30 июля 1970 г.
Стивен Дэйвис (автор книги “Время собирать камни”): «30 июля 1970 года “Роллинг Стоунз” объявили, что Аллен Кляйн отныне не вправе действовать от их имени. Их контракт с “Декка” истекал в тот же день. Они были должны своей глубоко презираемой звукозаписывающей компании сингл и решили послать плёнку с “Блюз членососа” (Cocksucker Blues) – откровенно похабной песней. “Декка” отказалась её выпускать. “Я лучше буду иметь дело с мафией, чем с ‘Декка’”, – сказал впоследствии Кит Ричардс».
Из интервью Аллена Кляйна журналу “Плейбой”, 1971 год:
“Плейбой”: Для тебя было неожиданностью, когда тебя уволили “Стоунзы”?
Аллен Кляйн: И да, и нет. Я знал, что Джаггер ведёт переговоры с другими людьми, но мы очень плотно работали в течение трёх месяцев над контрактом с “Декка”, и я проводил с ним много времени, так что в этом смысле это было неожиданностью. Я могу делать свою работу только одним способом – полностью разделяя жизнь своих артистов. Наверное, я должен был предвидеть увольнение. Джаггер стал ревновать меня к “Битлз”. Ранее я добился, чтобы “Стоунз” получили в Штатах больше денег, чем “Битлз”, несмотря на то, что у них было продано меньше пластинок, чем у “Битлз”. И когда я стал заниматься делами “Битлз”, самолюбие Джаггера было уязвлено. Кроме того, у меня оставалось меньше времени на “Стоунз”, чем раньше. Так что я его не обвиняю.
“Плейбой”: Ты вынужден был уделять почти всё своё время “Битлз”?
Аллен Кляйн: Да. Что ещё я мог сделать для “Стоунз”? Только заработать им ещё больше денег, а финансовое положение “Битлз” было тогда на самом деле катастрофическим, так что им я был нужнее.
“Плейбой”: По-твоему, пресса к тебе относится с предубеждением?
Аллен Кляйн: В Англии – да. Я же американец, наложивший лапу на их “Битлз”. Поэтому ко мне относятся с предубеждением. Но я мало общаюсь с прессой, поэтому то, что пишется обо мне, большей частью надёргано из старых статей, так что ложь повторяется ещё и ещё раз. Я их за это не осуждаю. С другой стороны, журнал “Роллинг Стоун” – это издание, использующее непроверенную информацию и изначально ведущее неверную политику: сенсация любой ценой и критика всех, кто не отвечает их эстетическим представлениям. По их мнению, бизнес и деньги – это грязь. И поскольку я для них это олицетворяю, они считают долгом погреть на мне руки. Кажется просто невероятным, насколько у них негативное отношение, если прочитать всё, что было написано обо мне и “Битлз”, обо мне и “Стоунз”. Возьмём, к примеру, Эла Гроссмана. Он был менеджером Дилана, группы “Питер, Пол и Мэри”, а также некоторых других, а когда он расстался с ними, я не слышал об этом ни слова. Но как только “Стоунз” решили работать самостоятельно, обо мне появилась куча публикаций. Возможно, было бы лучше, если бы я сам чаще высказывался в прессе, но я никогда особенно не стремился к этому.
“Плейбой”: Почему?
Аллен Кляйн: Когда в 1969 году я принял дела “Битлз”, единственным оправданием ужасной ситуации, в которой они находились, было то, что эта ситуация была создана Эпстайном ещё до моего прихода. Но я не хотел всё сваливать на Эпстайна. Он был мёртв. А потом начались проблемы с Маккартни, и в прессе меня начали обвинять в том, в чём я не был виноват. Я считал, что лучше пусть упрёки будут направлены на меня, это будет лучше для имиджа Эпстайна и легче для Пола, который и так был поглощён семейными заботами. Кроме того, я не хотел задевать Пола, чтобы оставить ему возможность изменить своё решение, найти выход из той ситуации и принять меня.
Питер Маккейб и Роберт Шонфилд (авторы книги “Сердцевина яблока”): «Кляйн очень расстроился, когда любимый племянник Ронни Шнайдер, пожинавший сладкие плоды своего дядюшки, покинул “Эй-Би-Кей Компани” (прим. – компания Аллена Кляйна), прихватив с собой гордость компании – группу “Роллинг Стоунз”.
Роллинги вскоре ушли и от Шнайдера, тот бросился было назад к дядюшке, но понял, что Кляйн не желает его больше видеть. Главным объектом внимания и заботы отныне стал для Аллена его второй племянник – Майкл Крамер, но тот вскоре взвыл от такой опеки, потому что теперь ему пришлось работать вдвое больше. Однажды в свой отпуск он имел глупость поехать со своим дядей в Лондон. Кляйн заставил его работать каждый день, каждый час – и так до последнего дня отпуска. Отчаявшийся племянник незаметно улизнул из офиса, прыгнул в такси и бросил шоферу: “Покажи мне город!”».
Майкл Крамер: «Аллен не знает ни минуты покоя. Теперь я всегда отказываюсь, если он зовёт меня поехать куда-нибудь отдохнуть. Несколько месяцев назад мы с ним были в баре, только сидели за разными столиками. Аллен как увидел меня, так сразу заёрзал на стуле. Потом всё-таки не вытерпел, подошёл к моему столику, сел и битых четыре часа стал (в который уже раз!) обсуждать со мной проблему Маккартни».
Питер Маккейб и Роберт Шонфилд (авторы книги “Сердцевина яблока”): «Благодаря своему неуёмному тщеславию и напористости, Кляйну удалось благополучно миновать множество опасных рифов в океане бизнеса. Сколько раз его вызывали в суд! Против него было возбуждено свыше сорока судебных дел, но обвинения почти всегда отскакивали от него, как резиновый мячик от стенки. Бурная история Кляйна как бизнесмена стала достоянием широкой публики после того, как лондонская “Санди Таймс” поместила на своих страницах некоторые документы из запрошенного Леонардом Риченбергом (прим. – глава “Трайомф Инвестмент”) доклада о деятельности Кляйна. Это подорвало его престиж в суровых финансовых кругах Лондона».
Аллен Кляйн: «У меня не было ни гроша, когда на меня обрушилось всё это, так что они сварили щи из топора».
Питер Маккейб и Роберт Шонфилд (авторы книги “Сердцевина яблока”): «Было время, когда “Роллинг Стоунз” были очень довольны услугами Аллена Кляйна, но с течением времени они пополнили всё растущий контингент музыкантов (среди которых теперь также Пол Маккартни и Джеймс Тейлор), переставших его любить. С другой стороны, многие звёзды рока не могли устоять перед блестящим умением Кляйна выколачивать для них деньги».