19 октября 1969 г.
Интервью Робби Дэйла с Джоном и Йоко в штаб-квартире “Эппл” на Сэвил-Роу:
Йоко: У нас было прекрасное время.
Джон: Мы уже скучаем по Амстердаму. Он напоминает Париж весной, даже при том, что мы не покидали номер. Я на самом деле скучаю по этому окну и тому виду, который открывался с верхнего этажа отеля “Хилтон”. В Монреале у нас была ещё одна акция “в постели”, но всё было иначе. Было здорово, но атмосфера была совершенно иной.
Робби Дэйл: Которая из акций “в постели” была лучше?
Джон: Они были совершенно разные. Амстердам был более романтичным, потому что это был медовый месяц. Монреаль был более жёстким и больше напоминал тяжёлую работу, потому что там было много американцев, и напряжения было гораздо больше.
Робби Дэйл: Ну, за это время вы сформировали группу “Пластик Оно Бэнд”, а песня “Дайте миру шанс” стала успешной во многих странах, и первой в Голландии.
Джон: Здорово! Невероятно!
Робби Дэйл: Расскажите о концепции “Пластик Оно Бэнд”.
Джон: Это была идея Йоко собрать группу как своего рода шутку, концерт группы, которая никогда не существовала. Так же, как организовывают такие группы, как “Монкиз”, или так называемые попсовые группы в Штатах. Знаешь, когда к одному парню добавляют группу парней, а затем им пишут музыку. А потом они появляются с хитом. Такая музыка, конечно же, имеет место, но Йоко пришла в голову идея группы, которая по-настоящему была из пластика. Прозрачные, как призраки. Поэтому мы собрали такую группу, записали на плёнку, выпустили пластинку и даже появились на телевидении. По сути, она была как гигантский музыкальный автомат. Мы хотели отправиться с ним в турне.
Йоко: Всё это воплотилось с помощью Джона, конечно же. Это всегда происходит таким образом, потому что большинство моих идей концептуальны, и когда они готовы вот-вот исчезнуть, мы извлекаем идеи друг друга и воплощаем их. Такой способ бывает очень приятным.
Джон: Так что, мы превратили концептуальную группу в реальную группу. И это произошло на самом деле, потому что мы записали “Дайте миру шанс” в Монреале во время второй акции “в постели”, и мы решили, что у нас, в некоторой степени, уже достаточно известности. Мы создали группу и подумали, а почему бы нам не назвать её “Пластик Оно Бэнд”, а не просто “Джон и Йоко”, так как в ней были ещё другие люди, которые в ней пели. Это не “Битлз”, она как раввин, официант отеля и всё такое. Она – это всё понемногу. “Пластик Оно Бэнд” – это весь мир. Это то, как мы её собрали. А потом мы отправились в Торонто, спонтанно, выступили, и нас объявили как “Пластик Оно Бэнд”, хотя мы приехали туда как Джон и Йоко, Эрик Клэптон, Клаус Вурман и Алан Уайт. Ведущий концерта объявил что-то вроде: “Это – ‘Пластик Оно Бэнд’”. Мы тогда записали сингл с песней “Холодная индейка” (Cold Turkey) и решили, что имея новую группу, надо назвать её как-то по-другому, изменить название. Но не стали менять, потому что она уже стала как бы нарицательным именем, все знали “Пластик Оно Бэнд”. Так что, мы заявились как “Пластик Оно Бэнд”.
Однажды я отправился в студию с Джорджем и Ринго, поддержать Леона [Рассела], который раньше работал с “Дилейни Энд Бонни”, и там было наполовину американских и британских музыкантов, и наполовину американских и британских звукоинженеров. Все перемешались, и даже при том, что у каждого был контракт со своей звукозаписывающей компании, все играли на записях друг друга. Эрик [Клэптон] играл на наших записях. Джордж [Харрисон] играл на записях Эрика. Всё это смешение, на самом деле, является разрушением барьеров. И “Пластик Оно Бэнд” в некотором роде символ этого. Любой может быть в этой группе. Так что, у этого парня Леона была отличная идея. Чарли Уоттс и Билл Уаймен поддерживают его на одной из дорожек его альбома. Ринго и Джордж – на другой. Идея смешивания “мы все играем вместе” – это не “Битлз” или “Стоунз”, это что-то большее. Это всё ломает.
Робби Дэйл: Название, которое, кажется, в настоящее время в мире поп-музыки принимается как “супергруппа”, и то, что теперь вы ассоциируете себя с Эриком Клэптоном и другими, “Пластик Оно Бэнд” имеет право на такое название? Что вы можете сказать по этому поводу?
Йоко: Она будет продолжать оставаться самой-самой, я надеюсь.
Джон: Супер-группа – это что-то вроде шутки. Все музыканты считают, что им неловко называться супер-группой, потому что Эрик Клэптон – супер, Йоко – супер, и думаю, что я тоже супер. Но называться супер-группой – это шутка. Это скоропроходящее поветрие, и оно точно не задержится на языке. Думаю, что существует множество супер-групп, которые были супер ещё до того, как журналисты придумали это название.
Робби Дэйл: По-вашему, это был просто способ замять ситуацию со всеми группами, которые недавно распались и собрались заново в более сильных составах?
Джон: Это не способ замять ситуацию, это способ объяснить совместную игру Элвиса, Бинга Кросби и Луи Армстронга. Просто некоторые из журналистов придумали этот штамп, и он прижился.
Йоко: Но, в некотором смысле, это нормально. Я имею в виду, что я знаю, что для кого-то вроде тебя, Джон, как для музыканта, тебе не нравятся такого рода вещи, ты наклеиваешь ярлык и штамп.
Джон: Тем не менее, слишком много было ожидать от группы “Блайнд Фэйт” (прим. – группа Эрика Клэптона), даже если они хороши. Предварительной рекламы по их поводу было слишком много, и люди ожидали от них чудес. Все слишком многого от них ожидали.
Йоко: Этого не случится с “Пластик Оно Бэнд”, потому что мы не говорим, что это – мы. Мы говорим, что это – вы. Поэтому, не факт, что люди будут что-то ожидать от нас. Они должны ожидать от самих себя.
Джон: Это как с синглом “Холодная индейка” (Cold Turkey), который выходит со дня на день. Он очень отличается от “Дайте миру шанс”, и это всё “Пластик Оно Бэнд”. Совершенно другое звучание, хотя и там мы с Йоко.
Робби Дэйл: Позвольте мне спросить вас вот о чём. В качестве следующего шага, общественность ожидала большего хорового эффекта, как это было на “Дайте миру шанс”, но вы продвинулись в совершенно новое звучание в “Холодной индейке”. Люди отметили её, как направленную против наркотиков. Это так?
Джон: Она ни против наркотиков, ни против алкоголя. У неё нет никакой связи с наркотиками более, чем опыт тридцати шести часов непрерывной боли. Это как с выкидышем, давайте посмотрим правде в глаза. Это тридцать шесть часов непрерывной боли. Я простудился в больнице, когда у Йоко случился выкидыш, и после всего этого я назвал всё это “Холодной индейкой”. Это озноб. Мне было то жарко, то холодно в течение приблизительно двух дней, которые близки к тридцати шести часам. У каждого, в тот или иной момент в жизни, бывают дни страданий, как бы то ни было. “Холодная индейка” – это просто выражение, которое, как я думаю, подходит для объяснения другой стороны жизни. Я всегда думаю о любви и мире, и теперь я думаю о страдании, чтобы напомнить людям, что я человек, и что мы страдаем, как все. Это результат последствий.
Йоко: Да, это так. У жизни две стороны или много сторон, и это печально, что у всех известных групп всегда хороший образ. Но в жизни бывают моменты печали, плача и смеха. Даже когда мы любим друг друга, у нас бывают моменты грусти, потому что мы люди. Большая часть печали приходит к нам из-за внешнего мира, гораздо больше, чем создаем мы между собой.
Робби Дэйл: Позвольте мне коснуться вас двоих, и спросить о вашем свадебном альбоме.
Джон: Ах, да, свадебный альбом. Свадебный альбом, это альбом Джона и Йоко, в отличие от альбома “Пластик Оно Бэнд”. Это две стороны долгоиграющей пластинки, и ты есть на одной из них, Робби.
Робби Дэйл: То есть, можно ожидать на нём какой-то части Амстердама?
Джон: Он больше походит на книгу или сверток, в который помещена пластинка. В нём наши фотографии из Амстердама, наши изображения со всего мира, собранные нами письма читателей, пресс-релизы на всевозможных языках, печатные тексты на голландском, английском и прочих языках. Это на самом деле прекрасный набор. Наверное, он будет стоить дороже, чем обычная долгоиграющая пластинка, потому что там так много всего. Он выйдет примерно через три или четыре недели. Это альбом, посвященный любви и миру, а также и свадебный альбом. Вместо того чтобы сделать себе личный свадебный альбом, мы его сделали публичным. А ещё у нас выходит примерно через две недели другая долгоиграющая пластинка. Это будет альбом “Пластик Оно Бэнд”, который является записью с концерта в Торонто, на котором будут песни от “Синие замшевые туфли” (Blue Suede Shoes) до вокала Йоко. Он охватит весь спектр. Так что, у нас выходит довольно много продукции.
Йоко: Ну, это так трудно. Мы с Джоном часто разговариваем о препятствиях, в том смысле, что нам обоим приходят идеи. Скажем, идей двадцать или около того в день. Это так трудно, реализовать их. Особенно сейчас, когда Джон испытал честь быть одним из тех привилегированных людей, что, всякий раз, когда он делает что-либо, это тут же выходит как пластинка.
Джон: Когда вы записываете пластинку с поп-музыкой, то это очень быстрый процесс. Вы можете это сделать почти за неделю. Занятие Йоко, будь то идея арт-шоу, скульптуры или чего-то ещё, очень трудно преодолевает эту область, потому что это – закрытый цех. Можно подумать, что мир искусства очень прогрессивен, но это не так. Это напоминает ситуацию в мире поп-музыки до “Битлз” или до рок-н-ролла. Вы не можете попасть туда просто так. Это займет лет десять. Так что, у неё есть свои препятствия в реализации идей. Её признали в мире искусства в Штатах, Японии и Великобритании, но до сих пор у неё есть препятствия. Она стала открывать мне то, что я могу реализовывать идеи, которые связаны не только с пластинками. Когда я начал задумываться о желудях или о чем-то, вроде этого, о сюжетах или книгах, то их реализация занимает так много времени. Теперь мы оба в затруднении. Но даже у “Битлз” бывают затруднения с материалом для новых песен. Джордж сочиняет так же много, как мы с Полом, да и Ринго сочиняет много. Но мы не можем производить их достаточно быстро. Если бы могли выдавать их так же быстро, как выпускают ежедневную газету, то это было бы здорово. Знаешь, если бы мы могли выдавать по синглу каждый день и по долгоиграющей пластинке каждую неделю, так же, как, мы получаем воскресное иллюстрированное приложение.
Йоко: Его идее о желудях понадобился год, чтобы она осуществилась.
Джон: У меня была идея по поводу скульптур, но они даже не пустили нас в основную галерею. Все эти люди от скульптуры сказали, что лучше нам не выставляться вместе с другими, потому что это будет несправедливо по отношению к ним из-за той известности, которая у вас есть. По сути, нам сказали, что мы просто хотим сохранить скульптуру 1880 года с тонкой фигурой, тот же старый кусок камня.
Робби Дэйл: Мы можем теперь перейти к 1969 году?
Джон: Конечно.
Робби Дэйл: Только что были опубликованы данные продаж, и согласно им вы продали более двенадцати миллионов пластинок за первые двенадцать месяцев существования компании “Эппл”.
Джон: Ну, это же замечательно. “Эппл” является самой успешной из новых звукозаписывающих компаний в мире.
Робби Дэйл: Это огромное достижение, потому что в самом начале, когда вы только начинали корпорацию “Эппл”, многие критиковали вас и говорили, что вы никогда не оторвётесь от земли из-за тех сумасшедших идей, которые есть у “Битлз”. Вы доказали иное, и последовавшее превзошло все ожидания.
Джон: Мы допустили несколько ошибок в самом начале, потому что это было новое предприятие. Нам хотелось стать “Фондом Форда” в индустрии звукозаписи. Но то, как это сделал Генри Форд, было противоположно этому. Он начинал с нуля. Мы никогда не хотели загонять людей под землю, чтобы добывать медь. Мы немного идеалисты. “Эппл” обещала быть прекрасным предприятием.
Робби Дэйл: Теперь, имея в своем багаже этот отчёт, как вы себя ощущаете в финансовом плане, потому что, когда в последний раз мы встречались в Амстердаме, ты сказал мне, что вы теряете деньги, и всё было не так хорошо?
Джон: Ну, всё меняется. Когда шла сделка “Эй-Ти-Ви” с “Северными песнями”, в один день я был миллионером, а на следующий день оказался на мели. Поэтому я не мог сказать тебе точно, сколько денег у меня было на тот момент. Я всё ещё могу позволить себе жить припеваючи. Никто не отбирает у меня дом, у меня по-прежнему есть машина и любые сигареты, которые мне нравятся, так что, должно быть у меня всё в порядке. Но всё меняется. Это всего лишь бумага, понимаешь, как в “Монополии”, ты никогда не сможешь превратить в наличные эти бумажки. Акции и тому подобное не материальны. Иногда я расстраиваюсь по этому поводу, потому что хочется обратить всё это в наличные, увидеть хотя бы пол кроны, понимаешь. На худой конец, мы всегда сможем играть на улице. Ещё меня всегда беспокоили налоги, потому что они такие большие, и я не хочу закончить как Микки Руни (прим. – американский киноактер, разорился из-за налогового бремени), вынужденного работать только на оплату налогов. Мы по-прежнему платим налоги за те несколько лет, когда в годы Битломании заработали огромные суммы на гастролях в Америке, и сейчас это очень сложно, потому что мы должны заработать такие же деньги, чтобы заплатить за те налоги. Трудно заработать столько же денег, как во времена Битломании.
Йоко: Он не должен останавливаться на том, что был кем-то, кто должен был трудиться над тем, что ему не нравится, ставить под угрозу свою собственную работу только потому, что нужно заплатить налоги.
Джон: Я не хочу закончить, снимаясь в телерекламе, чтобы оставаться на плаву. Я мог бы это делать, мне не было бы стыдно заниматься этим, но я не хочу писать вшивые коммерческие песенки, которые мне не нравятся, только потому, что мне нужно заработать на кусок хлеба.
Робби Дэйл: Можешь рассказать какие-нибудь новости об остальных “Битлз”, чем они занимаются в данный момент?
Джон: Ринго пытается организовать “Время Ринго Стара” – своё новое телешоу, и я думаю, что он попытается заполучить на него Элвиса и Фрэнка Синатру. Он сейчас в Калифорнии. Пол пытается всех убедить, что он не мёртв. Слышал о слухах, что охватили Америку? К нам с Йоко приходят письма, в которых пишут, что он погиб ещё в 1966-м, и прочую подобную чепуху. На самом деле у Пола родился ребёнок, и это главное, что он сделал в последнее время. Ребенка я ещё не видел, потому что мы были либо в больнице, либо в студии. Джордж в данный момент записывается с Дорис Трой, и вскоре при его участии должен выйти новый сингл Джеки Ломакса и Билли Престона. Все трудятся, как угорелые. Пол записывал группу “Айвис” и звуковую дорожку к фильму с участием Ринго “Чудотворец”. Так что, мы все находились в разных студиях. В последнее время сталкивался с Джорджем и Ринго, но Пола не видел со времен встреч с “Эй-Ти-Ви”, потому что нам пришлось собраться по этому поводу. Мы приходили каждый день, все четверо, и слушали высокопарные разговоры о финансах и цифрах.
Робби Дэйл: Вы разбираетесь в крупных финансовых делах?
Джон: Если я могу сохранять бдительность, то отлично с этим обхожусь. Это как математика или урок истории в школе. Если на самом деле прилагать усилия, то можно просто следовать тому, чего они добиваются. Когда спрашивают: “Что вы сейчас собираетесь предпринять?”, то следует быть очень осторожным, потому что это наши деньги, о которых идёт речь. Так что мы должны попытаться их сохранить. Но это для нас большая нагрузка, потому что мы не финансисты.
Робби Дэйл: Как ты считаешь, сейчас вас окружает соответствующий тип людей – аналитики, бухгалтера и юристы, которые вам, очевидно, необходимы на предприятии такого размера?
Джон: Я думаю, что ситуация становится лучше. За последние несколько лет мы постепенно заменяли наших бухгалтеров. Теперь у нас есть Аллен Кляйн, парень, в которого мы верим, он с нами уже восемь месяцев. Он появился как раз вовремя, насколько я могу судить, и, насколько могут судить остальные “Битлз”.
Робби Дэйл: В ближайшем будущем произойдет что-нибудь захватывающее?
Джон: Не могу сказать, потому что захватывающие вещи происходят каждый день.
Йоко: Мы настолько импульсивны, что никогда не знаем, что произойдет в течение следующего часа. Мы надеемся, что следующим событием будет “Холодная индейка” (Cold Turkey) под номером один, в сопровождении альбома “Живой мир в Торонто”.
Робби Дэйл: Потрясающе! Как бы вы хотели представить свою новую запись?
Джон: Хорошо, будь готов, народ, к группе “Пластик Оно Бэнд”, которая собирается вызвать ужас вашему позвоночнику, который называется “Холодная индейка” (Cold Turkey), и если вы решитесь, послушайте и другую сторону.