Запись песен When I’m Sixty-Four и Penny Lane

30 декабря 1966 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Продолжение записи песен «Когда мне будет шестьдесят четыре» (When Im SixtyFour) и «Пенни-Лейн» (Penny Lane)».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «19:00-3:00. Студия 2 и 3 «И-Эм-Ай», Эбби-Роуд. Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженер: Джефф Эмерик.

Перед началом записи «Пенни-Лейн» (Penny Lane) было сделано новое моносведение песни «Когда мне будет шестьдесят четыре» (When Im SixtyFour) – номер восемь – заменивший результат предыдущего дня. Новое сведение было инициировано Полом Маккартни, который хотел, чтобы песня звучала быстрее, чем в оригинальной записи. Он предложил отказаться от всех предыдущих миксов и начать заново, ускорив новый микс, чтобы поднять его на полтона.

В новом миксе тональность была повышена с “до” до “до-диез”, хотя стереомикс, который будет подготовлен 17 апреля 1967 года, будет ещё немного быстрее.

 

Дейв Рубачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Для нового моносведения песни потребовалась всего одна попытка. «Ремикс 8» стал рабочим для моноверсии альбома «Сержант Пеппер» как в США, так и в Великобритании. Но почему Пол захотел, чтобы мономикс был ускорен?»

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Во время сведения Пол попросил сильно ускорить трек – почти на полтона – чтобы его голос звучал моложе, как у подростка, которым он был, когда впервые написал эту песню».

 

Джордж Мартин (продюсер записи): «Пол хотел, чтобы его голос звучал моложе».

 

Пол: «Джордж Мартин в своей книге пишет, что я ускорил трек, потому что хотел казаться моложе, но я думаю, что это было просто для того, чтобы сделать его более приземлённым; просто поднимите тональность, потому что он звучал немного напыщенно».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Затем были сделаны две копии моно микса «Земляничные поляны навсегда» (Strawberry Fields Forever) от 22 декабря для отправки в США на «Кэпитол Рекордз».

Запись наложений песни «Пенни-Лейн» (Penny Lane) началась уже поздно ночью».

 

Дейв Рубачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Работа над песней началась с того, что было сделано промежуточное сведение на одну дорожку всех четырёх треков предыдущего дня, освободив таким образом три дорожки для дальнейших наложений. Этот новый промежуточный микс получил название “дубль 7″».

 

Джефф Эмерик (звукоинженер): «Четырёхдорожечная запись стала сущим ограничителем для этой песни, поэтому нам постоянно приходилось совмещать записанные треки и делать промежуточные сведения (которые мы иногда называли «премиксами»). В конце концов клавишных, смешанных вместе, стало так много, что они стали самостоятельным звуком. Слушая готовую песню, сложно выделить в ней отдельные инструменты. Некоторые наложения даже были полностью заглушены из-за плотности инструментов и многократных наслоений. Тем не менее, в песне много прекрасных звуков».

 

Дейв Рубачевски (автор книги «История музыки Битлз»): «Единственными наложениями, которые они успели записать в этот день, были ведущий вокал Пола и вокал второго плана Джона (звучащий во второй строке припева), оба из которых были записаны на четвёртую дорожку».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Запись производилась с замедленной скоростью 47,5 циклов в секунду, а не с обычными 50, поэтому при воспроизведении голоса звучали быстрее».

 

Пит Шоттон (друг детства Джона Леннона): «В студиях звукозаписи «И-Эм-Ай» на Эбби-Роуд я впервые побывал в декабре 1966 года, вскоре после того, как «Битлз» начали работу над ожидавшимся с нетерпением следующим за «Револьвером» альбомом. Это произошло вечером не то в пятницу, не то в субботу, когда я по обыкновению поехал к Джону в «Уэйбридж» из Хэйлинга. Синтия сообщила мне, что её супруг всё ещё «торчит» на Эбби-Роуд с остальными Битлами и я не раздумывая решил поехать в Лондон и удивить его неожиданным визитом прямо в студии.

Несмотря на мою неосведомлённость о схеме дорог столицы, подробное описание маршрута, полученное от Синтии, помогло мне без особого труда разыскать Эбби-Роуд. Гораздо больше усилий пошло на убеждение сотрудника «И-Эм-Ай» в том, что я действительно являюсь близким другом Джона, особенно если учесть, что в те дни политика «Битлз» сводилась к тому, чтобы отбить охоту у всяких прихлебателей, коллег и, главное, своих жён и подруг мешать их работе в студии. Но, в конце концов, Джон подтвердил по селектору, что меня действительно ждут и я влетел в святилище «Битлз» как раз в тот момент, когда они заканчивали какое-то наложение на запись для новой песни.

Вскочив с винтового стульчика для бурного приветствия, Джон сразу добавил: «Погоди чуть-чуть и послушай эту вещь, Пит!»

Признаться, поначалу мне больше хотелось просто поболтать с Джоном, но услышав первые же аккорды, я напряг своё внимание. По мере мысленного осознания образов, я постепенно понял, что Пол пел о Пенни-Лейн – пригородном автобусном кольце, с которым было связано столько наших воспоминаний о детстве! Проработав три памятных года в кафе «Старуха» на Пенни-Лейн, я с особенным чувством воспринял эту ностальгическую песню.

– Ну как, понравилось? – спросил Джон, всем своим видом напоминавший кота, слопавшего канарейку.

– Просто пипец! – воскликнул я.

Тем временем кто-то из Битлов скрутил огромный косяк, начинённый табаком и гашишем, и мы все столпились за занимавшим стратегическое положение звукопоглощающим экраном, чтобы сделать несколько затяжек. В то время Битлы по-прежнему старались щадить восприимчивость чопорного Джорджа Мартина, колдовавшего со своими звукоинженерами в кабинке, возвышавшейся над студией. По воле случая Ринго передал мне самокрутку в тот самый момент, когда неожиданно из-за экрана материализовался Джордж Мартин, собиравшийся обсудить с «Битлз» какие-то технические аспекты записи. На свою беду, перед этим я прикурил ещё и обычную сигарету и в итоге оказался в нелепом положении, держа в каждой руке по сигаретке.

– А, Джордж! – обрадовался Джон. – Это Пит Шоттон, мой старый приятель из Ливерпуля. Я уверен, что не раз говорил тебе о нём.

– Ах, да, конечно, – сказал Джордж Мартин и дружелюбно протянул мне руку. – Здравствуй, Пит. Как дела?

При таких обстоятельствах мне не оставалось ничего другого, кроме как сунуть самокрутку в рот и уже после этого пожать руку мистера Мартина. Я сомневаюсь, что этот педагогичный продюсер догадался, что именно я курил, но его насмешливый взгляд несомненно говорил: «Ну и странный же это парень – курит сразу две сигареты!». Так вот я и познакомился с Джорджем Мартином.

Несмотря на антипосетительскую политику, а даже Брайен Эпстайн появлялся на сессии звукозаписи только по важным, неотложным делам, Джон впоследствии десятки раз приглашал меня на Эбби-Роуд. Если бы он этого не делал, мы вряд ли виделись бы так часто в те месяцы. По мере того, как их новые записи становились беспрецедентно сложными и претенциозными, «Битлз» буквально сутками не выходили из студии».

 

Марк Льюисон (автор книги «Сессии записи Битлз»): «Когда работа над песней была закончена, была уже глубокая ночь 31 декабря, поэтому дальнейшие запланированные наложения были отложены до нового года. Однако были созданы два мономикса, чтобы можно было записать ацетатные диски».

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



    Ваше имя (обязательно)

    Ваш e-mail (обязательно)

    Тема

    Сообщение

    Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)