12 сентября 1956 г.
Джордж: «Я услышал, что у Реймонда Хьюза, с которым я раньше учился в “Давдейле”, но не видел его уже год, есть гитара, которую он собирается продавать. Она стоила три фунта десять шиллингов. Огромные деньги по тем временам, но мама дала их мне, я сходил к Реймонду и купил гитару».
Луиза Харрисон: «Однажды он сказал мне: “Тут у одного парня, в школе, есть гитара, за которую он заплатил пять фунтов, но он уступит мне её за три. Купишь?”. Я ответила: “Конечно, сынок, если ты хочешь”. В тот момент у меня была кое-какая работенка, я снова пошла в зеленную лавку, как до замужества».
Джордж: «Моей первой гитарой была маленькая, обшарпанная, за три фунта и десять шиллингов».
Энди Бабюк (автор книги “Аппаратура ‘Битлз’”): «Первой гитарой Харрисона был инструмент “Эгмонд”. В Великобритании эту продукцию поставляла фирма “Розетти”. Основная фабрика “Эгмонд” располагалась в голландском Бесте, к северу от Эйндховена, и выпускала дешёвые гитары низкого качества для многочисленных европейских музыкантов. В Великобритании они продавались исключительно фирмой “Розетти”, которая использовала свое имя на многих продуктах “Эгмонда”».
Джордж: «Гитара была изготовлена в Голландии фирмой “Эгмонд” и стоила три фунта. Это была дрянная дешёвая маленькая гитара, но в то время меня это не смущало».
Испанская гитара с металлическими струнами, которую компания рекламировала как “самая дешёвая модель в нашем ассортименте” (цена – 4 фунта 7 шиллингов и 6 пенсов) – первый инструмент Джорджа Харрисона.
Джордж: «Я начал учиться на гитаре, когда мне было тринадцать лет, на старой испанской модели, которую мой отец купил за пятьдесят монет (2,50 фунтов стерлингов). На ней я изучил свои первые основные аккорды. С нижней стороны грифа я обнаружил винт. Как любознательный мальчишка, я нашёл отвертку, вывинтил его, и гриф отвалился. Поставить его обратно я не смог, поэтому положил на шкаф отдельно гитару и отдельно гриф».
Луиза Харрисон: «Джордж хотел научиться играть сам, но не сумел. “У меня никогда ничего не получится”, – говорил он. “Получится, сынок, получится, имей терпение”. И он не бросал, брался за гитару снова и снова, разбивая в кровь пальцы. “У тебя получится, сынок”, – повторяла я Джорджу. Он занимался до двух или трёх часов ночи, а я сидела и слушала. И каждый раз, когда он говорил мне: “У меня никогда ничего не выйдет”, я ему отвечала: “Ты добьешься, сынок, добьешься”. Честно говоря, даже не понимаю, почему я так его поддерживала. Наверное, потому что он хотел, и этого было для меня достаточно. Должно быть, я хорошо запомнила, как много всего хотела в детстве, и как никто никогда не поощрял меня. Поэтому, когда к Джорджу пришло это увлечение, я помогала ему изо всех сил».
Джордж: «Мать действительно поддерживала меня. Главное, никогда ни от чего не отговаривала. Я мог заниматься, чем хотел. И отец тоже. Это было самое ценное в них. Когда детям ставят палки в колеса, они всё равно рано или поздно своего добиваются, так уж лучше не мешать им. Родители позволяли мне поздно приходить домой и даже выпить, если мне хотелось. В результате я покончил с ночными бдениями и выпивкой как раз, когда все начали этим заниматься. Наверное, я потому и не выношу спиртного, что прошёл через это в десять лет.
Когда мой отец служил в торговом флоте, он играл на гитаре. Но когда работы не стало, он покинул флот и продал гитару. Когда я начал учиться играть, отец сказал: “У меня есть друг, который умеет играть”, – и созвонился с ним. Его звали Лен Хоутон, ему принадлежал винный магазин, над которым он жил. По четвергам магазин не работал, поэтому отец договорился, что каждую неделю я буду приходить к Хоутону на два-три часа. Лен показывал мне новые аккорды, играл такие песни, как “Дайна” (Dinah), “Милая Сью” (Sweet Sue), мелодии Джанго Райнхардта и Стефана Граппелли. И песни двадцатых-тридцатых годов, такие, как “Шепот” (Whispering). Это было очень любезно с его стороны».
В середине 1980-х годов гитара была продана на аукционе в Лондоне. Анонимный британский коллекционер позже передал её на время в Зал славы рок-н-ролла с 1995 по 2002 год. С 2003 года гитара находится в ливерпульском музее истории “Битлз”.