1 января 1945 г.
Джордж: «Дом 12 по улице Арнольд-Гроув стоял в небольшом тупичке, где дома шли непрерывным рядом, а за маленькими двориками позади шла узкая аллея для прохода. Моя бабушка, мамина мама, жила на Альберт-Гроув, рядом с Арнольд-Гроув, и в детстве я мог выйти из задней двери нашего дома и переулками (в Ливерпуле их называют задворками) дойти до её дома. Я бывал у бабушки, когда мама с отцом уходили на работу.
Улица Арнольд-Гроув немного похожа на Коронейшн-Стрит, но я уже не помню никого из соседей. Она находилась за отелем “Ягнёнок” в Уэвертри. Здесь же располагалось большое здание кинотеатра “Эбби” в стиле арт-деко, и Пиктонская башня с часами. А упиралась эта мощенная булыжником улица в бойню, где забивали лошадей.
Наш дом был очень маленьким. Две комнаты наверху и две внизу. Дверь дома выходит прямо на улицу; с улицы попадаешь в гостиную, за ней ещё одна комната и лестница наверх, а наверху две спальни. Гостиной никогда не пользовались: здесь был роскошный линолеум, гарнитур из трёх предметов, а царил там промозглый холод, сюда никто не заходил. Мы все ютились в кухне, где горел огонь, а на маленькой железной плите стоял чайник».
Гарри Харрисон (брат Джорджа): «Две комнаты наверху, и две внизу. Обогревались углём. Электричества не было. Маленький дворик за домом. Туалет там же, во дворе. В доме было очень холодно».
Сева Новгородцев (радиоведущий музыкальной программы “Би-Би-Си”): «В те годы в Британии о центральном отоплении почти не слыхали, а в войну и после войны с топливом было плохо».
Джордж: «Холодно? Да, тогда было холодно, очень холодно. У нас был только один камин в одной из комнат. Зимой на окнах нарастал лёд, и перед тем, как ложиться спать, нужно было нагревать постель грелкой, и в течение часа двигать её под одеялом, а потом мгновенно раздеться и прыгать в кровать, и лежать, не двигаясь.
Большая часть сада была вымощена (кроме одного угла, где располагалась клумба шириной в фут), в дальнем углу стояла уборная, а одно время и курятник, где мы держали петушков. На стене, обращённой в сад, висела цинковая лохань, которую мы вносили в дом и наполняли горячей водой из кастрюль и чайников. Так мы мылись. Ванной у нас не было – никаких джакузи. Одно из моих ранних воспоминаний – как я сижу на горшке на верхней площадке лестницы и кричу: “Всё!”».
Луиза (сестра Джорджа): «Несмотря на то, что денег всегда не хватало, мама нам постоянно внушала, что мы не простые крестьяне, что мы родились в образованной семье и обладаем в жизни великим потенциалом. Она научила нас мыслить, быть вдумчивыми, добрыми и не считать себя выше других. Нас учили быть смелыми, но не лезть на рожон. И мы заботились друг о друге. Если у нас было всего одно яблоко, каждый получал по кусочку».
Джордж: «У меня было счастливое детство, вокруг было много родственников – родных и близких по духу.
Я не очень хорошо помню музыку, не знаю, играл ли кто-нибудь (исполнял) музыку на вечеринках вообще. Вероятно, включали радио. В доме всегда звучала музыка, иногда довольно необычная для того времени. Луизе нравилось слушать индийскую классическую музыку каждое воскресное утро на радио “Би-Би-Си”. Заманчиво думать, что её ещё не родившийся четвёртый ребенок впитывал всё это ещё в утробе матери.
У моего старшего брата, Гарри, был маленький портативный проигрыватель, на котором проигрывали пластинки на 45 и 33 оборотов. На него можно было ставить десять пластинок, хотя у него было всего три. Он аккуратно хранил их в конвертах; одна из них была Гленна Миллера. Когда его не было дома, всё всегда хранилось должным образом; провода, шнуры и разъёмы были смотаны, и никто не должен был ими пользоваться. Но как только он уходил, мы с моим братом Питом их подключали.
Мы слушали на нём всё что придётся. Отец купил заводной граммофон в Нью-Йорке, когда был моряком, и привёз его из плавания. Он был деревянный, у него открывались дверцы; за верхними дверцами был динамик, а в нижнем хранились пластинки. А ещё там были иглы в маленьких жестяных коробочках. Он также привез из Америки несколько пластинок, в том числе пластинку Джимми Роджерса “Поющий кондуктор” (The Singing Brakeman)».