27 ноября 1956 г.
Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В течение первых трёх лет учебы в Институте Джордж то и дело попадал в какие-то переделки».
Джордж: «“Харрисон, Келли и Уоркман, встаньте и выйдите вон!” – эта фраза была у меня на слуху постоянно. Если же не “вон”, то в угол».
Пол: «Каким Джордж был в детстве? Самоуверенным. Дерзкий был парень. Причёска у него была что надо. У него были длинные волосы, из которых он формировал кок. У нас был друг, Артур [Келли]. Он говорил: “Это тюрбан какой-то”. Смотрелось, и правда, необычно. Мы были простыми ребятами. И нас никуда не пускали, потому что мы были никем. Учителя нас не любили. Рок-н-ролл ещё не появился. Всё это напоминало романы Диккенса. И школа, где мы учились с Джорджем, тоже была словно из Диккенса. Говорят, Диккенс там даже преподавал когда-то. До такой степени было мрачно, что хотелось вырваться оттуда. В нас проснулся голод к великим свершениям. Искусство было золотым миражом. То есть, какое там искусство. Позже его назвали рок-н-роллом».
Бэрри Майлз (автор книги “Через много лет”): «Джордж был младше Пола, но из-за того, что они вместе ездили в школу, Пол свёл на нет их восьмимесячную разницу в возрасте, и Джордж быстро стал одним из его лучших друзей. Вскоре Пол стал чувствовать себя как дома в уютной гостиной дома Джорджа по адресу Аптон-Грин, 25, в одном квартале от дома Пола на Ардвик-роуд».
Луиза Харрисон (мать Джорджа): «Они всегда были вместе».
Мэл Джефферсон (сокурсник Пола Маккартни и Джорджа Харрисона в Ливерпульском институте): «Джордж был на год старше меня. Я помню Джорджа симпатичным парнем с заметной квадратной челюстью и великолепной улыбкой, хотя его торчащие уши были более заметны из-за прически в стиле тедди-боя. Джордж с Полом часто уединялись под навесом для велосипедов, прячась от глаз учителей, курили “Вудбайн” и разговаривали о музыке. Джордж дружил с моим старшим братом, поэтому я привык к тому, что он заходил к нам домой и разговаривал о музыке».
Рэй О’Брайен (учился в Ливерпульском институте вместе с Джорджем Харрисоном и Полом Маккартни): «Одним из способов выделиться из толпы было утреннее религиозное собрание. Каждое утро, ровно в девять часов, все мальчики собирались в зале для собраний. Если ты опаздывал, то в конце собрания тебя выводили на середину зала и заставляли стоять перед всей школой: тебя называли по имени и стыдили. Предполагалось, что это будет сдерживающим фактором, который срабатывал у многих мальчиков. Джордж часто стоял в середине зала.
Помимо опоздавших, были мальчики, которых освобождали от религиозной службы. В эту группу входили мальчики из еврейских или католических семей, и Джордж часто был с ними».
Марк Льюисон (автор книги “Все эти годы: Настройся”): «Джордж был врождённым скептиком, с обоснованным пренебрежением относился к некоторым своим школьным учителям и быстро потерял веру в католическую церковь из-за того, что она пыталась его контролировать. Луиза время от времени отправляла Джорджа на мессу в церковь Богоматери Милосердной в Уэйвертри, где он также с раннего детства исповедовался священнику в своих “грехах”. В 11 лет он принял участие в церемонии причастия; но к этому возрасту, как он объяснил, он уже “чувствовал, что происходит какое-то лицемерие”».
Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Индивидуализм и отрицание всяких авторитетов Джордж, видимо, унаследовал не от отца. Тяжелые времена, которые выпали на долю Гарольда, особенно в молодости, выработали в нём жажду устойчивости, надежности существования. Но мать всегда была союзницей Джорджа. Она хотела, чтобы все её дети были счастливы. Ей было совершенно всё равно, чем они увлекаются, лишь бы им это нравилось. И даже когда Джордж начал интересоваться чёрт-те чем, во всяком случае, чем-то бессмысленным и уж наверняка не ведущим ни к уважению в обществе, ни к обеспеченности, мать поддержала его. Миссис Харрисон оказалась не только весёлой и легкой на подъем. На свой манер она, в отличие от всех родителей “Битлз”, по-настоящему любила жизнь во всей её полноте. Миссис Харрисон всегда была любительницей попеть и потанцевать. Вместе со своим мужем она почти десять лет вела класс бальных танцев в клубе водителей и кондукторов на Финч-Лейн».
Луиза (мать Джорджа): «Джордж никогда не грубил нам, но он всегда добивался от нас того, что хотел».