Brian Epstein

16 октября 1959 г.

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Дело семьи Эпстайн основал дедушка, Айзек Эпстайн – еврейский беженец из Польши, приехавший в Ливерпуль на рубеже веков. Он открыл мебельный магазин “Айзек Эпстайн и Сыновья”, на Уолтон-роуд. Дело перешло по наследству к его старшему сыну Гарри, отцу Брайена».

Дэвид Бедфорд (автор книги “Лиддипул: родина ‘Битлз’”): «Айзек Эпстайн – дедушка Брайена, родился в Ходане, Литва, и приехал в Англию в возрасте девятнадцати лет. В Ливерпуле он встретил свою будущую жену, чья семья была родом из Польши, и они поженились. Отец Брайена – Гарри был третьим из шести детей».

Памятное меню Серебряной свадьбы деда и бабушки по отцовской линии Брайена Эпстайна – Айзека и Дайны, которая состоялась 8 марта 1925 года.

Письмо Айзека Эпстайна местному налоговому инспектору о неправильном номере шасси.

Ливерпуль, Лайм-стрит, 15 декабря 1926 г.

Водительское удостоверение Гарри Эпстайна (отца Брайена), выданное 30 июля 1928 года. Адрес: 27 Энфилд-роуд – дом его родителей Айзека и Дайны.

Ливерпуль, 1928 г.

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В 1933 году Гарри породнился с Хайманами из Шеффилда – другой пре­успевающей еврейской семьей, тоже торговавшей мебелью. Он женился на своей Куини; ей было восемнадцать, а ему двадцать девять».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «Куини Хайман и Гарри Эпстайн познакомились во время отпуска. Они полюбили друг друга и поженились в сентябре 1933 года. Ей было восемнадцать, ему – двадцать девять. Оба происходили из еврейских семей, которые вели успешный бизнес: отец Куини занимался изготовлением мебели, а отец Гарри её продавал».

Бракосочетание Гарри Эпстайна и Куини Хайман состоялось 6 сентября 1933 года в синагоге на Уилсон-роуд.

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Брак был одобрен родственниками и соединил две очень респекта­бельные еврейские фамилии и две довольно преуспевающие фурнитурные фирмы. Отец Гарри, Айзек, владел в Ливерпуле магазином, который он открыл в начале века, будучи ещё безденежным литовским иммигрантом. Хайманы были владельца­ми шеффилдской “Кабинет компани”, которая выпускала “Кларендон” – спальный гарнитур, который в двадцатые и тридцатые годы украшал многие английские дома».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Куини, урожденная Малка Хайман – хорошенькая дочь известной семьи из Мидлжнда, которой принадлежала знаменитая компания “Шеффилд Кабинет Лимитед”, занимавшаяся производством обеденных и спальных мебельных гарнитуров по умеренным ценам. Получив образование в частной школе, Малка была на английский лад переименована в Куини. Несмотря на английское образование, она осталась настоящей добропорядочной еврейкой и, как всякая благополучная еврейская девушка, в восемнадцать лет вышла замуж за перспективного еврея с севера на 11 лет старше её».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Малка воспитывалась в комфорте и получила образование в пансионе. В 1933 году она была стройной, очень изысканной и артистичной девушкой. Единственное недовольство она испы­тывала от того, что мир англицизировал данное ей при рожде­нии имя. Малка по-еврейски значит “королева”. Поэтому вся семья и её муж звали её на английский манер – Куини (прим. – queen – королева)».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «В качестве приданого Куини получила замечательный дом с пятью спальнями в Чайлдуолле – самой лучшей провинции Ливерпуля».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Родители подарили Куини красивый современный дом в Чайлдуолле. Дом на Куинз-Драйв, 197, был особняком с пятью спальными комнатами, окнами-фонарями и ярким рисунком на входной стеклянной двери, которую посетителям открывала горничная».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Эпстайны будут занимать особняк № 197 по Куинз-Драйв в тече­ние тридцати лет, пока Клайв (прим. – брат Брайена) не женится и не уйдет из дома».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «После свадьбы пара переехала в недавно построенный дом в пригороде Ливерпуля, и Гарри работал в магазине своего отца. У Куини дома придерживались кошерных правил и они соблюдали религиозные праздники и церемонии».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Первый ребенок у Куини и Гарри появился на свет 19 сентября 1934 года, в частной родильной клинике на Родни-стрит».

Копия свидетельства о рождении Брайена Эпстайна от 5 сентября 1956 г. Возможно, это свидетельство было получено для подачи заявления Эпштейном в Королевскую академию драматического искусства в Лондоне.

Брайен: «Я родился 19 сентября 1934 года в Ливерпуле в роддоме на Родни-стрит. Сейчас это широкая и великолепная улица с высокими старыми домами с медными табличками на дверях с именами известных людей. Это был настолько хороший старт в жизни, насколько можно получить в Ливерпуле, который по общепринятым меркам – не очень красивый город».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «К радости бабушек и дедушек, заинтересованных в продолжение семейного бизнеса, это был мальчик. Для Куини ребёнок ока­зался красивее, чем она даже мечтала. Она назвала его Брайеном, потому что ей нравилось это имя, и Сэмуэлем (Самуилом) – согласно священному писанию и по желанию семьи. Малютка был привезён домой, в атмосферу обожания и ком­форта».

Дэвид Бедфорд (автор книги “Лиддипул: родина ‘Битлз’”): «Брайен был старшим сыном Гарри и Малки Эпстайн (произносится “Эпстайн”, а не “Эпстин”, по словам его семьи). Промоутер Сид Бернстайн (произносится “Бернстин”) вспоминал, как они с Брайеном смеялись над тем, что их имена пишутся одинаково, но произносятся по-разному».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «Когда Брайену исполнилось шесть месяцев, родители наняли няню, которая жила с ними. Она вспоминала его как целеустремлённого ребенка, безупречно соблюдавшего гигиену и редко плакавшим».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Вскоре семье Эпстайнов понадобилась няня, так как в 1935-м году Куини родила второго сына – Клайва Джона».

Брайен: «Моя мать, Куини, наипрекраснейшая женщина из всех, которых я знаю. Она очень гордилась тем, что её первенцем был мальчик, и когда спустя 21 месяц родился мой брат Клайв, Эпстайны выглядели счастливым и многообещающим маленьким семейным союзом».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Наличие двух сыновей обеспечивало в будущем процветание фирмы Эпстайнов на многие десятилетия вперед. До начала войны Эпстайны жили на широкую ногу. Им прислуживали няня и горничная».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Когда Гарри и Куини поженились, магазин расширился и занял большое здание на Уолтон-роуд, слившись с компанией “НЕМС”, где продавались ноты и музыкальные инструменты».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «“НЕМС” стал собственностью Эпстайнов только с середины 30-х годов. Магазин “Айзек Эпстайн и Сыновья” стоял в конце квартала на Уолтон-роуд, и его хозяева жаждали расширить своё дело. Гарри смекнул, что музыка, пластинки и прочие музыкальные дела легко вольются в торговлю мебелью, тем более что музыкальный магазин находился в двух шагах».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Магазин семьи Эпстайнов занимал видное место на Уолтон-роуд. Ряд высоких больших витрин предлагал взору прохожих богатый выбор мебели и домашнего реквизита, от буфетов до стандартных ламп, чей внешний вид не был особенно привлекателен, но на качество и прочность которых можно было положиться. Следующий вход вел в “НЕМС” (Музыкальные магазины Севера) – маленький магазинчик, который находился там с незапамятных времен – когда молодые люди и девушки покупали здесь ноты и тексты песен, которые распевались в гостиных. Семья Джима Маккартни была одной из многих местных семей, которые купили в этом магазине пианино в кредит. Впоследствии Эпстайны завладели этим магазином и расширили ассортимент товаров до электропроигрывателей и радиоприемников.
Гарри Эпстайн трудился много, но никогда не отказывал себе в удовольствиях, разделяя их со своей женой. Оба были азартными игроками в бридж, любителями кино и театра и вообще людьми, славящимися своим гостеприимством и щедростью. Раз в неделю они ездили в Ливерпуль – обедать в ресторане Сефтона при отеле “Адельфи”, который находился тогда в апогее своего великолепия.

Своим маленьким сыновьям Гарри и Куини Эпстайны даровали беззаботность и защищенность от каких-либо социальных потрясений. Мерсисайд в то время был охвачен безработицей. В нескольких милях от Чайлдуолла, на серых безликих улицах среди доков, люди толпились с рассвета, как стадо скота – в надежде получить работу хотя бы на полдня, за четверть фунта. А на Куинз-Драйв горел мягкий свет в детской, по радио дядя Мак и тетя Мюриэль рассказывали сказки, к чаю подавался тонко нарезанный хлеб с маслом».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Все воспоминания миссис Эпстайн о младенчестве Брайена сводятся к тому, что это был самый красивый ребенок на свете. Едва он научился ходить и разговаривать, как сразу обнаружился его пытливый ум. Он хотел знать всё. Первое, что запомнил в жизни сам Брайен, – это чувство невероятного волнения, когда его повезли знакомиться с родственниками в Шеффилде».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Хотя Куини и любила своего второго сына Клайва, он не вызывал у неё такого восхищения, как Брайен. В итоге Брайен рос испорченным, капризным, нервным ребенком и маменькиным сынком».

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Когда-то, в конце 30-х годов, каждую среду маленького Джо Фланнери отводили на вечер в дом лучшего оптового покупателя его отца – в дом мистера Гарри Эпстайна. Отец Джо, Крис Фланнери, был мебельщиком, специализировавшимся на изготовле­нии массивных буфетов, которые продавались в магазине Эп­стайна на Уолтон-роуд. “Мистер Гарри” был придирчив к качеству, отказываясь принимать мебель, в которой ящики не выдвигались легко и бесшумно. Но по вечерам в среду все формальности отбрасывались, и Фланнеры с Эпстайнами вместе отправлялись в Ливерпуль, чтобы посмотреть схватки бор­цов. Семилетний Джо оставался ждать своих родителей в доме мистера Гарри, играя в детской с золотоволосым мальчиком Эпстайнов».

Джо Фланнери (друг Брайена Эпстайна): «Ему было четыре, а мне шесть лет, когда мы впервые встретились в наших семейных компаниях. Наши родители были в мебельном бизнесе. Его отец был продавцом, а мой отец занимался производством. Мы делали мебель, которая нравилась Эпстайнам. У моего отца была фабрика с четырнадцатью станками и около двадцатью сотрудниками, работавших там. Отец Брайена Эпстайна, Гарри, забирал практически всю мебель, что мы могли сделать для них. Это был высший сорт, мебель высшего класса. Это было то, что называют “мебель в стиле королевы Анны”. Мы с Брайеном с детства росли вместе, если хотите. Мы были из разных религий. Я был молодой католик, а он – молодой еврейский мальчик, но мы очень хорошо ладили, и наши семьи, из-за бизнеса, в котором мы были».

Филипп Норман (автор книги «Кричите! Правдивая история Битлз»): «Брайен не был похож на Джо. Он был хрупким и изнеженным; у него была няня, которая присматривала за ним в его апартаментах. Он разговаривал совсем по-другому, чем Джо и другие ливерпульские дети. И у него было много красивых игрушек. Особенно Джо любил играть с игру­шечной каретой, которую тому мальчику подарили в день коронации Георга Шестого. Это была парадная королевская карета в миниатюре, сделанная из жести и искусно позолоченная; её тащила дюжина жестяных лошадок с плюмажами, подгоняемых одетыми в ливреи форейторами и грумами.

Тот мальчик знал, как Джо любил королевскую карету. Разрешить или запретить играть с нею давало ему чувство власти над старшим и более сильным товарищем. И хотя сам он был не очень привязан к этой игрушке, он всё же опасался, что Джо, в силу своей любви к ней, каким-либо образом всту­пит в обладание ею. И однажды вечером, когда Джо был у них и на минуту оставил карету, маленький Эпстайн растоптал её ногами.

Внешно­стью он был похож на отца – черноглазый и круглолицый, с волнистыми светло-каштановыми волосами. Характером он был в Куини – со склонностью к изысканности и проявлению свое­го стиля. Он мог стоять в спальне матери, которая готовилась к выходу, и серьёзно обсуждать с нею, какое платье и украшения ей лучше всего одеть. Как и Куини, он любил театр с его миром романтики и причудливыми огнями. “Волшебник из страны Оз” – первый фильм, увиденный им, потряс его своей груст­ной фантазией. Он рос здоровым мальчиком и ходил в детский сад “Биченхорст” на Калдерстоунз-роуд, где любимым его занятием было прибивание деревянных фигурок к фанерному листу».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Он начал учиться, если это можно так назвать, в детском саду, где забивал молоточком де­ревянные фигурки в соответствующие отверстия деревянной доски».

Брайен: «Моим первым учебным заведением был детский сад в Ливерпуле, где я заколачивал деревянные фигуры в фанерных листах и превращал их в кучу мусора, конструировал модели из картона, которые не скреплялись. Более или менее тогда я научился читать и писать».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В 1940 году, когда Брайену Эпстайну исполнилось шесть лет, Ли­верпуль стали бомбить, и семью эвакуировали сначала в Престатин, в Северном Уэльсе, а потом в Сауспорт, где расселилась большая еврейская община. Это был красивый дом в относительно безопасном районе».

Бомбёжки Ливерпуля, кадр кинохроники.

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «В 1940 году, во время бомбежек Ливерпуля, Гарри Эпстайн перевёз свою семью в относительно безопасное место – в Сауспорт на побережье Западного Ланкашира».

Брайен: «Когда мне было шесть лет, Гитлер, который к тому времени стал сильно всем надоедать, начал предпринимать попытки разрушить Ливерпуль, и хотя мы и жили в нескольких милях от доков, которые и были, в основном, целью налётов, наш пригород Чайлдуолл располагался всё равно слишком близко, чтобы быть спокойным и безопасным районом. Тысячи ливерпульских детей были эвакуированы в сельскую местность и отделены от своих родителей. Однако некоторые из родителей решили запереть свои дома в городе и перебраться через Мерси к убежищу на полуострове Уиррал, где располагалась большая еврейская община. Мой отец выбрал Сауспорт, и мы оставались там, пока бомбежки не прекратились».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Когда Куини заметила, что у Брайена слегка косит один глаз, она тут же положила его в клинику на операцию, а это был период самых страшных бомбёжек Ливерпуля. Подруга Куини сказала: “Вокруг взрываются бомбы, неужели тебя беспокоит его косоглазие?” Но косоглазие делало Брайена не полностью совершенным, и Куини всякий раз это осознавала, глядя на него. В клинике она проводила все ночи у его изголовья, в то время как на город падали бомбы, и спала, сидя на стуле с жесткой спинкой, рядом с кроваткой Брайена».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «Брайену исправили косоглазие, но оно появлялось, когда он испытывал стресс».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Когда Брайен подрос, его определили в сауспортский колледж, где начался длительный и безрадостный период его обучения».

Брайен: «Меня отправили в колледж Сауспорта, где я начал свои первые небезуспешные попытки в рисовании и черчении, что весьма мне понравилось. Будучи вдали от покрова теплоты детсада и впервые испытывая чуждую мне дисциплину, я начал осознавать, что, не обладая ни какими-либо способностями, ни характером, я был не очень-то популярен среди сверстников. Я раздражал всех, был белой вороной. Меня преследовали, ко мне приставали, надо мной издевались и ученики, и учителя. Родители не раз приходили от меня в полное отчаяние. Взрослея, я обнаружил, что мне не очень хорошо давалось наладить дружеские отношения с другими. Правда, как мне кажется, я и сейчас не очень-то хорош в этом, хотя сейчас это гораздо легче, так как, по-видимуму, стал более коммуникабельным человеком».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В 1943 году Эпстайны вернулись в Ливерпуль и Брайен поступил в Ливерпульский колледж – частную платную школу».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Брайен был облачен в новый чёрный пиджак и отправлен в Ливерпульский колледж – самое изысканное и дорогое из платных учебных заведений».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «На следующий год десятилетнего Брайена исключили из Ливерпульского колледжа».

Брайен: «Я был исключен из Ливерпулвского колледжа в возрасте десяти лет и, хотя мои родители находили это чрезвычайно безрадостным, в том возрасте я не слишком беспокоился об этом. Ливерпульский колледж был не последней школой в мире и уж конечно, он не был и самой лучшей.

Моё изгнание было за “невнимательность и учёбу ниже стандартного уровня”. Были вызваны мои родители, и перед ними были развёрнуты мои неудачи, систематизированные наподобие некоего перечня нарушений, что очень естественно подходит школьным директорам. Директор объяснил, что в моем дальнейшем пребывании в школе нет никакого смысла. Он представил на обозрение в качестве доказательства моей никудышности дизайн одной программы, который я подготовил под партой на уроке математики. Он был украшен изображением танцующих девушек, что для десятилетнего мальчика было настоящим произведени­ем творческого искусства, хотя и не имело ничего общего с математи­кой. Помню, я подумал, что учитель по математике проявил мало воображения или уважения, когда увидел эту програмку.

– Что это за вздорная чепуха, Эпстайн? – прогремел он/

– Дизайн, сэр? – ответил я.

– Чепуха, мерзость и девки, – возразил он и вышвырнул меня из класса».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Директор доверительно сообщил Куини, что и в остальных отношениях Брайен является трудным ребён­ком».

Брайен: «Мне при­писывали и другие проступки. И, наверняка, у меня была куча недостатков».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Куини защищала своего сына, утверждая, что он всего лишь делал эскизы для танцевальной программы, но, тем не менее, ее попросили забрать мальчика. Втайне она была этому рада, так как была уверена, что Брайена исключили потому, что он еврей. Куини повсюду видела симптомы антисемитизма и в Брайене развила эту манию, ставшую лейтмотивом его жизни».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайену тоже кажется, что, помимо его безусловного неумения приспосабливаться, дело не обошлось и без антисемитизма».

Брайен: «Я помню, что меня обзывали “евреем” и “жидом”. Впрочем, это звучало не более оскорбительно, чем когда рыжеволосого паренька дразнили “рыжим”».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайен вспоминает, как вернулся домой, сел рядом с от­цом на диван и отец сказал: “Ума не приложу, что с тобой де­лать”».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Сам он никогда не мог забыть стыда, который испытывал, сидя дома на диване, когда отец в сердцах воскликнул: “Я ума не приложу, что нам теперь с тобой делать!”. Эти слова вы­звали у Брайена прилив крови к щекам и ушам, что происходило с ним даже при малейшем смущении».

Брайен: «Я сидел напротив отца, который выговаривал мне, с большим трудом сохраняя выдержку: “Я просто не знаю, что, черт побери, мы будем с тобой делать!”. Я тоже не знал, и прошли ещё пятнадцать лет, прежде чем я начал подавать реальные надежды».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Его мама считает, что Брайен преувеличивал свои школь­ные неурядицы. Она согласна с тем, что, конечно, никакой ра­дости школа ему не приносила и никаких успехов он там не до­бился, но миссис Эпстайн думает, что в равной мере вина за это лежит и на системе школьного образования».

Брайен Эпстайн (справа), с матерью Куини и братом Клайвом около дома № 197 на Квинз-Драйв, когда Брайену было 11 лет.

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Брайен продожал проявлять свою любовь к роскоши и изысканности. Даже когда он был совсем маленьким, луч¬шим развлечением для него было пообедать с отцом и матерью в ресторане отеля “Адельфи”. Родители жертвовали для Брайена с Клайвом своими отпусками, чтобы каждый год возить их к морю – в Лландадно, Северный Уэльс, или в Сент-Эннз. Однажды, дождливым летом в Ландадно, когда Брайену было одиннад¬цать, Куини взяла его на концерт ливерпульского филармони¬ческого оркестра. С этого момента он полюбил классическую музыку. На другой год, в Сент-Эннзе, семья завела знакомство с Джеральдо, руководителем оркестра, известного по трансля¬циям “Би-Би-Си”. Брайен был приглашен в Блэкпул – посмот¬реть, как записывается оркестр Джеральдо. Куини помнит, каким зачарованным он сидел в студии, когда загорелся красный свет, требующий тишины».

Клайв и Брайен во время летних каникул в Лландадно.

Брайен: «Только что кончилась война. В школу было трудно посту­пить. Нынешней свободой там и не пахло. Если ученик не нра­вился им, они вышвыривали его, и дело с концом».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «После исключения из Ливерпульского колледжа родители поместили Брайена в другую частную школу, но через несколько недель забрали его оттуда, легко разобравшись в псевдодо­стоинствах этой привилегированной школы, где любили вос­пользоваться услугами высокопоставленных родителей, уделяя минимальное внимание образованию, а максимальное – обдиранию богатых пап и мам, отчаявшихся пристроить куда-нибудь своих детей».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Брайен не сдал необходимых выпускных экзаменов и поэтому не мог продолжать учёбу в высших классических школах Ливер­пуля. Родители были вынуждены отдать его в маленькую част­ную академию, к которой Брайен не замедлил почувствовать отвращение.

Теперь Куини начала подозревать, что вина за это лежит не только на Брайене. Антисемитизм был привычкой, которой в остальном довольно приятные британцы открыто потворствовали. Нация, которая совсем недавно рыла убежища в страхе перед нацистским оружием массового поражения, не видела ничего зазорного в употреблении таких слов, как “жид” или “еврейчик”, и не запрещала эти слова говорить своим детям. Теперь Куини Эпстайн поняла причину, побудившую Брайена скрыть своё второе имя – Сэмуэль – при поступле­нии в школу. Они решили подыскать школу, в которой бы учились только еврейские дети. Самой ближайшей оказалась школа “Биконсфилд” не­подалеку от Танбридж-Уэллса, в графстве Кент. Там, несмотря на опасения Куини, дела у Брайена пошли лучше».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В конце концов родители подыскали для Брайена доволь­но хорошую еврейскую подготовительную школу – “Биконсфилд”. Здесь он увлекся верховой ездой и живописью, – полюбил и то и другое, и впервые в жизни получил поощрение».

Филипп Норман (автор книги “Джон Леннон: Жизнь”): «Он за­нялся верховой ездой и делал успехи в рисовании и черчении. Он подружился с мальчиком из Ливерпуля по имени Мэлкольм Шифрин, тоже отпрыском “мебельной династии”. Эксперимент оказался настолько удачным, что младший брат Клайв тоже стал учиться в “Биконсфилде”».

Тринадцатилетний Брайен Эпстайн (на фото четвертый слева) играет роль адвоката в спектакле “Боце Швейге”, адаптированном и поставленном его будущим другом Мэлкольмом Шифрином в школе “Биконсфилд”. Справа – его двоюродный брат Бэзил Хаймен, играющий ангела, 1947 год.

Брайен: «Я играл в школe одноактовые постановки и понял, что мне нравится сцена».

Выпускной класс Брайена Эпстайна.

Семья Эпстайнов в отеле “Амбассадор”, Бормут, 1947 г.

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В тринадцать лет Брайен попытался сдать обязательные вступительные экзамены в старшие классы, необходимые для посту­пления в настоящую хорошую частную школу. Но с треском провалился, что, однако, не помешало родителям попытаться всё же устроить его в одну из таких школ. Его поочередно нe взяли “Регби”, «Рептон” и “Клифтон”. В конце концов Брай­ен поступил в школу в Вест-Кантри, куда принимали всех под­ряд, – главным здесь считались забота о здоровье и пребывание па свежем воздухе. Брайена заставляли играть в регби. Он был очень несчастен».

С января 1948 года Брайен Эпстайн начал учиться в школе “Клэйсмор”, Дорсет. Фото 1960 г.

прим. – учебный год в английских школах делится на три семестра – осенний, зимний и весенний, между которыми ученики отдыхают на каникулах.

Брайен: «Поскольку я не смог сдать экзамен в крупную государственную школу, меня приняли в небольшую государственную школу на юго-западе. Эта школа оказалась исключительно удачным выбором, так как в ней были прогрессивные и новые идеи (одной из них была большая степень свободы для учащихся).

Естественно, мой первый семестр в этой школе был слегка омрачен тем, что меня дразнили, так как я был евреем и не проявлял большого интереса к спорту, поэтому у мальчиков была достаточно веская причина для травли. Однако даже среди всего этого я обнаружил, что мне нравится заниматься живописью и я получаю от этого огромное удовольствие. К моему восторгу ряд моих работ были куплены персоналом школы.

Во время второго семестра обучения в школе “Клэйсмор” моя учёба стала лучше. Думаю, что я стал более уверен в себе. Я даже начал участвовать в спортивных играх и получать одобрение от одноклассников после успешного забега в спринте или игры в футбол.

К третьему семестру обучения я завоевал уважение как у одноклассников, так и у учителей. Впервые в жизни (и в последний раз) мне не было стыдно за себя. Думаю, первая половина этого третьего семестра была, пожалуй, единственным периодом в моей школьной жизни, наполненным смыслом».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «В 1948 году он поступил в колледж “Рекин”, будучи слабым студентом, не любившим спорт, но любившим драматическое искусство и музыку».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Осенью 1948 года по настоянию отца Брайен был вынужден сменить место учёбы. Отец всё-таки добился зачисления сына в “Рекин” – известный частный колледж, поль­зовавшийся широкой известностью как солидное частное учебное заведение в Шропшире. Это было большой травмой для мальчика: он только привык к новой школе, где проявил успехи в живописи и обзавёлся друзьями».

Брайен: «Осенью 1948 года, как раз после моего четырнадцатилетия, мои родители и брат позвонили мне в Дорсет и сказали, что я пойду в колледж “Рекин” в Шропшире. Это была известная средняя школа с репутацией (хотя и не ровня Итону или Харроу). Среди её выпускников были руководители и известные лидеры того или иного рода».

Куини Эпстайн (мать Брайена Эпстайна): «Как только он попал туда, так сразу начал брюзжать. О, это брюзжание было невыносимо!»

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Его младший брат Клайв, спокойный, добросовестный и практичный мальчик, преодолел баръер подготовительной шко­лы без особых проблем. Он хорошо сдал экзамены и поэтому легко попал в колледж “Рекин” – элитную школу в Шропшире. В силу пригодности Клайва директор школы согласился принять и Брайена».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайен без особого удовольствия думал об учебе в “Рекине”, потому что начал кое-как привыкать к школе в Вест-Кантри. Он делал заметные успехи в живописи и наконец-то обзавелся друзьями».

Брайен: «Я ненавидел “Рекин”. Перешёл туда только потому, что так хотели родители. Мне очень жаль. За тот прошедший год я во многом стал разбираться, меня стали боль­ше любить, это был колоссальный год в моей жизни».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Колледж “Рекин” был его восьмой по счету школой».

Брайен: «Накануне моего первого посещения “Рекин” мы провели день в Шеффилде – родном городе моей мамы. Я ожидал, что меня возьмут в “Гранд”. Но нет. “Гранд” – это большой, дорогой отель – самый большой в Шеффилде, и, что любопытно, что даже в те дни я был разочарован тем, что меня не взяли туда. Тем более сейчас, будучи более масштабным и более разборчивом, я по-прежнему нахожу мало приятного довольствоваться меньшим, чем самое лучшее, и быть может именно эта склонностъ к превосходной степени привела меня в бизнес и будет продолжать подстегивать меня к новой деятельности».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайену удалось приспособиться к “Рекин”, по крайней мере он научился с пользой проводить там время. Его увлече­ние живописью росло. Он стал первым учеником в классе по ис­кусству и решил стать художником-дизайнером».

Брайен: «Я написал отцу, что выбрал себе профессию дизайнера одежды, но он воспротивился. Отец сказал, что молодому челове­ку не стоит заниматься такой ерундой».

Куини Эпстайн: «Вы даже представить себе не можете, какое впечатление это письмо произвело на Гарри. Он ужасно расстроился».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Тем не менее, Куини защищала сына и потребовала, чтобы Гарри разузнал, как устроить Брайена к ведущему парижскому модельеру. Однако дело обернулось иначе. Разъяренный Гарри предъявил Брайену ультиматум, заявив, что он будет работать в семейном мебельном магазине на Уолтон-роуд».

Брайен: «Мои родители за эти годы много раз приходили в отчаяние, и я не виню их, так как всё то время, что я учился в школе, я был одним из тех никуда не годных мальчиков, у которых всё валится из рук, которых дразнят и изводят, лю­бимый объект для атак как мальчиков, так и учителей. Я – старший сын – святое положение в еврейской семье, и от меня многого ожидали. Мой отец, Гарри, сын польского эмигранта, естественно, искал во мне признаки отвечающего требованиям наследника семейного бизнеса, но, увы, он едва ли заметил признаки каких-либо способностей, кроме верности семье, которая, благодаря твердости моих родителей, не поколебалась».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В это время Брайен заинтересовался театром. Дома, в Ливерпуле, мать часто водила его на спектакли».

Куини Эпстайн: «Сначала я брала его на развлекательные программы вроде “Фол де Рол”. Но потом, стремясь развить его интеллект, повела на Питера Гленвилла. Ходила с ним на концерты в Ливерпульскую филар­монию».

Брайен: «Колледж “Рекин” не нравился мне, а я ему, и в школе мне часто делали записи, такие как: “Мог бы успевать лучше” или “Вялые усилия в этой четверти”. Возможно они были правы. В принципе я стал хорошим художником и неплохим актёром-любителем. Я играл в школe одноактовые постановки и понял, что мне нравится сцена. По искусству я был первым в классе, и меня это радовало, так как хотя я и потерпел неудачу по очень широкому спектру предметов, но мне всегда хотелось быть лучшим хоть в чем-нибудь».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Единственную склонность он питал к рисованию и, как выяснилось, к игре на сцене. Брайен обнаружил, что может выступать перед ауди­торией нисколько не смущаясь, и наслаждаться тем, как он говорит со сцены. В школьных постановках он обрел друзей, а временами даже удостаивался официальных похвал. Тем не менее, скрытность, воспитанная в нем школами, в которых он побывал, мешала ему рассказывать о своих школьных делах родителям».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайен сыграл главную роль в школьной постановке пьесы “Христофор Колумб”».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Куини Эпстайн вспоминает, как она приехала в Шропшир посмотреть школьный спектакль о Христофоре Колумбе и напрасно пыта­лась отыскать глазами Брайена среди статистов. Он ничего не сказал ей, а самой Куини не могло прийти в голову, что Брайен играл Колумба».

Куини Эпстайн: «Мы с Гарри поехали посмотреть, что это такое, и проси­дели, не вставая, весь спектакль. После окончания пьесы к нам подошёл директор и спро­сил, понравился ли нам Брайен в качестве звезды сцены. Но он был настолько хорош, что мы едва узнали его!»

Из дневника Брайена Эпстайна: «1 января 1949 года. Окончание 1948-го, для меня значительный год, год, который я никогда не забуду».

Из дневника Брайена Эпстайна: «13 января 1949 года. Очень удручающий день. Я очень сильно нуждаюсь в друзьях, больше чем чего-либо».

Брайен Эпстайн (девятый слева-направо в заднем ряду) с классом в колледже “Рекин”.

Елена Алексеева, Владимир Левченко (авторы книги “Брайен Эпстайн – пресс-секретарь ‘Битлз’”): «Постепенно Брайен приспособился и к новой школе. Он по-прежнему проявлял успехи в живописи и по искусству был первым в классе. Эпстайн хотел стать дизайнером-модельером, однако его отец не считал эту профессию достойной мужчины».

Из дневника Брайена в 1949 году: «Помогите мне. Я погибаю. Помогите мне. Я погибаю. Помогите мне, если я должен остановиться. Дайте мне покой, отдых. Этот мир, это слишком для меня. О Господи мой Боже, я задавал тебе эти вопросы раньше. Где же ответ? Почему я здесь? Помоги мне. Что я должен делать? О Господи мой Боже, скажи мне, где моя вера? Дай мне совет. Это ад. Ад безумия».

Из дневника Брайена Эпстайна: «15-16 марта 1950 года. В данный момент я решил уйти из школы после летнего семестра. Идти в бизнес. Надеюсь, в книжный магазин. Попрошу отца позволить мне заняться искусством».

Дэвид Бедфорд (автор книги “Лиддипул: родина ‘Битлз’”): «Брайену не нравилось учиться и он не окончил ни одну из многочисленных дорогих платных школ, в которые его отправляли. Брайен учился в следующих учебных заведениях: детский сад “Престатин”, Северный Уэльс; колледж “Биченхерст”, Ливерпуль (Вултон); колледж “Саутпорт”, Ланкашир; подготовительная школа “Крокстон”, Ливерпуль; Ливерпульский колледж, Ливерпуль (Аллертон); школа “Уэлсли”, Ливерпуль (Токстет); Еврейская школа “Биконсфилд”, Сассекс; школа “Клейсмор”, Сомерсет; колледж “Рекин”, Шропшир».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В шестнадцать лет Брайен покинул “Рекин”, не получив аттестата».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Он пробыл там два года в состоянии полнейшего безразличия, что подробно было изложено в отзыве о нём из школы. Он покинул школу в пятнадцать лет, не став сдавать на аттестат зрелости».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Впрочем, никто и не надеялся, что он может успешно сдать экзамены».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Он написал домой: “Эти экзамены не по­надобятся для той карьеры, которую я выбрал». Он был лучшим в классе по рисованию и моделированию. Он хотел поехать в Лондон и стать художником-модельером».

Брайен: «В шестнадцать лет, перед тем, как засесть за то, что тогда называлось экзаменом на школьный аттестат, я написал домой и попросил забрать меня из школы, чтобы я смог стать дизайнером одежды. Учителя в “Рекин”, естественно, считали, что неразумно покидать школу без полученной квалификации и, по их мнению, не было на свете ничего более недостойного для мужчины, чем дизайн одежды».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Отец всё ещё протестовал, не желая, чтобы Брайен стал портным-дизайнером, но сын твердо решил оставить школу и начать работать».

Брайен: «Мой отец считал, что такая работа не только не принесёт хороший заработок, но, что ещё хуже, приведёт меня к безработице. Вот так я и не стал дизайнером. Хотя я умел отличить хороший дизайн от плохого и мог сам проектировать одежду и делать эскизы, я пошёл (что, в общем-то, логично для сына и наследника) в семейный бизнес, который меня не привлекал и в котором я не ждал успеха. И всё же… если вы побывали в семи школах, во всех них скверно провели время, были исключены из одной и, в конце концов, были лишены своей мечты, то не удивительно, что вы возьмётесь за всё, что угодно. Поэтому 10 сентября 1950 года в возрасте почти шестнадцати лет, худощавый, кудрявый, розовощёкий и полуобразованный, я пришёл на работу в семейный магазин мебели».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Немногие в 1950-м году хотели бы увидеть своих сыновей облада­телями подобной профессии. Для “северной” еврейской семьи с её вековыми взглядами на способы зарабатывания денег нель­зя было придумать более обескураживающего решения, чем принятое Брайеном. Гарри Эпстайн был оскорблён до глубины ду­ши и не скрывал этого; Куини, хотя отчасти и симпатизировала этому, вынуждена была признать, что в их семье это непозволи­тельно.

И великий план был быстро погребён, пока он не достиг ушей родственников. Другая идея – что он должен стать художником – быстро отступила под натиском безжалостной практичности отца. Без выпускных экзаменов за спиной и со склонностями, лишь огорчающими его родителей, Брайен был вынужден подчинить­ся наследственности. В сентябре 1950-го, вскоре после своего шестнадцатилетия, он начал работать продавцом в семейном магазине фурнитуры на Уолтон-роуд».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Сначала Брайен продавал мебель и получал за это 5 фун­тов в неделю. В первый же день он умудрился уговорить женщи­ну, пришедшую покупать зеркало, прикупить ещё и обеденный стол за 12 фунтов».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «В этот день одна женщина зашла к Эпстайнам купить зер­кало. Брайену было поручено обслужить её под критическим взглядом старших родственников. К тому времени, когда посе­тительница покинула магазин, он сумел убедить её, что самая нужная для неё вещь – это обеденный стол за двенадцать фунтов».

Брайен: «Мое начальное жалование как продавца мебели было 5 фунтов в неделю. Это считалось неплохим заработком. На следующий день после того, как я начал работать, я продал обеденный стол за 12 фунтов женщине, которая пришла в магазин за зеркалом. Я был удовлетворен результатом, но не потому, что хотел, чтобы эта женщина рассталась со своими деньгами. Просто я считал, что обеденный стол будет ей более полезен».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайен обнаружил, что из него получается хороший продавец и что занятие это ему по душе. У него стал просыпаться интерес к устройству и внешнему виду магазина. Отец, конечно, страшно обрадовался, что старший сын хочет пойти по его стопам и при­нять участие в деле. К собственному удивлению, Брайен сам стал получать удовольствие от этого бизнеса».

Брайен: «Принцип, которого с тех пор я придерживаюсь в бизнесе, таков: покупателя надо убедить, что то, что он хочет, ему не подойдет, и что то, чего он не хочет, будет для него лучше некуда. Я стал хорошим продавцом, чем удивил своего отца, и думаю, мы оба были горды».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Он открыл для себя, что рожден быть торговцем. Уолтон-роуд не была одной из главных артерий города. Не были солид­ными и покупатели, посещавшие магазин “Эпстайн и сы­новья”. И этот изящный молодой человек с услужливыми ма­нерами и восхитительным голосом, несомненно, был украшением магазина. Торговля пробудила в нём то, чего не могли пробудить восемь платных школ – желание упорно работать и быть сосредоточенным и эффектным. Он обнаружил, что ему прият­но приводить в порядок и оформлять витрины; делать что-то, не расстраивающее, а наоборот – радующее его отца».

Брайен: «Постепенно я начал испытывать удовлетворение оттого, что могу завоевывать доверие других людей. Приятно было видеть, как исчезает настороженный взгляд, знать, что они верят тебе, что товары перед ними хорошие, и что я буду их поставщиком. Это не напыщенность, я уверен, в этом суть успешной и честной торговли».

Куини Эпстайн: «У Брайена всегда был прекрасный вкус. Он умел ценить красивую мебель».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайену не понравилось, как выглядят витрины их магази­на. Он начал экспериментировать и предлагать смелые по тем вре­менам решения: например, расставил на витрине стулья спинка­ми вперед. Отец опасался, что сын торопится со своими начина­ниями, в которых пока нет необходимости, но не жаловался, так как был счастлив, что его сын и наследник целиком погрузился в дело, назначенное ему судьбой».

Брайен: «В те дни магазин в Вултоне не был лучшим по оформлению. Наши витрины, мне казалось, были ужасны и я приводил обычных продавцов мебелью в ужас, осуществляя дерзкие нововведения с предметами мебели. Я поставил стулья в витрины спинками к прохожим на улице. Спинки стульев на обозрение? Неслыханно! Тем не менее, в каждом доме вы видите спи­нки стульев на каминных рисунках… действительно, невозможно войти в ком­нату без того, чтобы не увидеть спинки стула. Мне очень нравились изогнутые ножки. Они как раз входили тогда в моду, так как постепенно аскетизм военных лет шёл на убыль и продав­цы и покупатели не желали возвращаться к уродливости дизайна 30-х. Новые молодые люди со степенями по искусству отказывались от ковров “мокет”, обдирали с буфетов и стульев завитушки и привносили чистые ли­нии и использовали новые материалы. Белый цвет стал популярен, вновь вошли в моду обои и везде вдруг появились изогнутые ножки! Такие возможности поразили меня».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Его деда это радовало меньше. Айзек Эпстайн до сих пор возглавлял основанное им дело, являясь в магазин в шесть часов утра. Айзек, у которого всё было намечено и расписано на полвека вперед, с явным неодобрением наблюдал за внуком, который дерзко развернул стулья на витрине спинками на ули­цу, утверждая, что это “более натурально”».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Чтобы Брайен поднабрал­ся опыта, отец решил отправить его на полгода учеником в дру­гую фирму, не имеющую к ним отношения».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Столкновения с дедом стали настолько частыми, что в 1952 году отец Брайена и его дядя Лесли решили, что будет лучше, если они на время уберут его подальше от взора Айзека Эпстайна».

Брайен: «Мой отец, не уверенный, что я постоянен в своём увлечении, но также обрадованный, что я наконец-то чем-то занялся, решил отдать меня учеником в мебельный магазин “Таймс” на Лорд-стрит в Ливерпуле».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Шесть месяцев Брайен провёл в ливерпульском мебель­ном магазине “Таймс” на Лорд-стрит, за те же 5 фунтов в неде­лю».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Шесть месяцев Брайен был учеником в конторе “Таймс Фурнишинг Компани” на Лорд-стрит. Отзывы о нём были бла­гоприятными».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «И здесь дела у него шли отлично».

Брайен: «Я работал там полгода, по-прежнему за 5 фунтов, но я начинал ощущать, что сто́ю гораздо большего. Я многому научился в деле оформлении витрин, и ещё больше узнал о людях и их желаниях. В качестве награды за работу, “Таймс” подарил мне карандаш и ручку “Паркер”. Эту ручку через некоторое время я одолжил Полу Маккартни подписать контракт со мной.

Конечно, мне часто не хватало денег, и когда я был на мели, то просил отца одолжить фунт-другой. Он всегда с пониманием отвечал на мои просьбы, но я ненавидел просить. Мне было очень неприятно это делать. До сих пор в душе остались воспоминания о том, как неприятно было говорить: “У меня немного туго с наличными. Не мог бы ты одолжить немного?” С почетом уволенный из “Таймс”, я вернулся в магазин на Уолтон-роуд, обогащенный новым опытом. Мне стало казаться, что я превращаюсь в достойного наследника стабильного, доходного бизнеса, который я начал любить».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Спустя шесть месяцев Брайен вернулся в магазин на Уолтон-роуд и взял на себя оформление всего магазина».

Брайен: «Всё это мне очень нравилось, особенно – придумывать что-то новое. Но и самой торговлей я занимался с удовольствием, видя, как люди приходят в хорошее настроение и доверяют мне. Было приятно наблюдать за тем, как насторожен­ность во взгляде покупателя тает и сменяется выражением радостного ожидания, оправдать которое предстоит именно мне».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Ему пришлось немало поспорить насчёт оформления витрин».

Брайен: «Все привыкли, чтобы витрины были битком набиты всякой всячиной. Я же предпочитал почти пустые – пусть там стоит, на­пример, один стул. Я просто бредил современной мебелью. Она только входила в моду и мне хотелось, чтобы все об этом узнали. “Если показать людям что-то красивое, – думал я, – они примут это”».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Со стороны его положение казалось завидным. Сын состоя­тельных родителей, обожаемый своей матерью и поощряемый отцом, который был рад видеть в нем такое усердие в бизнесе, Брайен был в 1952 году одним из самых заметных провинциальных холостяков. Значительные карманные деньги, дополнявшие его жалованье, позволяли ему одеваться настолько элегантно, насколько это возможно в восемнадцать лет. Его костюмы были от лучших ливерпульских портных; галстуки были шелковыми – за пол­фунта; он стригся в салоне братьев Хорн. Он принадлежал к кругу утончённых молодых людей, которые собирались в теннисных клубах и на вечеринках с коктейлями, в фешене­бельных ливерпульских заведениях, таких, как “Пальмовый зал” в отеле “Адельфи” и устричный бар “Баснетт”. В своем кругу Брайен был общителен, остроумен, щедр и обаятелен. Девушки находили привлекательными его волнистые волосы, вздернутый нос, нежный рот и большие приятные глаза, которые никогда не встречались взглядом с их глазами».

Брайен: «Я стал успокаиваться; оформление магазина становилось моим ответственным делом и в целом мои мать и отец были довольны своим Брайеном. Будущее казалось светлым, прочным и уверенным».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «В 1952 году карьера Брайена была прервана из-за срочной службы в армии».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «9 декабря 1952 года, в самый разгар отважных проектов Брайена, направленных на процветание фирмы “Айзек Эпстайн и Сыновья”, он был призван в армию. Если школа внушала Брайену ужас, то мысль об армии вызвала панику».

Брайен: «9 декабря 1952 года пришло письмо из мрачного, серого и безрадостного офиса на Парнал-Сквер, проездом с Реншоу-стрит в Ливерпуле, с указанием сказать самодовольному молодому сыну и наследнику, что он должен явиться на комиссию, чтобы установить его медицинскую пригодность для армии. Я был испуган и шокирован несмотря на то, что двухгодичная воинская повинность была в то время обычным делом, предсказуемой частью жизни любого юноши. Я думал, что это будет напрасно потерянным временем, но действительность оказалась неизмеримо гораздо хуже. Я был посредственным школьником, но в армии меня наверняка ожидала участь самого никудышного из всех солдат. Я прошёл медкомиссию, которая не была излишне придирчивой, и попросил направить меня в военно-воздушные силы, так как считал, что там мне будет легче».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Он попросился в военно-воздушные силы и был назначен клерком в службе связи вооруженных сил. Службу Брайен проходил в основном в Олдершоте».

Брайен: «По странной логике вооруженных сил я был направлен в армию в качестве клерка в Королевском корпусе. Основная подготовка была в Олдершоте, и если и есть во всей Европе место более угнетающее, чем это, то я не хотел бы ничего знать о нём. Это было как в тюрьме, убого и бессмысленно. Всё было холодным и враждебным, и я всё делал не так. Я поворачивался направо вместо налево, делал поворот кругом вместо команды вольно, а при команде “разойтись” падал».

Грэхем Уэбб (армейский сослуживец Брайена): «У меня был старый школьный друг в том же отряде, в котором служил и я. Обычно мы встречались по вечерам в столовой, потому что нам нельзя было выходить в течение трёх или четырёх месяцев, пока не закончится базовое обучение. Вы же знаете, как люди знакомятся между собой, и кто-то подошел и сказал: “Мы знаем некоторых из ребят Мерсисайда, Ливерпуль”, и они нас познакомили. Там были два парня из Саутпорта, и ещё один из Ливерпуля. Это был Брайен Эпстайн.

На Рождество мы все собрались вечером в столовой, и все разговоры были о том, какой довольно трудной задачей было прошагать в экипировке до станции Олдершот, чтобы сесть на поезд до Ватерлоо, и затем добраться до станции Эстон в Ливерпуле. Брайен Эпстайн, или “Эппи”, был парнем осмотрительным. Что-то у него в голове тикало, и он сказал: “Возможно, есть другой способ. Мы можем взять такси, лимузин, нанять автомобиль”. Мы посчитали, что это будет проблематично по деньгам, но он сказал: “Нет, мы можем организовать общак, скинуться деньгами и всё будет хорошо”. “Ну, это позволит нам облегчить усилия!”, – решили мы».

Брайен: «Я начал 1953 год в настроении стойкого пессимизма и не воодушевлялся видом того, как мои товарищи мужественно переносили свои лишения. Несколько выпускников средних школ, которые разделяли мое недовольство в первые несколько недель, были переведены для подготовки на офицеров, но естественно, – поскольку армия не всегда совершает ошибки, – я не был включен в этот список. Не могу представить ничего хуже для морального состояния армии, чем лейтенант Эпстайн, возглавляющий взвод солдат под интенсивным обстрелом».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Он более или менее справлялся со строевой подготовкой и почему-то даже подумал, что его могут выбрать для участия в параде, посвященном коронации. Шёл 1953 год. Само звучание слова “коронация” зачаровывало его, будоражило воображение, и Брайен подумал, что это должно быть интересно».

Брайен: «1953-й год был, конечно же, годом Коронации, и хотя я был дерьмовым солдатом, у меня было большое желание принять участие в параде, который должен был состояться в Лондоне. Я представлял парад как прекрасную сценическую постановку, но я не был достаточно хорош для него, поэтому покинул казарму и напился в стельку. В конце своего путешествия по пабам и клубам я остался с тремя с половиной пенсами в кармане и тяжелой го­ловной болью».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «В своём призыве Брайен оказался единственным выпуск­ником закрытой частной школы, не дослужившимся до офицер­ского звания. Но когда он, как всегда безукоризненно одетый, появлялся во время увольнительных в фешенебельных клубах Вест-Энда, его, конечно, принимали за офицера. После Олдершота ему “повезло” – он получил назначение в лон­донские казармы “Риджент-Парк” – предел мечтаний всех мо­лодых офицеров. Это стало возможным благодаря нескольким звонкам родителей влиятельным людям. В Лондоне жила сестра Куини – тётя Фрида. Брайен приезжал к ней на обед каждый понедельник, а по вторникам звонила Куини, чтобы получить подробный отчёт о его делах».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Его армейская жизнь смягчалась обилием карманных денег, присылаемых из дома и относительной свободой после шести часов вечера. Сестра матери – тётя Фрида, жила в Хэмпстеде, примерно в миле от его части; ему не составляло особого труда добираться и до Вест-Энда».

Брайен: «То, что я не был выбран для подготовки в офицеры, не останавливало меня от попыток выдавать себя за офицера, и однажды вечером это навлекло на меня крупные неприятности. Обманным путём я достал поручение о командировке в Риджент-Парк и стал наслаждаться гражданской жизнью в Вест-Энде, так как у меня было много родственников в Лондоне. В тот вечер меня привезли назад в часть в большой машине. Она мягко притормозила у ворот казармы. Я пошёл в часть, одетый довольно помпезно: котелок, костюм в тонкую полоску, зонтик через руку. Караул отсалютовал мне, начальник караула отдал честь, а два несчас­тных дезертира с гаупвахты, одетые в робу и с вёдрами в руках, повернули голо­вы в равнении направо. Близорукий служащий, который сидел за соседним столом, уставился на меня и сказал: “Доброй ночи, сэр”. Я прошёл мимо, ничего не ответив. Но дежурный офицер повёл себя иначе. Он вышел из-за угла неслышно, как кот, и рявкнул: “Рядовой Эпстайн. Завтра в десять часов утра вы явитесь в штаб. Вы обвиняетесь в выдаче себя за офицера”.

Несколько дней меня держали в казарме. Для меня это бы­ло худшим из наказаний, так как это лишало меня моего единственного утешения – свободы Лондона после шести вечера. За десять месяцев службы мои нервы были серьёзно расстроены. Я обратился к казарменному доктору, которого обеспокоило моё состояние. Он потратил несколько часов, обсуждая моё детство и мою жизнь в школе, а затем, как это часто бывает с врачами, ему понадобилось мнение другого специалиста. После долгого и бесплодного разговора о моих проблемах и необходимости “успокоиться” и “собраться с силами”, он отослал меня к психиатру. После психиатра последовали третий и четвёртый врачи и все они с замеча­тельным единством решили, что я неизлечимо штатский и совершенно не подхожу для военной службы. Армии не было толку от меня, а мне от неё, с чем я охотно согласился».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Консилиум психиатров постановил, что военная служба противопоказана рядовому Эпстайну. Врачи сошлись на том, что психика, эмоциональное и интеллектуальное состояние Брайена категорически несовместимы с военной службой. Спустя год он, отслужив в армии половину положенного срока, был комис­сован по состоянию здоровья. Как и положено в армии, ему дали самую положительную характеристику. В ней Эпстайна аттестовали как “воздержанного, надежного и заслуживающего полного доверия солдата”».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Обеспокоенная состоянием здоровья Брайена, Куини позвонила офицеру и потребовала объяснить, за что увольняют её сына. Офицер дал уклончивый ответ: “По психическим мотивам”. “А что с ним конкретно?” – допытывалась Куини. Офицер сочувственно понизил голос: “Эх, бедняга…”. Неприкрытые факты, подтверждающие, что Брайен гомосексуалист, потрясли Куини. Гарри же ещё сильнее привязался к младшему сыну Клайву, который успешно служил в армии. Куини заявила: “Отныне всё, что захочет Брайен, он получит”. Брайен рассказывал о проблеме, постигшей его в армии, бодро, чуть ли не намекая, что всё это он подстроил нарочно, но ни у кого не вызывало сомнений, что армия в значительной мере подорвала его душевное равновесие».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «В январе 1954 года он с радостью вернулся в Ливерпуль».

Брайен: «Менее чем через 12 месяцев службы в армии я был уволен на медицинских основаниях, хотя у меня есть военная характеристика, которая описывает меня как трезвомыслящего, надёжного и старательного солдата в той бла­госклонной и оторванной от жизни манере, которая отгораживает армию от реальности. После сдачи моей отвратительной формы я как заяц припустил на поезд до станции “Юстон” и прибыл в Ливерпуль, с желанием вернуться к своим родителям и Клайву, как младший сотрудник, желающий приступить к работе. Они прекрасно встретили меня, хотя и очень были обеспокоены увольнением и, к моему великому облегчению, я тут же почувствовал себя вновь домa в мебельном магазине на Уолтон-роуд».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Впечатления от армии вскоре стерлись в памяти, и Брайен Эпстайн снова стал элегантным и целеустремленным молодым ливерпульцем».

Бэзил Хаймен – двоюродный брат Брайена Эпстайна (на снимке крайний слева) и Брайен Эпстайн (крайний справа).

Брайен Эпстайн и Верити Ламберт.

Брайен Эпстайн и Верити Ламберт во время поездки в Торки в Кентскую пещеру, фото Бэзила Хаймена.

Мартин Льюис (автор публикации “Жизнь Брайена”, 1998 г.): «2 февраля 1955 года Брайен стал директором предприятия “Музыкальные ма­газины Севера” (“НЕМС”) – North End Music Stores (NEMS) Enterprises.

19 марта 1955 года Брайен Эпстайн был назначен директором “Эс-Е Гэдд Лимитед” – одной из двух компаний, контролирующих мебельный бизнес семьи Эпстайн».

16 апреля 1955 года состоялось торжественное открытие магазина “Мебель Кларендон”. Менеджером магазина был назначен Брайен Эпстайн. На снимке слева от Брайена его мать Куини, справа отец Гарри. На первом плане – Мюриэль Леви, участвующая в церемонии открытия. Мюриэль Леви была известной радиоведущей “Би-Би-Си” (одной из первых женщин на радиовещании в Ливерпуле), сценаристкой и колумнисткой газеты “Ливерпуль Эко”. В 1955 году её официально пригласили на открытие нового семейного магазина Эпстайнов в Хойлейке, пригороде Ливерпуля.

Летом 1955 года во время летнего отпуска Брайен Эпстайн посещает Венецию.

Венеция, фото Брайена Эпстайна.

Венеция, 1955 г.

Мартин Льюис (автор публикации “Жизнь Брайена”, 1998 г.): «31 августа 1955 года Брайен был назначен директором “А.Эпстайн и сыновья” – одного из двух мебельных предприятий семейного бизнеса».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Другой страстью Брайена Эпстайна, не потускневшей с детских пор, был театр. Два театральных столпа тогдашнего Ливерпуля – “Плейхаус” и “Королевский двор” – были окружены дюжиной маленьких, но процветающих балаганов. Позади “Королевского двора” находился настоящий закулисный район пабов и гос¬тиниц с барами, в которых звучал непривычный для Ливер¬пуля лондонский диалект. Брайен часто по¬сещал театры и окружавшие их бары, стремясь познакомиться с артистами».

Театр “Плейхаус” в 1950-х годах.

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Брайену всё чаще стало приходить в голову, что мир искусства, быть может, представляет для него больший интерес, чем торговля мебелью. Он познакомился со всем репертуаром ливерпульского театра “Плейхаус”, и всё больше времени проводил, играя в любительских спектаклях или общаясь в среде профессиональных актеров из “Плейхаус”».

Брайен: «По вечерам я искал убежища в прохладных и нежных сумерках передних рядов партера ливерпульского театра “Плейхаус”».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «Вскоре ему наскучила его работа, и он заинтересовался театром. Он посещал местный театр, смотрел постановки и сумел подружиться с ведущими актёрами: Хелен Линдсей и Брайеном Бедфордом».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Среди актёров, с которыми он дружил, был Брайен Бедфорд, тогда, ещё в начале своей карьеры, игравший в “Гамлете”, который шёл в ливерпульском “Плейхаусе”».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Особенно близко он подружился с актёрами театра Брайеном Бедфордом и Хелен Линдсей».

Брайен: «Вне сцены Бедфорд и несколько других молодых оптимистов сформирова­ли сообщество актёров и актрис, дизайнеров и писателей. Плюс обустроенный, флегматичный продавец мебели из Вултона по фамилии Эпстайн, который начал чувствовать себя старым».

Брайен Эпстайн с шестнадцатилетней Соней Селигсон в отеле “Джордж”, Натсфорд, Чешир. Брайен Эпстайн и Соня Селигсон встречались в течение двух лет. Их сблизила взаимная любовь к театру и литературе – они познакомились на любительских спектаклях, часто ходили вместе на ужины и спектакли. Брайан даже сделал ей предложение, но ничего официального не произошло. Они поддерживали связь до 1963 года, когда она в последний раз видела его в Ливерпуле.

Джоанна Данхэм (училась в Королевской академии драматического искусства с Брайеном Эпстайном): «Шестнадцатилетняя Соня Селигсон была одной из самых заметных еврейских девушек в Ливерпуле. Белокурые волосы, голубые глаза, экзотические шляпки, модная и несколько вызывающая манера одеваться. Она происходила из обеспеченной еврейской семьи, её отец, Франк Селигсон, был известным в городе ювелиром, а мать, Этель, пианисткой.

Брайен и Соня познакомились в лобби ливерпульского отеля “Аделфи”. Брайен сидел в противоположной части комнаты с несколькими друзьями, актёрами ливерпульского драматического театра, и их оживленная беседа привлекла внимание Сони. Через несколько дней Брайен позвонил ей домой. У них оказалось много общего, в том числе горячее увлечение театром, и пара договорилась встретится на Бело-голубом балу в том же отеле “Адельфи”. Через несколько дней Брайен пригласил её в ресторан. Так завязались их отношения».

Соня Селигсон: «У меня до того не было парня и когда я встретила Брайена, то была очарована им с первой минуты. У него были безупречные манеры, он умел сделать так, чтобы девушка чувствовала себя особенной, всегда открывал мне дверь, умел себя вести, замечательно одевался. Он проявлял огромный интерес и к моей одежде, всегда замечал, во что я одета, и всегда говорил, что я замечательно выгляжу».

Джоанна Данхэм: «На каждую встречу Брайен приходил с подарком. Это могла быть коробка конфет, цветы, альбом их общей любимицы Марлен Дитрих, который он подписал для Сони: “С любовью, Брайен”, либо коробочка духов Кристиан Диор. Молодой человек определенно умел красиво ухаживать за девушкой».

Соня Селигсон: «Иногда в кармане своего пальто я находила ужасные, саркастические записки. Некоторые были направлены против меня, другие против Брайена. Моя мать говорила, что нас просто хотят рассорить. Было очень мало людей, которые не любили Брайена Эпстайна, и происходила эта нелюбовь от зависти, обычной зависти к успешному человеку. Мне кажется, все в нашей еврейской ливерпульской общине гордились, что среди нас есть такой человек, как Брайен, поскольку и тогда, в 21 год, на его челе была печать гения.

Брайен был очень ревнив, всегда расспрашивал, что я делала в его отсутствие. Через некоторое время он познакомил меня со своими родителями. Однажды, во время вечеринки в доме их общего друга Мэлкольма Шифрина, Брайен выпил немного больше, чем обычно, и сделал мне предложение. Я была несказанно обрадована, но и в некотором замешательстве, по тому что он никогда не строил совместных планов, так сказать, на трезвую голову. На следующий день он позвонил и сказал, что подтверждает каждое слово, которое произнёс прошлым вечером, но торопиться со свадьбой ему бы не хотелось».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «В сентябре 1956 года Брайен отправился в Лондон, чтобы встретиться с другом, но, пробыв там всего один день, у него украли паспорт, свидетельство о рождении, чековую книжку, наручные часы и все деньги, которые у него были. Он не хотел, чтобы его родители узнали об этом, поэтому некоторое время проработал продавцом в универмаге, пока не заработал достаточно денег, чтобы купить билет в Ливерпуль.

Вернувшись домой он признался в своей гомосексуальности психиатру – другу семьи Эпстайнов, – который посоветовал Гарри Эпстайну как можно скорее покинуть Ливерпуль. Во время сеансов Эпстайн рассказал о своем желании стать акт`ром, поэтому родители разрешили ему поехать учиться в Лондон».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Бедфорду Брайен и сообщил однажды, что он ненавидит и работу в магазине, и Ливерпуль, и хочет стать актёром. Бедфорд посоветовал ему попробовать попасть на прослушивание в лондонскую Королев­скую академию драматического искусства. Как выяснилось, директор академии прежде руководил ливерпульским “Плейхаусом”».

Брайен: «Однажды вечером в баре “Баснетт” (чрезвычайно приятный паб, длинная и узкая мраморная стойка, за углом от “Плейхауса”) наша шайка выпивала после спектакля. Была суббота – последний вечер после трёх недель непрерывных спектаклей. Хелен Линдсей – прелестная актриса, хорошо известная теперь на телевидении, очень здорово отыграла свою непростую роль. Было много шума и хвалебных речей, все были очень довольны собой в этой обезоруживающе тщеславной манере говорить, присущей удачливым актёрам. Внезап­но я почувствовал себя угнетённым и произнес: “Думаю, я пойду домой, я что-то подустал”. Брайен [Бедфорд] заорал: “Чепуха. Это чудесный вечер. Мы только начали”. Я отве­тил: “Ты – может быть, все вы. А я – обречённый бизнесмен средних лет”. Хелен спросила: “Что же ты хочешь делать в жизни?”, и я ответил: “Я был бы не против стать актёром, но это слишком поздно”. Брайен отказался принять мою точку зрения и сказал: “Есть хороший шанс, что ты сможе­шь попасть в КАДИ (прим. – Королевская академия драматического искусства)”. Сам он уже достиг там успеха и вместе с Хелен подталкивал меня сходить на прослушивание. Для этого я должен был поехать в Лондон, чтобы втретиться там с режиссёром Джоном Ферналдом».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Друзьям казалось, что Брайен мог бы стать хорошим актёром. Театр увлекал его, он правильно всё чувствовал, наверняка не был лишен таланта. Почему бы ему не попробовать поступить в Королевскую академию драматического искусства? Они ему по­могут».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «Брайен решил попробовать поступить в Королевскую академию драматического искусства, и Хелен Линдсей помогала ему на прослушивании. К большому удивлению актёров, которые в глубине души не считали Брайена особо одарённым, его приняли».

Брайен: «Спустя несколько недель я приехал в Лондон и в академии встретил Ферналда – бывшего режиссёра ливерпульско­го театра “Плейхаус”. Я прочитал режиссёру Джону Ферналду два отрывка: один из сборника Элиота “Сцены из клерикальной жизни” и дру­гой – из “Макбет”. Я считал, что они не слишком хорошо были исполнены, но Ферналд, прият­ный и способный человек, сказал: “Это было совсем не плохо. Не хотели бы вы, предполагая, что вы подходите, начать в следующем семестре?” Бог знает почему, но меня приняли, даже не дослушав до конца. Быть может, сыграло свою роль то, что я не нуждался в стипендии.

Я очень хотел в академию, поэтому я вновь оставил свои столы и стулья и направился на юг. Мои родители, которые были вынуждены принять увольнение из армии, были не рады моему новому перерыву в карьере. Они считали, что актерство всего лишь чуть-чуть лучше, чем мои мальчишеские мечты о дизайне одежды. Это было нестабильным и, как и дизайн одежды, немужским занятием; здесь не было больших денег. И кто возьмет на себя семейный бизнес? Но их трогательная забота о моём личном счастье позво­лила мне попытать счастье стать актёром».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Осенью 1956 года Брайен Эпстайн поступил на двухлетний курс в Королевскую академию драматического искусства в Лондоне».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Совершенно естественно, что отец Брайена не пришёл в восторг от случившегося. В его списке самых идиотских и не­мужских занятий актёрство уступало первенство только профес­сии модельера. Тем не менее факт оставался фактом: его двад­цатидвухлетний сын и наследник вновь прервал свою карьеру. На этот раз, в отличие от армии, по собственному желанию. И, быть может, навсегда».

Куини Эпстайн (мать Брайена Эпстайна): «Он решил стать студентом и даже не захотел взять машину. Мы подарили её, когда ему исполнился двадцать один год. Прелестный ма­ленький кремово-каштановый “Хиллман Калифорниэн”».

Фото Брайена Эпстайна сделано двоюродным братом Бэзилом Хайменом.

Джоанна Данхэм: «Кризис в отношениях Брайена Эпстайна с Соней Селигсон наступил перед его отьездом в Королевскую академию драматического искусства. Брайен приехал к Соне и объявил, что у их отношений нет будущего, и они должны прекратить встречаться. Соня в слезах ответила, что, видимо, у него появилась другая женщина. Брайен рассказал ей всю правду – в действительности у него появился другой мужчина. Он рассказал ей о себе и встреча закончилась обоюдными безудержными рыданиями. Ничего подобного Соня не могла даже предположить».

Соня Селигсон: «В те времена добрачные интимные отношения совершенно исключались, но в пределах того, что считалось допустимым, Брайен был очень страстным мужчиной. Это было счастливейшим временем моей жизни, когда я была с Брайеном. Мне кажется, он никогда и не покидал меня. Это очень странно, но я ощущаю его присутствие все время».

Тони Бэрроу (пресс-агент “Битлз” с 1963 года): «Во время своего 22-го дня рождения [19 сентября] в сентябре 1956 года Брайен начал курс обучения в самой известной в Британии драматической школе – Королевской академии драматического искусства».

Из дневника Брайена Эпстайна: «28 сентября 1956 года. 19 сентября прошёл прослушивание в театральную школу».

Брайен: «Вот так в двадцать два года, будучи уже обеспеченным и довольно успешным бизнесменом, я вновь подчинил себя дисциплине общественной жизни. Я стал студен­том в Королевской академии драматического искусства и грезил о вели­кой славе и судьбе звезды».

Джон Ферналд (директор Королевской академии драматического искусства): «Он не обладал импозантным талантом, но был из тех, кто нравится. Ему очень хорошо удава­лись вторые мужские роли – к примеру, лучшего друга, которому главный герой всегда может довериться».

Брайен: «В то время академия выпускала молодых актёров, которые сформировали новую волну в британском театре. О’Тул, Финни, Сюзанна Йорк и Джоанна Данхэм. Джоанна была в моём классе и она была одним из немногих лю­дей в КАДИ, которая сделала жизнь терпимой, так как через несколько недель я начал ненавидеть и это место, и остальных студентов. Вновь я был близок к разочарованию».

Джоанна Данхэм: «Брайен казался старше всех нас, хотя ему шёл всего двадцать первый год. Ещё он пил. В академии это считалось самым последним делом – хотя курили все. Брайен иногда говорил, как какой-нибудь солидный мужчина: “Мне нужно чего-нибудь выпить”. Я никогда не думала, что в нём есть особенный актёрский талант. Хотя однажды он произвел на меня впечатление. Мы вместе репетировали для просмотра у Ферналда – сцену из “Чайки”. Мы выбрали сцену между Константином и его матерью, где Константин, вначале обожаю­щий свою мать, затем приходит в ужасную ярость и срывает повязку со своей головы. Слова, очевидно, имели какой-то особый смысл для Брайена. Когда он начал играть свою роль, я почувствовала, что он теряет над собой контроль. Когда он сорвал повязку с головы, я по-настоящему испугалась. С ним чуть не случился нервный припадок прямо на сцене.

Однажды я чувствовала, что он всерьёз хочет со мной близости и пытается это высказать. Он был очень пьян и гро­зился увезти меня к себе домой, но я просто сбежала».

Джоанна Данхэм: «Во время нашей страстной дружбы с Брайеном мы держались за руки, целовались и за более чем год наших романтических отношений мне никогда не приходила в голову мысль, что он мог быть гомосексуалистом».

Брайен: «По-моему я учился успешно. В меня очень верил Джон Ферналд, но постепенно актёры и их образ жизни начали вызывать во мне отвращение. Когда-то я возненавидел школьный уклад жизни и вот неожиданно через семь лет я снова оказался в похожей атмо­сфере “общественной жизни”. Мне была не по душе и эта обстановка, и эти люди. У меня стали появляться мысли, что я появился здесь слишком поздно. Может быть и в самом деле моё призвание – это биз­нес?

Актёр не интересуется кем-то ещё. Он ищет друж­бы тех, кто преуспел в бизнесе или из кого можно извлечь выгоду. Его страшат неудачи и он никогда не будет связываться с неудачником, чтобы, не дай бог, не пострадала его репутация. Исключения есть, но их мало. Думаю, моё разочарование в актёрской профессии стало окончательным после того как я провёл полмесяца в Стратфорде с актёрами из Королевского театра Шекспира. Думаю, нигде больше нет столько фальши и лицемерия во взаимоотношениях, как там».

Письмо Брайена Эпстайна младшему брату Клайву. Брайен написал это письмо, когда учился в Королевской академии драматического искусства: «Дорогой Клайв. Просто короткая записка с извинением за то, что не написал ранее и чтобы ты знал, что я успокоился. Мне жаль, что ты решил, что я поступил неправильно, но я хочу, чтобы ты понял, что я пожертвую своими собственными амбициями и вернусь завтра, если буду знать, как это обрадует М и П (маму и папу), чтобы я был в бизнесе, и если бы я знал о решении папы успешно работать со мною вместе. Но, по-видимому, ничего не выйдет. Как бы то ни было, я надеюсь, что, в конце концов, им будет так лучше. На самом деле (вполне возможно, как и следовало ожидать) мне здесь очень нравится и моя студенческая жизнь довольно интересна, и, честно говоря, я редко замечаю отсутствие прежних удобств. Когда ты приедешь в Лондон? Надеюсь, у тебя всё хорошо. Брайен».

Марк Льюисон (автор книги “Все эти годы: Настройся”): «В конце апреля 1957 года, когда Эпстайн был студентом Королевской академии драматического искусства, он был арестован за то, что приставал к полицейскому в штатском с целью секса возле станции метро “Свисс Коттейдж”. В то время в Великобритании гомосексуализм был запрещен. На следующий день он предстал перед судом Мэрилебона, но не признал себя виновным. Он был приговорен к двум годам условно».

Из дневника Брайена Эпстайна: «21 мая 1957 года. Суд, Боу-Стр. 2г. Условное освобождение на поруки с лечением, и я был пьян в ночь…» (прим. – относится к приговору Эпстайну после ареста за приставание 24 апреля)».

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна, автор книги “Любовь, которую ты отдаешь”): «Брайен проучился в Академии три семестра и мог бы остаться на четвёртый, если бы не попал в затруднительное положение. Его застал в парке полицейский и, проследовав за ним в общественный туалет, арестовал за “приставание”. Когда Брайен позвонил Куини и сообщил об этом, она твердо решила, что подобный ужас никогда их не коснется. [Семейный адвокат] Рекс Мейкин немедленно выехал в Лондон, тихо уладил дело и отправил Брайена домой».

Брайен: «По окончании третьего семестра в КАДИ я вернулся домой на каник­улы, вынашивая тайное решение никогда больше не покидать дом, давя в себе ощущение неполноценности, которое было почти всеохватным. Что же, во­прошал я, совсем нет такой работы, на которой бы я оставался больше года? Каникулы завершились, я должен был начать свой четвёртый семестр. Мои родители повели меня на прощальный обед в отель “Адельфи” в Ливерпуле и спросили: “Ты уверен, что хочешь вернуть­ся?”. “Не хочу, – ответил я. – Я хочу остаться здесь. Я бы хотел вернуться в бизнес, если можно”».

Письмо Брайена Эпстайна семейному адвокату Рексу Мейкину с поздравлениями о его помолвке: «59 Нортвейс Лондон Н.В.3 9/6/57. Мой дорогой Рекс. Мне трудно выразить, насколько я был глубоко тронут, когда получил известие о твоей помолвке. В то же время, я хотел бы, чтобы ты знал о том, что я очень этому рад и желаю тебе и Ширли всех благ. Знаю, что твоя честность и умение находить направление и цель проведут по долгому пути к твоему успеху. Немногие из людей по отношению ко мне смогли быть такими добрыми и понимающими, как ты, и я надеюсь, что всегда смогу ценить твою дружбу. Мазаль тов (прим. – буквально с иврита и идиша – “хорошее везение”, фраза, которая используется для поздравления в честь какого-либо события в жизни человека), мои поздравления и удачи вам обоим. Брайен. Думаю, что Ширли очень повезло!».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Отец задумал открыть в Ливерпуле новое отделение торговогo дома, на этот раз в центре города, на улице Грейт-Шарлотт-стрит. Он рассчитывал на участие в деле Брайена. Клайв, младший сын, уже работал в фирме».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Покинув Королевскую академию драматического искусства, Брайен Эпстайн вернулся в Ливерпуль, где его отец назначил сына заведующим отделом звукозаписи в недавно открытом семейном музыкальном магазине “Музыкальные ма­газины Севера” на Грейт-Шарлотт-стрит. Чтобы добиться успеха Эпстайн работал в магазине “день и ночь”, и он стал одним из крупнейших музыкальных магазинов розничной торговли в Северной Англии».

Брайен: «Когда я покинул КАДИ, то был готов с головой броситься в семейный бизнес и способствовать его процветанию. Шёл 1957-й год, мне было 23 и я был полон решимости преуспеть ради себя и своих родителей».

Открытие магазина на Шарлотт-стрит.

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Брайен упорно работал во благо семейного бизнеса с каким-то всё усиливавшимся наслаждением. Пристройка к магазину “Музыкальные магазины Севера” вскоре расширила ассортимент товаров от пианино и радиоприемников до электропроигрывателей. Гарри Эпстайн поручил Брайену организовать и руководить отделом грампластинок».

Рэй Коулман (журналист “Мелоди Мейкер”, автор книги “Человек, создавший ‘Битлз’”): «Отец Брайена решил расширить ассортимент товаров своего магазина, включив в него пластинки, поставив Брайена управляющим».

Брайен: «В магазине был маленький отдел пластинок, в открытии которого я принял участие, и хотя я не был меломаном, меня всегда интересовала хорошая музыка. Особенно мне нравились записи классической музыки».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Как раз тогда заметно усилился его интерес к грампластинкам. Брайен всегда любил музыку, в особенности классическую, но и поп-музыка доставляла ему удовольствие. В то время больше всех ему нравился Эдмундо Рос».

Брайен: «Мой брат Клайв тоже присоединился к делу и отец надеялся получить большие доходы. Мы открыли новый магазин в Ливерпуле – наш первый в городе центр, и хотя в магазине на Уолтон-роуд была секция грампластинок, которой я управлял, новый магазин на Шарлотт-Стрит был куда более обещающим. Там была довольно большой отдел грампластинок, я был назначен управляющим, у меня был один помощник, и мы начали преуспевать. На открытии магазина присутствовала Энн Шелтон. Начало было впечатляющим».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «На грандиозном открытии Брайен организовал выступление Энн Шелтон – звезды эстрады. За дело Брайен взялся с неожиданным воодушевлением. В связи с изобретением новых типов проигрывателей, совершенствованием процесса звукозаписи, индустрия грамзаписи стремительно развивалась. Неожиданный ажиотаж вокруг бит-музыки создал огромную аудиторию покупателей-подростков. В первый же день выручка за пластинки составила 20 фунтов. В магазине на Уолтон-роуд даже в лучшие времена такой отдел давал прибыли не больше 70 фунтов в неделю».

Брайен: «На Уолтон-роуд нам удавалось зарабатывать на пластинках 70 фунтов за неделю, но на Шарлотт-Стрит в первое же утро мы заработали 20 фунтов. Рождество, которое последовало за открытием магазина, стало известным в пластиночном мире как год “Мальчика Мэри” (Mary’s Boy Child)». Это был большой хит и мы были одним из немногих магазинов, где эта пластинка всегда была в наличии».

Алистер Тейлор (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Он чуял хиты за тысячу миль. У этого парня было чутьё на хиты, хотя он и не любил поп-музыку. Но он чуял хиты за тысячу миль».

Брайен: «Но это было только начало нашей хорошей репутации, так как я хотел стать известным в качестве продавца пластинок, у которого есть всё, что желает покупатель – хиты, малоизвестные песни, пластинки для специалистов – весь набор».

Филипп Норман (автор книги “Кричите! Правдивая история ‘Битлз’”): «Успех, которого он добился на этом поприще, отражал его страсть к классической музыке, а также к вновь основанному предприятию. Ещё в школе у него была внушительная коллекция пластинок, помещавшаяся в шкафу, изготовленном специально для него на фабрике деда и бабки Хайманов в Шеффилде. Вместе со школьным товарищем Мэлкольмом Шифрином он был страстным поклонником ливерпульского филармонического оркестра».

Мэлкольм Шифрин (друг детства Брайена Эпстайна): «Познания Брайена в области музыки уже тогда были очень впечатляющими. Такими же познаниями он обладал и в родственном виде искусства – балете. Он всегда общался с “музыкальными людьми” – Джон Причард – дирижер “филармоники”, был его другом. Мы дважды ездили на Эдинбургский фестиваль, и Брайен всегда знакомил меня там с разными людьми, связанными с музыкой. Но у меня всегда было такое чувство, что он одинок».

Брайен: «К тому времени у меня был свой автомобиль. Я зарабатывал гораздо больше, чем пять фунтов. В магазине появился хороший отдел пластинок. Я считал, что прекрасно устроился».

Ливерпуль, Шарлотт-стрит, 1955 год.

Марк Льюисон (автор книги “Все эти годы: Настройся”): «В мае 1958 года, когда Брайен всё ещё отбывал испытательный срок, в Ливерпуле на него напал “случайный сексуальный партнёр” и начал вымогать деньги за молчание. Эпстайн сообщил об этом в полицию, что вынудило его дать показания в суде и рассказать своей семье о своей сексуальной ориентации. Суд запретил прессе раскрывать личность Эпстайна во время судебного процесса. Нападавший на него был приговорен к двум годам тюремного заключения, а Эпстайну не было предъявлено никаких обвинений».

Рисунок Эндрю Робинсона из книги “Пятый Битл” Вивека Дж. Тивари.

Питер Браун: «Нас познакомили на дне рождения общего знакомого, куда Клайв и Брайен прибыли в черных смокингах после обеда в “Адельфи” по случаю двадцатипятилетия свадьбы родителей (прим. – бракосочетание Куини Хайман и Гарри Эпстайна состоялось 6 сентября 1933 года). Несмотря на его апломб, я сразу почувствовал, что если соскрести поверхностный слой, внутри окажется очень несчастный человек. Как только Брайен узнал, что я работаю заведующим в отделе грампластинок у Льюиса (прим. – универмаг Льюиса), то стал настойчиво уговаривать меня перейти на работу к нему. Почти каждый день он заходил ко мне, пристально изучая мою технику ведения торговли. Наконец он предложил мне более высокое жалованье плюс довольно приличные комиссионные».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «У Льюиса Питер зарабатывал 12 фунтов в неделю, Брайен же предложил ему 16 фунтов плюс комиссионные».

Питер Браун: «Мои родители, люди среднего достатка, сказали, что мой переход на работу к Эпстайнам – отчаянный шаг. Пройдя воинскую службу в Королевских военно-воздушных силах и получив профессию управляющего по программе Льюисов, я, казалось, обеспечил себе прочное будущее, а теперь бросал стабильную работу, чтобы вкалывать на мелких еврейских торгашей. Меня привели к Куини и Гарри. Гарри отнёсся ко мне весьма прохладно и пришлось приврать ему относительно моего возраста, поскольку он считал, что 22 года – неподходящий возраст для управляющего магазином. А с Куини мы друг другу сразу понравились. Она была величественна, но приветлива – специфическое сочетание еврейской мамы и богатой англичанки, и ей понравились мои хорошие манеры, а особенно то, что она по ошибке приняла за вест-эндский акцент, приписав это моему детству в Бэбингтоне».

“Музыкальные ма­газины Севера”, 1958 год.

Питер Браун: «Начав работать я быстро понял всё, что касалось системы заказов, вве­дённой Брайеном. В шесть часов магазин закрывался и мы начинали заниматься заказами. На это уходило от сорока минут до двух часов. Хотя я и значился заведующим, но руководил всем он – босс, и мне было довольно трудно. Между нами не прекращались ссоры. Мы продолжали оставаться приятелями, но как в бизнесмене он, думаю, во мне разочаровался. Ему нравилось рассы­лать письменные указания своим служащим, хотя нас было раз, два – и обчёлся. Его системный каталог – это верх совершенства. Мы практически не могли прозевать ни одной пластинки, пользующейся спросом. Представители фирмы “И-Эм-Ай” говори­ли нам, что на Севере ни в одном магазине нет такого широкого ассортимента пластинок, как у нас».

Брайен: «В 1959 году мы открыли ещё один магазин, на этот раз в сердце торгового центра Ливерпуля».

Боб Спиц (автор книги “Биография Битлз”): «Эпстайны открыли второй магазин на Уайтчепел, 12-14, и Брайен был назначен управляющим».

Брайен: «На открытии присутствовал Энтони Ньюли, в то время очень попу­лярный киноактёр и популярный певец, который, все это знали, будет настоящей звездой».

Спенсер Ли (радиоведущий “Би-Би-Си”, автор книги “‘Пещера’ – самый известный клуб в мире”): «Энтони Ньюли тогда был номер один».

Брайен: «Я не был знаком с ним до этого, и, хотя я всё ещё стеснялся звёзд и старался не быть занудой в их присутствии, я убедил представителя “Декки” познакомить нас. Ньюли был очень дружелюбным, застенчивым молодым человеком, очень скромным и легко сходящимся с людьми, и мы поладили. Он согласил­ся присутствовать на открытии магазина и провести день со мной и моей семьей, просто отдыхая без каких-либо обязанностей. Помню, я подумал, что именно так дол­жны себя вести настоящие звёзды.

Уличное движение в день открытия в Уайтчепел было остановлено. Центральный Ливерпуль прежде не был свидетелем таких сцен, за исключением победы футбольной команды в финале чемпионата. В итоге, в тот день улица была перекрыта, и Ньюли смог открыть магазин.

В магазине я установил несложную систему, которая показывала, когда запас пластинок требовал обновления. Это означало, что мы никогда не будем иметь недостатка в любой пластинке. Я никому не отказывал: “Извините. У нас этого нет”. Если, к примеру, клиент заказывал “Рождение младенца” (The Birth of Baby) на долгоиграющей пластинке, я заказывал не одну, а две с запасом, потому что полагал, что один зап­рос свидетельствует о некотором спросе, а два или три запро­са предполагают потенциально больший масштаб. Несколько лет спустя этой политике суждено было радикально изменить мою жизнь.

Я бывал во многих магазинах, торгующих пластинками – это же полный идиотизм! Стоит пластинке приобрести популярность, как она тотчас исчезает с прилавка – её нет. Я же хотел добиться того, чтобы у меня всегда были любые пластинки, даже самые неожиданные. Я просто утраивал количество пласти­нок, которые покупал один человек. Расчет был простой: если хоть один человек захотел эту пластинку, значит, найдутся и другие – это точно».

Хантер Дэвис (автор книги “Авторизованная биография ‘Битлз’”): «Если случалось, что пластинки не было, клиенту предлага­ли оставить заказ. Каждый мог быть совершенно уверен, что его желание будет выполнено. Брайен придумал простой, но ве­ликолепный способ, благодаря которому в любой момент можно было узнать, распродана ли та или иная пластинка. Спо­соб состоял в том, что края каждой папки, наполненной несколь­кими экземплярами пластинки, были соединены натянутой бе­чевкой. Если бечёвка ослабевала, значит, именно в эту папку пластинки надо добавить. Несколько проверок в течение дня позволяли или немедленно пополнить запас пластинок, или сделать новый заказ. Кроме того, он составил собственный список из двад­цати самых популярных пластинок, проданных в магазине. Этот реестр тоже проверялся дважды за день. Тем самым Брайен одновременно делал рекламу, а также стимулировал и изучал покупа­тельский спрос».

Брайен: «Оборот в магазине повышался и персонал медленно увеличивался по два-три человека, так что в итоге их стало 30, все очень прилежно работа­ющие. Я составлял список бестселлеров, который проверял два раза в день, и, в связи с этим, расширил отдел поп-музыки, перенеся пластинки с классической музыкой на верхний этаж. Я ввёл непозволительно долгий рабочий день с восьми утра до позднего вечера, а по воскресеньям, бывало, я заходил в магазин отдать распоряжения».

Куини Эпстайн: «В жизни не видела, чтобы кто-нибудь так много работал. Казалось, впервые в жизни он нашёл заня­тие, которое полностью его удовлетворяло».

Брайен: «Я работал как лошадь. Кажется, так тяжело трудиться мне не приходилось ни до, ни после этого. Каждый день я начинал работу в восемь часов утра и заканчивал дела глубокой ночью. Все воскресенья я проводил в магазине – со­ставлял список заказов».