Запись песни “На помощь!”

13 апреля 1965 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Пол оформляет покупку трехэтажного дома эпохи Регентства на Кавендиш-Авеню, 7 в Сент-Джонс-Вуд, за 40 000 фунтов стерлингов».

 

beatlesbible.com: «Трехэтажный таунхаус был куплен у врача Десмонда О’Нила. Маккартни переедет в дом в марте 1966 года, после того как отремонтирует и установит большие ворота и систему внутренней связи, чтобы обеспечить его конфиденциальность».

 

прим. – Так получилось, что улица, на которой находится дом, называлась так же, как улица, на которой стоял дом Джона, – Кавендиш-Стрит, что подогрело шутки об их постоянном соперничестве.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Съемки фильма в студии Туикенхэм».

 

Марк Льюисон (автор книги «Полная хроника Битлз»): «В этот день были завершены съемки сцены с замедлением времени профессора Фута. Однако они не требовались в студии до конца дня, поскольку студийные и натурные съемки с участием профессора Фута, Алджернона, Кланга, Бхуты и их «головорезов» снимались в течение дня и вечера. Но группа оставалась на киностудии достаточно долго, чтобы дать интервью для радиостанции «Би-Би-Си». Интервью транслировалось в прямом эфире».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Вторник. Утром в студии они дали интервью для одной из популярных программ».

 

beatlesbible.com: «Программа транслировалась с 13:00 до 13:55, хотя само интервью с «Битлз» было лишь её частью. Группа села в машину корпорации, предназначенную для радиотрансляции и стоявшую на автостоянке студии, начав своё выступление только в 13:45».

 

 

 

 

 

 

beatlesbible.com: «Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Норман Смит. С 19:00 до 23:15 состоялась запись заглавного трека второго художественного фильма группы».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «В студии мы появились поздно вечером. Джон написал новую песню к фильму. У них было название для фильма, но, в конце концов, они изменили его. Весь остаток дня они записывали песню Джона».

 

beatlesbible.com: «В качестве названия фильма было выбрано «На помощь!». Среди предыдущих предложений, которые были отклонены режиссером Ричардом Лестером, фигурировали такие названия, как: «Битлз 2», «Восемь рук, чтобы обнять тебя» – предложение Ринго Старра, «Кто спал в моей каше» ­ Джорджа Харрисона и «День, когда клоуны потерпели крах» продюсера Уолтера Шенсона».

 

Ричард Лестер (режиссер фильма): «Когда мы снимали второй фильм под рабочим названием «Битлз Два», мы со сценаристом решили назвать его «На помощь». К нашему сожалению, юристы по авторскому праву нам сообщили, что это название уже зарегистрировано кем-то другим. Ринго с готовностью предложил «Восемь рук, чтобы обнять тебя» (связывая название с многорукой статуей в сценарии). Можно не говорить, что для сочинения такой песни не было большого энтузиазма. Почти без надежды был сделан ещё один телефонный звонок юристам с вопросом: «Есть ли в том названии восклицательный знак? Если это поможет, мы можем поставить его». Поскольку в том названии его не было, мы были чисты перед законом».

 

beatlesbible.com: «Как и в случае с фильмом «Вечер трудного дня», после того как название было согласовано, Джон Леннон приступил к написанию песни».

 

Ричард Лестер (режиссер фильма): «Джон с Полом сыграли нам готовую песню и записали её на следующий вечер. Годы спустя Джон часто говорил, что песня «На помощь!» была для него очень личной и эмоциональной. И все благодаря восклицательному знаку!»

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Что касается того, кто автор этой песни, то Леннон сразу берет на себя всю заслугу».

 

Джон: «С песней «На помощь!», которую я написал, было так: бац-бац и получился сингл!»

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Хотя определенно в первую очередь это песня Джона, Пол тоже приложил к этому руку».

 

Пол: «Джон пошел домой, подумал и написал основу, а затем у нас была совместная сессия, чтобы дописать песню. Мы были у него дома и дописывали её, так как у него не хватало большой части. Должен отдать должное Джону за вдохновение. Наш вклад в песню 70 на 30. Мой главный вклад – это контрапункт (прим. – одновременное сочетание двух или более самостоятельных мелодических голосов). Если проанализировать наши песни, то можно заметить, что песни Джона часто звучат на одной ноте, а мои гораздо более мелодичны. Мне нравятся изменения в мелодиях. Мне также нравится то, что делает Джон, но он более ритмичный. Чтобы немного отступить от одного тона, я написал к ней дискант (прим. – высокий певческий голос). Помню, как я над строчкой «Когда я был моложе, гораздо моложе, чем сейчас» (When I was younger, so much younger than today), – у него была основная мелодия, а я включил контрапунктом ход по низам».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Интересно, что эту песню Джон начал писать задолго до фильма, что противоречит распространенному мнению».

 

Джон: «Мы написали её у меня дома (в Кенвуде). У меня был небольшой фрагмент песни, который я наигрывал время от времени. Она называлась что-то вроде «Держись подальше от моей крошки» (Keep Your Hands Off My Babe). В общем, она долгое время витала в воздухе, и, когда пришел Пол, мы решили её как бы адаптировать к ситуации. Мы написали «На помощь!» после того, как нам сообщили название фильма. Мы никогда не пишем так, чтобы вписаться в сюжетную линию, но эта песня, похоже, подошла».

 

Пол: «Песни для этого альбома мы писали преимущественно в доме Джона в Уэйбридже. Но если песню «Вечер трудного дня» (A Hard Day’s Night) Джон написал за один вечер, то «На помощь!» (Help!) нам пришлось сочинять вместе. Помню, как все мы сидели задумавшись, и Джону вдруг пришла в голову идея заглавной песни. Я помог доработать её, добавив кое-какие музыкальные ставки. Закончив, мы спустились вниз и сыграли песню Синтии и Морин Клив, и она им понравилась. Так она и появилась».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Поклонники «Битлз» во всем мире всё больше осознавали, что Леннон и Маккартни становились авторами песен прямо на их глазах. Это стало особенно очевидно в тех многих треках альбомов, где они рискнули погрузиться в сложные темы («Если я влюблюсь» (If I Fell)) или рассказать историю («Нет ответа» (No Reply)). Вдохновленные Бобом Диланом в качестве катализатора, они начали даже затрагивать личные чувства и переживания («Я – неудачник» (I’m A Loser) и «Не хочу портить эту вечеринку» (I Don’t Want To Spoil The Party)).

Но когда дело касалось написания коммерческих хитов, песен, предназначенных для максимального числа потенциальных покупателей, они сознательно не шли на риск и возвращались к написанию стандартных образцов поп-музыки, повествуя о межличностных отношениях. Таким образом, в начале 1965 года большинство людей по-прежнему слушали такие тексты «Битлз», ​​как: «она меня любит, и я этому рад» или: «у меня нет ничего, кроме любви к тебе, детка, восемь дней в неделю».

Затем наступил период, который большинство критиков называют «средним периодом Битлз». Написание интересных личностных текстов в сочетании с эмоциональными мелодиями стало правилом, а не исключением. Например, Джон Леннон очень хорошо знал, что, когда его и Пола попросят написать заглавную песню к их второму художественному фильму, она, скорее всего, станет их следующим хитом №1, как и «Вечер трудного дня» годом ранее. Хотя у них было название, чтобы написать песню, они вполне могли написать ещё один простодушный поп-стандарт, подобный которому они могли бы создать в любой момент.

Вместо этого Джон решил написать песню с самым откровенным текстом из тех, что он когда-либо писал, отражающим личные внутренние переживания. С помощью Пола он позволил миру узнать, что значит быть Джоном Ленноном – Битлом!

В будущем Джон Леннон сможет весьма быстро отказаться от той музыки, которую он написал с «Битлз», но песня «На помощь!» (Help!) была той, которой он всегда очень гордился. «Единственными правдивыми песнями, которые я когда-либо написал, были «На помощь!» (Help!) и «Земляничные поляны навсегда» (Strawberry Fields Forever), – заявил он в декабре 1970 года. – «Это были те песни, которые я написал исходя из своего личного опыта, не проецируя себя на ситуацию и не сочиняя хорошую историю, что я всегда считал ложью. Тексты и сейчас так же хороши, как и тогда. Я чувствую себя спокойно, зная, что я был таким ощущающим, осознающим себя… Это было без кислоты, без всего такого (ну, травки)».

Похоже, что Джону следует приписать текст песни в целом, в котором говорится о том, что на самом деле испытывал знаменитый Битл».

 

Йен Макдональд (автор книги «Переворот в сознании»): «Джон Леннон написал эту песню, чтобы выразить весь тот стресс, в котором он оказался из-за быстрого роста популярности «Битлз». Эта песня стала первой трещиной в той защитной оболочке, которую Леннон воздвиг вокруг своего внутреннего мира, пока «Битлз» шли к славе».

 

Пол: «Если вспомнить, что говорил Джон, думаю, что эта песня отражала состояние его души. В привычных рамках «Битлз» он чувствовал себя скованно. Я думаю, название само за себя говорит, отчаяние, безысходность».

 

Джон: «Я серьезно. Так и было! Я пою «На помощь!», и именно это я и имел в виду. Когда появилась песня «На помощь!», я на самом деле звал на помощь. Большинство людей думают, что это просто быстрый рок-н-ролл. В то время я этого не осознавал, я просто написал её, потому что мне было поручено написать для фильма песню. Но позже я понял, что действительно взываю о помощи.

Песня «На помощь!» обо мне, хотя этот зов и несколько завуалирован. Думаю, всё, что есть в человеке, обязательно проявляется в его песнях. Все, что происходило с «Битлз», было недоступно пониманию. Я ел и пил, как свинья, я был жирным, как свинья. Я был недоволен собой и подсознательно молил о помощи. Это был мой период «жирного Элвиса». Вспомните: в фильме он, то есть я, очень толстый, очень неуверенный в себе, потерянный. И я пою о тех временах, когда был моложе, и тому подобное, вспоминая, как легко было раньше. Я могу быть очень уравновешенным, положительным. Да, да. Но бывают и периоды глубокой депрессии, когда хочется выпрыгнуть из окна. Когда становишься старше, с таким состоянием легче справляться. Не знаю, от того ли что приобретаешь навык контролировать себя, или оттого, что становишься спокойнее. В общем, тогда я был жирный, находился и депрессии и действительно кричал: «На помощь!»: «Раньше я не нуждался ни в чьей помощи. Но эти дни прошли, во многом все переменилось. Я не так самоуверен. Моя независимость исчезла в тумане». Именно так тогда я себя чувствовал. Сумасшедший ритм гастролей и съемок не давал никакой возможности быть самим собой. На нас смот­рели как на производителей хитов. Для рынка больше ничего не было нужно.

Почему я должен писать песни о каких-то других, незнакомых мне людях, занятых своими делами? Для меня это утратило смысл, переста­ло быть интересным. Только самого себя мне удастся лучше всего отра­зить творчеством».

 

Джордж: «Когда Джон писал эту песню, он ничего подобного не говорил; все это было сказано потом. Такими были его ощущения. Он стал пухлым очкариком и неважно себя чувствовал. Он выглядел, как Майкл Кейн в очках с роговой оправой (прим. – английский актер).

Он зациклился на своей близорукости; когда мы бывали в клубах, нам приходилось чуть ли не водить его за руку и подводить к столику, чтобы он мог не надевать очки и выглядеть круто. Забавно бывало, когда он был с Синтией: они подолгу спорили в машине, чья очередь надевать очки и вести другого, чтобы можно было легко найти свободное место. Так продолжалось, пока он думал именно так: «Я был моложе, чем теперь…».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Когда Джон говорил журналистам, что его текст песни «На помощь!» представлял собой искренний крик души, – играл ли он с ними или признавался в неподдельной неуверенности в себе? Изображая драматизм, в чём он был хорош, когда возникали подходящие ситуации – а рядом были слушавшие его репортёры – Джон сказал: «Большинство людей думает, что это просто быстрая рок-н-ролльная песня. Я не осознавал этого в то время, я просто сочинил эту песню, потому что мне поручили сочинить её для фильма, но позже я понял, что я действительно взывал о помощи.

Моей собственной интерпретацией является то, что он чувствовал себя измученным, сытым всем по горло – не хуже, чем это – но в его душе вскипели эмоции и взяли над ним верх, когда он сочинял «На помощь!». Он находил расписание съёмок фильма мучительно скучным из-за постоянного ожидания между всеми сценами. Он выражал недовольство своей собственной отчасти неинтересной ролью, описав её Дику Лестеру, как «эпизодическую роль в дурацком фильме».

 

Джон: «В те ранние годы, когда с «Битлз» случались припадки уныния, мы взбадривали себя такими призывами: я, например, выкрикивал: «Куда мы идем, парни?» А они хором отвечали: «На самый верх, Джонни!», причем, с американским акцентом. «Куда, куда?» – «На самую макушку верхушки!». Это была дурацкая фраза из одного дешевого фильма, что-то вроде «Школьных джунглей». В то время, у «Битлз» голова шла кругом от такой жизни. Мы курили марихуану за завтраком. Мы торчали на марихуане по-страшному, и никто не мог с нами общаться, потому что мы смотрели на всех остекленевшими глазами и все время хихикали. Мы были в нашем особом мире. Вот какой была песня «На помощь!».

 

Оззи Озборн (музыкант): «Здесь [в песне] я будто слышу слова Леннона: «Нельзя стать ещё значительнее». Но у них получилось. Они стали ещё более влиятельными. И он поет: «Помогите!» – потому что они не понимают, что они сделали. Знают только, что сделали это».

 

Пол: «Когда мы с Джоном работали над песней «На помощь!», я не чувствовал, что это крик о помощи. Ну, прикиньте, двое ребят поют, пишут, например, так: «Когда я был моложе, моложе, чем теперь…». По мне гораздо лучше так: «Когда, когда я был молод…» и мягко ввести контрапункт. К тому, что Джон говорит, прислушиваются. Сейчас, читая тексты его песен, я думаю: «Боже правый, почему же раньше на это я не обращал внимание?»

 

Джон: «Я помню, что в то время во время исполнения текстов я был очень эмоциональным. Что бы я ни пел, я делал это со всей серьезностью. Я не пел кое-как. Даже если я пел «воп-боп-лум-воп-бам-бум», то я, на самом деле, пел это со всей серьезностью».

 

Пол: «Дело в том, что Джон был слишком искренним. Но настоящего Джона никто не видел. Только сквозь отдельные трещинки в его броне мне удавалось разглядеть настоящего Джона, поскольку броня была непробиваемой. Внешне он всегда оставался донельзя жестким. К сожалению, у людей сложилось превратное представление о Джоне. По-моему, настоящий Джон – славный человек. Но этого он никому не показывал. Поэтому мы всегда слышали лишь рок-н-ролл… пока не заставали его в тот самый редкий для него момент искренности».

 

Джон: «Я действительно не хочу, чтобы меня считали циником. [У журналистов] представление о моем характере составилось по моим книгам и моим высказываниям. Ненавижу ярлыки. Я лишь немного циничен, но я не циник. Можно быть насмешливым сегодня, циничным завтра и ироничным на следующий день. Я цинично отношусь к тому, что воспринимается как должное: к обществу, политике, газетам, правительству, но не к жизни, любви, доброте, смерти. Пол бывал очень циничным и гораздо более язвительным, чем я, когда его доставали. Конечно, терпения у него больше, но, когда оно лопалось, он мог мгновенно осадить кого угодно. Он вбивает гвозди прямо в лоб, не желая ходить вокруг да около, – таков Пол».

 

Пол: «Больше всего мне запомнились наши споры с Джоном. Я часто возражал, мы начинали оскорблять друг друга. Потом мы немного успокаивались, и он говорил, приспуская очки: «Нет-нет, это моя вина», а потом снова надевал их. Для меня в этом был настоящий Джон. В такие моменты я видел его без маски и доспехов, которые, конечно, тоже любил, как и все остальные. Это были прекрасные доспехи. Но когда он поднимал забрало, вы видели Джона Леннона, которого он так боялся показать миру».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Одна из главных причин, по которой эта песня работает на многих уровнях, заключается в том, что мы искренне верим, что Джон испытывает эмоциональную боль. Песня, возможно, была «состряпана» в качестве темы для фильма, но её тексты вышли далеко за рамки концепции фильма и стали личным отображением миру того, что на самом деле происходило в душе этого циничного, насмешливого и беспечного парня. Он описывает свое детство как беззаботное и самодостаточное, «никогда не нуждающееся в чьей-либо помощи». Но теперь он рассказывает, что не уверен в себе, хотя фактически уже «открыл двери» из детства в зрелость. Теперь он оказывается «не так уверен» в своей жизни и нуждается в помощи, чтобы снова обрести опору. И хотя он благодарен девушке, которой он поет «я рад, когда ты рядом», он всё же чувствует потребность постоянно взывать: «пожалуйста, пожалуйста, помоги мне».

Находясь в лучах славы знаменитый Битл говорит нам, как его «жизнь изменилась во многих отношениях». Но в целом он чувствует себя «неуверенно» в отношении того, куда он идет, и ему нужна его девушка «как никогда раньше». Поскольку все песни Леннона-Маккартни до этого момента были об отношениях в той или иной форме, Джон всё ещё не может отказаться от этой концепции, даже в такой личностной песне, как эта.

Следует отметить строчку: «Ты нужна, как никогда раньше». Это фраза, вероятно, восходит к одной из ранних песен Леннона-Маккартни «Ты будешь моей», записанной в 1960 году, в которой фигурирует строчка (произнесенная Джоном) «Я люблю тебя, как никогда раньше».

 

прим. – «Ты будешь моей» (You’ll Be Mine) – песня Леннона-Маккартни, была впервые опубликована в 1995 году на альбоме «Антология 1». Является пародией на стиль группы «Инк Спотс». Основную вокальную линию ведёт Маккартни (при этом он поёт глубоким баритоном), тогда как Леннон подпевает ему тонким фальцетом. Текст песни представляет собой заверения исполнителя в том, что некая девушка будет принадлежать ему. Песня была записана у Маккартни дома на Фортлин-Роуд весной-летом 1960 года и является самой ранней опубликованной песней «Битлз», авторство которой приписано одновременно Леннону и Маккартни.

 

Пит Шоттон (друг детства Джона Леннона): «Однажды Джон сказал мне: «Я чертовски рад, что у меня есть ты – единственный человек, с которым я могу нормально поговорить и которому нравиться говорить нормально, а не лезть со всей этой мутью про Потрясающую Четверку». Может показаться слишком самоуверенным, а сам я никогда не допытывался об этом у Джона, но мне лично показалось, что строка его песни «На помощь!» (Help!) – «я так благодарен тебе за то, что ты рядом», была адресована мне».

 

 

 

 

Help! I need somebody.  На помощь! Мне нужен кто-нибудь.

Help! Not just anybody.  На помощь! Не просто первый попавшийся.

Help! You know I need someone.  На помощь! Знаете, мне нужен именно тот.

Help!  На помощь!

 

When I was younger so much younger than today,  Когда я был моложе, гораздо моложе, чем сейчас,

I never needed anybody’s help in any way.  Мне никогда ни от кого не нужна была никакая помощь.

And now these days are gone, I’m not to self assured,  Теперь это время далеко позади, и я не так самоуверен.

Now I find I’ve changed my mind, I’ve opened up the doors.  Теперь я мыслю по-другому, я открываю двери.

 

Help me if you can I’m feeling down,  Помоги мне, если можешь, я в отчаянии,

And I do appreciate you being ’round,  Я очень рад когда ты рядом,

Help me get my feet back on the ground,  Помоги мне вновь обрести почву под ногами.

Won’t you please, please help me?  Пожалуйста, ты поможешь мне, поможешь мне?

 

And now my life has changed in, oh, so many ways,  И моя жизнь очень изменилась,

My independence seems to vanish in the haze.  Моя независимость исчезла, как дым.

But every now and then I feel so insecure,  Временами я чувствую себя настолько неуверенным,

I know that I just need you like I’ve never done before.  Что я знаю, что нуждаюсь в тебе, как никогда раньше.

 

Help me if you can I’m feeling down,  Помоги мне, если можешь, я в отчаянии,

And I do appreciate you being ’round,  Я очень рад когда ты рядом,

Help me get my feet back on the ground,  Помоги мне вновь обрести почву под ногами.

Won’t you please, please help me?  Пожалуйста, ты поможешь мне, поможешь мне?

 

When I was younger so much younger than today,  Когда я был моложе, гораздо моложе, чем сейчас,

I never needed anybody’s help in any way.  Мне никогда ни от кого не нужна была никакая помощь.

And now these days are gone, I’m not to self assured,  Теперь это время далеко позади, и я не так самоуверен,

Now today I find you have changed your mind А сегодня вижу, что ты изменила свое отношение ко мне,

I’ve opened up the doors.  Я открываю двери.

 

Help me if you can I’m feeling down,  Помоги мне, если можешь, я в отчаянии,

And I do appreciate you being ’round,  Я очень рад когда ты рядом,

Help me get my feet back on the ground,  Помоги мне вновь обрести почву под ногами.

Won’t you please, please help me?  Пожалуйста, ты поможешь мне, поможешь мне?

Help me, help me, ooh…  Помоги мне, помоги мне, ооо…

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Поскольку полная аранжировка песни была окончательно закончена у Джона дома, остальные Битлы познакомились с этой аранжировкой к тому времени, когда вошли в студию 13 апреля 1965 года. В отличие от их последней записи 30 марта, посвященной экспериментам по улучшению песни Пола «Это многое значит» (That Means A Lot), что оказалось бесполезной работой, на этот раз у них всё получилось».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Признаюсь, мне нравится эта вещь, но когда Джон сидел со своей гитарой и пел эту песню немного медленнее, то такой вариант мне понравился больше. Но Джордж, их продюсер, сказал, что быстрый вариант больше понравится слушателям».

 

Джордж: «Это довольно сложная композиция. Немного более сложная, чем другие, которые мы записывали, потому что в ней есть контрапункт к основной мелодии. Я думаю, что она из тех произведений, что начинают нравиться всё больше и больше по мере прослушивания, потому что это песня, которую люди должны услышать несколько раз, прежде чем они поймут, о чем она. Она немного похоже на песню «Еще не долго» (It Won’t Be Long). Это единственное, на что она похожа».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Из этого комментария довольно ясно, что Битлы были в восторге от песни. «Мы думаем, что это одна из лучших песен, которые мы написали», – заявил Джон в 1965 году. Пол тогда же сделал следующий комментарий: «Я думаю, что это хорошая песня. Не думаю, что будет самодовольством сказать, что это хорошая песня, но мне она просто нравится, она нравится всем нам».

С песней, которая вышла за рамки как по содержанию, так и по структуре, у Битлов была веская причина дать себе за эту песню заслуженную похвалу.

С этой песни становится заметно, как группа стала немного отдаляться от своей обычной структуры «куплет / куплет / припев / мелодическая вставка», которая была им свойственна в их ранние годы. В этом случае мы видим, что они стали больше ориентироваться на использование припева (или, как говорят некоторые, «рефрена»). Песня «На помощь!» (Help!) имеет следующую структуру: «куплет / припев / куплет / припев / куплет / припев» с вступлением и окончанием, добавленными для лучшего эффекта.

Во время записи в первую очередь их внимание было сосредоточено на том, чтобы сначала записать ритм-трек с намерением позже добавить вокал в качестве наложения. Бас-гитара Пола и барабаны Ринго были записаны на одну дорожку четырехдорожечной ленты, в то время как 12-струнная акустическая гитара Джона и электрогитара Джорджа были записаны на другую, в результате чего оставалось две свободных дорожки для более поздних наложений».

 

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «В качестве ритмического аккомпанемента песни Леннон использовал 12-струнную акустическую гитару Фрамус Хутинэнни».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Первый дубль был прерван во время вступления, потому что Джон порвал одну из двенадцати струн на своей 12-струнной гитаре «Фреймас Хутнэнни», крикнув всем остальным, чтобы они остановились. Кстати, у Джона, по сравнению с остальными, струны рвались чаще, о чем свидетельствует прослушивание дублей записи многих песен. В этом первом дубле примечательно то, что Джордж довольно нескладно исполнил резкую характерно- звенящую гитарную фразу.

После замены струны Джона фраза «дубль два» попала в первый куплет прежде, чем Джон начал смену аккорда, что стало причиной остановки и этого дубля.

Третий дубль преодолел припев и перешел в начало второго куплета, но закончился, когда Джон слишком рано сменил аккорды в этом месте песни.

Звонкая гитарная фраза все же оказалась для Джорджа непосильной для реализации, поэтому группа начала обсуждать возможность того, что Джордж сыграет эту гитарную партию позже. Они знали, что вокал также будет записан во вторую очередь, поэтому они обсудили, будет ли достаточно дорожек на четырехдорожечном магнитофоне, чтобы вместить всё это. Чтобы Джордж потом смог сделать наложение гитарной фразы, Пол предложил, чтобы кто-нибудь отстукивал ритм во время записи ритм-трека, чтобы он не отстал от песни. Вызвался Джон, сказав: «Ну, я сделаю это», и продемонстрировал, постучав по корпусу своей акустической гитары.

После этого они начали четвертый дубль, в котором отсутствовала гитарная фраза Джорджа. Этот дубль, как и следующий пятый, были полными, но они посчитали, что песню можно ещё улучшить.

Во время шестого дубля Джону понадобилось перенастроить свою гитару, что привело к остановке песни в первом куплете.

После того, как его гитара была настроена, приступили к седьмому дублю, который продлился до последнего куплета, когда что-то заставило Джона прекратить играть, возможно, это был Ринго, с опозданием вступившем в конце припева.

Восьмой дубль прервался в начале вступления из-за того, что у Джорджа возникли проблемы с гитарой.

Девятый дубль стал основным, хотя он, похоже, был отредактирован с помощью другого дубля (редактирование слышно ближе к концу второго припева).

Затем на завершенный ритм-трек начались наложения. Джон исполнил свой ведущий вокал, а Пол и Джордж исполнили бэк-вокал на одной из двух свободных дорожек. Джон сделал двойное наложение вокала, в то время как Ринго одновременно сделал наложение партии бубна на припевы на оставшуюся свободную дорожку. Однако возникла проблема, которая заключалась в том, что они заполнили все четыре дорожки, а им ещё предстояло записать гитарную фразу Джорджа во вступлении и припевах песни.

В связи с этим Джордж Мартин и его помощники выполнили процедуру, которая на тот момент была новой для «Битлз», но в ближайшем будущем станет для них обычным делом. Эта процедура включала в себя экономию ленты (или «слияние»), что осуществлялось в процессе копирования всех четырех дорожек с последующим объединением на меньшее количество дорожек на новой ленте, таким образом создавая новые свободные дорожки, предназначенные для дальнейших наложений.

Таким образом они поместили бас и барабаны ритм-дорожки на «дорожку один», а гитары – на «дорожку два». Затем они объединили оба наложения, а именно весь вокал и бубен, на «дорожку три», что позволило освободить одну дорожку, «четыре», для Джорджа Харрисона, чтобы он записал партию соло-гитары. Чтобы сделать это слияние, Джорджу Мартину и команде звукоинженеров потребовалось три попытки: первая попытка («дубль десять») была выполнена полностью, но была сочтена недостаточно хорошей; вторая попытка («дубль одиннадцать») была с фальстартом; последняя попытка («дубль двенадцать») стала основной.

После этого Джордж Харрисон записал на четвертую дорожку партию соло-гитары, которая состояла из нисходящих гитарных фраз, слышимых на протяжении всей песни, а также двух нисходящих гитарных линий из трех нот в каждом припеве.

Что касается музыкальной части песни, то Джон выступает здесь в качестве фолк-певца, выражающего свои внутренние эмоции (а-ля Боб Дилан), и делает это вполне убедительно. Басовая партия Пола выполнена надлежащим образом и меняет форму в зависимости от того, что необходимо в каждой части песни, в то время как его контр-мелодическое пение в куплетах (исполненное в унисон с Джорджем) придает особую нотку мелодическим линиям.

Джордж играет на соло-гитаре очень искусно, сделав наложение своих звенящих гитарных фраз в правильном темпе. Хотя очевидно, что ему нужно подтянуть свой вокал во время исполнения контрапунктов, его голос более заметен по отношению к голосу Пола, что показывает, что он полностью вовлечен в эту песню.

Ринго играет очень стабильно и активно, с приглушением громкости в эмоциональные моменты и нарастанием в пиковые моменты песни. В целом аранжировка получилась насыщенной и гармоничной, а превосходное исполнение песни демонстрирует способность «Битлз» быстро добиваться результата даже в такой короткий срок.

На тот момент времени эта песня стала одной из самых впечатляющих композиций в совместном творчестве авторов песен. Хотя настроение, выраженное в тексте, сильно отличалось от того, что присутствовало на синглах «Битлз» до этого («Что побудило их написать такую песню?» – спросил тогда Мик Джаггер), безупречно-филигранная аранжировка была великолепна. Результатом стала одна из самых узнаваемых и любимых песен «Битлз» за всю их карьеру».

 

Джон: «Мне не очень нравится эта запись. Эта песня является одной из моих любимых. Настоящее ощущение песни было потеряно, потому что это был сингл. Мне хотелось, чтобы песня была записана в более медленном темпе, но мы сделали её в слишком быстром темпе, чтобы она стала коммерческой. Я подумываю как-нибудь записать её снова, сбавив темп».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Через некоторое время после этого комментария, возможно, в 1970 году, Джон действительно попробовал сделать это, записав новую версию песни «На помощь!» (Help!) под аккомпанемент фортепиано, но в гораздо более медленном темпе.

На этом в 23:00 сессия записи была завершена, команда звукоинженеров оставила микширование на следующий день».

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



    Ваше имя (обязательно)

    Ваш e-mail (обязательно)

    Тема

    Сообщение

    Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)