Выступление в Ньюкасле

4 декабря 1965 г.

 

Газета «Глазго Геральд», 4 декабря 1965: «Битлы должны уехать из Глазго сегодня утром на машине».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Чтобы добраться до Ньюкасла, группе пришлось преодолевать снежные заносы на дороге».

 

 

 

Ньюкасл в 1960-х.

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление в зале здания муниципалитета Ньюкасла».

 

beatlesbible.com: «Это был четвертое и последнее выступление на этой концертной площадке. До этого они выступали там 23 марта, 8 июня и 23 ноября 1963 года».

 

 

 

 

 

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Я познакомился с Джоном Ленноном, когда «Битлз» совершали свое последнее турне по Британии, и никто тогда ни сном ни духом не ве­дал о том, что оно станет последним. Я работал в газете города Ньюкасл-на-Тайне, на самом северо-востоке Англии, и не без апломба заявил: «Попробую-ка я посмотреть на «Битлз» и взять у них интервью». Я ждал у выхода на сцену ньюкаслского го­родского совета – и дождался того, что подъехал лимузин и оттуда вышли Битлы. Тогда я представ­лял себе Джона в костюмчике с отложным ворот­ничком, но на нём была белая футболка с какой-то надписью – надписи на майках тогда ещё не стали самой обычной вещью, – и, проходя мимо группы журналистов, в числе которых был и я, он что-то насмешливо крикнул, а я подумал: «Бог ты мой, это совсем не так просто».

Тем не менее, я пробрался в полуподваль­ное помещение, где они разместились, и попросил разрешения взять у них интервью. Меня впустили. Если быть точным, это сделал Пол Маккартни. Я пристроился за ним, когда он шел по коридору.

Они сидели в обитых ситцем креслах «Ньюкастл-он-Тайн Сити-холл», ели тушеное мясо и забавля­лись анекдотами о некоем муниципальном деятеле. Отодвинув грязные тарелки, они переключили свое внимание на телевизор в углу, где показывали многосерийный детектив «Мстители». На экране Эмма Пил, затянутая в кожу героиня, расшвыривала несчастных преступников. Пожилые официанты, вытиравшие столы, нерешительно мялись в стороне с листками бумаги, на которых хотели получить автографы для внучек или маленьких племянниц.

Это было, хотя никто этого ещё не знал, последнее турне «Битлз» по Британии. В этот момент и сами «Битлз» ещё не сознавали этого. Вслед за официантами приблизились репор­теры и, к своему изумлению, были благосклонно приняты. Пол Маккартни оделил всех жевательной резинкой «Джюйси Фрут». Джон и Ринго развалились в креслах, отвечая на обычные банальные вопросы.

– Почему вы перестали исполнять на сцене песню «Танцуй твист и вопи» (Twist And Shout)?

– Мы играли её несколько лет подряд, – ответил Джон. – Нас уже начало тошнить от неё.

К моему величайшему изумле­нию они с Джоном и Ринго дали мне интервью. Я был пора­жен тем, насколько дружелюбными и простыми в общении они оказались – особенно Джон. Уже тогда я понял, что ему, должно быть, часто приходилось это делать, и он давал вам понять, будто вы – единственный, на чьи вопросы он отве­чает всерьез. Он сидел на ручке кресла – я вспоминаю, что и Пол был рядом, – и разговаривать с ним было необычайно приятно. Я спросил, можно ли мне остаться ещё ненадолго, и он ответил: «Конечно, без проблем», но тут заявился админи­стратор, и меня выставили».

 

Стив Альдо (ливерпульский певец): «Ньюкасл был странным. Большой зал выглядело как масонское помещение, но с огромной круглой сценой, и можно было подняться по ступеням на сцену на виду у всех. Сейчас это не так уж необычно, но для меня это было впервые. Не видел до этого что-нибудь подобное».

 

Билл Харри (автор книги «Самая полная энциклопедия Битлз»): «Ведущим концерта был Джерри Стивенс».

 

Джерри Стивенс (ведущий концерта): «Работать с «Битлз» было большим опытом для меня, и я многому научился. Ещё до встречи с ними я сказал, что они величайшие. Теперь я считаю, что они ещё лучше, чем я думал».

 

Барбара: «Мне было тогда 14 лет. Когда мы с Линдой вошли в здание муниципалитета, то буквально почувствовали, как там наэлектризован воздух. Было ощущение, что это затишье перед бурей. Мы заняли места во втором ряду и попытались устроиться. Мы нервничали, были взволнованы и счастливы, нам казалось, что мы опьянены. Ведущий, Джерри Стивенс, представил группы, выступающие первыми, в том числе «Муди Блюз». Они, как и другие группы, были хороши, но последняя группа «Мэрионеттс», выступающая перед «Битлз», казалось, находилась на сцене вечно. Мы думали, что они никогда не закончат своё выступление, но это только потому, что мы знали, что следующими будут «Битлз», и все теряли терпение.

Ведущие могут очень раздражать, и Джерри Стивенс не был исключением, так как с удовольствием дразнил публику. Позади него начали устанавливать оборудование, и Мэл Эванс принес ударную установку. Когда он повернул бас-барабан, то все увидели название «Битлз», и Джерри Стивенс просто не смог услышать даже себя из-за возникшего шума. Я не кричала, потому что решила для себя, что кричать не буду, но всё равно довольно громко выдохнула. Для меня происходящее было похоже на сон, потому что я никогда раньше не видела «Битлз» вживую и была уверена, что сейчас проснусь. Потом я увидела, как Мэл Эванс несет «Хофнер» Пола. Я сказал Линде: «Это гитара Пола», как будто Мэл только что привел самого Пола. Тогда я осознала, что не сплю. Поймите, в то время мне было всего 14 лет, и увидеть гитару Пола само по себе было уже фантастикой! Итак, как я уже сказала, мы с Линдой решили, что не будем кричать, потому что думали, что кричат только дети.

Потом мы увидели, как принесли гитару Джона и кое-что из оборудования Джорджа. Мы сидели, сжимая друг друга как сумасшедшие, и хихикали. Но когда четверка вышла на сцену, меня охватило величайшее чувство, которое у меня когда-либо было в жизни. Знаю, что сейчас это звучит глупо, но в то время «Битлз» были неотъемлемой частью моей жизни – я полагаю, это было похоже на то, чтобы встретиться, я не знаю, с четырьмя давно потерянными братьями. Но они казались такими далекими среди всех этих прожекторов и сотнями кричащих девушек. Это сделало «Битлз» ещё более недостижимыми и недоступными, но, о, они были такими милыми! Линда повернулась ко мне: «Можешь кричать. Давай, я тебя поддержу». «Никогда», – сказала я и внезапно закричала вместе с остальными. Это было похоже на то, что мне нужно было избавиться от всего того напряжения, которое было внутри, которое всё время накапливалась. Я не знала, как ещё выразить себя. Я закричала».

 

 

 

 

 

 

 

 

Ньюкасл, декабрь 1965 г.

 

 

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



    Ваше имя (обязательно)

    Ваш e-mail (обязательно)

    Тема

    Сообщение

    Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)