3 марта (среда) 1965 г.
Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Руководство компании «И-Эм-Ай» наконец-то признали вклад Джорджа Мартина в выдающийся успех «Битлз». Он получил повышение по службе и небольшую прибавку к своей заработной плате».
beatlesbible.com: «Как и в предыдущий день, были сняты сцены на Кэббейдж-Бич острова Парадайз, а также на Виктория-Бич острова Роуз».
С фотографом Генри Гроссманом.
beatlesbible.com: «В этот день была снята сцена, в которой Ринго Старра спасли после того, как он был привязан к столбу на пляже».
Пол: Всё закрутилось вокруг идола, гм, он должен был появиться из воды, знаете, такой прикол…
Джон: А он не появляется.
Пол: …и он не появляется, потому что вода всегда была слишком грубой для него. Так что у нас возникли с этим небольшие проблемы.
Дейв Халл (радиоведущий «Кей-Эр-Эл-Эй», март 1965 г.): «Когда Мэлкольм Эванс, дорожный менеджер «Битлз», снимался в небольшой роли пловца, к берегу приблизился огромный электрический скат – очевидно, чтобы посмотреть, что происходит (битломанов можно найти в любой форме). Режиссер тут же приказал Мэлькольму и Битлам выйти из воды. Чтобы его отпугнуть, отправили водолаза. Я ни капельки не завидовал ныряльщику, потому что эта штука была около 20 футов в диаметре и была настолько огромной, что все на берегу могли его видеть».
Джордж: «К этому времени мы осмелели настолько, что стали менять диалоги по своему усмотрению».
Пол: «Если на съемках фильма «Вечер трудного дня» мы пытались заучивать сценарий, то съемки «На помощь!» уже воспринимали как развлечение. Не уверен, что кто-нибудь хоть раз читал сценарий. Мне кажется, мы вникали во всё по ходу дела».
Дейв Халл (радиоведущий «Кей-Эр-Эл-Эй», март 1965 г.): «Мы прекрасно провели время с Джоном, Полом, Джорджем, Ринго, и другими членами их компании. Мы задали им все вопросы, которые только могли придумать, и получили ответы почти на все из них».
Дерек Тейлор: Доброе утро, Ринго.
Ринго: Доброе утро, Дерек. Приятно снова увидеть тебя.
Дерек Тейлор: Рад видеть тебя, Ринго, особенно в такую погоду. Тебе не жарко?
Ринго: Эээ… становится немного жарко, когда стоишь привязанный на солнце и приходится торчать там около получаса, полностью одетый.
Дерек Тейлор: Ринго, почему весь твой костюм покрыт красной краской?
Ринго: Ну, это… фильм, в основном, о погоне, и он о кольце, и он начинается с того, что собираются принести в жертву девушку, и они покрывают краской всех, кого приносят в жертву, красной краской, понимаешь… это племя… но они не могут принести в жертву ту девушку, потому что у неё нет волшебного кольца, которое она отдала мне, потому что я ношу кольца. И поэтому они сейчас преследуют меня, и они не могут снять кольцо, и поэтому они собираются пожертвовать мной… и поэтому я красный.
Дерек Тейлор: И тебя покрыли краской, чтобы они могли принести тебя в жертву?
Ринго: Да.
Дерек Тейлор: Сколько раз тебя сейчас покрасили?
Ринго: О, примерно четыре или пять раз.
Дерек Тейлор: Тебе нравится сниматься? Кажется, для вас это тяжелая работа. По-моему, ты всегда один, пока все остальные «Битлз» спят.
Ринго: Не всегда. Время от времени. Мне всё равно нравится сниматься. Просто я ненавижу вставать по утрам. Это единственное препятствие.
Дерек Тейлор: Ринго, как рано ты должен вставать утром?
Ринго: Мэлком разбудил меня сегодня в 25 седьмого.
Дерек Тейлор: Как ты переживаешь разлуку сразу после свадьбы?
Ринго: О, ты знаешь, когда мы поженились, мне пришлось уехать, чтобы сниматься здесь в фильме, и мы просто свыклись с этим. Понимаешь, это немного затруднительно. Но везти Морин не было смысла, потому что мы работаем как сумасшедшие, и у нас нет выходных во время съемок.
Дерек Тейлор: Значит речь не шла о медовом месяце на Карибах, о котором мечтают многие?
Ринго: Нет-нет. Ну, его у нас не было и в Англии… не говоря уже о Карибах.
Дерек Тейлор: Как долго ты вдали от Лондона?
Ринго: Мы поженились в четверг и вернулись в воскресенье вечером.
Дерек Тейлор: Это была довольно драматическая история, которая тоже случилась в очень хорошее время дня. Как долго вы планировали, прежде чем это произошло?
Ринго: Ну, мы решили пожениться за две недели до этого, и с того времени начали планировать.
Дерек Тейлор: Что ж, позволь мне поздравить тебя, потому что все, кто вас знает обоих, в восторге. Я думаю, что это было замечательное решение, и я уверен, что вы тоже так думали, иначе бы вы не сделали этого.
Ринго: Большое спасибо, Дерек. Я думаю, что это хорошее решение.
Дерек Тейлор: Это означает, что, по крайней мере, нам не нужно будет отрицать или подтверждать вопрос: «Женат ли Ринго?». Так что теперь скажи в микрофон на все времена и для записи: «Я женился на Морин Кокс».
Ринго: Я женился на Морин Кокс. Я очень счастлив… и теперь её зовут Морин Старки.
Дерек Тейлор: Неплохое имя, и мы все очень за вас счастливы. Скажи мне, остальные Битлы в фильме… они на время отстранены от тебя, как в фильме «Вечер трудного дня»?
Ринго: Да, ненадолго. На этот раз, не слишком надолго.
Дерек Тейлор: В этом фильме ты не ссоришься?
Ринго: Нет-нет. Ну, как я уже сказал, меня схватили и всё такое, и они меня ищут, и когда они ищут меня, ты не увидишь меня на экране, и когда меня как бы схватывают и уводят, то ты увидишь меня, а не их.
Дерек Тейлор: Фильм в системе Техниколор?
Ринго: Да-да. Ну, он в каком-то цвете. Не знаю, техниколор он или какой-то другой.
Дерек Тейлор: Сегодня прекрасный день, Ринго.
Ринго: Прекрасный. Думаю, должно быть градусов 25.
Дерек Тейлор: Конечно, в Калифорнии другой климат, потому что, я думаю, что из Флориды поступает больше влажности.
Ринго: Ну, очень жарко, если находиться в городе. Это не так уж плохо, пока ты на пляже, но когда ты в городе, то тяжело, понимаешь… потеешь, как свинья.
Дерек Тейлор: Такой климат мне очень подходит, именно поэтому я уехал жить в Калифорнию. Вот и Дэйв Халл подошел.
Ринго: Да, я заметил. Привет, Дэйв.
Дэйв Халл: Привет, Ринго. Думаю, что теперь моя очередь задать тебе несколько вопросов.
Ринго: Да я вроде как ожидал этого.
Дэйв Халл: Кстати, снова о Морин. Вы счастливы в браке?
Ринго: Да, всё очень хорошо, спасибо.
Дэйв Халл: Хорошо. Это очень хорошо. Я знаю всех ваших поклонников… есть несколько тех, кто не одобряет, но я уверен, что большинство ваших поклонников за.
Ринго: Надеюсь, что я никого сильно не расстроил.
Дэйв Халл: Нет. Не думаю. Большинство ваших поклонников вполне довольны, если вы счастливы. Я знаю, что они хорошо к этому относятся.
Ринго: Что ж, это хорошо. Спасибо.
Дэйв Халл: Когда вы были в Штатах, в Голливуде и, в частности, в Лос-Анджелесе, я задал тебе вопрос: «А как насчет Морин? И твой ответ был такой: «Морин, это кто?» Ты понимаешь сейчас, какую Морин я имел в виду?
Ринго: Да-да. Да, но я имею в виду… когда я в последний раз был в Штатах, не было ничего… никаких мыслей о женитьбе или о чем-то таком. Я просто часто появлялся с ней на людях, понимаешь. И я вернулся, и примерно в ноябре-декабре мы вроде как гуляли вместе, только вдвоем, всё время. Я ни с кем больше не встречался, а потом за три недели до свадьбы попросил выйти за меня замуж. А потом за две недели до свадьбы, мы начали приготовления.
Дэйв Халл: Как она отнеслась к тому, что не поехала с тобой в эту поездку?
Ринго: Я не знаю, правда. Не думаю, что ей это понравилось. Когда я звоню ей, она говорит: «Я скучаю по тебе» и всё такое. И я скучаю по ней. Но ты знаешь, мы работаем здесь каждый день, и ей нечего было бы делать, и она со своей семьей, потому что никто из семьи не пришел на свадьбу, только её мать, отец и я, и она вроде как ходит и получает поздравления от тетей и дядей. Так что, у неё свои дела, а у меня свои.
Дэйв Халл: Это хорошо. Вчера – чтобы ненадолго вернуться к фильму – вчера там был не то, чтобы несчастный случай, но машина, из которой они стреляли в вас, в Джона, Пола и Джорджа, врезалась в дерево. Так и должно было быть?
Ринго: Вчера? Это было около четырех дней назад. Три дня назад. В машине никого не было. Джордж был на вершине дерева, когда она в него врезалась, и всё это часть фильма… так что…
Дэйв Халл: Вот как?
Ринго: Поэтому большой опасности не было.
Дэйв Халл: Некоторые сюжеты будут сниматься в Австрии?
Ринго: В следующую среду мы возвращаемся в Великобританию на два дня, затем на восемь дней вылетаем в Австрию, а затем в следующие два месяца заканчиваем фильм в Великобритании.
Дэйв Халл: Послушай, Ринго, это было ужасно мило с твоей стороны.
Ринго: С удовольствием.
Дэйв Халл: Удачи миссис Старки.
Ринго: Большое спасибо. Я всё ещё не привык к этому имени: миссис Старки.
Дерек Тейлор: Джон Леннон, в темных очках, светлых штанах, легких парусиновых туфлях на резиновой подошве, черных носках, лиловой рубашке и в пестром пиджаке. Рад снова видеть тебя, Джон, спустя примерно 3 месяца.
Джон: Рад видеть тебя, Дерек, в серой рубашке, синем галстуке, серых брюках и пиджаке из твида.
Дерек Тейлор: Сколько песен ты написал для фильма, Джон?
Джон: Всего мы написали четырнадцать, но только семь будут в фильме, Дерек.
Дерек Тейлор: Можешь сказать мне несколько названий?
Джон: Нет-нет.
Дерек Тейлор: Почему?
Джон: Потому что они не любят озвучивать названия, пока они не выйдут. Кто-нибудь захочет написать песни с такими же названиями и сбить с толку рынок.
Дерек Тейлор: Сколько песен было в «Вечере трудного дня», и сколько было ваших оригинальных композиций?
Джон: Не помню уже. Но они все были оригинальными.
Дерек Тейлор: Под оригинальными я имел в виду, сколько их было написано специально для фильма?
Джон: О, я не знаю, сколько их было, скажем, восемь из десяти, если их было десять. Но они все были для фильма.
Дерек Тейлор: Планируете ли вы представить песни как часть сюжета, таким естественным образом?
Джон: Думаю, что в этом фильме это очень просто. Многие из них будут за кадром, как, например, побегушки на поле в фильме «Вечер трудного дня».
Дерек Тейлор: Что-то вроде фоновой музыки?
Джон: Да, и многие из сцен будут просто ненормальными. Мы наснимали много безумного материала.
Дерек Тейлор: Сценарий, который я просмотрел сегодня утром, выглядит довольно эксцентричным. После окончания съемок я уверен, что получится фильм, отличающийся от фильма «Вечер трудного дня».
Джон: Да, так мы и сделали, не правда ли?
Дерек Тейлор: Что ж, судя по тому, что у вас происходит: вы сидите на пляже с выбоинами на песке и люди в форме цвета хаки, с красными поясами и красными тюрбанами – некоторые из них с оружием, другие – с лопатами. У кромки воды стоит британский актер Лео Маккерн, похожий на полинезийского первосвященника. Вся сцена выглядит довольно безумно. Сегодня утром Джон не особо много участвовал в съемках. Полагаю, ты встал позже Ринго?
Джон: Ринго встал около семи утра, я встал около девяти, что уже поздно для съемок. Но мне ещё рано.
Дерек Тейлор: Как ты справляешься с такими ранними подъемами, ведь обычно ты поздно встаешь и поздно ложишься?
Джон: Ну, мы каждый день ложимся спать около двенадцати ночи. Встаем в шесть утра и делаем вид, что сейчас одиннадцать ночи, а начинаем в двенадцать, понимаешь.
Дерек Тейлор: Вам довольно легко передвигаться по Багамам?
Джон: О да, никаких трудностей. Мы как обычные туристы. Не считая этого, неплохо.
Дерек Тейлор: В лондонском аэропорту вас провожало много людей?
Джон: Да. Народу было много, потому в школах был короткий день. Там было восемь или десять тысяч. Это было похоже на ту толпу, которая встретила нас, когда мы вернулись из Америки. Было приятно.
Дерек Тейлор: Это, наверное, были самые многочисленные проводы. Собралась огромная толпа. Обычно такие толпы не собираются для того, чтобы проводить.
Джон: Нет, всё верно. Это, наверное, самые большие проводы, которые у нас были.
Дерек Тейлор: Уровень битломании в Англии, – если ты позволишь так сказать, я знаю, что тебе не нравится эта фраза, – всё еще довольно высок. В Америке её тоже достаточно.
Джон: Хорошо.
Дерек Тейлор: Когда вы снова приедете в Америку?
Джон: Думаю, это будет осенью или в период листопада, как они там это называют.
Дерек Тейлор: Есть ещё несколько тем, которые я хотел бы обсудить с тобой, Джон. Хотелось бы развеять несколько слухов. Это правда, что у тебя только один ребенок?
Джон: У меня только один ребенок, и больше не планируется.
Дерек Тейлор: Ходит много слухов о том, что ты недавно был в Голливуде с Синтией. Это тоже неправда?
Джон: Нет, я не был в Америке с того времени, когда мы были там в последний раз.
Дерек Тейлор: Когда вы отсюда уедете, куда направитесь?
Джон: В Англию на два дня, затем в Австрию на неделю, затем обратно в Англию снимать оставшуюся часть фильма.
Дерек Тейлор: Спасибо большое, Джон. Передаю тебя Дэйву.
Дэйв Халл: Как дела, Джон?
Джон: Хорошо, Дэйв, у тебя как?
Дэйв Халл: Как там Синтия?
Джон: У неё все хорошо.
Дэйв Халл: Хорошо. Как тебе здесь погода? Я понимаю, тебе она не очень нравится.
Джон: Для меня слишком влажно. Но это не плохо. Полагаю, это лучше, чем дождь.
Дэйв Халл: В Англии сейчас погода совсем другая. Довольно пасмурно, не так ли?
Джон: Я думаю, снега мало и здесь, и там.
Дэйв Халл: По поводу фильма. Как вы к нему относитесь по сравнению с фильмом «Вечер трудного дня»? Для вас это отчасти то же самое? У вас меньше работы?
Джон: Пока что у нас было меньше съемок, но это только в первую неделю. Но, знаешь, это хорошо.
Дэйв Халл: Как насчет твоей роли в фильме «Вечер трудного дня»? Знаешь, ведь многое в нем было импровизацией. Роль в ванной, помнишь, ты рассказывал мне в прошлый раз. Здесь у вас так же, или придерживаетесь сценария?
Джон: Мы следуем сценарию до тех пор, пока не появится возможность уйти от него. Мы сняли сцены, которых нет в сценарии. Небольшие эпизоды, которые, по мнению режиссера, могут где-нибудь пригодиться. Мы делаем так всякий раз, когда возникает подходящая ситуация.
Дэйв Халл: По-вашему, вы уже многое сняли, Джон?
Джон: Ну, мы сами почти не снимались. В основном это люди, преследующие Ринго. Пока что снято совсем немного.
Дэйв Халл: Как насчет твоей новой книги? Под названием «Испалец в колесе». Кто её издает?
Джон: Я полагаю, «Саймон и Шустер».
Дэйв Халл: Они публиковали твою предыдущую книгу. Эта почти такая же, как предыдущая?
Джон: Ну, очень похожа, да. Думаю, эта лучше, потому что она немного больше. Рисунки получше и страниц стало больше.
Дэйв Халл: Это хорошо. Я знаю, что это порадует твоих поклонников. Твоя последняя книга была очень успешной. В этой снова короткие рассказы?
Джон: Да, но рассказы… нет ни одного короткого. Все на четыре-пять страниц.
Дэйв Халл: Это новые истории или те, что ты написал давным-давно?
Джон: Они совсем новые.
Дэйв Халл: Название «Испалец в колесе» (прим. – название «Испалец в колесе» было предложено Алексеем Курбановским). Ты обыгрываешь гаечный ключ (прим. – «A Spaniard in the Works». В названии обыгрывается английская идиома «to put a spanner in the works», дословно означает «сунуть гаечный ключ в движущиеся части механизма», аналогичная русскому выражению «вставлять палки в колёса». На обложке книги изображён сам Леннон в испанском костюме (Spaniard) с гаечным ключом (spanner) в руках).
Джон: Гаечный ключ в Америке – разводной ключ. Когда кто-то «вставляет палки в колёса», то всё заваливает. В Америке вы говорите: «Суёт разводной ключ в движущийся механизм».
Дэйв Халл: Да, не стоит швырять разводной ключ в работающий механизм. Как ты решил использовать игру слов в названии книги?
Джон: Это название одной истории об испанце, который устраивается на работу в Шотландии, вот и всё. Я думал, что все знают это выражение. Я не знал, что в Америке у них другое выражение.
Дэйв Халл: Понятно. Обычно мы говорим: «Не бросайте раздвижной гаечный ключ в работающий механизм» или «не бросайте гаечный ключ в машину». Но теперь ясно. Ты используешь «гаечный ключ» и «испанец», чтобы поиграть словами. Это очень умно.
Джон: Спасибо.
Дэйв Халл: Как насчет продаж? Книга уже поступила в продажу?
Джон: Нет, она ещё не вышла. Думаю, что через месяц выйдет. Она готова, и всё сделано. Её сейчас переплетают в издательстве.
Дэйв Халл: У Пола была возможность написать в книге свой комментарий?
Джон: В ней нет предисловия. Они думали снова поставить то же, что было раньше, но решили, что на этот раз оно не нужно, или не захотели. Страниц и так достаточно.
Дэйв Халл: А как насчет людей здесь? У вас много проблем с перемещением по Багамам?
Джон: Нет, всё неплохо. Здесь не так много людей.
Дэйв Халл: Как насчет твоей ночной жизни. Вам нравится здесь ночная жизнь?
Джон: Мы были в нескольких местах. Эти клубы не такие уж плохие. Обычно мы бы не стали себя утруждать такими клубами, но это единственные места, куда можно сходить, поэтому мы туда ходим.
Дэйв Халл: В фильме ты, Пол и Джордж, в той или иной степени, защитники. Вы пытаетесь уберечь его от преследователей?
Джон: Он становится обладателем кольца, и тот, кто носит его, должен быть принесен в жертву той большой штуке, о которой ранее рассказал Дерек, и мы пытаемся спасти его, и снять это кольцо с его пальца. А другие люди пытаются заполучить его по самым разным причинам. Всё очень сложно. По сути, фильм о том, чтобы не дать ему стать жертвой.
Дэйв Халл: Джон, в Штатах возник спор по поводу одной композиции из вашего недавнего альбома «Битлз на продажу». Эта песня также есть на альбоме «Битлз ‘65», который вышел в США. Большинство журналов пишут, что это Пол исполняет песню «Музыка рок-н-ролл» (Rock And Roll Music), а я настаиваю на том, что это ты. Не мог бы ты внести для нас ясность раз и навсегда?
Джон: Это я. Здесь только один голос, и он мой. В британском альбоме, видишь ли, написано, кто что поет, и кто поет вторым голосом. Кажется, этого нет на американском, что глупо, так как это избавляет от путаницы. Вчера вечером я слышал по радио, как говорят, что поет Джордж, а на самом деле это были мы с Полом. Там было около восьми голосов, и всё это были мы с Полом. Это безумие. Они должны напечатать это на альбоме, как это делают в Англии, и тогда не будет никакой путаницы.
Дэйв Халл: В поездках, которые разделяют тебя с семьей, сильно скучаешь по Синтии и Джулиану?
Джон: Да, безумно по ним скучаю. Я собирался привезти их сюда, но им пришлось бы просто торчать здесь всё время, потому что это всё, что тут есть.
Дэйв Халл: Ты держишь своего сына подальше от прессы. Это твоё решение, или пресса не особо интересуется твоим сыном?
Джон: Не знаю. Я полагаю, им нужны фотографии, но я… знаешь… у него и без детских фотографий будет достаточно проблем, потому что он мой сын. В любом случае, я не люблю семейные фотографии.
Дэйв Халл: Когда ты уезжаешь на какое-то время и возвращаешься, то находишь ли ты у него новые черты характера, о которых не знал раньше?
Джон: О да, они всё время меняются в этом возрасте. Ему всего два года. В основном это новые слова, которые он выучил. Довольно весело наблюдать за тем, что он узнал.
Дэйв Халл: Ты сделал одно заявление, которое, как я понимаю, было самым большим розыгрышем. В то время я так и решил, что это просто розыгрыш Джона Леннона, но большая часть американской прессы не осведомлена о твоем таланте отпускать шутки. Это было, когда на свадьбе Ринго и Морин вы с женой подъехали на своем Ролл-Ройсе, а ты сказал, что Джордж приехал на велосипеде. Ты разыграл весь мир, не так ли?
Джон: Ага. Все купились на это? Я не знал.
Дэйв Халл: Да, об этом писали по всей стране. Все спрашивали: «Кто из Битлов приехал на велосипеде?» Но на самом деле этого не было, не так ли?
Джон: Нет. Это была просто шутка. Он приехал со мной на «роллсе». Мы просто сказали это нашему другу, Морин Клив, когда она разговаривала с нами по телефону, и мы думали, что она знает. Но это было так рано утром, что она, наверное, не подумала об этом. Она просто записала. Я забыл извиниться перед ней, но это разошлось по всему миру.
Дэйв Халл: Свадьба Ринго стала для всех сюрпризом. Я знаю, что для «Битлз» это не было неожиданностью, потому что, насколько я знаю, он влюблен в неё уже какое-то время. Как долго они планировали это до свадьбы? Собственно, саму дату свадьбы?
Джон: Понятия не имею. Я понимал, что что-то витает в воздухе, но я уехал в отпуск, так что был вне обсуждения. Никто не выходил на связь. Как только я вернулся, они внезапно сообщили, что через два дня состоится свадьба. Я сказал, отлично. Для нас это тоже стало большой неожиданностью, потому что мы знали, что он собирается жениться, но не знали, когда именно.
Дэйв Халл: Где был твой последний отпуск?
Джон: Сент-Мориц, Швейцария, катался на лыжах.
Дэйв Халл: Дело в том, что я видел фотографию, на которой ты сидишь в снегу. Ты упал во время катания на лыжах. Ты был с женой? И с Джулианом?
Джон: Я не взял Джулиана, потому что он слишком маленький, чтобы учиться кататься на лыжах. Они начинают с четырех. Я возьму его к четырем годам. Я взял жену. Было здорово.
Дэйв Халл: Это было на камеру или ты действительно упал?
Джон: Ну, я несколько раз падал, но на этом фотоснимке я не упал. Когда они ждали, что я упаду, я продолжал правильно держаться, поэтому лыжный инструктор сказал мне, что я должен скатиться и упасть. Поэтому я упал. Я действительно много падал. Очевидно, что все падают.
Дэйв Халл: Ты хорошо стоишь на лыжах? Или средне? Как ты себя оцениваешь?
Джон: Ну, мы с женой хорошо с этим справились, потому что у нас был личный инструктор, понимаешь. Люди, которые занимались в больших группах, делали то же самое через две или три недели. И мы катались с вершин, так что, полагаю, мы выше среднего. Если ты учишься в группе из сорока человек, то это займет много времени. Вас не смогут научить должным образом.
Дэйв Халл: Что ж, не буду тебя больше беспокоить. Знаю, что тебе хочется на секунду расслабиться. Большое спасибо, Джон.
Джон: Рад был увидеться, Дэйв.
Дерек Тейлор: Только что рядом со мной на песок присел Пол Маккартни. Сегодня утром он выглядит внешне более энергично, чем остальные трое. На нем серые брюки, голубой пиджак, синяя клетчатая рубашка, сценический грим, и он босой. В любом случае, доброе утро, Пол.
Пол: Доброе утро, Дерек.
Дерек Тейлор: Как дела?
Пол: Знаешь, Дерек, как это… «Всё хорошо, всё идет отлично». Ты рассчитывал, что я так отвечу, не так ли?
Дерек Тейлор: Ну, ты же понимаешь, что я сделал это для затравки, потому что тебе не нужно говорить, что сказать, и я никогда этого и не делал. Или делал?
Пол: Нет, конечно, нет.
Дерек Тейлор: Сколько человек снимается в этом фильме кроме тебя, Пол, и кроме «Битлз», что снимались в предыдущем фильме?
Пол: Виктор Спинетти – он был телепродюсером, а на этот раз он один из злодеев. Дик Лестер и Уолтер Шенсон. Думаю, это всё. Актеры все новые, кроме Виктора Спинетти.
Дерек Тейлор: Не знаю, рассказывалось ли когда-либо о сюжете фильма, поэтому не хочу вдаваться в такие подробности, потому что это всё испортит, но не мог бы ты немного рассказать, о чем фильм?
Пол: Ну, скажем, какие-то люди по разным причинам пытаются заполучить кольцо Ринго, чтобы они смогли им пожертвовать или что-то в этом роде. Всё очень смешно. Они пытаются схватить его и завладеть кольцом, а мы пытаемся его спасти и всё такое прочее, и так на протяжении девяносто минут экранного времени.
Дерек Тейлор: Вы написали много новых песен. Мне кажется, в фильме «Вечер трудного дня» было шесть или семь новых песен. Сколько в этом?
Пол: Будет примерно столько же – шесть или семь новых. На самом деле, я не думаю, что мы будем включать в фильм старые песни, как сделали это в «Вечере трудного дня». Думаю, будет лучше, если у нас будут только самые новые песни.
Дерек Тейлор: Ты хочешь сказать, что вы не будете использовать старые песни даже в качестве фоновой музыки?
Пол: Думаю, да. С таким же успехом мы можем записать одиннадцать новых песен.
Дерек Тейлор: На самом деле, вы их уже записали?
Пол: Да, и все они написаны для фильма. Дик Лестер выберет семь лучших – семь, которые ему больше всего понравятся, или те, которые лучше всего подходят для фильма. А если нам понадобится фоновая музыка, мы запишем ещё.
Дерек Тейлор: По-видимому, Джордж Мартин осуществляет взаимодействие в плане музыки к фильму, звукового сопровождения и тому подобного?
Пол: Никто ещё не в курсе о музыке к фильму, потому что мы только что записали композиции, а он на их основе написал музыкальное сопровождение. В любом случае, мы только начали снимать, поэтому особого беспокойства по этому поводу нет.
Дерек Тейлор: Нет. Помню, что когда я видел тебя в последний раз, когда уезжал в декабре, песен вообще не было. Правильно?
Пол: Верно.
Дерек Тейлор: С тех пор вы, должно быть, очень много работали.
Пол: Нет. Не совсем. Примерно пару недель. Я написал пару песен во время отпуска, Джон тоже написал пару песен в отпуске. И многое мы сделали вместе. Так что, когда мы вернемся, у нас уже будет некоторое количество песен. Всего нам предстоит записать около четырнадцати песен. Мы написали около одиннадцати. Не хватает одной-двух песен. Может напишем, когда вернемся в Англию.
Дерек Тейлор: Сейчас все знают, что многие песни, авторами которых являетесь вы оба, на самом деле написаны одним или другим самостоятельно, а затем совместно аранжированы. Из песен для фильма, сколько из них написано отдельно, каждым из вас, или совместными усилиями?
Пол: Ну, есть пара самостоятельных, и пара совместных. Что обычно происходит даже в тех случаях, когда я ухожу и пишу песню… Обычно причина, по которой я пишу её самостоятельно, это то, что глупо сидеть и ждать, пока другой придет и закончит песню. Когда я один, то могу закончить песню самостоятельно, но если получается так, что застреваю на середине песни, то сдаюсь, зная, что когда увижу Джона, он закончит её за меня. И это будет пятьдесят на пятьдесят. Вот что происходит, даже когда самостоятельно прикладываешь большие усилия. Я как бы забываю о восьмитактовой мелодической вставке, пока не увижу Джона, а затем говорю: «Мне нужна восьмитактовая мелодическая вставка», и он отвечает: «Хорошо. Ладно!»
Дерек Тейлор: Мне кажется, что песня «Я увидел её, стоящую там» (I Saw Her Standing There) была написана почти полностью тобой, но Джон предложил одну строчку, которая вроде как пришлась к месту.
Пол: Да, так и было. Так получилось, что он вычеркнул одну строчку, которая совсем не подходила. Первые две строчки … Однажды ночью я ехал домой на машине, так что особо не думал об этом. Первые две строчки изначально были такими: «Ей было всего семнадцать, и она никогда не была королевой красоты» (she was just seventeen and she’d never been a beauty queen), и, по моему мнению это хорошо рифмовалось.
Дерек Тейлор: Почему ты решил написать такие строчки?
Пол: Когда пытаешься придумать песню, сидя за рулем машины, не знаю, не думаешь об этом. Как бы то ни было, на следующий день, когда я посмотрел на её и проиграл Джону, то понял, что фраза получилась так себе. Итак, мы сели и попытались придумать другую строчку, которая рифмовалась бы со словом «семнадцать» и содержала бы какой-то смысл. В конце концов мы пришли к строчке: «ты понимаешь, о чём я» (you know what I mean), что ничего не значило… совсем ничего.
Дерек Тейлор: С другой стороны, эта фраза получилась не такой сбивающей с толку, как «королева красоты».
Пол: Нет, но, с другой стороны, она могла быть более глубокой и в некотором роде, более сложной: «ты понимаешь, о чём я», знаешь, семнадцатилетние девочки… понимаешь… классно… видишь ли. Это просто ливерпульское выражение, Дерек.
Дерек Тейлор: Я так и подумал, что это ливерпульское выражение. Многие из ваших песен могут быть жанровыми картинами Ливерпуля: «Она любит тебя», «Я увидел её вчера» и тому подобное.
Пол: Ага. На самом деле в Англии есть один парень, который придумал проговаривать наши песни, просто используя их. Позвоните Джону Джанкину. Ты его знаешь? Он играл в нашем последнем фильме, играл дорожного-менеджера по имени Шейк.
Дерек Тейлор: Да.
Пол: Он хотел записать что-то вроде «Она любит Тебя…Да… Да?» и тому подобное.
Дерек Тейлор: Думаю, это сработает.
Пол: Возможно, да.
Дерек Тейлор: Но мне кажется, что это, возможно, единственное, что осталось сделать сейчас… использовать материал «Битлз». Хочу сказать, что за то время, что я был с «Битлз», я никогда не видел у вас профессиональной ревности. Пол пришел с песней, которая стала стороной «А», а у Джона была песня, которая, как он думал, могла быть стороной «А». Но никогда не было никаких глупостей, подковерной борьбы или ревности. Пол, например, сочинил песню: «Она женщина» (She’s A Woman), и решил, что она будет на стороне «А», и остальные согласились, а затем Джон сочинил песню «Мне хорошо» (I Feel Fine), и «Она женщина» Пола ушла на вторую сторону. Ты не возражал?
Пол: Я был совсем не против. На самом деле, мне бы не хотелось, чтобы она была на стороне «А». Как это случилось потом, она была хорошо принята. Многие просто думали, что я слишком высоко пою. Они подумали, что я выбрал не ту тональность.
Дерек Тейлор: В любом случае, менее коммерческая.
Пол: Да, возможно. Не знаю. И получается так, что есть люди, которые подходят и говорят: «Почему ты спел это так высоко, ты должен был сделать это в более низкой тональности», потому что она звучит так, как будто я кричал. Но, господа, это было сделано намеренно, честно. Признаюсь, это не было ошибкой.
Дерек Тейлор: Морин Клив, лондонская журналистка, написала очень хорошую реплику в обзоре пластинки, которая звучала так: «Как такой брутально-громкий голос может исходить из такого лица?» Я думаю, что часто вызывает удивление то, что с таким лицом, как у тебя… таким ангельским… лицом юноши из хора мальчиков, как кто-то однажды сказал… что у тебя много голосов. Один из них можно назвать «цветным голосом». Это был твой «цветной голос» в песне «Она женщина» (She’s A Woman), не так ли?
Пол: Нет, это был мой сырой голос.
Дерек Тейлор: Как бы ты назвал свой анти-милый голос?
Пол: Не знаю… может, неряшливый.
Дерек Тейлор: Отступая от песен с того момента, когда ты стал актером…
Пол: Я как Джеймс Кэгни, не так ли? (прим. – Джеймс Фрэнсис Кэгни-младший – американский актёр театра и кино, артист водевилей и танцор, играл на гитаре).
Дерек Тейлор: Да, он хорошо играл лицом Джеймса Кэгни, которое не очень хорошо ложилось на пленку. Не мог бы ты изобразить нам Джеймса Кэгни?
Пол: Нет. Боюсь, что нет.
Дерек Тейлор: Можешь изобразить кого-нибудь из твоих друзей?
Пол: Кого-нибудь из моих друзей? Нет, правда. Я не очень хорошо умею подражать.
Дерек Тейлор: Тебе не нравится, когда тебя к этому побуждают.
Пол: Ты прав.
Дерек Тейлор: Я вижу там [фотографа] Боба Фримена.
Пол: Он сделал обложку для нашего последнего альбома в Англии. По-моему, этой обложки не было в Америке, не так ли?
Дерек Тейлор: Нет, но пластинка продается в Америке.
Пол: Но они изменили обложку.
Дерек Тейлор: Да. Но английский альбом имеет другое название – «Битлз на продажу», и имеет бонус в виде двух песен, которых нет в американском альбоме.
Пол: Именно, и цена лучше. Покупайте британский альбом, ребята, покупайте британский!
Дерек Тейлор: Когда вы приедете в Америку, знаешь, вы снова будете в Голливуде…
Пол: Да, увидимся там.
Дерек Тейлор: Хорошо, увидимся там, если не получится раньше. Большое спасибо, Пол, приятно было с тобой увидеться.
Пол: Хорошо, Дерек, увидимся.
Дэйв Халл: Привет, Пол.
Пол: Привет, Дэйв.
Дэйв Халл: В последний раз, когда вы были в Голливуде, ты, похоже, немного расстроился из-за того, что я раскрыл ваш адрес.
Пол: Да, было такое.
Дэйв Халл: Ты все ещё сердишься на меня?
Пол: Ну что ж, да.
Дэйв Халл: Всё ещё считаешь меня паршивцем, да?
Пол: Нет, просто мне не нравится, что ты раскрываешь адреса просто так, не пытаясь даже промолчать. Я даже не про себя конкретно. Но если я пытался об этом промолчать, а ты раскрыл адрес, то это, с позволения сказать, полная хрень.
Дэйв Халл: На самом деле адрес, который я назвал, был адресом ваших сопровождающих лиц, как ты знаешь, а не вашего отеля.
Пол: Это не имеет значения, мне пофиг. Просто я знаю многих, кто проклял тебя, потому что это доставило им много неудобств. Ничего страшного, для тебя это была хорошая новость, чтобы ты раскрыл наши адреса, согласен. Я бы, наверное, поступил так же, будь на твоем месте. Но если бы ты был на моем месте и на месте тех людей, то, вероятно, думал бы так же, как я думал тогда о раскрытии адреса. На самом деле меня это не слишком беспокоит. У меня нет к тебе из-за этого ненависти или чего-нибудь такого. На самом деле мы довольно-таки хорошие друзья.
Дэйв Халл: Как насчет ваших поездок по этим островам? Были ли вы в других местах, кроме Нассау? Перемещались ли по этому острову?
Пол: Ну, мы были здесь, на острове Парадайз, и в Нассау, а ещё немного вокруг этого острова во время съемок. Мы были в ночных клубах в городе. Знаешь, здесь довольно тихо. И вроде никто нас не беспокоит. На самом деле на этом острове не так уж много людей. Это тихое место. Так что у нас всё довольно спокойно.
Дэйв Халл: Люди, которые вас беспокоят, в основном европейцы или американцы?
Пол: На самом деле, в основном, это американцы. Думаю, большей частью потому, что здесь основная масса туристов – американцы. Местные нас не особо беспокоят. Встречая нас, они просто восклицают: «Хо-хо, Битлы». И на их лицах появляется широкая улыбка. Им этого достаточно. Но люди просят у нас автографы, и я думаю, что в основном это американцы, или проживающие здесь американцы, или американские туристы.
Дэйв Халл: У тебя много проблем появиться на публике, когда ты в отпуске?
Пол: Это зависит от того, куда приезжаешь. В прошлый раз я был в Тунисе, и никаких проблем не было. Здесь действительно очень спокойно. Как я уже говорил Дереку о телефонах. Смешно, но их практически нет в Тунисе. Взять хотя бы того человека из газеты, что появился у нас, когда мы были в Тунисе. Он поговорил со мной и всё такое, но это не дошло до Англии. Такой вот курьёз.
Дэйв Халл: Ты имеешь в виду, что ничего из этого материала не появилось?
Пол: Нет, потому что все телефонные линии были такими паршивыми. Я ни с кем из Англии не мог поговорить. Если удавалось получить хороший звонок в Англию, то это было счастливой случайностью.
Дэйв Халл: Разве это не замечательно, когда ты в отпуске? Ты уезжаешь…
Пол: Да, верно, это было впервые так. Мне понравилось. Уехал на две недели, бездельничал, ходил на маленькие базары, небольшие рынки, которые есть у тунисцев. Вот эти сандалии были куплены там всего за один динар. По-английски это около пятнадцати шиллингов, что, вроде как, около двух долларов.
Дэйв Халл: Отправляясь в отпуск, ты превращаешься в обычного туриста, как большинство людей?
Пол: Да, в основном. Как это было в Тунисе. Но не всегда. Когда приезжаешь куда-нибудь, где не так спокойно, тогда нет такой возможности, чтобы превратиться в обычного туриста. Когда я был в полной мере обычный турист, то у меня была фотокамера и я фотографировал.
Дэйв Халл: Когда вы приедете в Голливуд – конечно, маршрут ещё не спланирован, но я понимаю, что вы собираетесь отыграть пару концертов в Голливуде, потом поедете в Сан-Франциско, потом вы вернетесь в Голливуд на пару дней, чтобы отдохнуть. Это так?
Пол: Думаю, что так и есть. Я сам пока не совсем уверен в маршруте, но похоже, что это так.
Дэйв Халл: Тебе хотелось бы увидеть Голливуд? Помню, в прошлый раз вам не удалось увидеть много. Вы были заперты в своем доме и на самом деле не…
Пол: Ну, всё было довольно хорошо. Мы увидели Бел-Эйр, и мы остановились в красивом доме в Бел-Эйре, и нам очень понравилось. Этого было достаточно. Это было всё, что я хотел. Например, когда я был в Нью-Йорке, мы видели небоскребы. Это было всё, что мы хотели увидеть в Нью-Йорке. В Голливуде мы хотели ненадолго побывать в Бел-Эйр.
Дэйв Халл: Когда вы уехали, Дерек сказал мне, что вы были впечатлены выступлением в Голливуде, а также другим местом, а именно, стадионом «Красные скалы» в Денвере. Это так?
Пол: Да. На самом деле мы были впечатлены гораздо большим количеством мест, но от «Красных скал» мы получили настоящее удовольствие. Это было необычно, потому город расположен на высоте в одну милю, а на такой высоте воздух совсем другой. Дышать довольно трудно. На сцене мы чувствовали себя немного пьяными. У нас слегка кружились головы.
Дэйв Халл: Полагаю, из-за недостатка кислорода?
Пол: Кто-то сказал, что именно поэтому. Вполне возможно, но может быть, это неправда. Может быть, мы просто это вообразили. Было очень тяжело петь. Я не мог дышать. Никто из нас не мог перевести дух.
Дэйв Халл: Вы приедете в Голливуд. Очень многие звезды, как ты знаешь, слушают «Кей-Эр-Эл-Эй». Кого конкретно из звезд ты бы с удовольствием увидел на этот раз. В прошлый раз у вас не было особых шансов…
Пол: В прошлый раз мы познакомились с Бертом Ланкастером, и он отличный парень… замечательный парень, как и его дети.
Дэйв Халл: А что насчет других. Конечно, во время приема на лужайке в Беверли-Хиллз вы встретились со многими из них. Но вы хотели бы встретиться с какой-нибудь звездой на этот раз?
Пол: Хорошо, я отвечу. Я такой же, как все, когда встречаюсь с какими-либо звездами. Я не так сильно изменился, чтобы меня это не впечатляло. Я всегда говорю: «Классно», когда вижу их в кино или: «Я видел его по телевизору». Но я всегда впечатлен. Так что на самом деле не имеет значения, с кем именно я встречаюсь.
Дэйв Халл: Мы сейчас в эфире, ведем трансляцию на Голливуд. Есть ли что-нибудь особенное, что ты мог бы сказать поклонникам – миллионам поклонников в Голливуде, Лос-Анджелесе и Южной Калифорнии?
Пол: Всё, что я могу сказать, прозвучит банально, но просто спасибо за то, что вы были приветливы к нам в прошлый раз, и хотели приехать, чтобы увидеть нас. Потому что меня до сих пор ошеломляет то, что люди хотят увидеть нас. Здорово. Я не думаю, что кто-то может пресытиться этим, что кому-то будет всё равно, кто к ним придет. Так что я просто хочу поблагодарить всех тех, кто заботился о нас, пока мы были там, и людям вроде Берта Ланкастера, который пригласил нас к себе домой. У нас был отличный вечер. Фактически, всем в Голливуде, кто приходил к нам или встречал нас в то или иное время, даже тех, кто не встречался с нами, но купил наши пластинки. Классно.
Дэйв Халл: Я тоже хочу поблагодарить тебя, Пол, за то, что нашел время поговорить с нами.
Пол: Хорошо, Дэйв.
Дерек Тейлор: Это Дерек Тейлор под нежными всплесками Карибского моря. Я сижу под солнышком на пляже Нассау вместе с Джорджем Харрисоном. В соломенной шляпе, синих джинсах и с длинными темными вьющимися волосами, он выглядит очень хорошо. Он, конечно, один из двух неженатых Битлов, и мне кажется, что он первый, кто купил дом в Суррее. Джордж, сначала скажу, что рад тебя видеть спустя три месяца.
Джордж: И я рад снова тебя увидеть, Дерек.
Дерек Тейлор: Как тебе здесь?
Джордж: Мне здесь нравится, за исключением того, что из-за съемок каждый день мы встаем в семь утра. На самом деле это хорошо, потому что если ты не на работе, то и делать тут особо нечего. Просто сидеть на солнышке становится скучно, поэтому мы предпочитаем вставать и работать.
Дерек Тейлор: Я спросил тебя об этом, потому что людям, у которых нет возможности загорать, может показаться раем даже мысль о том, чтобы провести две или три недели на Багамах. Но, конечно, вы очень много работаете весь день.
Джордж: Да, верно. Ну, мы встаем в семь часов утра и обычно начинаем около восьми-восьми тридцати, обедаем около получаса, а затем мы работаем до тех пор, пока солнце не зайдет и не станет меньше света, а это где-то около пяти тридцати вечера.
Дерек Тейлор: Сейчас у вас, кажется, не так много гастролей. Если вы можете записать 11 песен за пять дней, то у вас, должно быть, может появиться много свободного времени. У вас сейчас, по-твоему, много свободного времени?
Джордж: Нет. На самом деле, у нас не так уж много времени. Может быть, в этом году появится, потому что после фильма я не знаю точно, что нам предстоит делать. Вроде бы у нас будет неделя или около того, а затем примерно на неделю мы поедем в Европу.
Дерек Тейлор: Турне по Европе?
Джордж: По-моему, у нас шесть концертов – два во Франции, два в Италии и два в Испании.
Дерек Тейлор: Во Франции вы были. А в других местах?
Джордж: Мы были в Испании. Пол, Ринго и я ездили туда.
Дерек Тейлор: Но вы там не выступали.
Джордж: Нет.
Дерек Тейлор: Когда это турне закончится, у вас, вероятно, будет много времени перед поездкой в Америку.
Джордж: Это в августе, кажется. А пока мы выпустим новый альбом, будем выступать на телевидении и так далее, в Англии. И тогда, если всё сложится удачно, фильм, вероятно, выйдет примерно к этому времени. Так что у нас будут песни для фильма, и у нас будет премьера. А потом, я думаю, состоится поездка в Америку. А может, премьера состоится после американской поездки, то есть в августе.
Дерек Тейлор: Так что на самом деле темп жизни, кажется, почти такой же жаркий, как и был. Первое впечатление может быть обманчивым.
Джордж: На самом деле мы не можем сказать определенно, потому что нам не сказали точно, что будет. Мы лишь в общих чертах знаем, что это будет Америка, а потом, после турне по Америке, насколько нам известно, может быть мы начнем съемки своего третьего фильма, и в этом случае, знаешь, мы будем…
Дерек Тейлор: Я заметил, что… похоже, вы снимаетесь в двух фильмах за один год.
Джордж: Мы пытаемся. Я надеюсь на это, потому что нам это нравится больше всего на свете.
Дерек Тейлор: Вы предпочитаете фильмы?
Джордж: Да, это здорово, и когда съемки заканчиваются, то получаешь от этого большое удовлетворение. Чувствуешь, что было сделано что-то более ценное, чем турне.
Дерек Тейлор: Брайен Эпстайн однажды сказал, что не хочет связывать вас с тем, что вы не хотите обсуждать, но однажды он сказал, что, возможно, вы всё больше и больше будете заниматься съемками и время от времени участвовать в шоу. Это произойдет раньше, чем предполагалось?
Джордж: Не знаю. Это зависит от того, когда мы посчитаем нужным.
Дерек Тейлор: Он имел в виду в масштабах, я полагаю, следующего года.
Джордж: Мы бы хотели больше сниматься в фильмах и, естественно, меньше гастролировать, потому что…
Дерек Тейлор: Поездки утомительны.
Джордж: Да, это так. Люди не понимают, что каждый день приходится выпрыгивать из кровати в самолет, лететь за две тысячи миль, чтобы выступить на концерте. Знаешь, всё это не так уж и весело.
Дерек Тейлор: Американские гастроли вымотали почти всех. Когда всё это закончилось, у всех слегка снесло башку.
Джордж: Ага.
Дерек Тейлор: А теперь вернемся к отдыху. Как ты проводишь свободное время, когда находишься дома? Как тебе нравится проводить выходные дни?
Джордж: В воскресенье я поваляюсь в постели, пожалуй, а потом…
Дерек Тейлор: Ты зачетный соня… любишь поспать, на самом деле.
Джордж: Да, но я предпочитаю это, если могу. Просто пытаюсь встать. С тех пор как я купил дом, мне нравится просто валяться на заднем дворе, как это было прошлым летом, когда было довольно жарко. Но сейчас, когда в Англии очень холодно, в воскресенье я просто поздно встаю и завтракаю часов в двенадцать.
Дерек Тейлор: У тебя есть домашняя прислуга?
Джордж: Женщина, которая приходит каждый день. Она готовит для меня ужин и поддерживает порядок.
Дерек Тейлор: Как её зовут?
Джордж: Маргарет. Миссис Уокер. Я читаю воскресные газеты и уезжаю на машине, а иногда отправляюсь на обед с кем-нибудь.
Дерек Тейлор: Ты чаще обедаешь не дома?
Джордж: Думаю, да, потому что обычно я обедаю дома только по выходным. Обычно в воскресенье я приглашаю друзей, и я просто остаюсь дома, ужинаю и смотрю телевизор.
Дерек Тейлор: У тебя неплохой сад. Ты не сам за ним ухаживаешь?
Джордж: Нет.
Дерек Тейлор: Тебе нравится заниматься садом?
Джордж: Ну, мне нравится что-то вроде красивого сада, но на самом деле это слишком хлопотное занятие. Но в моем саду хорошо то, что бо́льшая его часть – это просто лужайка. Это просто большая лужайка с деревьями и прочим.
Дерек Тейлор: Но ведь это новый дом?
Джордж: На самом деле это бунгало, просто большое вытянутое бунгало.
Дерек Тейлор: Я полагаю, что бунгало – это то, что называют одноэтажным домом.
Джордж: Как бы то ни было, я купил его у австралийца. Он построил его как бунгало на ранчо в Австралии. Ему около десяти лет. Два года назад он сделал пристройку, так что ему десять лет и два года.
Дерек Тейлор: Ты будешь его как-то улучшать, или это просто место проживания?
Джордж: Мне он нравится, какой есть.
Дерек Тейлор: Ты гордишься этим домом? Рассказываешь о нём другим?
Джордж: Ну, друзьям и всё такое, я полагаю. Мне нравится, что он выглядит великолепно, так, как мне нравится.
Дерек Тейлор: Твои вкусы в убранстве интерьера достаточно просты?
Джордж: На самом деле, так как это мой первый дом, я просто хотел, чтобы он мне понравился. Сначала я попросил одного парня купить какую-нибудь мебель, а он купил всякое барахло. И я понял, что мне это не очень нравится. Он просто покупал всякую всячину, чтобы я смог сразу переехать. С тех пор я многое поменял. Если я когда-нибудь куплю ещё один дом, я останусь в этом, пока я не обставлю новый так, как мне нравится, а затем уже перееду. Я не очень-то верю в интерьерный дизайн и всё такое, потому что в итоге ты живешь в доме дизайнера, а я предпочел бы сделать это сам.
Дерек Тейлор: Да, я полностью с тобой согласен. Мне кажется, что когда я виделся с тобой в последний раз, ты собирался установить бассейн. Он всё ещё в процессе?
Джордж: Они начали примерно за две недели до того, как мы покинули Англию. А когда утром мы приехали из аэропорта, там была вырыта огромная большая яма, кругом грязь, и большой экскаватор на заднем дворе. Рабочие поставили времянку. Всякий раз, когда я приходил туда, то слышал музыку в их маленьком сарае, а сами они играли в карты и пели. Такое впечатление, что они никогда не работают. Я надеюсь, что к тому времени, когда я вернусь, бо́льшая часть беспорядка исчезнет.
Дерек Тейлор: Ты потратил много денег на дом с тех пор, как его приобрел?
Джордж: Э… не совсем, нет.
Дерек Тейлор: Кстати, как он называется, есть ли у него имя или номер, или как?
Джордж: У него есть название, но кто-то его стащил.
Дерек Тейлор: Поклонники знают, где он находится, не так ли?
Джордж: Ну, некоторые из них. На самом деле рядом с ним находится школа для девочек, но директор школы молодец, она велела детям меня не беспокоить.
Дерек Тейлор: Когда ты хочешь отдохнуть, но не дома, уже достаточно долгое время тебе довольно легко удается перемещаться по Лондону на своей машине, как любому обычному человеку. Не мог бы ты объяснить, как тебе это удается, потому что я никак не могу понять, как у тебя это получается. Как ты паркуешься и как подъезжаешь на машине к театру?
Джордж: Дело в том, что если мы выступаем, то это единственный случай, когда собираются тысячи людей. Если мы не выступаем, а просто идем куда-то вечером, то совсем не обязательно, что миллионы людей будут ждать вашего прибытия в ресторан, потому что они не знают, куда вы идете.
Дерек Тейлор: Но тебя всё ещё просят дать автограф.
Джордж: О, да.
Дерек Тейлор: Как этого избежать? Ты бываешь в каких-то избранных местах?
Джордж: Знаешь, благодаря опыту, просто поступаю так… если ты идешь в какое-то место и хорошо проводишь время, и с тобой хорошо обращаются, тогда, естественно, ты приходишь снова. И обычно менеджеры таких мест хотят, чтобы ты туда приходил ещё, так что, на самом деле, в их интересах убедиться, что вы хорошо проводите время. Но в целом в Лондоне с этим вполне неплохо.
Дерек Тейлор: Я полагаю, ты очень любишь Лондон?
Джордж: Да, я считаю, что он потрясающий.
Дерек Тейлор: Ты часто бываешь дома?
Джордж: В Ливерпуле? Был там недели три назад. Пробыл там неделю. Мой брат женился.
Дерек Тейлор: Я видел фото в газете.
Джордж: Да. На самом деле за то короткое время, что я был там, повидал так много людей и друзей.
Дерек Тейлор: Ты, как и большинство людей, уехал из места, где родился, и очень полюбил Лондон. Так бывает в большинстве стран мира. В какой-то мере ты становишься независимым от того места, где родился, и становишься более взрослым. Тебе предлагали жить вне Англии?
Джордж: Нет.
Дерек Тейлор: Это хорошее место для жизни, конечно же.
Джордж: Дело в том, что есть места, вроде пляжа, на котором мы сейчас сидим. Я считаю, что они чудесны, и мне бы понравилось здесь жить… но, скорее всего, через две или три недели мне тут надоест. Я был бы не против жить в таком месте… хороший пляж, хорошее море и вроде как жаркий климат. Но после двух недель становится так скучно. Но все же я не против приезжать в такое место… каждый раз, когда мне надоест холод в Англии, чтобы можно было просто прилететь сюда. Но всё же постоянно я предпочитаю жить в таком месте, как Лондон.
Дерек Тейлор: Ну, так много всего происходит в Лондоне и Лос-Анджелесе, где твой голос будет услышан довольно скоро – как только мы с Дэйвом Халлом туда вернемся. В Лос-Анджелесе климат похож на этот, только зимой прохладнее и всегда более сухо. Что ж, Джордж, я тебя больше не задерживаю, потому что знаю, что тебе нужно на съемочную площадку. Приятно было тебя увидеть, встретимся сегодня позже. Передаю тебя Дэйву Халлу.
Джордж: Хорошо, увидимся, Дерек. Пока-пока
Дэйв Халл: Как дела, Джордж?
Джордж: Привет, Дэйв, как твои дела?
Дэйв Халл: Хорошо. Ты выглядишь по-домашнему, на тебе пара выцветших синих «Ливайзов» и старая соломенная шляпа…
Джордж: Это не «Ливайз».
Дэйв Халл: Ну, это же джинсы. В Америке мы называем их «Ливайз». Так мы называем синее и линялое. На тебе соломенная шляпа. Где ты взял эту соломенную шляпу?
Джордж: Только что здесь купил.
Дэйв Халл: Я вижу, ты украл мои темные очки.
Джордж: Они твои?
Дэйв Халл: Ага.
Джордж: Нет, это не так. Я их купил.
Дэйв Халл: Нет, ты украл их у меня. Я просто оставил их на песке.
Джордж: Нет, не правда. Они мои.
Дэйв Халл: Нет, не твои.
Джордж: Как нет, если я ношу их уже несколько дней.
Дэйв Халл: Послушай…
Джордж: Не верьте этому человеку… они мои.
Дэйв Халл: Послушай, этот идол в воде, который перед нами, он снимается всего за один дубль, он поднимется из воды, и у него десять рук. Зачем он в фильме?
Джордж: Это Кали и… это бог, которому приносят жертвы или что-то в этом роде. Это довольно сложно. Я подожду, пока они закончат снимать фильм, а потом пойду посмотрю и узнаю, что для чего.
Дэйв Халл: Почему его снимают только за один дубль?
Джордж: Эта штука в высоту двадцать футов (прим. – шесть метров), и потребовалось два часа, чтобы погрузить её под воду. Они смогут сделать это снова, но им придется подождать ещё два часа, прежде чем они снова смогут опустить эту штуковину на дно. Это трудоемкая работа, поэтому, если они могут сделать это за один дубль, то это сэкономит много времени и усилий.
Дэйв Халл: Как вы относитесь к этому фильму по сравнению с «Вечер трудного дня»? Сценарий отличается? Много ли здесь импровизации?
Джордж: Единственное, что похоже на «Вечер трудного дня», – это то, что мы по-прежнему играем себя. Тем не менее, в этом фильме есть сюжетная линия, а в «Вечере трудного дня» его нет. Он был в какой-то мере похож на документальный фильм.
Дэйв Халл: Ты полагаешь, что у этого фильма есть сюжет?
Джордж: Да, у этого есть сюжет.
Дэйв Халл: Много ли у вас импровизаций в текстах? Многие сцены, которые были в фильме «Вечер трудного дня», были импровизацией, и когда нужно было возвращаться и переснимать сцену, получалась совершенно другая форма, не такая, как была раньше. Такое происходит сейчас или нет?
Джордж: Да, есть много элементов, которые мы додумываем в день съемок – если режиссер может что-то придумать или мы можем – и если это делает сюжет немного лучше, тогда мы немного его изменяем. Но, знаешь, пока мы, как мне кажется, придерживаемся сценария.
Дэйв Халл: Я не спрашивал Джона, Пола или кого-либо ещё о песнях в фильме, но можешь ли ты подсказать мне об этом? У вас семь новых, правильно?
Джордж: Ну, на прошлой неделе перед отъездом из Англии мы записали одиннадцать.
Дэйв Халл: Но вы ведь в фильме будет использовано только семь, не так ли?
Джордж: В фильме мы будем использовать только около семи, но даже если мы будем использовать в фильме только около пяти, у нас всё равно на альбоме будет около десяти или двенадцати треков.
Дэйв Халл: Можешь мне сказать, какие у песен названия? Бьюсь об заклад, не можешь, не так ли?
Джордж: Не могу, нет.
Дэйв Халл: Тогда можешь намекнуть, какие они?
Джордж: На самом деле, это не так просто, потому что, когда записывается одиннадцать песен всего за одну неделю, то просто работаешь над одной, пока её не закончишь, после этого она полностью отходит на задний план и ты переходишь к какой-то другой. К концу недели забываешь, что до этого делали. Смутно припоминаешь. Только когда мы начинаем записывать песню, мы её помним. А так, это мешанина.
Дэйв Халл: Я хочу задать тебе вопрос о твоей матери и отце, если можно, буквально минуту. Они планировали приехать в Америку и в Голливуд. Ты знаешь, они всё ещё хотят реализовать свои планы?
Джордж: Не знаю. Я так не думаю. Мне кажется, они хотели приехать туда в отпуск. Они сказали мне, что хотели бы, но я не думаю, что у них были какие-то определенные планы.
Дэйв Халл: Ты, наверное, не видел их какое-то время.
Джордж: Я виделся с ними три недели назад, когда был в Ливерпуле на свадьбе брата.
Дэйв Халл: Да, верно. Твой брат Питер, не так ли?
Джордж: Верно.
Дэйв Халл: Ты был шафером?
Джордж: Верно.
Дэйв Халл: Когда это было?
Джордж: В январе.
Дэйв Халл: Итак, ты был шафером, а как насчет своих планов? Есть ли у тебя какие-нибудь планы на будущее в отношении Патти Бойд или что-нибудь в этом плане?
Джордж: Ну, знаешь, я бы не стал делать какие-то долгие приготовления задолго до такого события. На данный момент я вообще ничего не планирую.
Дэйв Халл: Давно не разговаривал с Патти?
Джордж: С тех пор, как покинул Англию.
Дэйв Халл: Значит, ты ей ещё не звонил?
Джордж: Нет, ещё нет.
Дэйв Халл: Увидимся сегодня вечером. Вижу, ты зарыл ноги в песок. Это немного освежает.
Джордж: Хорошо, увидимся, Дэйв.
Дэйв Халл: Большое спасибо.