26 марта 1946 г.

Альберт Голдман (автор книги “Жизни Джона Леннона”): «26 марта 1946 года Фредди Леннон сошёл на берег с борта судна “Доминьон Монарх” и вернулся в дом на Ньюкасл-Роуд, где застал Джулию с Джоном Дайкинсом».

Джулия Бэрд (сводная сестра Джона Леннона): «У Джулии с Джоном Дайкинсом начался продолжительный роман, но семья Стэнли не приняла эти отношения, и не хотела иметь с ним ничего общего».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Другим сёстрам Стэнли Дайкинс не нравился, они называли его “фарцовщиком”. По их воспоминаниям, он был очень вспыльчив и даже бил Джулию, когда был пьян. Леннон вспоминал, как его мать приходила к нему с окровавленным после побоев лицом».

Альберт Голдман (автор книги “Жизни Джона Леннона”): «Отец Джулии сообщил ему, что вновь переписал на своё имя документы по аренде дома. Когда по этому поводу разгорелась ссора, в разговор вмешался Дайкинс и обвинил Фредди в том, что тот избивал Джулию. “Да какое твое дело! И вообще, кто ты такой?” – взорвался Фредди. Мужчины кинулись друг на друга с кула­ками, и взбешенный стюард выставил ловкого официанта за дверь.

Джулия приняла решение. Она сообщила мужу, что ос­тавляет его, и начала перевозить к Дайкинсу мебель. Фред­ди в отчаянии бросился к своей матери. На него было жал­ко смотреть. “Мама, Джулия бросает меня!”. “Возвращай­ся домой, – строго сказала Полли Леннон, – и оставайся там, пока она не уйдет, даже если она оставит тебе только один стул, чтобы было куда присесть”. Бедный Фредди под­чинился и отправился наблюдать за тем, как жена опусто­шает дом. Памятуя о словах матери, он, наконец, спросил: “Ты не оставишь мне и стула?”. В ответ Джулия насмешли­во кивнула на старый сломанный стул, сказав, что им Фред­ди может распоряжаться по своему усмотрению».

1 марта 1946 г.

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Джулия и Джон “Бобби” Дайкинс начали встречаться через год после рождения Виктории (хотя они знали друг друга и раньше). Джулия в это время работала в кафе рядом со школой, где учился её сын».

Джулия Бэрд (сводная сестра Джона Леннона): «Частым посетителем кафе был Джон Дайкинс. Он работал продавцом и жил в доме со своей семьей. У них начался продолжительный роман».

Альберт Голдман (автор книги “Жизни Джона Леннона”): «Стоило Джону вер­нуться к матери, как начались новые осложнения, новые проблемы. Порвав с Энн Стаут, Джон Дайкинс принялся ухаживать за Джулией. Он предложил ей совершенно иной образ жизни, чем тот, который она вела с мужем. Дайкинс любил удовольствия и комфорт. Он был привлекателен и умел обращаться с женщинами. Он проводил всё больше времени в доме на Ньюкасл-Роуд и даже завоевал располо­жение [отца Джулии] Джорджа Стэнли».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Дайкинс был красивым, всегда хорошо одетым мужчиной, с тонкими усиками и светлыми волосами, страдавшим хроническим кашлем. Он работал сомелье в отеле. Джулию привлекали, кроме всего прочего, любовь Дайкинса к роскоши и его материальная обеспеченность, позволяющая Джулии приобретать такие любимые ею “мелочи”, как хорошие алкогольные напитки, шоколад, шёлк и сигареты».

Рэй Конноли (автор книги “Быть Джоном Ленноном”): «Как только Фредди вновь ушёл в море, Джулия и пятилетний Джон перебрались из Ливерпуля в пригород Гэйтакр и поселились с Дайкинсом в его крошечной однушке. Для респектабельной Мими это стало последней каплей. Она насмерть разругалась с Дайкинсом и сказала, что и представить не в силах, как малыш может спать не только в одной комнате с этой “сладкой парочкой”, но и на одной с ними кровати, – а потом подала жалобу в организацию, которая ныне зовется департаментом детского благополучия Ливерпульского городского совета. Со второй попытки она добилась своего: представитель совета провел беседу с Джулией и Дайкинсом, а маленького Джона передали на попечение Мими и её мужа».

Руди Бенциен (автор книги “Джон Леннон навсегда”): «С того самого мгновения, когда Мэри, находясь в клинике, взяла Джона на руки, она полюбила его. Объясняется это тем, что её детство и юность прошли в обществе четырёх сестёр. Молодая женщина, она ничего так не хотела, как родить сына. Но её брак с Джорджем Смитом оказался бездетным. Она убедила Джулию в том, что если возьмет ребенка к себе на Менлав-Авеню, то это будет лучше для всех. Джулия согласилась».

Мими: «В конце концов, Джулия встретила другого мужчину, за которого решила выйти замуж. Джон доставил бы ей лишние хлопоты, поэтому я забрала его. Конечно, я и сама не могла с ним расстаться, но так было лучше для всех. Джон нуждался в настоящем доме и нормальной семей­ной жизни. Он и так уже считал мой дом наполовину своим».

Джон: «Я жил с мамой лет до четырёх. Отец с матерью разошлись, когда мне было четыре года. Но до четырёх лет я оставался с мамой. Это уже потом меня взяла тётя».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Одной из причин того, что Мими добивалась опекунства над племянником, была ненадёжность характера Джулии, её рассеянность и нелюбовь к домашнему хозяйству: на кухне Джулия часто смешивала разнообразные ингредиенты для блюд, “как сумасшедший учёный”, в гуляш она могла спокойно добавить чай и вообще всё, что попадалось ей под руку».

Рэй Конноли (автор книги “Быть Джоном Ленноном”): «Своего будущего мужа, Джорджа Смита, Мими встретила в 1931 году. Владелец маленькой семейной фермы, он доставлял молоко в Вултонский госпиталь в южной части Ливерпуля, где Мими изучала сестринское дело и проходила практику. Она решит строить карьеру дальше и станет в отделении старшей сестрой, а в 1939 году, после очередных долгих ухаживаний, видимо принятых в семье Стэнли, они с Джорджем без особой романтики поженятся».

Руди Бенциен (автор книги “Джон Леннон навсегда”): «Мэри была замужем за владельцем молочной фермы и вела жизнь, полностью соответствующую нормам буржуазной морали. Супруги жили в двухквартирном доме на Менлав-Авеню в ливерпульском городском районе Вултон – респектабельном местечке, в квартале “для лучших людей”».

Мими: «Я хотела, чтобы Джону было хорошо у нас с Джорджем, и он никогда не испытывал бы чувства, что стоит у кого-то поперёк пути. Я решилась дать ему то, на что каждый ребенок имеет право, – гар­моничную семейную жизнь».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Вултон, пригород, где вырос Джон, находился в трёх милях к юго-востоку от Ливерпуля, но по духу отстоял от него намного дальше. От Лайм-стрит вы поднимались в гору мимо величественного старого отеля “Адельфи”, минуя более мелкие, без претензии на помпезность, гостиницы, оставляя позади баптистские храмы и ирландские молельни, заросшие травой воронки, превращённые во временные и постоянные гаражи в окружении небольших водонапорных башен или церквушек. При известных обстоятельствах вы попадали на дорожный круг, на­зывавшийся Пенни-Лейн – по названию самого маленького из его притоков. Выше лежит Вултон с двухрядными дорогами, разделёнными травяными полосами, с тюдоровскими виллами, к чьим садам примыкают парки, сельские клубы и площадки для гольфа. На самом деле Вултон – это респектабельное предместье, ха­рактерное для любого индустриального города Британии. До 1963 года за ним водилась только одна “историческая заслуга”. Она принадлежала человеку, бывшему во время войны минист­ром продовольствия – он изобрёл так называемый “вултонский пирог”, включавший в себя различные неаппетитные ин­гредиенты, но и стоивший зато всего один старый шиллинг».

Рэй Конноли (автор книги “Быть Джоном Ленноном”): «Вултон до конца Первой мировой был маленькой деревней за чертой города: просторные тенистые парки, викторианские особняки, улочки с коттеджами восемнадцатого и девятнадцатого столетий. В двадцатые и тридцатые годы двадцатого века город расширился, проложили Менлав-Авеню – дорогу с двусторонним движением и трамвайными путями посередине, – и деревня превратилась в пригород. Но в 1946 году, когда там поселился Джон, в Вултоне по-прежнему витал отчетливый дух сельской глубинки».

Джон: «Когда я расстался с Пенни-Лейн, то переселился к тёте, которая тоже жила в пригороде, в стоящем на полуотшибе доме с маленьким садом. По соседству жили врачи, юристы и прочие люди такого сорта, поэтому пригород ничем не напоминал трущобы. Я был симпатичным, аккуратно подстриженным мальчишкой из предместья, рос в окружении классом повыше, чем Пол, Джордж и Ринго, которые жили в муниципальных домах. У нас был собствен­ный дом, свой сад, а у них ничего подобного не было. По сравнению с ними мне повезло. Только Ринго был настоящим городским мальчишкой. Он вырос в самом дрянном районе. Но его это не заботило; вероятно, там ему жилось веселее».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Пригородный поселок, который представлял из себя Вул­тон, отличался узкими тесными улочками, ведущими к при­ходской церкви святого Петра. В 1945-м году Вултон был всё таким же. В нём даже была маленькая молочная ферма, давав­шая местным жителям свежее молоко. Ферма и молочная при­надлежали Джорджу Смиту, спокойному добродушному чело­веку, чьей женой была энергичная Мэри Стэнли».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Мэри Элизабет и Джордж Смит владели небольшой сыроварней. Но сказать, что Джон Леннон получил буржуазное воспитание, было бы значительным расширением понятия “буржуазный”. Когда Джона об этом спрашивали, он отвечал: “У нашего дома имелся палисадник и задний дворик – это было ступенькой выше, чем муниципальные дома”».

Рэй Конноли (автор книги “Быть Джоном Ленноном”): «Хотя к концу войны правительство реквизировало земли, принадлежавшие семье Джорджа, и его молочный бизнес приказал долго жить, семейство Смит, в общем-то, не бедствовало. Да, многие представляют себе Ливерпуль как шумный и грубый рабочий город, но и в нём самом, и в окрестностях было немало управленцев, специалистов и состоятельных дельцов. А как ещё прикажете руководить семью милями доков и всеми подсобными предприятиями судоходной отрасли? У них был и телефон, в сороковые – настоящий символ статуса, а рядом с домом хватило бы места под автомобиль – впрочем, его они так и не купили. В те годы, да и в пятидесятые, в Ливерпуле личной машиной могли похвастаться весьма и весьма немногие».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Джордж и Мими занимали полдома на Менлав-Авеню, за углом от молочной, почти напротив площадки для гольфа Аллертона. Это был солидный дом с “фонарями” в стиле эпохи Тюдоров. У них была “утренняя комната”, где Мими и Джулия сажали ребенка в кресло, повязывали шарфом и обкла­дывали подушками, чтобы он встречал восход солнца в большом заднем окне. Джулии, чтобы приехать, нужна была всего лишь одна короткая поездка на автобусе. Её новый друг служил официантом в одном ливерпульском отеле, у него были свои дети. Каждый полдень Джулия приезжала к сестре навестить Джона».

Мэри и Джордж.

В 1970 году, когда в дом въехали новые владельцы, они сняли входную дверь и заменили её на другую, более современную. В 1982 году её приобрёл местный коллекционер.

Руди Бенциен (автор книги “Джон Леннон навсегда”): «Если преж­де Джулию Леннон лишь изредка можно было видеть на Менлав-Авеню, то теперь она стала приходить почти ежед­невно, – после обеда, на час или на два. В это время и сложились у Джона и его матери очень тесные отношения, что заметно повлияло на развитие ребенка. Джулия, конеч­но, вовсе не претендовала на воспитание Джона – она играла с ним, выполняла все его желания, занималась с ним тем, что доставляло ему удовольствие».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Джон звал Джулию “мамочкой”, а свою тётю – просто “Мими”».

Мими: «Когда Джон был маленьким, он как-то спро­сил меня: “Почему я не зову тебя мамочкой?”. Я ответила: «Ну, это будет слишком – иметь сразу двух мам, не так ли?”. Он согласился со мною».

Руди Бенциен (автор книги “Джон Леннон навсегда”): «Мэри и Джордж Смит хотели усыновить племянника. Фред и Джулия Леннон были на это согласны. И только потому, что оба они почти никогда не доводили до конца необходимые формальности, усыновление не состоялось».

Джон: «Мими была удивительно добра ко мне. Постоянно волно­валась, беспокоилась обо мне, без конца напоминала родителям, чтобы они думали обо мне, чтобы они как следует заботились о ребёнке. Так как они ей доверяли, то, в конце концов, позволили ей забрать меня».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «С самого момента, как Джулия отдала Джона Мими, та посвятила свою жизнь племяннику».

Мими: «Не было дня, когда бы я не была с ним – мы расставались только раз в году, когда он уезжал в Шотландию, в гости к своим кузенам. Я воспитывала его строго. Никаких сластей, только ячмен­ный сахар по вечерам, да и к дому я его не привязывала. Он никогда и не хотел этого. Летом он часами играл в саду в одних трусиках. Бывало и такое – я брала у мясника фа­заньи перья и Джон превращался в смуглолицего индейца с нанесённой губной помадой воинственной раскраской. Он и дня никогда не болел. Только ветрянкой. И очень любил своего дядю Джорджа. Я чувствовала себя совершенно покинутой, когда они уходили куда-нибудь вместе, оставив мне плитку шоколада и записку: “Желаем доброго дня”».

24 декабря 1945 г.

Шон О’Махони (редактор ежемесячного журнала для поклонников “Битлз”, 1965 г.): «“Дорогой Санта Клаус, пожалуйста, принеси мне водяной пистолет. С любовью от Джона, и не забудь копилку с ключиком, и пару перчаток, и не найдется ли у тебя каких-нибудь книжек, и постарайся, пожалуйста, достать несколько игрушечных автомобильчиков, а ещё коньки”. Таков был один из самых первых литературных успехов пятилетнего Джона Винстона Леннона, которого мы сейчас знаем как писателя, музыканта, певца, композитора-песенника и юмориста».

Ливерпуль, Уильям Браун-стрит, 1945 г.

12 ноября 1945 г.

Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Джон пошёл в начальную школу (прим. – базовая школа для детей от пяти до одиннадцати лет), расположенную на Мосспитс-Лейн».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Когда Джону было пять лет, Мими отправила его в начальную школу, неподалеку от Пенни-Лейн. Она отводила его туда каждое утро, а после школы встречала на автобусной остановке».

Джулия Бэрд (сводная сестра Джона Леннона): «Джон пошёл в школу “Мосспитс” в ноябре 1945 года. Джулия устроилась на работу в кафе неподалеку от школы, работая в школьное время, чтобы иметь возможность приводить Джона в школу и забирать его после уроков».

20 октября 1945 г.

Скотт Уилер (друг Чарли Леннона): «Это было в Ливерпуле в субботу утром 1945 года. Джон Леннон стоял на Пенни-Лейн, уставившись с тоской на игрушки, выставленные в витрине магазина. Он с дядей Чарли, приехавшим в отпуск с военной службы, ждали мать Джона, которая зашла в рыбный магазин, расположенный в соседнем здании».

Чарльз Леннон (младший брат Альфреда Леннона): «Мы разглядывали витрину, и Джон показал пальцем на жестяной автобус. Я спросил: “Хочешь его?”. В общем, мы зашли, чтобы его купить.

– Сколько стоит этот автобус? – спрашиваю я.

– Ну, автобус стоит два фунта пятьдесят, и Дональд Дак.

– Что ещё за Дональд Дак?

– Он с ним уходит.

Оглянувшись я увидел, что Джон выходит в дверь с Дональдом Даком на машинке, катя её за верёвочку. Кстати, он сломал её ещё до того, как мы дошли до дома!».

9 октября 1945 г.

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «На этом снимке Джону пять лет, милое невинное создание — таким его любила вспоминать тётя Мими».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Избавившись от Виктории, Джулия попросила Фредди взять Джона. Сидни (прим. – Сидни Леннон – старший брат Альфреда Леннона) был против, утверждая, что примире­ние супругов будет недолгим и что он не хочет, чтобы ребёнок был свидетелем новых ссор и расставаний. Но Фредди не слушал его. Он был уверен, что всё образуется и что Джон – связующее звено между ним и Джулией».

20 сентября 1945 г.

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В началь­ную школу “Сент-Сайлас”, которая находилась всего в трёхстах ярдах от дома, Риччи поступил в пять лет. “Сент-Сайлас” – одна из национальных школ, построенных в 1870 году, – располагалась в красном, потускнев­шем от времени здании в викторианском стиле».

Начальная школа “Сент-Сайлас”.

Ринго: «Школа оставила заметный след в моих воспоминаниях. Школа “Сент-Сайлас”. Не знаю, сам ли я запомнил первый день учёбы или о нём рассказывала мне мама. В то утро она проводила меня до ворот. Школа находилась на той же улице, в двух минутах ходьбы от нашего дома. В те дни родители просто провожали нас до ворот и говорили: “Ну, ступай”. Никто не сидел с нами в классах, помогая осваиваться, как делаем мы со своими детьми. Я до сих пор вижу это огромное здание, наверное, самое большое на планете, где во дворе играет миллион детей, в том числе и я. Я совсем перепугался. Обедать я пришёл домой. В то время мы везде ходили самостоятельно, нам ничто не угрожало. Кажется, я явился домой и сказал: “А у нас каникулы”. Этими словами я дал маме понять, что на сегодня хватит. Она поверила мне, пока не увидела в окно, как другие дети возвращаются в школу, и не сказала: “А ну, марш отсюда!” Не помню, чтобы я хоть чему-нибудь радовался в школе. Я вечно сачковал и в общей сложности проучился всего пять лет».

19 июня 1945 г.

Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «В этот день Джулия, мать Джона Леннона, родила дочь Викторию, которая впоследствии будет отдана в другую семью и будет расти в Норвегии».

Синтия: «Дочь Джулии, Виктория Элизабет, родилась в Элмсвудской больнице 19 июня 1945 года».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Ребенок появился на свет 19 июня 1945 года. Это была девочка. Джулия назвала её Викторией. В свете недавнего победоносного завершения войны в Европе это имя звучало очень мило, а кроме того, оно было созвучно второму име­ни, которое она дала Джону – Уинстон».

Анна Кэдуолладер (сестра Джулии): «Я очень хорошо её помню. Это была очень красивая малышка, но мы так и не узнали, кто был её отцом».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Поп Стенли отказал­ся приютить незаконнорожденного ребенка. Джулии нужно было выбирать: или уехать, или отказаться от ребёнка. Ког­да она избрала второе, Мими взяла на себя все формально­сти. Она отправилась к директрисе детского приюта Армии спасения, находившегося неподалеку от её дома, носившего название “Земляничная поляна”. Там ей дали адрес дома на Норт Моссли Хилл-Роуд, где Джулия могла рожать».

Анна Кэдуолладер (сестра Джулии): «Как-то днём к нам пришёл капитан Армии спасения и забрал её [Викторию]. Больше мы ни­когда её не видели».

“Би-Би-Си”: «Под давлением семьи Джулия отказалась от дочери, и Викторию удочерили норвежцы Педер и Маргарет Педерсен – члены Армии спасения; девочке дали новое имя – Ингрид Мария Педерсен. 59 лет Виктория хранила тайну о том, что она является сестрой Джона Леннона, живя под именем Ингрид Педерсен».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Джону Леннону о её рождении не рассказывали, и осталось неизвестным, узнал ли он о Виктории когда-нибудь вообще».

Газета “Сан”, 24 августа 1998 года: «Джон Леннон искал свою пропавшую сестру по всему миру в течение многих лет, но во время своих поисков Джон так и не выяснил, что приёмные родители сразу же дали новорождённой другое имя – Ингрид Педерсен. Он так и не смог найти её до самой своей смерти. Сама Виктория Элизабет/Ингрид узнала то, что она является сестрой Джона Леннона ещё в 1966-м году, за 14 лет до смерти Джона Леннона. Ингрид рассказала, как её приёмная мать, Маргарет, ошеломила её признанием».

Ингрид Педерсен: «Я должна сказать тебе, что ты – приёмная дочь. Ты сестра Джона Леннона».

Газета “Сан”, 24 августа 1998 года: «Однако приёмная мать боялась, что Ингрид соблазнится славой “Битлз” и покинет дом. Не желая обижать любимую “маму”, Ингрид не стала ничего предпринимать. Приёмным отцом Ингрид являлся норвежский моряк, Педер Педерсон».

Ингрид Педерсен: «Я не могла обидеть маму, поэтому осталась в тени. Когда я узнала, что Джон был моим братом, я начала собирать о нём все вырезки, какие могла найти, и хранила их в ящичке, в своей спальне. Я ужасно боялась, что мои родители их обнаружат, потому что это было бы предательством по отношению к ним. Я чувствовала, что не стоит искать контакта с Джоном, пока была жива моя приемная мать.

Я знала, что мама хранила в своём гардеробе жестяную коробочку, в которой хранились семейные бумаги. Когда дома никого не было, я дрожащими руками открыла её. Среди бумаг я нашла пожелтевший, с загнутыми уголками документ, выданный ливерпульским судом. Затем я увидела свое полное имя: Лиллиан Ингрид Мария Педерсен, и дату моего рождения. Выше этого были три слова, которые я и искала: Виктория Элизабет Леннон – моё имя при рождении, настоящее имя, данное мне моей матерью, Джулией Леннон, чьё имя тоже там было. Я разрыдалась».

Из интервью Дэвида Бэдфорда со сводной сестрой Джона Леннона Джулией Бэрд для “Би-Би-Си”, 2007 год:

Дэвид Бэдфорд: Как вы впервые узнали о Виктории/Ингрид?

Джулия Бэрд: Благодаря Биллу Смитису из “Ливерпуль Эко”. Когда он упомянул о четырёх детях, я просто уставилась на него, и он сразу спросил: “Вы не знали об этом, не так ли?”.

– Нет, – ответила я, – но вы говорите, что нас было четверо?

– Джулия, у вашей матери было четыре ребёнка, и я вижу, что вы об этом не знали.

Он был очень любезен, и дал мне номер своего телефона, чтобы я перезвонила ему, когда мне вернётся дар речи. Мне пришлось нанести три визита [родственникам] в Рок-Ферри к Нэнни. “Нэнни, я буду приходить снова и снова, пока вы не скажете мне правду. Я узнала об этом от совершенно незнакомого человека”.

Дэвид Бэдфорд: Вы встретились с Ингрид?

Джулия Бэрд: Это было так странно, когда она появилась. Мы с Джоном похожи друг на друга, и мы с сестрой тоже похожи друг на друга, некоторые даже думают, что мы близнецы. Зелёные или карие глаза: у моего отца и матери были карие глаза. Не знаю на счет Альфа. А ещё у нашей семьи каштановые волосы. И у Джона такие же. И я была уверена, что Ингрид будет похожа на меня, Джона и Джеки. Но она выглядела совершенно иначе. У неё были светло-голубые глаза и светлые волосы. Очевидно, что в Ингрид было больше от её отца.

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Когда Фредди вернулся из очередной командиров­ки, он отправился в родильный дом Элмсвуд и стал умолять Джулию разрешить ему дать ребенку своё имя. “Об этом и речи быть не может, – ответила она. – Я тебя знаю. Рано или поздно ты разозлишься и назовешь его выблядком”. Фредди бросился к Мими и попросил взять ребенка к себе. Мими отказалась.

Когда Фредди попытался узнать, что стало с Викторией, ему ответили, что Армия спасения не дает никаких сведений ни родителям, ни тем, кто усыновляет ребенка. Ему удалось узнать только, что дочь Джулии попала в семью капитана норвежского флота. Таким образом, сводная сестра Джона Леннона выросла в Норвегии. Однако ни тогда, ни позже найти её не удалось».

18 июня 1945 г.

Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Благодаря средствам, которые Мэри Маккартни зарабатывала, работая акушеркой, семья Маккартни переехала в центральную часть Ливерпуля в квартиру на первом этаже в “Белых садах сэра Томаса”».

Марк Эшворт (автор публикации “Маккартни в Эвертоне (1945-1947)”, 2012): «После ухода с Королевского завода “Киркби”, следующая работа Джима Маккартни привела его обратно в Ливерпуль, в район Эвертон, где он вырос. Не имея возможности вернуться на Хлопковую биржу, он устроился на работу в отдел уборки Ливерпульской корпорации инспектором по сбору мусора, следя за тем, чтобы мусорщики выполняли свою работу должным образом. Это было далеко от торговли хлопком и, вероятно, не доставляло Джиму удовольствия, но, учитывая, что ему нужно было содержать жену и двух маленьких сыновей, на то время этого вполне хватало.

Последние два года Мэри провела дома, ухаживая за Полом и Майклом. Вероятно, из-за недостатка финансовых средств Мэри вышла на работу в Ливерпульской корпорации в качестве муниципальной акушерки. Эта работа позволяла ей работать из дома. Семья Маккартни получила муниципальную квартиру в огромном многоквартирном доме на Сент-Доминго-роуд по адресу: Сэр Томас Уайт Гарденс, 75».

Сады сэра Томаса Уайта, Сент-Доминго-роуд, Эвертон, Ливерпуль.

Внутри садов сэра Томаса Уайта.

Пит Мирс: «Это начальная школа “Мейджор Лестер”; снимок сделан с верхнего этажа многоквартирного дома сэра Томми Уайт Гарденс в конце 60-х годов. На снимке видно, как дети весело проводят время, играя во дворе. Хотя я жил на Лиденхолл–стрит, сады Томми Уайта притягивали нас, детей, к себе в конце 50-х – середине 60–х. Здесь было много мест, где можно было спрятаться, и сооружений, на которые можно было взобраться – всеобщим любимым занятием было пробежать по выступу стены рядом с улицей Пенроуз (на фото внизу слева), не упасть с высоты! В конце улицы Бикон–лейн выступ был довольно низким, но по мере приближения к Сент–Доминго–роуд становился всё выше и выше – довольно крутой спуск для семи-восьмилетнего ребёнка. Было много синяков и ушибов, но я не припомню, чтобы у кого-нибудь были серьёзные травмы».

Сент-Доминго-роуд, Эвертон, в то время, когда здесь жила семья Маккартни.

Сент-Доминго-роуд в 1960-х годах, когда трамваи были выведены из эксплуатации.

Марк Эшворт (автор публикации “Маккартни в Эвертоне (1945-1947)”, 2012): «Для Мэри, которая должна была быть на дежурстве в любое время суток, это была утомительная, но приносящая удовлетворение работа. Мальчики смотрели, как их мама выходит из квартиры на первом этаже в своей накрахмаленной бело-голубой униформе, уважаемая фигура в округе, в то время как бедный Джим продолжал свой унылый обход, проверяя мусорщиков и ожидая того дня, когда он сможет вернуться к своей прежней профессии. Когда оба родителя уходили на работу, одна из сестёр Джима приходила присматривать за Полом и Майком».

Марк Эшворт (автор публикации “Маккартни в Эвертоне (1945-1947)”, 2012): «Когда семья Маккартни переехала сюда, этому многоквартирному дому было всего пять лет. В период с 1938 по 1940 год на месте бывшего колледжа Святого Эдуарда, который был основан как школа-интернат в 1848 году, было построено 348 квартир.

Сэр Томас Уайт Джей Пи был членом городского совета Ливерпуля, который начал свою трудовую деятельность юнгой, а затем сделал карьеру в пивоваренном бизнесе. Он занялся политикой и стал председателем комитета по трамвайному хозяйству и электроснабжению, а позже был председателем жилищного комитета Ливерпуля и комитета по развитию аэропорта “Спик”, некоторое время жил на Менлав-авеню. Он умер в 1938 году, и в честь него был назван новый жилой комплекс.

Поскольку Эвертон был одним из беднейших районов Ливерпуля, здешние семьи, возможно, никогда не отличались большим достатком, но хорошо относились друг к другу.

Дэйв Паркинсон, который жил в квартире 72 с 1949 по 1965 год, вспоминает: “У нас всё было шикарно, у нас был туалет, не то что у моего дедушки, он жил (неподалеку) на Колдер-стрит. Прекрасные воспоминания”

Энн Хесс вспоминает: “В детстве мы часто прогуливались по площади под аркой и распевали: “Мы – банда Томми Уайта”.

Мэри Джонс: “Помню запах воскресного жаркого, доносившийся из всех кухонных окон. Прекрасные воспоминания”».

На снимке справа дом “Сады сэра Томаса Уайта”. Слева на дальнем плане – церковь Святого Катберта, которая стояла на пересечении Робсон–стрит и Берли–роуд–Саут до сноса в 1970 году. На переднем плане – короткая Ходдер–стрит, затем Колдер–стрит, Кармел–стрит и Пенроуз–стрит, примыкающая к дому Томми Уайта. Фото Филиппа Майера, конец 1960-х годов.

Согласно списку избирателей жильцов этого дома, Джим и Мэри жили в квартире 75.

Марк Эшворт (автор публикации “Маккартни в Эвертоне (1945-1947)”, 2012): «Дом будет снесён в 1984-1985 годах».

1 июня 1945 г.

Джордж: «У меня было счастливое детство, вокруг было много родственников».