25 сентября 1962 г.

Бэрри Майлз: «Выступление в джаз-клубе «Хизвелл» (Heswall Jazz Club, Barnston Women’s Institute, Heswall, Wirral), совместно с группой «Джерри и Лидеры» (Gerry & The Pacemakers)».

beatlesbible.com: «Это было второе из трех выступлений «Битлз» в джаз-клубе «Хизвелл», который располагался в женском институте «Барнстон». Также группа выступала там 24 марта и 30 июня 1962 года».

24 сентября 1962 г.

(условная дата)

Алан Уильямс: «На следующий день [после встречи Брайена с Уильямом Маршаллом] последовал телефонный звонок от Брайена. Не смог бы Билл  встретиться с ним в его офисе в Уайтчепеле? Билл не смог. У него было много работы в «Дейли Миррор». «Я до сих пор сожалею об этом», – говорит Билл. В чьём-то списке неудачников прибавилась ещё одна строчка».

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Предположительно в конце сентября – начале октября, Майк Маккартни сделал несколько снимков группы в доме на Фортлин-Роуд. Интересно, где в это время был новый член группы Ринго?».

Джим Маккартни.

Пол, Джим и Майк Маккартни.

Майкл Маккартни: «На фотографии запёчатлён момент репетиции в Фортлин-Роуд без вспышки при естественном освещении. Фото сделано во время пропуска занятий в школе, когда к нам пришёл Джон, а папаши не было дома. Они читают тексты песен, написанные в школьных тетрадях. Эти записи остались у них в голове и лишь некоторые были записаны на плёнку. Они считали их недостаточно хорошими. Вот какими профессионалами они были!».

В доме на Фортлин-Роуд.

Документы на Джона Леннона Консульства Федеративной Республики Германии (в преддверии очередных выступлений в Гамбурге).

Письмо Брайена Эпстайна Манфреду Вейследеру, владельцу гамбургского клуба «Звезда». В письме Эпстайн обсуждает предстоящий визит в Гамбург группы «Джерри и Лидеры» (Gerry & The Pacemakers) и упоминает о скором выпуске первого сингла «Битлз» – «Люби же меня» (Love Me Do).

23 сентября 1962 г.

Бэрри Майлз: «Вечернее выступление в клубе «Пещера» (The Cavern), совместно с джаз-бэндом «Святоши» (The Saints Jazz Band) и группой «Большой Тейлор и Домино» (Kingsize Taylor & The Dominoes)».

(условная дата)

Алан Уильямс: «Примерно в это время Брайен Эпстайн обеспокоился рекламной стороной своего бизнеса, хотя мало что смыслил в этой сфере. Он знал моего приятеля, Уильяма Маршалла, который работал тогда ливерпульским корреспондентом в газете «Дейли Миррор». Он связался с Биллом и знакомым фотографом. Билл очень хотел поработать на Брайена и «Битлз»; как оказалось, Пол Маккартни уже приглашал его для организации рекламы  группы. Но фотограф оказался слишком жаден до денег. И то, что должно было оказаться дружеской беседой и Биллом, берущим в свои руки рекламную кампанию «Битлз», превратилось в нечто скомканное.

Встреча Билла, Брайена и фотографа проходила в старом ресторанчике «Святой Георг» на Лайм-Стрит, прямо по соседству с ливерпульским Пресс-Клубом, где Билл делал большую часть своей газетной работы. Брайен явно нервничал и пил много «скотча». И ещё у него была очень сильная простуда. «Я бы хотел, чтобы вы занялись рекламой Битлз», – сказал он Биллу.

Билл попытался взять ситуацию в свои руки, но фотограф влез в беседу со словами что-то вроде: «ну, если вы хотите начать разговор, то это будет стоить вам 20 фунтов». Билл счёл это слишком обескураживающим, и он и Брайен так ни о чём и не договорились. Встреча была прервана, и Билл вернулся в Пресс-Клуб, чтобы закончить статью об убийстве, расследование которого он курировал в Верховном Суде, заседающем в Сент-Джордж-Холле».

Ливерпуль, 1962 год.

22 сентября 1962 г.

Бэрри Майлз: «Выступление в танцевальном зале «Величественный» (Majestic Ballroom, Birkenhead)».

beatlesbible.com: «Это было девятое из семнадцати выступлений в ианцевальном зале «Величественный» в Биркенхэде. Собственником площадки была «Топ Рэнк» (Top Rank) – крупнейшая в Великобритании организация бизнеса развлечений, по всей стране владевшая танцевальными залами, кинозалами, театрами, залами лоторей бинго. Также «Битлз» выступали в этом зале 28 июня, 5, 12, 19 и 28 июля, 17 и 24 августа, 8 сентября, 15 октября, 22 и 29 ноября, 15 декабря 1962 года и 17 и 31 января 1963 года».

21 сентября 1962 г.

Бэрри Майлз: «Выступление в танцевальном зале «Башня» (Tower Ballroom, New Brighton, Wallasey), совместно с группой «Рори Сторм и Ураганы» (Rory Storm & The Hurricanes)».

Из дневника Джонни Гитары: «Сейчас группа не очень хороша; новых песен не появляется; надо как-то исправлять ситуацию. Работы мало… три месяца выступлений во Франции отменены».

Билл Харри: «Поводом для этого мероприятия послужил день рождения Рори Сторма. Рекламная афиша концерта гласила: «Вечер по поводу дня рождения Рори Сторма» (Rory Storm’s Birthday Night). Кроме «Битлз» и «Ураганов» также выступали группы «Билли Крэмер и Побережники» (Billy Kramer & the Coasters), «Большая тройка» (Big Three) и «Бади Дин и Наставники» (Buddy Dean & the Teachers)».

20 сентября 1962 г.

Бэрри Майлз: «Дневное выступление в клубе «Пещера» (The Cavern)».

«Мы принимаем заказы на первую пластинку «Битлз» [лейбла] «Парлофон» с песнями «Люби же меня» и «Поскриптум, я люблю тебя».

«Музыкальные стулья». Пит Бест с комфортом устроился в [группе] «Все звезды» (The All-Stars). Когда Пит покинул «Битлз», Ринго Стар занял его место и оставил «Ураганы» (The Hurricanes). «Ураганы» заменили Ринго на Гибсона Кемпа, который ушел из группы «Трое из Мемфиса» (The Memphis Three). Когда Пит присоединился к группе «Все звезды», из нее ушел Берни Роджерс.

Нет сомнений в том, что эта игра продолжится. В то время, пока пишется этот текст, Берни Роджерс является претендентом без стула, а в «Тройке из Мемфиса» свободное место за барабанами. И, кто знает, может они объединятся и игра закончится счастливым концом.

Но ударники не единственные из музыкантов, перепрыгивающие из группы в группу подобно пчелам в поисках меда. Музыкантов, вышедших из состава групп так много, что мерсисайдовская сцена Большого Бита напоминает поле боя. Что случилось, к примеру, с Лу Уолтерсом, Дери Уилки, Хау Кейси, Эдрианом Бэрбером, «Путешественниками» (The Travellers), группой «Рикки и Красные молнии» (Rikki and the Red Streaks)? Ходят даже слухи, что Стив Дей и «Бродяги» расходятся (Steve Day & The Drifters). Более свежие новости говорят об изменениях в «Домино», «Фламинго» и нескольких других групп. Кажется, что старому высказыванию «Все за одного – один за всех» пришло на смену «Мена партнерами».  

Бэрри Майлз: «Газета «Мерси Бит» опубликовала очередные воспоминания Пола Маккартни относительно карьеры «Битлз», под простым названием «Гамбург».

(условная дата)

Демонстрационная пластинка с песней «Люби же меня».

Тони Бэрроу: «Когда Эпстайн впервые увидел рекламные копии «Люби же меня» с так называемым «белым ярлычком», сделанные исключительно для распространения среди средств массовой информации перед выпуском, его щёки запылали от приступа гнева, первого из многих, свидетелем которых мне предстояло стать, когда я начал работать в «НЕМС Энтерпрайсиз». «Они неправильно написали фамилию Пола!» – прошипел он, брызжа слюной. Авторство было указано так: Леннон – Мкартни. Используя свой самый саркастичный «должны-полететь-головы» голос, он позвонил в «И-Эм-Ай», и они спокойно, но без извинений, уверили его, что этикетки на копиях, посылаемых в магазины, будут исправлены. «Не в этом дело», – рычал всё ещё кипящий Эпстайн, – «у журналистов, продюсеров и ди-джеев неправильно указана фамилия на их копиях».

«И-Эм-Ай» была не одинокой в неправильном его написании. Примерно в то же самое время, «Мерси Бит» Билла Харри подписала фотографию битла отчётливым шрифтом, как «Мкартни», и та же самая ошибка повторялась в прилагающейся истории.

С самого начала «И-Эм-Ай Рекордз» позволила нам контролировать дела «Битлз», связанные с прессой и рекламой. Я говорю это не для того, чтобы принизить команду «И-Эм-Ай» по связям с общественностью, некоторые из которой были творческими и предприимчивыми. Позже я нанял двоих из них, Бесса Коулмэна и Брайана Маллигана, чтобы они работали со мной. По-видимому, пресс-служба «И-Эм-Ай» полностью осознавала небольшую рыночную значимость, придаваемую песне «Люби же меня» руководителями «И-Эм-Ай», но они выдержали стоимость печати фотографий битлов и рассылки биографических листов. С другой стороны, у них было много других выпусков, которые нужно было обслужить, и они были рады освободиться от большей части ответственности за организацию интервью и фотосъёмок любых артистов, на которых работали свои собственные независимые люди по связям с общественностью».

19 сентября 1962 г. (среда)

wikipedia.org: «В этот день Брайену Эпстайну исполнилось 28 лет».

(возможная дата)

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Следующая фотосессия Питера Кэйя состоялась в районе ливерпульских доков. Что касается даты, то, согласно Кэю, это была моросящая среда».

Альберт-Доки, где, как предполагалось, «Битлз» позировали во время съемок.

Питер Кэй (фотограф): «Мы работали по принципу противопоставления их внешности в костюмах дренажной канаве и руинам. Группа выглядела аккуратнее, чем они были на самом деле».

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Они сфотографировались на фоне Альберт-Доков».

прим. – считается общепризнанным, что «Битлз» позировали на фоне Альберт-Доков. Но житель Ливерпуля Энди Никс считает иначе.

Энди Никс (блогер): «Эти фотоснимки сделаны не в Альберт-Доках, или где-нибудь рядом с ними. Я жил в Ливерпуле с 1956 года, и знаю Альберт-Доки и все рядом с ними с 1960, и сейчас живу нескольких ярдах от них, так вот, нет ни одной фотографии, сделанной в Альберт-Доках, или где-нибудь рядом с ними. На снимках я хорошо вижу Хаскиссон-Док (Huskisson Dock), Стенли-Док (Stanley Dock), Квин-Док (Queen’s Dock) и Джорджиз-Док (Georges Dock), но нет и намека на Альберт-Док. Единственный снимок, который возможно сделан неподалеку от него, это на фоне здания «Ливер-Билдинг» (Liver Building), но он сделан от мемориала «Титаник» (Titanic memorial) в воротах Джорджиз-Док. Это примерно в 600 ярдах от Альберт-Дока».

Хаскиссон-Док в 1955 г.

Стенли-Док 2000-е гг.

Схема расположения доков.

Панорама доков в 1950 г.

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Место с автомобилем было живописной местностью под названием «Страшилка» (The Bally) на дороге к докам».

Питер Кэй: «Потом мы воспользовались пожарным судном «Спасатель».

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Затем были сделаны снимки на борту «Спасателя» (The Salvor)».

Питер Кэй: «Ближе к концу сессии мы закончили на Пир-Хед, напротив здания «Ливер-Билдинг».

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Последними были сделаны снимки на фоне «Ливер-билдинг». 

Набережная Ливерпуля, 1960-е г.

Панорама набережной Ливерпуля в 1950 г.

Здание Ливер-Билдинг в 2000-е.

beatlesautographs.com: «Эпстайн заказал несколько сотен фотоснимков, сделанных в эти дни, и потребовал, чтобы они были сделаны в течение двух дней».

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Вечернее выступление в клубе «Пещера» (The Cavern), совместно с группами «Дакоты» (The Dakotas) и «Большая тройка» (The Big Three)».

18 сентября 1962 г. (вторник)

(возможная дата)

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «После того как Ринго стал членом группы, Брайену потребовались новые рекламные фотографии, и он в очередной раз привлек к этому фотографов Питера Кэйя (Peter Kaye) и его помощника Леса Чедвика (Les Chadwick)».

Студия Питера Кэйя.

beatlesautographs.com: «В конце 1950-х, ливерпульский фотограф Билл Коннелл (Bill Connell) перенес свою недавно открывшуюся «Студию Питера Кэйя» (Peter Kaye Studio) в трехэтажное здание магазина с двойным фасадом, расположенном в доме 174 на Парк-Роуд (174 Park Road) в городском районе Дингл. С Брайеном Доу (Brian Dawe) в качестве помощника и Лесом Чедвиком в качестве главного фотографа, Коннелл («Питер Кэй») начал создавать себе в городе имя, предлагая свадебные и коммерческие фотографии и постановочные сессии. Когда в 1961 году Билл Харри начал издавать свою газету «Мерси Бит», он связался с Лесом Чедвиком, потому что он был его близким другом по ливерпульскому художественному колледжу, и был впечатлен теми фотографиями, которые он делал для листка с новостями колледжа. Харри позвонил со следующим предложением. В обмен на указание авторов фотоснимков, рекламу в «Мерси Бит» и заказами от местных групп на услуги студии «Питера Кэйя», Чедвик и Коннелл будут фотографировать по заказу «Мерси Бит». Сделка была заключена. В 1962-м году Брайен Эпстайн нанял студию Питера Кэйя сфотографировать «Битлз».

Энди Бабюк: «22 августа, когда группа проводила репетицию в клубе «Пещера», их фотографировали Билл Коннелл и Лес Чедвик, работавшие на ливерпульскую фотостудию Питера Кэйя».

Билл Коннелл: «Фотографии должны были соответствовать уникальному звучанию Битлз».

Чезз Эйвери (beatlesource.com): «Когда «Битлз» прибыли в студию, сам Билл Коннелл отправился на разведку, чтобы подыскать потенциально подходящий фон для снимков. В общей сложности фотосессия заняла три часа, в результате чего, к ужасу Чедвика, они начали скучать и стали отвлекаться. Когда вернулся Билл Коннелл, он спросил у Чедвика: «Ну, как все прошло?». «Они безнадежны» – ответил Лес. Следующая фотосессия состоится [предположительно 19 сентября] на фоне тех мест, которые разведал Билл».

17 сентября 1962 г.

Бэрри Майлз: «Дневное выступление в клубе «Пещера» (The Cavern), и выступление в «Зале королевы» (Queen’s Hall, Widnes). Последнее из трех выступлений по понедельникам, в сопровождении групп «Билли Крэмер и Побережники» (Billy Kramer & The Coasters) и «Викинги» (The Vikings)».

beatlesbible.com: «Выступления на этой площадке по понедельникам было организовано компанией Брайена Эпстайна «Предприятия НЕМС». «Битлз» возглавляли все афиши, но сопровождающие их группы были разными. В общей сложности в Виднесе группа выступила пять раз, все в «Зале королевы»: 3, 10 и 17 сентября 1962 года, 22 октября 1962 года и 18 февраля 1963 года».

16 сентября 1962 г.

Бэрри Майлз: «Вечернее выступление в клубе «Пещера» (The Cavern), совместнос группами «Джазмены красной реки» (The Red River Jazzmen) и «Джерри и Лидеры» (Gerry & The Pacemakers)».

(условная дата)

Морин: «Как-то вечером я сидела с подругой в «Пещере», и та заявила, что мне слабо поцеловать Пола. «Я ответила, что это ей слабо. А она опять – мне слабо, – в общем, мы поспорили. Тогда я протиснулась к артистической и, когда вышел Пол, поцеловала его. Моя подружка так огорчилась и возревновала, что разревелась. А мне-то на самом деле больше всех нравился Риччи. Пола я поцеловала на спор. Поэтому я дождалась, пока выйдет Риччи, и поцеловала его тоже».

Хантер Дэвис: «Ринго ровным счетом ничего не помнит ни о поцелуе Морин, ни об автографе».

Ринго: «Тогда это было в порядке вещей – все эти поцелуи. На­чиналось с просьбы об автографе, следующий этап – дотронуть­ся до кого-нибудь из «Битлз», а потом дошло и до поцелуев. Бы­вало, пробираешься на сцену – и вдруг оказываешься в чьих-то объятиях. Я и Морин принял за одну из таких назойливых мух».

Синтия: «Однажды, помню, я yжe легла, Джон запер дверь и стал раздеваться, и тут зазвонил звонок у парадной двери. Мы его проигнорировали, надеясь, что откроет кто-нибудь другой. Звонок гремел всё настойчивее, и нам стало ясно, что придётся идти выяснять, кто там. Мы оба немножко нервничали, потому что было уже около полуночи. Когда Джон открыл дверь, на пороге стояли два типа весьма «крутого» вида.

«Здорово, братан!» – пробормотал один с очень сильным ливер­пульским акцентом. – Мы тут с моим корешем хотим узнать, дома ли Кэрол».Чувствуя себя неловко в этой ситуации, Джон поспешил ответить: «Извини, друг, ты наверно, ошибся, здесь нет никого с таким именем». Хотя было очевидно, что ответ их не удовлетворил, они пробор­мотали «спасибо» и вроде бы собрались уходить. Джон закрыл дверь в вестибюль (наружная дверь оставалась открытой для других жиль­цов) и вернулся в спальню. Какое-то время всё было тихо, а затем раздался страшный грохот, от которого мы оба выпали из кровати и шлёпнулись на пол. В дверь молотили так, что я удивилась, как она выдерживает. Молотьба сопровождалась страшными угрозами. Мы с Джоном прижались друг к другу, как испуганные дети.

«Что, чёрт возьми, происходит?» – закричал Джон, побледнев ли­цом. Я вцепилась в одеяло и подтянула его к подбородку. «Что им надо, Джон? Они, наверно, не в своём уме. Что делать?» – кричала я, по-настоящему испугавшись. «Мы тут как в ловушке. Если бы можно было проникнуть в дру­гую комнату, я хотя бы взял нож и защитил нас. Бог знает, чего им надо. Проклятые лунатики».

Страхи наши росли в той же мере, в какой усиливалась колотьба в дверь и лязг металлических предметов, всовываемых в замок. Этот шум то и дело перекрывался угрозами этих головорезов: «Мы знаем – она там, ты, грязный сводник! Дай только добраться до те­бя, мы разорвём тебя на части! Отдай нам её, а не то…». Выносить все это больше не было сил. Я, наконец, вновь обрела голос и, собрав все силы и всё оставшееся мужество, отчаянно за­орала на всю улицу: «Эй вы, там! В этой комнате, чёрт вас подери, нет других женщин, кроме меня, и зовут мэня не Кэрол, чёрт возьми, а Синтия, и, к вашему сведению, я на третьем месяце беременности!».

Произнеся эту пламенную речь, я, обессилев, упала на кровать, дрожа, как осиновый лист. Только тут до меня дошло, что стоит мертвая ти­шина. Невероятно! Я напрягла слух и уловила еле слышимое бормота­ние. Потом мы услышали звук удаляющихся шагов. Наконец с шумом захлопнулась парадная дверь. В ту ночь мы с Джоном долго не могли уснуть».