Архив рубрики: История

Выступление в Токио

30 июня 1966 г.

 

Ацуши Ногучи (автор книги «Я видел их стоящими там»): «Идею организовать турне по Японии Брайену Эпстайну предложил Вик Ливайс (прим. – директор агентства по ангажементам Брайена Эпстайна). В Лондоне Ливайс и Тацудзи Нагашима учились в одной школе. Позже Нагашима стал президентом агентства по организации концертов «Киодо», которое и организовывало выступление «Битлз» в Токио.

Эпстайн хотел гарантию в размере 100 000 долларов и зал вместимостью 10 000 человек. В 1966 году в Токио было только одно закрытое помещение, способное вместить такое количество людей: Будокан. Он был построен для соревнований по боевым искусствам, а не для концертов поп-музыки.

Ультранационалистов возмутила перспектива его осквернения «концертом c электрогитарами», как выразился поверенный в делах британского посольства Дадли Чеке в своём письме правящим кругам Великобритании. Крайне левые также не приветствовали концерты «Битлз». Чеке отметил, что ежедневная газета Коммунистической партии Японии «Акахата» назвала группу «орудием американского империализма».

Какое-то время казалось, что местным правым радикалам удастся запугать Будокан, и заставить его отменить концерты «Битлз». Ультранационалисты подняли против них волну протеста».

 

Дадли Чеке (поверенный в делах британского посольства): «Йомиури Шимбун (один из спонсоров концертов ливерпульской четверки в Японии) опубликовал письмо председателя правления Будокан, в котором говорилось, что: «порядочность «Битлз» не вызывает сомнений, поскольку все они получили награды от Её Величества Королевы»».

 

Ацуши Ногучи (автор книги «Я видел их стоящими там»): «Пока группа находилась в Токио, «Битлз» были защищены как от поклонников, так и от недоброжелателей». Комплекс мероприятий по охране группы полиция назвала «Операцией Битлз»». Меры безопасности были почти такого же масштаба, как подготовка к Олимпийским играм в Токио в 1964 году. Для этого было мобилизовано около тридцати пяти тысяч полицейских, на оплату которых было затрачено 30 000 фунтов стерлингов».

 

Дадли Чеке (поверенный в делах британского посольства): «(служебное письмо в Министрество иностранных дел): «Группу «Битлз» представлять не нужно. Они уже добились всемирной известности. Пластинки и фильмы сделали их и их музыку хорошо известными в этой стране, и этот долгожданный визит доставит безграничное удовольствие их многочисленным поклонникам. Я с большим удовольствием приветствую «Битлз» в Японии. Британская поп-музыка переживает беспрецедентный бум во всем мире. В этом большая заслуга «Битлз». Несомненно, что шестидесятые года навсегда останутся в памяти как десятилетие «Битлз». Я желаю им самого успешного и приятного визита в Японию».

 

Ацуши Ногучи (автор книги «Я видел их стоящими там»): «За свое послание Чеке получил похвалу от одного из чиновников Министерства иностранных дел: «Это поучительно, а также интересно. Большая часть Уайтхолла (прим. – государственная служба Великобритании) нуждается в напоминании о том, что японцы тоже люди».

 

 

 

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Да, после долгого перелёта мы прибыли в Токио».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Группа прибыла в токийский аэропорт «Ханэда» в 3:40 утра».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Наш затянувшийся день начался в гамбургском Рипербане, привёл нас через лондонский «Хитроу» на Аляску и, наконец, в целости и сохранности приземлил в токийском аэропорту «Ханеда» в крайне неподходящий час, примерно в 3 часа 40 минут утра».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Пересекая границу смены дат они потеряли день».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Мне кажется, что я где-то потерял день! Наверное, это из-за того, что мы летели через полюс».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Обычно прибыв в любой новый пункт назначения я старался переговорить с лицом, ответственным за организацию приёма, чтобы проход группы к лимузинам проходил как можно более гладко. Прежде чем кто-либо из нас покидал салон, я пытался провести хотя бы краткий инструктаж, и бросить хотя бы мимолётный взгляд на то, что ждало впереди – на ситуацию с прессой, количество ожидавших поклонников и где они располагались относительно нашего пути между трапом самолёта и лимузинами, количество сил безопасности аэропорта и всё ли безопасно с точки зрения фанатов так же, как и группы.

Все считали само собой разумеющимся, что единственным нашим вопросом было предотвращение нанесения группе травм со стороны поклонников. Но травмы никогда не были серьёзными, и мы не расценивали это как главную проблему. На самом деле большей опасностью была вероятность того, что поклонники причинят вред себе, безрассудно срываясь с места, когда замечали битловский лимузин. Я всегда искал способ минимизировать этот риск так же, как и обеспечить безопасность группе. Множество раз по всему миру я видел, как фанатов выдёргивали родители или полицейские за мгновение до того, как они могли оказаться под колёсами наших машин.

В «Ханеде» силы безопасности взяли полный контроль над ситуацией, дав понять, что нет никакой нужды в консультациях, потому что наш маршрут проработан до мельчайших деталей. С военной точностью мы вышли на трап самолёта, где сделали паузу для позирования прессе».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Они вышли на трап в традиционных японских кимоно, которые им выдали во время рейса».

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Я был очарован своим кимоно. Это было началом дальневосточных гастролей».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Удивительно, но Битлы не возражали, когда экипаж самолёта одел на них традиционные накидки хаппи с большими буквами японской авиакомпании на лацканах».

 

Шимпей Асаи (фотограф): «У меня было около ста часов, чтобы фотографировать группу, потому что мне был предоставлен доступ, о котором любой фотограф мог только мечтать. Я подумал о нескольких подходах, которые мог бы использовать, и, наконец, остановился на методе фоторепортажа. В течение всего времени, что я был с группой, я наводил камеру на «Битлз», а также на окружающую их обстановку; я снимал их выступления на сцене, вещи, которые они видели и к которым прикасались. Я был поклонником группы, и использовал любую возможность, чтобы их фотографировать. «Битлз» приземлились на рассвете, в тот день, когда шторм покинул Токио. Я выбежал на посадочную площадку с камерой с телеобъективом».

 

 

 

Фото Шимпея Асаи.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Группу встречало примерно 1500 японских поклонников. Сначала полиция не хотела пускать поклонников в «Ханеду», но так они всё равно там появились, то уступили и решили позволить им наблюдать прибытие Битлов с безопасного расстояния. Кроме того, аэропорт был закрыт большую часть ночи перед нашим прибытием. В аэропорту поклонники были досмотрены и допущены вовнутрь. В целом дежурство в аэропорту несли три тысячи полицейских – по два на каждого поклонника».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «В аэропорту Токио нам сообщили о крайне неприятном сюрпризе. Невысокий, официальный, но вежливый комиссар полиции в штатском усадил нас в кресло для важных гостей и объяснил, что один камикадзе из правого крыла воинствующих студентов поклялся, что «Битлз» не покинут Японию живыми. Студенты особенно возмущались потому, что «Битлз» должны были дать три вечерних концерта в «Будокане», а это национальная святыня, памятник павшим на войне героям».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Проведение концерта в зале боевых искусств вызвало негативную реакцию радикалов правых взглядов, включая угрозы смертью, потому что здание считалось национальной святыней погибшим в войне, и поэтому считалось кощунственным, чтобы рок-энд-ролльная группа там играла. Из-за этих угроз маршрут от аэропорта и периметр отеля охраняли тридцать тысяч военнослужащих».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Комиссар объяснил, что не следует легкомысленно относиться к угрозам студентов-фанатиков. «Битлз» много раз бывали в опасных ситуациях, но никогда еще они не были так напуганы. Полиция проводила нас в зону выдачи багажа, где уже ждали доброжелательные японские организаторы концертов».

 

Джордж: «Когда мы вышли из самолёта, нас посадили в небольшие автомобили образца 1940-х годов вместе с полицейскими в металлических касках, похожих на каски американских солдат времён Второй мировой войны».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Одного за другим нас живо провели к нескольким сверкающим белым лимузинам. Настойчивые охранники указали, кому в какую машину садиться. Двум ребятам указали на первую, а Брайен Эпстайн ухитрился проскользнуть позади шеренги охранников и присоединиться к ним. Люди из службы безопасности не слишком горели желанием позволить кому-то присоединиться к каждой паре Битлов, поэтому жестами показали, что мы должны дождаться прибытия других машин. Вслед за Брайеном я проскочил позади них и запрыгнул во второй лимузин.

Очевидно действуя по приказу, который нельзя было не выполнить, наши водители игнорировали все наши мольбы провезти нас мимо фанатов медленно. Вместо этого, они быстро помчали нас на нашем пути из аэропорта. Это было досадно, ведь большинство из этих хорошо себя ведших и терпеливых фанатов ожидали удивительно долго время ночью, чтобы увидеть великолепную четвёрку».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Они сели в ожидавшую их машину и отправились в отель «Хилтон», расположенный в деловой части Токио».

 

Джордж: «Колонной нас доставили в город».

 

 

 

 

 

 

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Около десяти тысячи поклонников выстроились по всему пути до города, но мы видели среди них воинственных студентов с плакатами “Битлз, убирайтесь домой!”».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Я узнал, что не менее тридцати пяти тысяч человек службы безопасности несли дежурство во время нашей поездки от аэропорта до отеля».

 

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Чтобы обеспечить безопасность Потрясающй четверки, власти прибегли к помощи тридцати тысяч вооруженных солдат, что соответствовало двум армейским дивизиям. Солда­ты были выстроены на пути от аэропорта до центра города и вокруг отеля, в котором, как в осажденной крепости, должны были находиться музыканты в промежутках между выступлениями».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Во время пути по центральной скоростной автостраде в Токио мы были свидетелями серьёзного отношения к организации безопасности. Дорожные контрольно-пропускные пункты на перекрёстках перекрывали движение на нашем пути, расчищая нам путь в пригороде. Вооружённые полицейские ехали рядом с нами на мотоциклах».

 

Джордж: «Были все эти странные маленькие люди в странных машинах, и поездка в центр Токио казалась бесконечной, и нас доставили прямо в отель».

 

 

 

 

 

 

 

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Нас разместили в отеле “Хилтон”».

 

Кеничиро Ямагути (заместитель управляющего отеля): «Они не планировали останавливаться в нашем отеле. Просто другая гостиница отказалась их принять, сказав: «Мы не можем разместить такую хулиганскую группу». Поэтому они остановились у нас».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они остановились в отеле «Хилтон», где заняли целый этаж».

 

Альф Бикнел: «В отеле нам был отведен целый этаж».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Битлы разместились в президентском люксе».

 

Джордж: «Нас разместили в «Хилтоне», где у нас был номер на верхнем этаже – это было нечто».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Битлам был предоставлен президентский номер, где было шесть или семь комнат».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Битлам был предоставлен президентский люкс – несколько больших и чрезвычайно хорошо меблированных комнат. Ребята были очень довольны. Во время гастролей они ненавидели жить в раздельных номерах, но охотно разбивались по двое. Пары получались случайным образом, в зависимости от ситуации. Им не нравилось проводить много времени в уединении. Им нравилось, чтобы один или оба их помощника, которым они доверяли больше всего – ливерпульцы Нил Аспинал и его помощник Мэл Эванс, находились поблизости всё время, насколько это было возможно. Если в большом люксе оставалась свободная спальня, то она могла использоваться в качестве пристанища для какой-нибудь гостьи или двух – чем больше, тем лучше».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Охрана отелей была самой строгой из тех, что «Битлз» когда-либо приходилось иметь дело. Выходить из отеля было запрещено».

 

Ацуши Ногучи (автор книги «Я видел их стоящими там»): «Жесткие меры безопасности привели к тому, что Джон, Пол, Джордж и Ринго были фактически заключенными в отеле всё время их пребывания».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Мы с Брайеном разместились в меньшем по размеру, но не менее великолепном императорском номере в другом конце холла. Как только мы разместились, администрация отеля проинформировала нас, что в целях безопасности «Битлз» не должны выходить из номера, за исключением поездок в Будокан на концерты».

 

 

 

Токио, 1966 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Кадры кинохроники.

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

Полиция возле отеля просит поклонников «Битлз» не собираться и разойтись по домам.

 

 

 

 

 

Вид из окна номера «Битлз». Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

Поклонники возле отеля. Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

Поклонники «Битлз» пытаются увидеть участников группы. Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

 

Дадли Чеке (поверенный в делах британского посольства): «Японские СМИ по большей части приняли «Битлз» такими, какие они есть: приятными, талантливыми и сообразительными молодыми музыкантами.

Поклонники были в ярости из-за того, что их держали на расстоянии. «Битлз» были фактически заперты в своем гостиничном номере, и не смогли увидеть достопримечательности Токио. Тайфун «Битлз» сбил с ног японскую молодежь. Это было пятидневное чудо, и битловское настроение охватило город. Тем не менее пришлось мобилизовать тридцать пять тысяч полицейских, поскольку фанатичные противники группы угрожали им убийством. Рад сообщить, что в Японии «Битлз» не подверглись физической угрозе. Самой большой задачей, стоящей перед полицией, было утешение рыдающих девочек-подростков, которые поняли, что физическое присутствие Джона, Джорджа, Пола и Ринго было больше, чем они могли вынести».

 

Джордж: «Нас не выпускали наружу».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Во время нашего пребывания в отеле круглосуточно дежурило две тысячи охранников. Некоторые из полицейских в касках были вооружены. Были также другие из сил элитных подразделений, специализировавшихся на ситуациях с потенциальными террористами и беспорядками; они выдавали своё присутствие не столь явно. Те, кто находился на нашем этаже, между сменами спали, не покидая места службы».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Отель был превращен в вооруженный лагерь. Весь верхний этаж заняли вооруженные отряды. Лифт останавливался только на нижнем этаже, где вооруженные военные проверяли каждого».

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Нас встретили обходительные люди. Никогда не думал, что японцы такие высокие».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Персонал отеля, за каждым из которых тенью следовал бдительный парень из службы безопасности, сновал туда-сюда с чашами экзотических фруктов, кувшинами воды со льдом и ломтиками лимона, множеством напитков и закусок. Во многих отношениях это был один из лучших отелей, в которых мы были и, несомненно, самый безопасный».

 

Джордж: «В отместку за то, что нам пришлось сидеть взаперти, мы заставляли их приводить торговцев к нам в апартаменты. Они приносили большие коробки и упаковки, полные золотистых кимоно, изделий из нефрита, подставок для благовоний и маленькие резные изделия, которые мы покупали: «Мы им покажем!» Ведь мы хотели пройтись по магазинам».

 

Пол: «В Токио приезжают за покупками, а мы не могли выйти из отеля».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Недовольные тем, что они считали излишними предосторожностями, Битлы подобно четырем римским императорам, принимали посетителей, предоставивших им все богатства страны».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В Японии организатор наших концертов – Тацудзи Нагашима, был великодушным хозяином. Всей нашей компании он сделал дорогие подарки – фотоаппараты «Никон» и кинокамеры «Кэнон» последних моделей».

 

Пол: «К нам приходили торговцы и предлагали изделия из слоновой кости и всякие сувениры».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Директора крупнейших компаний Японии лично прибыли в отель, чтобы предложить им свои товары, и за несколько часов ребята истратили сотни тысяч фунтов на фотоаппараты, одежду, часы, ювелирные изделия и разное другое».

 

 

 

Роберт Уитакер (фотограф): «На снимке Джон пытается изобразить японскую маску. Это одно из художественных произведений, что было принесено торговцами. Джон, на самом деле, был впечатлен всеми этими вещами. На снимке он смотрит на меня, пытаясь повторить такое же выражение лица. Потом он внезапно запихнул её под пиджак, и я немного передвинул его поближе к окну, где было больше света».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Брайен и организатор концертов Тацудзи Нагашима.

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Организатор концертов, очень высокий мужчина, был весьма с нами любезен».

 

Джордж: «Организатор концертов оказался очень щедрым. Он подарил Мэлу и Нилу кинокамеры, а нам фотоаппараты «Никон». В то время было здорово иметь такую игрушку».

 

 

Дадли Чеке (поверенный в делах британского посольства): «Незадолго до прибытия группы на Токио обрушился небывалой силы тропический ливень, а на японскую молодежь обрушился тайфун Битлз».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Тем временем постепенно становилась очевидной причина таких маниакальных мер безопасности. Я понял, насколько серьёзной была ситуация, когда небольшая группа японских девушек со слезами на глазах перехватила меня в вестибюле, умоляя не позволить Потрясающей четвёрке подвергнуть опасности свои жизни, согласившись на выступление в Будокане. Когда я потребовал у поклонниц объяснений, они сказали, что не следует игнорировать или относиться легкомысленно к протестам группы неистовых студентов. Девушки объяснили, что идея убить Битлов была озвучена в полуподпольном информационном бюллетене, который имел хождение среди читательской массы студентов, а затем получила некоторое освещение в общественной прессе. Они были убеждены, что японские власти объединили усилия с ведущими средствами массовой информации, чтобы преуменьшить опасность того, что может произойти что-то опасное по отношению к Битлам. У меня сложилось впечатление, что конечной целью властей была не защита Битлов, а предотвращение возможности свершения на их земле чего-либо неприемлемого или скандального по отношению к группе мировых знаменитостей. Наши японские организаторы сочли бы величайшим бесчестием для себя, если бы случилось что-либо плохое, и Джон, Пол, Джордж или Ринго погибли бы, находясь в Токио.

Потенциальными убийцами была кучка фанатичных студентов правого крыла, которые считали Ниппон Будокан святым местом, предназначенным для проведения традиционных турниров боевых искусств, включая чемпионат по борьбе сумо. Они считали, что место такой культурной и духовной важности не должно быть использовано в качестве сцены для рок-н-ролльных выступлений, поэтому они пришли в Будокан и к отелю «Хилтон», размахивая плакатами с требованием, чтобы концерты «Битлз» были отменены, а группа покинула страну.

На протяжении нескольких дней после нашего прибытия в Японию Джон, Пол, Джордж и Ринго оставались в счастливом неведении относительно небезосновательных угроз террористов. И по сей день бывшие Битлы не знают всех деталей грозившей им опасности. Когда это было возможно, мы держали такие новости втайне от участников группы. Мы считали, что с них вполне достаточно усилий, чтобы справиться с давлением Битломании. Если даже мы замечали реальную угрозу их спокойствию, то старались утаить это от Битлов и пытались справиться с этим своими силами. В Токио нам играл на руку языковой барьер. В большинстве других стран Битлы прочитали бы статьи в местных газетах и поняли бы смысл угроз. Так как они не понимали ни единого слова из того, что публиковали газеты, то отметили лишь фотографии с призывом «БИТЛЫ, УБИРАЙТЕСЬ ДОМОЙ» на двуязычных плакатах, которыми размахивала толпа молодых японских парней. Они связали это со статьей в одной коммунистической газете, которая была опубликована перед прибытием группы, в которой ребята представлены как «оружие американского империализма», и решили, что это всё довольно смешно».

 

 

 

Кадры кинохроники.

 

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Так как у меня было мало знаний о японских средствах массовой информации, я не принял обычного участия в приготовлениях к пресс-конференции. Вместо этого я всего лишь дал Тацуи Нагашиме, занимавшегося подготовкой списка приглашенных журналистов, краткий перечень приоритетных изданий, таких как «Музыкальная жизнь».

В Лондоне у Битлов брала интервью Руми Хошика, редактор журнала «Музыкальная жизнь», превосходного японского журнала, в котором в середине 60-х годов отражались как местные, так и мировые течения поп-музыки. Мы видели эти статьи, и ребята были впечатлены объёмом освещения и качеством прилагавшихся фотографий, хотя мы не могли прочесть ни слова из японского текста.

Особо я оговорил то, что наша пресс-конференция должна пройти 30 июня, в наш первый день в Токио, в отеле, где мы остановились, до того, как отправимся в Будокан на наш первый концерт. По моему мнению, отели или места проведения концертов были лучшим местом для такого рода мероприятий во время гастролей, потому что это избавляло меня от необходимости вытаскивать Джона, Пола, Джорджа и Ринго из их комнат и куда-нибудь везти.

В 1966 году группа начала выходить из-под контроля Брайена Эпстайна, и моей всё более трудной обязанностью было вовремя доставить их на место встречи с прессой. Как и всё остальное в Токио, приготовления к пресс-конференции были организованы безукоризненно. Местом проведения был весьма впечатляющий и великолепно обставленный «Жемчужный танцевальный зал» отеля «Хилтон». Когда я зашёл туда, чтобы сделать осмотр, то на одну из самых широких сцен, которую я когда-либо видел в отелях в помещениях для проведения приёмов, уже был установлен длинный стол с четырьмя стульями, четырьмя микрофонами, несколькими кувшинами воды и пепельницами.

Меня попросили организовать всё так, чтобы Битлы сели в определенном порядке: слева направо – Джон, Пол, Джордж, Ринго. Это было нужно для того, чтобы избежать какой-либо путаницы среди фотографов или репортёров. Как правило, я стоял сразу за Битлами, возможно чуть ближе к одному краю, с микрофоном, чтобы сделать официальное представление, а затем руководить процессом пресс-конференции. Для таких встреч во время гастролей у меня был принят стандартный формат взаимодействия. Первые десять минут я предоставлял фотографам, которые щёлкали напропалую, находясь прямо перед Битлами. Затем просил их отойти назад, и репортёры начинали задавать свои вопросы. Даже самые напористые фотографы обычно не спорили, освобождая место журналистам, когда я просил их об этом, потому что они были удивлены и благодарны, что им предоставили время перед пресс-конференцией.

У меня была пара помощников с переносными микрофонами, которые находились среди журналистов, чтобы человека, задающего вопрос, могли услышать все, когда я показывал, что это его или её очередь. Служащие отеля приготовили для меня отдельный микрофон сбоку от сцены, и это всё усложняло. Ведь находясь далеко от их стола, я не мог общаться с каждым из Битлов во время этой конференции так же легко, как обычно, или предупредить их, что я вот-вот завершу всё одним или парой последних вопросов. Часто рядом со мной становился Брайен Эпстайн, если он был поблизости и хотел принять участие. Мне это никогда не доставляло удовольствия, так как если какой-то вопрос заставлял его нервничать – а так бывало нередко – он шептал мне на ухо, что нужно как можно быстрее переходить к следующему вопросу. Я был в достаточной степени уверен в способности Битлов справляться с неудобными вопросами, и мог обойтись без комментариев Эпстайна.

Ещё меня раздражало то, что в тот момент я не мог ничего с этим поделать. Мне нравилось вести конференции непринуждённо, и я предпочитал устанавливать стол и стулья Битлов на уровне пола перед сценой, а не когда его взгромождали высоко на неё. Но я понял японскую привязанность к формальностям и чувствовал, что будет неблагоразумно предлагать настолько существенное изменение в одиннадцатом часу».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Когда они шли по коридору на пресс-конференцию, мистер Э. Х. Эрик, их японский конферансье, нашёл немного времени задать несколько вопросов. Его диалог с «Битлз» был снят на киноплёнку».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «В 15:30 в зале отеля «Хилтон» Битлы дали пресс-конференцию, частично снятую четвёртым японским телевизионным каналом «Эн-Ти-Ви». Фрагменты вошли в часовую телепрограмму, показанную по японскому телевидению 1 июля с 21:00 до 22:00 вместе с кадрами прибытия «Битлз» и отрывками из первого и третьего концертов в Будокане.

Первые сто секунд оригинальной (не редактированной) хроники показывают журналистов, фотографирующих «Битлз», которые стоят на сцене перед большим столом с микрофонами (слева направо: Джон, Пол, Джордж и Ринго). Пол насвистывает, Ринго курит, а журналисты фотографируют. В правой части сцены, за другим столом, сидят переводчики. «Битлз» усаживаются за стол, и конференция начинается».

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Не знаю, почему, но на этой пресс-конференции Битлы были в лучшем расположении духа. Они смеялись и дурачились перед фотографами, затем угомонились для доброжелательного сеанса вопрос-ответ. Большинство вопросов было банально, как и всегда, но некоторые продемонстрировали немного больше изобретательности».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «В отличие от других пресс-конференций, в которых принимали участие «Битлз», эта была совершенно иной: в помещении стояла почти полная тишина, а вопросы задавались по очереди сначала на японском, а потом их переводили на английский. Их ответы также переводились на японский и передавались журналистам. Процесс был долгим и утомительным (в целом он занял больше сорока минут), и ответы «Битлз» во многих случаях кажутся скучными и банальными.

Вопрос: С какими знаниями о Японии вы прибыли в эту страну?

Пол: Мы знаем о Японии не так уж много, за исключением того, что читали или видели в кино.

Джон: И мы ничему этому не верим.

Пол: Но нам показалось, что это хорошее место… очень хорошее… чудесное…

Вопрос: Говорят, что ваши поклонники безумны и необузданны, и что вместо того, чтобы оценивать саму музыку, им достаточно видеть вас на сцене – не важно, слышат они вас, или нет. Как вы относитесь к своим поклонникам?

Джон: Ну, чтобы послушать нашу музыку, они покупают пластинки, а когда мы приезжаем, они приходят, чтобы нас увидеть.

 

 

 

 

Ринго: Так что это не имеет значения, понимаете, поскольку…

Джон: Чтобы слушать, они покупают наши пластинки, понимаете, а если идут на нас, то только чтобы посмотреть.

Вопрос: Каково это – выступать при столь тщательных и демонстративных мерах безопасности?

Ринго: Безопасно (журналисты не расслышали, поэтому он кричит снова) БЕЗОПАСНО! Он включен? (спрашивает, работает ли микрофон)

Пол: Можно сделать микрофоны немного погромче? Раз… раз…

 

 

 

 

 

Вопрос: Каково это – выступать при столь тщательных и демонстративных мерах безопасности?

Пол: Дело в том, что при строгой охране лучше и нам самим, и людям, но иной раз она чересчур строгая, а лучше всего, когда она строга лишь по необходимости – так, чтобы никому не было вреда.

Вопрос: В чём причина отхода от музыки некогда основанной на ритме и постепенного перехода к песням балладного типа, таких песен, как «Мишель» (Michelle) и «Вчера» (Yesterday)?

Джордж: Ну, наша музыка всегда делилась на два типа – бит и баллада… и вообще-то мы не переходили с одного на другой. Мы по-прежнему исполняем и то, и другое… э-э-э… оба типа.

Вопрос: Какие мотивы, побуждения заставили вас придумать стиль вашей причёски? Если вы намерены изменить его, то, каким будет следующий стиль? А ещё мы слышали, что один из вас стригся в Нью-Йорке… что вы тогда чувствовали?

Ринго: Нью-Йоркская история приключилась в Вашингтоне: кто-то оттяпал клок волос…

Вопрос: Чьих?

Ринго: Моих, поэтому я и рассказываю. И тогда меня это здорово разозлило. Э-э-э… у нас… (тихо спрашивает у друзей, каким был другой вопрос).

Джордж: (тихо отвечает Ринго) Сменим ли причёски.

Ринго: Сомневаюсь, что мы их сменим, во всяком случае, сейчас. Думаю, в следующий раз мы сменим их, когда полысеем и… э-э-э… Я сделал эту причёску, чтобы попасть в группу: они носили её ещё до меня.

 

 

 

 

 

Вопрос: Ну, а что же стало причиной, с чего всё началось?

Джордж: Началось с того, что… да просто так вышло. Понимаете, в то время мы ещё не могли позволить себе иметь личного парикмахера, и нам нравились длинные волосы, и вот результат.

Вопрос: Вы не могли позволить себе постричься?

Пол: Нет.

Джордж: Ну, нет, конечно. Раньше не могли.

Пол: И сейчас не можем.

Вопрос: Дружите ли вы семьями в социальном смысле, и как вы решаете свои публичные и личные проблемы?

Джон: Наши семьи, нет, какой был второй вопрос?

Вопрос: Как вы… э-э-э… решаете проблемы?

Джон: (Возвращается к первому вопросу) Какие семьи? В смысле – родители, или…

Вопрос: Первый вопрос был: дружите ли вы семьями, общаетесь ли вместе?

Джон: Ах, да, наши жёны общаются, наши родители – почти нет, то есть, я хочу сказать, они не видятся друг с другом ежедневно.

Пол: О, нет. Они общаются.

Вопрос: Когда у вас бывают личные проблемы и публичные – служебные проблемы – как вы их решаете: обсуждаете их друг с другом, или ругаетесь?

Джон: Ну, у нас почти не бывает проблем друг с другом, понимаете? А если и бывают, то мы их обсуждаем.

 

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

Вопрос: Вы добились славы и богатства. Вы счастливы?

Джон: Да.

Вопрос: И чего бы вам теперь хотелось?

Джон: Мира.

(смех)

Пол и Джон: Мира.

Пол: Запретить атомную бомбу.

Джон: Запретить бомбу, да.

Вопрос: У нас три вопроса от иностранной ассоциации журналистов в Японии. Их будет задавать представитель ассоциации, мистер Кен Гэри из «Рейтерс».

Кен Гэри: В чём, по-вашему, разница между вашими японскими поклонниками и подростками в других частях мира?

Пол: Мне кажется, единственная разница состоит в том, что они говорят на разных языках, вот и всё. Это единственное отличие… и ещё: здесь они меньше ростом. (Джон говорит Полу: «Как горничные сегодня утром». Джордж улыбается.)

Кен Гэри: Кое-кто из японцев считает, что ваши выступления осквернят Будокан, возведённый для традиционных японских боевых искусств, а также, что вы подаёте дурной пример японской молодёжи, уводя их в сторону от традиционных японских ценностей. Что вы обо всём этом думаете?

Пол: Дело в том, что если кто-нибудь из Японии… если танцевальный коллектив из Японии приедет в Англию, никто в Британии не скажет, что они попирают национальные ценности, понимаете, или, что они пытаются что-то там осквернить. Мы просто приехали сюда и поём, потому что нас попросили, и мы вовсе не пытаемся…

Джон: Всё равно лучше смотреть на певцов, чем на борцов.

Пол: Мы ничего не хотимя осквернить. Мы так же традиционны…

Кен Гэри: Как вы думаете, почему вы популярны не только в западных странах, но и в азиатских, таких, как Япония?

Джон: Причина та же, что и с поклонниками. Это интернационализм. Единственное отличие – это язык, вот почему, знаете, мы нравимся совершенно разным людям.

Ринго: А также, потому что Восток теперь во многом подражает Западу. В одежде, то же самое, в музыке, понимаете? Просто так получается, что очень скоро все мы будем одинаковы.

Вопрос: Кстати, орден британской империи – вы привезли его с собой?

Джон: Да. (Показывает какой-то лист бумаги с логотипом. Журналисты смеются.)

Вопрос: Когда вы носите этот орден?

Джон: Мы его не носим.

Ринго: Ещё ни разу не надевали.

(смех)

Вопрос: А другим музыкантам его присуждали?

Джон: Да.

Пол: А-а-а… Питеру Селлерсу.

Джордж: Да. Музыкантам почти нет, но зато представителям других профессий, да.

Вопрос: Знакомы ли вы ещё с какими-нибудь музыкантами, удостоенными подобной чести?

Джон: Нет.

Ринго: Не с музыкантами.

Пол: Такие музыканты есть, но они, как правило, классические музыканты. Да, как правило.

Вопрос: Когда получаешь орден… обычно, если у вас есть орден, у вас должно быть специально отведённое для него место. У него есть название…

Пол: Есть такая крошечная петлица.

Вопрос: Как вы её называете?

Пол: Не знаю. Петлица!

(смех)

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

Джон: Что-то вроде ленточки.

Джордж: В миниатюре.

Пол: Именно так, в миниатюре. Но нам её не дали.

Джон: Нам не дали её. Нет.

Джордж: (шутливо) Её надо покупать.

Пол: А мы не можем себе этого позволить.

Вопрос: Те, что вы показали – не настоящие. А почему вы их не носите?

Пол: Люди, которые носят свои ордена, так или иначе, просто демонстрируют, что у них есть награды. Поэтому, если они у вас есть, то какой смысл их выставлять?

Вопрос: Брайен, у нас есть к вам вопрос. Господин, задавший этот вопрос, выражает вам глубочайшее уважение в связи с тем, что вы воспитали такую группу, добившись всего, что они имеют, и во многих отношениях ребята теперь могут быть самостоятельными, то есть, обходиться без вас. И, тем не менее, они по-прежнему действуют под вашим замечательным руководством. Учили ли вы ребят каким-то принципам в отношении музыки и сценического поведения?

Брайен: Э-э-э… я не учил их быть талантливыми, поскольку они и так талантливы. Как артисты, они выполняют свою работу, а я, как менеджер, надеюсь, выполняю свою. Если и есть какое-то влияние, то, полагаю, оно двустороннее – вероятно, они влияют на меня, и, возможно, в какой-то степени я сам могу на них влиять.

Джон: Мы влияем на него так же, как он влияет на нас. В равной степени.

Вопрос: Как вам, должно быть, сообщили в Анкоридже, вчера и позавчера здесь прошёл сильный тайфун, из-за чего ваше прибытие отложили на десять часов… или двенадцать? На пятнадцать часов. У нас в Токио прошёл сильнейший за последние десять лет дождь. Ваш визит в Японию в японской прессе окрестили «Тайфуном Битлз». Нет ли, по-вашему, связи между этими двумя событиями?

Джон: Похоже, от прессы больше ветра, чем от нас.

(смех)

Вопрос: Господин, задавший следующий вопрос, прочитал в одной из статей, что один пожилой англичанин, знаете, типичный представитель, океанский тип. Так вот, этот пожилой англичанин сказал в статье, что в Англии его в данный момент раздражают две вещи: новая модель роллс-ройса и вручение ордена «Битлз». Что вы на это скажете?

Пол: Ага. Ну, а нас раздражают пожилые англичане.

(смех)

Джон: Мы как раз пытаемся изменить имидж Британии.

Джордж: Но мы относимся к старикам с терпением, хоть они и не терпят нас.

(смех)

Пол: Мы имеем в виду только тех, кто так говорит. Только тех, кому мы не нравимся.

Вопрос: Насколько вы интересуетесь темой войны во Вьетнаме?

Джон: Знаете, мы думаем о ней каждый день, и не согласны с ней, считаем войну несправедливой. Вот и весь наш интерес. Всё, что мы можем с этим поделать, это сказать, что она нам не нравится.

Вопрос: В Японии продаётся множество ваших кукол, париков, портретов, фотографий и книг. В то же время, ваша музыка защищена авторским правом. Господин, который задал вопрос, хочет сказать вам, что «Битлз» – это в первую очередь музыка. И всё же вы занимаетесь и побочными продуктами. Как вам удаётся объединять деловую сторону жизни с музыкальной?

Пол: Дело в том, что – и Брайен об этом уже сказал – мы не занимаемся деловой стороной вопроса. Всё, что мы делаем – это записываем пластинки. И потом, если так получается, что люди хотят покупать куклы и комиксы и прочие товары, связанные с нами, мы же не скажем: «Зачем нам лишние деньги?» Брайен занимается этой стороной, а мы – другой стороной дела. Но музыка нас интересует больше.

Кен Гэри: Поскольку вы постоянно находитесь в отеле – за исключением выступлений, приносят ли вам зарубежные поездки хоть какое-то удовольствие, кроме денег?

Джон: Приносят, как и всем. Какие-то – нет… Понимаете: одни – приносят, другие – не приносят, как в любой работе.

Джордж: В любом случае, когда мы выезжаем, основная причина, почему мы выехали, состоит в том, чтобы люди могли увидеть нас на концертах, поэтому не так уж важно, хорошо ли нам самим, ведь мы делаем это для других.

Джон: Мы не в отпуске и приезжаем не для того, чтобы посмотреть достопримечательности или развлечься, а если ещё и удаётся развлечься во время гастролей, то всё в порядке, понимаете? Но это такая же работа, как и у всех.

Кен Гэри: Как высоко вы оцениваете свою музыку?

Джон: Мы её не оцениваем, понимаете, не сравниваем и не классифицируем, как все остальные.

Пол: Мы не очень хорошие музыканты вообще-то и никогда не заявляли о себе, как об очень хороших музыкантах. Мы адекватны, но не очень хороши.

Кен Гэри: Тогда в чём, по-вашему, причина столь огромной популярности? В том, что люди восхищаются вашим талантом, или…?

Пол: Ну, я не знаю, понимаете, может быть, они восхищаются адекватной музыкой.

(журналисты смеются)

Джон: (хихикая, обращаясь к остальным) Сейчас у него будет приступ.

Кен Гэри: Вы – любимые артисты миллионов людей. Кого вы сами считаете любимыми артистами?

Пол: Нам в основном нравятся цветные американские группы, их мы больше всего любим их. Мне кажется, они и есть наши любимые артисты… в основном.

Кен Гэри: Вы сами заплатили бы два или три фунта, чтобы посмотреть концерт таких же людей, как вы, играющих такого же типа музыку?

Пол: Да, если они нам нравятся, то да. Я заплатил шестнадцать шиллингов и шесть пенсов, чтобы увидеть Билла Хейли. Мне было двенадцать… я обалдел!

Кен Гэри: Но почему, как вы думаете, ваша музыка получает столь фантастический отклик? Быть может, люди находят в ней что-то, позволяющее с вашей помощью выпустить пар, или что-то в этом духе?

Джон: Нет никаких особых причин для того, чтобы посмотреть нас, иначе люди так и будут задавать вопрос: почему на нас ходят? Они ходят на нас, потому что мы им нравимся, вот и всё. Других причин нет, понимаете? И потом… им необязательно выпускать пар на наших концертах, они могут выпустить его где угодно.

Пол: Для девушек это может быть то же самое, что футбольный матч для парней.

Кен Гэри: По-вашему, отклик на вашу музыку, порой истерический и неистовый, по-вашему, это нормально? Вас радует, когда вы видите, что люди ведут себя столь экстравагантно?

Пол: Вообще-то обычно до насилия не доходит. Понимаете, до истерик – да. Но истерика такая же, как на футбольном матче, не больше. Обидеть никто никого не пытается. Просто когда столько людей собирается в одном месте, что бы они ни делали, существует риск. Но мы уже говорили об этом в отношении охраны. Всегда лучше, чтобы она была надёжной и не позволила ситуации выйти из-под контроля. Да и нечасто она выходит из-под контроля. Подозреваю, что во время футбольных чемпионатов травм бывает куда больше, чем на концертах

Джон: И – насилия тоже.

Кен Гэри: Тогда в случае, если вдруг такого отклика не будет, вас это разочарует?

Пол: Да нет, знаете. Мы бы… Не будь такого отклика, или – не веди мы подобный образ жизни, понимаете… Вообще, какой смысл спрашивать, что было бы, если бы чего-то не было? Ведь не будь у нас этого, мы делали бы что-то другое и приспособились бы к этому другому. За этим не стоит ничего такого. Никакого особого послания, и так далее, понимаете? Мы лишь выходим и поём, и людям это нравится, а нам нравится, что людям нравится то, что мы делаем. Вот, собственно, и всё.

Кен Гэри: Вам уже довольно долго сопутствует ошеломляющий успех. Как вы думаете, он продлится?

Пол: А как ВЫ думаете?

Джордж: Мы ничего не думаем. Мы вообще думаем мало. Понимаете, мы просто работаем. И если придёт такое время, когда у нас не будет зрителей, тогда мы и начнём думать. А сейчас мы не думаем.

Пол: (смешным голосом) Живи сегодняшним днём, чувак!

Кен Гэри: У меня вопрос из зала. Что вы будете делать, когда повзрослеете?

Джон: Мы не хотим взрослеть.

Ринго: А вы что будете делать?

Джон: Если он считает нас детьми, тогда, знаете, это его мнение. Но мы не дети, и если этот вопрос шутка, то не смешная. Мы такие же взрослые, как и он, возможно даже более взрослые.

Пол: А это была шутка?

Кен Гэри: (после паузы) В какой-то степени.

Пол: Хм!

Джон: Ну, на вид ты достаточно взрослый, чтобы не задавать подобных вопросов.

Пол: Ну, знаете… хм…

Кен Гэри: Планируете ли вы в Токио какую-то другую деятельность за пределами отеля, помимо концертов?

Пол: Мы ничего не планируем, но нам хотелось бы посмотреть Токио, знаете. Если получится.

Кен Гэри: Нет ли чего-то такого, о чём вы читали, что бы вам хотелось увидеть или сделать в Японии?

Джон: Да.

Пол: Хм! Много чего.

Джон: Радиостанции, знаете? Не знаю, мы обычные туристы, и если нам повезёт…

Вопрос: Был вопрос от мистера Гэри: «Что вы собираетесь делать, когда повзрослеете?» Что вы ответили? Я не расслышал.

Пол: Ответ был: мы считаем, что уже повзрослели.

Джордж: И это его личное мнение. У него мания величия.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В одном из репортажей написали, что эта пресс-конференция не отличалась от других. Да, но они никогда и не были другими. Разве любой здравомыслящий журналист задаст действительно хороший вопрос при конкурентах?».

 

Пол: «Нас продержали в отеле довольно долго».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Ребята были паиньками и не выходили из номера до самого концерта».

 

 

 

В отеле перед выездом на концерт.

 

 

 

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

 

 

 

Джордж: «Нас выпустили из номера только тогда, когда пришло время выступать. За пределы отеля «Хилтон» я не сделал и шага, если не считать выездов на концерты. Всё было отлажено до секунды. То есть… их парень подошёл к двери – вжих! – мы уже у лифта – спускаемся в гараж – все замерли – выходим на улицу – транспорт наготове».

 

Ринго: «Самым забавным в Токио было то, как они все расписали по минутам. Японцы помешаны на пунктуальности».

 

Пол: «Японцы организовали выступление со знанием дела. У них у всех были портативные рации – редкое явление в те времена. Они приходили за нами точно по расписанию. Точно в срок».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Служба безопасности снабдила нас точным расписанием, где, казалось, была учтена каждая минута. Было неуютно, что любое наше малейшее движение отслеживается и контролируется с военной пунктуальностью. Как будто мы находились под домашним арестом. Мы должны были выйти из номера, скажем, в 12:07. Битлы в сопровождении покидают президентский люкс в 12:10. Подходим к лифту в 12:12. Спускаемся в вестибюль в 12:16. Никогда не видел такого чёткого и дотошного плана действий».

 

Джордж: «Все напоминало военные маневры. Нам позволили выйти из гостиницы только в определенное время, на концерт. Сообщили: «Ровно в 17:00 будем у ваших дверей»».

 

Ринго: «Они заранее рассчитали, что мы покинем номер в 17:14».

 

Пол: «Потом они сказали, что мы должны выйти из номера друг за другом».

 

Джордж: «В 17:32 мы выйдем из двери».

 

Пол: «После этого пойдем к лифту».

 

Ринго: «Дойдем до лифта в 17:15».

 

Джордж: «В 17:33 будем в лифте».

 

Ринго: «Лифту понадобится одна минута восемь секунд, чтобы доставить нас вниз, к машине, и так далее».

 

Джордж: «В 17:35 будем в гараже».

 

Пол: «Потом они сказали: «Вы сядете в машину с министром Эвансом». Все места в машинах были заранее распределены. Поразительная продуманность, ничего похожего в Великобритании мы не видели».

 

Ринго: «Как бы там ни было, они постучали в дверь, а мы… не вышли. Это совершенно нарушило их график. Видели бы вы лица этих ребят. Абсолютно ошарашенных, потому что мы не прошли по коридору в 7:14 и даже, видите ли, в 7:20. Мы понимали, насколько всё это важно для них. Но мы так шалили, устраивая попутно себе маленькие развлечения. Ведь из номера отеля мы могли выйти только перед самым концертом».

 

 

 

 

Персонал отеля «Хилтон» провожает «Битлз», выезжающих в зал «Будокан». Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Помню, как первый раз мы покинули отель. Вдоль улиц были стояли полицейские, солдаты, полицейские и солдаты. Выходим из отеля, а на улице демонстрация студентов. Оказывается, студенты считали, что Битлы дурно влияют на молодежь».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Когда мы в первый раз ехали с сопровождением из «Хилтона» в «Будокан», присутствие полиции и военных вдоль трассы нас шокировало. Поклонники дисциплинированными группами стояли на мостах и перекрёстках».

 

Пол: «Когда мы отправились на концерт, на каждом углу поклонники организованно находились вместе с полицейскими патрулями, чтобы не было поклонников, хаотично слоняющихся по улицам. Их собрали и поместили в местах, где было разрешено махать, так что когда мы проезжали по улице, то слышали короткое «аааууу!», а затем проехав ещё несколько сотен ярдов следующее: «аааууу!»»

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Пол рассказывал, как во время нашего трёхкилометрового пути из отеля в Будокан, охранники собирали поклонников и группировали их на углах улиц и мостах вместо того, чтобы позволить им стоять как придётся. Правда состояла в том, что власти боялись, что студенты могут разместить стрелков-террористов вдоль нашего пути, поэтому собирая поклонников в хорошо контролируемые маленькие группы, они освободили себе пространство действий и уменьшили риск того, что случайно могут кого-нибудь подстрелить».

 

Пол: «Мы ехали по улице, слышали приветственные крики, потом проезжали ещё несколько сотен метров и снова видели небольшую толпу».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мы не слышали восхищённых криков поклонников, но видели их счастливые лица и размахивание флагами. Неужели мы и в самом деле нуждались в такой защите от дружелюбно настроенных подростков? Казалось, они не представляли собой ни малейшей угрозы, но, тем не менее, их сдерживало большое количество охранников в униформе, некоторые из которых нарочито демонстрировали оружие».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «В Будокан нас доставили с ветерком, на маршруте перекрыли всё движение, ничего подобного город ещё не переживал».

 

Джордж: «Приезжаем в Будокан – полицейские на каждом углу».

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Когда мы прибыли в «Будокан», я понял, почему были протесты. Это место больше напоминало храм. Когда вы туда входите, то должны говорить шепотом».

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «В продажу поступило лишь пятьдесят тысяч билетов, а поскольку желающих попасть на концерт было двести восемь тысяч, их пришлось разыгрывать посредством лотереи».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Тацуи Нагашима рассказал мне, что около двухсот девяти тысяч поклонников обратились с просьбами о билетах, прислав открытки, но повезло только менее четверти из них даже после того, как первоначальное число выступлений было увеличено с трёх до пяти, путём добавления дневных концертов».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Билеты продавались по цене 2 100 йен, 1 800 йен и 1 500 йен».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Это место больше напоминало храм».

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

Хантер Дэвис (автор книги «Письма / Джон Леннон»): «Японские поклонники «Битлз», конечно, оказались самыми осведомленными из всех – об этом можно было судить по вы­пущенным ими программкам концертов, роскошно изданным и самыми подробными за всю концертную жизнь группы. Наряду с исчерпывающими сведениями о её участниках, в них приводи­лись названия всех песен, которые они когда-либо пели, указы­валось место, занятое каждой в хит-парадах. В Лондоне никто никогда не занимался столь тщательно такими деталями. Впоследствии экземпляр японской программки Брайен хранил на своем пись­менном столе и пользовался им как справочным материалом».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шимпей Асаи (фотограф): «Я решил, что буду фотографировать не только их самих, но и то, на что они смотрели, к чему прикасались и к чему имели отношение».

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

 

 

Пол: «В Будокане нам показали старинные костюмы воинов-самураев, которыми мы, как туристы, с почтением восхищались: “Здорово! Какая древность!”».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Костюмерная комната была просторной, обставлена дорогой мебелью и оснащена кондиционерами. В ней хватало места для того, чтобы можно было настроить гитары, провести репетицию, а также спокойно отдохнуть на кроватях».

 

Пол: «Ещё больше нас поразило, когда мы увидели, как женщины вскочили с мест перед промоутером, потому что мы никогда не видели такого на Западе. Покорность женщин была поразительной. Они говорили: «Боже, прошу прощения, я заняла ваше место?» Помню, как мы вернулись в Британию и сказали нашим жёнам и подругам: «Конечно, ничего такого я не требую, но может быть, об этом стоит задуматься?» Но предложение было решительно отвергнуто».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Симпатичные японские девушки в ярких кимоно двигались бесшумно, обеспечивая постоянную доставку чая и японских закусок – вероятно, суши, но мы не знали этого слова в 1966 году».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление в зале «Ниппон Будокан». Группа отыграла один концерт перед 10 000 зрителей».

 

Джордж: «Куда бы мы ни приезжали, везде проходили демонстрации по тому или другому поводу. В Америке наряду с Битломанией шли расовые беспорядки. В Японии проходили студенческие бунты, а также демонстрации протеста, потому что Будокан, где мы выступали, считался особым духовным местом, предназначенным для боевых искусств. Так что в Будокан предназначался только для насилия и духовности, но никак не для попсы».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «У них были совершенно новые сценические костюмы. В Германии на их первом выступлении в Мюнхене они надели зелёные костюмы. В Токио на первый концерт были запланированы светло-серые костюмы в тонкую оранжевую полоску. В последнюю минуту плотно подогнанные брюки к этому костюму понадобилось срочно подшить, поэтому ребята вернулись к зелёным костюмам. На них были рубашки с высоким воротником ярко красного цвета и открытой шеей, которые подходили к любому костюму».

 

Пол: «Выглянув из-за кулис, мы увидели, как полиция вошла с обеих сторон и заняла весь первый ряд, наверху и внизу. После этого разрешили войти зрителям».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Зрительный зал был выдающимся. Помещение было круглым, с вместимостью почти на десять тысяч мест, рассредоточенными по двум ярусам трибун. На уровне пола было широкое пустое пространство без каких-либо сидений. Ближе к одной из сторон этого пространства была воздвигнута сцена внушительных размеров около трёх метров в высоту, обрамленная тканью голубого цвета. Прямо перед сценой находилась грубовато сколоченная зона безопасности, вдвое большая по размеру, чем сама сцена. С виду она напоминала короткие обрубки рельсов, проложенных поверх расставленных по периметру барьеров. Это позволяло телевизионным камерам перемещаться в любую сторону от сцены. Внутрь этой привилегированной зоны для особо важных персон было допущено небольшое количество фотографов. Перед этим сооружением располагалось основное заграждение, которое состояло из скрепленных между собой металлических брусьев, служивших преградой для фанатов, если они попытаются взять сцену штурмом.

Один англоязычный (точнее, американоязычный) представитель группы, занимающейся организацией концерта, сказал мне, что через металлические ограждения, которые полностью опоясывали сцену и окружали зону особо важных литераторов, оператор службы безопасности одним щелчком переключателя мог пустить ток высокого напряжения. Конечно, ограждение под напряжением было самым крайним средством, если бы в этом возникла необходимость. Но, может быть, это было шуткой моего нового японского друга».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Этот концерт был необычным. В зале «Будокан» обычно проходили бои джиу-джитсу, и те, кто занимался этой борьбой, считали его своим храмом. Наше выступление было первым концертом рок-группы в этом зале, и японцам это не понравилось. Они угрожали организаторам концерта расправой, поэтому в зале, было много полицейских. Японцы на редкость дисциплинированные люди. На десять тысяч зрителей приходилось три тысячи полицейских. Полиция была повсюду и держала зрителей под контролем».

 

Джордж Мартин (музыкальный продюсер «Битлз»): «Нам было тревожно. Помню, в Германии Джордж получил письмо, где говорилось: «Вы не доживете до следующего месяца». А когда они прибыли в Японию, охрану так усилили, что им не давали ступить ни шагу. Японцы очень серьезно относятся к такого рода угрозам».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Не могу сказать точно, когда, где и как Битлы узнали – если вообще узнали – об угрозах убийства, но какая бы информация до них ни дошла, не думаю, что они восприняли бы всё это серьёзно. В любом случае, они не обсуждали этот вопрос. Судя по тому, что они говорили позже, полагаю, что они не осознавали, насколько опасна была группировка фанатичных студентов.

По мнению Джорджа, полицейские фотографы с мощными телеобъективами снимали поклонников, которые плохо себя вели, вскакивали со своих сидений или кричали слишком громко. Это не так, Джордж! Эти парни высматривали в зрительном зале потенциальных снайперов, и если бы это произошло, то камеры могли в мгновение ока превратиться в огнестрельное оружие.

То, что рассказали мне рыдающие девочки-подростки в вестибюле отеля о властях и ведущих средствах массовой информации, вступивших в сговор для замалчивания угрозы убийства, оказалось правдой. В конце концов представитель британского посольства в Токио Дадли Чик признался, что фанатичные противники группы угрожали убить Джона, Пола, Джорджа и Ринго».

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

 

 

 

Ацуши Ногучи (автор книги «Я видел их стоящими там»): «Перед выступлением «Битлз» на сцене были также местные исполнители: Юя Учида, Исао Бито и Хироси Мотидзуки».

 

Пол: «Перед нами выступала одна забавная местная группа. Это было в те дни, когда японцы толком не знали, как играть рок-н-ролл, хотя теперь они довольно хорошо в нём разбираются. Они спели песню «Привет, Битлз! Добро пожаловать, Битлз!» – что-то довольно глупое с точки зрения рок-н-ролла, но с их стороны это было очень мило».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Начало первого выступления было запланировано на 18:30.

Красивая архитектура и отделка внутренних помещений Будокана создали необычную атмосферу спокойствия. Я сразу же отметил дисциплинированное поведение зрителей. Зал был наполнен возбуждённым гудением, но всё было под контролем. Мы слышали, что японская публика может быть совершенно необузданной, но в Будокане был не тот случай. Возможно спокойствие аудитории было следствием большого числа полицейских – по одному на несколько поклонников. Они по очереди пробирались к своим местам с под чётким руководством смотрителей в униформе, общались между собой эмоционально, но тихо, и даже без намёка на какую-либо истерию, с которой мы сталкивались в других частях мира. Зрители были принарядившимися словно для вечеринки детей воскресной школы. У многих были с собой маленькие флажки или носовые платки, которыми они махали во время концерта. У некоторых были букетики цветов.

Незадолго до выхода на сцену «Битлз», я вместе с Брайеном Эпстайном пробрался в зону для особо важных персон. Подобно многому другому в Японии, наш пропуск «Доступ во все зоны» отличался от всех, с которыми мы сталкивались ранее. Пропуском была матерчатая нарукавная повязка с надписью на японском языке».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Э.Х.Эрик произнёс речь на японском языке, и затем объявил: «Дамы и господа, встречайте Битлз!»».

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Группа вышла на сцену, подключила гитары и проверила, все ли усилители работают. Ринго сел на высокий подиум в задней части сцены и проверил барабанную установку, затем поправил тарелку».

 

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

beatlesbible.com: «Перед десятью тысячами зрителей группа исполнила 11 песен: «Музыка рок-н-ролл» (Rock And Roll Music), «Она женщина» (She’s A Woman), «Если бы мне был кто-то нужен» (If I Needed Someone), «Турист на один день» (Day Tripper), «Крошка в черном» (Baby’s In Black), «Мне хорошо» (I Feel Fine), «Вчера» (Yesterday), «Хочу быть твоим мужчиной» (I Wanna Be Your Man), «Человек из ниоткуда» (Nowhere Man), «Автор бестселлеров» (Paperback Writer) и «Я подавлен» (I’m Down)».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «На заднем плане была размещена огромная вывеска со словом из названия группы «БИТЛЗ» – простой, но захватывающий дух фон».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Японская телекомпания «Эн-Ти-Ви» сняла вечернее выступление, но запись была плохого качества из-за проблем с микрофонами, которые болтались из стороны в сторону на протяжении всего концерта. По этой причине Брайен Эпстайн не дал разрешения использовать эту съёмку, и было решено снять дневное выступление 1 июля. В процессе съёмки было задействовано шесть камер (три – цветного изображения, три – чёрно-белого).

Для первого концерта «Битлз» оделись в тёмные пиджаки и брюки, а для второго – в светло-серые пиджаки в тонкую полоску и чёрные брюки».

 

Миеко Ивабути: «Я была на всех пяти концертах «Битлз». Визит группы совпал с моими экзаменами в университете. Мой дедушка был врачом, поэтому мама сказала ему, что я заболела, чтобы получить справку о том, что я больна. Я была ей очень благодарна за это».

 

Рональд «Джин» Зальцгавер: «Когда Потрясающая четверка прибыла в Японию, я работал в «Асахи Ивнинг Ньюс». Не помню, на каком из их выступлений мы были с женой, но впечатления остались просто невероятные. Концерт был хорошо организован. Было очень громко, что само по себе электризовало. Музыка была громкой. У них была замечательная звуковая система. После этого я стал их поклонником».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Проверив инструменты, они открыли выступление песней «Музыка рок-н-ролл» (Rock And Roll Music)».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «У группы сразу же начались проблемы с микрофонами. Все передние микрофоны постоянно падали со стоек и вертелись вокруг своей оси, в результате чего уровень громкости слышимого аудиторией пения то нарастал, то убывал. Полу, Джорджу и Джону приходилось неоднократно поправлять микрофоны и закреплять крепления, которые их держали. Это особенно раздражало Джона, который громко ругался и кричал Мэлу Эвансу, чтобы он помог. К счастью, даже те немногие японские девушки, которые понимали английский, не разобрали ругательства Джона. Как всегда, Мэл был наготове, но не мог ничего поделать, чтобы решить эту проблему, потому что языковый барьер не позволил ему объяснить японским работникам сцены необходимость заменить микрофонные стойки».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Проблемы с микрофонами начались с первой песни, и Джону пришлось отступить влево, чтобы петь прямо в микрофон, который свободно вращался на стойке».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «С первой же песни зрители дали себе волю, аплодируя и крича от всего сердца, а букеты цветов полетели в направлении сцены. Но вскоре они успокоились и тихо сидели с руками на коленях, время от времени издавая возгласы ликования, но оставляя самые громкие крики восторга на конец песни. Битлам оказалось трудно установить контакт с аудиторией, потому что мешало пустое пространство между сценой и двумя ярусами сидений».

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Практически сразу же после завершения первого номера без какого-либо объявления «Битлз» начинают вторую песню «Она женщина» (She’s A Woman). У Пола с его микрофоном проблем оказывается ещё больше: отчётливо видно, как микрофон несколько раз поворачивается в разные стороны, и Полу приходится несколько раз его поправлять. Не смотря на энтузиазм Пола, песня исполняется кое-как. В кадр несколько раз попадает крупный план Ринго, заметно скучающего за своими барабанами».

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Исполнив песню «Она женщина» (She’s A Woman), Пол выходит вперёд и объявляет следующую, поприветствовав японских поклонников на их родном языке: «Домо!» Затем он пытается закрепить микрофон, но безуспешно. Пол прекращает попытки, воскликнув «Ой!», и в громкоговорителях раздаётся странный звук. Джон также делает попытку поднять стойку выше и закрепить микрофон. За кадром Джордж меняет гитару «Эпифон Казино» на «Рикенбэкер 360/12» и, пока Пол объявляет «…в исполнении нашего гитариста Джорджа, она называется «Если бы мне был кто-то нужен» (If I Needed Someone). Джордж выходит вперёд и начинает играть вступительный гитарный рифф. К сожалению, великолепные вокальные гармонии и звонкие гитары, записанные на пластинке, теряются в этом скудном исполнении. Джон и Пол подпевают вместе в один микрофон, в то время как Джордж стоит один у своего, периодически его поправляя. Ринго в очередной раз показан равнодушно сидящим, играющим со скучным видом. В какой-то момент Джордж машет зрителям рукой, отчего они начинают кричать. Он объяснил это тем, что специально вызывал эмоции в особо сложных местах песни (в данном случае – во время вокальных гармоний), чтобы заглушить ими ошибки исполнения».

 

 

 

 

Фото Йомиури Шинбуна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «В вежливости японской публики было что-то сверхъестественное. Аккуратные мальчики и девочки скромно сидели на своих местах и аплодировали после каждого номера».

 

Джордж: «Зрители вели себя сдержанно, хотя и вскакивали на ноги – точнее, пытались, но повсюду были полицейские с камерами с телефотообъективами, и они фотографировали каждого, кто пытался пробраться поближе к сцене. Люди не могли вести себя свободно, реагировать на нас так, как им хотелось. Прием был теплый, но немного бесстрастный, как и сама Япония».

 

Ринго: «Публика была очень смирной. Если вы посмотрите фильм, то увидите полицейского в каждом ряду. Во время нашего выступления они все были в восторге, сидя на своих местах, но не могли этого выразить».

 

Пол: «Зрители вели себя очень смирно по сравнению с тем, что было на Западе, но, похоже, им это нравилось».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Впервые за долгое время зрители слышали ребят. Никто не кричал, и это было неожиданно: ребята вдруг поняли, что они фальшивят, им пришлось подстраиваться друг под друга. Второй концерт оказался удачнее: к тому времени они сыгрались. Но первый – дневной, привел их в состояние шока».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Песня заканчивается, и Джордж снова меняет гитару, а Джон объявляет следующий номер. Он снова пытается отрегулировать микрофон, но это бесполезно – микрофон просто не закрепляется, – и он произносит: «Что с этим микрофоном, а?» Джон продолжает говорить, не будучи уверенным, была ли следующая песня синглом, или нет: «Там эта песня была синглом… вроде бы…», затем, внезапно вытянув руки к небу и выпалив нечто неразборчивое, заканчивает: «…и песня называется «Турист на один день» (Day Tripper)». С болтающимися во все стороны микрофонами «Битлз» стараются изо всех сил, но исполнение выходит медленным и натужным, при этом они ошибаются в аккордах и поют мимо нот. Проблемы с микрофонами, похоже, забавляют Джона и Пола, которым приходится чуть ли не касаться друг друга щеками, чтобы попадать в один микрофон».

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Проблемы с микрофонами продолжаются и во время следующего номера «Крошка в черном» (Baby’s In Black): Джон и Пол пытаются одновременно петь в один микрофон, который крутится на стойке во все стороны».

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Следующую песню «Мне хорошо» (I Feel Fine) объявляет Джордж, после чего делает шаг назад, чтобы подхватить открывающий гитарный рифф Джона. В конце гитарного соло Джордж и Пол машут зрителям, провоцируя их на всплеск эмоций. За исключением пары ошибок в тексте, исполнение неплохое».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Затем Джордж выходит на передний план и объявляет следующую песню: «Спасибо, спасибо большое. Следующая песня, которую мы хотели бы исполнить, из долгоиграющей пластинки… э-э-э, «На помощь!»… и она называется «Вчера» (Yesterday)».

Снова Полу приходится петь её в тональности соль (на пластинке она записана в фа), отчего она звучит несколько натянуто. Камеры сфокусированы в основном на лице Пола – и та, что берёт крупный план, и та, что берёт общий, – и впервые за весь концерт микрофон почти не болтается!»

 

Кей Исидзака: «Когда «Битлз» выступали в «Будокане», я училась в университете. Те, кто говорит, что они были неопрятными, не понимают, о чём говорят. Но я была слишком взволнована, чтобы понять, хороши они или нет. Песня «Мне хорошо» (I Feel Fine) была лучшим номером группы, но «Вчера» (Yesterday) была моей любимой. Я плакала».

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Пол объявляет следующую песню, которая, как он говорит «…называется очень просто: РИНГО!», и камеры нацеливаются на Ринго, который подвигает к себе микрофон и начинает петь «Хочу быть твоим мужчиной» (I Wanna Be Your Man). Большую часть песни в кадре мы видим только его, впрочем, Джон и Пола тоже показывают в какой-то момент подпевающими в один микрофон и валяющими дурака».

 

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Исполнив номер, Ринго приподнимается и кланяется, Джон благодарит его и объявляет следующую песню, «Человек из ниоткуда» (Nowhere Man). Он объявляет её, как сингл, но Пол поправляет, и Джон, шутя, извиняется: «Знаете, я в этом не разбираюсь!» Перед тем, как объявить название песни, Джон машет толпе, и она мгновенно отвечает криком, показывая свою готовность отозваться на любой жест со стороны «Битлз». Опять-таки, трёхголосие, так хорошо знакомое по студийной записи, в этом исполнении проигрывает. Не лучшая из их попыток, учитывая также путаницу в словах и аккордах. На этот раз уже Джордж поправляет микрофон, в который они поют с Полом».

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Следующий номер объявляет Пол (в очередной раз пытаясь поправить микрофон на стойке): «…наша новая пластинка здесь в Японии, и мы хотели бы исполнить её сейчас, называется «Автор бестселлеров» (Paperback Writer)». Голос Пола порой едва слышен из-за болтающегося во все стороны микрофона, и в какой-то момент он хватает его рукой довольно нервно, словно бы ему это надоело. Именно эта песня приведена в «Антологии» в качестве иллюстрации к словам Джорджа о том, как им приходилось махать поклонникам, чтобы их крики заглушили ошибки исполнения. Видно, как он делает этот жест, прежде чем исполнить высокую ноту в середине песни, в результате чего они с Джоном смотрят друг на друга и понимающе улыбаются. Во время исполнения «Братца Жака» (подпевки «Автор бестселлеров» (Paperback Writer)), Джон и Джордж смеются из-за устроенной ими словесной неразберихи».

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Они кланяются, а Пол берётся за микрофонную стойку и объявляет заключительный номер.

Он делает последнюю попытку поправить микрофон, произнося: «Вот бы этот микрофон не болтался… эта песня, э-э-э, следующая песня будет сегодня последней, – и, прежде чем продолжить, бросает взгляд на наручные часы, – поскольку нам пора заканчивать. В общем, мы хотели бы, чтобы все присоединились и хлопали в ладоши, топали ногами, и всё такое, песня называется… до свидания, ещё увидимся».

До самого последнего концерта Пол больше не будет объявлять название последней песни – возможно, потому что он сам не знал до последнего момента, какую выберет – «Долговязая Салли» (Long Tall Sally) или «Я подавлен» (I’m Down). Так как обе песни очень похожи и написаны в одной тональности, остальные трое могли подыграть ему без проблем. В данном случае они исполнили «Я подавлен» (I’m Down), и, хотя орган стоит на сцене, Джон продолжает аккомпанировать на гитаре. Пол выдаёт энергичное исполнение, в то время как Джон и Джордж дурачатся, подпевая ему во второй (разумеется, болтающийся) микрофон. Ринго присутствует на заднем плане».

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Отыграв, они отключают инструменты и покидают сцену: сперва Джон, за ним – Ринго, Джордж и Пол, прислонивший свою бас-гитару к усилителю. Э.Х.Эрик возвращается на сцену, чтобы поблагодарить публику и попрощаться, а затем он тоже уходит.

Досадно, что к этому периоду своей карьеры «Битлз» играли уже относительно слабо, так как это была их, пожалуй, самая качественная съёмка на тот момент – с использованием самой передовой видео и звуковой технологии. Впрочем, как уже было объяснено выше, Брайен Эпстайн всё равно не позволил бы обнародовать этот концерт из-за проблем с микрофонами, и дал согласие на съёмку дневного шоу следующего дня в надежде на лучший результат».

 

Пол: «Наше выступление прошло довольно неплохо».

 

Тиёко Ватанабэ: «Их выступление было слишком коротким».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Дадли Чеке (поверенный в делах британского посольства): «По словам полиции, которая, похоже, становится ведущим японским авторитетом в области Битломании, бум «Битлз» продолжится. Полиция считает, что это произошло потому, что поклонники «Битлз» почувствовали себя неудовлетворенными из-за краткости выступлений группы и того факта, что они не могли приблизиться к своим кумирам. Этот визит следует рассматривать не как пик бума, а как один из этапов его развития».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Несмотря на превосходную организацию концерта и пронизывающую всё обстановку самого места, Битлы дали выступление, которое разочаровало. Между 1963 и 1966 годами мне пришлось быть свидетелем множества концертов ребят, но, должен сказать, что это первое выступление в Будокане было среди наименее впечатляющим из всех них. Пению не хватало эмоций или страсти, игра была небрежной и равнодушной. Ко всему прочему, казалось, что группа продирается сквозь выступление, словно они не могут дождаться, когда оно закончится. Ни один из ансамблей не бывает всегда в ударе во время выступлений на сцене, но немногие из выступлений «Битлз» были настолько неудовлетворительны, как это.

Может быть, их выбил из колеи этот ров вокруг сцены вкупе с непривычно тихой толпой. Поклонники же совершенно не обращали внимания на тот факт, что то, что предстало их взору – было намного ниже стандартного уровня исполнения. Они наслаждались каждым моментом и, хотя их реакция была менее шумной и физически менее заметной, чем та, которую мы видели в других странах, она была явно чистосердечной и искренней.

Англоязычная часть средств массовой информации, представленная токийской «Таймс», оправдывала «Битлз», не комментируя слишком много само качество музыкального выступления, а сделав акцент на сильно преувеличенной и эмоциональной реакции публики. Большую часть их статьи можно было написать заранее. Он считали, что наше первое шоу было «кричащим, оглушительно успешным», добавив, что единственный раз за все полчаса, когда толпа успокоилась достаточно для того, чтоб услышать хоть что-нибудь, было, когда Пол спел песню «Вчера»: «Под присмотром полицейских в белых головных уборах подростки кричали и размахивали платочками, и у многих по лицу ручьём бежали слёзы». Этот же репортёр придумал фразу «густоволосые герои», которая мне понравилась. Может быть, мне следовало нанять этого парня, чтобы он присоединился к моей команде по связям с общественностью.

Стремительно удравшие после своего первого шоу Битлы знали, что оказались не на высоте. Когда они стирали полотенцами пот со своих лиц в костюмерной, первым признавшим правду оказался Джордж: «Это было моё худшее исполнение [песни] «Если бы мне кто-то был нужен» за всё время!».

Ринго пожал плечами и ответил что-то вроде: «Во всех турне бывают как хорошие дни, так и плохие». Остальные отнесли это на задержку самолёта, в частности девяти часов, добавленных к нашему путешествию остановкой в Анкоридже. Но Джордж был самым объективным: «Давайте признаем, что всё это именно так, как становится для нас турне в наши дни. Мы сгораем дотла на этих бессмысленных концертах, когда мы могли бы делать намного лучшие вещи в студиях звукозаписи». Они выразили словами то, о чем какое-то время думали мы все. Битлам нужно было уменьшить количество концертов и намного больше времени проводить в комплексе студий «И-Эм-Ай» на Эбби-Роуд в Сент-Джон’с-Вуде. В течение нескольких последующих недель остальные признали, что согласны с Джорджем, и время гастролей подходит к концу».

 

Джордж: «Возвращение в отель было знакомой процедурой в обратном порядке: концерт, подъем в номер – и всё».

 

Ацуши Ногучи (автор книги «Я видел их стоящими там»): «Битлы отказались от приглашения в британское посольство из-за неудачного опыта в британском посольстве в Вашингтоне, когда Ринго Старру отрезали прядь волос».

 

 

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Парни занимают себя всевозможными занятиями, такими как проигрывание своих магнитофонов, игра в карты, выпивка, и даже немного рисование».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Ребята были очарованы японскими традиционными кисточками для рисования, и они купили несколько кистей, тюбиков масляной краски, наборы акварельных красок и другие принадлежности художников».

 

beatlesbible.com: «Бумагу и краски предоставил японский промоутер Тацудзи Нагашима».

 

 

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Так как мы не могли ничего понять из того, что транслировалось по телевизору, рисование стало новым любимым увлечением. Мы заказали в номер огромные листы бумаги – прекрасной японской художественной бумаги, сделанной вручную – и четвёрка ребят растянула один из них под настольной лампой. Каждый из Битлов занял один угол листа и приступал к работе, деловито обмакивая кисти и экспериментируя с различными цветами».

 

Пол: «В номере отеля мы все вместе нарисовали картину: взяли лист бумаги, начали каждый со своего угла и сошлись в середине. Нам просто нужно было убить время. Недавно я видел её: яркая, психоделическая бессмыслица».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Кажется, насколько я помню, Джон работал маслом, используя тёмные цвета для драматичного эффекта, тогда как остальные трое предпочли более светлую и яркую акварель. Никогда ранее, да и позднее, я не видел Джона, который был известен своим пристрастием к чему-либо лишь на короткие промежутки времени, таким сконцентрированным, с такой удовлетворённой решимостью в таком необязательном деле!

Во второй и третий дни у нас были дневные выступления в добавление к вечерним, поэтому совместное рисование было завершено не в один присест, а в течение различных спокойных моментов, когда ничего другого не происходило. Такие моменты было непросто улучить, но постепенно четыре рисунка достигли центра листа, и это чрезвычайно многоцветное произведение искусства было закончено.

Это весёлое рисование было для четырёх утомлённых гастролями битлов чудесной терапией, расслаблявшей их полностью и поддерживавшей их интерес в нетипичной области».

 

Роберт Уитакер (фотограф): «Я отметил, что кроме музыки, рисование было единственным творческим занятием, которое группа «Битлз» выполняла совместно. Никогда не видел их такими счастливыми – ни выпивок, ни наркотиков, ни девочек – только совместное творчество без отвлечений».

 

beatlesbible.com: «В один из этих дней группа нарисовала картину, получившую название «Образы женщины». Все четыре участника группы раскрасили лист бумаги, в центре которого была установлена настольная лампа. Когда рисунок был закончен, лампу убрали, и Битлы подписали оставшееся пустое место рядом со своей частью картины».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Они все вместе нарисовали замечательный рисунок, каждый свою часть, и все подписались. Я думаю, что она должна уйти на аукцион в качестве благотворительности или ещё чего-нибудь».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Рисунок четырёх Битлов сейчас стоил бы целое состояние, но завершённое изделие было подарено управляющему японским отделением клуба поклонников. Я сказал ему, что Битлы хотят, чтобы рисунок был выставлен на аукцион среди членов клуба, а вырученные средства пошли на благотворительность. В качестве альтернативы он мог организовать конкурс – например, соревнование по рисованию – и подарить победителю работу Битлов. Кажется, этот уникальный трофей за последние годы несколько раз сменил владельца, но, насколько мне известно, он остался в Японии».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они нарисовали абстрактную картину, позже подаренную президенту местного клуба поклонников группы».

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ацуши Ногучи (автор книги «Я видел их стоящими там»): «Джон, Пол, Джордж и Ринго подарят свою красочную абстрактную композицию под названием «Образы женщины» президенту местного клуба-поклонников Тетсусабуро Симояме».

 

 

 

 

 

Перелёт из Анкориджа в Токио

28 июня 1966 г.

 

 

Джордж: «Там мы пробыли около двенадцати часов. Больше я там не бывал, но когда-нибудь хотел бы вернуться».

 

Ринго: «Анкоридж на Аляске показался нам чем-то вроде ковбойского городка, настоящим захолустьем. Аляска запомнилась мне только тем, что в аэропорту я увидел огромного, шикарного белого медведя в стеклянной витрине».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Группа продолжила полёт в Токио».

 

Джордж: «А затем – после стихии – мы снова полетели в Японию».

 

Марк Кондон: «В аэропорту Анкориджа мама снова встретилась с измученными Битлами, которым всю ночь не давала спать толпа кричащих поклонников.

Поскольку маршрут был изменён, у Битлов не было возможности забрать свой багаж, который хранился на борту самолёта. Во время полёта в Токио Джон Леннон спросил маму, сможет ли она погладить его пиджак, так как он был так помят, что он очень беспокоился о том, как будет выглядеть, когда выйдет из самолёта и предстанет взору японских поклонников. Мама попыталась разгладить складки, но решила, что это прекрасная возможность предложить накидки хаппи. Она сказала Джону, что если он, Ринго, Пол и Джордж наденут хаппи, то смогут не только скрыть свою помятую одежду, но, более того, японские поклонники обрадуются увидеть их в традиционной японской одежде. По её словам, в тот день Джон был самым дружелюбным в группе, и он охотно согласился, договорившись с остальными.

В качестве благодарности авиакомпания подарила маме желанный билет на концерт «Битлз» в Будокане. По её словам, именно тогда она почувствовала себя настоящей поклонницей «Битлз», потому что пока она обслуживала их в самолёте, они были просто её гостями, а она просто их стюардессой.

Ещё до того, как они прибыли в Японию, мама попросила их подписать фотографию. Она всё ещё висит на стене у нас дома – запечатлённый момент времени ушедшей эпохи, когда четыре английских парня были самыми известными людьми в мире».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Ринго, недавно купивший один из первых портативных кассетных магнитофонов, во время полёта записывал разговоры».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Не помню ничего о перелёте между Анкориджем и Токио. Кажется, большинство из нас сразу отрубилось и не обратило внимание на предоставленную еду».

 

 

 

Вылет в Токио

27 июня 1966 г.

 

Джордж: «После концерта нас увезли из Гамбурга в «Шлосс» – большой замок-отель, – где мы провели ночь».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В понедельник после насыщенной ночи всё, что нам хотелось – это выспаться».

 

 

 

 

На лестнице отеля с участниками немецкой группы «Раттлз». На снимке: Ринго, (в центре) Герман Рюгенштейн, Джордж, Дики Таррах, Герберт Гильдебрандт, (в первом ряду) Джон, Пол, Ахим Райхель. Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «27 июня в 4:05 «Битлз» вылетели в Лондон из аэропорта Фульсбюттель. Поклонники не подозревали, что шесть концертов в ФРГ были их последней возможностью увидеть «Битлз», играющими вживую на европейской сцене».

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Джоханнеса Гивисса.

 

 

 

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Мы улетели рейсом японских авиалиний. Японцы по сравнению с нами были на высшем уровне. Когда мы поднялись на борт, нам дали прекрасные кимоно – черное с золотым. Оно оставалось у меня много лет. Также мы получили по маске, чтобы прикрывать глаза, и шлёпанцы».

 

 

 

«Битлз» покидают Гамбург рейсом японских авиалиний, фото Петера Тимма.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Группа вернулась в аэропорт «Хитроу», а затем вылетела в Токио».

 

Джордж: «На следующий день после концерта в Гамбурге мы вылетали в Токио. Сперва мы вылетели в «Хитроу», где пересели в самолёт в Японию».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Из «Хитроу» почти сразу же мы пересели на рейс японских авиалиний, который отправлял нас в диаметрально противоположном направлении – на восток.

Когда мы приготовились к взлёту, Пол попытался подсчитать расстояние, которое мы пролетим, прежде чем это летнее турне завершится в августе в Сан-Франциско. «Думаю, что только американская часть составит что-то около 30 или 50 тысяч километров» – заявил он, но никто из нас не стал изводить себя точным подсчётом. Когда нас везли к взлётной полосе, Джон как обычно паясничал, пытаясь успокоить свои и Джорджа нервы».

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Маршрут полёта пролегал над Северным полюсом».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Из Гамбурга через Северный полюс мы летели в Токио».

 

 

 

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «А ещё нам вручили свидетельство японских авиалиний за пересечение северного полюса».

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Чем заняться во время длинных перелётов всегда было для нас проблемой. Как правило, какими бы усталыми не были парни перед взлётом, как только мы отрывались от земли, они становились слишком напряжёнными, чтобы уснуть. Часто мы размещались в зоне отдыха в передней части салона, и Мэл Эванс доставал колоду карт. Любимой игрой был покер. Во время полёта в Токио они предпочли «Словарь» – игру в слова, которую сами придумали. На самом они позаимствовали её из какой-то программы по телевидению. Мне эта игра напомнила вариацию «Угадай, что я блефую».

В игре участвовали Брайен Эпстайн, Нил Аспинал и все остальные из нашей компании. Мэл открывал карманный словарик и начинал игру, выбрав какое-нибудь мудрёное слово. Каждый записывал придуманное определение – чем безумнее, тем лучше – и, после того как они все зачитывались, каждый игрок голосовал за то, которое считал правильным. Тому, у кого определение совпадало с тем, что было указано в словаре, начислялось очко. Либо если удавалось обмануть другого игрока, заставив его поверить, что твоё выдуманное определение является правильным. Но самым большим весельем в игре было зачитывание всех предположений – «частично порабощённая рабочая пчела или трутень», «вырезанная вручную кружка для бритья» или «тип карликовой зебры, которая водится в болотистой местности южной Австралии». Всё очень несерьёзно, но благодаря виски с колой, это занимало время полёта».

 

 

 

 

Марк Кондон: «На снимке Роберта Уитакера стюардесса подаёт Полу Маккартни шампанское. Эта стюардесса – моя мать.

В то время моя мама Сатоко Кавасаки была стюардессой в авиакомпании «Японские авиалинии». Когда стало известно, что «Битлз» должны будут приехать в Токио на концерт, она знала, что должна лететь этим рейсом. Тем не менее, состав экипажа комплектовался за несколько месяцев, поэтому для того, чтобы попасть на этот рейс, ей нужно было подтвердить свой уровень. Она обратилась в отдел по связям с общественностью авиакомпании, чтобы узнать, что для этого нужно сделать.

В отделе по связям с общественностью с ней встретился сотрудник по имени Иту сан, который придумал смелый маркетинговый ход для рекламы авиакомпании. Он решил, что если Битлы наденут накидки хаппи (прим. – традиционная японская одежда, которую обычно носят только во время праздников) с логотипом авиакомпании, то когда они выйдут из самолёта, бренд компании увидят миллионы поклонников по всему миру, и это станет величайшей бесплатной рекламой в истории авиации.

У моей мамы не было другого выбора, кроме как заявить, что она сделает всё возможное, чтобы это произошло. Таким образом Сатоко Кавасаки было поручено обслуживать салон первого класса, в котором должны были разместиться «Битлз» во время их перелёта из Лондона в Токио».

 

 

 

 

 

С Робертом Уитакером.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «К сожалению, надвигающийся тайфун вынудил самолёт сесть в Анкоридже, Аляска».

 

Джордж: «К сожалению на Токио обрушился ураган, и наш самолёт был направлен на Аляску».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Объявление капитана о тайфуне «Котёнок» стёрло улыбки с наших лиц. Все коммерческие рейсы в Токио были отменены, и нам пришлось садиться в Анкоридже.

Большинство из нас восприняли эту новость спокойно, так как чувства были приглушены выпивкой, а желудки довольно урчали после сытного обеда, но Эпстайн впал в ярость и спросил, где авиакомпания намерена разместить нас на то время, пока тайфун не стихнет. Его не устроил ответ капитана корабля, который сообщил, что приняты меры по размещению всех в отеле в деловом районе Анкориджа – одном из лучших в городе и хорошо известном экипажам авиакомпании. Он отметил дискоклуб на верхнем этаже, назвав его «потрясающим местом для досуга», и уверил, что он нам понравится.

Через некоторое время видя, что Брайен оставался рассерженным, он вернулся и сказал, что Джону, Полу, Джорджу и Ринго будет предоставлен люкс для новобрачных и несколько смежных номеров. Это вызвало у четвёрки веселье, и они стали предлагать друг другу руку и сердце».

 

Джордж: «Помню, как во время полёта смотрел в иллюминатор. Аляска была просто сказочной: горы, густые зелёные сосновые леса, потрясающие озера и реки. По мере того, как мы спускались все ниже и ниже, озера и деревья редели, а когда внезапно приземлились, то перед нашими глазами предстала развороченная бульдозерами пустошь, которую Человек устроил посреди пышной красоты. Я подумал: «Эх, вот и снова мы». Человечество продолжает оставлять свои уродливые следы, и рано или поздно они покроют всю планету. Везде торчат омерзительные маленькие отели – бетонные коробки. Это было особенно очевидно там, на Аляске. Обычно в городах они не выделяются, но среди миллиона акров девственного леса они довольно заметны».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Среди ночи, из-за тайфуна, бушевавшего в Китайском море, нас посадили в Анкоридже».

 

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Из аэропорта нас отвезли в отель в обычном автобусе авиакомпании».

 

 

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Из-за плохой погоды, тайфуна, или чего-то там такого, мы сели в Анкоридже. Я был очарован этим местом, потому что когда мы поехали из аэропорта, то не увидели автостоянок, мы увидели стоянки для самолётов, сотни и сотни самолётов. Здесь множество самолётов, намного больше, чем автомобилей. Конечно, много снега».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Случай с Анкориджем запомнился из-за своей исключительности. Из аэропорта нас отвезли в отель в обычном автобусе авиакомпании. На узких провинциальных улочках, когда мы останавливались на светофоре, местные жители заторможено реагировали, когда замечали кого-нибудь из Битлов, смотрящих на них затуманенным взором из окон автобуса».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Послал Джин открытку, чтобы сообщить, где нахожусь. На Аляске! Мы и не предполагали очутиться здесь, но пришлось приземлиться из-за непогоды».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В Анкоридже они разместились на ночь в отеле “Вествуд”».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Отель высшего качества».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мы заняли весь этаж отеля».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Было морозно, кружил снег, и когда всех разместили в маленькой гостинице, Брайен с Битлами выглядели такими огорчёнными, словно тайфун нанёс им личное оскорбление».

 

 

 

Вид из отеля, фото Роберта Уитакера.

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Служащие отеля делали всё возможное, чтобы оказать гостеприимство. Они даже согласились не беспокоить Битлов просьбами подписать автографы. Мы договорились, что если группе не станут докучать, то перед нашим отъездом я отдам управляющему отеля фотографии с автографами, которые на самом деле, подписывал один из дорожных менеджеров, которые научились почти безупречно подделывать их подчерк. В разгар Битломании, когда их автографы были очень востребованы, я бы сказал, что по меньшей мере четыре из каждых пяти подписей были сделаны дорожными менеджерами или секретаршами».

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «В течение получаса после их приземления новость о том, что «Битлз» находятся в отеле, стала достоянием всех и, несмотря на отдалённость места событий, отель быстро был окружён поклонниками. Тут же возникли и представители местной радиостанции, начав трансляцию прямо из отеля».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Одна местная радиостанция отправила в отель своего ведущего, чтобы он вёл репортаж из номера этажом ниже: «Приходите сюда, друзья! Битлам не терпится с вами встретиться».

Моя политика, когда это было возможно, заключалась в том, чтобы предоставить журналистам время для общения с Битлами, позволить им сделать снимки и задать несколько вопросов. Мы сделали Битлов намного более доступными, чем сравнимые с ними суперзвёзды мирового класса. Это помогало устанавливать благожелательные отношения между группой и средствами массовой информации. Похожим образом Потрясающая четвёрка общалась с небольшими группами поклонников. В Анкоридже я попросил ребят высунуться из окна и поприветствовать толпу».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мой телефон разрывался от звонков новостных агентств и местных поклонников. Во время турне мы блокировали входящие телефонные звонки в номера группы, но оставляли открытой мою линию, чтобы я мог выполнять свою работу. Брайен Эпстайн запрещал звонки в свой люкс, и они перенаправлялись в мой номер без каких-либо предупреждений. Меня это немного раздражало, так как хватало своих дел по линии связи с общественностью, а тут приходилось выполнять функции его секретаря. Но это было частью гастрольной жизни. Так дорожный менеджер, отвечающий за музыкальные инструменты, мог штопать чью-то порванную футболку, а пресс-агенту приходилось заколачивать гвозди, чтобы сохранить ударную установку Ринго».

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Анкоридж Дейли», 4 июля 2014: «Из номера Джордж Харрисон позвонил в престижную мужскую галантерею «Сейденверг энд Кэй» на Четвертой авеню, и заказал шляпу и пару рубашек. Владелец доставил товар и сказал, что встретивший его Харрисон выглядел настороженным и внимательным, но остальные трое сидели без дела, скучали и были немного раздражёнными».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Местный ди-джей провёл для них экскурсию по Анкориджу».

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Во время нашей короткой остановки местный ди-джей показал нам Анкоридж, и это заняло несколько часов».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Не думаю, что кому-нибудь из нас удалось хорошо отдохнуть, хотя я с удивлением узнал, что пара ребят сумела выбраться на короткий вечерний осмотр достопримечательностей».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Вечером группа посетила клуб с названием «Вершина Мира», располагавшимся на верхнем этаже отеля».

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «В отеле на верхнем этаже располагался клуб, который назывался «Вершина Мира», ни больше ни меньше!».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Наше желание выспаться во время этой непредвиденной остановки стало невозможным, когда местная пресса узнала, что прямо у них под носом находятся самая знаменитая в мире группа. Битлы на Аляске?! Невозможно, но это так!»

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Вылет в Японию этим утром, или завтра».

 

 

 

 

 

 

 

 

Выступление в Гамбурге

26 июня 1966 г.

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Уже почти два часа ночи, выпивка и карты. Надеюсь до прибытия в Гамбург поспать хотя бы пару часов».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Гамбург был выбран исключительно по ностальгическим соображениям. Мы добирались на самолете и на частном поезде, и Битлы всю дорогу с воодушевлением вспоминали старые времена на Рипербане».

 

 

 

В поезде во время интервью Пол сказал: «Хочу увидеть, как просыпается Гамбург. Вернуться в Гамбург – это приятное чувство. В Гамбурге у нас было трудное время. Сейчас я не хочу видеть нашу старую квартиру или клуб «Звезда». Это всё осталось позади».

 

 

 

Меню с автографами «Битлз».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В 6 часов утра они прибыли в Гамбург».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Прибыли в Гамбург, приблизительно в шесть утра».

 

Торстен Кнублаух (автор книги «Пять дней Битломании в Германии): «Около 5:30 утра они прибыли на небольшую пригородную станцию в Аренсбурге. Чтобы избежать неприятностей, место прибытия было засекречено, но это не помешало появлению там около тысячи поклонников. План полиции был кем-то слит в прессу».

 

 

 

 

Джордж: «Сначала мы дали концерты в Мюнхене и Эссене, а потом поездом добрались до Гамбурга – впервые с 1962 года».

 

 

 

Когда в 5:30 утра «Битлз» прибыли на вокзал Гамбурга, их встречало около двухсот поклонников. Они прибыли на вокзал Аренсбург вместо главного вокзала в центре города, чтобы не столкнуться с многочисленными поклонниками. В кадре поклонницы Соня (в тёмных очках) и Эльке (спиной к камере) с книжками для автографов.

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «На кадрах кинохроники показано прибытие «Битлз» на железнодорожный вокзал в Аренсбурге в 5:25 утра. На платформе их встречали старые друзья с гамбургских времён, в их числе и барменша клуба «Звезда» Беттина Дерлиен (урождённая Дабельстайн)».

 

 

 

На снимке Соня и Эльке. На заднем плане старые друзья по Гамбургу: Ики Браун и Беттина Дерлин.

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Хотя мы подъехали к платформе центральной станции Гамбурга только в начале рассвета, старые друзья ждали их всю ночь, чтобы поприветствовать Джона, Пола, Джорджа и Ринго. Я не знал их в лицо, но парни были настолько вне себя от радости, увидев их, что я понял, что они, должно быть, очень особенные друзья ещё с начала шестидесятых».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Двум поклонницам (Эльке и Соне) удалось получить автографы.

 

 

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

Группе пришлось прорываться сквозь толпу поклонников.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они разместились в отеле «Замок» в городке Тремсбюттель, расположенного в тридцати километрах от Гамбурга».

 

 

 

Чтобы избежать наплыва поклонников было решено остановиться за городом.

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Разместились в отеле «Шлосс», но это за пределами Гамбурга».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Битлы разместились в номерах 10 и 27».

 

 

 

Номер «Битлз», кадры кинохроники.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «И отель, и прилегающий к нему огромный сад охранялись отрядом западногерманских полицейских из Ойтина».

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они проспали до 13:30, а затем вышли на балкон, чтобы поприветствовать несколько сотен собравшихся внизу поклонников».

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Где-то в течение дня из Баргтехайде в отель был вызван доктор Грюнхаген – у Джона возникли проблемы с голосом».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Было очевидно, что нервозность парней возрастала по мере приближения кульминационного момента их краткосрочного турне – финального концерта в Гамбурге. Горло Джона доставляло ему проблемы. Помню, что он всегда считал это следствием своего чрезмерно напряженного пения, но я полагаю, что это было из-за его нервного напряжения, потому что его голос уходил как раз в те моменты, когда ему было нужно совладать с ним в особых, в своем роде, случаях».

 

 

 

«Битлз» покидают отель, направляясь в зал Эрнста Мерка.

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

Зал Эрнста Мерка.

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Четыре состава доставило поклонников в Гамбург из Брауншвайга, Готтингена, Олденбурга и Киля».

 

 

 

Кадры кинохроники: прибытие состава с поклонниками.

 

 

 

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

C Беттиной Дерлин.

 

 

 

 

Джон демонстрирует фотографию Петера Брухманна, который фотографировал одно из выступлений «Битлз» в клубе «Топ Тен» в 1961 году. Он дал Джону и Джорджу копии сделанных им фотографий. Скорее всего, они впервые увидели эти фотографии. Фото Петера Брухманна.

 

 

 

Фото Петера Брухманна с автографами Пита Беста и Тони Шеридана.

 

Петер Брухманн (фотограф): «В 1966 году я сопровождал «Битлз» от имени журнала «Куик», чтобы сделать фотоотчет о концерте в Мюнхене, но потом я решил поехать с ними в Гамбург».

 

 

 

 

 

 

 

Фото Петера Брухманна.

 

 

 

С Катей Бергер.

 

Катя Бергер: «В 1961 году я работала сборщиком клубники, и в клубе «Топ Тен» угощала ребят ягодами. Из-за этого Пол называл меня «девушкой с красными волосами», «клубничкой» и «кетчупом» (у него не получалось правильно произнести слово «Катя»). Я была по уши влюблена в Пола. Он был как ангел с большими глазами. Мне хотелось, чтобы он меня полюбил, но я была не в его вкусе. Ему нравились изящные стройные блондинки, но мы с ним общались. Я говорила по-английски, что могли немногие из немцев. Я говорила ему, что они будут знаменитыми, а он смеялся.

Остальные мне тоже нравились. Стюарт был невысок, выглядел как Джеймс Дин и пел, подражая Элвису. Джордж всегда улыбался и был дружелюбно настроен. С Питом я ни разу не общалась. Джона я считала умным и очаровательным, не очень улыбчивым, но весёлым. Все Битлы были сексуально привлекательными, и было трудно определиться, кто из них самый сексуальный. Они не пытались быть, но были такими, и это была их естественность.

В 1966 году он подписал мне автограф: «Клубничке (Кате), с огромной любовью от большого поклонника – Пола Маккартни», под которым подписались Джордж, Джон и Ринго».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «В 1962 году я не был в Гамбурге, поэтому приезд туда в 1966 году стал для меня первым. Там собрались все немцы с Рипербана и из клубов, люди вроде Беттины, которые работали в баре или в гардеробах. Это были давние друзья ребят, с ними я не был знаком».

 

 

 

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

Шон О’Махони (редактор журнала «Битловская книга»): «Ослепительная улыбка Джона, который во время турне по Германии почти не снимал очки с цветными линзами».

 

 

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

 

На снимке: Джордж, Катя «Клубничка» Бергер, Пол, Ганс-Вальтер «Ики» Браун и его жена, актриса Эвелин Хаманн, Ринго, Джон и Беттина Дерлин.

 

 

 

 

Фото Петера Брухманна.

 

 

 

С Беттиной Дерлин.

 

Брайен Гриффитс (участник группы «Биг три»): Беттина была буфетчицей в клубе «Звезда», и была без ума от Джона Леннона».

 

Беттина Дерлин: «Он был моей первой настоящей любовью».

 

Тони Шеридан (музыкант): «Я даже не догадывался, что они любовники, но тогда никто не мог их понять».

 

Джон: «Она угощала меня выпивкой, когда у нас не было денег. И пилюлями – напечатайте это!» (прим. – пилюли – прелюдин, таблетки, содержащие амфетамин)».

 

Альберт Голдман (автор книги «Жизни Джона Леннона»): «Беттина не всегда была толстуш­кой. Когда Джон познакомился с ней, она была стройной и симпатичной. К несчастью, она забеременела, и Джон настоял на том, чтобы она сделала аборт. В то время в Германии это было незаконно. По её словам, именно после этого подпольного аборта у неё началось гормональное расстройство, и она стала толстеть, как на дрож­жах. Отношения Джона с Беттиной закончились, едва он покинул пределы Гамбурга.

Летом 1963 года [14 августа] Беттина упросила Большого Тейлора захватить её с собой в Англию, чтобы посмотреть на «Битлз» во время первой волны нахлынувшей на них известности. Они добра­лись до гостиницы, в которой остановились музыканты, вы­ступавшие в уэльском курортном городке Лландидно. Войдя в номер, Джон бросил взгляд в направлении Беттины, а за­тем уселся в другом конце гостиной и принялся слушать ра­дио, будто он её не заметил. Чтобы увидеть его, девушка проехала тысячу двести миль, а он даже не удосужился с ней поздороваться. Все остальные почувствовали себя ужасно неловко и просто не знали, что сказать. Одному только Ринго хватило приличия поприветствовать вновь приехавших. Беттина вернулась в Гамбург, где в последний раз Тейлор видел её среди проституток на Хербертштрассе – той самой улице, где девиц выставляют прямо в витринах».

 

Из письма Джорджа Харрисона к Астрид Киршер, август 1963: «Бетти (большая) приехала в Англию вся такая жирная и слезливо стенала: «Почему ты не написал Астрид», как будто это я виноват, так что, пусть заткнется. Жирная Бетти видела все фотографии Счастливых каникул [на Теренифе в апреле 1963], не так ли?».

 

Рози Вебер (подруга Беттины Дерлин): «Многое из того, что люди говорили о Беттине и Джоне, было слухами, но я знаю, что у Джона был очень сильный сексуальный аппетит, и довольно странные вкусы».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Пол с электронным бас-инструментом тубон.

 

 

 

Инструмент был изготовлен в 1966 году шведским производителем электронных ламповых органов «Джох Мустад» в Гетеборге, продавался по лицензии в Великобритании как «Ливингстон». Один из инструментов был куплен Полом Маккартни (партитура песни «Земляничные поляны навсегда» (Strawberry Fields Forever) включала вступление на тубоне, но в процессе записи этот инструмент был заменен на Чемберлин – электромеханический клавишный инструмент, предшествовавший Меллотрону).

 

 

 

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

 

 

Роберт Уитакер (фотограф): «Толпа возле зала Эрнста Мерка» (прим. – надпись: «Я Брайен Эпстайн!» была добавлена к фотоснимку позднее Мартином Шарпом. Речь идет об инциденте, о котором ему рассказал Боб Уитакер. В Гамбурге Брайен Эпстайн вышел из концертного зала, забыв свой пропуск. Перед началом концерта он попытался вернуться обратно, но не смог доказать охранникам, кем был на самом деле. В конце концов он сумел убедить одного из полицейских пройти в зал и проверить его полномочия».

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

Фотограф Йохен фон Бредов, Пол, Джордж и музыканты немецкой группы поддержки «Раттлз» из Гамбурга.

 

Йохен фон Бредов (фотограф): «Я познакомился с ними в начале шестидесятых, когда они выступали в гамбургском клубе. В 1966-м я работал журналистом».

 

 

 

Йохен фон Бредов, Беттина Дерлин, Катя Бергер, Ганс-Вальтер «Ики» Браун.

 

 

 

Мэл Эванс, Нил Аспинал, Альф Бикнел.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Группа отыграла два концерта в зале Эрнста Мерка (прим. – крытая арена вместимостью 5600 человек, названа в честь немецкого бизнесмена и политика Эрнста Мерка)».

 

 

 

Ведущим был актер Чарли Хикман.

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Зал был переполнен. Зная о том, как много друзей и старых поклонников находится среди аудитории, «Битлз» на сцене дали самые прекрасные выступления своего последнего гастрольного сезона».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Джордж Харрисон специально для немецких поклонников исполнил старый джазовый номер 1939 года «В воскресенье моя возлюбленная хочет уплыть со мной» (Am Sonntag will mein Suber mit mir segeln gehen).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Между выступлениями состоялась пресс-конференция».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

 

 

 

Пресс-конференция не блистала умными вопросами. Журналисты, например, назойливо выспрашивали, принимают ли подруги или жены Битлов противозачаточные таблетки. В конце концов, Маккартни прервал их: «У кого-нибудь есть вопрос, заслуживающий ответа?» Молчание. «Тогда мы уходим». И «Битлз» встали и вышли из зала.

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Между концертами «Битлз» в отель не возвращались. Вместо этого, они остались в концертном зале, чтобы встретиться и пообщаться в костюмерной со своими старыми друзьями, Астрид Киршер и Бертом Кемпфертом».

 

 

 

Астрид Киршер и Брайен Эпстайн.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Среди многочисленных гостей были Доктор Бернштейн – врач с времён Репербана, а также гамбургский продюсер Берт Кемпферт (прим. – продюсировал запись пластинки «Моя милая» (My Bonnie) с Тони Шериданом)».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «У парней было много посетителей, которых они не видели в течение нескольких лет. Среди них довольно много известных имен. Одним из первых был Берт Кемпферт».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В гамбургском «Эрнст Мерк Холле» также появился и Берт Кемпферт, ветеран музыки, которому «Битлз» начали напевать «Странники в ночи» (Strangers In The Night), когда композитор вошел в комнату (прим. – композиция Берта Кемпферта, впервые записанная в 1965 году в исполнении оркестра)».

 

Беттина Дерлин: «Джон не стал с ним общаться».

Алан Клейсон (автор книги «Великая четверка»): «Несколь­ко старых друзей были допущены в гардеробную. В сопровождении Гибсона Кемпа пришла Астрид, чтобы возобновить знакомство с «милым ребенком» [Джорджем], которого когда-то изгнали из Германии за наруше­ние комендантского часа для несовершеннолетних».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Как правило сотрудники службы безопасности обращались ко мне, чтобы оперативно посоветоваться, кому можно пройти за кулисы, а кого следует держать подальше. В Гамбурге мне понадобилась небольшая помощь – хотя я узнал нескольких из приглашенных гостей, включая подругу покойного Стю Сатклиффа, фотографа Астрид Киршер, «Гибби» Пэдди, Клауса и Гибсона».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Джон встретился с Астрид Киршер, которая передала ему несколько писем Стюарта Сатклиффа».

 

Джон: «Лучший подарок, который я получил за многие годы».

 

Джордж: «Джон радовался возвращению в Гамбург. Всё было бегом. Впрочем, так в то время дела обстояли везде».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «В это время Астрид работала в баре для трансвеститов. Она так и не получила ни цента за свои всемирно известные фотографии ребят в кожаных костюмах».

 

Пол: «Было странно снова встретить в Гамбурге всех наших старых друзей. Казалось, мы изменились, стали другими. Нет, в чем-то мы всё-таки остались прежними. Но все мы понимали, что, после того как мы прославились, нам не следовало давать такие концерты».

 

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Западная Германия теперь кишела своими группами в ливерпульском духе. «Не слушайте нашу музыку. Мы сейчас ужасно играем» – сказал Джон немецкой группе поддержки».

 

 

 

 

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Гюнтера Цинта.

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Полиция ожидала, что у них возникнут проблемы с поклонниками, и они начались после вечернего концерта, когда на железнодорожной станции тысячи подростков стали причиной остановки городского транспорта – некоторые из них даже швыряли бомбы со слезоточивым газом. В результате полиции пришлось применить брандспойты, чтобы успокоить нарушителей спокойствия. На Монкеберг-штрассе, где буйствовало пятьсот человек, были разбиты витрины. В результате беспорядков было арестовано 117 человек и ранено восемь полицейских».

 

 

 

 

Газета «Глазго Геральд», 27 июня 1966: «Столкновение фанатов «Битлз» в Гамбурге. Сегодня на улицах Гамбурга разгорелась битва, когда полиции пришлось отбивать атаки фанатов «Битлз» с помощью слезоточивого газа, водомётов и дубинок. Дополнительные силы полиции с собаками и громкоговорителями, перекрытые улицы вокруг зала, где выступала британская бит-группа, призывы к тысячам подростков без билетов очистить улицы были встречены несмолкаемыми криками. С наступлением темноты и выходом ситуации из-под контроля полиция начала кидать в толпу гранаты со слезоточивым газом. В конце концов с помощью дубинок полиции удалось расчистить территорию».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Точная цифра гонорара «Битлз» западногерманского турне не раскрыта, но, по слухам, она составила 150 000 немецких марок».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Концерты прошли хорошо, хотя Брайен, кажется, был больше обеспокоен людьми, которые хотят видеть Битлов».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «В 20:54 «Битлз» вернулись на машине в Тремсбюттель».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «После концерта вернулись назад в спокойную ночь, в большой кампании старых друзей».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «После полуночи Джон с Полом пошли прогуляться по Репербану, посетив свои старые места (прим. – они не были в Гамбурге с 1 января 1963 года)».

 

Тони Бэрроу: «В полночь с шумной свитой из старых друзей, приятелей и подруг Джон и Пол прогулялись по Рипербану. Было ещё не поздно».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Гамбург так много значит для парней. Они, на самом деле, взволнованы пребыванием здесь. Джон с Полом даже ушли, по-тихому, погулять. Хорошо, что Брайен не знал».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Как и многое другое, Гамбург для них потерял своё очарование. Они больше не могли неузнанными прогуляться по городу, заглянуть в секс-шопы и полюбоваться на проституток в витринах. Больше не могло быть ночных вакханалий и встречи рассвета, занимающегося над крышами Гербер-штрассе. Бары и клубы, где они выступали всего четыре года назад, были закрыты. То, что когда-то казалось соблазнительным и экзотическим в ночном мраке, теперь, при дневном свете, выглядело убого».

 

Джордж: «Гамбург вызвал у меня противоречивые чувства. Хорошо было то, что мы вернулись туда, уже став богатыми и знаменитыми, – в прежние приезды мы играли в грязных ночных клубах, пытаясь пробиться наверх. А плохо то, что материализовалось множество призраков, людей, которых мы уже не хотели видеть, хоть и считали их лучшими друзьями в 1960 году, в эпоху спиртного и прелудина. К 1966-му году мы претерпели миллион изменений, и вдруг снова столкнулись со своим прошлым».

 

Ринго: «Похоже, Гамбург почти не меняется. В 1992 году я играл там, и ощущения были теми же самыми. Я приезжал туда раз в год или раз в два года, и Рипербан вызывал у меня одни и те же чувства – он до сих пор приводит меня в трепет. Район «красных фонарей» – самое удивительное место, куда только может приехать двадцатилетний парень, чтобы играть в ночных клубах: выпивка, колеса, проститутки и соответствующая атмосфера. Было невероятно и здорово вернуться туда в 1966 году».

 

Пол: «Тем не менее всё было неплохо. Помню этот совершенно сумасшедший, душноватый вечер. Наши немецкие друзья-гангстеры, как когда-то, рыдали, а мы ощущали ностальгию по прежним временам. Не знаю, насколько хорош был тот концерт в музыкальном отношении, но я порадовался возможности вернуться в прошлое – в последний раз».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Выступление в Эссене

25 июня 1966 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Рано утром вереница «Мерседесов» в сопровождении полиции на мотоциклах прибыла на железнодорожный вокзал Мюнхена».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Сумасшедший день! Можно сказать, что всё это становится ещё одним адским турне. Утром кавалькада «Мерседесов» снова забрала нас из отеля, и мы поехали на вокзал».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В субботу утром в подземном гараже «Байершер Хоф» нас ждали выстроившиеся в линию шикарные лимузины «Мерседес», и вся наша компания с большим шиком направилась, нет, не в мюнхенский аэропорт, а к городскому железнодорожному вокзалу!».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «[На кадрах кинохроники], снятых 25 июня 1966 года, показано прибытие «Битлз» на Мюнхенский железнодорожный вокзал: они выходят из машины и машут фанатам, а затем исчезают в терминале».

 

 

 

Железнодорожный вокзал Мюнхена, кадры кинохроники.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Они сели в королевский поезд, которым раньше пользовалась королева Англии».

 

 

 

 

Фото Фрэнка Фишбека.

 

Фрэнк Фишбек (фотограф): «Когда «Битлз» садились на поезд до Эссена, я уже был там. Я вошёл в вагон, общался с ними и фотографировал, пока поезду не пришло время отправляться».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Мы добрались до вокзала и сели в необыкновенный поезд».

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мы не собирались добираться до Эссена обычным пассажирским транспортом. Нашим средством передвижения был Королевский поезд – год назад он был предоставлен королеве Великобритании во время её официального визита в Германию».

 

Роберт Уитакер (фотограф): «Нам сказали, что это был вагон Гитлера, а позднее им пользовалась Королева».

 

Джордж: «На этом же поезде во время своих официальных визитов по Германии путешествовали монархи, и это было очень приятно».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «У каждого из нас было отдельное купе, потрясающе!».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «У нас была не только столовая, но также великолепный меблированный зал с панорамными окнами для обзора, плюс спальни и ванные комнаты».

 

Джордж: «У каждого из нас было своё купе с роскошной отделкой и мраморной ванной».

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Путешествие на поезде было незабываемым. Отдельные купе, отдельные спальни со всем оборудованием. Всё только для нас: ребят, Брайена, Мэла, Тони, Нила и меня!»

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Каждому из Битлов и членам их команды было предоставлено по отдельному купе-люкс. За удовольствие пользоваться такой роскошью железнодорожная компания запросила 22 000 немецких марок».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Потом в наши роскошные номера люкс был подан полный английский завтрак».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «После того, как мы все разместились, без четверти десять нам подали настоящий завтрак. Парни шутили по поводу кукурузных хлопьев, которыми они питались, когда жили здесь в давние времена».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фиона Адамс (фотограф): «В 1966 году я отправилась с ними на гастроли. Мне повезло, что журнал «Фэбьюлэз» отправил меня на пару дней освещать турне (прим. – первая фотосессия «Битлз» с Фионой Адамс состоялась 18 апреля 1963)».

 

 

 

 

Фиона Адамс (фотограф): «Этот снимок Пола был сделан в поезде после отъезда из Мюнхена. Всё это было очень здорово для прессы. На несколько часов они были в нашем распоряжении! Обратите внимание на Тони Бэрроу на заднем плане, их пресс-агента».

 

 

 

Шон О’Махони (редактор журнала «Битловская книга»): «Во время турне их постоянно просили дать автографы. На снимке Пол подписывает автографы двум сотрудникам железной дороги».

 

 

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото фотографа журнала «Битловская книга» Лесли Брайса.

 

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Потом ребята улеглись по кроватям, и мы расположились на отдых. Через некоторое время они дали несколько интервью для тех представителей прессы, которые были приглашены. Вскоре мы прибыли в Эссен».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Хотя график был рассчитан с максимальной точностью, мы прибыли в Эссен раньше, чем было запланировано».

 

Джулиана Гроте: «В 1963 году песней «Она любит тебя» (She Loves You) «Битлз» проникли в моё сердце. Когда они должны были приехать в Эссен, у меня был только один вопрос: как мне туда добраться? Мои родители категорически отказывались мне помочь. Отец – офицер железнодорожной полиции, сказал, что они всего лишь «косматые бездельники» и оставался стойким к моим уговорам. Но, как оказалось, он так поступал только для того, чтобы потом удивить. Взяв с меня обещание, никому не говорить ни слова, он сказал, что будет одним из дежурных на вокзале, куда должны были прибыть «Битлз». Возможно, я смогу быть среди встречающих.

Накануне прибытия поезда мне и моей школьной подруге Рите разрешили присутствовать на станции Мюльхайм-Штирум. Боже мой, как я была взволнована, когда мы прибыли туда 25 июня 1966 года, однако там ничего не происходило, не было никакого оцепления. Точно ли «Битлз» приезжают к нам?

Когда поезд прибыл, меня стало подташнивать. «Ещё не хватает потерять сознание», – подумала я. Отец дал условный сигнал, показав, в каком купе находятся «Битлз». Я вошла в вагон и стала ждать их появления. Сердце колотилось, и я не могла вымолвить ни слова. Я приготовилась протянуть им ручку и молча попросить у них автографы. Вот-вот настанет этот долгожданный момент!»

 

 

 

 

 

 

 

 

Джулиана Гроте: «Но момент внезапно закончился, когда один из полицейских вывел меня из вагона. Когда Джон, Пол, Джордж и Ринго вышли, единственными людьми на их пути были фотографы и мы, две девушки. Прямо перед лестницей заканчивалась линия оцепления. Это был наш шанс. Никто нас не стал останавливать, когда мы пристроились к «Битлз». Мы шли, нет, парили, вниз по лестнице рядом с ними. Предстоящий концерт уже не имел такого значения, потому что мы не сможем быть ближе к «Битлз», чем сейчас».

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Не знаю, как это случилось, но там собралось очень много поклонников, и они заполнили всё пространство. Мы не могли пройти даже с помощью полиции. Потом все побежали к ожидающим нас автомобилям. Все, кроме Джона, который пошёл в другом направлении. Мне кажется, он хотел вернуться на поезд. Я сумел поймать его и помог сесть в автомобиль. «Спасибо, Альф», – с усмешкой произнёс Джон».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Все направились к машинам.

– И тут те же самые автомобили! – воскликнул Ринго.

– Они их тут выращивают, если ты не знал, – ответил ему Джон».

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мы покружили в окрестностях Эссена, вроде как в непродолжительной экскурсионной поездке, но на самом деле, ожидая, пока зрители не заполнят зал «Гругахалле» перед первым из двух концертов. Это уменьшило наполовину количество поклонников возле величественного концертного зала, и облегчило нам проход в помещение».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Зал «Гругахалле».

 

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Мы стали пробираться сквозь толпу как раз к началу первого концерта».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Площадь перед залом «Гругахалле» осаждалась поклонниками с шести часов утра. Несмотря на дождь, в течение дня толпа возросла почти до пятнадцати тысяч человек, при этом порядок поддерживало всего лишь пятьсот полицейских».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «В костюмерной команда из пяти поваров накрыла им стол».

 

 

 

Роберт Уитакер (фотограф): «Время от времени я был на таких маленьких концертах. И этот был одним из таких, с настройкой инструментов, чтобы удостовериться, что всё в порядке».

 

 

 

 

 

Роберт Уитакер (фотограф): «Снимок с крупным зерном и нерезкостью. Они настраивали инструменты, и всё это напомнило мне Боба Дилана, играющего на гитаре и губной гармошке одновременно. Мне нравится этот снимок, он хорошо смотрится на странице и весьма характерно отображает Джона того времени».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление в зале «Гругахалле» (прим. – многоцелевая крытая арена)».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Поклонники неистовствовали, особенно когда парни говорили с ними на немецком».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Между двумя выступлениями они дали пресс-конференцию».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Вопрос: Можете рассказать нам о своих впечатлениях от Мюнхена и Эссена?

Джон: (шутливо) Нет! Ммм, да.

(Смех).

Пол: Здесь круто.

Джон: Очень здорово. Мы видели только гостиницы и всё такое.

Вопрос: Ваше мнение о публике в Эссене?

Пол: Хорошая аудитория.

Ринго: Да. Одна из лучших.

Джон: Более шумная, чем в Мюнхене.

Вопрос (женский голос): Вам нравятся немецкие девушки?

Пол: Да.

(Смех).

 

 

 

 

Джон: Да. Очень.

Вопрос: Вам приятно быть здесь, или охотнее снова оказаться в Гамбурге?

Пол: Нет, всё просто чудесно. Как видите, мы довольны.

Вопрос: Ваше отношение к ужасному шуму на концертах?

Пол: Ммм… Это же как на футбольном матче.

(Смех).

Вопрос: В чём различие между немецкими, английскими и американскими поклонниками?

Ринго: Они все одинаковы.

Вопрос: Есть старая немецкая песня со словами: «Почему так красиво на Рейне?» Вы проезжали вдоль Рейна, каковы ваши впечатления от него?

Джон: Мы спали!

Ринго: Знаете, я проспал.

(Смех).

Вопрос: Будут выступления в Канаде?

Джон: Мы там уже были.

Ринго: Будем там в августе.

Джордж: Были там уже три раза.

Вопрос: Вы скучаете по дому?

Пол: Да, всегда.

Вопрос: Джон, который час?

Джон: Не знаю.

(Смех).

Вопрос: Джордж?

Джордж: Да.

Вопрос: Который час?

Джордж: (пауза) На моих часах без пяти восемь.

Ринго: Как раз, чтобы тебе идти спать!

(Смех).

Вопрос: Не боитесь ехать в Токио?

Джон: Это почему?

Вопрос: Потому что они сказали, что постригут вас.

Пол: Нет, они этого не сделают.

Джон: Они нам подражают.

Вопрос: Планируете в ближайшем будущем сделать ещё один фильм?

Джон: (с преувеличенным немецким акцентом) Да!

(Смех).

Вопрос: Есть какая-то идея фильма, которая вам понравилась?

Джон: Нет. У нас нет сценария.

Вопрос: Вы поёте ради музыки, или ради денег?

Пол: И то, и другое.

Джон: Когда не платят, делаем ради музыки.

(Смех).

Вопрос: Вы делаете это ради любви, или денег?

Пол: И то, и другое.

Вопрос: Возможно, чтобы вы сняли фильм без музыки?

Пол: Ммм, нет. Вряд ли. Это возможно, но маловероятно.

Вопрос: Если бы вам нужно было купить билет на собственное выступление, сколько бы вы заплатили?

Джон: Мы знакомы с менеджером, так что прошли бы бесплатно.

(Смех).

Вопрос: Вы сами пишите аранжировки своих песен?

Пол: Да.

Вопрос: Кто написал аранжировку для песни «Мишель» (Michelle)?

Джон: Мы.

Джордж: Леонард Бернстайн.

(Смех).

Пол: Мы все. Мы делаем их вместе.

Вопрос: Ваше отношение к тем, кто о вас пишет. По-вашему, у них есть интеллект, или нет?

Джордж: Мы не считаем…

Джон: Есть умные, а есть бестолковые. Некоторые глупые, некоторые тупые… как в любой массе. Все разные. Один (произносит по-немецки) – умный, другой (произносит по-немецки) – глуповатый.

(Смех).

Вопрос: Что скажете о вопросах, которые здесь прозвучали?

Джон: Довольно глупые.

(Смех, сопровождаемый аплодисментами).

 

 

 

 

 

Интервью Джорджа Харрисона с Сашей Кейт:

Саша Кейт: Что будешь делать, если не сможешь петь? Ну, скажем, лет через десять. Чем будешь заниматься в личном плане?

Джордж: Ну, мы продолжим заниматься музыкой, потому что не сможем просто так от неё отказаться. Мы продолжим писать песни и будем прогрессировать. Не знаю. Подождём и посмотрим! Но мы продолжим заниматься музыкой.

Саша Кейт: У тебя есть какое-нибудь увлечение? Твоя жена и…?

Джордж: Не знаю. Жена и музыка.

Саша Кейт: Жена и музыка? Вместе?

Джордж: Да!

Саша Кейт: Да?

Джордж: Да!

Саша Кейт: И ты можешь это совмещать? Работу, семью и всё прочее? У тебя есть время? Хватает времени? Достаточно времени для личной жизни?

Джордж: Да, сейчас у нас больше свободного времени на личную жизнь, а когда мы уезжаем на гастроли, как сейчас, то жены остаются дома.

Саша Кейт: У кого из вас мальчик? У тебя?

Джордж: Нет!

Саша Кейт: Зак твой ребёнок?

Джордж: У Джона и Ринго!

Саша Кейт: Да? А у тебя… у тебя нет?

Джордж: Нет, пока нет!

Саша Кейт: Хочешь?

Джордж: Ну да! Не сейчас… Когда придёт время!

Саша Кейт: Сколько лет твоей жене?

Джордж: Двадцать два.

Саша Кейт: И… полагаешь… она предпочитает бит-музыку?

Джордж: Да, ей нравится…

Саша Кейт: … а может ей нравится классическая?

Джордж: Ей нравится… ей нравится разная музыка, любая музыка, которая нравится мне.

Саша Кейт: Да ну?

Джордж: Ага!

 

Из дневника Альфа Бикнела: «В перерыве между концертами, в костюмерной был устроен пир горой, в то время как снаружи скандировала и кричала толпа поклонников».

 

Бэрри Майлз: «В перерыве, между выступлениями они перекусили».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Второй концерт прошёл даже лучше».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Концерты были весьма успешны, хотя сами Битлы были настроены очень критично по отношению к своим выступлениям, особенно к новому материалу. Пол переживал, что слаженность звучания во время исполнения песни «Автор бестселлеров» (Paperback Writer) нуждалась в доработке».

 

Газета «Рейхспартаг дес Бит» (1966): «После окончания концертов выяснилось, что восемьдесят кресел было сломано, билетная касса разрушена, концертные афиши сорваны, а семьдесят поклонников получили различные телесные повреждения».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «После ужина и общения с прессой парни оживились ещё больше. Нам пришлось ждать, пока все не разойдутся, прежде чем мы смогли выйти из зала и вернуться к поезду».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Вечером они вернулись к своему поезду, который всю ночь ехал в Гамбург».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Чтобы не оставаться на ночь в Эссене, мы вернулись в наш суперпоезд, и по пути в Гамбург устроили полуночный банкет».

 

 

 

Роберт Уитакер (фотограф): «Это было в поезде между Эссеном и Гамбургом. Во время гастролей Джон постоянно читал, и здесь он делится с Брайеном чем-то занятным из книги».

 

 

 

 

 

Журнал «Биллборд», 25 июня 1966: «Сотрудники отделов продаж «Кэпитол Рекордз» приходят в себя после напряженных выходных, во время которых им пришлось менять конверты последнего альбома «Битлз Вчера и сегодня». Около семисот пятидесяти тысяч альбомов, которые были отпечатаны, упакованы и отправлены в филиалы фабрики, пришлось отозвать на переупаковку. Причина отзыва – обложка, на которой «Битлз» в белых халатах в окружении чего-то похожего на расчленённых кукол и кусков сырого мяса.

Согласно достоверным сообщениям, ни один из этих альбомов не попал на полки магазинов, хотя некоторые из них были получены обозревателями и оптовиками. «Кэпитол» напечатала новую обложку, на которой четыре опрятно одетых Битла сфотографированы внутри и вокруг большого чемодана.

Президент «Кэпитол Рекордз» Алан В. Ливингстон так объяснил отзыв обложки: «Первоначальная обложка в Англии была задумана как «сатира в стиле поп-арт». Однако опрос общественного мнения в Соединённых Штатах показал, что дизайн обложки может быть неверно истолкован. По этой причине и во избежание любых возможных разногласий или незаслуженного вреда имиджу или репутации «Битлз», компания «Кэпитол» решила отозвать альбом и заменить конверт на обложку с более приемлемым оформлением.

Тем временем «Кэпитол» прилагает усилия по отзыву конвертов, чтобы убедиться, что они все уничтожены. Рецензентов просят вернуть их в «Кэпитол», а продавцов, получивших рекламные плакаты для торговых залов, просят держать их до тех пор, пока с ними не свяжутся представители отделов продаж компании».

 

 

 

 

 

Выступление в Мюнхене

24 июня 1966 г.

 

 

 

В этот день состоялась свадьба Джорджа Мартина и Джуди Локхард Смит. На снимке Джордж и Джуди на свадьбе Силлы Блэк и Бобби Уиллиса в январе 1969 года.  

 

 

 

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Встал рано и начал привыкать к месту. Разбудил парней к обеду, чтобы они смогли пойти прорепетировать свои выступления вечером».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Перед выступлениями «Битлз» провели дневную репетицию».

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В пятницу во внушительном мюнхенском цирке «Корона» состоялись два концерта. Зная, что более поздний будет транслироваться телеканалом «ЦДФ», Брайен обратился к ребятам с особой просьбой, попросив, чтобы они хорошо выступили. Ни в каких убеждениях они не нуждались. Там в зале будут их старые друзья, те, кто будет сравнивать выступление «Битлз» образца 1966 года с лучшими концертами парней, которые они давали во время их прошлых визитов в Германию.

«Идиотский телик! – произнёс Джон. – Что должны «Битлз» сделать сегодня вечером: или снести с чёртовой сцены «Раттлз» и Клиффа Бенетта с «Ребел Роузерс», или у нас будут проблемы!». В тишине, которая сопровождала это замечание, он громко добавил: «Хорошо, парни?». В ответ они приступили к редкой дневной серьёзной репетиции перед выступлением в цирке «Корона». Это вернуло меня к ранним гастрольным дням группы. С 1963 года, редко когда я мог наблюдать Потрясающую четвёрку, проводящей столько времени на концертной площадке перед выступлением, чтобы всё прошло настолько хорошо, насколько это было возможно.

В тот день было отрепетировано более дюжины номеров, включая новый материал для альбома «Револьвер», хотя на концерте были сыграны только одиннадцать».

 

 

 

 

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Когда мы отправились в Мюнхен, чтобы начать гастроли в Германии и на Дальнем Востоке, не было необходимости что-либо обсуждать по поводу сценических костюмов. Парни только что получили два комплекта совершенно новых костюмов, пошитых в одном из новейших бутиков Лондона «Повис на тебе» (Hung On You).

(прим. – модным бутиком управлял дизайнер Майкл Рейни, известный своими пестрыми рубашками и галстуками-клепками ярких цветов. Среди клиентов Рейни были «Роллинг Стоунз», «Битлз», «Кинкс» и актёр Теренс Стэмп. Магазин располагался на Кейл-стрит, 22).

Один комплект костюмов имел большие круглые пуговицы на шнурке и блестящие лацканы. Они были тёмно-зелёного цвета. Второй комплект был очень светло-серого цвета с тонкими оранжевыми полосками.

Для новой экипировки мальчики выбрали ассортимент новых рубашек с отделкой из классной креповой ткани. Никаких галстуков во время этого турне. Рубашки были оранжевыми, в жёлтую полоску, соломенного и бордового цвета, что сочеталось с обоими комплектами костюмов».

 

Пол: «Мы надели наши жёлтые рубашки и элегантные зелёные костюмы. Дело в том, что костюмы всегда позволяли нам чувствовать себя одной командой. Когда мы приехали, то были одеты в обычную одежду, но как только мы надели костюмы, то стали «Битлз»! – четырёхголовым монстром. Мне нравилось, когда мы все были одеты одинаково, потому что я чувствовал себя частью единого целого».

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Два выступления в здании цирка “Крона”. Концерты состоялись в 17:15 и 21:00».

 

 

 

 

 

 

 

 

Шон О’Махони (редактор журнала «Битловская книга»): «Хотя парни уже собирались выйти на сцену, Джон достаточно расслаблен, чтобы острить с одним из журналистов».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Также в концертах принимали участие следующие исполнители: Клифф Беннет и группа «Ребел Роузерс»; группа «Раттлз»; дуэт «Питер и Гордон»».

 

 

 

На сцене дуэт «Питер и Гордон».

 

 

 

Шон О’Махони (редактор журнала «Битловская книга»): «Мэл Эванс позирует нам, демонстрируя, что он готов к первому концерту в Германии».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Концертная программа «Битлз» включала следующие песни: «Музыка рок-н-ролл» (Rock And Roll Music), «Она женщина» (She’s A Woman), «Если бы мне был кто-то нужен» (If I Needed Someone), «Турист на один день» (Day Tripper), «Крошка в черном» (Baby’s In Black), «Мне хорошо» (I Feel Fine), «Вчера» (Yesterday), «Хочу быть твоим мужчиной» (I Wanna Be Your Man), «Человек из ниоткуда» (Nowhere Man), «Автор бестселлеров» (Paperback Writer) и «Я подавлен» (I’m Down)».

 

 

 

 

 

beatlesbible.com: «На первых концертах было очевидно, что группа давно не выступала на сцене. Джордж Харрисон объявил «Вчера» (Yesterday) как песню из альбома «Битлз на продажу» (Beatles For Sale), а исполнение песни «Я подавлен» (I’m Down) ненадолго задержалось из-за обсуждения между Джоном Ленноном, Полом Маккартни и Джорджем Харрисоном текста первого куплета. Несмотря на это, Маккартни умудрился ошибиться в каждом куплете».

 

 

 

 

 

 

 

Фото Билла Орчарда.

 

 

 

 

 

 

 

Фото Фрэнка Фишбека.

 

Фрэнк Фишбек (фотограф): «Они пригласили меня на свой концерт, где я сделал несколько снимков группы на сцене».

 

 

 

 

 

 

Фото Билла Орчарда.

 

 

 

 

Фото Билла Орчарда.

 

 

 

Фото Фрэнка Фишбека.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Фрэнка Фишбека.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Фрэнка Фишбека.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Второй западногерманский телеканал (ЦДФ) получил разрешение транслировать шесть песен с вечернего выступления».

 

 

 

 

 

 

 

Шон О’Махони (редактор журнала «Битловская книга»): «Хотя их выступления часто заглушаются криками поклонников, парни всё же следят за тем, чтобы инструменты были настроены до того, как они выйдут на сцену».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шон О’Махони (редактор журнала «Битловская книга»): «Джордж с Джоном беседуют с Клиффом Беннеттом между выступлениями».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Во время выступлений в Германии «Битлз» использовали самые мощные на то время в мире усилители компании «Эхолетте», что позволило добиться неслыханной по тем временам мощности 800 ватт. Компания заявляла, что её система превращает «звук бегущего муравья в топот слона», однако поклонники всё равно кричали громче».

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Из одиннадцати исполненных на концерте песен «Битлз», в телепрограмму вошло шесть:

Песня «Музыка рок-н-ролл» (Rock And Roll Music) – Чарли Хикман объявляет «Битлз», которые выходят на сцену под бурные аплодисменты и начинают подключать гитары и проверять звук. И у Джона, и у Джорджа гитары «Эпифон Казино», в то время как Пол со своей обычной с бас-гитарой «Хофнер». Ринго сидит на высоком подиуме. Начинается первая песня, и сразу же становится ясно, что они давно не выступали на концертах. Голос Джона практически тонет в звуке гитар и ударных (прим. – прим. Голубяка: Честно говоря, больше похоже на то, что ребята находятся под воздействием лёгких наркотиков: обратите внимание на стеклянные глаза Пола и на некоторую заторможенность Джорджа. По Ринго ничего сказать нельзя: он спокоен, как слон, возможно, даже – чересчур. Джона же не слышно просто потому, что он по какой-то причине старается петь как можно дальше от микрофона. Это скрадывает привычный драйв и делает выступление неприкрыто халтурным. Хотя, возможно, у Джона в тот месяц были проблемы со связками).

В фильм попало несколько тактов вступления песни «Она женщина» (She’s A Woman), но уже через несколько секунд в фильме вступительные такты их пятого концертного номера.

Песня «Крошка в черном» (Baby’s In Black) – довольно слаженное исполнение: Пол и Джон поют в один микрофон. Пол опять пританцовывает с бас-гитарой.

Песня «Мне хорошо» (I Feel Fine) – Джордж объявляет следующую песню, переходя с английского на немецкий: «Спасибо, данке шон, филен данк, и всё такое. Следующая песня… некстес лид, называется «Мне хорошо». Во время исполнения песни музыка заглушает голос Джона, и текст местами неверен.

Песня «Вчера» (Yesterday) – Джордж делает ещё одну попытку на немецком «Данке шон… следующая песня фон «Битлз на продажу» лангшпиле, хайст «Вчера». Во время исполнения песни Пол поёт на тон выше, чем на пластинке (соль-мажор вместо фа-мажора). В сопровождении гитар и ударных, вместо привычного струнного квартета, песня звучит совсем по-другому. Тем не менее, аудитория награждает её громкими аплодисментами, на которые Пол отвечает словами: «Данке шон, филен данк!».

Песня «Человек из ниоткуда» (Nowhere Man) – Выпалив нечто нечленораздельное, Джон объявляет следующую песню: «А эта песня называется “Человек из ниоткуда”, в ми» (имея в виду тональность ми-мажор, в которой исполняется песня). Он берёт аккорд ми-мажор и отсчитывает начало: «Раз, два, три, четыре…». И снова вокальное исполнение теряется в живом исполнении.

Песня «Я подавлен» (I’m Down) – Пол говорит по-немецки: «Унд етцт, э-э-э… некстес лид из унзере летцте лид… ага, нам пора домой, понимаете», делая жест, как будто им пора спать. Он продолжает: «Так что… так что, э-э-э, всем вам спасибо большое, спасибо… спасибо большое и, э-э-э, данке шон… филен данк унд фидерзеен, да…». Тут Пол понимает, что забыл слова, с которых начинается песня, Джон наклоняется к нему, чтобы напомнить, но Пол внезапно вспоминает и начинает песню… словами второго куплета! Во время первой половины песни Джон берёт не тот аккорд и в замешательстве прячет обе руки за спину. Когда Пол доходит до второго куплета, он уже полностью забывает текст и бормочет что-то, а потом начинает смеяться. Им удаётся овладеть ситуацией, прежде чем монтажная склейка переносит нас прямо в финальный аккорд песни».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Ханнеса Хавенстейна.

 

 

 

 

 

Фото Ханнеса Хавенстейна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Они кланяются на прощание и покидают сцену».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Оба концерта прошли, без сомнения, хорошо. Парни хорошо провели время и получили удовольствие».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Потом Брайен Эпстайн в узком кругу произнёс небольшую речь, напоминая довольного директора школы, обращающегося к своим ученикам: «Парни, сегодня вечером вы были великолепны. Там все говорят, что это было вашим лучшим выступлением из тех, что у вас были. Так держать! Видите разницу, которую небольшая репетиция дала после шести месяцев отдыха? Думаю, что у нас будет замечательное лето!». Было видно, что Битлы» с удовольствием приняли его похвалу, но Джон не хотел это показывать: «Шесть месяцев отдыха, Брайен? Да ты, наверное, шутишь! Мы весь год надрывали свои задницы!».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Мы старались не подпускать к ним посетителей, хотя это было не просто, потому что у них здесь много старых друзей, и нужно проявлять осторожность, кому ответить отказом! После второго концерта мы вернулись в отель, где к парням в гости пришло несколько старых знакомых. Помню, чувствовал себя немного лишним, когда парни приветствовали своих старых друзей. Поэтому я держался в сторонке. Есть фотография, на которой я, Мэл и Нил сидим в сторонке».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Среди их гостей в отеле была Беттина Дерлиен, буфетчица из гамбургского клуба “Звезда”».

 

Альф Бикнел (водитель «Битлз»): «Помню миловидную даму по имени Бетти, в прошлом буфетчицу, которая тоже была среди старых друзей. Кажется, они были всеми любимы».

 

 

 

 

beatlesbible.com: «Предполагается что в этот вечер «Битлз» выбрали название «Револьвер» для своего следующего альбома».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Через много лет»): «Вначале они планировали назвать альбом «Абракадабра», но оказалось, что название уже использовала другая группа. Слово «револьвер» не означает оружие, а нечто, что вращается, как пластинка».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Моим самым сильным воспоминанием во время гастролей в Германии были не концерты и не встречи с друзьями, а первое прослушивание моего любимого битловского альбома и участие в поиске его названия. Впервые я услышал альбом целиком в отеле «Байеришер Хоф» на магнитофоне Джорджа. Это был самый замечательный сборник песен Потрясающей четвёрки на тот момент. Ничего из услышанного мною годы спустя – даже «Сержант Пеппер» – не заставило меня поменять эту точку зрения. Каждая из четырнадцати песен была настоящим хитом».

 

Шон О’Махони (редактор журнала «Битловская книга»): «Вечером 24 июня 1966 года я был с ними в номере мюнхенского отеля, когда они придумали название для альбома. Сначала все четверо хотели назвать его «Абракадаброй», но кто-то уже использовал это слово. Среди идей были «Маятники», «Толстяк» и «Бобби». Ринго предложил обыграть «Роллинг Стоунз», назвав его «После географии» (After Geography), поскольку Стоунзы недавно выпустили альбом «Последствия» (Aftermath). Джон предложил «Битлы на Сафари» (Beatles on Safari), а Пол придумал «Волшебный круг» (Magic Circle). Джон изменил это на «Четыре стороны круга» (Four Sides Of The Circle) и «Четыре стороны вечного треугольника» (Four Sides Of The Eternal Triangle), что каким-то образом привело их к Револьверу».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Мы топтались на месте и ходили по кругу, пока группа единодушно не согласилась назвать его “Револьвер”».

 

Стивен Дэйвис (автор книги «Время собирать камни»): «Американский альбом Стоунзов «Последствия» (Aftermath) с песней «Нарисуй это чёрным» (Paint It, Black) в качестве заглавной композиции поднимался в чартах, но не имел шансов достигнуть первой позиции. 24 июня состоялась весьма напряженная и довольно невесёлая пресс-конферен­ция группы на борту яхты Аллена Кляйна, стоявшей на якоре в Гудзоне».

 

Кристофер Сэндфорд (автор книги «Мик Джаггер – просто крутой»): «Экстраординарная пресс-конференция состоялась на бор­ту яхты «Морская пантера». Заработали двигатели, и яхта сдвинулась с места, вспе­нив вокруг воду.

– Пусть вас не беспокоят фотографы – задавайте вопро­сы, – предложил Чарли.

– В Америке мы столкнулись с типичным проявлением американского ханжества: цензоры хотят, чтобы мы измени­ли некоторые слова песен, – заявил Кит.

– Не думаю, что в ближайшие три года в поп-музыке по­явится что-то новое, – предположил Брайан.

– Какая разница между «Стоунз» и «Битлз»? – спроси­ли у Мика.

– Их четверо, а нас пятеро.

Один из музыкальных критиков, определяя перемену, произошедшую со «Стоунз» за несколько лет, заявил: «Мне кажется, что от них так и исходит вызов: “Не трогайте меня – я из «Роллинг Стоунз»”. Даже их менеджер задирает нос так, что к нему страшно подойти. А Мик – хиппи в полном смыс­ле этого слова. Когда кто-нибудь начинает говорить с ним ис­кренне, ему становится скучно. Он не может быть искренним».

Нельзя согласиться с этим утверждением. Конечно, их песни полны самодовольства, но как объяснить, что недавно Мик лежал в больнице, лечась от нервного истощения. А взгляните на него сейчас: он улыбается, отвечает на вопросы. Хотя… Если приглядеться к нему получше, то можно увидеть усталую усмешку, ироничный прищур глаз и обвисшие губы. А клубный яхтсменский пиджак! Что это, если не ирония! Вы хотите дотронуться до Мика Джаггера? Вы можете это сде­лать, если подойдёте поближе».

Среди многочисленного отряда фотографов на борту «Мор­ской пантеры» была Линда Истмен (впоследствии Маккарт­ни), с которой, по утверждению Уаймена, Мик провёл ночь».

 

Билл Уаймен (группа «Роллинг Стоунз»): «Одним из фотографов на конференции была Линда Истман».

 

 

 

«Морская пантера» вышла под парусом в Гудзон. В этот день состоялась встреча прессы с группой «Роллинг Стоунз» на борту яхты, которая около двух часов курсировала вдоль побережья. Из четырнадцати человек прессы, двенадцать были приглашены персонально. Среди журналистов были две женщины, которые представляли журнал «Таун Энд Кантри». Это были Кристина Берлин и Линда Истман (будущая жена Пола Маккартни).

 

 

 

 

Фото Линды Истман.

 

 

 

 

Патти: «Иногда, когда Джордж гастролировал, я уезжала. Летом 1966 года я попросила Мэри Би и Белинду отправиться со мной на юг Франции. Офис «Битлз» снял для нас квартиру в Монте-Карло, которая по случайному совпадению принадлежала Рудольфу Нуриеву – все полотенца были с инициалами РН. Новая мода шестидесятых, которой мы следовали в Лондоне, ещё не распространилась за границу, и все смотрели в изумлении на наши мини-юбки. Кажется, мы были единственными, кто их носил.

Мы чувствовали себя неловко и некомфортно, поэтому взяли напрокат машину и поехали по побережью в Сан-Тропе, где никто и глазом не моргнул. Там было намного веселее, чем в Монте-Карло, и мы постоянно встречали знакомых людей. Одним из них был Александер Уэймаут – наследник маркизы Бат, который пригласил нас пару дней погостить у него. Оставшуюся часть времени мы жили у моей французской подруги ЗуЗу – я познакомилась с ней года два назад. Она водила нас по всем классным клубам, где я давала ди-джеям первый экземпляр песни «Добрый день, солнышко» (Good Day Sunshine). Это были замечательные каникулы. Каждое утро мы забивали косяк и включали «Бёрдз». Светило солнце и ничего в мире нас не тревожило».

 

 

 

 

 

Начало турне в Германии

23 июня 1966 г.

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Ещё 21 февраля 1966 года западногерманская «Бильд» сообщила, что «Битлз» приедут в Германию и посетят с концертами три города, двумя из которых были названы Берлин и Гамбург. Молодёжный журнал «Браво» был назван официальным спонсором этого турне, которое позднее получило название «Браво-Битлз-Блицтурне». Через некоторое время журнал опубликовал точные даты и места проведения концертов: 24 июня 1966: Мюнхен, «Цирк Крона», 25 июня 1966: Эссен, «Гругахалле», 26 июня 1966: Гамбург, зал Эрнста Мерка. Во время турне было запланировано по два выступления в день: в 17:15 и 21:00».

 

 

 

В мае журнал «Браво» подвёл итог опроса своих читателей о лучшей группе года: 1. «Битлз» (115 476 голосов); 2. «Роллинг Стоунз» (74 088); 3. «Рэйбоуз» (10 274).

 

Пол: «У нас были давние обязательства, которые предстояло выполнить».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «На сей раз Брайен настоял на том, чтобы я поехал с ними и занимался администрированием и личными проблемами Битлов. Мне очень не хотелось надолго покидать свой лондонский офис, и я с неохотой думал об изматывающих гастролях в летнюю жару. Но поведение Брайена и периоды его работоспособности в последние месяцы стало ещё более непредсказуемым, так что я знал, что могу понадобиться».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Я всегда с нетерпением жду начала гастролей, но стоит им начаться, не можешь до­ждаться, когда они закончатся».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «До этого Нил Аспиналл и Мэл Эванс никогда не были с «Битлз» в Германии. Будучи ливерпульцами, они были много наслышаны от многих музыкантов мерсисайда о сумасбродном старом Гамбурге. У них была надежда вкусить что-нибудь из многочисленных эротических развлечений Гамбурга, но они понимали, что времени для этого не будет».

 

Синтия: «Отправляясь на последние гастроли, Джон признался, что ждёт не дождётся возвращения домой, чтобы стать, наконец нормальным отцом и мужем. Мы договорились, что отныне в поездки куда-нибудь за границу, скажем, на киносъёмки, он будет брать нас с собой всегда, когда это возможно. Я приободрилась и была в наилучшем расположении духа, чего со мной не случалось уже много месяцев».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Ранним утром попрощался с семьёй, обнял Джин и малыша Марка, затем заехал за парнями и отвёз их в аэропорт».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В 11 часов утра «Битлз» вылетели в Мюнхен».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Утром «Битлз» и их окружение покинули Лондон и направились в Мюнхен на борту «Комет Флайт БE 502». Я улетел в Германию перед группой, так как в этом турне был задействован журнал «Бильд», и я был намного более вовлечён в организацию гастролей».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Полёт был не слишком долог, и не очень утомителен, так что всем удалось поспать в течение получаса или около того».

 

 

 

Выступления в Германии спонсировал немецкий журнал «Браво», который отправил журналиста Томаса Бейла сопровождать группу. Бейл подарил им тирольские шапочки и экземпляры журнала. Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Для использования в обучающих и образовательных целях в Баварской полицейской академии, западногерманская полиция сняла цветной документальный фильм о визите «Битлз» в Мюнхен. Изначально у этого фильма была звуковая дорожка, но она не сохранилась. Фильм начинается сценами в мюнхенском аэропорту, которая показывает приготовления службы охраны до приземления самолёта».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В Мюнхене их встретила пресса и небольшое количество поклонников».

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Для меня было волнительно видеть прибытие «Битлз», наблюдая всё с другого ракурса. Как правило, я выходил из самолёта сразу за Битлами. В этот раз я смотрел на них через стекло сверкающего белизной «Мерседеса» из колонны сопровождения».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Тони [Бэрроу] организовал всё так, что когда мы прибыли, пресса была в аэропорту, а немецкие поклонники громко скандировали “добро пожаловать домой”».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Более тысячи баварских поклонников криками встретили приземление самолёта, и около сотни журналистов и кинооператоров получили разрешение выйти на взлётную полосу. Кадры кинохроники запечатлели, как Битлы спускаются по трапу и отвечают на вопросы журналистов».

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Райнера Шванке.

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «В аэропорту каждому из них подарили «Тирольские брюки» (короткие кожаные шорты)».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Моторы роскошных автомобилей мягко урчали, готовые унести нас в центр Мюнхена к шикарному отелю «Байершер Хоф», где должна была состояться пресс-конференция».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Вереница белых «Мерседесов» доставила их в отель “Байершер Хоф”».

 

 

 

 

Кадр кинохроники.

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Во время поездки Пол был обеспокоен новым иском об отцовстве, который Нил принёс с собой на борт самолёта: «После этого, я их не видел. Он передал их выше, или что? Он во втором “Мерсе”? Много ли потребуется, чтобы замять эти иски, как по-твоему, Брайен!?»».

 

Дерек Скаллин (газета «Ириш Таймз», 2007): «Немецкая прокуратура расследует полученные сведения о том, что в 1984 году Пол Маккартни сфальсифицировал тест на отцовство и является отцом 46-летней женщины, проживающей в Берлине.

Беттина Хуберс, которой сейчас 46 лет, всегда утверждала, что Пол Маккартни является её отцом. У него был роман с её матерью Эрикой, которой сейчас 64 года. Это произошло в Гамбурге, когда «Битлз» выступали в клубе «Звезда». Эрика, работавшая в то время официанткой в ночном клубе, утверждает, что в течение трёх лет поддерживала романтические отношения с Полом, от которого в декабре 1962-го родилась Беттина. «Отношения закончились, когда он узнал, что она беременна от него», – сказала немецкой газете «Бильд» Беттина Хуберс.

Она подала судебный иск на выплату алиментов. Пол Маккартни категорически отрицал своё отцовство, но в 1966-м выплатил Эрике сумму, эквивалентную десяти тысячам фунтам стерлингов по настоящему курсу».

 

Пол: «Это было в 1966-м, когда «Битлз» совершали европейское турне. Мне сказали, что если вопрос с содержанием не будет решён, мы не сможем поехать в Германию. Я не стал подписывать этот бредовый документ, но когда мы прилетели в Германию, мне сунули мне под нос бумагу и сказали, что если я не подпишу, то турне отменят. Мне сказали, что за небольшую сумму откажутся от иска на установление отцовства. Письмо я получил от Брайена Эпстайна, который сказал, что будет дешевле подписать, чем не ехать в Германию, где мы должны получить немалый гонорар».

 

Дерек Скаллин (газета «Ириш Таймз», 2007): «Беттина утверждает, что её мать получила наличными 30 000 немецких марок (что эквивалентно сегодняшним 10 000 евро) и ежемесячное пособие в размере двухсот немецких марок. «Почему он сделал это, если он не был отцом?» – задаётся она вопросом.

Пол Маккартни отрицает, что является отцом Беттины, и говорит, что в то время юристы посоветовали ему заплатить компенсацию, а не подвергать опасности предстоящее европейское турне.

Когда в 1984 году Беттина узнала личность своего предполагаемого отца, то подала на него в суд в Германии.

Судебный процесс продолжился. Сначала дело слушалось в окружном суде Шенберга (Берлин) 22 февраля 1983 года, где Пола Маккартни представлял немецкий адвокат Клаус Вакс. Хуберсы требовали содержания в 1 500 немецких марок в месяц (примерно 375 фунтов стерлингов) и официального признания Полом отцовства. По немецкому закону, если было бы доказано, что Беттина является дочерью Пола, она имела бы право наследовать 10 процентов всех его средств. Это распространяется только на Германию, но все немецкие гонорары могли быть заморожены.

Пол согласился дать образцы крови и кожных покровов, и первый анализ крови был сделан в феврале 1983 года. Анализ крови не подтвердил отцовство, но суд не принял это как доказательство и назначил решение в полной выплате содержания.

Берлинский суд постановил провести тест на отцовство в Лондоне. Результат был отрицательным и дело закрыли.

Сейчас мисс Хуберс утверждает, что в 1983 году чтобы пройти тест на отцовство, Пол послал своего двойника. Она говорит: «Подпись на документе, которая была сделана в то время – фальшивая. Мы обнаружили, что подпись сделана правшой, а он – левша. Я требую проведения нового теста на отцовство. Это мое право. Это продолжалось так долго, потому что мы сражались, чтобы найти правду».

Михаэль Грюнвальд, представитель прокурора в Берлине, заявил: “Да, есть жалоба против него с обвинением в мошеничестве, которую мы расследуем». Если прокурор обнаружит, что есть основание для предъявления иска, сэр Пол может быть арестован, как только он ступит на немецкую землю”».

 

Газета «Взгляд» (24 мая 2007 г.): «Прокуратура Берлина прекратила расследование в отношении Пола Маккартни, возбужденное в связи c обвинением в фальсификации теста на отцовство, проведенного 23 года назад. Это обвинение выдвинула 46-летняя жительница Берлина Беттина К., утверждающая, что она является дочерью Маккартни. Берлинка заявляет, что е` мать имела любовную связь с музыкантом в 1959-1962 годах. Впервые с таким утверждением Беттина выступила в 80-е годы. Тогда же был проведен тест крови Маккартни, доказавший, что он не является отцом Беттины. Согласно сообщению газеты «Бильд», берлинка недавно обвинила знаменитого певца и композитора в том, что на проведение теста на отцовство он прислал своего двойника, чтобы избежать ответственности.

Однако прокуратура германской столицы в итоге пришла к выводу, что приписываемое 64-летнему сэру Полу правонарушение – даже если бы оно было совершено – не является наказуемым по истечению срока давности».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Кортеж из полицейских на мотоциклах следил за тем, чтобы путь от аэропорта прошёл без затруднений, поэтому все светофоры по пути в отель горели зелёным сигналом.

Отель был осаждён почти пятитысячной толпой поклонников. В отеле «Битлз» расположились в номерах 525 и 526».

 

 

 

Отель «Байершер Хоф» располагался в самом центре исторической части города.

 

 

 

Фото Роберта Уитакера.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фрэнк Фишбек (фотограф): «Я был фотографом, работающим без контракта, и везде ходил со своей камерой «Лейка», как мой кумир Картье Брессон, одевался так, чтобы незаметно носить фотоаппарат. Это позволяло мне делать не постановочные фотографии. В 1966 году маршрут их турне по Германии был известен, поэтому я заранее поселился в отель «Байершер Хоф», где они должны были остановиться, чтобы сделать фотографии для местных печатных изданий. Мне посчастливилось услышать, как один из сотрудников отеля во время разговора с коллегой сказал о скором прибытии «Битлз». Он добавил, что их машина остановится в подвале отеля, а не у главного входа, как все предполагали, так как там их будут ждать кричащие подростки.

В тот день я незаметно спустился вниз, укрыв камеру под курткой. Когда «Битлз» въехали через служебный вход, их быстро провели к ожидающему лифту, а я просто зашёл в лифт вместе с ними. Они были в приподнятом настроении и решили, что я сотрудник отеля, поэтому не имели ничего против того, чтобы я зашел в их номер. Там я сделал несколько снимков. К счастью, они так и не усомнились в том, что я не являюсь сотрудником отеля, а персонал отеля, обслуживающий группу, решил, что я был одним из их окружения. Никто не вызвал охрану».

 

 

 

Фото Фрэнка Фишбека.

 

 

 

 

 

 

Фрэнк Фишбек (фотограф): «Когда они поняли, что я просто фотограф, то не стали возражать и сказали, что я могу остаться».

 

 

 

 

 

 

Роберт Уитакер.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Фрэнка Фишбека.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В отеле они опоздали на пресс-конференцию, потому что по пути вниз со своего этажа на десять минут застряли в лифте».

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Группа на несколько минут оказалась в ловушке в переполненном лифте, когда он застрял между этажами, тем самым задержав пресс-конференцию».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Мы застряли в лифте, но в этом были сами виноваты, потому что слишком много в него набилось людей. Мы стояли около десяти или пятнадцати минут, и некоторые из нас немного поволновались».

 

 

 

Фрэнк Фишбек (фотограф): «Во время пресс-конференции я сделал несколько снимков, но они получились с двойной экспозицией».

 

 

 

 

 

 

Фото Фионы Адамс.

 

Фиона Адамс (фотограф): «В 1966-м я отправилась с ними на гастроли».

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Джон, Пол и Джордж грозили продемонстрировать журналистам знание немецкого языка, но все говорили на английском, так что я так и не узнал, как много они помнили с тех гамбургских дней».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Во время пресс-конференции репортёры снова задавали им глупые вопросы:

Вопрос: Ваше мнение о Мюнхене?

Джон: Э-э-э, ну, то, что я видел, выглядит здорово, и погода хорошая.

Вопрос: Что вы можете сказать о своей книге?

Джон: Японский… чего? (не расслышал вопроса)

Вопрос: О своей книге.

Джон: О, ну ещё не знаю, что можно сказать о немецкой версии, потому что не знаю немецкий, но издатель – приятный малый и… э-э-э… на английском языке она – ничего себе, а какая она на… не знаю… почитайте, и сами узнаете.

Вопрос: Как вы поступите с тирольскими брюками?

Пол: Э-э-э, не знаю, возможно, вывешу их… со временем.

Вопрос: Вы не хотите их одеть?

Пол: О, может быть, ага. Сейчас очень жарко… а-а-а, знаете ли.

Вопрос: Вы говорите на немецком?

Ринго: Ужасно, я не говорю на нём.

Вопрос: Совсем не владеете?

Ринго: Э-э-э, нет, не в общении, знаете, разве что пара шуток, типа «шпигеляй» или «фоммесфриттес», понимаете (смеётся). Это вообще не немецкий, но больше я почти ничего не знаю, разве что «Ви гетес?», понимаете, и этого хватает. Но если вы можете сказать: «Ви гетес», то этого достаточно.

Вопрос: Если бы вы были на Мюнхенской Олимпиаде 1972 года, что бы вы захотели увидеть?

Джордж: О, я не знаю.

Ринго: Гонки яйца и ложки.

Джордж: Бег на трёх ногах… есть такой олимпийский вид спорта? Или, может быть, прыжки в высоту».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Главный редактор журнала «Браво» Лизелотта Кракауэр вручила участникам группы золотую награду «Отто» за самую популярную группу года.

 

 

 

«Брпво Отто» – немецкая награда, чествующая выдающихся исполнителей в кино, на телевидении и в музыке. Учрежденная в 1957 году, премия вручается ежегодно, а победителей выбирают читатели журнала. Награда вручается в золоте, серебре и бронзе, а с 1996 года – почетная платиновая статуэтка за пожизненные достижения.

 

 

 

 

В ответном слове Джордж Харрисон произнёс слова благодарности на немецком языке.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Райнера Шванке.

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «После пресс-конференции поднялись в свои номера, чтобы немного отдохнуть».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Остальная часть дня прошла достаточно спокойно. Сценические костюмы были доставлены наверх в целости и сохранности, но Мэл отправил их погладить».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «С наступлением ночи, когда никого не было рядом, они искупались в бассейне».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Одна из табличек, которая сразу же попалась на глаза Полу, указывала направление к крытому плавательному бассейну отеля, который любезно согласились открыть вечером в нерабочее время, чтобы почётные гости смогли поплавать, не вызывая обморочное состояние юных постояльцев отеля женского пола».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Немного посторожил с Мэлом и Нилом, пока парни поздно вечером погрузились в бассейн. Мы просто сидели рядом и смотрели по сторонам. Позвонил Джин, чтобы она знала, что мы благополучно приземлились».

 

Синтия: «Пока Джон был на гастролях, мы вместе с мамой и Джулианом решили отправиться в отпуск. Мама предложила поехать в Пезаро, в Италию. Она уже отдыхала там раньше, в небольшой и симпатичной семейной гостинице. «Никто тебя не узнает, ты прекрасно отдохнёшь», – заверила она меня. Но, увы. Мы ещё даже не успели доехать до отеля, как на нас набросилась итальянская пресса. Журналы по всей стране запестрели фотографиями, на которых я с трёхлетним Джулианом на руках. Снимки были сделаны, когда мы пересаживались на самолёт местной авиакомпании.

 

Каждый раз, когда мы отправлялись на пляж, нас неизменно окружала толпа людей, страстно желавших потрогать и поцеловать маленького битловского «бамбино». Бедный Джулиан был так напуган, что мне приходилось возвращаться в отель и сидеть там взаперти. Владельцы гостиницы, супруги Бассанини, как могли старались оградить и защитить нас. Они выпускали нас через запасной выход, водили в маленькие, уютные ресторанчики, где нас никто не беспокоил. Они были так любезны, что мы пообещали обязательно приехать сюда ещё, когда все это безумие вокруг «Битлз» сойдёт на нет».

 

 

 

 

Газета «Дэйли Миррор» (1966): «Роллинг Брайан Джонс и Битл Джордж Харрисон оба появились в пиджаках в полоску – к счастью для служащих аэропорта, в разное время. «Роллингов, улетающих в Америку на месяц, провожали сотни вопящих поклонников».

 

 

 

 

Кристофер Сэндфорд (автор книги «Мик Джаггер – просто крутой»): «23 июня Стоунзы вылетели в Нью-Йорк, который не узнали. Город ки­пел. Они были потрясены невероятным количеством подростков с волосами более длинными, чем у них самих. Обстановка, в которой сочетались антирасистские выступ­ления, демонстрации за гражданские права, демонстрации против невыполненных обещаний правительства и войны во Вьетнаме, сделала возможным то, что раньше выходило за общепринятые рамки: в Сохо и Маленькой Италии нарко­тики имели свободное хождение».

 

Аллен Кляйн (менеджер «Роллинг Стоунз»): «На этот раз «Стоунз» встречали уже совсем не те молодые люди, что в прошлый раз. Новое поколение предпочи­тало носить заплатанные шерстяные кофты и спортивные тапочки».

 

 

 

 

Вечеринка перед открытием дискотеки «Сибилла»

22 июня 1966 г.

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-1:30. Студия 3 (аппаратная) «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженера: Джерри Бойз.

Первыми были сделаны два мономикса песни «Элеонор Ригби» (Eleanor Rigby), затем один мономикс песни «Она сказала она сказала» (She Said She Said) и один «Добрый день, солнышко» (Good Day Sunshine)».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «В стереомиксе ритм-трек песни «Добрый день, солнышко» (Good Day Sunshine) панорамирован в левый канал, а инструментальные наложения – в правый. Весь вокал сосредоточен в середине, за исключением финальных вокальных созвучий, которые переходят из канала в канал для усиления эффекта».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Вторая половина сессии была посвящена стереомиксам песен «Элеонор Ригби» (Eleanor Rigby), «Она сказала она сказала» (She Said She Said) и «Добрый день, солнышко» (Good Day Sunshine).

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «В стереомиксе песни «Она сказала она сказала» (She Said She Said) барабаны полностью помещены в левый канал, а все гитары и электроорган в основном находятся в правом канале».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «За ними последовали два микса песни «Жёлтая подводная лодка» (Yellow Submarine).

Песня «Завтрашний день никогда не знает» (Tomorrow Never Knows) оказалась более проблематичной, и потребовалось шесть попыток, прежде чем был достигнут удовлетворительный стереомикс».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Было сделано шесть стереомиксов песни «Завтрашний день никогда не знает» (Tomorrow Never Knows). Эффекты петли постепенно затухают на протяжении всего микса, в то время как слышен любопытный звук обратной связи, когда появляется вокал Джона Лесли со словами «любовь – это всё» (that love is all).

Ритм-дорожка ударных, гитары, баса и вокала, а также петля тамбуры сосредоточена в центре, в то время как петли эффектов слышны в основном в левом канале, за исключением первых четырёх тактов инструментальной части песни, когда петли смещаются в центр (петля №4, содержащая колеблющийся «Меллотрон», на долю секунды центрируется, прежде чем быстро возвращается в левый канал.) Трек три основной ленты, которая содержит бубен, орган, вокал (записанный с двойным наложением), перевёрнутое гитарное соло и фортепианная концовка – исключительно на правом канале.

Первоначальное название песни «Пустота», по-видимому, было слишком глубокомысленным названием, поэтому Джон решил поискать в другом месте, чтобы дать название своему шедевру».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Окончательное название «Завтрашний день никогда не знает» – это один из каламбуров Ринго, который несколько смягчал глубокий смысл текста, заимствованного из «Тибетской книги мертвых» (прим. – Джефф делает распространённую ошибку: никакого отношения к оригинальному тексту «Тибетской книги мёртвых» текст песни не имел. Джон Леннон заимствовал первую строчку первого куплета из книги Тимоти Лири «Психоделический эксперимент»)».

 

Джон: «Чтобы отойти от тяжеловатого философского текста, в качестве названия я взял один из языковых перлов Ринго».

 

Джордж: «Ринго постоянно произносил грамматически неправильные фразы, и мы все смеялись».

 

Пол: «Это фраза Ринго: «Завтрашний день никогда не знает». И он так и говорил, он это и имел в виду. Но звучит не банально».

 

Ринго: «Раньше, когда я начинал говорить одно, мне в голову приходило что-то другое и быстро выскакивало на языке. «Завтрашний день никогда не знает» было то, что я произнёс. Бог знает, откуда это взялось. Джону такое очень нравилось. Он всегда это записывал».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Интервью Дэвида Коулмана на телеканале «Би-Би-Си» в 1964 году проливает свет на то, когда Ринго произнёс эту фразу. Когда его попросили рассказать о случае во время приёма в посольстве в Америке, когда кто-то отрезал у него ножницами прядь волос, Ринго ответил: «Я просто разговаривал, давал интервью… я оглянулся, а там было около четырёхсот человек, и все улыбаются. Так что, знаете, что тут скажешь?» Джон: «Что скажешь?» Ринго: «Завтрашний день никогда не знает».

 

Из интервью 22 февраля 1964 года:

Репортер: Ринго, я слышал ты подвергся нападению во время приёма в английском посольстве. Это так?

Ринго: Не совсем. Просто кто-то отрезал у меня прядь волос.

Репортер: Можно посмотреть. У тебя ещё много осталось.

Ринго: (поворачивая голову): Видите разницу? На этой стороне волосы длиннее.

Репортер: Что же на самом деле произошло?

Ринго: Не знаю. Я просто разговаривал, давал интервью. (выделяя голосом) Точно так же, как я делаю это сейчас.

(В это время Джон с Полом в шутку демонстрируют, как отстригают волосы Ринго)

Ринго: Меня заболтали, оглядываюсь – вокруг четыреста человек, и все улыбаются. Что тут скажешь?

Джон: И что ты скажешь?

Ринго: Завтрашний день никогда не знает.

 

прим. – в основе игры слов Ринго лежит английская пословица «Завтра никогда не наступит» (Tomorrow never comes).

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Есть в английском языке выражение «tomorrow never comes», буквально «Завтра не наступит никогда» (прим. – идиома «после дождичка в четверг»), так вот Ринго сказал – «tomorrow never knows» («завтрашний день никогда не знает»). «А!» – сказал Леннон и поставил рингину фразу в заголовок».

 

Джон: «Я использовал эту мимоходом брошенную строчку, потому что испытывал затруднение в написании текста песни. Поэтому я и взял одно из выражений Ринго, также, как «вечер трудного дня» до этого».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Первоначальное видение Джоном песни могло сильно отличаться от того, что в итоге появилось на альбоме (увы, никаких монашеских-песнопений), но он был вполне доволен результатом, как говорил об этом в интервью. В своей песне он идеально запечатлел образ ЛСД-просветления, который искал. Великолепный потусторонний вокал – вот что делает песню «Завтрашний день никогда не знает» выдающейся вехой в музыкальной индустрии».

 

Ричи Антербергер (автор книги «Неизданные Битлз»): «Эта композиция отличается от стиля «Битлз» и стандартов того времени, отказываясь от гитарных риффов и обычной структуры куплет-припев-мелодическая вставка».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Сессия закончилась одним миксом песни «Ты должна войти в мою жизнь» (Got To Get You Into My Life)».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Для стереосведения песни «Ты должна войти в мою жизнь» (Got To Get You Into My Life) был использован девятый дубль с наложением от 17 июня. Ритм-трек был полностью микширован в левый канал (с едва слышными гитарами Джорджа и Джона из ритм-трека), медные духовые инструменты полностью позиционированы в правый канал, а вокал Пола с двойным наложением, бубен, бас-гитара и заключительная партия органа – в центр.

Затухание стереомикса – вот что привлекает наибольшее внимание. Во-первых, он на восемь секунд короче (его время 2:27). Во-вторых, последняя вокальная импровизация Пола во время затухания в строке «каждый день моей жизни» взята из противоположного трека с двойным наложением, который используется в мономиксе. Несомненно, была высказана мысль о том, чтобы затухание этого микса происходило раньше, чем мономикса, чтобы скрыть довольно несогласованную игру медных инструментов в конце мономикса».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «На этом работа над альбомом «Револьвер» была завершена».

 

 

 

Дискотека «Сибилла», фото поклонницы «Битлз», 1966 год.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Битлы посетили вечеринку перед открытием ночного клуба «Сибилла» на Своллоу-стрит, в котором Джордж был инвестором».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Завтра утром уезжаем, поэтому всё собрал и готов ехать. Вернулись в студию проверить все песни и затем в «Сибиллу» на большую вечеринку. Все парни были там, чтобы обеспечить Джорджу хорошие дивиденды с его доли в этом заведении. На самом деле клуб откроется только завтра, но в это время мы будем в Германии. Хорошее дело, но не стоит слишком увлекаться, потому что всем нам рано утром вставать, так как в одиннадцать мы должны быть в самолёте».

 

Крейг Браун (автор книги «Один, два, три, четыре: «Битлз» в ритме времени»): «Вечеринка для избранных перед открытием клуба-дискотеки «Сибилла» на Своллоу-стрит в Мэйфере состоялась 22 июня 1966 года. Кэти Макгоуэн, ведущая телепрограммы «На старт, внимание, марш!», написала для журнала «Куин» обзорный материал, упомянув, что «более блистательного списка приглашённых знаменитостей вообразить просто невозможно».

В проспекте клуба говорилось, что членство не основывается на традиционном классовом делении «по происхождению, образованию и достатку»; новые требования были куда современнее и в равной степени расплывчаты: модность».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Это было абсолютно светское заведение».

 

Шон Леви (автор книги «На старт, внимание, марш»): «Кевин Макдональд, Терри Ховард и Брюс Хайэм задумали клуб как место досуга элиты свингующего Лондона».

 

Дэвид Симонелли (автор книги «Герои рабочего класса: рок-музыка и британское общество в 1960-х и 1970-х годах»): «Будучи внучатым племянником владельца газеты «Дейли Мейл» лорда Нортклиффа, Макдональд происходил из аристократической семьи, но он хотел создать элиту, сформированную не по отношению к социальному классу».

 

Кевин Макдональд (владелец клуба «Сибилла»): «Мы с партнёрами собрали всех новых аристократов Великобритании, современную молодую элиту стиля, вкуса и чувственности, самых творческих людей, самых востребованных, самых умных, самых популярных артистов, самых светских персон».

 

Брюс Хайэм: «Мы решили, что посетителями клуба будут уверенные в себе люди».

 

Чак Андерсон (автор книги «Вспоминая Примроуз-Хилл»): «Свингующие молодые рекламщики, которые и придумали всё это, объявили, что клуб должен стать излюбленным местом «сообщества новых мальчиков», состоящего из дерзких, талантливых молодых людей любого происхождения, тех, кто получил известность благодаря своему таланту, а не происхождению – художники, фотографы, поп-музыканты, кинорежиссёры, фотомодели, журналисты и представители средств массовой информации».

 

Робин Дуглас-Хьюм (шотландский аристократ): «Теперь лондонский привилегированный класс – это актёры, поп-певцы, стилисты и модели. Времена изменились. Если бы в ресторан, где свободным остался всего один столик, вошли какой-нибудь 14-й граф, владелец обширных охотничьих угодий, и Джордж Харрисон с Патти Бойд, то кому отдали бы столик? Любой здравомыслящий метрдотель предложил бы его Джорджу с Патти».

 

Шон Леви (автор книги «На старт, внимание, марш»): «Кажется, что ничто не являлось таким показательным олицетворением лондонской жизни, как клуб «Сибилла», открывшийся в июне 1966 года. Его открытию предшествовали месяцы обсуждений, слухов и шумихи. Во-первых, несомненно, это было связано с небольшой долей Джорджа Харрисона в этом бизнесе: дискотека, принадлежащая «Битлз»! Во-вторых, это было связано с большим количеством знаменитых и модных имён среди членов клуба. Но также это было следствием атмосферы свингующих шестидесятых. «Сибилла» была задумана, создана и открыта как первая классическая лондонская дискотека. И апогеем всего этого должен был стать день, когда откроются двери этого заведения».

 

Крейг Браун (автор книги «Один, два, три, четыре: «Битлз» в ритме времени»): «Список гостей был опубликован в журнале «Куин» под заголовком: «А скольких свингующих лондонцев знаете вы?»: Джон Барри (композитор), Джейн Биркин (актриса, супруга Джона Барри), Жаклин Биссет (актриса), Патти Бойд (жена Битла), Дэвид Бэйли (фотограф), Терри Ховард (фотограф, основной акционер), Николас Горманстон (англо-ирландский аристократ), Майк д’Або (певец), Найджел Демпстер (светский колумнист), Мик Джаггер (лидер группы «Роллинг Стоунз»), Брайан Джонс (участник группы «Роллинг Стоунз»), Терри Донован (фотограф), Майкл Кейн (актёр), Джули Кристи (актриса), Мэри Куант (модельер), Лесли Кэрон (актриса), Джон Леннон, Кэти Макгоуэн (ведущая телепрограммы «На старт, внимание, марш!»), Кевин Макдональд (копирайтер, основной акционер), Пол Маккартни, Дэвид Млинарич (дизайнер), Эндрю Луг Олдхэм (менеджер «Роллинг Стоунз»), Джейн Ормсби-Гор (дочь посла Соединенного Королевства в США), Сэр Марк Палмер (основатель модельного агенства «Инглиш бой»), Лэнс Персивал (эстрадный артист), Сэр Уильям Пиготт-Браун (жокей национальной охоты, главный акционер), Александр Планкет Грин (предпринимател в сфере моды, супруг Мэри Куант), Майкл Рейни (модельер, владелец бутика «Ханг Он Ю», супруг Джейн Ормсби-Гор), Кит Ричардс (участник «Роллинг Стоунз»), Эдина Ронай (дизайнер и актриса), Морин Старк, Эрик Суэйн (фотограф, бывший парень Патти Бойд), Гордон Уоллер (участник «Питер и Гордон»), Алан Фримен (диск-жокей, основной акционер), Анита Харрис (певица), Селия Хэммонд (модель), Перегрин Элиот (аристократ)».

 

Чак Андерсон (автор книги «Вспоминая Примроуз-Хилл»): «Является ли это триумфом рабочего класса или просто высший класс снова посещает дешёвые кабаки? Стоунзы и Битлы дружат с представителями высшего сословия, такими как бывший студент Итона галерист Роберт Фрейзер, бывший студент Итона антиквар Кристофер Гиббс и наследник «Гиннеса» Тара Браун. И по мере того, как они привыкали к этому окружению, Джаггер и Маккартни отказались от ценностей рабочего класса (если они у них вообще когда-либо были). Они переняли взгляды высших классов. Все до единого из «Битлз» и «Роллинг Стоунз» купили элитное лондонское жилье или большие загородные дома.

Идеальным выражением этого нового общества была «Сибилла» – самая модная ультрасовременная дискотека Лондона с зеркалами и пульсирующими огнями. В роли ди-джея выступал австралийский выскочка Алан «Пушок» Фримен – медиа-стряпчий нового высшего общества».

 

Редвел Трабант (Beatles Conspiracy.com): «Среди совладельцев клуба упоминаются: Кевин Макдональд, 26-летний фотограф Терри Ховард, 24-летний реквизитор Брюс Хайхэм, сэр Уильям Пиггот-Браун, ди-джей Алан Фримен, наследник компании «Гинесс» Тара Браун и Джордж Харрисон».

 

Дерек Тейлор (журнал «Кей-Эр-Эл-Эй», 25 июня 1966): «Половину средств для этого предприятия внёс баронет Сэр Уильям Пиготт-Браун».

 

Стив Тёрнер (автор книги «Битлз ’66: революционный год»): «Джордж Харрисон, друг Ховарда, получил 10-процентный пакет акций при условии, что его имя может быть использовано для привлечения внимания общественности».

 

Дерек Тейлор (журнал «Кей-Эр-Эл-Эй», 25 июня 1966): «Интерьер помещения был спроектирован Дэвидом Млинаричем».

 

Дэвид Млинарич (дизайнер): «Моя концепция заключалась в том, чтобы придать клубу ощущение минимальности внутренней отделки в соответствии с современной модой в дизайне одежды».

 

 

 

Интерьер дискотеки «Сибилла», 1966 г.

 

Шон Леви (автор книги «На старт, внимание, марш»): «Макдональд, Ховард и Хайэм назвали это место в честь Сибиллы Эдмонстон – лондонской светской львицы и внучки американского предпринимателя Маршалла Филда».

 

 

 

Сибилла Эдмонстон в клубе, названном её именем.

 

 

 

 

Билл Харри (автор книги «Самая полная энциклопедия Битлз»): «Клуб работал от имени компании “Кевин Макдональд Ассошиэйтед Лимитед”».

 

Стив Тёрнер (автор книги «Битлз ’66: революционный год»): «Менеджером клуба был Лори О’Лири, который ранее управлял ночным клубом в Найтсбридже «Эсмеральда Барн», принадлежащего близнецам Крей (прим. – Ронни (Рональд) Крей и его брат-близнец Реджи – английские гангстеры)».

 

Ронни Крей: «Это были лучшие годы в нашей жизни. Их называли свингующие шестидесятые. «Битлз» и «Роллинг Стоунз» были королями поп-музыки, Карнаби-стрит правила миром моды, а мы с братом правили Лондоном. Мы были из касты грёбаных неприкасаемых».

 

прим. – Рональд Джеймс «Ронни» Крей и его брат близнец Реджи были английскими гангстерами, возглавляли организованную преступность в лондонском Ист-Энде в 1950-х и 1960-х годах. Банда, известная как «Фирма», участвовала в вооружённых ограблениях, поджогах, вымогательствах, разбоях и убийствах.

Владея ночными клубами Уэст-Энда, Крейсы общались с политиками и известными артистами, такими как Дайана Дорс, Фрэнк Синатра и Джуди Гарланд. В 1960-х они стали знаменитостями, их фотографировал Дэвид Бейли, и они давали интервью на телевидении.

 

 

 

Чарльз Крей (старший брат) с Ронни и Реджи.

 

Лори О’Лири (менеджер клуба «Сибилла», автор книги «Ронни Крей: мужчина среди мужчин»): «Клуб «Сибилла» был небольшой дискотекой с рестораном, располагавшимся на Вайн-стрит в Мейфэр – узкой извилистой мощёной улице, ширина которой позволяла проехать только одному автомобилю (прим. – Вайн-стрит – небольшая улица рядом с Своллоу-стрит, недалеко от Мейсон-Ярд, где находилась художественная галерея и книжный магазин «Индика»). На Вайн-стрит, выходящей на Риджент-стрит, уже располагались три действующих ночных клуба, самым известным из которых был «Сторк Румз» Эла Бернета. Непосредственно по соседству находился менее известный, но преуспевающий «Хиронделл». На самом деле «Хиронделл» имел название «Лиронделле» (по-французски «Ласточка») и был кабаре-клубом. Оба принадлежали Близнецам Крей. Чуть далее находился бар «Ойстер» Билла Бентли, который часто посещали многие знаменитости».

 

Джерри Моррис (группа «Симбэлайн»): «Однажды в понедельник днём в лондонском Вест-Энде мы свернули на узкую улочку, и Дел осторожно припарковал автофургон с оборудованием группы как можно ближе к входной двери. Менеджер клуба «Сибилла» Лори О’Лири приветствовал нашу группу «Симбэлайн». Он был очень дружелюбен, с приветливой улыбкой, которая сразу же появилась на его лице, как только мы там появились. Во время разговора он поглаживал шёлковый носовой платок, аккуратно выглядывавший из верхнего кармана пиджака. Даже в начале дня он был одет в шикарный дорогой костюм, пошитый на заказ, готовый к любым неожиданным посетителям или гостям. Мы узнали, что «Сибилла» был самым эксклюзивным клубом в столице и частично принадлежал Джорджу Харрисону из «Битлз».

Мы начали выгружать барабаны, гитары, микрофоны и усилители. Для нас это был важный день – прослушивание, чтобы получить работу в самом эксклюзивном и модном ночном клубе Лондона. Спустившись вниз по лестнице, мы попали в главную зону, где находился очень маленький танцпол, окружённый столами и нишами. Крошечная сцена располагалась по центру со стеклянными перегородками по бокам и сзади. Места для пяти музыкантов не хватило, не говоря уже о нашем оборудовании и звуковой системе, поэтому нам пришлось обойтись минимальным набором инструментов. И всё равно пришлось изрядно потесниться.

В одной из ниш сидели четверо мужчин, которые собирались послушать нашу музыку. В одном из них я узнал Алана Фримена, известного телеведущего и диджея «Би-Би-Си». Мы настроили оборудование и пошли в крошечную гардеробную, примостившуюся за кухней. Шеф-повар представился как Клаус, очевидно, очень близкий друг мистера Фримена. Он странно улыбнулся всем нам и продолжил готовить закуски к вечеру. Мы переоделись в свои новые костюмы с эмблемой «Симбэлайн» на куртках: чёрно-белый круг, окружавший перевёрнутый черно-белый горизонтальный прямоугольник.

После прослушивания Лори был очень нами доволен и буквально сиял, когда подписывал с нами контракт от имени организации, которую представлял – «Агентство эстрадных мероприятий Чарльза Крея» (прим. – Чарли был старшим братом близнецов Ронни и Реджи). Нам не терпелось начать играть в этом клубе.

Когда мы стали там выступать, то поняли, что клуб был золотой жилой. Меня поразило, что наличными никто не пользовался. Никто не спрашивал, сколько стоят бутерброды со стейком или напитки. Казалось, разговоры о деньгах были непристойными и находились под негласным запретом».

 

Письмо Джорджа Харрисона от 13 сентября 1966 года Терри Ховарду, в ответ на письмо с просьбой оплатить непогашенный счёт за ночной клуб «Сибилла»: «Извини, я не видел тебя в последнее время. Надеюсь, ты и твоя персона в порядке. Я просто не могу заставить себя заплатить за сибилловские напитки, так что не мог бы ты просто записать их в список расходов на рекламу, спасибо. С любовью, Джордж» (прим. – кажется довольно странным, что один из владельцев клуба просит другого владельца клуба оплатить счёт этого заведения).

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В последующие месяцы Джордж и его друзья часто посещали этот клуб (не в последнюю очередь потому, что он вложил в него свои средства)».

 

Эда Сиков (автор книги «Мистер Стрейнджлав: биография Питера Селлерса»): «В 1968 году Джордж Харрисон попытался переименовать ночной клуб «Сибилла» в честь Тити Вахтмайстер. Питер Селлерс, друживший с Джорджем, был в близких отношениях с этой моделью из Швеции. Однако офис Владения Короны (прим. – Собственность Короны (Владения Короны) является одним из крупнейших владельцев недвижимости в Великобритании) решил, что слово «Тити» звучит вульгарно, и настоял, чтобы Харрисон отказался от этого названия. В итоге Джордж решил переименовать ночной клуб в гораздо более приличное название, хотя и в шведском стиле – «Девочка» (Flicka)».

 

 

 

Патти Бойд в дискотеке «Сибилла» (на заднем плане Пол Маккартни).

 

 

 

Дискотека «Сибилла», фото Джона Доунинга.

 

 

 

 

Комната ди-джея в дискотеке «Сибилла», 1966 г.

 

 

 

 

Запись песни She Said She Said

21 июня 1966 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Запись песни «Она сказала она сказала» (She Said She Said)».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Студия 3 (аппаратная) «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик; помощник звукоинженера: Фил Макдональд».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Участники группы присутствовали, время от времени внося свои предложения».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «С 10:00 до 13:00 было сделано три стереомикса песни «Люблю тебя до…» (Love You To), которая всё ещё носила рабочее название «Бабушка Смит» (Granny Smith)».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Процедура была такой же, как и с моносведением (16 мая), а именно: сначала были сделаны три стереосведения (два с использованием технологии искусственного двойного наложения, и одно без), после чего они все вместе были отредактированы. В стереомиксе каждый элемент сведён ближе к центру. Продолжительность песни по отношению к монофоническому миксу короче на восемь секунд, и составляет точно три минуты».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Затем было сделано два стереомикса песни «Хочу тебе сказать» (I Want To Tell You) и два песни «Здесь, там и повсюду» (Here, There And Everywhere)».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Сначала было сделано стереосведение песни «Здесь, там и повсюду» (Here, There And Everywhere), в котором две дорожки ведущего вокала и две дорожки гитарных пассажей Джорджа Харрисона полностью позиционируются в правом и левом каналах. Ритм-трек в основном позиционируется в правом канале, а вокальное созвучие в основном в левом канале».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Моносведение песни «Здесь, там и повсюду» (Here, There And Everywhere) имеет некоторые различия от стереомикса в финальном аккорде песни. Во-первых, это отсутствие вокальных гармоний, а во-вторых, более быстрое затухание по сравнению со стереомиксом».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Первая сессия закончилась двумя моно миксами одной и той же песни, заменившими тот, который был сделан 17 июня 1966 года.

С13:00 до 14:30 перерыв.

С 14:30 до 18:30 проводилось дополнительное сведение и редактирование, начиная с двух моно миксов «Ни для кого» (For No One), трех «Доктор Роберт» (Doctor Robert) и двух «Сборщик налогов» (Taxman)».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Для создания мономикса песни «Доктор Роберт» (Dr. Роберт) потребовалось гораздо больше точности, и было сделано три попытки, прежде чем они остались довольны. Они назвали эти миксы с 4 по 6, когда на самом деле они были с 5 по 7, микс 6 был лучшим, хотя на самом деле это был 7-й мономикс песни. После редактирования из песни были удалены 43 секунды, вокал более отчётлив, чем в более раннем моно миксе, и затухание должным образом скрывает окончание записи («O’Kей Херб» Джона).

Для того, чтобы улучшить звучание песни «Сборщик налогов» (Taxman), было решено убрать небольшие акценты соло-гитары во втором куплете, что было легко сделать, понизив уровень соло-гитары в двух местах.

Придя к единому мнению, что гитарное соло Пола получилось очень хорошо, было решено расширить его присутствие».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Оно получилось настолько хорошим, что Джордж Мартин поручил мне включить его во время затухания песни».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Гитарное соло было записано в окончание песни методом наложения, поэтому вместе с соло записалась и вся эта часть песни (ритм-трек и наложение колокольчика).

Так как было нужно синхронизировать добавленную часть соло с основной мелодией, были созданы два моно микса песни, которые затем были объединены вместе, чтобы получить нужный результат. Эти миксы были обозначены как дубли пять и шесть, тогда как на самом деле они были шесть и семь.

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Затем были отредактированы «Доктор Роберт» (Doctor Robert) и «Сборщик налогов» (Taxman), после чего обе песни были готовы к выпуску.

Сессия закончилась стереомиксом «Ни для кого» (For No One) и двух «Сборщик налогов» (Taxman), после чего была произведена редакция двух миксов «Сборщик налогов» (Taxman)».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Затем для песни «Сборщик налогов» (Taxman) во время стереосведения они повторили ту же процедуру, что была выполнена для моносведения: было создано два микса (один для основной части песни и один для повторения части гитарного соло), а затем их соединили вместе.

Ритм-трек полностью находится в левом канале, инструментальные наложения в правом, а весь вокал позиционирован к середине (за исключением слов «Вильсон» (Wilson) / «Хит» (Heath), которые находятся только в правом канале, так как они записывались во время наложения соло-гитары)».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «У Beatles был 30-минутный перерыв перед тем, как войти в Studio Two и начать работу над “She Said She Said”.

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Действительно беспокойный день. Думаю, что новая пластинка должна быть закончена до начала гастролей, поэтому большинство песен, записывавшихся до этого времени, были закончены. Но у Джона оставалась ещё одна, которую нужно было записать, и парни больше половины дня занимались ею».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-3:45. Студия 2 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик. Запись песни «Она сказала она сказала» (She Said She Said)».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Только в самом конце, когда большая часть песен альбома «Револьвер» была сведена и готова к мастерингу, кто-то понял, что альбому не хватает песни. Если бы он был слишком коротким, возникли бы жалобы или, что ещё хуже, возвраты от покупателей. Мало того, что уже была назначена дата выпуска и изголодавшиеся поклонники жаждали услышать новый альбом, так ещё и сами «Битлз» должны были через несколько дней отправиться в европейское турне, так что времени было в обрез».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Именно в этот момент очень вовремя Джон принёс песню «Она сказала она сказала» (She Said She Said), которая ещё не была полностью доработана, но он полагал, что так как через два дня они должны были быть в Мюнхене, то у них не было выбора, кроме как собраться в студии. У песни даже не было названия, поэтому она называлась “Без названия”».

 

Джон: «Это была просто кислотная песня».

 

Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы «Би-Би-Си»): «Если в песне «Жёлтая подлодка» все подозревали какие-то наркотические влияния и делали это совершенно напрасно, то в следующей на альбоме песне – песне, надо сказать, малозаметной – эти самые влияния есть, более того, их никто и не отрицает. Джон Леннон написал её, находясь под сильным кайфом. Дело было в Лос-Анджелесе, Джон наелся кислоты, то есть ЛСД, делал это всего второй раз в жизни. Киноактёр Питер Фонда подбил его. «Я, – говорит, – знаю, что значит – быть мёртвым!». В общем, оказал своё тлетворное влияние».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «В середине американского турне 1965 года «Битлз» взяли небольшой перерыв, чтобы отдохнуть. Однако, будучи тем, кем они были, они не могли остановиться где угодно».

 

Ларри Кейн (журналист): «Стратегия обеспечения безопасности заключалась в том, чтобы уединиться в полностью защищённом месте. Они остановились в доме в стиле ранчо, расположенном в Бенедикт-Каньоне – элитном районе с узкими проездами и домами на вершинах холмов. Чтобы взобраться на скалы и проникнуть в крепость «Битлз» потребовался бы десантник военно-диверсионных частей».

 

Джон: «Этот дом был чем-то вроде Диснейленда».

 

Джордж: «Это был дом в форме подковы, расположенный на холме недалеко от Малхолланда. Там была небольшая сторожка, в которой поселились Мэл с Нилом».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Они жили там с 23 по 28 августа 1965 года. Среди гостей были Роджер Макгуин и Дэвид Кросби из группы «Бёрдз», Джоан Баэз и Питер Фонда».

 

Джордж: «Мы с Джоном решили, что Пол с Ринго должны попробовать кислоту, потому что мы перестали чувствовать с ними связь. У нас был план, что когда мы приедем в Голливуд, в наш выходной день мы заставим их принять кислоту. Мы раздобыли её в Нью-Йорке. Это были кубики сахара, завёрнутые в фольгу, и мы носили их с собой на протяжении всего турне, пока не добрались до Лос-Анджелеса».

 

Джон: «Мы просто решили ещё раз принять кислоту в Калифорнии. Мы были в одном из таких домов, как дом Дорис Дэй, и приняли её втроём: Ринго, Джордж, я, и, возможно, Нил. Пол только присматривался к этому, поэтому мы все были довольно жёсткими по отношению к нему: «Мы все принимаем, а ты нет». Пол долго её не принимал.

Песня «Она сказала она сказала» (She Said She Said) была написана после приёма кислоты в Лос-Анджелесе во время перерыва в турне, когда мы развлекались с группой «Бёрдз» и кучей девушек. Когда мы уже были под кислотой, пришёл Питер Фонда (прим. – американский актёр). Он всё время подходил ко мне, присаживался и шептал: «Я знаю, каково это быть мёртвым». Он говорил о своём приёме кислоты, но мы не хотели об этом слышать! Мы были под кислотой, светило солнце, девушки танцевали (думаю, кто-то из «Плейбоя»), всё прекрасно, как это было в шестидесятых. А этот парень, которого я на самом деле не знал, он тогда ещё не снялся в «Беспечном ездоке» или в чём-то подобном, всё тёрся рядом в своих солнцезащитных очках и твердил: «Я знаю, каково это быть мёртвым», а мы старались отделаться от него, потому что он был таким занудным. Это такая жуть, когда ты в приподнятом настроении: «Не говори мне об этом. Я не хочу знать, каково это быть мёртвым!»»

 

Джордж: «Не знаю каким образом, но там появился Питер Фонда. Он всё время повторял: «Я знаю, каково это быть мёртвым, потому что я выстрелил в себя». Однажды он случайно выстрелил в себя и показывал нам шрам от пули. Он был очень неприятный».

 

Питер Фонда (американский актёр): «Пол и Джордж были на заднем дворике, над нами всё время патрулировал полицейский вертолёт. Это двое сидели за столиком под зонтом – забавная попытка уединиться. Вскоре после этого мы приняли кислоту.

Помню, как сидел на террасе дома с Джорджем, который сказал мне, что он, как ему кажется, уходит в небытие. Я сказал ему, что бояться нечего, и что ему нужно только расслабиться. Я сказал, что знаю, каково это быть мёртвым, так как, когда мне было десять лет, я случайно выстрелил себе в живот, и моё сердце три раза останавливалось, пока я был на операционном столе, потому что у меня была большая кровопотеря. В это время Джон проходил рядом и услышал, как я говорю: «Я знаю, что значит быть мёртвым». Он посмотрел на меня и сказал: «Ты дал мне почувствовать, что я не рождался на свет. Кто вбил тебе в голову всё это дерьмо?» Когда я впервые услышал «Револьвер», я точно знал, откуда взялась эта песня, хотя Джон так никогда меня за это не отблагодарил, а я никому об этом не говорил».

 

Роджер Макгуин (лидер группы «Бёрдз»): «Мы все приняли кислоту, и Джон не мог этого не сделать. Он сказал: «Уведите отсюда этого парня». Это было болезненно и странно. Мы только что закончили смотреть (фильм) «Кэт Баллу» с Джейн Фондой (прим. – сестра Питера Фонды), и Джон не хотел иметь ничего общего с какими-либо Фондами. Они разошлись с Питером в оценке этого фильма, и то, что он сказал, просто добавило к этому».

 

Джон: «Вначале была идея, которую я стал наигрывать на гитаре: «Он сказал, я знаю, какого это быть мёртвым, я сказал… я сказал, что я должно быть спятил, он сказал…». А потом я её отложил. Когда я её писал, у меня было всего лишь одна строчка: «она сказала, она сказала», но за этим ничего не было. Неясно как это связано с кем-то, кто что-то сказал. Помимо этого, было просто звуковое сопровождение, но я изменил «он» на «она» в тексте».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «В следующем варианте он добавил строчки: «Я сказал: “Кто тебе всё это вложил в голову?”; это заставляет меня чувствовать, как будто у меня порваны штаны; она сказала: “Я буду любить тебя больше, когда ты умрёшь”; я сказал: ”Нет, нет, нет, это неправильно”».

 

Джон: «А потом мне понадобился восьмитактовый переход. Дни и дни я работал над его началом, и поэтому написал первое, что пришло в голову: «Когда я был мальчиком», но в другом ритме. Но это подошло, потому что хорошо вписалось».

 

Джордж: «Позже я принял некоторое участие в написании этой песни. Как-то раз я был у него дома, и ему не давались некоторые мелодии. У него было множество фрагментов, наверное, песен трёх, которые оставались незаконченными, и я предложил свои варианты и помог ему совместить их, чтобы они стали одной законченной песней. Это была «Она сказала она сказала» (She Said She Said). Восьмитактовый переход – это другая песня: «Она сказала: «Я знаю, каково это быть мёртвым (‘She said, I know what it’s like to be dead), и я сказал: «О, нет, нет, ты ошибаешься» (and I said, oh, no, no you’re wrong)». Затем это переходит в: «Когда я был мальчиком» (When I was a boy). Соединилось, как будто их спаяли вместе. Так что я и такое делал».

 

Джон: «Это была грустная песня. Полагаю, это была просто «кислотная» песня. «Когда я был маленьким мальчиком», понимаете. Во всяком случае, стало многое высвобождаться из самого детства. Это было настоящее».

 

Из интервью Джонатану Котту для журнала «Роллинг Стоун» 18 сентября 1968:

Джон: Помню, в то время у меня было кризисное состояние, и, написав эту песню, я толком не понимал ещё, что у меня получилось. Потом, услышав её в записи, я остался доволен.

Джонатан Котт: Недавно я отметил ещё одно твоё душевное состояние: «Когда я был мальчиком, всё казалось правильным».

Джон: Ты прав. Здесь я искренен. Я сказал то, что хотел сказать.

 

Пол: «В основном это Джон. Хорошая работа. Мне кажется, что Джон пришёл в студию с почти законченной песней».

 

 

 

 

She said:  Она сказала:

«I know what it’s like to be dead,  «Я знаю, каково это быть мёртвым,

I know what it is to be sad».  Я знаю, что значит грустить».

And she’s making me feel like I’ve never been born.  И она заставила меня почувствовать, что я никогда не рождался.

 

I said:  Я сказал:

«Who put all those things in your head?  «Кто тебе все это вложил в голову?

Things that make me feel that I’m mad,  То, что заставляет меня чувствовать, что я злюсь,

And you’re making me feel like I’ve never been born».  И ты заставляешь меня почувствовать, что я никогда не рождался».

 

She said: «You don’t understand what I’ve said».  Она сказала: «Ты не понял, что я сказала».

I said: «No no no, you’re wrong».  Я сказал: «Нет, нет, ты ошибаешься».

When I was a boy,  Когда я был мальчиком,

Everything was right,  Всё казалось правильным,

Everything was right.  Всё казалось правильным.

 

I said:  Я сказал:

«Even though you know what you know,  «Хотя ты знаешь то, что знаешь,

I know that I’m ready to leave,  Я знаю, что готов уйти,

‘Cause you’re making me feel like I’ve never been born».  Потому что ты заставляешь меня чувствовать, что я никогда не рождался».

 

She said: «You don’t understand what I’ve said».  Она сказала: «Ты не понял, что я сказала».

I said: «No no no, you’re wrong».  Я сказал: «Нет, нет, ты ошибаешься».

When I was a boy,  Когда я был мальчиком,

Everything was right,  Всё казалось правильным,

Everything was right.  Всё казалось правильным.

 

I said:  Я сказал:

«Even though you know what you know,  «Хотя ты знаешь то, что знаешь,

I know that I’m ready to leave,  Я знаю, что готов уйти,

‘Cause you’re making me feel like I’ve never been born».  Потому что ты заставляешь меня чувствовать, что я никогда не рождался».

 

She said,  Она сказала,

She said,  Она сказала,

I know what it’s like to be dead,  Я знаю, каково это быть мёртвым,

I know what it’s like to be dead,  Я знаю, каково это быть мёртвым,

I know what it is to be sad,  Я знаю, что значит грустить,

I know what it is to be sad,  Я знаю, что значит грустить,

I know what it’s like to be dead,  Я знаю, каково это быть мёртвым,

I know what it’s like to be dead.  Я знаю, каково это быть мёртвым.

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «У песни достаточно стандартная структура: «куплет / куплет / мелодическая вставка / куплет / мелодическая вставка / куплет» с быстрым вступлением и постепенным затуханием. Инструментальная или сольная часть не потребовалась».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Итак, в предпоследний день записи альбома, после того как целый день мы занимались сведением песен, в студии снова появились Мэл и Нил с инструментами группы. Они начали спешно репетировать новую песню Джона «Она сказала она сказала» (She Said She Said)».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Запись песни началась в 19:00».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Группа затратила большую часть времени на репетицию песни «Она сказала она сказала» (She Said She Said), сделав не менее 25 попыток. Затем они записали три дубля ритм-трека.

В какой-то момент Пол Маккартни покинул студию после ссоры, что позволяет предположить, что в этой песне на бас-гитаре играл Джордж Харрисон».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «По-видимому, в этот день бесцеремонность Леннона взяла верх над Маккартни».

 

Пол: «Не уверен, но думаю, что это была одна из немногих записей «Битлз», на которой я не играл. По-моему, у нас была ссора или что-то в этом роде, и я сказал: «Да пошли вы!», а они ответили: «Что ж, мы сами её запишем». Полагаю, что на басу играл Джордж».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Хотя это не отмечено в студийной документации, партия бас-гитары, несмотря на её достаточно хорошую эффективность, намного более бесхитростна, чем это свойственно игре Пола. Так что можно с уверенностью сказать, что в тот день Пол покинул студию до начала записи».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Ритм-трек включал барабаны, гитару и бас».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «После продолжительной репетиции было записано три дубля ритм-трека: Джон на электрогитаре, Джордж на бас-гитаре и Ринго на барабанах».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Затем Джон записал ведущий вокал, потом Джон с Джорджем записали вокал второго плана.

После этого было сделано промежуточное сведение.

На две освободившиеся дорожки были записаны соло-гитара Харрисона и партия электрооргана Леннона».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Затем на вторую свободную дорожку были записаны соло-гитара (Джордж), орган «Хэммонд» (Джон) и шейкер (Ринго)».

 

Джон: «Это интересный трек. На нём очень хороши гитары».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «При прослушивании записи было обнаружено, что звучит как минимум три гитарные партии, что свидетельствует о том, что в какой-то момент также было сделано дополнительное наложение гитары. Насыщенное звучание риффов соло-гитары указывает на то, что скорее всего во время процесса записи применялось искусственное двойное наложение, а также значительная компрессия барабанов, придающая объёмность тарелкам Ринго».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Затем было сделано три моносведения, хотя от них откажутся в пользу микса, который будет сделан на следующий день».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «В студийной документации эти миксы имеют название песни «Она сказала она сказала» (She Said She Said), что указывает на то, что к этому времени было принято решение о названии песни».

 

Пол: «Мне нравится название «Она сказала она сказала», которое, я думаю, было придумано во время записи».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «В группе Джон всегда был хулиганом. Его отношение к работе было таким: «Давайте просто запишем». Поэтому неудивительно, что мы записали и свели всю песню за девять часов, в отличие от тех трёх дней, что мы потратили на песню «Здесь, там и повсюду» (Here, There And Everywhere). Тем не менее, он заставил группу прогнать песню десятки раз, прежде чем остался доволен результатом. При всем при этом песня оставляет ощущение рваного трека».

 

Джон: «У меня довольно нетипичный ритм, потому что мне никогда не удавалось на сцене его выдерживать. Я постоянно сбивался».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Это наиболее заметно в песне «Она сказала она сказала» (She Said She Said), где его сбивчивый ритм в мелодических вставках довольно трудно понять слушателю, не говоря уже о самой группе. Несомненно, именно поэтому в студии потребовалось около двадцати пяти репетиций, прежде чем они были готовы к записи».

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Сейчас я отправлюсь спать, потому что уже рассвет, и я устал».

 

 

 

Альбом Yesterday… And Today переиздан в новой обложке

20 июня 1966 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Альбом «Вчера и… Сегодня» (Yesterday… And Today) переиздан в США в новой обложке».

 

Брюс Спайзер (автор книги «Битлз на Кэпитол Рекордз»): «20 июня 1966 года альбом «Вчера и… Сегодня» наконец-то появился в магазинах и продавался как в переклеенных, так и в новых конвертах».

 

 

 

 

Джон: «Истеблишмент не хотел принимать наш новый образ. Для них мы оставались пай-мальчиками из шоу Эда Салливана. Хотя, может быть, нас самих всё это не очень-то и волновало. Мы записали «Револьвер». В этот альбом вложили столько сил, что на всё осталь­ное уже не обращали внимания. Руководство «Кэпитол» испугалось и быстро заменило «мясников» на более нейтраль­ный конверт. Жуткие снимки заклеили другой нашей фотографией, на которой у нас довольно затравленный вид, но предполагалось, что мы изображаем счастливую и удачливую четвёрку».

 

Нил Аспинал (персональный помощник «Битлз»): «Ребята из «Кэпитол» наклеили новые обложки поверх старых на уже выпущенные пластинки, а при выпуске следующего тиража печатались уже только новые. Но те, кто купил пластинки из первой партии, отпаривали фото, наклеенное сверху, и обнаруживали под ними изображение «мясников». Но сохранилось их не так уж и много».

 

Ринго: «Было нелепо, что запрещённую обложку заклеили другой, и все начали заглядывать под неё. Конверт моментально превратился в коллекционную редкость. У меня его нет, потому что в те дни никто из нас не думал, что его надо было бы сохранить».

 

Брюс Спайзер (автор книги «Битлз на Кэпитол Рекордз»): «Вскоре те, кто купил переклеенный альбом, заподозрили, что под картинкой на лицевой стороне есть что-то ещё. Особо наблюдательные заметили, что справа от крышки чемодана просвечивает тёмный треугольник, контрастирующий с белым халатом, что на самом деле было черной рубашкой Ринго. Также в правом нижнем углу можно было разглядеть тёмное колено Ринго, потому что брюки у него тоже были черные. На некоторых конвертах наклейка с чемоданом прикрывала фотографию с «мясниками» не полностью, оставив с одного края тонкую серую или черную полосу. Поклонники группы, знавшие о существовании скандальной обложки, пытались отпарить скрывавшее её изображение с чемоданом. Наиболее аккуратным и удачливым удавалось воскресить «мясников» во всем их чудовищном величии. Те же, кому повезло меньше, только портили обложку и получали «заплатанных мясников». А многие, отклеив уголок, разочаровывались, обнаружив всего лишь обычный картон».

 

 

 

 

 

Из дневника Альфа Бикнела: «Большую часть дня затратил на подготовку к гастролям. После ужина поспешил к ним в студию, где они заканчивали работу над альбомом».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Сведение песни «Ты должна войти в мою жизнь» (Got To Get You Into My Life)».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «18:00-20:30. Студия 1 (аппаратная) «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик.

Было решено, что песне не хватает медных и деревянных духовых инструментов».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «На сессии во [время записи «Ты должна войти в мою жизнь» (Got To Get You Into My Life)] было всего пять (медных) духовых инструментов, и когда пришло время сводить песню, Пол все время повторял: «Я бы хотел, чтобы духовые инструменты стали более ярко выражены», на что Джордж Мартин ответил: «Что ж, у нас нет возможности вернуть их ещё раз на сессию – нам нужно закончить альбом, и в любом случае больше нет бюджета для сессионных музыкантов». Именно поэтому мне пришла идея сделать дубль трека медной группы, а затем воспроизвести его вместе с мультитреком, но с небольшой рассинхронизацией по времени, что привело к задвоению труб.

Мы хотели добиться более яркого звучания медной секции. Как сделать так, чтобы это звучало масштабнее? Конечно, можно было бы продублировать трек, но у нас не осталось свободных дорожек. Поэтому мы фактически записали этот трек или скопировали в режиме стерео. Когда пришло время делать сведение, мы «постучали по дереву» и включили стереомагнитофон, потому что на самом деле треки не были синхронизированы между собой. Просто сделали маркером соответствующую пометку. Мы просто включили его с определенного момента мелодии, и надеялись, что они совпадут. Таким образом мы добавили этот первый двойной трек, на самом деле во многом на удачу, с медными духовыми, с другого магнитофона».

 

Тодд Комптон (автор книги «Кто написал песни Битлз?»): «Сначала была сделана копия седьмого мономикса, который стал восьмым ремиксом, а затем наложили на него немного рассинхронизированный трек с оригинальной сессионной ленты от 18 мая. Этот мономикс, в котором преобладают бас и тамбурин, а также несколько нескладная игра медных во время постепенного затухания, стал версией для монофонического альбома».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Стереосведение будет сделано 22 июня».

 

 

 

Газета «Блик» (Швейцария), 20 июня 1966: «Двенадцатилетняя Кэрол Драйден (на фото) из английского города Сандерленд решила отправить себя к «Битлз» в упаковке для чая. Но она забыла просверлить отверстия для воздуха в своей «упаковке», и через несколько минут её приключение закончилось. Кэрол хотела познакомиться с Битлами, поэтому экономила свои карманные деньги (5 швейцарских франков в неделю). Она попросила свою лучшую подругу упаковать её в коробку. Но на вокзале своего родного города она уже не выдержала и начала барахтаться внутри. Сотрудник поезда, обнаруживший трясущуюся коробку, сказал: «Она скоро потеряла бы сознание» (из-за нехватки воздуха). То же самое произошло бы, если бы коробка сумела добраться до «Битлз». Кэрол: «Я бы упала в обморок» (из-за любви)».

 

 

 

Газета «Рочестер Демокрэт энд Кроникл, 16 июня 1966.