“Битлз”, гангстеры и алкоголь

29 октября 1960 г.

 

Бэрри Майлз: «Выступление групп «Битлз» и «Рори Сторм и Ураганы» в клубе «Кайзеркеллер»».

 

(условная дата)

 

Бэрри Майлз: «Половину всего времени группа была пьяна, за исключением Пита, или находилась под действием «Бензедрина» (прим. – торговая марка, под которой в США производились и продавались амфетамины (стимуляторы)). Никаким другим способом они не могли выдержать последние два отделения своего выступления».


60-10-29-BC31

«Битлз» на сцене «Кайзеркеллер» (кадр художественного фильма).

 

Джордж: «По субботам выступления начинались с трех-четырех часов дня и продолжались до пяти-шести утра. К началу выступления собирались слушатели помоложе – лет пятнадцати, шестнадцати, семнадцати. К восьми или девяти часам подтягивалась публика постарше, после десяти – слушатели не моложе восемнадцати. К двум утра в клубе оставались лишь отъявленные пьянчуги и хозяева других клубов, приходившие в гости к нашему хозяину. Все они сидели за длинным столом и колотили по нему кулаками, кидались ящиками и бутылками из-под шнапса и других напитков. Я уж не говорю о том, что и мы тоже пили вовсю, мы только что открыли для себя виски и коку».

 

Джон: «Мы все время были пьяные, по­тому что в клуб этот приходили раз­ные местные гангстеры, местная мафия».

 

Ринго: «В клубы заходили и гангстеры с оружием, которых прежде мы никогда не видели. Люди приходили, садились у стойки бара, и пили, пока не падали с табурета, или пока у них не кончались деньги. Их не выпроваживали, а просто вышвыривали со словами: «Чтоб больше тебя здесь не видели!».

 

Бэрри Майлз: «Бандиты в аудитории посылали им на сцену ящики с пивом и давали им прелюдин (прим. – таблетки, стимулирующие центральную нервную систему). Здравый смысл не позволял отказываться от подарков из рук этих людей».

 

Алан Уильямс: «В клуб нередко заглядывала суровая гангстерская братия, которая имела обыкновение посылать на сцену дюжину ящиков с выпивкой. Если бы «Битлз» отказывались от таких подарков, всё могло бы обернуться для них очень плохо. Некоторые из этих бандитов не стали бы долго раздумывать по поводу открытия пальбы в помещении. Я хотел, чтобы мальчики оставались целыми и невредимыми, и продолжали зарабатывать деньги».

 

Джон: «Гангстеры приходили в клуб потому что, в сущности, они и контролировали все это. Они жe посылали нам шампанское на сцену – эта­кий немецкий эрзац шампанского, – и приходилось пить, а не то нас убили бы просто-напросто (смеется)».

 

Тони Шеридан: «Обычно хозяева заведения присылали музыкантам пиво и другие алкогольные напитки прямо на сцену, так как это был самый легкий способ завести их».

 

Ринго: «Немцы – потрясающие люди, потому что, если ты им нравишься, они присылают тебе пиво ящиками. А слушатели с тугими кошельками, приезжие и гамбургские снобы посылали шампанское. Нам было все равно, мы пили все подряд».

 

Алан Уильямс: «Чтобы выказать своё расположение, посетители, пошатываясь, пробирались к сцене, хватали «Битлз» за лодыжки, заставляли всю сцену шампанским, иногда даже бросали им «колёса», чтобы мальчики пришли в ещё большее неистовство. Часто можно было видеть набравшихся клиентов, с энтузиазмом выбирающихся, шатаясь, из толпы и с шумом швыряющих на сцену шампанское и пиво целыми ящиками. «Тринкен, тринкен! (выпивка)» – орал пьяный благодетель и нетвёрдой походкой возвращался за свой столик.

Парни открывали бутылки всем, что попадалось под руку – об углы усилителей, гитарных дек, ножами. Я видел, как Леннон срывал металлическую крышку зубами. Меня от этого зрелища передёргивало. Я всегда ждал, что он выплюнет все свои зубы, а не  крышку. Слава Богу, этого не происходило».

 

Из интервью с Тони Шериданом в 2004 г.:

Вопрос: А если обратиться к деталям, как вы «отрывались»?

Тони Шеридан: Ну, немножечко пива мы, конечно, себе позволяли. В нашей профессии смертельно упиваться нельзя. Потом и поиграть нужно — следовательно, в мозгу должен оставаться какой-то просвет.

 

Тони Шеридан: «Понимаете, когда ты выступаешь, то у тебя мало времени на выпивку. Мы пили ровно столько, чтобы поддержать в себе силы, и хмель выходил вместе с потом. Мы не пытались напиться до потери пульса. Нам просто хотелось пить и мы всего лишь уталяли жажду».

 

Пит Бест: «Я много пил. Тут уж ничего не поделаешь. Нам все время присылали выпивку, и мы, конечно, напивались. Если выступление ансамбля нравилось публике, то клиенты присылали для нас выпивку прямо на сцену. «Спойте «Гончую» (Hound Dog) за два ящика пива», – кричал кто-нибудь из публики, и мы пели».

 

Джон: «Нам говорили: «Пейте, а потом сыграйте «Что я сказал» (What I Say)». Приходили в любое время, хоть в пять утра, когда мы уже отыграли часов по пять, посылали шампанское – рабо­тай, давай! Часто я так выматывался, что лежал на полу за пианино и пил, а остальные играли. На сцене я чуть не засыпал. И мы все время ели на сцене, потому что другого времени на это просто не было. Тогда это было настоящим зрелищем. Теперь оно показалось бы странным: мы ели, курили, бранились, а когда уставали, то засыпали прямо на сцене».

 

Пит Бест: «В Гамбурге Джон пил не трезвея. Он научился выполнять в пьяном виде все, что ему было необ­ходимо: питаться, заниматься любовью, менять струны на гитаре. Однажды, надравшись до предела, он так загремел на лестнице, что у него на всю жизнь остался шрам».

 

Алан Уильямс: «Проблем с алкоголем у него [Джона] было не больше, чем у других жителей квартала. Но он мог быть мертвецки пьяным. Я видел его за кулисами в Гамбурге, –  голова опущена, слюни изо рта – тянущегося к очередной бутылке, и думал про себя: Бог мой, этот парень никогда не сможет выйти на сцену. Но, с помощью Господа и всех его святых, он там появлялся – еле стоящий на ногах, бессвязно разговаривающий, но продолжающий играть великую музыку. Вот это парень! Настоящий бойскаут!».

 

Росс Бенсон: «Пили они действительно много, а иногда слишком много. Бест вспоминал, как после одной из пьянок Харрисон блевал с кровати на пол, усугубляя и без того ужасающую грязь их спального помещения».

 

Алан Уильямс: «Когда немцы на вас западают, ничего хорошего от этого не ждите. Удивительно, что «Битлз» не стали алкоголиками после этих гамбургских вечеров».

 

Джон: «Да, это была работ­ка. Шоу без пере­рыва, марафон: на сцене и курили, и ели, и пили, и тут же отрубались, когда совсем не оставалось сил. Вот так все у нас начиналось».



Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



    Ваше имя (обязательно)

    Ваш e-mail (обязательно)

    Тема

    Сообщение

    Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)