было необъятное море лиц. У стен отеля толпы скандировали: «Мы хотим Битлз! Мы хотим Битлз!».

Линда Плотникофф (очевидица): «Мы с мамой не смогли приблизиться к гостинице, где остановились «Битлз». Мы стояли через дорогу».

Синтия: «Жители Нью-Йорка впервые были свидетелями безумия, охватившего их город. Все подступы к отелю были перекрыты девочками-подростками. Они стояли сотнями, держа в руках фотографии и постеры своих кумиров, размахивали битловскими париками и, разумеется, вопили во все глот­ки. Многие были одеты в футболки с яркими надписями «Битлз» спе­реди и сзади. По-видимому, «Битлз» приобрели огромную коммерческую ценность, и кто-то делал на них большие деньги. Американская полиция столкнулась с очень серьёзной проблемой: как удержать эту многотысячную массу поющих и орущих подростков. Ни одну особу королевских кровей не встречали здесь так, как «Битлз».

Площадь перед отелем «Плаза» была заполнена поклонниками «Битлз». Возле входа в отель порядок поддерживали 20 полицейских. Толпа распевала речёвку: «Мы любим, вас, Битлз, о, да! Мы любим, вас, Битлз, о, да!», перемежая пение скандированием: «Мы хотим Битлз!».

Сид Бернстайн (промоутер): «Стою на улице, вокруг тысяча или полторы сорванцов. А я думаю: «Никто меня даже не узнает. А ведь все это моих рук дело». И вот они подъезжают».

Из дневника девушки Лайзы: «Вместе с сотнями других подростков, мы около часа простояли на холоде, прежде чем появился лимузин с «Битлз». Я никогда не забуду, как четыре больших Кадиллака протиснулись к входу в отель. Толпа кричала во все легкие, хотя некоторые из девушек просто беззвучно открывали свои рты и слезы текли по их лицам. Когда «Битлз» вышли из машины,  толпа хлынула к ним навстречу».

Сид Бернстайн (промоутер): «Пол вышел первым, вижу, они слегка оробели. Не ожидали такого от Америки».

Джордж: «Мы выходим из машины, а он [радиокомментатор] и говорит: «Слышите, они уже подъехали».

Сид Бернстайн (промоутер): «Пол поднялся по ступенькам, потом послал воздушный поцелуй, и тут все словно взбесились».

Билл Эппридж (фотограф): «В то время, когда шофер выгружал гитарный чехол из лимузина, группа подростков прорвала полицейский кордон и с воплями бросилась к автомобилю. Все, чего они хотели – дотронуться до гитарного чехла».

Хейди Кесслер удалось коснуться гитарного чехла «Битлз».

Из дневника девушки Лайзы: «Мы с Дебби ринулись к дверям отеля, чтобы встретить их в холле у стола регистрации. Но в дверях нас остановил охранник. Дебби запротестовала: «Мы живем в «Плазе». Позвольте нам пройти!». Охранник усмехнулся: «Если бы я брал по доллару с каждой девицы, что пытается тут сегодня пройти…». Тогда Дебби достала из сумочки ключ от номера. Охранник посмотрел на нас удивленно, но пропустил. Когда мы вошли, и проходили мимо стола регистрации, то увидели, что «Битлз» не останавливаясь, сразу прошли к лифту».

Роберт Фримен (фотограф): «Гостям, находящимся в холле гостиницы, удалось лишь мельком увидеть «Битлз», проходящих к лифту».

Эд Руди (репортер, 1964): «Из-за «Битлз» солидный и шикарный отель «Плаза» был вынужден выйти из обычного русла, и его руководство надолго запомнит этот битловский день».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Служащая-контролёр [отеля «Плаза»] Хилари Браун вывесила предупреждение на доску объявлений для штатного персонала: «Во время пребывания «Битлз» в отеле «Плаза» я хочу особой осмотрительности от лифтёров в отношении людей, которых вы поднимаете на 12-й, 13-й и 14-й этажи».

Из дневника девушки Лайзы: «Мы бросились в их сторону, но двери закрылись прежде, чем мы успели добежать. Дебби посмотрела, до какого этажа поднялся лифт. Поэтому, мы хотя бы узнали, где они остановились. Мы зашли в следующий лифт и нажали кнопку двенадцатого этажа. Когда двери открылись, мы вышли в холл и попытались догадаться, в какой стороне разместились «Битлз». Прежде, чем у нас это получилось, нас окликнул один из охранников, и спросил, что мы тут делаем? Дебби ответила, что мы ищем свой номер. Тогда он взглянул на наш ключ, и сказал, что мы ошиблись этажом. Потом он проводил нас до лифта и нажал кнопку десятого этажа».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Фанаты похитрее, несомненно, пытались сделаться менее подозрительными и называли обслуживающим лифты лицам один из выше расположенных этажей, откуда они просто спускались пешком в битловскую зону на 12-м этаже!»

Брайен: «[Некоторые девушки] с помощью имен и бумажни­ков выдающихся семей вселялись в отель и пытались добраться до «Битлз» в лифтах».

Джерри Боулз: «Некоторые наиболее сообразительные юные поклонницы пробовали брать такси, останавливая автомобили около парадной лестницы, ведущей к вестибюлю отеля, и говорили охранникам, что у них там заказаны номера. Но такие уловки не срабатывали. Другие пробовали, правда, безуспешно, проникнуть на крыши прилегающих зданий».

Брайен: «По сло­вам одной горничной, «Битлз» обнаружили в своей ванной трех спрятавшихся де­вушек. Дюжина других взобралась через пожарный выход на 12 этаж, в кры­ло, где был размещены «Битлз».

Генри Гроссман (фотограф): «Две девчонки упаковали себя в картонные коробки адресованные «Битлз» и доставленные в отель «Плаза», но их обнаружили и выгнали».

Роберт Фримен (фотограф): «Полиция блокировала отель. Людское море нахлынуло на входную дверь с такой силой, что сбило с ног швейцара, а его фуражка покатилась по асфальту. Я слышал, как одна из девиц закричала: «Вам уда­лось дотронуться до Битлз?!».

Синтия: «Когда полиции удалось-таки провести нас в отель и в анфила­ду комнат, которые нам предстояло занять, мы перевели дух и стали обозревать то, что нас скрывало, с той радостью, с какой дети смотрят на свои первые игрушки. В отеле нам отвели потрясающий номер люкс, четыре спальни которого выходили в просторную общую гостиную».

Ринго: «В гостинице у нас были шикарные комнаты. А в каждой — по телевизору. И по радиоприемнику с наушниками. Это было просто нереально, как-то чересчур — у нас дома телевизоры появились только года за два до этого!».

Фото Ринго Старра. Ринго: «Это вид из моего номера в нью-йоркском отеле Плаза».

Синтия: «Комнаты были обставлены современной, удобной мебелью. В цветовой гамме доминировали сочные кремовые, коричневые и перламутровые тона. Но с момента нашего прибытия отель превратился в Центральный городской вокзал, и мне с самого начала стало ясно, что нам понадобится много дополнительных сил, чтобы выдержать предстоящие две недели. Казалось, всё и все в Аме­рике обезумели. Это была какая-то бесконечная, захватывающая дух сумасшедшая гонка по американским горкам».

Из дневника девушки Лайзы: «Когда мы зашли в наш номер, то посмотрели в окно на толпу внизу. Народу было гораздо больше, чем я думала. Многие непрерывно скандировали: «Мы хотим Битлз, мы хотим Битлз»! Непрерывное пение, крики и скандирование!».

Синтия: «Когда мы посмотрели через окно на улицу и увидели, что все внизу запружено толпами народа, нам сразу стало понятно, что так просто погулять по городу нам не удастся. За дверью номера круглые сутки дежурили менеджеры отеля и охранники. Внизу, в вестибюле, тоже стояла охрана, отлавливавшая ушлых фанатов, которым удавалось проникнуть через кордон на входе в отель. Получалось, что мы здесь находились, по сути, на правах пленников».

Фото Дезо Хоффмана.

Репортаж с улицы, опрос поклонниц:

Корреспондент: Что, если вас пригласят к ним на пресс-конференцию?

Поклонница 1: Здорово! Встретимся с ними и поболтаем!

Поклонница 2: Я мечтала о встрече с ним, как ни о чем другом! Я так люблю Джорджа! Но полицейские ничему не верят, только если им врать. Тоже мне, оцепили колючей проволокой ограждение и места в первых рядах. Ну и что!

Роберт Фримен (фотограф): «Братья Мейзлс начали снимать документальный фильм о «Битлз», в ко­торый попали и поклонники, карабкающиеся по пожарной лестнице в номер «Битлз»».

Альберт Мейзлс (кинодокументалист): «Единственное, Эпстайн попросил не снимать Синтию. Вроде бы ребята молодые, должны быть холостыми, свободными для поклонниц. Ну, мы и не снимали».

Синтия: «Как мы скоро узнали, «Плаза» был очень дорогим отелем в центре Нью-Йорка».

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Отель «Плаза» – это 18-этажное здание с мраморными колоннами на углу Пятьдесят девятой и Пятой авеню. Американцы считают его островком европейской элегантности. Было нелепо размещать в «Плазе» рок-группу, но это явно льстило самолюбию мало что понимавшего в этом сноба Брайена Эпстайна. Брайен хвастал, что сумел забронировать номера именно в этом отеле благодаря собственной хитрости, составив за­явку таким образом, что имена членов группы больше напо­минали имена английских бизнесменов, как, например, «Д.У. Леннон, эсквайр»».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мы были необычайно откровенны с отделом предварительного заказа «Плазы» и при заказе для них номеров использовали настоящие фамилии всех четверых ребят – Леннон, Маккартни, Харрисон и Старки. Правда, мы не добавили (ой!), что все вместе они называются «Битлз». Без этого последнего уточнения я не думаю, что «Плаза» понимала, во что она ввязывается».

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «На самом же деле вышло вот что: менеджер гостиницы Альфонс Саломон, полагавший, что неприятностей от «Битлз» будет гораздо больше, чем дохо­да, посетовал на это как-то вечером, сидя за ужином в се­мейном кругу. Стоило его дочери услышать слово «Битлз», как она громко вскрикнула и, потеряв над собой всякий контроль, разрыдалась».

Грегг Саломон (сын управляющего отелем «Плаза»): «Мне было 5 лет. За месяц до запланированного прибытия «Битлз» в Нью-Йорк, в отеле «Плаза» решили отклонить их бронирование. Я помню эту кризисную ситуацию. Мой отец был управляющим этого отеля. За ужином в семейном пентхаусе, расположенном в отеле «Плаза», он объявил: «Я собираюсь всё отменить, потому что, боюсь, что отель с этим не справится». В этот момент моя сестра воскликнула «Битлз!», и начала плакать. Именно из-за её поведения мой отец позволил всему этому случиться».

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «И вновь, теперь уже в чадолюбивой Америке, удача «Битлз» целиком зависела от капризов девочек-подростков».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В тот день консервативное руководство «Плазы» начало испытывать сомнения в мудрости решения принять заказ группы на размещение в их отеле».

Эд Руди (репортер, 1964): «И в самом деле, отель никак не ожидал попасть под бомбардировку Битломании, когда Бад Хеллавелл (прим. – Bud Hellawell, по другим источникам Bud Halliwell) и Браун Мегз (Brown Megs) из «Кэпитол Рекордз», когда зарезервировали номера с 1209 по 1216 для Джона, Пола, Джорджа и Ринго.

«Плаза» является одной из старейших и консервативных гостиниц Нью-Йорка. Роскошный памятник архитектуры, где проводит свои встречи элита общества.

Тем не менее, в пятницу 7 февраля «Битлз» попали в эти «рамки», и управлению отеля пришлось столкнуться со многими проблемами, с которыми они никогда ранее не сталкивались. В спешном порядке в частном детективном агентстве были наняты охранники, занявшие коридоры, ведущие на 12 этаж. Другие сотрудники в штатском патрулировали лестницы и входы, ведущие в отель. Департамент полиции Нью-Йорка был вынужден отправить 30 полицейских исполнять битловский долг. В дополнение к ним был выделен отряд конной полиции. Никаких исключений или приоритетного обслуживания по отношению к «Битлз» не было. К ним относились как к любому главе государства или зарубежному властителю, которых следовало принимать и защищать. Тем не менее, было немного труднее из-за некоторых битловских поклонников и полицейских барьеров вокруг «Плазы» для сдерживания толп несовершеннолетних поклонников».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «С приездом «Битлз» в гостинице воцарился полнейший хаос. Хотя именно эта гостиница славилась и гордилась своей элитарностью, тишиной, тактичным обращением с постояльцами. Когда администратор «Плазы» обнаружил под окнами тысячи вопящих поклонников «Битлз», он обратился к группе по радио с просьбой поселиться в любой из нью-йоркских гостиниц, которая согласится принять их. Нельзя сказать, чтобы сами «Битлз» испытывали особую радость по поводу выбора гостиницы. «Почему вы выбрали именно Пла­зу»?» – спросил Джорджа репортер. «Мы её вовсе не выбирали. Это наш менеджер выбрал. Могу вам сказать, что еда мне здесь совершенно не нравится».

Роберт Фримен (фотограф): «Эппи [Брайен] в это время спокойно сидел в своей зеленой комнате этажом выше. Зеленый – любимый цвет Эппи. Эд Салливан находился там же, поджидая «Битлз»».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Я узнал позже от Брайана Соммервиля, что в этот момент Эпстайн воспользовался удобным случаем, чтобы отомстить Соммервиллю за захват его места в аэропорту в первом из автомобилей рядом с Полом, Джорджем и Ринго. Соммервилль сказал мне: «Я не мог поверить в это, когда Брайен повернулся ко мне и выразил недовольство по поводу стоимости еды, которую я заказал для подачи себе в номер. Я вкалывал на него с рассвета до заката, а он с неудовольствием заглядывал ко мне в тарелку с единственной приличной едой, которая у меня была за весь день. Это был лишь обычный набор из меню, но он назвал его расточительным пиром. Можно было подумать, что я заказал тележку икры или что-нибудь в таком роде!»

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «В Брайене Эпстайне начинала сказываться порода. Вначале это был ожесточенный диспут по поводу обстановки в комнатах с Брайеном Соммервиллем и последний пригрозил уйти в от­ставку».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Когда я спросил его [Брайана Соммервиля], как прошло путешествие в других отношениях, Соммервилль ответил: «Брайен [Эпстайн] уволил меня пару раз. То есть не произошло ничего нового. Но он старался изо всех сил выставить меня дураком перед другими людьми, которые на самом деле были не в курсе того, что происходило.

Как-то во время того визита в США личная помощница Эпстайна, Уэнди Хэнсон, позвонила мне: «Брайен хочет знать твоё мнение кое о чём. Он считает, что Брайан Соммервилль тратит слишком много. Ты считаешь, нам следует назначить лимит его тратам? Можем мы установить, например, бюджет на день? Брайен говорит, что это выходит из-под контроля». Я объяснил, что – насколько мне известно – любой консультант по прессе, работающий в отъезде, имеет право включать все свои сделанные из своего кармана платежи на протяжении своего путешествия, и если бы я работал где-то, я, несомненно, не смог бы точно оценить свои ежедневные издержки заранее. Лишь намного позже – когда все вернулись в Лондон – я узнал, что один или несколько битлов пожаловались Эпстайну на Соммервилля по какому-то незначительному поводу, и вместо того, чтобы обвинить человека в лицо, Эпстайн решил затруднить ему жизнь в целом и в излишних тратах в частности».

Эд Руди (репортер, 1964): «В своем номере отеля «Битлз» дали еще одну пресс-конференцию и провели несколько коротких встреч с ограниченным числом репортеров, объединенных в небольшие группы, каждой из которых было выделено около 15 минут, чтобы совместить новости и интервью».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Одно из первых интервью на американской земле они дали Фреду Роббинсу для «Радио Люксембург», который получил 20 минут бесценного времени «Битлз»».

Ринго: «Мы были первыми в истории рок-н-ролла, кто не дурачил детей байками о том, что нужно пить мо­локо, и Америка была шокирована. «Может, виски и кола?» — спрашивали они. «Да, черт возьми, виски и кола!!!» — отвечали мы. Мы были честными парнями; конечно, иногда у нас были из-за этого неприятности, но зато мы ни­когда не лицемерили».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «На своё первое интервью с ребятами Глория Стэйверс [редактор журнала «16»] ворвалась в их комнату, словно страстно ожидавшаяся голливудская знаменитость, и заявила: «Привет! Я – «16». Хотя ей явно было около тридцати, Ринго ответил: «Вам не дашь 16, Вы выглядите намного моложе».

Под личным контролем Глории [журнал] «16» сохранил изумительное по-детски непосредственное пренебрежение к миру взрослых, глядя на всё сквозь розовые очки девочек-подростков с косичками – «школьниц в гольфах», как называли их американцы. Читатели журнала достигали и проходили взросление, а «16» оставался неувядаемым изданием для подростков, которому не терпелось служить следующему поколению фанаток поп-музыки с косичками. Пол Маккартни знал о журнале «16» ещё до того, как битлы прилетели в Америку, и он знал, что у издания хорошая репутация среди американских поклонников».

Пол: «Мы знали, что нам нужно оказаться в нём, хотя мы и считали его «набором застывших милашек». Она [Глория Стэйверс] вызывала уважение у всех нас».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Не имея возможности покинуть отель из-за напирающей толпы, битлы весь день провели в отеле».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Потом они просмотрели некоторые из писем от своих поклонников. Когда они прибыли в Нью-Йорк, на их имя было получено около ста тысяч писем».

Линда Плотникофф (очевидица): «Мы увидели их [«Битлз»] в окне, мы увидели, как они помахали нам рукой. Мы всё кричали и кричали: «Мы любим Битлз!».

Фото Ринго Старра. Ринго: «Очаровательная девушка… Ой, это Джон. У тебя прекрасная шапочка, Джон. О-о-очень к лицу».

Фото Ринго Старра. Ринго: «Это Брайен с Полом. Полагаю, что он имеет полное право носить битловский парик, ведь он, как-никак, пятый Битл».

Фото Ринго Старра. Ринго: «Пол демонстрирует, что будет модно в этом году. Воротник из енота в комплекте с полицейской фуражкой!».

В 1964 году фирма «Кэнгол» (прим. – Kangol – популярная английская торговая марка по производству мужских и женских головных уборов, а также одежды, обуви и сумок) получила исключительное право производить и продавать головные уборы с упоминанием группы «Битлз». Дизайнер Эйлин Грейг разработал ряд головных уборов (фуражек и беретов) с логотипом «Битлз».

Синтия: «Телефон постоянно звонил, ребят все время просили о встречах или интервью».

Брайен: «На 12-м этаже «Битлз» отдыхали в своем номере, в то время как звонили телефоны с просьбами дать интервью или об автографах».

Эд Руди (репортер, 1964): «Они заказали обед в свои номера, и отвели несколько часов, чтобы отдохнуть и расслабиться».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В тот вечер в десятикомнатный президентский люкс потянулся поток гостей».

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Начали прорываться посетители. Одним из первых был Джоффри Эллис, старый друг Брайена по Ливерпулю, работав­ший в страховой компании».

Джоффри Эллис (друг Брайена Эпстайна): «Зрелище было в высшей степени сюрреалистическое. Битлы сидели в науш­никах, слушая по радио свои песни, и смотрели самих себя по телевизору».

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В одной из спален битлы смотрели по телевизору первые новостные отчёты об их прибытии в аэропорт с приглушённым звуком, чтобы иметь возможность также слушать отчёты радиостанций «Даблви-Эм-Си-Эй», «Даблви -Эй-Би-Си» и «Даблви -Ай-Эн-Эс», которые беспрерывно перемежались круглосуточным проигрыванием их записей».

Из дневника девушки Лайзы: «Вечером мы заказали себе в номер ужин и начали смотреть новости. В конце выпуска новостей «Си-Би-Эс», Уолтер Кронкайт показал запись прибытия «Битлз». Мы с Дебби завопили, глядя в телевизор! Кронкайт сперва показал встречающую толпу и снижающийся самолет. Потом показали «Битлз» среди микрофонов, отвечающих на вопросы. У них на самом деле был британский акцент! Некоторые из их ответов были немного странными. Потом мы переключились на выпуск Хантли-Бринкли из «Даблви-Эн-Би-Си». В конце выпуска Чет Хантли начал говорить о «Битлз», и мы с Дебби заволновались в предвкушении, снова увидеть «Битлз». Но он все рассказывал и рассказывал, так и не показав «Битлз». Ну что за фигня! Никогда больше не буду смотреть репортажи Хантли-Бринкли!»

Чет Хантли: «Радиовещательная корпорация «Эн-Би-Си» послала три съемочных группы в аэропорт Кеннеди, чтобы сделать репортаж о прибытии «Битлз». Но после просмотра сюжета этого фильма, с которым вернулись наши люди, мы решили, что фильм совершенно не нуждается в показе».

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Вечерние выпуски теленовостей начинались со сцен в аэро­порту Кеннеди. Однако не все разделяли общий восторг. По каналу «Эн-Би-Си» Чет Хантли, известный «передовой человек», прямо-таки дрожал от желчного отвращения. «Как и все хоро­шие телекомпании, мы отправили своих операторов в аэропорт Кеннеди заснять прибытие группы из Англии, известной как «Битлз». Однако, просмотрев сделанный фильм и рассмотрев, сам предмет, о котором был отснят фильм, я решил, что нет абсолютно никакой необходимости показывать что-либо».

Из дневника девушки Лайзы: «Мы оставили телеканал «Даблви-Эн-Би-Си», решив дождаться выпуска местных новостей. В них для «Битлз» уделили много места. Я попросила папу записывать новости на катушечный магнитофон. Надеюсь прослушать записи, когда вернусь домой. Весь вечер мы будем просто смотреть телевизор и отдыхать. Я совсем обессилила после того, как накричалась в аэропорту и около отеля. А еще вчера я долго не могла уснуть!».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Среди гостей также были: группа «Ронеттс», ди-джей Мюррей Кей и сестра Джорджа, Луиза, живущая в Иллинойсе, но прилетевшая в Нью-Йорк, чтобы увидеться с ним».

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «В Штатах Джордж увиделся со своей сестрой Луизой, которая вышла замуж за американца и уехала из Ливерпуля в город Сент-Луис. Подобно их матери, миссис Харрисон, Луиза была страстной поклонницей «Битлз» и часто на­званивала на местные радиостанции с просьбой исполнить песни «Битлз»».

Эстель Беннетт (группа «Ронеттс»): «Наконец настал тот день, когда «Битлз» прибыли в США. И как прибыли! Тысячи поклонников в аэропорту. Тысячи поклонников вокруг их отеля. Вместе с моей сестрой Ронни и двоюродной сестрой Недрой (которые составляют остальную часть «Ронеттс»), мы отправились к ним на встречу».

Стив Брандт (журналист, июнь 1964): «Всё началось с телефонного звонка от Эстель Беннетт. Эстель, одна из блистательных «Ронеттс» – вокального трио, выступающего как здесь, в Штатах, так и в Европе. Ну а я, это Стив Брандт. Эстель позвонила и спросила, не буду ли я против сопроводить её в нью-йоркский отель «Плаза», потому что там был некто, кому она хотела сказать «привет». Его зовут Джордж Харрисон. Да, Джордж Харрисон из «Битлз». Эстель познакомилась со всеми «Битлз», когда они были все вместе в Европе, и она особенно подружилась с Джорджем. Теперь, по приглашению Джорджа, она хотела заехать ненадолго в отель и поприветствовать их в Америке.

Через час я забрал Эстель, и мы поехали из её дома в Бронксе в отель, расположенный в центре города. Она рассказала мне, какими потрясающими являются «Битлз», какие они популярные и всё такое. Я засмеялся и взял на заметку тепло и хорошую дружбу между ними.

[На 12-м этаже отеля «Плаза»] Эстель сказала охраннику, кто она такая. «Мне всё равно, кто ты такая», – ответил он, – «дальше вы не пройдете». К счастью, подошел Брайен Эпстайн. Он увидел Эстель, и нам обоим было разрешено преодолеть это препятствие, и мы были сопровождены в просторный, комфортабельный люкс. Пол, Джордж, Джон и Ринго были рассредоточены по всей комнате, как будто циклон разметал их в разные стороны. Джордж увидел Эстель и подлетел к ней».

Эстель Беннетт (группа «Ронеттс»): «Мальчики, кажется, были настолько рады нас видеть, что даже среди десятков людей, слонявшихся в их гостиничном номере, мы были единственными гостями, кто на самом деле были с ними знакомы».

Стив Брандт (журналист, июнь 1964): «Через пятнадцать минут у меня появилось ощущение, как будто я знал «Битлз» всю свою жизнь. Каждый из них является личностью. У Джорджа есть некоторая застенчивость, что может навести на мысль о его необщительности. Но это не так. Он встречает всех, кто входит в комнату, и хотя, возможно, не бурлит в общении, он вежлив. И всякий раз, когда он предлагает кушанье, он останавливается и спрашивает, хотите ли вы еще что-нибудь.

Они редко появляются на людях с теми, с кем встречаются, редко с ними фотографируются. Джордж провел много времени с Эстель, но пока что, кто об этом знает?».

Эстель Беннетт (группа «Ронеттс»): «[В конце встречи] Джордж отвел меня в сторону и попросил вернуться следующим вечером, когда он будет свободен, чтобы увидеться с ним и пообщаться. После этого мы попрощались».

Мюррей Кауфман (ди-джей): «Я вернулся на «Даблви-Ай-Эн-Эс» и все говорили: «Отлично! Здорово!». И я сказал: «Слушайте, я собираюсь к ним в отель. Они попросили меня приехать. Не знаю, что из этого выйдет». В «Даблви-Ай-Эн-Эс» мне сказали: «Делай, что посчитаешь нужным». Так я и сделал.

Когда я подошел к отелю, перед ним собралось около десяти тысяч подростков. Я поднялся на этаж, где разместились «Битлз». Там находилось, наверное, человек двадцать охранников. Там же я увидел представителей других радиостанций, действительно тяжеловесов новостийных программ, и диск-жокеев, пытающихся проникнуть вовнутрь, чтобы увидеться с ними. Видя, что всё это будет весьма хлопотно, я решил отступиться, и подошел к стойке регистрации. Я хотел просто оставить свое имя, чтобы они знали, что я там был. Я решил уйти. «Послушайте», – произнес я, – «я – Мюррей Кэй…». Прежде чем я успел сказать что-либо еще, мне ответили: «О, да. Они ждут вас. Проходите». Так я прошел к ним, и с этого всё и началось».

Синтия: «Вскоре в отель прибыл диск-жокей Мюррей, представился и был принят в группу именитых прихлебателей «Битлз», численность которой непрерывно возрастала».

С Мюрреем К. Фото Роберта Фримена.

С ди-джеем Мюрреем Кауфманом.

Мюррей Кауфман (ди-джей): «В тот вечер закончилось всё это тем, что я вёл свое радио-шоу прямо из их гостиничного номера».

Синтия: «Диск-жокей Мюррей Кэй по телефону брал у «Битлз» интервью, которое сразу передавалось по американской радиосети».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Диск-жокей радиостанции «Даблви-Ай-Эн-Эс» Мюррей сумел пробраться в отель «Плаза» и вел передачу прямо из номера «Битлз», что позволило ему впоследствии завоевать наивысший рейтинг».

«Это Джон Леннон на 1010 Даблви-Ай-Эн-Эс».

Синтия: «Мюррей, этот живчик, хотя уже далеко не молодой человек, восхитил ребят своим пулемётным американским жаргоном и ди­кой, нестандартной одеждой. Никому из нас ещё не приходилось встре­чаться с настоящим американским диск-жокеем, и Мюррей поразил нас своей деловой хваткой, живостью ума и организаторскими способнос­тями. Он мгновенно пленил Битлов и взял их под свою опеку до кон­ца турне. Харизматическое обаяние и пленительная наглость этого человека действовали безотказно. А за инициативность ему давно пора дать орден».

Мюррей Кауфман (ди-джей): «У нас установились в некотором роде дружественные отношения».

Пол: «Мюррей Кэй был самым близким человеком в окружении «Битлз», он мог достать все, что нам требовалось. Он нам очень нравился, и мы имели обыкновение звонить на его радио-шоу, когда он был в эфире. Он мог рассказывать о таких людях, как Смоки Робинсон, которого он встречал. Смоки Робинсон в наших глазах походил на Бога».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «В Англии в то время существовала всего одна радиостанция – «Би-Би-Си». А в Штатах таких радиостанций было множество, и на каждой несколько ди-джеев. Мюррей Кэй работал на станции «Даблви-Ай-Эн-Эс» в Нью-Йорке, и таких, как он, было множество. Они врывались в лифты с микрофонами, они говорили с ребятами, а весь разговор транслировался через их радиомикрофоны. «Битлз» спрашивали: «С какой вы радиостанции?», и ди-джеи отвечали им, таким образом, рекламируя свою станцию. Тогда начинали суетиться и другие радиостанции, но поскольку «Битлз» отвечали на вопросы всех ди-джеев (потому что не знали никого в лицо), поэтому довольны были все. А сами «Битлз» постоянно слушали радио и звонили в студии, просили поставить те или иные записи».

Джон: «Мы были так увлечены американским радио, что Эпстайну приходилось сдерживать нас. Мы звонили на все радиостанции и просили: «Не поставите ли ту или другую песню «Ронеттс»?» Мы хотели слушать музыку. Свои записи мы не заказывали, мы просили чужие песни. В прежние времена мы слушали Элвиса и, конечно, Чака Берри, Карла Перкинса, Литтл Ричарда и Эдди Кокрена – это далеко не полный список, а теперь нам стали нравиться Марвин Гей, «Мирэклз», «Ширеллиз» и так далее».

Джордж с сестрой Луизой.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «По телефону «Битлз» дали интервью Брайану Мэттью для лондонского «Би-Би-Си». Интервью выйдет в эфир на следующее утро в программе Субботний Клуб».

Ринго: Привет! Кто вам нужен? Говорите быстрее. Это я. Вы знаете, кто я? Да. Мы ждем очень важный звонок из Лондона, а вы занимаете линию. Увидимся позже, ок?! Пока.

Пол: Это была Морин Клив.

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Телефонные разговоры записывались на магнитофоны или транслировались «вживую» по местным радиостанциям, а «Битлз» наивно выбросили тысячи долларов, дав согласие на бесплатную передачу. Узнав об этом, Брайен ворвался в номер как ураган и запретил им подходить к телефону».

Джон: «Весь день мы больше ничего не делали».

Фото Билла Эпприджа.

Билл Эппридж (фотограф): «Мне было поручено освещать несколько дней из турне «Битлз» по Штатам в феврале 1964 года. К это­му времени они, судя по всему, уже понимали, что сотворили с музыкальным миром. Моя задача как фоторепортера журнала «Лайф» состояла в том, чтобы снимать Битлов «как можно естественнее» и при этом самому не попадать в кадр. Джон Леннон не имел ничего против того, чтобы я этим занялся. Лучшее, что он мог для меня сделать, — не обращать на меня внимания. Не помню, чтобы он мной инте­ресовался, и это меня совершенно устраивало.

Я думал увидеть компашку обкуренных дебилов (это я о Битлах), но ничего подобного. Это были нормальные молодые люди, и их забавляла подняв­шаяся вокруг них шумиха. Ажиотаж достиг апогея возле отеля «Плаза», когда я вышел из их номера на улицу вместе с репортером «Лайф» Гейлой Кэмерон. Распознав в Гейл корреспондентку, к нам подлете­ла стайка девушек. Они спросили, дают ли Битлы автографы, и Гейл ответила «да». Они посмотрели на авторучку, которую держала Гейл, и спросили, не подписываются ли Битлы вот этой самой ручкой, а Гейл возьми и скажи «ага». Тут эти девицы завиз­жали и навалились на нее, мне срочно пришлось их оттаскивать. Ее сбили с ног, но ручку они не получили. Мы еле ноги унесли, но Гейл была крута».

Питер Браун  (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Они слушали по радио собственные песни и несколько раз смотрели по телевизору свою пресс-конференцию в аэропорту».

Джон: «У каждого из нас был транзистор, мы включали его на разную громкость, и, когда какая-нибудь песня нравилась нам, мы прибавляли громкость. Это здорово».

Рон Боучер (коллекционер радио): «У них был портативный транзисторный радиоприемник. Он был изготовлен японской компанией «Tokyo Electric Industry Company» для нью-йоркского отделения фирмы «Пепси-Кола». Радиоприемник сделан так, чтобы быть похожим на автомат по продаже Пепси-колы».

Роберт Фримен (фотограф): «Упол­номоченный от фирмы «Пепси-кола» подарил «Битлз» четыре транзистора с маленькими наушниками (в то время они были новинкой)».

Радиоприемник «Пепси» в красном кожаном чехле. Кнопки напоминают выбор напитков в автомате.

Брайен: «Нам непрерывно звонили американские диск-жокеи, и «Битлз» были вне себя от счастья и удивления. У меня был номер на 12-м этаже отеля, и казалось, что уже c того момента, как я вселился туда, все вокруг было заполнено людьми, кругом что-то продавали, покупали, велись разговоры, все были очень занятые бизнесом со мной и «Битлз». Это был мой первый опыт выслушивания такого огромного количества звонков, которые я получаю в любом отеле, где останавливаюсь, когда нахожусь в турне с «Битлз».

Один звонок был от че­ловека, который хотел выпускать битловские пепельницы. Другой был от импресарио в Гавайях, который хотел нанять «Битлз».

Телеграммы прибывали охапками, целые коробки загружались поч­той от поклонников.

Мы с моим новым американским секретарем справлялись, как только могли с этой лавиной интереса, который поступал в отель по кабелю, те­лефону и в личных обращениях. Я не мог поверить во все то, что происходило во­круг меня. Конечно, сейчас это часть жизни, но в то время казалось, буд­то бы весь бизнес «Битлз» был практически неконтролируемым.

Невозможно было ни тогда, ни сейчас уделить достаточно внимания каждо­му вопросу, связанному с «Битлз», так как, не будет большим преувеличением сказать, что весь мир хотел «Битлз». А в Америке казалось, что их желает каждый американец. Это было чертовски приятно, но напряжение было большим».

Кадры кинохроники: Секретарша: «Да, 27, 28. Как его зовут? Имя менеджера Брайен Эпстайн. Сейчас он не может ответить на ваш звонок. Он ждет звонок из Лондона. До свидания».

Синтия: «Вскоре после того, как Мюррей вошёл в наш круг, вокруг нас стали постоянно увиваться красивые, стройные манекенщицы, появляв­шиеся бог весть откуда. Они просто молча стояли или сидели, отки­нувшись в соблазнительных позах на плюшевых диванах, и бросали томные многозначительные взгляды в сторону объектов своего вни­мания. Так смешно было наблюдать эти сцены. «Актёры» играли совер­шенно беспомощно и, по-видимому, абсолютно не подозревали о наличии у нас хоть каких-то умственных способностей или о том, что ливерпульский здравый смысл выше всей этой чепухи. Но всё равно я давала им 9 очков из 10 за эти героические попытки. Битлы тоже героически отражали эти атаки. Было очень весело наблюдать за их ужимками и ухмылками, вперемежку с залпами ливерпульского юмора.

Стив Брандт (журналист, июнь 1964): «К двум часам большинство из «Битлз» задремали, смотря телевизор. Только Джон с Джорджем, который закончил разговаривать с Эстель, все еще бодрствовали. Я предложил Эстель отвести её домой. На цыпочках вышел Джон, чтобы пожелать спокойной ночи. «Увидимся, возможно, когда вернемся из Вашингтона. Ты ведь придешь на наш концерт в Карнеги-Холле, не так ли?». Я сказал ему, что все билеты были проданы. «О, не волнуйтесь, просто приходите за кулисы и спросите нас. Я оставлю ваше имя».

Когда я вышел из гостиницы, то был озадачен. Почему они делают это ради меня? Эстель улыбнулась и сказала: «Я же говорила тебе, что они замечательные, не так ли?». Я кивнул. Да, определенно они такие».

Синтия: «В отеле мы жили фактически как пленники. Днём и ночью нас охраняли и защищали охранники, нанятые администрацией oтeля. Они стояли на посту у двери, которая вела в наши номера, у лифтов – везде, где был возможен доступ к ребятам и их окружению. С револьверами на боку и жевательной резинкой во рту, они стояли с выражением любопытства и недоумения по поводу всего происходящего, не теряя в то же время бдительности, чтобы не пропустить к нам юных фанатов, способных на самые невероятные хитроумные уловки».

Ринго: «Есть отличная история о том, как мы впервые приехали в Нью-Йорк. У нас был целый этаж в «Плазе». В итоге мы вчетвером собрались в одной ванне. Сидели там, и трепались, просто, чтобы забыть на минуту об этом невероятном прессинге».

6 февраля 1964 г.

Ричард Каммингз (coldwarradios.blogspot.ru): «6 февраля 1964 года радио «Свободная Европа» в Мюнхене отправило в нью-йоркское отделение телекс следующего содержания: «После информации, полученной из Польши, о необычайной популярности известной британской группы «Битлз», мы готовим специальную программу «Зеленая волна», посвященную этой теме. Как вы, возможно, знаете, они появятся в Карнеги-Холле 12-го февраля. Не могли бы вы прислать нам подробный репортаж о выступлении с таким уровнем звука, какой возможен. Мы хотели бы иметь запись из зала, запись одной из их песен, интервью с радиослушателями, отзывы прессы и интервью с «Битлз». Вполне возможно, что «Битлз» также появятся в «Мэдисон Сквер Гарден». Если да, то мы хотели бы иметь репортаж».

«Зеленая волна» было названием музыкальной программы, транслируемой польским отделением радио «Свободная Европа». В марте 1964 редакторы радио «Свободная Европа» Станислав Джулитски (Stanislaw Julicki) и Йозеф Пташек (Joesph Ptaczek) возьмут интервью у Джона Леннона во время съемок фильма «Вечер трудного дня». Станислав Джулитски выходил в эфир под именем Генрик Розпедовски (Henryk Rozpedowski)».

Тим Хилл (газета «Дейли Мейл»): «Между возвращением из Парижа и поездкой в Америку у группы выдались два свободных дня. Джон, Ринго и Пол остались в Лондоне, а Джордж отправился в Ливерпуль, чтобы встретиться с отцом, Гарольдом Харрисоном, который в тот момент болел гриппом. Родители Джорджа помогли ему собрать вещи для поездки в США в дорожную сумку «БИ-ТЛЗ». Британские Европейские Авиалинии предоставили музыкантам возможность бесплатно летать в Париж, если они постоянно будут демонстрировать свои сумки».

Тим Хилл (газета «Дейли Мейл»): «Джорджа целует его главная поклонница – мать, гордая за своего сына, Луиза Харрисон. Этот поцелуй Джордж должен был передать своей сестре, Лиуизе, которая жила в Америке, где Джордж собирался встретиться с ней во время турне группы».

beatlesbible.com: «Накануне первой поездки «Битлз» в Америку, британская журналистка Джун Хэррис (June Harris) взяла интервью у Джона Леннона и Джорджа Харрисона».

Из интервью Джун Хэррис с Джоном Ленноном и Джорджем Харрисоном для журнала «Диск»:

Джон: Это будет потрясающе! Я знаю, что у нас там не будет много времени на что-либо, но я всё равно напокупаю кучу пластинок. Никто из нас не переживает по поводу конкретно нашего выступления или чего-либо в этом роде. Американцы будут точно такими же, как англичане, французы и все остальные.

Джун Хэррис: Будут ли у вас какие-нибудь проблемы с багажом?

Джордж: Нет, насколько это касается нашего оборудования. Мы не берем свои усилители, а Ринго не берет свою ударную установку. Нам пообещали, что обеспечат там всем необходимым.

Джордж с «другом семьи», 6 февраля 1964. Как Джордж сказал репортерам, «Её имя засекречено (Hush-Hush), и она друг семьи». Отказавшись сказать, кто это, он добавил: «Как вы, вероятно, догадаетесь по её имени, она китаянка».

Из дневника девушки Лайзы: «Я очень возбуждена. Завтра прибывают «Битлз»! Сегодня у нас в школе у всех возникла проблема! Даже учителя только и говорят о «Битлз»! Несколько моих одноклассниц сказали, что они не придут завтра в школу, а поедут в аэропорт, чтобы увидеть их прибытие.

После школы мне удалось купить действительно хороший журнал «Битлз вокруг света». В нем множество потрясающих фотографий и хороших статей о «Битлз». Потом я зашла к Дебби и получила несколько невероятных известий. Ее мама сняла номер в «Плазе»! Это отель, где останавливаются «Битлз»! Дебби с мамой завтра утром зарегистрируются, и будут жить там всю неделю. Мне кажется, это обойдется им в кругленькую сумму! Они пригласили меня составить им компанию. Моя мама сказала мне, что я могу не идти в школу в пятницу, и пробыть с ними по воскресенье включительно. Но на следующей неделе я должна идти в школу. Я знаю, что она не позволит мне запускать учебу.

Сегодня вечером темой обсуждения на радио «Даблви-Ай-Эн-Эс» были люди, собирающиеся завтра отправиться в Международный аэропрт имени Кеннеди, встречать группу. Самолет совершит посадку в 1:20 после полудня. Мама Дебби заберет меня утром в девять часов. Сначала мы заедем в «Плазу», а оттуда отправимся в аэропорт. Это будет самый великий день в моей жизни! Я сомневаюсь, что смогу сегодня заснуть».

Две поклонницы примеряют свои битловские парики в ожидании прибытия «Битлз» в Нью-Йорк, фото 6 февраля 1964 года.

Синтия: «На крыльце у парадного входа теперь постоянно, в любую погоду, си­дели девушки всевозможных размеров, форм, цветов, национальностей и вероисповеданий, сжимая в руках книжечки для автографов. Я вновь оказалась в непрерывной осаде. Это стоило стольких нервов! Стоило нам с Джоном высунуть нос на улицу, на нас тут же набрасывались. Истеричные вопли оглушали, протянутые руки хватали и цеплялись за одежду.

Джону приходилось еще хуже: они окружали его, когда бы он ни пришел домой, упрашивая дать автограф, пытаясь отстричь у него на память прядь волос или просто дотронуться до него. Он всегда был любезен со своими поклонниками. Он мог быть нетерпимым к прилипалам, искателям легкой наживы или подхалимам, но настоящих поклонников он уважал и заботился о них. Джон знал, что группа им очень многим обязана. В конце концов, ведь именно они покупали их пластинки и билеты на концерты. Поэтому, как бы он ни устал, он всегда останавливался, чтобы дать автограф или просто поздороваться.

Когда поклонники были внизу на улице, мы, тремя этажами выше, чувствовали себя вполне нормально и безопасно. Но с тех пор, как они нас рассекретили, мы понимали, что долго здесь не выдержим и что надо искать возможность избавиться от столь пристального и постоянного внимания к себе.

В нашей квартире были только кухонная плита, холодильник да обшарпанные стены. Нам была нужна новая мебель и косметический ремонт. Пока дизайнеры преображали комнаты, я, толкая перед собой коляску с Джулианом, носилась между двумя огромными лондонскими универмагами «Бэрекрс» и «Дерри и Том» в Кенсингтоне, выбирая мебель, постельное белье, посуду, кастрюли и сковородки, подушки и занавески.

Мы с Джоном были несказанно рады, что у нас наконец-то появился свой дом. Уже почти полтора года, как мы были женаты, но, по-прежнему, не имели своего собственного жилья, где можно было бы укрыться от любопытных глаз и бесконечно предъявляемых к тебе требований. Понятно, что большую часть времени Джон находился вне дома, но если он не уезжал на гастроли, то вечера мы всегда проводили вместе. Я впервые начала себя ощущать замужней женщиной.

Постепенно жизнь в нашем новом жилище вошла в нормальную колею. Я занималась прозаическими делами: убиралась, варила обеды, ходила за покупками и заботилась о Джулиане и Джоне. Всё было хорошо, кроме одного обременительного неудобства, на которое мы не обратили внимания, когда осматривали квартиру. Она располагалась на последнем этаже трехэтажного дома, а пос­кольку лифт отсутствовал, это значило, что надо было пешком прео­долевать шесть лестничных пролётов. Это было для меня крайне утомительно, особенно когда я возвращалась из похода по магазинам вместе с Джулианом. Преодолеть шесть лестничных пролётов с тяжёлыми сумками, да ещё с ребёнком на руках было делом не шуточ­ным. Приходилось оставлять коляску внизу, идти с Джулианом наверх, зафиксировать его как-нибудь, чтобы он никуда не делся и не упал, а потом возвращаться вниз за покупками.

И все же мне нравилось в Лондоне. Я бывала здесь еще ребенком, примерно пару раз в год, вместе с родителями, а позже, уже подростками, мы приезжали сюда с Фил. Мы снимали комнатку где-нибудь в районе Эрлс-Корт и отправлялись в художественные галереи, а вечерами околачивались в Сохо, с интересом наблюдая за темной стороной лондонской жизни. Потом, помню, мой брат Чарльз с его подружкой Кэти взяли меня с собой на мой первый мюзикл в Вест-Энде. Для меня этот город был эпицентром культуры и всего самого поразительного и привлекательного. Я всегда мечтала жить в Лондоне, и вот мечта стала явью. В 9:30 утра мы с Джулианом уже были готовы к прогулке и с коляской отправлялись смотреть достопримечательности — ходили по магазинам или просто болтались по улицам, бывало, часами напролет. Даже когда Джон находился в командировке, я никогда не скучала, увлеченно и страстно, шаг за шагом, исследуя город.

Я обнаружила, что переход от тихой, спокойной жизни, к которой я привыкла, к новом жизни с её бешеной скоростью, бьющим через край возбуждением и интересными новыми характерами, мне очень даже нравится. А Брайен был просто великолепен. Очень быстро освоив столичную великосветскую жизнь, он приобрёл привычки изысканного гурмана и познакомил нас с луч­шими лондонскими ресторанами. Великосветский стиль жизни как нель­зя лучше подходил к его экстравагантным пристрастиям и утончён­ным манерам. Он упивался вновь обретённой уверенностью в себе. Казалось, жить можно только так и никак иначе.

Группе предстояло отправиться в турне по Соединенным Штатам. Оно планировалось как пробный визит, чтобы понять, как их примут американцы. Джон, с одной стороны, очень хотел, а с другой — опасался этой поездки. Он нервничал, бросаясь из крайности в крайность, от «А что, если у нас ничего не выйдет, если они сочтут, что мы играем полную чушь?» до «Они нас полюбят, иначе и быть не может». На этот раз Джон хотел, чтобы я поехала с ними; теперь, когда всем было известно, что у него есть жена, мне не было никакого смысла сидеть дома. Поклонники приняли меня, так что у Брайена не оставалось никаких аргументов против. Он согласился, и я с нетерпением ждала отъезда».

Тони Бэрроу: «Тщательность, с которой Эпстайн был вынужден скрывать детали своей сексуальной жизни, сделало его параноиком в отношении историй в прессе, связанных с возлюбленными и жёнами битлов. Ему казалось, что от прессы следует прятать не только их связи-на-одну-ночь, но также и их полноценные романтические отношения. Он убеждал в этом всех певцов и все ансамбли, с которыми подписывал контракт, но в случае битлов это правило применялось стократно. Он был в ярости, когда Джон не подчинился его инструкциям и настоял на том, чтобы взять с собой в Америку Синтию. И не имело значения, что Джон и Синтия являлись не просто любовниками, а были по-настоящему женаты, и у них был маленький сын. Как считал Брайен, любая информация, упоминавшая их свадьбу и/или их отпрыска, вредила имиджу «Битлз». Я считал, что занимать такую жёсткую позицию было абсурдно. Он боялся, что молодые женщины разлюбят Джона, если обнаружит, что он является женатым мужчиной. Моё мнение было таково, что в разгульных шестидесятых всё больше и больше подростков-фанатов стали бы считать ещё более интересным, узнав, что у него есть жена. В этом был дополнительный вызов разновидности запретного плода!».

Синтия: «Я единственная из девушек ехала с «Битлз». Пол не смог взять с собой Джейн, так как она была занята на работе, Морин, девушка Ринго, все еще жила в Ливерпуле и ей еще не исполнилось восемнадцати, а Джордж пока не имел постоянной подруги. Я уговорила маму остаться с Джулианом. Она, привыкшая бросать все свои дела, чтобы помочь мне, не могла отказать и в этот раз, а я спешно отправилась по магазинам подобрать себе что-нибудь новое из одежды».

Соглашения каждого из «Битлз» с Эдом Салливаном: «Роберту Пречту (продюсеру). Настоящим я закрепляю за нью-йоркской профсоюзной орагнизацией американской федерации теле и радио исполнителей право осуществлять отчисления в свою пользу с любой оплаты моих услуг или моего заработка, в качестве вашего работника в увязке с вашей программой под названием «Шоу Эда Салливана», в течение недели, оканчивающейся 9 февраля 1964, на сумму двести семь долларов и 50 центов, в счет вступительного взноса в профсоюз и/или членского взноса, как это требуется моим членством в указанном профсоюзе. Разрешаю вам и уполномачиваю вас вычесть за меня данную сумму от моего вознаграждения и перечислить её в фонд профсоюза. Искренне ваш, Джон Леннон».

В данных соглашениях в подписях участников группы указаны полные имена Джона Уинстона Леннона и Пола Джеймса Маккартни. В них отсутствуют подписи Роберта Пречта, так как эти документы являются экземплярами-копиями для продюсера и бухгалтерии.

5 февраля 1964 г.

Из дневника девушки Лайзы: «Радиостанция «Даблви-Ай-Эн-Эс» объявила о планируемом маршруте «Битлз». Группа прибывает в эту пятницу 7 февраля в час двадцать после полудня в аэропорт имени Кеннеди. «Битлз» прилетают рйсом 101 кампании «Пан Ам». Как жалко, что мой дядя, пилот, не летает больше в Лондон. Вот было бы круто, если бы он пилотом у «Битлз»! В любом случае, в пятницу я буду в аэропорту Кеннеди. Ну и пусть это будет школьный день! Потом они остановятся в отеле «Плаза». Классное место, рядом с центральным парком. Дебби сказала, что ее мама разрешила ей в пятницу не идти в школу. Надо будет тоже обработать родителей. Папа сказал, что «подумает об этом». Я никогда не смогу простить родителям, если они отправят меня в школу, и я пропущу прибытие «Битлз»».

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «В «Олимпии» «Битлз» играли три недели, что, если не считать выступлений в «Пещере» и в Гамбурге, было самым продолжительным их пребыванием на одной и той же сцене».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Группа «Битлз» возвращается из Парижа в Лондон».

Аэропорт «Хитроу», кадры кинохроники.

Поклонники пытаются проникнуть в зал таможенного досмотра лондонского аэропорта.

beatlesbible.com: «Вылетев из парижского аэропорта «Ле-Бурже», в час дня «Битлз» и их ближайшее окружение вернулись в Лондон, где их встречало около сотни кричащих поклонников».

«Слава Британии», кадры кинохроники.

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В аэропорту состоялась очередная пресс-конференция».

Корреспондент: Как вас встретили во Франции?

Джордж: Публика была немного странная. Парней было больше, чем девушек, и мы даже успели подзабыть старые добрые визги. Но все равно, воплей было предостаточно.

Корреспондент: Так значит, вас все-таки слушали? В этом отличие, не так ли?

Джон и Пол: Да.

Джордж: Да.

Корреспондент: Электропитание во Франции такое же, как здесь?

Пол: Хорошее. Отличное оборудование. Но в первый вечер, как вы уже, наверное, знаете, у нас были небольшие проблемы. Потому что внезапно мы обнаружили, что ребята с радио имеют привычку подключаться везде, и наши усилители просто не выдержали. Они просто сделали «Бумм!»

Ринго: И так три раза.

Пол: Бумм… Бумм.

Корреспондент: Какого рода музыка попадает у них в парад популярности?

Пол: Ммм, совершенно дикие вещи. И нам приходилось заканчивать наш концерт какой-нибудь дикой темой.

Джон (весело): «Унесенные Ветром».

Пол: «Унесенные…».

(смех)

Корреспондент: Им нравятся вещи, подобные Элвису Пресли? В том смысле, слушают ли они старый рок-н-ролл?

Пол: Я думаю, да, в какой-то степени. Это зависит от того, кто в данное время на подъеме.

Корреспондент (обращаясь к Ринго): Я слышал, что вы хотели прочитать нам стихи.

Ринго: Да, поэзию Бетховена.

Корреспондент: Когда это произойдет? Во время фестиваля «Город Лондон»?

Ринго: Да, скорее всего. (обращаясь к остальным) Смотрите, он в курсе. Это секрет. Не рассказывайте никому!

(смеется)

Корреспондент: Чьи стихи?

Ринго: Бетховена. Помните его? Бетховен.

(смеется)

Корреспондент: В преддверии гастролей в Америке, какую реакцию там вы предполагаете встретить? У вас есть там фан-клубы, как это принято называть?

Ринго (весело): Есть предположение, что когда все начнется, то и должный отклик появится. (шутливо) 12 000 писем в день!

(«Битлз» смеются)

Корреспондент: Но движение «Битлз» там ширится?

Ринго: Да (шутливо). Так что вам нет необходимости превращаться в «Пропогандистов Битлз», ребята!

(смеется)

Корреспондент: Между прочим, хочу вас предупредить о том, что в Университете Детройта организовано движение «Раздави «Битлз» (прим. – «Stamp Out The Beatles» – буквально, раздави «Битлз», звучит как «Дави жуков»).

Джордж: Да, я в курсе.

Джон: Да, мы что-то слышали об этом.

Пол: Мы организуем движение « Раздавим Детройт!»

(смех)

Из интерактивного интернет-чата с поклонниками, 2003 г.:

Вопрос: Мы слышали, что в один прекрасный момент «Битлз» решили, что никогда больше не 6удут играть в Детройте. Это правда?

Пол: Нет. Иногда какие-то города оставляли у нас неприятное впечатление, и мы говорили себе: все, никогда не будем играть в этом чертовом городишке. Возможно, кто-то просто услышал нас в такой момент, вот и все. Ho мы не серьезно об этом говорили. Я не раз возвращался в Детройт, играл там и никогда об этом не жалел. Мне нравится выступать в Детройте, это родина «Мотаун Рекордз».

Корреспондент: Они [американцы] считают ваши прически антиамериканскими.

Джон: Ну, надо же, они заметили. Но мы, вообще-то, не американцы!

Пол: (смеется) Это уж точно.

Джон: Правда-правда.

Открытка, подписанная всеми участниками группы «Битлз» в аэропорту «Хитроу» 5 февраля 1964.

4 февраля 1964 г.

Из дневника девушки Лайзы: «Сегодня «Нью-Йорк Таймс» сообщила, что «Си-Би-Эс» объявила о том, что «Битлз» на шоу Эда Салливана будут представлены три следующих воскресенья. Три воскресенья подряд! В статье написано, что «Си-Би-Эс» получила более 50 тысяч заявок на билеты! Какая я счастливая, что я смогла достать билеты! В школе все мне завидуют. Я единственная девушка в классе с билетом. Стефани, она на год старше меня, получила два билета на вечерний концерт. У меня же билет только на репетицию. Стефании даст мне полный отчет о трансляции в студии».

Бэрри Майлз: «Выступление в театре «Олимпия», Париж (Olympia Theatre, Paris)».

«Битлз» с Дэвидом Шрайвером (David Shriver), известным сессионным музыкантом, который играл и сопровождал Трини Лопеса. Фото за кулисами «Олимпии».

Микки Джонс (музыкант группы Трини Лопеса): «В конце выступлений в «Олимпии» мы обедали с «Битлз», и они мимоходом заметили, что на следующий день улетают в Нью-Йорк, чтобы выступить в шоу Эда Салливана. Я сказал им, что их покажут по всей стране. В то время я считал, что они довольно хорошие исполнители, но их музыка немного напоминала подростковую. А еще я не думал, что их забавные прически будут хорошо восприняты в Америке».

Автопортрет Джорджа, Париж, 1964.

Париж, 1964.

3 февраля 1964 г.

rarebeatles.com: «3 февраля «Кэпитол Рекордз» пишет письмо руководству «Карнеги-Холл», в котором соглашается предоставить письма от Брайена Эпстайна и Сида Бернстайна с разрешением на запись концерта. Они также соглашаются заплатить 300 долларов за право на запись в зале и ещё 300 долларов за право поставить на обложке альбома надпись «Записано в Карнеги-Холле». К этому времени «Кэпитол» уже запланировал установку записывающего оборудования».

Из дневника девушки Лайзы: «В Штатах все уже знают, что в пятницу приезжают «Битлз»! Сегодня ночью я не смогла уснуть. В школе все девочки так возбуждены. Даже многие парни стали проявлять интерес. Из магазина позвонил Билл, и рассказал мне о сингле «Битлз» с песней «Моя Бонни» (My Bonnie). Он узнал от одного из менеджеров по продажам, что эта песня была выпущена на сорокапятке фирмой «Эм-Джи-Эм» два года назад, когда «Битлз» еще не были известны в Англии. В то время они были аккомпанирующей группой певца Тони Шеридана (по правде говоря, это была сорокапятка не «Битлз», а Тони Шеридана). Песня была записана в Германии!»

Бэрри Майлз: «В этот день «Битлз» посетили американское посольство в Париже, чтобы получить визу и разрешение на работу перед их предстоящим туром в США».

Сьюзен Илз (Susan Eales): «Газета «Дейли Миррор» провела конкурс, в котором было фото Джорджа с пальцами в ушах Пола, и на котором Джон что-то говорил. Мы должны были придумать, что он говорил. Я написала следующее: «Если ты выдернешь их одновременно, то в этом году мы будем на вершине популярности». К моему потрясению, я выиграла. Мне кажется, что было четыре победителя, и каждый из них мог взять с собой еще кого-нибудь».

Дженнифер: «Было шесть победителей, и каждый мог взять с собой друга или подругу».

Сьюзен Илз (Susan Eales): «Я взяла свою подругу Кэрин Ферт (Karyn Firth). В качестве награды была оплата всех затрат на поездку в Париж. Мы разместились в отеле «Георг Пятый» на Елисейских полях».

Дженнифер: «У нас у всех были огромные номера с ванной и туалетом и с биде, которые, как мы думали, предназначались для мытья ног, так как никто из нас не видел их раньше».

Сьюзен Илз (Susan Eales): «На этом снимке я в первом ряду, крайняя справа в клетчатой шапочке».

Сьюзен Илз (Susan Eales): «У нас были места в первом ряду на концерт «Битлз» и встреча с ними перед шоу у них в костюмерной. Они были очень доброжелательны и забавны. Фотоснимки были сделаны снаружи их костюмерной. Одна из девушек, победившая в этом конкурсе, жила на улице, где вырос Ринго, и она была с ним знакома».

Дженнифер: «На снимке я в пальто в клетку, держу в руках альбом «Битлз». Пол Маккартни держит свою руку на моём плече на всех этих снимках. Я ничего не говорила из боязни, что он уберет руку. Ха-ха».

Сьюзен Илз (Susan Eales): «На снимке за кулисами я в первом ряду, вторая слева. Выгляжу ошеломленной, ржу не могу!».

Дженнифер: «На одном из снимков Пол прикрывает рукой свой глаз. Это из-за моей причёски, с начёсом во все стороны, и на нем был такой слой лака для волос или политуры, как мы его называли, что он хлестал как смертельное оружие, и когда я повернулась, чтобы посмотреть на Пола, мой начёс хлестнул ему по глазу. Разговаривающая с Джоном девушка справа – моя сестра».

Бэрри Майлз: «Выступление в театре «Олимпия», Париж (Olympia Theatre, Paris)».

С Ричардом Энтони (Richard Anthony).

Сьюзен Илз (Susan Eales): «Во время концерта, который был изумительным, мы сидели в первом ряду. Зрители, в основном, были французы, но они наслаждались каждой минутой этого шоу».

Дженнифер: «[Вечером] Мы написали Битлам стихотворение и просунули его через дверь их номера. Я до сих пор храню это стихотворение, написанное на бланке отеля «Георг Пятый».

Сьюзен Илз (Susan Eales): «Позже в тот вечер мы получили их автографы. В отеле мы видели Джейн Эшер».

Дженнифер: «Это была роскошная поездка всей жизни».

Сьюзен Илз (Susan Eales): «Всё закончилось слишком быстро».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Красота и мозги – это Дон Джеймс (Dawn James). Она ведущий журналист поп-музыки в Англии. Не скажу, что я против интервью с ней».

Дон Джеймс (журналист): «Они [«Битлз»] были очень озорными. Они разыграли меня, когда в Париже я остановилась в том же самом отеле, что и они, в отеле «Георг Пятый», чтобы освещать для журнала «Рейв» их выступления в Париже. Все они, за исключением Джорджа, привели девушек в свои комнаты, и там происходил настоящий переполох, с битьем посуды и всё такое. В то время я была невероятно неискушённой, поэтому я ушла к себе в номер.

На следующий день они спросили меня, не буду ли я против, поскольку я собиралась уехать домой раньше их, взять с собой в Лондон несколько катушек с кинопленкой, которые они заберут у меня, когда мы в следующий раз увидимся. Только когда я вернулась домой, другой журналист, Майк Хеннесси, сказал мне, что было на этих плёнках. По-видимому, они сняли довольно пикантные кадры, на которых развлекались с этими девушками, и они использовали меня, чтобы провезти их через таможню. Сперва я не могла в это поверить, но когда в следующий раз я увиделась с ними, я спросила их об этом, и они подтвердили».

2 февраля 1964 г.

Брайен Уилсон (группа «Бич Бойз»): «Спустя неделю после того, как песня «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) заняла первое место, мы с Майком сидели во время обеда, чесали головы и думали: «Что, черт возьми, происходит?». Я тогда сказал: «Не думаю, что мы должны сдаваться, тем не менее, их песни более оригинальны, у них разнообразнее звучание, я думаю мы устали, просто устали».

Из дневника девушки Лайзы: «Осталась всего одна неделя до шоу Салливана! Я так возбуждена! В следующее воскресенье я увижу «Битлз» по телевизору! Я хочу пояснить. У меня билеты на дневную генеральную репетицию «Битлз» на шоу Салливана. А потом я пойду домой и увижу их четверку по телевизору!

Сегодня вечером я посмотрела шоу Салливана, надеялась, что что-нибудь скажут о «Битлз». Он [Салливан] спросил, есть ли у кого-нибудь лишние билеты на выступление «Битлз». Видимо они забыли зарезервировать достаточное количество билетов для своих друзей! Салливан сказал, что ему нужно два билета для Рэнди Пара. Должно быть, эта та самая дочь Джека Пара, которая любит «Битлз»».

Мартин Дуглас (газета «Нью-Йорк Таймс», 2012): «Предыстория этого события состоит вот в чём. Салливан был зол на [телеведущего] Джека Пара, потому что, согласно правилам профсоюза, он должен был платить исполнителям больше, чем Джек Пар выплачивал гостям своей еженедельной программы, выходившей в прайм-тайм – времени самомго массового просмотра телезрителями».

Том Шейлис (газета «Вашингтон Пост», 2004): «Недовольство Салливана объяснялось тем, что в то время Джек Пар выплачивал исполнителям по профсоюзной шкале менее 500 долларов, в то время как Салливану приходилось выплачивать большие гонорары менеджерам и агентам. Но, конечно же, следует учесть, что их шоу были разными, как и требования, предъявляемые к исполнителям».

Мартин Дуглас (газета «Нью-Йорк Таймс», 2012): «[В конце 1963 года] Рэнди Пар, дочь Джека Пара, встретилась с «Битлз» во время своей поездки в Англию».

Рэнди Пар (дочь телеведущего Джека Пара): «Я познакомилась с «Битлз» в Англии. Они оказались очень приятными людьми. В то же время мой отец и Эд Салливан сражались между собой за то, кого пригласить к себе на передачу. Эд отказывал всем, кого мой отец приглашал первым».

Мартин Дуглас (газета «Нью-Йорк Таймс», 2012): «Рэнди предложила своему отцу, чтобы он использовал свою программу для рекламы предстоящего появления «Битлз» в шоу Салливана».

Рэнди Пар (дочь телеведущего Джека Пара): «Помню, что я спросила у отца: «Пап, почему бы тебе не воспользоваться этим, чтобы помириться с Эдом Салливаном?».

Брюс Спайзер (журналист): «3 января 1964 года Джек Пар поставил в свое шоу на «Эн-Би-Си» сюжет с «Битлз»».

Том Шейлис (газета «Вашингтон Пост», 2004): «В одном из своих выпусков Джек Пар показал короткий фрагмент с «Битлз», снятый в Англии, анонсируя их предстоящее появление на шоу Эда Салливана. Как оказалось, это положило конец вражде. В качестве примирительного жеста, Салливан пригласил Рэнди, которой тогда было 15 лет, посетить это событие».

Мартин Дуглас (газета «Нью-Йорк Таймс», 2012): «После этого их вражда закончилась. В качестве бонуса, Рэнди Пар получила три билета на шоу Эда Салливана».

Рэнди Пар (дочь телеведущего Джека Пара): «Одним билетом я воспользовалась сама, а еще два отдала Джулии и Трише Никсон, дочерям будущего президента Ричарда Никсона».

Сьюзен Кониг: «В начале февраля 1964 я была в парижском госпитале, так как в то время наша семья жила в Париже. Обстоятельства моего пребывания в больнице были в некотором роде своеобразными, поскольку несколькими неделями ранее огромная деревянная дверь в нашей старой французской квартире захлопнулась на моём крошечном 18-месячном пальце, что сделало его даже еще мельче. Моя мама обнаружила меня с висящим пальчиком, который ей пришлось перевязать, и потом побегать по улицам Парижа, прежде чем я оказалась в американском госпитале в Нёйи-сюр-Сен, расположенном на окраине города. В этой больнице 18 месяцев назад я появилась на свет, со всеми моими неповреждёнными пальчиками.

Атака французской двери на мой пальчик произошла где-то около Рождества, так что, к этому времени подошел февраль. Я была в больнице во время нашего планового посещения, поскольку доктора пытались вылечить палец, так как микрохирургия еще не была обычным делом.

Итак, я была там, восемнадцати месяцев отроду с девятью с половиной пальцами, сидела в приемной врачебного кабинета в Американском Госпитале во Франции, вместе со своим отцом и четырьмя другими пациентами. Этих четверых пациентов звали Джон, Джордж, Пол и Ринго. «Битлз» выступали в парижской «Олимпии» и на следующей неделе собирались ехать в Америку, чтобы появиться на шоу Эда Салливана. Они должны были получить свои уколы, чтобы переправиться через океан, а Американский Госпиталь был очень хорошей больницей.

Мой папа знал, кем они были. Битлы делали вид, что они очень боятся уколов и отметили, что я, в противоположность им, была очень смелой. Они подняли шумиху по моему поводу и огромной повязке на моей маленькой ручке, играли со мной, пока меня не вызвали на осмотр к врачу. Моя реакция на тех, кто станет четверкой самых известных людей в истории? Я вернулась к своему папе и указала на этих милых молодых парней. «Дамы», – сказала я (прим. – ladies – дамы, lads – мальчики). После этого я ничего не слышала про «Битлз». Это наша семейная история. Сама я, на самом деле, всего этого не помню».

«Битлз» и Брайен Эпстайн в номере отеля «Георг Пятый» в один из дней парижских гастролей».

Питер Браун: «У битлов попросила интервью американская журналистка-обозревательница Шейла Грэхем».

Филипп Норман (журналист): «Шейла Грэхем была одной из самых знаменитых среди журналистов, и одной из самых читаемых американских фельетонистов».

Питер Браун: «У «Битлз» вскоре предстоя­ла поездка в США, и мисс Грэхем хотела посвятить им свою ко­лонку за несколько дней до прибытия ансамбля в Соединенные Штаты. Битлы долго не появлялись в холле гостиничного но­мера. Все это время мисс Грэхем занимал один из сотрудников Брайена Эпстайна. Американка показала ему копию еще не вы­шедшего из печати номера журнала «Лайф», в котором на шести страницах был напечатан рассказ о «Битлз». Внезапно дверь открылась, и показался Джордж. «Привет, дорогой», — произнесла мисс Грэхем, поднимаясь со стула. — «Скажи-ка мне быстро, который из них ты?».

Шейла Грэхем (Североамериканский газетный союз, 1964): «Париж, Франция. В Париже в их гостиничном номере мы с «Битлз» пьем чай. Они только что вернулись со своего «медосмотра» в Американском госпитале, который был сделан по настоянию страховой компании для фильма, в котором они будут сниматься с марта для «Юнайтед Эртистс». По-моему, выглядели они прекрасно, даже несмотря на их лохматые длинноволосые прически, к которым я уже привыкла, поскольку, кажется, каждый подросток в Лондоне и Париже, щеголяет с битловской стрижкой.

Они охотно встретились со мной за чашкой чая, стараясь быть дружелюбными и желая произвести впечатление. Для них я была Америка, золотой гол их мечтаний. В пятницу они должны будут приехать в Нью-Йорк для двух выступлений в «Карнееееги-Холле», как они его называют, одного шоу в Майаме, и двух с Эдом Салливаном.

«Мы будем нервничать в Америке», – говорит Пол, 21 год, известный как «задорный». Джордж, ему тоже 21, «тихоня», сказал мне искренне: «Я предпочел бы иметь один хит в Америке, чем шесть в других странах всех вместе взятых».

«Мы не думаем, что наши пластинки являются заплаткой на американском материале», – говорит Ринго, коротышка группы. Ему 23, довольно низкого роста, известный как «застенчивый». «Хотя он не такой», – говорит Джон, 23 года, женат и «сексуален». «Просто», – говорит Пол, – «уголки его губ в естественном состоянии опущены вниз, но внутри себя он живет в свое удовольствие, не так ли, Ринго?». Ринго без улыбки утвердительно кивает.

«Я видела вчера днем ваше выступление в Олимпии», – говорю я «Битлз».

«Как тебе понравилось, и как, по-твоему, это пройдет в Америке?», – спрашивает Пол, ожидая моего ответа.

«Хотела бы я сказать вам», – отвечаю я. – «Знаете, аудитория так сильно шумела, что я не могла расслышать вас на сцене». Я не сказала им, что мне не хватило места, и что мне пришлось стоять в проходе у выхода, и что меня дважды выставляли, один раз пожарник, и второй раз сотрудник полиции. Они оба стояли в оцеплении. Не сказала, что подростки, 80% из которых составляли юноши, оттоптали мне все ноги. В Англии ситуация обратная, там 80% девушки.

«Но подростки везде одинаковы», – напоминаю я «Битлз». – «И я буду биться об заклад, что у вас будет успех в Штатах». Они, все как один, расслабились. «Тем более», – продолжила я, – «что вы теперь номер один в американском хит-параде с вашей пластинкой «Я хочу держать тебя за руку»».

«Когда мы услышали новость о том, что мы номер один, мы просто чокнулись», – говорит Джордж.

«Сперва меня это не ошеломило», – говорит Пол, – «потом я позвонил своему папе и заставил его вылететь в Париж, чтобы отпраздновать со мной».

«Мой отец водитель автобуса», – говорит Джордж.

«В промежутке между выступлениями мы все живем с нашими семьями в Ливерпуле», – говорит Ринго.

«Наш успех принес им перемены в финансовом плане», – говорит Пол.

Но я бы не сказала, что произошли такие уж большие перемены для самих «Битлз». Все деньги, которые они зарабатывают, идут в их компанию, в управление их компанией, которой заправляет молодой менеджер Брайен Эпстайн. В настоящее время их доходы оцениваются в более чем 100 000 долларов в неделю, но всего лишь три года назад они зарабатывали только 20 долларов в неделю. На свои траты каждый из них получает около 50 долларов в неделю.

«Если нам нужен автомобиль, или что-нибудь подобное, то мы берем его в компании», – поясняет Пол.

«Мы не знаем, сколько денег мы зарабатываем. Мы всё отдаем нашему менеджеру», – говорит Джон. – «Мы считаем, что сейчас у нас больше денег», – продолжает он, – «только потому, что прежде у нас вообще их не было».

«Как ваша фантастическая слава и удача изменила вашу жизнь?», – спросила я у «Битлз».

«Конечно, личной жизни у нас вообще больше нет», – отвечает Ринго.

«Когда ты еще ребенок», – говорит Пол, – «то ты думаешь, что здорово быть знаменитым. Но, все не так, как ты думаешь. Ты полагаешь, что это приятно и хорошо оплачиваемо. Но, в действительности, это очень тяжелая работа».

«Возможно, что мы не должны так упорно работать», – говорит Джон, – «но тогда мы не получали бы такого удовольствия».

«Только одна настоящая перемена», – говорит Пол, – «мы больше не говорим «блинчики», мы говорим «креп сюзетт» (прим. – французский десерт, состоящий из блинчиков).

«В чем, по-вашему, секрет вашего успеха?», – спрашиваю я.

«Мы весело проводим время. Мы не нервничаем», – говорит Джон, сексуальный.

Пол: «Когда мы начинали впервые выступать, играя днём в ливерпульском клубе, мы всегда опаздывали. На сцене у нас была чашка чая и бутерброды. Это была неформальная атмосфера. И им это нравилось. Всё, что нам нужно было, это быть естественными».

Джордж: «Мы никогда не используем захудалую «популярность». Знаешь, как лежание на полу. Один раз мы сделали это в Германии в качестве шутки».

Это было в Гамбурге, Германия, когда они записали свою первую пластинку, с которой началось их стремительное восхождение к славе.

«Когда мы отработали своё первое клубное выступление в Англии, то нас объявили как парней из Гамбурга», – говорит Ринго.

«И все говорили», – произносит Джордж, – «что для немцев мы очень хорошо говорим по-английски».

Не важно, что они говорили. Те мальчики и девочки орали бы, визжали, топали и хлопали независимо от того, говорили бы «Лес Битлз» белиберду, просто «йе-йе-йе», или же вообще ничего.

«Как вы считаете, Битломания продолжится?», – спросила я.

«Сейчас мы больше уверены в себе», – говорит Джон.

«Когда мы впервые вышли на сцену», – добавляет Пол, – «то моя левая нога всё тряслась и тряслась».

«Это может показаться несущественным», – говорит Джордж, – «но, знаешь, в театре, самое трудное, это попытаться установить контакт между выступающим и аудиторией».

В любом случае, у «Битлз» он есть. Они едины со своей аудиторией. И чем громче гитары и пение, тем громче и истеричнее отвечают восторженные подростки. Они удовлетворяют некую отчаянную потребность. И 12 февраля я отправлю своего сына-подростка в Карнеги-Холл, чтобы он выяснил и объяснил мне, что это такое».

Бэрри Майлз: «Выступление в театре «Олимпия», Париж (Olympia Theatre, Paris)».

Хэл Келли (радиожурналист): «Прошло восемь дней [со дня интервью 24 января], но интервью так и не транслировалось. Я позвонил своему другу, который был программным директором «Эй-Эф-Эн», и сказал ему: «Знаешь, эти парни через несколько дней собираются выступить на шоу Эда Салливана. Разве ты не хочешь этим воспользоваться?». На следующий вечер интервью с «Битлз» вышло в эфир».

1 февраля 1964 г.

beatlelinks.net:

Альбом «Вместе с Битлз» (With The Beatles) – номер 1, 9-я неделя в хит-параде британского издания «Рекорд Ритейлер»;

Альбом «Встречайте Битлз!» (Meet The Beatles!) – номер 92, 1-я неделя в хит-параде американского издания «Биллборд»;

Песня «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) – номер 1, 1-я неделя в хит-параде американского издания «Биллборд», 3-я неделя в 100 лучших американского издания «Биллборд»;

Песня «Она любит тебя» (She Loves You) – 2-я неделя в лучшей сотне американского издания «Биллборд»;

Песня «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» (Please Please Me) – 1-я неделя в лучшей сотне американского издания «Биллборд»;

Брюс Спейзер: «Альбом «Встречайте Битлз!» (Meet The Beatles!) дебютировал в хит-параде долгоиграющих пластинок «Биллборд» 1 февраля 1964 года на 92 месте, став тем самым первым альбомом «Битлз», попавшим в чарты в США. Похожая картина происходила и с синглом «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand), который стартовав в хит-параде синглов на 45 месте, за три недели достиг вершины».

Из журнала «Биллборд», 1 февраля 1964: «Любой Битлз хорош в городе пива. В Милуоки – городе пива (прим. – Милуоки с 1840-х годов является ведущим производителем пива в мире), операторы покупают все доступные релизы «Битлз» для своих направлений, не придавая значения на фирму-производителя.

Люсьен Скаффиди, приобретатель пластинок для компании «Эйч-энд-Джи Эмьюзмент», говорит следующее: «Некоторые операторы сказали мне, что они будут ждать до тех пор, пока их сетевые магазины не запросят Битлз. Но я не стал мешкать. У меня есть свои способы распространения. Я могу сказать, чтобы на радио проигрывали их, возможно, самую ходовую вещь из тех, что у нас была в магазине за долгое время». Гордон Пилзек сообщает, что «Битлз» скакнули на вершину хит-парада музыкальных автоматов».  

Ник Биро (журнал «Биллборд», 1 февраля 1964): «Судебные споры о «Битлз» продолжаются в Чикаго и Нью-Йорке. Чикаго – здесь на прошлой неделе продолжились юридические интриги между «Кэпитол» и «Ви-Джей» по поводу того, кто имеет право на продажу пластинок «Битлз», пользующихся огромным спросом. Постановление федерального окружного суда, принятое им здесь на прошлой неделе, о приостановлении продаж фирмой «Ви-Джей» продукции «Битлз», остается в силе. Слушание намечено на 30 января.

Фирма «Кэпитол» также подала ходатайство привлечь «Ви-Джей» и её чикагскую сбытовую компанию «Эм-Эс» за неуважение к суду в связи с тем, что они продолжают продавать пластинки «Битлз». Вопрос о неуважении к суду также будет рассмотрен 30 января.  

Оба слушания – по неуважению к суду и по предписанию о приостановлении продаж рассматриваются судьей Корнелиусом Харрингтоном (Cornelius Harrington).

В свою очередь, «Ви-Джей» ожидает услышать решение Верховного суда Нью-Йорка на иск, поданный ею против «Кэпитол» и «Свон», на запрет реализации продукции «Битлз».

Нью-Йорк. Судья окружного суда Дэвид Н. Эдельштейн отложил принятие решения о временной приостановке предписания относительно иска компании «Эрдмор-Бичвуд Мьюзик лимитед», Англия, к компании «Ви-Джей Рекордз», а также её нью-йоркского дистрибьютера, «Мэлверн». Таким образом, судебный запрет от 16 января остается в силе и распространяется на долгоиграющий альбом от «Ви-Джей».

Судья не постановил, когда он вынесет своё решение, но по соглашению между адвокатами, судебный запрет был продлен до 5 февраля.

«Эрдмор-Бичвуд», британская издательская дочерняя компания «Кэпитол Рекордз», получила судебный запрет, в связи с использованием фирмой «Ви-Джей» песен «Люби же меня» (Love Me Do) и «Посриптум, я люблю тебя» (P.S. I Love You) в её альбоме «Битлз».

Не исключено, что процесс в Нью Йорке будет вновь отложен. В Чикаго Милт Сэлстоун (Milt Salstone), представитель сбытовой компании «Эм-Эс», сказал журналу «Биллборд», что он не продаёт никаких пластинок «Битлз» от компании «Ви-Джей», и что у него нет их на складе. Джей Лэскер из «Ви-Джей» сказал, что его фирма остановила отгрузки продукции «Битлз», когда на прошлой неделе вышло первоначальное решение суда о запрете («Биллборд», 25 января).

По требованию «Кэпитол», «Ви-Джей», её доверенные лица, представители и служащие» были предупреждены о запрете на продажу или рекламу пластинок «Битлз». Юрист «Кэпитол» Сидни Затц (Sidney Zatz) указал, что «будут приняты меры» против дилеров, продолжающих реализовывать пластинки «Битлз», выпущенных на «Ви-Джей», хотя и не уточнил, какие именно будут приняты меры.

В свою очередь, Джей Лэскер, исполнительный вице-президент «Ви-Джей», сказал, что судебный запрет «Кэпитол» распространяется только на «Ви-Джей», и что продажи их пластинок разрешены всем, кроме самой «Ви-Джей», её доверенным лицам, представителям и служащим» (формулировка из судебного запрета).

Продукция, ставшая предметом спора:

«Кэпитол», «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand), сингл № 1 на этой неделе в первой сотне «Биллборд», и альбом «Встречайте Битлз!» (Meet The Beatles!), № 92.

«Ви-Джей», «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» (Please Please Me), сингл № 68, и два альбома, «Представляем (вам)… Битлз» (Introducing… The Beatles), уже вышедший, и «Битлз и Фрэнк Айфилд» (The Beatles and Frank Ifield), еще не поступившего в продажу, но ожидающего своего выхода.

«Свон», «Она любит тебя» (She Loves You), сингл, взлетевший на этой неделе на 21 место в в первой сотне «Биллборд».

Из дневника девушки Лайзы: «Наконец-то наступил февраль! Я уже начала думать, что он никогда не наступит. Это месяц приезда «Битлз»!

Вчера вечером смотрела программу Джека Пара. Пар напомнил, что некоторое время назад «Битлз» были на его шоу, и что скоро они должны появиться у Эда Салливана. Как будто я не знаю! Затем он достал из мешка два битловских парика, один надел сам, другой отдал комику Джонатану Винтерсу, как бы они «Битлз». Еще он сказал, что его дочь обожает «Битлз». Тоже мне, сюрприз. А разве есть девушки, которые бы не любили «Битлз»?

Сегодня мы с Дебби прошлись по магазинам. Купили себе по футболке с «Битлз». Они такие клёвые. На них та же картинка «Битлз», что на обложке сингла «Я хочу держать тебя за руку». Мы заплатили по 1.57 доллара. Позже в другом магазине мы видели их по 3.98. Все это так волнительно. Дебби, хотя и побогаче, но любит поторговаться! Мы прицепили значки с новой надписью: «Горячий сторонник Битлз» (Be a Beatle Booster). На них была такая же картинка, как и на футболке. На других были надписи «Я люблю Битлз». Дебби также купила красно-белую шапочку «Битлз». Она ей очень даже идет. Я не смогла себе позволить купить шапочку, но может быть куплю потом. Видели в продаже парики «Битлз», но покупать не стали. Примерили, но слишком уж глупо в них выглядим! Какие-то они ненатуральные!

Сегодня вечером будем слушать шоу Мюррея К на радио «Даблви-Ай, Эн-Си». Он прогигрывает тонны их песен. Не только сорокопятки, но и песни с альбомов!»

«Горячий сторонник Битлз».

Парик «Битлз», такой же, как в жизни.

Войл Гилмор (вице-президент фирмы «Кэпитол»): «Разразился настоящий рекламный бум, но, запусти хоть всю рекламу мира, скверный продукт она продать не поможет».

Ники Бирн: «Чего больше всего боялись «Кэпитол» и «Си-Би-Эс», это того, что битлы просто выйдут из самолета и отправятся в свой отель».

Хантер Дэвис: «Еще в январе фирма «Кэпитол» начала так называемую «ударную рекламную кампанию» группы «Битлз» в США, выделив на это дело 50 000 долларов. По Соединенным Штатам было расклеено пять мил­лионов плакатов «К нам едут Битлз», и каждый диск-жокей получил по экземпляру всех пластинок «Битлз», которые когда-либо выходили в Великобритании. Вышел и был распространен миллион экземпляров четырехстраничной газеты, посвященной «Битлз»; фирма «Кэпитол» поместила групповое фото своего высшего командного состава в париках «а ля Битлз».

Тони Бэрроу: «Мы продолжали заниматься своей частью в Лондоне. С благословения битлов и Брайена Эпстайна я написал несколько статей с предварительно подготовленными интервью, в которых Джон, Пол, Джордж и Ринго ответили на несколько самых часто задаваемых вопросов. Эти статьи ушли к редакторам, которые не могли взять интервью лично, но, тем не менее, заслуживали особого внимания, потому что их издания были важными, а/или их тиражи были значительными».

Юрген Воллмер: «На следующий день Джордж снова позвонил, и я всё ему рассказал, как я смело пробивался сквозь толпу, и о своём унижении в месте назначения. «Хорошо», – сказал Джордж, – «сегодня ты едешь в «Олимпию» вместе с нами. Не глупи, и приходи в отель!». Я согласился, так как не смог на ходу придумать предлог.

Перед тем, как отправиться в роскошный отель, где остановились «Битлз», я снова почувствовал себя тревожно. Вместо того, чтобы позвонить в службу такси, я позвонил в «Георг Пятый», но не сказал, чтобы меня соединили с Джорджем. Вместо этого я попросил администратора передать им, что я не смог придти к мистеру Харрисону, потому что мне пришлось срочно уехать из Парижа на фотосъемку. Ненавижу лгать. Но правда была для меня слишком постыдной, даже перед лицом всё понимающего Джорджа».

Бэрри Майлз: «Выступление в театре «Олимпия», Париж (Olympia Theatre, Paris)».

Пол и Джонни Холидей.

Генри Сэмуэль (корреспондент французского «Дейли Телеграф», 2013): «Есть один малоизвестный забавный случай, о котором рассказал Холидей. С его слов, он чуть не подписал с «Битлз» контракт после того, как его приёмный отец Ли Холидей увидел, как те выступали в Гамбурге в клубе «Звезда».

Джонни Холидей: «Ли сказал мне, что он нашел музыкантов, которые мне нужны. Но было слишком поздно. Поздно буквально на один день. И в тот день лицо музыки было изменено этими пятью (прим. – оговорка Холидея) парнями из «Битлз»».

С Сильви Вартан за кулисами «Олимпии».

С Трини Лопесом и Сильви Вартан за кулисами «Олимпии».

Дэвид Уинн продолжает работу над скульптурной группой «Битлз».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Пол выглядел скучающим, когда я его сфотографировал. Ему было довольно трудно сидеть неподвижно продолжительное время, он ведь такой чокнутый (nut)!».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Привет, Пол! Надеюсь, что мы не мешаем…».

Фото Джорджа Харрисона.

(фото Ринго Старра) Ринго: «Этот фотоснимок был сделан в тот год, когда мы впервые появились на шоу Эда Салливана. Обратите внимание на довольную усмешку Джорджа!».

Дэвид Уинн (скульптор): «Одна из моих фотографий с парижской скульптурной сессии».

Дэвид Уинн (скульптор): «Вернувшись в свою [лондонскую] студию, я закончил бронзовую композицию из голов «Битлз», соединив их вместе так, что они кажутся парящими. Группе скульптура понравилась. Работа была закончена, но наша дружба продолжилась».

Скульптурные головы «Битлз» в исполнении Дэвида Уинна.

Дэвид Уинн со своим произведением, май 1964.

Брайен Эпстайн, 6 октября 1964.

Страница из журнала «Woman», Великобритания, 1 февраля 1964. На снимке Патти Бойд с альбомом «Битлз»: «Она увлечена «Битлз» (само собой)».

31 января 1964 г.

Марк Льюиссон: «В этот день в студии парижской студии «Пате Маркони» (EMI Pathe Marconi Studios, Paris, France) было забронировано время для второй [после 29 января] сессии записи. Сессия не состоялась».

beatlelinks.net: «К 31 января 1964 в Англии продано 1,3 миллиона экземпляров сингла «Она любит тебя» (She Loves You) и 1,5 миллиона сингла «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand)».

Бэрри Майлз: «В этот день в Великобритании поступил в продажу сингл «Милая Джорджия Браун» (Sweet Georgia Brown) в исполнении Тони Шеридана в сопровождении «Битлз» (Polydor NH 52-906).

Трек был записан 24 мая 1962 в Гамбурге, но для этого релиза Шеридан перезаписал 3 января 1964 партию вокала, изменив текст песни, упомянув в ней длинноволосые причёски Битлз».

beatlesbible.com: «После первой записи 24 мая 1962, Тони Шеридан не был удовлетворен результатом, и 7 июня 1962 он сделал наложение своего вокала в песне «Милая Джорджия Браун». Эта запись в том же году появится на немецком миньоне «Йа-Йа» (Ya Ya). 3 января 1964 Тони Шеридан снова перезаписал свой вокал. В новой версии был изменен текст, с упоминанием группы «Битлз».

Первоначальный текст:

Fellas that she can’t get (Парни, которых она не может заполучить)

Are fellas she can’t get (Парни, которых она не может получить)

Georgia claimed her, Georgia named her (Джорджия утверждается ею, Джорджия назвали её)

Sweet Georgia Brown (Милая Джорджия Браун)

Измененный текст:

In Liverpool she even dared (В Ливерпуле она даже осмелилась)

To criticize The Beatles hair (Критиковать причёски Битлов)

With their whole fan club standing there (С их целым фан-клубом, находящемся там)

Ah, meet Sweet Georgia Brown (Ах, встречайте Милую Джорджию Браун)».

Тиренс Спенсер (фотограф): «Когда 31 января наш репортаж о «Битлз» появился в журнале «Лайф», на обложке красовалась Джеральдина Чаплин, свежее открытие сцены. Наверное «Битлз» были единственными из мира шоу-бизнеса, пренебрегшими обложкой журнала «Лайф».

Берни Илсон (агент по рекламе шоу Эда Салливана): «Репортер и два фотографа журнала «Лайф» сопровождали группу в Париже, и в январе в этом журнале вышел репортаж на пять страниц. После этого всё понеслось. После того, как о них написал журнал «Лайф», мой телефон звонил не переставая».

Питер Браун: «Постепенно, отношение французкой публики к «Битлз» менялось в лучшую сторону. Так, после концер­та в «Олимпии», состоявшемся 30 января 1964 года, парижская газета «Фигаро» написала: «Фантастический, необыкновенный ве­чер!». «Их песни просты, но ребята исполняют их необыкновен­но!» — сообщала «Буденап». «Этот коллектив завоюет симпатии всего мира», — уверенно заявляла газета французских коммуни­стов «Юманите».

«Битлз прибывают». Газета «Вашингтон Пост» от 31 января 1964.

Филипп Норман (журналист): «Нью-Йорк в конце января слушал одно и то же. Каждая радиостанция с интервалами в несколько секунд передавала запись «Битлз». «Ви-Джей», фирма из Чикаго, которая первой в США выпустила «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» (Please Please Me), поспешно переиздала ее вместе с одноименным альбомом. Сингл «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» теперь догонял «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) в «горячей сотне» журнала «Биллборд», которая включала в себя песни из аль­бома «Битлз», выпущенного двумя конкурирующими фирмами. Третья фирма, «Эм-Джи-Эм», ухватила права на песню «Моя Бонни» и другие записи, которые битлы сделали когда-то в Гамбурге с Тони Шериданом.

Ники Бирн и его партнеры из «Селтаеб» с удобствами обо­сновались в фешенебельном отеле «Дрейк» и офисах на Пятой Авеню. Часами их осаждали владельцы мануфактур, желавшие участвовать в бизнесе, в котором Америка специализировалась с тех пор, как Уолт Дисней сотворил Мики Мауса.

Процедура заключалась в том, что члены «Селтаеб», выбрав для себя удовлетворяющий их характер торговли, выдавали ли­цензии в обмен на соответствующий аванс плюс 10 процентов отчислений в их пользу от продажи товаров. Одной из первых лицензию получила «Корпорация Добротного Пошива», запла­тившая «сверху» двадцать пять тысяч долларов за исключительное право выпуска «битловских» футболок на трех фабриках, купленных специально для этой цели. Когда футболки поступи­ли в продажу, за первые три дня был продан миллион штук.

В офисе «Селтаеб» на Пятой Авеню три-четыре прези­дента ведущих американских корпораций покорно ожидали приема в очереди перед дверью Ники Бирна. Бирн отказывался вести деловые переговоры с кем-то по рангу низшим, чем пре­зидент компании. Не меньшее смущение у посетителей вызывало и то обстоятельство, что один из директоров фирмы, с которой они желали заключить сделку, был графом. Лорда Переграйна Эллиота неоднократно держали за пуговицу: «Гм, послушайте, граф…».

Джон на улицах Парижа. Фото Джорджа Харрисона.

Фото Гарри Бенсона.

Бэрри Майлз: «Выступление в театре «Олимпия», Париж (Olympia Theatre, Paris)».

«Новый музыкальный экспресс» от 31 января 1964.

(условная дата)

Юрген Воллмер: «Джордж [Харрисон] позвонил мне. «Битлз» и их окружение проживали в изысканном отеле «Георг Пятый». Одна только мысль о предложении Джорджа встретиться с ними в отеле, а затем вместе с ними пойти в «Олимпию», заставила меня испытать чувство терзания. Вместо этого я предложил встретиться с ними в театре, надеясь, что мои комплексы не станут там заметны на фоне общего шума и суеты. «Хорошо», – сказал деликатный Джордж, – «он даст необходимые распоряжения, чтобы я смог пройти от служебного входа к их костюмерной».

Перед «Олимпией» и на прилегающих улицах мне открылось зрелище, с которым я никогда ранее не сталкивался. Сотни шумящих девушек и юношей, не имеющих билетов, но пытающихся, по-видимому, хотя бы мельком увидеть своих идолов, снова и снова скандировали имена четверых Битлов.

Чтобы протиснуться сквозь эту толпу, пришлось затратить усилия, заставившие меня собрать всю свою концентрацию. Так что, это полностью меня отвлекло от чувства робости перед встречей с «Битлз». Внезапный культовый статус моих старых друзей, вероятно, устрашил бы любого на моём месте. Но как только я, наконец, добрался до служебного входа, который охраняли несколько сотрудников органов правопорядка, меня охватило такое чувство неприятия к встрече с друзьями, что мне захотелось развернуться и пойти обратно. И это при том, что я всегда шел в гамбургские рок-клубы с чувством приятного предвкушения, что я не просто услышу выступление «Битлз», но также потусуюсь с ними во время их перерыва.

Я был удивлен тем, насколько сильно недавно возникшая известность этих четырех музыкантов изменила моё прежнее чувство радости в ощущение неприятия, пробудив во мне комплекс неполноценности и страх неудачи. Чем больше я слышал «Пол», «Джон», «Джордж», «Ринго» от горланящих вокруг меня подростков, тем хуже становилась моя паранойя. В то время как юные Битломаньяки, по-видимому, взирали на служебный вход как на врата рая, мне он казался все более и более напоминающим ворота в ад.

Но я смог найти в себе силы, чтобы взять себя в руки. Задыхаясь от толкотни и, как всегда, в минуты волнения, с трудом говоря по-французски, я попытался разъяснить первому же из охранников, что у меня назначена встреча с «Битлз». Он просто выставил вперед руку в пренебрежительном жесте. Мужчина или не услышал меня, или же не поверил мне, и моё негодование устранило мое подсознательное желание убраться отсюда как можно быстрее. Распоряжения с вершины явно не дошли до этого уровня.

Пытаясь сопротивляться давлению массы людей позади меня, чтобы не упасть в руки охранника, я повторил свой вопрос более спокойным тоном с более тщательной формулировкой, сказав этому мужчине, что ему нужно всего лишь спросить у двух своих коллег за дверью, и они, конечно же, подтвердять, что Джордж Харрисон лично… Больше у меня ничего не получилось, потому что этот парень проявил грубость. Он просто оттолкнул меня назад. С меня достаточно. Я не мог бы придумать более подходящего оправдания, почему я не смог встретиться с ними».

Нил Аспинал: «Пока мы жили в отеле «Георг Пятый», с нами произошло множество разных событий. К примеру, Дерек Тейлор приезжал брать у Джорджа интервью для рубрики в «Дейли Экспресс», которую Дерек вел за Джорджа; Джон работал над своей книгой, а еще приезжал Дэвид Уинн, который лепил скульптурные портреты Битлов».

Дэвид Уинн (скульптор): «Джон был очень умён. Мы разговаривали с ним об искусстве, и он всё подвергал сомнению, говоря: «Битлз – это отстой. Пикассо – отстой». «Он не отстой», – возразил я. – «Однажды ты это поймешь».

Несколько лет спустя [в июле 1969] я проходил рядом со студией на Эбби-Роуд, возле которой стояла толпа девушек. Я сказал своей жене Джилли: «Держу пари, что это «Битлз». Давай зайдем вовнутрь». Там были Джон с Джорджем. Джордж работал над песней «Здесь восходит солнце» (Here Comes The Sun). «О, привет, Дейв», – сказал Джон. – «Хочу сделать признание. Ты был прав на счет Пикассо. Он великий человек»».

Дэвид Уинн (скульптор): «В то время «Битлз» всё еще удивлялись тому низкопоклонству, которое им оказывали. Мы провели один день, отправляя подписанные фотографии. Вскоре я наловчился ставить за них автографы. Я сожалею за то, что по всей Великобритании поклонники «Битлз» трепещут от того, что у них есть фото, подписанное этой четверкой, когда на самом деле это было моё рукоделие.

Пол предложил, чтобы я сводил их поужинать, поесть «приличной еды». Я позвонил метрдотелю большого ресторана и попросил заказать столик на восемь персон. Он ответил, что это затруднительно, тогда я упомянул, что это за посетители. «Ах», – воскликнул он, – «Лес Битлз!».

Каким-то образом об этом стало известно, и возле ресторана нас ждала толпа осведомлённых поклонников. Внутри, по всему залу, сидели десятки работников посольства и политики со своими дочерьми, находящимся в состоянии ожидания. Ресторан продал все остальные столики по несколько сотен фунтов за каждый, только ради того, чтобы они смогли увидеть «Битлз».

30 января 1964 г.

Из дневника девушки Лайзы: «Билл позвонил мне из магазина и зачитал текст статьи из «Кэпитол Рекордз Ньюс» от 30 января 1964 г. Заголовок гласил: «Что случилось в Битллэнде?». В статье было написано, что сингл «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) был продан в количестве более миллиона копий. Альбом «Встречайте Битлз!» (Meet The Beatles!) был продан в количестве 400 000. Никакая пластинка или альбом не продавались так быстро. Даже записи Элвиса Пресли!

«Битлз» прибудут в аэропорт имени Кеннеди 7 февраля. 9 февраля они выступят на шоу Эда Салливана. 11 февраля состоится концерт в Вашингтонском «Колизее». 12 февраля будут играть в нью-йоркском «Карнеги-Холле». «Кэпитол Рекордз» планирует записать концерт в «Карнеги-Холле» и выпустить альбом «Битлз в Карнеги-Холле». Дата планируемого выпуска альбома – апрель. Уже ждусь не дождусь, когда он выйдет. Вы только представьте себе, альбом «Битлз» с живым выступлением! Это будет круто!».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В США поступил в продажу сингл «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» (Please Please Me) / «От меня тебе» (From Me To You), Vee Jay VJ 581».

beatlesbible.com: «Впервые сингл «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» был выпущен компанией «Ви-Джей» в США 25 февраля 1963, но он потерпел неудачу. Для того чтобы заработать на успехе песни «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) и накануне первого визита «Битлз» в США, «Ви-Джей» повторно выпустила сингл «Пожалуйста, доставь мне удовольствие».

Крис Норби (журналист): «После того как под сильным нажимом со стороны «И-Эм-Ай», в «Кэпитол» все же решили рискнуть с «Битлз», началась юридическая тяжба между фирмами «Кэпитол» и «Ви-Джей», каждая из которых претендовала на материал «Битлз». Занимаясь судебными тяжбами, одновременно с этим «Ви-Джей» выпустила несколько записей «Битлз», скомпоновав их таким образом, чтобы привлечь к ним публику, заставляя её поверить в то, что это новый материал «Битлз», в то время, как на самом деле, это было не так».

Кэлвин Картер (брат Вивиан Картер, промоутер «Ви-Джей»): «Мы продавали столько записей «Битлз» просто потому, что не могли себе позволить бороться за свои права в течение пяти лет. На тот момент мы даже получили от наших кредиторов десятилетнюю отсрочку по платежам и финансовым обязательствам за все наши неоплаченные счета, так что мы просто держались до их прибытия. На нас оказывали сильное давление. В течение одного месяца мы продали около 2 600 000 миллионов синглов «Битлз» под марками «Ви-Джей» и «Толли». Это были фантастические времена».

pophistorydig.com: «После выхода сингл сразу же займет 69 место в хит-параде ”Биллборд”».

beatlesbible.com: «Сингл станет хитом, достигнув третьей позиции в «Биллборд», и продержится в хит-параде до 14 марта 1964. Будет продано около 1 миллиона копий этого сингла».

Крис Норби (журналист): «Производство фирмы «Ви-Джей» было распределено по договорам субподряда на шести производственных фабриках, размещавшихся по всей стране. Этим объясняется большое количество вариантов оформления фирменного лейбла на пластинке».

Крис Норби (журналист): «С 15 октября 1964 «Кэпитол» юридически возмёт под свой контроль 14 песен «Битлз».

Гарри Бенсон (фотограф): «Каждый день в их номер доставлялся большой мешок с почтой от поклонников, и «Битлз» усаживались и читали письма, разглядывали фотографии девушек, вложенных в конверты».

«Битлз», фотограф Дезо Хоффман и журналист Майк Хеннесси в номере отеля. Париж, январь 1964 г.

Джон с журналом «Кэш Бокс» на встрече с журналистами, 30 января 1964 г.

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Шеф лондонского бюро журнала «Лайф», планировавший заскочить в Париж просто на ланч, к своему неудовольствию получил задание подготовить репортаж в очередной номер. Подобные же обязанности были возложены на представителей «Си-Би-Эс», «Ассошиэйтед Пресс», «Нью-Йорк Таймс» и «Вашингтон Пост». «Битлз», проспавшие до часу дня, приняли первую депутацию, сидя в халатах».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление в театре «Олимпия», Париж (Olympia Theatre, Paris)».

«Битлз» в буфете театра «Олимпия».

Питер Джонс (под псевдонимом Билли Шеферд, журнал «Битловская книга»): «Небольшой бар украшен изображениями старых эстрадных афиш. Некоторые из них британские. Современный, да… но буквально дышит атмосферой идолов шоу-бизнеса, возглавлявших афиши Олимпии».

С Трини Лопесом.

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Когда слава «Битлз» разрослась, Эпстайн стал одним из самых известных в мире развлечений людей из «задней комнаты», вероятно, уступая лишь наставнику и телохранителю Элвиса Пресли, полковнику Тому Паркеру. Сам он был первым, кто осознал свой недавно обретённый статус. Когда спрос на рекламные снимки битлов с автографами вырос до огромных размеров, я осознал, что фотографии, которые грубо и очевидно штамповались с четырьмя размноженными подписями, немного оскорбляли как группу, так и поклонников. Я нашёл поставщика, который усовершенствовал изумительную новую технику, с помощью которой автографы знаменитостей можно было печатать на глянцевых фотографиях, оставляя видимые и осязаемые выемки, которые имели большое сходство с теми, что оставляла за собой настоящая шариковая ручка. Найдя кипу таких на моём столе, Брайен оказался под большим впечатлением и спросил у меня: «Как быстро ты сможешь достать мне несколько тысяч подписанных снимков, вроде этих? Ты же знаешь, я улетаю на следующей неделе в Нью-Йорк». Когда я простодушно ответил, что у нас в наличии около пяти тысяч, которые он может забрать с собой, Брайен отреагировал резко: «Я имею в виду не снимки «Битлз». Мне нужны мои. Мне нужны свои собственные рекламные фотографии для всех моих поклонников, и было бы славно, если бы они были подписаны, как эти, чтобы мне не пришлось делать это всё вручную». И он не шутил!

С того момента мой рекламный офис хранил запасы снимков для поклонников, подписанные Брайеном Эпстайном наряду со снимками «Битлз», Силлы, Джерри и остальных. Когда острослов и постоянный ди-джей клуба «Пещера» Боб Вулер шутливо назвал его «Немператор», Эпстайн был совершенно вне себя от радости. Он принялся использовать слово «Немператор», в качестве сокращённого адреса «НЕМС Энтерпрайсиз» в Лондоне и названия своей нью-йоркской компании «Вклады Немператора». В конечном итоге, офис «НЕМС» на 3-й Хилл-Стрит в Мэйфэйре был назван «Дом Немператора». Польстить Брайену Эпстайну было невозможно, потому что он умело делал это сам для себя; он был своим собственным самым горячим поклонником. Как он видел это, его положение в бизнесе поднималось всё выше с каждым новым успехом «Битлз», и он не медлил с заменой своих материальной собственности в соответствии с ним, переключаясь с модной квартиры в Найтсбридже на ещё более модный дом в Белгравии, а с «Бентли» на «Роллс-Ройс».

Мне не потребовалось много времени, чтобы обнаружить, что под этим внешним налётом шарма и самомнения Эпстайна кроется неприятная неуравновешенность, которую он даже не пытался сдерживать. Он метал громы и молнии, когда не добивался своего. Он относился к некоторым своим штатным сотрудникам, особенно с кротким руководителем конторы Алистером Тэйлором, словно к коврику перед дверью. Он вытирал о них ноги, увольнял из-за малейшей провинности и спешно нанимал их вновь на следующий день, иногда с приглашением на обед или ужин, что он считал самым большим, на что ему нужно будет пойти, чтобы извиниться за своё мелочное поведение. К счастью для Эпстайна, люди, подобные Алистеру, считали свою работу в «НЕМС» настолько привлекательной, что допускали и прощали его глупые приступы гнева. Думаю, он знал, что некоторые из нас не станут терпеть его долгое время, если он станет относиться к нам с таким пренебрежением, и если он ценит нашу помощь, то должно быть обоюдное учтивое уважение.

Но больше всего мне было жаль наименее оцениваемых штатных служащих, особенно молодых девушек, которые последовали за ним в Лондон из ливерпульского офиса. Напуганные или даже неспособные нагрубить в ответ, когда их начинал распекать Эпстайн, они сносили его грубость, словно школьницы, которым делали выговор, низко опускали голову и принимались за свою работу. Единственными женщинами, с которыми Эпстайн ладил, были те, к которым он испытывал особое уважение; остальных, казалось, он только терпел из-за их полезности.

Работа с Брайеном Эпстайном немного походила на то, как если проводить время с доктором Джекиллом и господином Хайдом. Мне оказалось сложно принять, что несносный господин Хайд был тем же самым человеком, который мог быть таким чудесным хозяином во время важных деловых встреч в обществе. Когда Эпстайн занимал своё место на званых обедах с несколькими из его ведущих специалистов, он превращался из раздражительного начальника в блистательного занимательного рассказчика. Он был остроумен, очарователен и во всех отношениях великодушным хозяином. Точно так же, посторонние, которые вели какие-либо дела с «НЕМС», всегда обнаруживали, что имеют дело с любезным и приятным доктором Джекиллом, и никогда – со сквернословящим господином Хайдом».

(условная дата)

Марк Льюисон (автор книги «Все эти годы»): «Джордж Мартин впервые услышал мелодию песни «Вчера» (Yesterday) в январе 1964 года, во время фран­цузских гастролей «Битлз». Пол начал тогда работать над песней, которую он назвал «яичница-болтунья» (scrambled eggs). Позднее она стала известна под названием «Вчера».

Пол сыграл «Яичницу-болтунью» на фортепьяно и спросил мнение продюсера, не звучит ли слово «вчера» слишком «затасканным», чтобы так можно было назвать песню. Таким образом, свое название песня «Вчера» получила в начале 1964. К середине следующего года Пол подготовит ее полностью: мелодию, текст».

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Когда мы были в Париже в 1964-м, Пол подошел к пианино и начал играть [мелодию песни «Вчера» (Yesterday)]. В те дни он называл её «Яичница-болтунья» (Scrambled Eggs)».

Дэвид Уинн (скульптор): «С собой я привез четыре металлических стойки, на которые помещается формовочная глина, и осуществляется лепка до завершения работы. Потом она должна затвердеть, после чего её можно перевозить и потом отливать в бронзе. На каждую голову в натуральную величину уходило около дня работы.

Все ребята собрались вместе, чтобы посмотреть, как появляется голова Ринго. Сначала у неё не было носа, что несколько контрастировало с реальным положением дел, и это развеселило остальных участников группы».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Ну и дела – эта голова похожа на что-то знакомое. Должно быть это я!».

29 января 1964 г.

Дмитрий Мурашев (dmbeatles.com):

«Песня «Она любит тебя» (She Loves You) – 22-я неделя в первой тридцатке хит-парада британского издания «Новый Музыкальный Экспресс».

Альбом «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» (Please Please Me) – 45-я неделя в первой десятке британского издания «Новый Музыкальный Экспресс».

Альбом «Вместе с Битлз» (With The Beatles) – номер 1, 10-я неделя в хит-параде британского издания «Новый Музыкальный Экспресс».

pophistorydig.com: «В своем пресс-релизе от 29 января «Кэпитол Рекордз» объявила, что к 27 января продано 400 000 копий альбома «Встречайте Битлз!» (Meet The Beatles!)».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В этот день в США поступил в продажу сингл группы «Билли Дж. Крэмер и Дакоты» (Billy J. Kramer & The Dakotas) с песнями Леннона-Маккартни «Ты хочешь узнать секрет?» (Do You Want To Know A Secret?) и «Ко мне неблагосклонна» (Bad To Me), Liberty 55667».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Рано утром Джон с Джорджем вылетели в Париж».

Перед вылетом в Париж.

Дэвид Уинн (скульптор): «Когда в Париже звукозаписывающая компания группы попросила их записать песню «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) на немецком языке, и встретиться с некоторыми из немецких руководителей, Эпстайн почувствовал, что может возникнуть какая-нибудь проблема. Он отвел меня в сторонку. «Дэвид, ради Бога, пожалйста, заставь их вести себя прилично». Я согласился, и «Битлз» заверили меня, что всё будет в порядке. И так всё и было, пока они шли по коридору за немцами, а потом вся четверка пошла строевым шагом, скандируя «Зиг Хайль». Немцы не удивились».

В машине по дороге в студию Джон с Полом позаимствовали мой маленький блокнот для эскизов, и начали набрасывать строчки новой песни «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love). У них была только некоторая идея мелодии этой песни, и в то утро они размышляли о её названии».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Парижская студия «Пате Маркони». (EMI Pathe Marconi Studios, Paris, France). Запись немецкоязычных версий песен «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) и «Она любит тебя» (She Loves You), а также новой песни «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love)».

Марк Льюиссон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Продюсер записи: Джордж Мартин; звукоинженер: Норман Смит; помощник звукоинженера: Жак Исмонжуд (Jacques Esmenjaud)».

Дэвид Уинн (скульптор): «В студии Ринго сказал мне: «Дейв, ты лучше посиди здесь со мной за барабанами. Ты будешь в сторонке и сможешь все услышать».

Джордж Мартин: «В конце концов, они всё-таки направились в студию и принялись за работу. Ими были записаны две песни на немецком языке, обе – вообще единственные, когда-либо исполнявшиеся ими на каком-либо иностранном языке. В этом и на самом деле не было никакой необходимости. Конечно же, они вновь оказались правы – ведь пластинки великолепно расходились и на английском».

Норман Смит (звукоинженер): «Я обнаружил, что студия была весьма нетипичной для работы. Оборудование было другое, совершенно не то, к чему мы привыкли».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Ворчание, ворчание… похоже, как будто у Джона заноза в заднице. Давай, Джон, улыбнись!».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Товарищество Маккартни-Леннон – наши лучшие авторы песен и певцы!».

Дэвид Уинн (скульптор): «Когда он [Ринго] отрабатывал свою барабанную партию, шум стоял невероятный. Пол с Джоном начали петь. Джордж ничего не делал».

(фото Ринго Старра) Ринго: «В записи песни намного больше подготовки и работы, чем многие предполагают. Каждая нота и слово должны быть ясными и понятными. Трудное дело, но нам нравится».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Ну, вроде это трио не из парикмахерской».

Фото Ринго Старра.

Марк Льюиссон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Первой задачей было добавить вокал на немецком языке на записанный в Англии ритм-трек песни «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) от 17 октября 1963 года. Оригинальная четырехдорожечная плёнка была сведена в две дорожки, после чего они записали свои вокальные партии на немецком языке. Всего было записано 11 дублей. Лучшими были признаны дубли 5 и 7. Редактирование с наложением хлопков в ладоши будет сделано позднее».

Дейв Райбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Дубли 5 и 7 были признаны приемлемыми и были, по-видимому, отредактированы в тот же день.

После этого они приступили к немецкоязычной версии песни «Она любит тебя» (She Loves You)».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Ну, кто тут у нас – Джон! Боже мой, что еще он может делать? Пишет, рисует, поёт, фотографирует, а теперь еще и это!».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Нежная тональность Пола Маккартни. Всякий раз, когда Пол поёт, он вкладывает в это всю свою душу и сердце. Неудивительно, что наши пластинки продаются так хорошо».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Давай, Джон, тренькай эту старую гитару. То оборудование, которое мы используем сейчас, ведет свое начало от двух бэушных усилителей и трёх потрёпанных и разбитых гитар, с которыми мы начинали».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Джордж – перфекционист. Особенно, когда речь идет о его музыке. Перед каждой сессией записи он некоторое время практикуется в одиночку, чтобы убедиться, что все звучит как надо».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Джордж на самом деле серьезно относится к гитаре. Он проводит своё свободное время за изучением испанской гитары и своего любимого исполнителя Андреса Сеговия».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Догадайтесь, кто?».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Без Джорджа Мартина (мужчина в белой рубашке), нашего менеджера записи, я сомневаюсь, что мы добились бы успеха. Он с нами со времени нашей первой поездки в Лондон».

Марк Льюиссон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Для песни «Она любит тебя» (She Loves You) на немецком языке «Битлз» записали новый ритм-трек. Пленка с двухдорожечным треком от 1 июля 1963 года была выброшена за ненадобностью после того, как был подготовлен моно-мастер. Было сделано 13 дублей, на которые они сделали наложение, в один дубль, вокальные партии. Поскольку двухдорожченая мастер-лента была уничтожена, песня «Она любит тебя» существует только в моно, и никогда не была сведена в стерео».

Дэвид Хабер (beatlesagain.com): «Сравните оригинальную версию песни «Она любит тебя» с её немецкоязычной версией. Их звучание очень сильно отличается друг от друга. Хотя песня «Она любит тебя» существует только в моно, есть стереоверсия её немецкоязычной версии, в которых ритм-дорожка звучит в левом канале, а вокалы в правом».

Дейв Райбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Когда студийное время стало подходить к концу, они начали работу над своей новой композицией «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love)».

Марк Льюиссон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Завершённая сессия в пределах выделенного студией времени дало группе возможность сделать записи бэк-трека к недавно сочинённой песне «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love)».

Джордж: «Кроме двух песен на немецком, я помню еще была «Любовь не купишь»».

Йен Макдональд (автор книги «Переворот в сознании»): «Песню «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love) написал Пол Маккартни во время гастролей «Битлз» в Париже».

Джон: «Песня написана мною и Полом, но главным образом Полом».

Пол: «Песня «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love) была моей попыткой написать блюзовую вещь».

Джон: «Это вещь Пола, от и до. Быть может, я и принял участие в записи где-то в припеве, но точно не помню. Я всегда считал эту песню детищем Пола».

Йен Макдональд (автор книги «Переворот в сознании»): «Полагают, что Маккартни сочинил эту песню в отеле «Георг Пятый».

Пол: «Мы сочинили её во Франции, насколько помню. В отеле «Одеон» в Париже. Написали её там. Смысл песни в том, что материальное благосостояние это, конечно хорошо, но все эти вещи никогда не позволят мне купить то, что действительно важно. Песня очень цепляет».

Кейт Бедмен (журналист): «По словам музыканта, идея данной композиции заключалась в убеждении слушателей в том, что материальное благосостояние это поистине ценно, однако и оно не может купить то, что для человека действительно важно».

Пол: «Лично я считаю, что можно любые слова интерпретировать как угодно, но когда говорят, что в песне «Любовь не купишь» поётся о проститутке, я не выдерживаю. Это уж слишком».

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Однако, в более поздних интервью, музыкант сделал неожиданное заявление о песне, заявив: «Песня должна была называться «Любовь можно купить» (Can Buy Me Love), когда я размышлял над привилегиями, которые принесли мне известность и деньги».

Из интервью Джона Леннона Джонатану Котту, журнал «Роллинг Стоун» 18 сентября 1968 г.:

Джонатан Котт: «Битлз», кажется, одна из немногих групп, которые ощущают разницу между подругами и любовницами. Например, вы говорите о «малышке» (baby), которая умеет водить вашу машину, но когда дело идет о том, что «мы можем уладить наши отношения», вы говорите о «моем друге». В песнях большинства других групп, если кого-то называют «малышка», то в это вкладывается более уничижительный смысл.

Джон: Да. Я не знаю, почему. У Пола есть такая строчка: «Я куплю тебе кольцо с бриллиантом, подружка» — это аналог «крошки». Логически это можно понять так, как вы. Я, право, не знаю. Вы понимаете это так, другие — по-другому, и они тоже правы.

Сan’t buy me love, love  Любовь не купишь,

Сan’t buy me love  Любовь не купишь,

I’ll buy you a diamond ring my friend  Я куплю тебе кольцо с бриллиантом, подружка,

If it makes you feel alright  Если это поднимет тебе настроение

I’ll get you anything my friend  Я достану для тебя всё, что угодно, подружка,

If it makes you feel alright  Если это поднимет тебе настроение

‘Cause I don’t care too much for money,  Потому что деньги меня не очень интересуют,

Money can’t buy me love  За деньги любовь не купишь

I’ll give you all I got to give  Я дам тебе всё, что должен дать,

If you say you love me too  Если ты скажешь, что тоже меня любишь

I may not have a lot to give  Может, мне и отдавать-то особенно нечего,

But what I got I’ll give to you  Но всё, что у меня есть, я отдам тебе

I don’t care too much for money,  Деньги меня не очень интересуют,

Money can’t buy me love  За деньги любовь не купишь

Can’t buy me love, everybody tells me so  Любовь не купишь, так мне все говорят

Can’t buy me love, no no no, no  Любовь не купишь, нет, нет, нет

Say you don’t need no diamond ring  Скажи, что тебе не нужны кольца с бриллиантами,

And I’ll be satisfied  Мне этого будет достаточно,

Tell me that you want the kind of thing  Скажи мне, что ты желаешь того, что за деньги не купишь

That money just can’t buy  Чего за деньги просто не купишь

I don’t care too much for money,  Деньги меня не очень интересуют,

Money can’t buy me love  За деньги любовь не купишь

Дэвид Уинн (скульптор): «Пока я занялся изготовлением миниатюрных фигурок этой четверки в полный рост, группа начала пробовать аккорды. Джордж Мартин, их продюсер, предлагал идеи».

Джордж Мартин: «Во время репетиций я предложил начать песню с припева. Я подумал о том, что хорошо было бы придумать вступление и концовку к этой песне. Я взял первые строки припева, немного изменил их и сказал ребятам: «Давайте немного изменим вторую строчку припева и, таким образом, быстро перейдём к куплету». Они согласились: «Неплохая идея, давайте так и сделаем».

Пол: «Сначала мы пробовали играть «Любовь не купишь» в другой аранжировке и тональности. Джон и Джордж подпевали мне в куплетах. Но это было лишним и от бэк-вокальных гармоний мы отказались, уде­лив все внимание ритм-трэку. Звучание гитар сделали особенно плот­ным и мощным. Первый хит задавал тон всему будущему альбому. На основе такого же гитарного саунда мы записывали все песни периода «Вечер трудного дня»: «электрическая» ритм-секция, а потом наложения бэк-вокала или губной гармошки».

Дэвид Уинн (скульптор): «В середине записи Ринго произнес, обращаясь ко мне: «Видишь, как утомительно делать эти золотые пластинки». «Откуда ты знаешь, что она станет золотой?». «Подожди и увидишь». В тот же вечер пришла телеграмма, в которой было сказано, что их шестой сингл ушел на золото только после итогов предварительных продаж. Это было за два месяца до того, как он вышел».

Марк Льюиссон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Партии вокального сопровождения, на которых Леннон и Харрисон подпевали Маккартни слова «Ooh, satisfied» и «Ooh, just can’t buy» сразу же были забракованы. То же самое произошло и с гитарным соло Харрисона. Соло всё-таки оставили, наложив поверх него другое».

Дэвид Уинн (скульптор): «В какой-то момент Джордж Мартин сказал: «Стоп, смотрите, здесь должно быть соло Джорджа в третьем припеве». Вы можете услышать, что на записи так и есть».

Джон Робертсон (автор книги «Полный путеводитель по музыке Битлз»): «Из всех синглов, записанных группой до этого момента, песня «Любовь можно купить» была ближе всех к рок-н-ролльной музыке, которую «Битлз» играли с середины 50-х».

Из интервью Джорджа Мартина корреспонденту журналу «Лайф»:

Джордж Мартин: Песня «Любовь можно купить» стала поворотным пунктом в моем отношении к «Битлз». По-моему, она была более утонченной, вам не кажется?

«Лайф»: Вообще-то нет. Что значит «утонченная» в приложении к песне? Вы имеет в виду гармонию? Мелодию?

Джордж Мартин: Да, с вами не столкуешься. Не знаю, как вам объяснить, что именно делает песню утонченной. Но я знаю, что это в полной мере относится к «Любовь можно купить». Через два года после того, как она была написана, я записал ее с Эллой Фицджеральд. Джонни Спенс потрясающе, в духе Нельсона Риддла, переложил ее для фортепиано, и подумать только, Элла осталась довольна! Она полюбила эту вещь и пела ее умопомрачительно. Вот что значит утонченная песня. Я хочу сказать, что Элла никогда не полюбила бы песню «Следующий после Девяти-Ноль-Девять» (One After 909).

Марк Льюиссон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Было сделано 4 дубля. Первые два дубля песни были записаны в ярко выраженном блюзовом стиле, как и было задумано изначально. Окончательная версия песни будет доработана уже в Лондонской студии звукозаписи на Эбби-Роуд 25 февраля».

Дейв Райбачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Так как сингл с песнями на немецком языке вышел 4 февраля 1964 года, то, должно быть, что сотрудники «И-Эм-Ай» по-быстрому сделали микширование песен в конце сессии в этот же день. Никаких документальных подтверждений этому нет, но так как сингл был выпущен настолько быстро, то это вполне возможно.

Закончив за один день запись песен на немецком языке, они могли не участвовать в сессии записи, запланированной на 31 января, что давало возможность Камилло Фелгену улететь домой».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление в театре «Олимпия», Париж (Olympia Theatre, Paris)».

Гарри Бенсон (фотограф): «Когда они выступали в Париже, то их музыку можно было расслышать. Оглушительных криков еще не было. Позднее они могли петь все что угодно, говорить со сцены все, что они хотели, потому что после первых аккордов никто ничего не мог расслышать. Французская публика никогда ничего подобного не слышала. Они не знали, что и думать. Эта музыка не была тем, что они слышали до этого. Но «Битлз» выступали в «Олимпии» в течение трех недель, и каждый день этот феномен все возрастал и возрастал. К концу своих выступлений они взяли Париж штурмом. Этот мир был для них открыт. Все хотели с ними познакомиться. Большей частью их привлекательность состояла в том, чего втайне желал каждый: свежесть, молодость, остроумие, беззаботность и исключительная талантливость».

(фото Ринго Старра) Ринго: «Бедный Джордж совсем устал. Как и все мы, он отдает все силы сцене, и аудитории».

Фото Гарри Бенсона.

Фото Гарри Бенсона.