Кампания “Война окончена!” / Джон и Йоко прибывают в Канаду

16 декабря 1969 г.

Джон и Йоко дают интервью французскому телевидению в офисе “Эппл” на Сэвил-Роу, предположительно 15 или 16 декабря 1969 года.

Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «В 11 городах по всему миру были установлены огромные плакаты и рекламные щиты с надписью “Война окончена! Если вы этого хотите. Счастливого Рождества от Джона и Йоко”. В некоторых странах это послание было переведено на родной язык».

Кампания была запущена в 12 крупных городах: Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Торонто, Риме, Афинах, Амстердаме, Берлине, Париже, Лондоне, Токио, Гонконге и Хельсинки. В некоторых странах это послание было переведено на родной язык. В Торонто было установлено 30 придорожных рекламных щитов, а также тысячи плакатов и листовок.

Лондон, Пикадилли-сёркус.

Лондон, Шафтсбери–авеню.

Амстердам.

Нью-Йорк.

Париж.

Греция.

Рим.

Берлин.

Джон Синклер (американский поэт, писатель, известный деятель андеграунда, политический активист “новых левых” и создатель радикальной политической фракции “Белые пантеры”): «Неужели ему хочется выглядеть последним идиотом, раз он пытается убедить героический вьетнамский народ в том, что “война закончится, если вы этого захотите”, – в то самое время, когда их бомбят, жгут и выгоняют из жалких хижин».

Джон Винер (автор книги “Вместе! Джон Леннон и его время”): «При всей наивности антивоенной кампании Джона и Йоко, они обращались прежде всего к американцам: их призывы висели на Таймс-сквер и на Сансет-стрип, а не в Ханое».

Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Джон и Йоко в третий раз за год прилетели в Торонто, Канада».

Питер Браун (персональный помощник “Битлз”): «Джон и Йоко вылетели в Торонто с намерениями организовать будущим летом грандиозный бесплатный “концерт мира”. Организаторами концерта были Джон Броуер и его компаньон Ричи Йорк, которые организовали прошлое выступление Джона и Йоко в Торонто».

Джон: «Мы прибыли в Канаду, чтобы начать агитацию в пользу большо­го концерта за мир, который должен состояться с третьего по пятое июля следующего года в Моуспорт-Парке, в Торон­то. Это будет самый грандиозный музыкальный фестиваль в истории. Мы представим на сцене лучших».

Фото Фрэнка Леннона.

Фото Фрэнка Леннона.

Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Они остановились на ранчо Ронни Хокинса, откуда звонили на радиостанции всего мира, передавая послание мира».

Из интервью Кейт Сэмэрилло с Йоко Оно (май 2005 г.):

Кейт Сэмэрилло: Во время вашего посещения Торонто в декабре 1969 года вы останавливались в загородном доме у Ронни Хокинса. Вы нашли, что более удобно для вашей работы над компанией за мир, не покидать особняк, чем быть в номере отеля?

Йоко: Определённо. Мы немного опасались того, что у нас не было бы личной жизни, если бы мы жили в отеле. Сюрприз, сюрприз. В резиденции Хокинса у нас было больше личной жизни. Ронни был замечательным хозяином. Он был очень внимателен.

Ронни Хокинс (солист группы “Хокс”): «В декабре 19б9 года Джон и Йоко были поглощены своей кампанией “Война закончится, если вы это­го захотите”. Когда мне позвонили из Лондона и сказали, что они приезжают и будут жить у меня дома, у меня даже дыхание перехватило, хотя я, надо признаться, в то время почти ничего о “Битлз” не знал. Слышал только их песни, кото­рые играли по радио. В 1969 году мы выступали в ночных барах, исполняли все популярные песни. Со мной выступал ансамбль под названием “Робби Лейн и Апостолы”, и они разучили все битловские хиты, и “Роллингов”, и всякую такую англичанщину. Но я хоть и знал, что песни у Битлов класс­ные, всё-таки не предполагал, что они пробудут у меня так долго. Любой другой на моём месте от восторга прошёлся бы колесом или укусил себя за задницу».

Из интервью Ронни Хокинса канадскому журналисту Терри Отту:

Терри Отт: Как ты познакомился с Джоном и Йоко в декабре 1969 года?

Ронни Хокинс: Со мной из Англии связался Ричи Йорк – редактор “Роллинг Стоун”. Он сказал, что находится в Англии с Джоном Ленноном и Йоко, и они ищут, где остановиться, потому что больше не хотели связываться с отелями. Йорк упомянул моё имя, и они позвонили мне и спросили, не буду ли я против, если они поживут у меня. В то время я жил в Миссиссоге, недалеко от Торонто. Поэтому они остановились у меня. В то время я не так уж много знал о “Битлз””, потому что в моём мире играли в барах, и это было всё. Мне потребовалось два или три года после приезда Джона и Йоко, чтобы понять, что они опередили своё время.

Терри Отт: Какими были твои первые впечатления, когда ты познакомился с Джоном?

Ронни Хокинс: Ну, я знал о них не так уж много. Йоко была очень умной. Кажется, она могла говорить на пяти, шести или семи языках. Она могла позвонить кому угодно. В моём доме ей установили 16 линий связи, и она связывалась с послом в Японии, принцессой Елизаветой, Питером Селлерсом. Каждый день она запросто общалась со всеми этими людьми.

Терри Отт: Буквально 16 телефонных линий?

Ронни Хокинс: Да. После их приезда через поля в мой дом проложили 16 телефонных линий. Обычно одну линию нужно ждать полгода, но вот что происходит, когда у тебя есть всеобщее признание.

Терри Отт: Сначала ты увидел в Джоне покорность и услужливость по отношению к Йоко?

Ронни Хокинс: Ну, для меня все было по-другому. Джон был тихим, добрым чуваком. Говорила в основном она. Для меня это выглядело как-то необычно.

Терри Отт: У тебя было общение наедине с Джоном?

Ронни Хокинс: Да. Мы несколько раз гуляли вдвоем.

Альберт Голдман (автор книги “Жизни Джона Леннона”): «Не успели Ленноны подъехать к дому Хокинса, как об­наружили, что за ними на территорию усадьбы проникли фотограф и репортер. Это вывело из себя темпераментного Брауэра, который поклялся оградить своих звёзд от репор­тёров. Выскочив из лимузина, он набросился на журналис­тов с кулаками и так сильно врезал фотографу, что выбил ему пять зубов и сломал челюсть. “Фестиваль мира начался с драки на ферме Ронни Хокинса” – под такими заголовками вышли на следующее утро все ме­стные газеты. Одним ударом Брауэр раскрыл секрет тайно­го убежища Леннона, так что любой желающий легко мог очутиться у порога этого дома».

Из интервью Ронни Хокинса канадскому журналисту Терри Отту:

Терри Отт: Альберт Голдман в своей книге написал: “Не успели Ленноны подъехать к дому Хокинса, как обнаружили, что за ними на территорию усадьбы проникли фотограф и репортёр. Это вывело из себя темпераментного Брауэра, который выскочил из лимузина и набросился на журналистов с кулаками”. Это правда?

Ронни Хокинс: Нет. И это был Хедди Эндрюс (участник потасовки). Джон Брауэр нанял охрану, чтобы никто не перелезал через ограду. Один из фотографов перелез через неё и проник внутрь, и это закончилось потасовкой.

Журнал “Роллинг Стоун” (февраль 1970): «Маленькая ферма в предместье Торонто принадлежала Ронни Хокинсу. На протяжении всего их визита в Канаду Джон и Йоко прожили там с Ронни и его женой Вандой в старом “тюдоровском” доме с пятью спальнями, декорированном в провинциальном французском стиле, с канделябрами, фресками на потолках и роялем».

Ронни Хокинс (солист группы “Хокс”): «Когда они прибыли, я подумал, что мне не ме­шало бы к ним немного приглядеться. Посмотреть, что это за крутые ребята. Что касается Йоко, то она была очень образованная, разговаривала на четы­рех или пяти языках и легко могла позвонить хоть послу Японии, хоть принцессе Маргарет, хоть Питеру Селлерсу. А Джон был невероятно обая­тельный чувак. Я наблюдал за ним, его поведением, его отношением к жизни. Он, судя по всему, был просто хороший парень. Он не пытался никого уязвить. У него были свои таланты. Я и не подозревал, какую власть он имеет над людьми. Если он хотел закурить, то тут же невесть откуда появлялась дюжина зажигалок. Знаете, как бывает, когда на поле для гольфа внезапно начинает работать поли­вальная система.

Когда Джон подписывал литографии из серии “Мешок-1”, кто-то ухитрился запустить в продажу копию моего нового альбома, который я всего за несколько месяцев до того записал на “Масл-Шоулс” под гениальным продюсерским управлением Джерри Векслера. Оказалось, что Джону он пришёлся по душе, особенно старый хит “Кловеров” – “Вниз по аллее” (Down in the Alley), кото­рый Джерри Векслер записал в его изначальном варианте. Но скажу сразу, что не воспользовался этим, потому что не хо­тел им надоедать. В то время все, словно сговорившись, пы­тались поживиться за счёт Джона.

Они были звёздами, и я отдал им самое лучшее, что у меня было. Мы с моей женой Вандой уступили им свою спальню. Конечно, я не знал тогда, что они обкурятся, вырубятся, ос­тавят включенной воду в ванной, и она перельется через край, просочится сквозь потолок и потечёт нам на голо­ву. Не предполагал я и того, что кто-то умудрится поджечь гараж. И того, что поклонники начнут взбираться на садовую изгородь, чтобы хоть одним глазом увидеть Джона. На­шего охранника, Хеви Эндрюса, судили за “оскорбление дей­ствием”, которое он нанёс, преследуя журналиста, вторгшегося в наши частные владения.

С другой стороны, у меня вдруг объявилась масса друзей, которые до того не давали о себе знать. Я всячески старался не подпускать их к Джону, но был не в силах бороться с прессой. Вы не поверите, сколько лю­дей звонили мне ни с того ни с сего, притворяясь, что ничего не слышали о приезде Джона и Йоко.

Чтобы готовить Джону и Йоко особую макробиотическую пищу, прибыли повара. Несмотря на это, я не раз посреди ночи заставал то одного, то другого, у холодильника за погло­щением наскоро отрезанного куска копчёной колбасы.

К этому времени “Битлз” уже распались, но об этом никто ещё не знал. Мы – знали, потому что слышали, как они обсужда­ют по телефону судьбу группы. Хочу сказать, что непо­средственно с самими “Битлз” мне общаться не довелось. Я ничего не знал о личной жизни Джона, или о личной жизни Йоко, до тех пор пока они не появились у меня дома и не рассказа­ли, как индийский гуру гонялся за девочками-подростками».