8 августа 1969 г.
Пол: «Когда мы были в студии, наш звукоинженер Джефф Эмерик всегда курил сигареты под названием “Эверест”, поэтому альбом должен был так и называться. Нам это не нравилось, но мы не могли придумать другого названия. И вот однажды я сказал: “Я придумал!” – Не помню, как я додумался до этого – “Эбби Роуд”! Это потрясающая студия, в которой мы находимся, и она немного напоминает монастырь».
Из интервью Марка Льюисона с Полом Макартни:
Льюисон: Кажется, изначально вы хотели назвать этот альбом “Эверест”? Это так?
Пол: Да, из-за названия сигарет Джеффа Эмерика.
Льюисон: И вы собирались полететь к подножию Эвереста, чтобы вас там сфотографировали? Так?
Пол: Не помню. Понимаешь, когда придумываешь название для альбома, идёт бесконечный трёп. Американские рекламщики называют это “мозговой штурм”. Кучу предложений приходится отвергать одно за другим. Мы никак не могли придумать название для этого альбома, он не имел определенной направленности, стержня, кроме того, что он был записан в студии, нами. А Джефф Эмерик все время курил сигареты “Эверест”, пачка лежала рядом с ним. И мы подумали: “Вот и отлично! В этом есть что-то большое и даже необъятное”.
Льюисон: Да, название многозначительное.
Пол: Многозначительное, это верно, но, в конце концов, оно нам разонравилось. “Да ну его, – подумали мы, – нельзя называть альбом в честь пачки курева”. Но очень может быть, что в это время шли и такие разговоры: “Поедем-ка на Эверест, пусть эта гора будет фоном, а на переднем плане наши физиономии”. И это на самом деле было бы неплохо. Но среди мифов о “Битлз” таких историй полно.
Ринго: «Несколько недель мы только и делали, что говорили: “Почему бы нам не назвать его ‘Левый ботинок Билли’” и тому подобное. И тогда Пол сказал: “Почему бы нам не назвать его ‘Эбби-Роуд’?”».
Джефф Эмерик (звукоинженер): «Ну, если мы не собираемся называть его “Эверестом” и позировать для обложки в Тибете, то куда же мы поедем?” – спросил однажды удручённый Пол. Джон с Джорджем выглядели озадаченными. Наконец, в разговор вмешался Ринго. “К черту всё это, давай просто выйдем на улицу и назовём его ‘Эбби-Роуд’”, – пошутил он».
Пол: «Переход был совсем рядом, и мы решили: “Давайте просто выйдем, возьмём фотографа и пройдёмся по переходу. Управимся за полчаса”. Сроки довольно поджимали, а снимать обложку всегда нужно до того, как появится звук. Так что мы связались с фотографом Иэном Макмилланом, дали ему полчаса и прошлись по переходу».
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Идея обложки альбома “Эбби-Роуд” принадлежала Полу – он нарисовал эскиз того, как, по его мнению, должна выглядеть фотография».
Иэн Макмиллан (фотограф): «Вся идея принадлежала Маккартни. За несколько дней до съёмок он нарисовал эскиз обложки, который мы воспроизвели почти в точности».
Эскиз Пола, отражающий его идею о том, какой он хотел бы видеть обложку альбома; Иэн Макмиллан добавил более подробную иллюстрацию в правом верхнем углу.
Роджер Стормо (автор публикации “Эбби–роуд – дорога, которая тянется вечно”): «Дизайнером обложки альбома “Эбби-Роуд” был креативный директор “Эппл Рекордз”, двадцатидвухлетний Джон Кош. Фотография была сделана фотографом Иэном Макмилланом по предложению Джона Леннона. Макмиллан был фотографом-фрилансером и другом Джона Леннона и Йоко Оно. По словам Коша, задание пришло в понедельник, а готовая обложка должна была быть готова в среду. Так что самая культовая обложка альбома, которая, возможно, когда-либо создавалась, была сделана в спешке! В пятницу, 8 августа 1969 года, около 11:30 утра, у Иэна Макмиллана было всего десять минут, чтобы сфотографировать группу на переходе “зебра” на Эбби-Роуд. Так что, вероятно, в ближайший понедельник фотографии для передней и задней стороны будут доставлены Кошу, чтобы он разработал дизайн.
По словам Ричарда Хита – печатника Макмиллана, Иэн позже вспоминал, что это было воскресенье. Тем не менее, дневник Мэла Эванса, а также воспоминания поклонниц, которые обычно околачивались возле студии на Эбби-Роуд, подтверждают, что это была пятница, 8 августа 1969 года».
Страница дневника Мэла Эванса за этот день.
Из дневника Мэла Эванса: «Подъем в 8:30, прибытие в 9:45. Ринго первый в 10:15, остальные прибыли сразу после одиннадцати».
Ежемесячный журнал для поклонников “Битлз” (№ 74, сентябрь 1969): «8 августа “Битлз” собрались на Эбби-Роуд необычно рано, в десять часов утра, для фотосессии для обложки своего альбома “Эбби-Роуд”».
Роджер Стормо (автор публикации “Эбби–роуд – дорога, которая тянется вечно”): «Как бы то ни было, за пару дней до съёмок Пол Маккартни дал Иэну эскиз, показывающий, как должна выглядеть обложка, и Иэн добавил свой собственный эскиз в верхнем углу, чтобы подтвердить макет».
Пол и Линда прибыли на Эбби-Роуд, и их встречает Кевин Харрингтон. Возможно на снимке полицейский, который регулировал движение во время съёмок.
Роджер Стормо (автор публикации “Эбби–роуд – дорога, которая тянется вечно”): «Перед этой фотосессией они почти не спали, проработав накануне в студии за полночь. У Пола и Джона, возможно, было несколько больше времени чтобы выспаться, поскольку Пол жил неподалёку, а Йоко и Джон останавливались либо у Пола, либо в отеле “Дорчестер”, поскольку собирались переехать в свой новый дом в Титтенхёрст-парке, что произойдёт всего через три дня после фотосессии. Но накануне вечером Джорджу и Ринго, должно быть, пришлось вернуться в свои дома в пригороде Суррея, а утром они вернулись в студию, так что, вероятно, каждый из них провёл в постели всего по пять часов.
Начало месяца выдалось довольно прохладным и переменчивым, а грозы в ночь со 2-го на 3-е число привели к выпадению 57 мм осадков. К концу первой недели установилась приятная погода, а в течение второй недели стало жарко, и 11-го числа температура воздуха приблизится к 30°C».
Пока группа ждала начала съёмок возле студии, Линда Маккартни сделала несколько фотографий. Неизвестно, были ли они сделаны до или после фотосессии, но, скорее всего, до – в ожидании, пока Макмиллан установит стремянку, или пока появится полицейский, чтобы перекрыть движение. После фотосессии они, вероятно, не стали бы задерживаться возле студии.
К этому времени Линда уже была Маккартни, но на её сумочке красовались её прежние инициалы “L.L.E. (Линда Луиза Истман)”.
Лиззи Браво (поклонница): «Парень в дверях – Алан, водитель Ринго».
В этот день Джон Леннон, Пол Маккартни и Ринго Старр были одеты в костюмы от валлийского дизайнера Томми Наттера.
Томми Наттер в своём магазине в ноябре 1969 года.
Дик Уиндлинг и Мэрианн Колломс (авторы публикации “Натерсы: от Килберна до ‘Битлз’ и Элтона Джона”): «На одежду ателье “Наттерс” обратили внимание, и даже такой известный дизайнер, как Харди Эмис, после посещения магазина сказал: “Томми Наттер – самый выдающийся портной на Сэвил-Роу за последние десятилетия”. Его дизайн одежды получил всемирную известность, когда 26 сентября 1969 года вышел альбом “Эбби-Роуд”. Шотландский фотограф Иэн Макмиллан сделал знаменитую фотографию для обложки на Эбби-Роуд, и все “Битлз”, за исключением Джорджа Харрисона, который был в джинсах, одеты в костюмы “Наттерс”. Они не принимали такого решения заранее и им не говорили, что надеть, это была просто одежда, которая была на них в тот день.
Помимо “Битлз” и Силлы Блэк, Томми и Эдвард шили костюмы для Мика и Бьянки Джаггер, Эрика Клэптона, Элтона Джона, Питера Селлерса, Твигги и даже Нэнси Рейган. Уже через год после открытия Томми оказался в центре внимания модного круга людей, среди состоятельных клиентов которого были рок-музыканты, кинозвёзды, юристы, врачи и банкиры».
Дейрдре Келли (автор книги “Создание образа ‘Битлз’: Облик, потрясший мир”): «На обложке альбома Эбби-Роуд Джордж Харрисон одет в рубашку и брюки из джинсовой ткани. Могу предположить, что в то время Джордж был увлечён кантри-роком и любил одеваться по-американски. Он всегда был самым модным из “Битлз”. Он был как законодателем моды, так и главным выразителем стиля “Битлз”.
В начале 60-х Боб Дилан начал одеваться как “Битлз”, а они в свою очередь начали подражать его внешности. Это настоящий симбиоз. Во время этой фотосессии Джордж тоже мог бы надеть костюм, но не стал. Трое из четырех “Битлз” оделись в костюмы одного и того же модельера, Томми Наттера. Мастером по пошиву одежды был Эдвард Секстон».
Эдвард Секстон: «В 1969 году мы с Томми Наттером случайно нашли тонизирующее средство для больной индустрии пошива одежды в британской столице. Лондон менялся. Появились Кингз-роуд, Карнаби-стрит, много новых денег, рок-звёзды, но даже люди с деньгами не всегда могли найти то качество, которое они искали. Особенно музыканты – они были очень артистичны и талантливы не только в музыке, но и в других отношениях. Они хотели иметь более красивую и качественную одежду.
Свой опыт в пошиве одежды я приобрёл у Килгура – портного на Сэвил-Роу. Это была одежда для конного спорта – куртки для верховой езды, спортивные жакеты, бриджи, брюки для верховой езды и так далее – так что мне пришёлся по душе удлинённый жакет с красивым расклешённым фасоном. Меня также всегда интересовали 30-е, 40-е годы, романтический период. Воротнички с застежками, петлицы и всё такое – очень красивый, аккуратный образ, четкая линия плеч. Мне всё это нравилось.
В 1967 году я устроился закройщиком в “Дональдсон, Уильямс энд Уорд”. Томми [Наттер] работал продавцом в магазине. Когда я познакомился с Томми, Сэвил-Роу была по-настоящему консервативным местом. Там было скучно. На окнах были занавески – всё это очень угнетало. Но мы были двумя молодыми парнями, которые хотели зарабатывать на жизнь и создавать свой собственный образ.
После работы мы заходили выпить по кружечке пива и поболтать о моде, и в итоге получился образ костюма, который нам обоим очень нравился – длиннее среднего, с завышенной талией и расклешёнными рукавами. Затем, однажды, Наттер сказал, что ему предложили некоторый капитал для открытия фирмы по пошиву одежды – Силла Блэк и исполнительный директор “Битлз” Питер Браун входили в этот консорциум, – и 14 февраля 1969 года они вдвоём основали “Наттерс” на Сэвил-Роу. Это было первое новое заведение на улице за последние 120 лет. Когда мы выставили нашу одежду в витрине, это потрясло Сэвил-Роу до глубины души. Люди говорили: “Они продержатся месяцев шесть”.
“Электрические” – это то слово, которое лучше всего характеризует наши с Наттером рабочие отношения. В любом деле нужны люди, которые ищут, присматривают и шлифуют, чтобы всё шло как надо и работало. Томми был искателем – он был очень общительным и имел отличные связи. Себя бы я назвал мастером на все руки. Я руководил мастерской, занимался раскроем, подгонкой».
Лэнс Ричардсон (автор книги “Дом Наттера – портной-бунтарь с Сэвил-Роу”): «Главной инновацией Наттера было сочетание безупречного мастерства мастеров Сэвил-Роу с рискованной уличной модой, которую демонстрируют модники на Карнаби-Стрит”. Если Томми был умом, то Эдвард был рукой».
Тимоти Эверест (портной, проработавший у Наттера пять лет): «Без Эдварда мы не смогли бы воплотить идеи Томми в жизнь».
Эдвард Секстон: «Поворотный момент наступил, когда клиенты других портных стали заглядавать на нашу витрину, а затем возвращаясь к своим портным говорили: “Не могли бы вы, пожалуйста, сделать мне лацканы чуть шире? Не могли бы вы, пожалуйста, сделать мои брюки чуть более расклешёнными?” Постепенно Сэвил-Роу начала меняться, и наши модели стали появляться в других витринах. Мы были как глоток свежего воздуха».
Лэнс Ричардсон (автор книги “Дом Наттера – портной-бунтарь с Сэвил-Роу”): «Поразительные образы, разработанные дальновидным светским львом Томми Наттером и воплощенные в жизнь умелой рукой Эдварда Секстона, превратили этот потрясающий дуэт в костюмерную звёзд с клиентурой от “Битлз” до “Роллинг Стоунз”».
Эдвард Секстон: «Вскоре у нас появились поклонники из поп-культуры. У нас были “Битлз”, Мик Джаггер, Йоко и Джон Леннон, и все они приходили и уходили, как будто это был клуб.
Неизбежно, что такое пристанище знаменитостей вскоре привлекло внимание прессы. Сэвил-роу внезапно стала привлекать много внимания у прессы, и мы были ответственны за это. Вскоре наши соседи начали нам подражать. У нас была витрина, какой в то время не было ни у кого на Сэвил–Роу, и она была довольно экзотичной. У нас были мусорные баки, из которых среди красивой одежды выползали чучела крыс».
Дейрдре Келли (автор книги “Создание образа ‘Битлз’: Облик, потрясший мир”): «Кто же на самом деле сшил белый костюм для Джона Леннона? Я поговорила с Эдвардом перед тем, как он скончался, мы вместе просмотрели костюмы, и он дал мне подробный анализ. Это важно. Существуют разногласия, связанные с белым костюмом Джона, потому что существует мнение, что это костюм от Теда Лапидуса. Но это не так. Это Эдвард Секстон для Томми Наттера».
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «В 11:35 утра полицейский перекрыл движение, фотограф Иэн Макмиллан взобрался на стремянку посреди Эбби-роуд и сделал знаменитую фотографию “Битлз”, переходящих по “зебре” проезжую часть рядом со студией звукозаписи».
Автомобиль “Фольксваген” с номером LMW281F, стоящая неподалёку от перехода, принадлежал жителю одного из соседних домов.
Кевин Харрингтон (дорожный менеджер “Битлз” с 1968 года): «На этот раз (прим. – после пробного снимка 3 августа) Иэн Макмиллан прихватил с собой стремянку, и, к счастью, случайно проезжавший мимо полицейский пару раз любезно останавливал то редкое дорожное движение, которое было в это воскресное утро, пока мальчики переходили дорогу».
Предположительно перед первым переходом улицы. Фото Линды Маккартни.
На первом снимке они переходят улицу со стороны студии. Полицейского фургона в кадре ещё нет. Справа человек в очках – это американский турист по имени Пол Коул; чуть дальше на той же стороне дороги ещё двое людей; один из них смотрит в камеру, другой, наклонившись, что-то ищет в сумке.
Пол Коул: «Они переходили улицу как стая уток. Я даже не помню, что видел фотографа. Единственная причина, по которой я оказался там, заключалась в том, что я не хотел идти с женой в музей поблизости во время нашего отпуска. Я сказал ей: “Я уже побывал во всех музеях, которые мне хотелось посетить”. Поэтому я разговорился с полицейским, дежурившим в этом районе. Я удивился, когда их увидел, потому что они были одеты не так, как можно было ожидать в Лондоне. Я никогда не интересовался их музыкой. Если бы их показывали по телевизору, я бы переключился на что-нибудь другое.
Когда жена купила альбом “Эбби-Роуд”, чтобы выучить песню из него, я внимательно посмотрел на него и сказал: “Эй, это же я!”. На мне тогда была новая спортивная куртка. Сначала дети никак не хотели поверить, что на этой фотографии действительно запечатлен я. Я сказал им: “Возьмите лупу, и уж тогда вы, наверняка, убедитесь, что это я”. А когда они всё же разглядели меня на том снимке, то воскликнули: “Ух, ты”. Мы потом долго над этим смеялись».
прим. – рассказ Пола Коула некоторыми исследователями творчества “Битлз” подвергается сомнению, так как он, по их мнению, основан только на фотографии обложки. Аргументы скептиков: в этой части Эбби-Роуд нет музеев; полицейский фургон появился в кадре с некоторой задержкой, о чём свидетельствуют предыдущие фотографии, поэтому Пол Коул не мог разговаривать с водителем полицейской машины до появления “Битлз”.
В книге Кита Бэдмана “‘Битлз’ не под запись” цитируется следующее высказывание некоего Джо Пула: «Как только я увидел обложку, то воскликнул: “Это мой брат Тони”. Ему было 33 года (на тот момент), и он был очень заметен при росте 6 футов 4 дюйма. Его звали Тони Стейплс. Он жил в Скотт-Эллис-Гарденс, недалеко от Эбби-Роуд, и регулярно встречался с Битлами, хотя увидеть всех четверых вместе было редкостью, даже на Эбби-Роуд. В пятницу утром, когда была сделана эта фотография, он направлялся на работу в качестве административного секретаря Национального союза фермеров”». В книге добавляется, что Стейплс на тот момент уже умер.
Иэн Макмиллан (фотограф): «Я сделал пару снимков “Битлз”, пересекающих Эбби-Роуд в одну сторону. Мы пропустили часть машин, а затем они перешли дорогу в другую сторону, и я сделал ещё пару снимков».
Из дневника Мэла Эванса: «Несколько человек разозлили полицейского и Иэн пропустил снимок».
Линда: «Леди в розовом платье болтает с мальчиками, Джордж и Мэл сидят на стене» (фото Линды Маккартни).
Пол: «В Лондоне был жаркий день, по-настоящему приятный жаркий день, и я надел сандалии. Мне нужно было всего лишь завернуть за угол, чтобы добраться до перехода, потому что я жил неподалеку. Во время фотосессии я подумал: “Сниму-ка я сандалии”. Был прекрасный тёплый день, и мне захотелось снять обувь. Когда вышел альбом, люди начали рассматривать его и задаваться вопросом: “Почему он без обуви? Он никогда раньше этого не делал!”».
Джон: «Пол переходил через улицу босиком, потому что всегда старался отличаться, но чтобы это не слишком бросалось в глаза – не красить же для этого уши в синий цвет! Он выбирал более утонченные способы. Поэтому Пол и решил разуться, переходя через улицу. На первый взгляд он ничем не отличается от остальных Битлов. Это его маленькая уловка. Я на это не обратил внимание, пока не увидел альбом. В тот день я даже не видел, что он разулся. Нам всем просто хотелось, чтобы фотограф быстрее закончил свою работу. Вокруг стало собираться слишком много людей. “Сейчас они всё испортят. Надо быстрее уходить отсюда. Мы должны были записываться, а не позировать для битловского снимка” – вот о чём мы думали. И я бормотал: “Пойдемте скорее, идите в ногу”».
Мэл Эванс: «Ожидая перехода, сандалии Пола под курткой, лежащей на стене рядом с Джорджем. Сумка Линды тоже там».
Линда: «Снимок был опубликован в “Клаб Сэндвич” – официальном журнале фан-клуба Пола Маккартни».
Фото Линды Маккартни.
На последнем снимке полицейский фургон всё ещё на месте. Автобус проехал мимо. Пол Коул ушёл.
На тротуаре, чуть дальше, стоят три маляра, которых впоследствии опознали как Алана Флэнагана, Стива Миллвуда и Дерека Сигроува.
Дерек Сигроув: «Я тот парень, что крайний справа, в левой части фотографии. Для меня не было ничего необычного в том, что я бывал в студии на Эбби-Роуд. Я бывал там неоднократно. Я часто видел, как Битлы пили чай в буфете. Иногда мы сидели за соседними столиками и здоровались друг с другом. В тот день мы увидели, как они все вышли из парадной двери примерно в десять часов или около того, что само по себе было необычно. В это время дня их редко можно было там увидеть. Любопытство взяло верх, и мы последовали за ними. Мы остановились у ворот, а они прошли с другой стороны. Мы просто стояли и смотрели. Парень, который делал снимок, махнул нам рукой, чтобы мы отошли в сторону, но мы решили остаться. Мы понятия не имели о значении этого снимка».
Н.К. Сигроув (жена Дерека Сигроува): «Только спустя годы после выхода пластинки “Эбби-Роуд” мой муж обнаружил, что на обложке альбома изображен он сам. На момент съёмки Дереку был 31 год, и он работал в фирме “Фасснидж, Сон энд Моррис”, расположенной в Аксбридже. Он тот, кто стоит справа от трёх мужчин в белых комбинезонах на тротуаре. Двое других – его товарищи по работе, Алан Фланаган и Стив Миллвуд. Они делали ремонт в студии Эбби-Роуд и возвращались после обеденного перерыва, когда был сделан снимок. Они просто болтались поблизости, наблюдая за происходящим. Дерек подумал, что если они попадут в кадр, то он и его друзья будут удалены».
Кевин Харрингтон (дорожный менеджер “Битлз” с 1968 года): «Всё было закончено примерно через тридцать минут».
Барбара Феник: «Мы были там в тот день 8 августа, когда была сделана знаменитая обложка альбома “Эбби-Роуд”. Конечно, мы умудрились пропустить этот самый памятный момент, всего лишь опоздав на два часа. Знаете, “Битлз” нас провели. Они приучили нас приходить каждый день около полудня, потому что это было время, когда они там появлялись. Но в этот день они пришли к десяти утра. Так что теперь вы знаете, почему на фотографии нет никакого из поклонников. Они сфотографировались до того, как кто-либо из нас там появился!».
Для оборотной стороны обложки Макмиллан сфотографировал расположенный неподалеку указатель, выложенный плиткой.
прим. – в 1969 году знак располагался в конце улицы, на перекрестке Эбби-роуд и Александра-роуд, недалеко от Южного Хэмпстедского вокзала. В 1972 году этот район был перестроен, чтобы освободить место для жилого комплекса Александры и Эйнсворта, который открылся в 1978 году.
Энтони Фосетт (личный помощник Джона и Йоко с 1968 по 1970 год): «Довольный тем, что съемка для лицевой стороны альбомной обложки прошла удачно, Макмиллан попросил меня проехаться с ним вдоль Эбби-Роуд, чтобы найти и снять кадр с подходящим дорожным знаком, который подошёл бы для задней стороны обложки. Это должен был быть один из тех указателей, установленных в кирпичной кладке. Лучший среди них находился в дальнем конце улицы, и мы установили камеру на краю тротуара. Макмиллан решил сделать серию снимков, и когда в кадре внезапно появилась проходившая мимо девушка в синем платье, которая не заметила, что идет съёмка, то он здорово рассердился. Однако этот снимок оказался самым удачным, и “Битлз” (с Полом Маккартни во главе) выбрали именно его для задней стороны обложки».
Фотография задней стороне обложки. Возможно, буквы “О” и “А” в слове “ROAD” были отретушированы.
Роджер Стормо (автор публикации “Эбби–роуд – дорога, которая тянется вечно”): «Для задней обложки Макмиллан сфотографировал дорожный знак на Эбби-роуд. Знак был установлен в полумиле дальше по дороге от знаменитого пешеходного перехода, на перекрестке, где Александра-Роуд пересекается с Эбби-Роуд. Перекрестка там больше нет. Александра-Роуд представляла собой район примерно 600 обветшалых викторианских домов, подлежащих сносу. На месте перекрестка появился комплекс Александра-Роуд, более известный как “Поместье Александра и Эйнсворта”, но чаще ошибочно называемый просто “Роули-Вэй”, который представляет собой бетонный жилой комплекс на 520 квартир, школу, общественный центр, молодежный клуб, отопительный комплекс и парковую зону. Проект был разработан в 1968 году и утвержден в апреле 1969 года, но работы в поместье ещё не начались, когда Макмиллан сделал снимок, строительные работы начались только в 1972 году, а строительство жилого комплекса было окончательно завершено в 1978 году. Развязка на Александра-Роуд располагалась между Бордери-Роуд и Белсайз-Роуд.
В 2010 году Майк Кокрофт рассказал о своём отце, Джоне Кокрофте, который был экспертом по ретуши фотографий, и Майк говорит, что именно он отвечал за работу, которая была проделана над фотографией для задней стороны обложки.
Компания, директором которой он был, называлась “Колорсил”. Это была профессиональная фотолаборатория, производившая отпечатки и предлагавшая услуги ретуши. Джон Кокрофт был директором и главным ретушером. Клиентами были в основном профессиональные фотографы и рекламные агентства. Одним из клиентов был Иэн Макмиллан. Ринго тоже был его клиентом, и там он обрабатывал и печатал свои счастливые снимки, что очень забавляло Кокрофта, поскольку лаборатория предназначалась для профессиональных фотографов и рекламных агентств, которые могли позволить себе такие расценки.
В 2023 году бывший сотрудник “Колорсил” представил на аукцион оттиск задней обложки и сказал следующее: “До поступления в университет и во время учебы я проводил лето, работая в коммерческой лаборатории по обработке фотографий “Колорсил Лимитед” на Олд-Стрит. На третье лето я пошёл в эту компанию и научился обрабатывать отпечатки. Когда оттиск был подписан, сохранялась дополнительная копия на случай возникновения проблем в студии во время ретуши, а краски разливались по бутылкам и использовались штатными художниками для ретуши оттиска теми же красками, которые использовались при печати. Принт с Эбби-Роуд, насколько я помню, не вызывал никаких проблем с цветом, но был связан с проблемой оформления. Требовалось, чтобы на главном изображении было пустое место, где должно было быть название ‘Битлз’. Как видно из рисунка, каждая буква или пара букв представляла собой отдельное изображение, которое нужно было напечатать. Они были добавлены в качестве дополнительных фрагментов для написания названия ‘Битлз’ в созданном пространстве. Недостающие буквы были сфотографированы Иэном Макмилланом на других улицах”.
Возможно макет задней обложки без названия группы увидел сэр Джозеф Локвуд – глава “И-Эм-Ай”, и потребовал, чтобы на фотографии была надпись “Битлз”. В конце концов, названия группы нигде не было на обложке, а он хотел, чтобы название группы было четко обозначено на обороте. В 2013 году арт-директор Джон Кош дал интервью, в котором рассказал, что в три часа ночи ему позвонил сэр Джо и пожаловался на отсутствие названия группы. Хотя Кош не стал добавлять название группы на лицевую сторону обложки (и Джордж Харрисон поддержал его в этом), надпись “Битлз” на задней обложке была добавлена».
Джон Кош: «Это была рекламная фотография. Для “И-Эм-Ай” это была непростая ситуация. Предполагалось, что должен был выйти альбом “Пусть будет так” (Let It Be), но его отложили. Внезапно появился альбом “Эбби-Роуд”, и они захотели выпустить обложку альбома в среду, а сегодня был вторник. Мне нужно было очень спешить. Но, так или иначе, типография “Гаррод энд Лофтхаус” помогла мне».
Рекламный постер.
Роджер Стормо (автор публикации “Эбби–роуд – дорога, которая тянется вечно”): «Хотя Кошш ссылается на компанию “Гаррод энд Лофтхаус”, которая напечатала обложки для альбома, фактическая работа, возможно, всё же была выполнена Джоном Кокрофтом из “Колорсил”. Кто-то поместил на изображение надпись “Битлз”, зарисовал трещину в букве “S” и, возможно, исправил некоторые буквы в слове “ROAD”. С таким же успехом это могла быть работа “Колорсил”.
Джону Кокрофту были предоставлены снимки уличных надписей, сделанные в Лондоне и его окрестностях, которые соответствовали буквам для альбома “Эбби-Роуд”. Для названия группы Иэн Макмиллан нашел букву “S” с трещиной. На отретушированном рисунке она не совсем совпадает. На основе этих снимков был создан композиционный вариант надписи “Beatles”, который затем был скомбинирован и использован для маскировки этой области на мастер-наборе матриц красителей, чтобы при нанесении новой краски комбинированная надпись стала частью изображения. Какие бы несовершенства тогда ни существовали, они были устранены, а детали были прорисованы тонкой кистью с использованием красок, смешанных и подобранных художником, чтобы воссоздать недостающие детали. Трещина в букве “S” была снова отбелена, а затем зарисована. Майк не знает, был ли это вклад Кокрофта или просьба арт-директора, но это помогло надписи выглядеть реалистично. На месте, изображенном на фотографии, действительно был оригинальный дорожный знак Эбби-Роуд, но, возможно, вместо поврежденной буквы “О” и части буквы “А” в слове “ROAD” на оригинальном знаке были заменены буквы».
Роджер Стормо: «Фотография для задней стороны обложки была сделана на углу Эбби-Роуд и Александра-Роуд. Кокрофт говорит, что трещины были нарисованы, чтобы они выглядели настоящими, но главная трещина, безусловно, настоящая, как видно на этой фотографии».
Роджер Стормо (автор публикации “Эбби–роуд – дорога, которая тянется вечно”): «Девушка на картинке не является отдельным изображением. Во время фотографирования знака в кадр попала девушка в голубом платье. Йэн разозлился, но позже эта фотография была выбрана в качестве задней обложки. Позже Макмиллан назвал девушку на фотографии “счастливой случайностью”.
В 2024 году Грег Армстронг рассказал для журнала “Фурор”, что круглые точки непосредственно перед названием “BEATLES” на самом деле означают имя “DAVE”. Парень по имени Дэйв и его приятель разбирали мусор с места сноса здания и нашли трость с резиновой пробкой на конце и несколько чернильниц. Поэтому он использовал резиновый наконечник в качестве штампа и, обмакнув его в чернила из баночек, написал на стене своё имя. На фотографии Макмиллана мы видим только букву “Е”.
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Когда плёнка была проявлена, именно Пол выбирал, какой снимок использовать для обложки альбома».
Иэн Макмиллан (фотограф): «В итоге для обложки был выбран пятый из шести снимков. Он был единственным, в котором ноги были в идеальном V-образном положении, чего я и добивался стилистически».
Пол: «Так получилось, что на выбранном нами снимке я оказался босиком, в стиле Сэнди Шоу. Многие люди ходят босиком, в то время я не придал этому никакого значения».
прим. – Сэнди Шоу – британская певица; в 1967 году Шоу представляла Великобританию на конкурсе песни Евровидение, где завоевала первое место; её выступление, в ходе которого Шоу появилась босиком, вызвало небольшой скандал, поскольку концертная программа проводилась в Венском императорском дворце; после этого выступление без обуви стало фирменным стилем певицы.
Пол: «А потом мне позвонили из офиса и сказали: “Один ди-джей в Америке говорит, что ты умер”.
– Вы шутите? Просто объясните им, что я жив – удивился я.
– Нет, не получится. На фотографии ты босиком. Говорят, это символ смерти. А номерной знак машины, которая стоит за тобой, “28 IF”. Это означает, что тебе исполнилось бы двадцать восемь лет, если бы ты был жив!
– Постойте, а вам не кажется, что всё это притянуто за уши?
– И это ещё не всё! Ринго в чёрном – значит, он хоронит тебя…, – и так далее, и всё в таком же духе. На снимке нашли множество каких-то намёков».
Джефф Эмерик (звукоинженер): «Единственный намёк, который они дали мне или кому-либо ещё, был на обложке альбома, где они переходят улицу. Для людей, которые не знают локацию, они на самом деле уходят из студии “И-Эм-Ай”, или “Эбби-Роуд”, как её теперь все знают. Это было сделано намеренно с их стороны – они не хотели, чтобы их видели идущими в студию. Когда я увидел эту фотографию, то подумал: “Они посылают нам сообщение”.
К тому времени “И-Эм-Ай” для них была буквально местом заточения. Они выросли там и действительно возненавидели это место. Это, конечно, была не самая роскошная студия в мире. Там было холодно и довольно неуютно, и “И-Эм-Ай” всегда медленно осваивала новые технологии – мы были последними, кто получил четырёхдорожечные и восьмидорожечные звукозаписывающие консоли. На самом деле, “Эбби-Роуд” стал первым альбомом, где я смог использовать восьмидорожечную запись».
Газета “Дейли телеграф” (22 декабря 2010 г.): «Пешеходный переход на улице Эбби-Роуд в Лондоне, где была сделана фотография для обложки последнего по времени записи альбома “Эбби-Роуд”, признан культурной ценностью национального значения. Переход получил от фонда “Английское наследие” статус “охраняемого объекта второй степени”, что означает, что обозначенное здание или место охраняется государством как представляющее повышенный культурный интерес. Этот статус является наименьшим по значимости для памятников культуры».
Ричард Хит: «В середине 80-х я начал печатать фотографии для Иэна [Макмиллана], и никогда не видел оригинальный диапозитив этой фотографии, когда я спросил его об этом, он ответил, что больше никогда его не видел. Хотите верьте, хотите нет, но в те времена было обычным делом отправить оригинал в типографию, например, для обложки альбома, даже “Битлз”, и больше никогда его не увидеть. Именно это и произошло в данном случае».
Из дневника Мэла Эванса: «Мы с Джорджем на “Феррари” отправились в зоопарк Риджентс-Парк и медитировали на солнышке. На обед – в храм Кришны, а в 15:00 – в студию. Йоко, Джон и Ринго сходили пообедать к Полу и Линде. Это очень мило».
Энтони Фосетт (личный помощник Джона и Йоко с 1968 по 1970 год): «Я присоединился к Джону и Йоко в доме Пола в Сент-Джонс-Вуде, куда все отправились пить чай после фотосъёмки».
Ежемесячный журнал для поклонников “Битлз” (№ 74, сентябрь 1969): «После того, как съёмка была закончена, они решили, что ещё слишком рано начинать записываться в студии, поэтому Ринго отправился за покупками, Пол пригласил Джона к себе домой на чашку чая, а Джордж с Мэлом отправились в зоопарк Риджентс-парк. Они провели там несколько часов, бродя рядом с клетками и вольерами для животных, а затем прогулялись по Риджентс-парку. Удивительным было то, что абсолютно никто не узнал Джорджа Харрисона. Возможно, в наши дни в Лондоне так много людей с такой стрижкой, что никто не обращает внимания на обладателей длинных волос».
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Продолжение записи композиций “Конец” (The End), “Я хочу тебя (она такая неприступная)” (I Want You (She’s So Heavy)) и “О! Дорогая” (Oh! Darling)».
Марк Льюисон (автор книги “Сессии записи ‘Битлз’”): «14:30-19:45. Студии 2 и 3 “И-Эм-Ай”, Эбби-Роуд.
Продюсер: Джордж Мартин; звукоинженеры: Джефф Эмерик, Фил Макдональд.
В этот день состоялись две сессии звукозаписи. Первая в студии 2 с 14:30 до 19:00, во время которой продолжилась работа над композициями “Конец” (The End) и “Я хочу тебя (она такая неприступная)” (I Want You (She’s So Heavy)).
В композицию “Конец” были добавлены дополнительные партии барабанов и бас-гитары.
Композиция “Я хочу тебя (она такая неприступная)” по-прежнему ещё называлась просто как “Я хочу тебя” (I Want You). Хотя 18 апреля 1969 года было сделано промежуточное сведение, группа отказалась от этого микса и вернулась к мастер-ленте, записанной 23 февраля на студии “Трайдент”. В этот день Джон Леннон добавил в песню белый шум, созданный с помощью синтезатора “Муг” Джорджа Харрисона, а Ринго Старр добавил дополнительную партию ударных».
Джефф Эмерик (звукоинженер): «Остаток недели был потрачен на окончательное сведение и упорядочивание. Несмотря на присутствие большинства “Битлз”, бо́льшую часть времени всё шло без сложностей, пока не дошло до песни Джона “Я хочу тебя (она такая неприступная)”. По просьбе Джона Джордж настроил синтезатор “Муг” и крутил ручки, пока этот “великий исполин” изрыгал белый шум, добавленный в конце этой композиции. Леннон был так очарован белым шумом, который Джордж Харрисон записал со своего синтезатора “Муг”, что попросил Ринго дополнить его, запустив духовую машину (прим. – большой вентилятор, используемый для создания специальных эффектов, например, урагана или дождя), спрятанную в шкафу студии 2 с ударными инструментами. Пока мы сидели в аппаратной и микшировали трек, он стал почти одержим этим звуком. “Громче! Громче! – просил он меня. – Я хочу, чтобы трек звучал всё громче, громче и громче, – объяснил он, – а потом я хочу, чтобы белый шум полностью захватил меня и полностью заглушил музыку”.
Я посмотрел на Джона как на сумасшедшего, но он не обращал на меня внимания. Обернувшись, я увидел, что Йоко натянуто улыбается, и её крошечные зубки поблескивают на свету. За ней я увидел удручённого Пола, который сидел, ссутулившись, опустив голову и уставившись в пол. Он не произнёс ни слова, но язык его тела говорил, что он очень недоволен не только самой песней, но и мыслью о том, что музыка – музыка “Битлз”, которую он считал почти священной, – была уничтожена этим шумом. В прошлом он что-нибудь бы сказал, возможно, просто что-то дипломатичное: “Тебе не кажется, что это уже чересчур, Джон?”, но сейчас Пол казался слишком подавленным, чтобы спорить с восторженным Ленноном, который, казалось, получал почти извращённое удовольствие от очевидной реакции своих коллег по группе, испытывающих дискомфорт.
Для Пола, должно быть, это было похоже на новую “Революцию 9”. Джон намеренно искажал музыку “Битлз”, пытаясь превратить группу в авангардный ансамбль, а не поп-группу. Я огляделся. Ринго и Джорджу Харрисону, казалось, нравилось то, что делал Джон – они закрыли глаза и покачивались в такт музыке. Только Пол выглядел несчастным, уставившись в пол. Его изоляция от остальных никогда не казалась более очевидной.
Белый шум был великолепным эффектом, хотя то, как он всё нарастал и нарастал, действовал мне на нервы как в звуковом, так и в эстетическом плане. Но это была песня Джона, и она должна была быть записана так, как того хочет он, независимо от того, что думали Пол, я или кто-либо ещё, если уж на то пошло».
Джон (1969): «Концовка получилась довольно тяжёлой, потому что мы использовали синтезатор “Муг” и диапазон звучания от минус до очень высокого уровня. Ну, вы этого не слышите. Этот инструмент, синтезатор “Муг”, может воспроизводить любой звук, все диапазоны звуков, и мы записали это в конце. Если вы собака, то сможете услышать гораздо больше».
Марк Льюисон (автор книги “Сессии записи ‘Битлз’”): «В 1987 году, когда звукоинженеры “И-Эм-Ай” занимались цифровым ремастерингом альбома “Эбби-Роуд” для выпуска на компакт-диске, это стало большой помехой. На пластинке шум был терпимым, но из-за увеличенного динамического диапазона компакт-диска это стало настоящей проблемой.
Тем временем с 17:30 до 19:45 Пол Маккартни в студии 3 добавил партии соло-гитары и тамбурина в композиции “О! Дорогая” (Oh! Darling). Ни одна из этих записей не будет использована в финальной версии песни».
Джефф Эмерик (звукоинженер): «Сессию закончили довольно рано. Впереди были летние выходные, и у всех нас были планы. Я собирался на рыбалку».
Убийство Шэрон Тейт – массовое убийство пяти человек, совершенное сектой “Семья Мэнсона” в ночь с 8 на 9 августа 1969 года. Четыре члена “семьи” вторглись в дом, арендованный супружеской парой знаменитостей, актрисы Шэрон Тейт и режиссёра Романа Полански по адресу Сьело-Драйв, 10050 в Лос-Анджелесе. Они убили Тейт, находившуюся на девятом месяце беременности, вместе с тремя её друзьями, бывшими в то время в гостях, и восемнадцатилетнего посетителя. Полански не было в доме, так как он работал над фильмом в Европе. Убийства были совершены Тексом Уотсоном, Сьюзан Аткинс и Патрицией Кренуинкел по требованию Чарльза Мэнсона.
Журнал “Кью”: «Даже в пропитанных наркотиками, хиппующих семидесятых годах это массовое убийство потрясло Америку. Извращенный маньяк, безумец, возомнивший себя пророком, Чарльз Мэнсон и его оголтелые последователи устроили двухдневный “праздник” злодейства, обагрённый кровью невинных людей.
В августе 1969 года на старом заброшенном ранчо неподалеку от разомлевшего под ярким солнцем Лос-Анджелеса живописная группа отбросов общества и мелких хулиганов сидела среди ветхих, полуразрушенных строений и внимала зловещим проповедям маленького бородатого мужчины, которого многие из присутствующих почитали пророком.
Наступило время, вещал он негромким голосом о начале войны между чёрной и белой расами, войны, которую он, проповедник, давно предвидел, войны, которая навсегда очистит землю и откроет для него дорогу к власти над миром, над всей планетой.
Многое уже было сказано о том, что Мэнсон был просто “завёрнут” на “Белом альбоме” “Битлз”. И чем дальше отдалялась его собственная мечта записать пластинку, тем круче он “завёртывался” на битловских песнях. Мэнсон буквально впитывал содержимое альбома, постоянно прокручивая его и загружаясь ЛСД. И приходил к поразительным выводам.
Каждый трек (как решил глава “семьи”) содержит зашифрованное послание Потрясающей четвёрки ему, Чарльзу Мэнсону. Строчка из песни “Зайка” (Honey Pie) – “Ах, зайка, ты сводишь меня с ума. Переплыву через Атлантику, чтобы быть там, где ты находишься” (Oh honey pie, you are driving me frantic. Sail across the Atlantic, to be where you belong) – истолковывалась им как приглашение вступить в контакт с Битлами. И он посылал им в Англию телеграммы, письма, звонил. Всё приобретало в его глазах совершенно другой смысл, он переворачивал смысл песен с ног на голову и открывал ту истину, которой там и в помине не было. Так случилось с совершенно невинной песенкой “Чёрный дрозд” (Blackbird). Мэнсон истолковал её, как призыв Маккартни, обращенный к чернокожим, подниматься на священную борьбу, начинать революцию: “Чёрный дрозд поёт глубокой ночью. Возьми эти сломанные крылья и научись летать. Всю свою жизнь ты только ждал этого момента, чтобы восстать” (Blackbird singing in the dead of night. Take these broken wings and learn to fly. All your life you were only waiting for this moment to arise).
Но главными песнями, на которых буквально помешался Мэнсон, были “Свинки” (Piggies), “Революция 9” (Revolution 9) и “Спиральная горка” (Helter Skelter). При желании можно замечательно трактовать строчку из “Свинок” – “Что им нужно, так это чертовски хорошая порка” (What they need’s a damn good whacking). С “Революцией” дело обстояло сложнее – Мэнсон провел параллель с “Откровением” (Revelation) от Иоанна. И всё, что звучало в битловской песне, воплотилось для Чарльза в битву царей – Армагеддон, неминуемый конфликт черных и белых.
С песней “Спиральная горка” всё было более или менее ясно. Этот термин (прим. – helter skelter – cпиральная горка, беспорядок, хаос) вполне подходил к определению расового конфликта, после завершения которого в пользу выходцев из Африки, белые переходят в категорию рабов вонючих, а чёрные устанавливают новый порядок. В эти дни Мэнсон выберется в город из “дыры” (что это за дыра он объяснит позже в речи на суде) и будет потихонечку мародерствовать. Однако – и здесь зарыто главное, золотое зерно рассуждений тюремного философа – чёрные не смогут выполнить свою сверхзадачу, и призовут Чарльза Мэнсона, а он, в свою очередь, призовет на землю Христа.
Вот таким мрачным предсказанием Чарльз Мэнсон, сутенёр, воришка и неудавшийся музыкант, открыл кампанию террора, которая ужасает и по сей день.
Так как эпоха “Хаоса” всё не наступала, Мэнсон решил ускорить вселенскую развязку, учинив расправу над несколькими известными и богатыми белокожими. Взбешенные граждане могли запросто решить, что это дело рук черномазых из числа Черных Пантер и пойти на вооруженный конфликт.
Всё случилось за неделю до Вудстока. Мэнсон успел отметиться в истории человечества за семь дней до того, как просветлённые хиппи устроили эпохальный концерт на ферме Макса Язгура. 8 августа 1969 года Чарльз Мэнсон собрал четырёх членов своей “семьи” и приказал им идти в ночь со словами: “Пробил час всемирного хаоса!”. Они должны были убить обитателей дома 10050 на Сьело-Драйв. Вооружившись ножами, пистолетами и запасшись верёвками, Сью Аткинс, Патриция Кренуинкел, Линда Касабиан и Текс Уотсон отправились в Голливуд. Когда они прибыли в район Бел-Эйр, ночь была влажной и невероятно тихой. Такой тихой, что (по признанию одной из убийц) было слышно “как в домах звенит лёд в коктейлесбивалках”.
В предрассветные часы 9 августа 1969 года Мэнсон отправил на задание четырёх одетых в чёрное членов “семьи”, трое из которых были женщинами: Сьюзен Аткинс – бывшую певицу церковного хора; Патрицию Кренвинкл, когда-то работавшую секретаршей в офисе одной фирмы; Линду Касабьян, впоследствии ставшую главной свидетельницей обвинения, и единственного мужчину в этой команде Чарльза Уотсона, который в недавнем прошлом был отличным спортсменом у себя в Техасе.
Четыре “ангела смерти” приехали в престижный район Лос-Анджелеса Бенедикт-Каньон и остановились на вершине холма, откуда были хорошо видны шоссе и большой особняк, который арендовали киноактриса Шэрон Тейт и её муж, кинорежиссёр Роман Полански. Чтобы хозяева не смогли предупредить полицию, Уатсон перерезал телефонные провода.
Спустившись вниз на машине, четвёрка осторожно приблизилась к особняку, бесшумно проникла внутрь. И началась резня. Они зверски убили пятерых человек – в том числе и беременную Шэрон Тейт, жену известного режиссера Романа Полански. Киноактриса Шэрон Тейт, которой было всего двадцать шесть лет, со дня на день ожидала рождения ребенка. Её убили, нанеся шестнадцать ударов ножом.
Когда один из умирающих спросил Уотсона, кто же он такой, тот ответил: “Я – дьявол, и занимаюсь здесь делами дьявола”. Они написали кровью Тейт на двери дома ненавистное слово: “Свинья”.
Деньги в доме остались нетронутыми, несмотря на очевидное богатство жертв. Не было никаких признаков мести – только бессмысленная резня, беспричинное убийство семерых человек, чьё единственное “преступление”, очевидно, заключалось в том, что жизнь их сложилась удачно».
Из интервью журнала “Роллинг Стоун” с Чарльзом Мэнсоном:
“Роллинг Стоун”: Можете объяснить пророчества, которые вы обнаружили в “Белом альбоме”?
(Чарли рисует на листе бумаги три вертикальные линии и одну горизонтальную. В углу он пишет буквы, “SUB”)
Мэнсон: Назовите мне четыре песни с альбома.
(Мы выбираем “Свинки” (Piggies), “Спиральная горка” (Helter Skelter), “Чёрный дрозд” (Blackbird). Мэнсон сам добавляет “Роки Ракун” (Rocky Raccoon). Он вписывает названия в столбцы получившейся таблицы. Под песней “Спиральная горка” он проводит зигзагообразную линию, под песней “Чёрный дрозд” – две чёрточки).
Мэнсон: Снизу – это подсознание. В конце каждой песни есть несколько звуков, как, к примеру, хрюканье свиней в песне “Свинки”, которые затем повторяются в “Революции 9”. Все эти фрагменты, собранные вместе, предсказывают насильственное свержение власти белого человека. Сначала вы слышите “хрю-хрю-хрю”, после чего раздаётся автоматная очередь.
“Роллинг Стоун”: Вы действительно считаете, что именно это “Битлз” имели в виду?
Мэнсон: Я считаю, что это произошло на уровне подсознания. Я не знаю, что они имели в виду, но это заложено в их песнях. Их музыка провоцирует революцию, спонтанное свержение власти.
“Роллинг Стоун”: А что означает “Роки Ракун” (Rocky Raccoon)?
Мэнсон: “Coon” – означает “ниггер”. Вам знакома строчка из этой песни? “Гидеон покинул отель и оставил её, несомненно, чтобы помочь вернуть к жизни доброго Роки” (Gideon checked out and he left it no doubt, To help with good Rocky’s revival). Там речь идёт о возрождении. Воз-рож-де-ни-и. Чёрный человек вновь придёт к власти. Всё это записано в Новом Завете, в Книге Откровений. Библия учит смирению. Женщины существуют, чтобы служить мужчинам. Только потому, что они более чуткие, более восприимчивые, чем мужчины. Слуга всегда мудрее своего хозяина».