1 января 1963 г.
Тони Бэрроу (пресс-агент “Битлз” с 1963 года): «К январю 1963 года Брайен Эпстайн изменил своё видение о будущем своей любимой четвёрки: “Они будут более великими, чем Элвис”, – говорил он нам».
Бэрри Майлз (автор книги “Календарь ‘Битлз’”): «Выступления в гамбургском клубе “Звезда” закончились, и группа вылетела из Гамбурга в Лондон».
Джордж: «Гамбург стал для нас прекрасной школой».
«Битлз» из гамбургского клуба «Звезда», с наилучшими пожеланиями к своим поклонникам и друзьям. «Мы вернемся 1 января, а наш новый сингл выйдет 11 января, не пропустите!». Джон, Пол, Джордж и Ринго.
Билл Харри (автор публикации “Город шестидесятых”): «Группа “Андертейкерс” – ведущая ливерпульская группа шестидесятых годов, образованная из группы “Боб Эванс энд Файв Шиллингз” (одно время известной как “Бобз Вегас Файв”). Боб Эванс – вокалист и барабанщик, был ответственен за изменение названия группы на “Андертейкерс” (“Гробовщики”), и к 1961 году они выступали почти семь вечеров в неделю на таких площадках, как “Оррелл-Парк”, “Джайв Хайв”, “Риверпарк”, “Маджестик”, “Боувотерс” и клуб “Шелл”. Другими участниками группы были Джимми Макманус (вокал), Крис Хьюстон (соло-гитара), Дэйв Купер (бас-гитара), Джефф Ньюджент (соло-гитара) и Брайан Джонс (альт/тенор).
Они начинали выступать в одеждах черного цвета с исполнения “Марша смерти”. В сентябре 1962 года к группе присоединился Багз Пембертон, когда Боб Эванс попал в больницу, и к тому времени к нему присоединился Джеки Ломакс, известный как “Макс”.
На группу оказали влияние Фэтс Домино, Карл Перкинс и Чак Берри».
Крис Хьюстон (участник группы “Андертейкерс”): «Нас часто обвиняли в том, что мы копируем “Битлз”. Я признаю, что поначалу у нас было искушение подражать их стилю, но теперь у нас есть свой собственный стиль, который совершенно оригинален».
Билл Харри (автор публикации “Город шестидесятых”): «Группа выступала вместе с “Битлз” 29 июня 1962 года в танцевальном зале “Тауэр” на концерте “Операция Биг-Бит 3”, и 11 октября 1962 года в танцевальном зале “Риальто” на концерте “Захватывающий рок-энд-твист”, который был приурочен к празднованию тридцатипятилетия этого танцевального зала, а на следующий день снова выступили в танцевальном зале “Тауэр” в программе, возглавляемой Литтл Ричардом.
В июле 1962 года они впервые из пяти раз приезжали в Гамбург, но за этим последовала череда просчетов и неудач, которые, вероятно, стоили им более заметного места в поп-музыке 60-х. Во-первых, они отклонили предложение Брайена Эпстайна стать их менеджером в пользу Ральфа Уэбстера, чьи связи с местными концертными площадками гарантировали им постоянную концертную работу. Затем, в начале 1963 года, они подписали контракт с лейблом “Пай Рекордз” и доверили свое будущее звукозаписи Тони Хэтчу, одному из ведущих звукорежиссеров лейбла. Возможно, это был самый выгодный контракт со звукозаписывающей компанией из всех, что были предложены, но ни Хэтч, ни “Пай”, похоже, не оценили сильных сторон “Андертейкерс” и приняли решения, которые лишили их шанса реализовать потенциал своего живого выступления.
В январе 1963 года они совершили свою вторую поездку в Германию, чтобы провести пять недель в клубе “Звезда”, и были известны в Гамбурге как “Die Totengraber” (“Могильщики”)».
Из интервью Гэри Джеймса (classicbands.com) с Джеки Ломаксом:
Гэри Джеймс: В Германии “Андертейкерс” играла в клубе “Топ Тен” и клубе “Звезда”?
Джеки Ломакс: Только клубе “Звезда”. По-моему “Битлз” в 61-м играли в “Топ Тен” и в “Кайзеркеллере”, но в 62-м, годом позже, мы сразу попали в клуб “Звезда”.
Гэри Джеймс: Когда-то ты был клерком по расчету заработной платы. Это так?
Джеки Ломакс: Да, я работал клерком по учёту рабочего времени и заработной платы. Сотрудником, работающим в доковых воротах Ливерпуля. Я работал в Управлении доков и гавани Мерси. По сути, это была зарплата портового сторожа за три дня в неделю. Затем два с половиной дня в неделю я проводил в доках, проводя инвентаризацию и подсчитывая тоннаж судов и пункты назначения. Всякое такое дерьмо. Но я бросил эту работу, чтобы поехать в Гамбург. В результате мой отец не разговаривал со мной три года.
Гэри Джеймс: Ему не нравились музыканты?
Джеки Ломакс: Он думал, что я состою в какой-то банде. Он не связывал меня ни с какой музыкальной группой. Он думал, что я занимаюсь ерундой, вместо того чтобы заниматься музыкой, чем я и занимался каждый вечер. Но три года спустя он увидел меня по телевизору, и всё простил.
Гэри Джеймс: Каково было играть в то время в Германии в британской группе?
Джеки Ломакс: Фантастика! Мы были очень дерзкими парнями, удивительно, что нас там никто не убил. У них там, например, носят оружие. Мы были по-настоящему дерзкой группой.
Гэри Джеймс: Приходилось ли вам работать по восемь часов в сутки семь дней в неделю, как “Битлз”?
Джеки Ломакс: Нет. Это небольшое недоразумение. Мы выступали час, но затем нас сменяли. Играло около четырёх групп. Мы выступали каждые три часа.
Гэри Джеймс: И как долго это продолжалось?
Джеки Ломакс: До шести утра. Это было последнее выступление. Но могло не повезти и приходилось начать в шесть часов предыдущего вечера: в 9, 12, 3 и 6. Понимаешь, о чём я говорю? Приходилось не спать всё это время. Нельзя было лечь спать и потом вернуться.
Гэри Джеймс: Чем вы занимались в перерывах между выступлениями?
Джеки Ломакс: Бедокурили.
Гэри Джеймс: Поясни, что это значит.
Джеки Ломакс: Обычная пьянка в клубах и обливание дерьмом участников других групп. В целом там царила сумасшедшая атмосфера, потому что в Гамбурге, в районе, где мы были, можно было найти всё, что угодно. Район назывался Репербан. Это что-то вроде квартала красных фонарей. Это, пожалуй, самый известный район в Европе.
Гэри Джеймс: Смотрели ли “Битлз” выступление вашей группы?
Джеки Ломакс: Я… я не уверен насчет этого. Не помню. Там было много стриптиз-клубов, и один и тот же менеджер владел клубом “Звезда”. Можно было пойти в любой стриптиз-клуб.
Гэри Джеймс: Когда вы были в Гамбурге, вы исполняли кавер-версии песен или оригинальные композиции?
Джеки Ломакс: Тогда никто не писал своих песен. Даже “Битлз”. Возможно, они и писали что-то на стороне, но не исполняли. Все исполняли каверы песен ритм-энд-блюза. Возможно, тебя это удивит, но Ливерпуль – это порт, и каким-то образом эта музыка проникла в сознание жителей Ливерпуля, и мы исполняли Рэя Чарльза, Джеймса Брауна. Кого ещё?
Гэри Джеймс: Я бы сказал, лейбл “Мотаун”, но его тогда ещё не было.
Джеки Ломакс: Его тогда ещё не было. Мне нравятся “Мотаун” и “Стакс”. Это моя музыка, это то, что мне нравится. Я стараюсь писать в русле этой музыки, если хочешь. Всё ещё.
Гэри Джеймс: Хорошо ли платили группам в Гамбурге?
Джеки Ломакс: В два раза больше, чем зарабатывал мой отец. (смеётся) Думаю, это было ещё одно, что его разозлило.
Гэри Джеймс: Когда вы впервые вернулись из Гамбурга, вы играли в клубе “Пещера”?
Джеки Ломакс: Да. Постоянно.
Гэри Джеймс: Заключила ли “Андертейкерс” контракт со звукозаписывающей компанией?
Джеки Ломакс: Контракт с “Пай” – звукозаписывающей компанией. Мы выпустили четыре сингла, ни один из которых не имел большого успеха.
Гэри Джеймс: Брайен Эпстайн был вашим менеджером?
Джеки Ломакс: И да, и нет. Он не был моим менеджером в Ливерпуле. Мы ему отказали.
Гэри Джеймс: Вы отказали Брайену Эпстайну? В каком году это было?
Джеки Ломакс: Примерно в 62-м.
Гэри Джеймс: Почему вы ему отказали?
Джеки Ломакс: Ну, всё, что у него было – это музыкальный магазин, где мы заказывали пластинки из Америки. Мы не думали, что у него были большие связи в музыкальном бизнесе, да и в то время у него их не было. У нас был менеджер, который владел тремя танцевальными залами, где мы могли постоянно работать. В итоге мы ошиблись, но в то время это казалось правильным.
Джеки Ломакс, фото Астрид Кирхгерр (прим. – по-английски имя Astrid Kirchherr звучит как Астрид Кирхгерр, по-немецки – Астрид Кирххерр).
Астрид Кирхгерр и Джеки Ломакс.
В 1968 году Астрид приедет в Лондон, чтобы сфотографировать Джеки Ломакса во время записи его дебютного альбома.
Из интервью Доминик Тёрнера с Крисом Хьюстоном (группа “Андертейкерс”):
Доминик Тернер: Можешь ли ты дать нам общее представление о том, что именно исполняли “Андертейкерс” во время ваших выступлений в Гамбурге?
Крис Хьюстон: Когда мы приехали, у нас был только тот репертуар, что мы привезли с собой. Джеки Ломакс очень близко подружился с Астрид Астрид Кирхгерр, которая была помолвлена с трагически погибшим Стюартом Сатклиффом. Она немного помогла нам, познакомив с музыкой Смоки Робинсона и группой “Мирэклез”, а также многими другими американскими исполнителями. Она и Клаус Вурман были постоянными посетителями клуба “Звезда”. Астрид приглашала нас к себе в квартиру, кормила, мы слушали у неё пластинки. Она сделала несколько прекрасных наших фотографий. Она была блестящим фотографом с замечательной способностью улавливать “момент”.
Доминик Тернер: В твоей коллекции есть прекрасная фотография, на которой ты, Джеки Ломакс, Брайан Джонс и другие британские музыканты вместе с знаменитым Джином Винсентом в клубе “Звезда”. Как это случилось?
Крис Хьюстон: Джин Винсент приехал выступать на пару недель во время нашего второго или третьего приезда в этот клуб. Мы были очень рады быть с ним на одной сцене. Он оказался по-настоящему хорошим парнем, и на сцене он выступал так, как мы того и ожидали.
.