Архив рубрики: История

Пол Маккартни приобретает скакуна по имени Дрейкс Драм

5 июля 1964 г.

 

Бэрри Майлз: «В этот день Пол Маккартни приобрел за 1050 фунтов-стерлингов скакуна по имени Дрейкс Драм (Drake’s Drum) в подарок своему отцу. Пол подарит его 6 июля».

 

(условная дата)

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Когда Брайен Эпстайн подписал с «Битлз» контракт, он выбрал жёсткую линию поведения с Джоном, требуя от того более приемлемого поведения, по крайней мере перед посторонними. Это сделало более редкими, хотя и не искоренило полностью, гримасничанье и нелепые телодвижения Джона за спинами людей. Но тот факт, что Джон в значительной степени подчинился и обуздал свои самые худшие кривляния на публике, показывал, какое большое уважение он питал к Эпстайну в качестве менеджера, во всяком случае в ранние дни. Это уважение не мешало ему избивать Эпстайна словесно, а время от времени нападать на этого человека и физически безо всякой причины. Как-то у меня была встреча с Эпстайном в его офисе, когда неожиданно зашёл Джон. Лучезарно и широко улыбаясь, он подошёл ко мне и пожал мне руку, что было для него необычно. Затем он направился к Эпстайну и выглядел так, словно он собирается повторить эту процедуру формального рукопожатия. Брайен улыбнулся и с готовностью протянул свою руку, но в последний момент рука Джона резко нырнула вниз, и он схватил Эпстайна за пах и сильно сжал его. Эпстайн невольно задохнулся от боли, а мои глаза увлажнились от сострадания. Всё ещё широко ухмыляясь и не ослабляя хватки, Джон сказал просто: «Опа!»

Я был потрясён этим позорным спектаклем и почувствовал отвращение. Это произошло в 1964 году, в момент, когда Джон и остальные битлы, казалось, по-прежнему питали огромное уважение к Эпстайну – слишком большое, как считал я, чтобы поступить по отношению к нему подобным образом, особенно в присутствии третьего лица. Моим первым побуждением было бежать и рассказать всем моим коллегам, что сделал Джон. Но я осознал, что лишь добавлю Брайену неудобств, если всё обернётся тем, что большинство из штата его служащих станут хихикать над этим случаем за его спиной, чего он, по моему мнению, не заслуживал. Впоследствии, я задавался вопросом, зачем Джон сделал это, и решил, что это было сделано специально, чтобы унизить Эпстайна на глазах у меня, одного из его служащих. Не думаю, что если бы меня не оказалось в той комнате, он поступил бы так. Джон находил глубокое удовлетворение, причиняя людям боль, как физическую, так и душевную, а в этом случае он достиг обеих целей, а в придачу смутил и меня, как единственного свидетеля этого садистского акта».

 

 

 

Ринго и Морин посещают Литтлхемптон

4 июля 1964 г.

 

Бэрри Майлз: «В июле Пол купил отцу дом с пятью спальнями под названием «Рембрандт». Дом располагался в Виррале, в 15 милях от Ливерпуля. Майкл, брат Пола, переезжает к отцу».

 

 

 

4 июля Ринго с Морин решили выбраться из Лондона и посетили Литтлхемптон, где они пообедали в Каирском клубе на Суррей-Стрит и прокатились на лодке по реке Арун до Амберли.

 

Патти Бойд: «Девушка Ринго, Морин Кокс, также была из Ливерпуля. Она была фанаткой, чья мечта воплотилась в реальность. Она начала в качестве одной из сотен девушек-подростков, которые день за днём стояли в очереди в «Пещеру», чтобы оказаться поближе к переднему краю сцены, в месте, где битлов было лучше всего видно, и в надежде, что они смогут поймать взгляд одного из них. У каждой фанатки был любимчик, и её любимчиком был Ринго. Она не считала себя фанатичной – она говорила, что стояла в очереди лишь по два-три часа, тогда как некоторые девушки находились там целыми днями – но она на самом деле как-то побежала по улице за Ринго, чтобы получить его автограф, когда она заметила, как он вылезает из своей машины. Ей было семнадцать, она только что окончила школу и училась на парикмахершу. Затем, в один день, она ею стала. Опять же [как и с Синтией], у неё было мало общего со мной, но она была весёлой, дружелюбной и менее напряжённой, чем Синтия. Мы ладили, но я чувствовала, что между жёнами и подругами определённо было разделение на северных и южных. И у меня сложилось вполне определённое впечатление, что девушки с севера считали, что у них более веские права на этих мальчиков».

 

Кэт Мур: «Я встретилась с Ринго в июле 1964 года, когда мне было всего 8 лет. Это была такая невероятная неожиданность, что я не могла поверить своим глазам. Помню, что мы с папой плыли на лодке, когда он сказал мне, что Ринго был в городе. Я решила, что он шутит или дурачится. Но когда я посмотрела по сторонам, то увидела его. Я подошла к нему и попросила автограф. Я была робкой и застенчивой. Но он был очень любезен и благожелателен. Когда я просила у него автограф, то нас сфотографировали, и снимок был опубликован в газете».

 

 

 

Ринго Старр подписывает автограф Кэт Мур.

 

 

 

Литтлхемптон в 1960-х.

 

 

 

 

 

 

Вторая фотосессия с Джоном Лонуа

3 июля 1964 г.

 

Бэрри Майлз: «Бывший барабанщик «Битлз» Пит Бест выпустил свой сингл с песней «Я собираюсь постучать к тебе в дверь» (I’m Gonna Knock On Your Door)».

 

Алан Клейсон (автор книги «Великая четверка»): «В 1964 году у Тони Шеридана произошла драка с Питом Бестом в аллее Св. Павла, где Шери­дан устроил банкет для представителей прессы, тщетно пытаясь раскрутить свой новый альбом».

 

 

 

Официальное письмо Ассоциации австралийских журналистов с жалобой на действия полиции.

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «3 июля Ассоциация австралийских журналистов официально пожаловалась на действия полиции во время прибытия «Битлз» в аэропорт Брисбена. После расследования, которое будет продолжаться до октября 1964 года, комиссар полиции Брисбена Фрэнк Бишоф написал доклад министру, в котором описал события так, как это видит полиция со своей стороны: «В аэропорту выяснилось, что из-за давления плотной толпы, ограждение может рухнуть. Если бы это произошло, то людям в толпе могли быть причинены серьезные травмы. Естественно, что фотографы из прессы стремились сфотографировать происходящее, и на самом деле я считаю, что некоторые из них … некоторые фотографы, убеждали людей в толпе «наклониться вперед для фотоснимка». Эта было опасно и совершенно правомочно остановлено ​​полицией».

Переписка между полицией, правительством и Ассоциацией австралийских журналистов будет продолжалась до декабря.

После этого события Бишоф написал, что «никакой реальной проблемы не было в сдерживании толпы на протяжении всего времени пребывания этих артистов. Полиция всегда была на дежурстве. Толпа во все времена была добродушной, и, хотя временами она демонстрировала бешеную истерию, тем временем, была легко управляема и восприимчива к выполнению инструкций».

 

 

 

В этот день на маленькой улочке Лиолл Мьюс американский фотожурналист Джон Лонуа (John Launois) продолжил фотосессию, которая была прервана 3 июня 1964 года в связи с болезнью Ринго Старра.

 

 

 

 

 

 

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Визуальное послание, которое мы успешно донесли с помощью этих снимков, заключалось в том, что «Битлз» были чистой и опрятной группой элегантных юношей, хотя они и в самом деле скрывали под этими котелками свои косматые прически».

 

Незадолго перед премьерой фильма «Вечер трудного дня» в рамках реклмной кампании «Битлз» дали интервью, которое было разослано по радиостанциям:

Корреспондент: Мне все равно придется спросить вас, ребята, что стряслось с Джоном?

Пол: (шутливо) Ну, на самом деле, он поехал на верфь, чтобы приценится, во сколько ему обойдется стрижка.

Ринго: (изображает серьезность) Я не знаю, он должен быть здесь. Он опаздывает, не так ли?

Корреспондент: Итак, «Битлз», нам очень приятно, что вы сегодня пришли на это шоу, и я хочу поговорить с вами о замечательном фильме «Вечер трудного дня». Ринго, это и правда был вечер после трудного дня, съемка в вашем первом фильме?

Ринго: Да, это были тяжелые два месяца. На самом деле, этот фильм снимался целых два месяца. Но, хм, я думаю, что мне было чертовски скучно, когда мы просто сидели и нечего не делали.

Пол: И вставали в такую рань. Это была одна из трудностей. Иногда, нам приходилось вставать в шесть часов утра. И я бы никому такого не пожелал. Такие ранние подъемы только вредят здоровью.

Корреспондент: Джордж, а что скажешь ты? Для тебя это тоже было трудно?

Джордж: O, нет. На самом деле, мы по жизни такие ночные совы, эдакие полуночники.

Пол: (ухает как сова, и смеется)

Джордж: Как ты, возможно, заметил. Нет, но, ты знаешь, мы все тусуемся по ночам. И вдруг наш день превратился в ночь, так что нам приходилось вставать в шесть часов утра, но, однако же, ночью, мы все никак не можем заснуть. Поэтому мы шастали по ночам. И вставали утром первую неделю, и у меня просто в голове это не укладывается. В шесть часов утра кто-то вытаскивает меня из постели.

Корреспондент: Ринго, в шесть часов утра, как насчет мешков под твоими глазами?

Ринго: Хм, ну, у меня всегда такие мешки. Просто в этот раз я их наполнил.

(смеется)

Корреспондент: А что скажешь ты, Пол?

Пол: Ну, ты знаешь. У меня возникли небольшие проблемы, но на этот случай всегда под рукой гример (смеется) …чтобы в той или иной сцене припудрить лицо.

Корреспондент: А кто расчесывал вам волосы в такую рань?

Ринго: Мы сами. Мы все расчесываем наши… ну, на самом деле мы их не расчесываем, так только, встряхиваем.

Пол: Так ведь легче, понимаешь. Встряхиваешь головой, челка падает на лоб, а потом ты их немного расчесываешь, и больше ничего делать не надо.

Корреспондент: Ринго, тебе было весело сниматься в этом фильме, или, все же, это была для тебя работа?

Ринго: Процентов на 80 работа, и на 20 процентов — веселуха.

Пол: Даже работая, а это была тяжелый труд, было весело, потому что, по большому счету, нам было очень весело сниматься в этом фильме. Я хочу сказать, что даже когда мы очень уставали и буквально падали с ног, мы делали свое дело, и когда мы увидели себя на киноэкране, это было достаточно забавно. Я имею в виду, там есть сценка, когда перед съемкой я не спал всю ночь и тогда я был очень усталым, понимаешь. Но когда я увидел себя на экране, то это было совершенно не заметно.

Корреспондент: Только те, кто снимался в этом фильме, знают правду.

Пол: Верно.

Ринго: Это почти правда.

Корреспондент: Ринго, работа актера — монологи перед камерой, работа с партнером — у тебя все получалось естественно?

Ринго: Нет, вряд ли. Поначалу — думаю, что мы с большим трудом пытались выучить наши реплики, потому что мы ничего не понимали. Мы читали их, пытались запомнить, прежде чем выйти на съемочную площадку.

Пол: Да, я согласен. Мне было не просто выучить строчку и сказать ее, потому что мы никогда этим раньше не занимались. Мы всегда просто что-то обдумывали и говорили, а не читали что-то по бумажке. Но я думаю, что под конец съемок, мы приноровились. Сначала, мы пугались, так сказать. Мы очень нервничали, пытаясь сказать все как надо, — потому что в этом надо быть актером, я так считаю. Понимаешь, не имея никакого опыта в этом деле, мы пытались произнести свои реплики как можно убедительней.

Корреспондент: Ну, сейчас все уже позади, и фильм имеет огромный успех. Хотели бы вы быть актерами?

Пол: Нет.

Джордж: На самом деле, нет. Мы все еще… Даже если «Вечер трудного дня» самое кассовое представление, мы все равно не будем чувствовать себя актерами. Но я думаю, что мы все с удовольствием снялись бы в новом фильме.

Ринго: Нас прикалывали все эти сценки на съемочной площадке, те отрывки, которые не попали в фильм, но мы с удовольствием смотрим фильм, потом, мы можем сказать: «Помнишь этот кусок — если бы они включили в фильм первоначальный вариант, где мы все облажались».

Пол: Там есть один отрывок, — где мы хихикаем. Ринго должен был сердиться, а Джон должен был подкалывать его, и петь ему свою песню. Вот мы там посмеялись от души. Наверное, теперь в этом нет ничего смешного, но тогда нас это развеселило.

Ринго: На экране это не будет казаться таким супер веселым, но для нас… мы все умирали со смеху.

Корреспондент: Джордж, многие хотят узнать, что же с тобой случилось такого романтичного в последнее время. Не расскажешь?

Джордж: O, да ничего такого. Ничего особенного, мне очень жаль.

Корреспондент: Ты хочешь сказать, что ты свободный в выборе человек?

Джордж: O, да.

Ринго: (смеется) Мы все свободные художники.

Джордж: Почему ты говоришь, что тебе очень жаль?

Джордж: Ну, понимаешь. Похоже, люди ждут, что ты женишься и все такое. Мне жаль, что я разрушаю их иллюзии, но я не собираюсь жениться. Я свободный художник, так сказать.

Корреспондент: Как вам понравилось путешествие в Австралию и Новую Зеландию?

Пол: Все было замечательно. Только вот когда ты забираешься в такую даль, приезжаешь в Австралию, начинаешь скучать по Англии, понимаешь.

Корреспондент: Пол, как ты относишься к другим группам? К тем, кто копирует ваши прически и музыкальный стиль?

Пол: Мы не считаем их имитаторами. Есть может быть одна или две малоизвестные группы. По большому счету, я считаю, что такие группы, скорее всего, никогда не добьются успеха, потому что для того чтобы стать популярными нужно стремится к оригинальности. Когда я думаю о таких неоригинальных группах — меня это не раздражает, это льстит, понимаешь, осознание того, что они вынуждены копировать нас.

Джордж: Да. Это верно.

 

 

 

Группа возвращается в Лондон

2 июля 1964 г.

 

Бэрри Майлз: «Группа прибыла в лондонский аэропорт «Хитроу» в 11.10».

 

Из пресс-конференции в аэропорту «Хитроу»:

Вопрос: Какой самый бестактный вопрос вам был задан в Австралии?

Ринго: Наиболее обидно было, когда меня спросили: «Как дела, Джон?».

 

Рэй Коулмен (газета «Мелоди Мейкер», 11 июля 1964): «Джон Леннон пресек слухи о том, что «Битлз» были забросаны яйцами недружественно настроенными лицами во время их гастролей в Австралии и Новой Зеландии.

«Давайте поставим все на свои места», — предложил он сразу же, как вышел из самолета в лондонском аэропорту. «Было шесть яиц – одно в Брисбене, пять в Сиднее, два помидора и один салат. Их бросили студенты, с которыми мы позже встретились. Они сказали, что они идеалисты, но мне не показалось, что у них есть идеалы. Еще они сказали, что мы им не нравимся потому, что мы материалистические. В итоге, мы пожали друг другу руки и посмеялись над всем этим. Все это было, ну, всего лишь одним из событий. Но когда я на следующий день прочитал газеты, у меня сложилось впечатление, что нас побили».

Найти Битла в бурлящей комнате для прессы в аэропорту Лондона подобно поиску американского имени в сегодняшнем хит-параде. Они существуют, но для этого придется искать настойчиво и терпеливо. Из дымки появляется приветливый Джордж Харрисон, явно уставший от 36-часового перелета. «Так, это [группа] «Энималз», да?» — спросил он. — «Хорошо. Они способные. Удивительно, как они быстро там оказались. Да, приятно вернуться назад. Это был хороший опыт, но за этот месяц мы стали ощущать себя оторванными от реальности. В Австралии было все отлично. Но в Новой Зеландии – не знаю, как правильно выразиться. Они так старомодны. Время не течет. Образ жизни неторопливый и забавный. Так я представляю себе Англию в 18 веке».

 

 

 

 

 

 

Рэй Коулмен (газета «Мелоди Мейкер», 11 июля 1964): «Отвечая на вопрос, какая из песен «Битлз» была наиболее популярна во время гастролей, Джордж выглядел немного озадаченным. «Вопили постоянно, поэтому было невозможно понять, на какую песню вопили больше всего. Уровень воплей был такой же, публики было поменьше, чем на других выступлениях, но энтузиазм был так же велик».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рэй Коулмен (газета «Мелоди Мейкер», 11 июля 1964): «Хотя интервьюеры забрасывали «Битлз» вопросами, Синтия Леннон – единственная Миссис Битл, стояла в одиночестве. Мимолетное приветствие от мужа Джона было ее единственным контактом с «Битлз» даже спустя час после того, как самолет приземлился. «Нет, у меня не было достаточно времени быть одинокой», — ответила Синтия на напрашивавшийся вопрос. — «Я вернулась из Ливерпуля на этой неделе. Я провела там достаточно много времени со своей семьей. Приятно увидеть вернувшегося Джона, и остальных. Много времени я провела на курсах по вождению. Еще одна опасная женщина-водитель собирается выйти на дорогу. У нас есть квартира, но видели бы вы внешнюю сторону дома. Она вся искарябана посланиями, которые невозможно удалить. Они [просто] выгравированы. Ожидаемо, что люди находят, где мы живем, но странно, что они [целенаправленно] хотят это сделать, за исключением разве что детей совсем уж младшего возраста. Это довольно трудно».

Нагруженные букетами, «Битлз» отвечают на весьма неоднозначные вопросы от телерепортеров. Ринго Старра спросили о самочувствии, видимо, в связи с его возвращением в «Битлз» в Австралии после того, как он провел время в госпитале с тонзиллитом.

«Чувствую себя прекрасно», — ответил Ринго. «Но вы спросите меня о том дне, когда я вылетел с их записи».

Около двухсот молодых поклонников истошно вопили, встречая вернувшихся «Битлз» — цифра, не идущая ни в какое сравнение с тысячами, обычно создающими хаос в аэропорту, во время прилетов или отлетов «Битлз».

«Почему количество должно быть постоянным?», — спросил Джордж. — «Я думаю, так и должно быть – мы не можем рассчитывать на то, что всегда будут собираться огромные толпы. Должны быть и спады. Куда уже громче-то! Я думаю, что когда мы отправлялись в Америку, и все эти фантастические сцены были, своего рода, реакцией британских поклонников – в целом, не только битломанов. Они думали: «Старая добрая Британия – мы покажем этим американцем». Теперь, это уже общепризнано, мы авторитет Британии».

Тут вступил Пол Маккартни: «Я думаю, что спады есть у всех. Они обязаны быть».

«Мне нужно пойти и немного поспать», — сказал Джордж. — «Это был утомительный перелет. И нам нужно отвлечься от всех этих событий». И обращаясь к водителю Берту: «Эй, Берт, подожди меня». И они направились в сторону Лондона – в постель. Даже Битл должен спать».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «В этот день в студии на Эбби-Роуд Пол с Джоном присутствуют на сессии записи Силлы Блэк песни «Это для тебя» (It’s For You). Пол сыграл на фортепиано (прим. — в основном, автором этой песни был Пол, который записал демонстрационную версию 3 июня 1964 года в студии на Эбби-Роуд)».

 

Силла Блэк: «Джон с Полом написали песню «Это для тебя», и Пол познакомил меня с ней, послав демонстрационный диск».

 

Пол: «Песню для Силлы «Это для тебя» сочинил я. Иногда я просто вынимал песню из ящика письменного стола и говорил: «Может, эта подойдет?»

 

Силла Блэк: «Когда я записывала песню «Любой, у кого есть сердце» (Anyone Who Had A Heart), во время сессии записи в студии был Пол. Он сказал, что ему понравилась эта композиция, и что они с Джоном попробуют написать что-нибудь подобное. Ну, они предложили свою новую песню, но на мой вкус она не дотягивала до песни «Любой, у кого есть сердце». Это было на какой-то сессии записи, когда я записывала новую пластинку. Джон с Полом присоединились ко мне. И еще Джордж Мартин.

Мы записали одну дорожку, после чего все стали излагать свои мысли по поводу того, как она должна быть записана. И у каждого была своя идея. Джордж сказал, что она должна быть записана так-то, Пол с Джоном считали по-другому, а я просто высказала свои предложения, пока они размышляли о том, что еще они могут сделать с этой композицией».

 

Марк Льюисон: А на гитаре во время записи подыгрывал Берт Уидон?

Пол: Да ну? Это был он?

 

 

 

Газета «Ливерпуль Эко», 2 июля 1964: «Тетушки битла Пола готовятся к Большому Дню. Три битловские тёти – все они тёти Пола Маккартни, вчера провели свою маленькую генеральную репетицию перед лондонской премьерой нового фильма их племянника «Вечер трудного дня»

«Мы все хотим выглядеть лучше», — объяснила мне одна из тетушек, в последнюю минуту поправляя свое вечернее платье.

На снимке слева направо: Двоюродная сестра Бетт (миссис Э. Роббинс), 37-Аптон-Роуд, Клотон. Она, к сожалению, вынуждена остаться дома, чтобы присматривать за своей молодой семьей; тетя Джин (миссис Джейн Харрис), 147 Дина-Лейн, Хайтон, Ливерпуль; Тетя Милл (миссис Милдред Кендалл), 37-Аптон-Роуд, Клотон; тетя Эди (миссис Эдит Стэплтон), 11-Скаргрин-Авеню, Вест Дерби, Ливерпуль.

Вся компания, включая отца Пола – мистера Джеймса Маккартни, его брата Майка («МакГир» из группы «Скэффолд»), и еще двух тётушек, миссис Дилис Мохин из отеля «Игл», Пэрэдайз-Стрит, Ливерпуль, и миссис Джоан Маккартни, 132-Парк-Лейн, Незертон, вылетит в понедельник из аэропорта Ливерпуля в Лондон».

 

 

 

Газета «Стейдж энд Телевижн Тудэй», 2 июля 1964: «Ди-джей и Битл-руководитель — партнеры невероятного плана. Ведущие представители поп-культуры планируют не поп-музыкальный театр «Битлз», а такой неоднозначный проект, как театр Мермейдского типа (прим. — первый в Лондоне театр построенный в городе со времен Шекспира, отличался тем, что в нем не было традиционной сцены; вместо этого один ряд сидений окружал сцену с трех сторон) около Орпингтона в Кенте, стоимостью в 38 000 фунтов-стерлингов, который, как они надеются, станет центром культурных развлечений в этой области.

Эти промоутеры планируют воплотить свою основную цель в виде десяти-двеннадцатинедельного фестиваля новых и классических театральных постановок с участием ведущих актеров, предполагая возможную их передачу в Вест-Энд.

В течение оставшейся части года он будет полностью занят дневными спектаклями, подобными «Шекспиру для школ», чтобы помочь школьникам, получающим свое образование в группах самодеятельности, кинематографических клубах, клубах поэтического чтения или в классических концертах, но никакой поп-музыки, подросткового рейва или неистового шоу. И за всем этом проектом с довольно необычным названием «Компания Пилигрим-театра» стоят ди-джей Брайан Мэттью и бизнес-менеджер группы «Битлз» Брайен Эпстайн.

Г-н Мэттью, шекспировский актер в прошлом, в настоящее время находится в отпуске вместе со своим широко известным популярным субботним дневным диско-шоу на «Эй-Би-Си» под названием «Благодари свои счастливые звезды». Он сказал, что театр рассчитан на 300 мест. Необычно широкая сцена будет иметь игровое пространство в 40 футов в ширину и 30 футов в глубину, а также будет оснащена 25-футовой вращающейся платформой и несущей конструкцией башенного типа. Он не стал раскрывать имя дизайнера. По его словам, местный совет помог ему найти подходящее место для застройки. Он и г-н Эпстайн планируют собрать средства на этот проект с помощью концертов, эстрадных шоу, танцах и т.д., на которых артисты будут предоставлять свои услуги. По его подсчетам им нужно около 45 000 фунтов-стерлингов, чтобы создать театр в качестве действующего предприятия.

Брайен Эпстайн, в бывшем студент Королевской академии драматического искусства, неоднократно выражал стремление попробовать себя в театральных постановках».

 

 

 

Группа покидает Австралию

1 июля 1964 г.

 

Газета «Доминион», Новая Зеландия, 1 июля 1964: «Как вчера сообщила лондонская газета «Ивнинг Ньюс», Брайан Саммервилл, пресс-агент группы, сложил свои полномочия».

 

Фрэнк Бишоф (комиссар полиции Брисбена): «На протяжении всего времени пребывания «Битлз» в городе, не было никаких проблем с контролем за действиями толпы. Полиция надлежащим образом несла дежурство. Все это время толпа вела себя благожелательно, и хотя время от времени она демонстрировала исступлённую истерию, то была управляема и подчинялась указаниям».

 

Пол: «Мы уж подумали, что Брисбен станет нашим разочарованием после случившегося в конце турне, что-то вроде антикульминации. Но, на самом деле аудитория здесь была невероятной, такой же хорошей, или даже лучшей, чем те, с которыми мы когда-либо сталкивались».

 

Бэрри Майлз: «Рано утром «Роллс Ройс» доставил группу в аэропорт Брисбена на самолет, вылетающий в Сидней».

 

 

 

В аэропорту «Игл Фарм» их провожали около пятисот кричащих поклонников, которые начали прибывать в аэропорт с 4.30 утра. Некоторые из родителей привозили своих детей, все еще одетых в пижамы. На вопрос о том, какое впечатление оставил австралийский тур, заметно усталый Джон ограничился фразой: «Все было хорошо». Самолет вылетел из Брисбена в 7.45. Когда он взлетел, один из полицейских облегченно вздохнул: «Спасибо, господи, что все закончилось».

 

Бэрри Майлз: «Затем начался длинный перелет на самолете авиакомпании «Куантэс». Во время полета Джордж и Ринго обсудили свою нелюбовь к перелетам. Затем разговор перешел к теме, как их расстроил инцидент с брошенными в них яйцами во время концерта».

 

Газета «Доминион», Новая Зеландия, 1 июля 1964: «Прибыв из Брисбена, группа быстро прошла в вип-зал, где они провели быструю пресс-конференцию в присутствии полиции и службы безопасности».

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «Покидая Австралию, в аэропорту Сиднея «Битлз» дали свое последнее интервью этого турне. Ринго обсудил студентов, бросивших в них яйца, а также другие признаки предположительно снижающейся популярности «Битлз». Когда его попросили пошутить, Ринго устало произнес: «О, после двухчасового сна не до шуток, вы уж поверьте». Пол тоже выглядел изнуренным, но бодро отрицал очередные ложные слухи и передал короткое прощальное послание австралийским поклонникам.

Джон был таким усталым, что с трудом выговаривал односложные предложения: «Джон, не могли бы вы рассказать нам, как вы себя чувствуете после окончания турне?». «Устал». «Как вы думаете, когда-нибудь приедете еще?». «Понятия не имею». «Чем займетесь, когда вернетесь домой? Видимо, будете отдыхать?». «Нет, работать. Мы не отдыхаем». Он немного оживился, когда ему сообщили, что группа «Энималз» только что заняла первую позицию (с песней «Дом восходящего солнца» (The House of the Rising Sun) в британском хит-параде. Джордж (который выглядел единственным Битлом, кто хорошо выспался) также выразил большой энтузиазм по отношению к «Энималз» и сказал, что они поклонники Боба Дилана («У нас есть все его альбомы»). Также он отметил выходки «Вопящего лорда Сатча» — ди-джея одной пиратской радиостанции в Англии, который скоро должен был посетить Австралию, и признался, что он не в восторге от Новой Зеландии, но, при этом, ему понравилось в Брисбене и Аделаиде.

Одновременно с этим интервью Боб Роджерс беседовал с Джорджем Харрисоном. На записи во время их разговора можно услышать на заднем плане упомянутое выше интервью с Джоном. Во время своего интервью Джордж пошутил, что, так как на следующей неделе Ринго исполнится двадцать четыре года, они пожмут ему руку, подарят золотые часы и отправят на пенсию.

Джон снова заявил о своей усталости, но, прежде чем попрощаться с Бобом, кратко сказал о том, какие вопросы им задают чаще всего.

Интервью Пола начинается с вопроса от репортера одного из колледжа о том, хотел бы он пройти университетский курс обучения. Пол ответил: «Нет, спасибо. Но если у вас будет такой шанс, не отказывайтесь!». Он также обсудил с Бобом Роджерсом первое место «Энималз» в хит-параде, но заявил, что не беспокоится о том, их группу сместили с вершины: «На прошлой неделе был Дейв Кларк, неделей ранее был Брайан Пул. Я уже махнул рукой отвечать на этот вопрос».

Под конец Ринго рассказал Бобу о встрече с метателями яиц, произнес короткую саморекламу, представив песню из альбома «Вечер трудного дня», и заявил, что будет доволен всему, что ему подарят на день рождения».

 

Интервью Боба Роджерса с Джорджем Харрисоном в сиднейском аэропорту «Маскот»:

Боб Роджерс: Спокойный Джордж. Сегодня множество девушек в аэропорту спрашивали меня… на самом деле я считаю, что ты был самым горластым, Джордж. Так вот они хотели узнать, какой ты на самом деле. Я сказал им, что ты был очень спокойным во второй части этого турне.

Джордж: Да, я был довольно спокоен. Я полагаю, что это самое простое. Просто заткнуться и говорить, когда разговариваешь, понимаешь.

Боб Роджерс: Джордж, какие у тебя последние впечатления от гастролей, которые начались четыре или пять недель назад, и все это время мы были вместе (поет) мы были вместе сейчас…

Джордж: (подпевая) …сорок лет. Да, он… я думаю, что это было настолько успешное турне, насколько мы были к этому причастны. И я надеюсь, что всем, кто приходил на наши концерты, они вполне понравились, потому что для нас это была чертовски дальняя дорога. Поэтому я надеюсь, что вам понравилось.

Боб Роджерс: Я думаю, что относительно этого нет никаких сомнений и они, определенно, это продемонстрировали. За исключением Брисбена, где брошенные яйца немного ухудшили впечатление.

Джордж: На самом деле, все было нормально. Там было четыре, нет, шесть парней, и мы разместили в газете сообщение, что хотели бы с ними увидеться. И они пришли в отель, мы долго с ними беседовали и, как мы и думали, это были типичные яйцеголовые из университета. Но это были всего шесть парней, но, как ни крути, они были форменными болванами, понимаешь. И в конце концов они признали, что были по-мальчишески глупы. А в остальном все было замечательно. Шоу – четыре концерта в Брисбене, прошли отлично, и они стали хорошим завершением турне.

Боб Роджерс: Джордж, во вторник будет день рождения Ринго.

Джордж: Разве? Он мне об этом не говорил (смеется).

Боб Роджерс: Насколько я знаю, ему исполнится 24 года. Интересно, есть ли у вас какие-то особые планы на этот счет?

Джордж: Я думал, что ему 29 (Боб Роджерс смеется). Да, мы подарим ему часы, пожмем руку, вручим золотые часы и отправим на пенсию.

Боб Роджерс: Почему вы решили подарить ему часы? Он просыпает?

Джордж: Вы уходите на пенсию в 24 года, не так ли?

(Боб Роджерс смеется)

Боб Роджерс: Джордж, всего вам наилучшего от всех в Австралии. Приятно было вас слушать, и мне лично. Это были самые грандиозные четыре с половиной недели из тех, что я когда-либо видел.

Джордж: Спасибо вам большое за то, что с самого начала проигрывал все наши пластинки, поскольку их бы никто не услышал, если бы ты и все остальные их не проигрывали. Еще раз, спасибо, и надеюсь, что ты продолжишь их проигрывать в эфире. Пока-пока.

Боб Роджерс: Спасибо, Джордж.

 

Газета «Доминион», Новая Зеландия, 1 июля 1964: «Вскоре после пресс-конференции их провезли в закрытой машине из терминала по взлетно-посадочной полосе вдоль обезумевших поклонников. Некоторые из поклонников перепрыгивали через ограждение и бросались за машиной, но их останавливали. Полиция энергично перемещалась как на военных учениях. Так одну истеричную девушку схватили буквально за считанные минуты, не позволив ей приблизиться к «Битлз». Но некоторым из девушек все же удавалось опередить полицейских, а одной из них, в шортах, удалось пробежать 300 ярдов, пока её не поймал здоровенный констебль. Он подхватил её на руки и понес со взлетно-посадочной полосы, в то время как она колошматила его по груди и плечам. Примерно тридцать подростков смогли перебраться через ограждение и попытались преодолеть полицию, но у них было мало шансов. Пара из них была сбита приемом из регби, и, несмотря на свой возраст и вес, полиция победила».

 

 

 

 

На снимке в аэропорту Сиднея рядом с Джоном сидит Дженни Ки (см. 11 июня 1964). Вики, подруга Дженни Ки, которой удалось поцеловать Ринго, предложила попытаться увидеть «Битлз» еще раз, когда они будут покидать Австралию 1 июля 1964. В Сиднее девушки отправились в аэропорт, и увидели, как «Битлз» проезжают в открытом «Ролл-Ройсе» или «Бентли», и приветственно машут публике. Вики и Дженни нашли небольшую боковую дорожку, и каким-то образом вышли на взлетную полосу. Джон увидел Дженни и крикнул ей, чтобы она шла в пресс-центр. Девушки побежали туда, но натолкнулись на полицейское ограждение, и снова им пришел на помощь Дерек Тейлор. Он вышел, чтобы найти Дженни, потому что Джон сказал ему: «Найди ту китайскую леди-дракона». Они вошли в пресс-центр и смогли провести с «Битлз» пять часов, прежде чем группа улетела в Англию. 

 

 

 

 

Газета «Доминион», Новая Зеландия, 1 июля 1964: «Когда журналисты спросили, какие, в целом, у него впечатления от гастролей в Австралии и Новой Зеландии, Джон Леннон обрисовал их как «Чертовски хорошие, приятель».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Доминион», Новая Зеландия, 1 июля 1964: «Когда самолет медленно выруливал на взлетно-посадочную полосу, множество юных поклонниц стали плакать. По мере того, как все больше раздавалось истеричных криков, росло и число плачущих. Рыдая и плача, девушки висели на метровом защитном ограждении. В течение нескольких минут толпа из счастливой и ликующей превратились в потрепанную, заплаканную и опечаленную толпу подростков. Несколько девушек были настолько эмоционально опустошены, что им понадобилась помощь санитаров. После отлета самолета, толпа еще долгое время оставалась возле ограждения.

Как было сегодня объявлено в Сиднее, гастроли «Битлз» по австралии и Новой Зеландии собрали более 250 000 фунтов-стерлингов. Об этом заявил управляющий директор «Ацтек Сервис» г-н Кен Бродзяк. Он сказал, что концерты этой ливерпульской группы посетило 200 000 человек. Из них 135 000 в Австралии и 65 000 в Новой Зеландии. «Битлз», вероятно, еще раз посетят Австралию «через два года», сказал г-н Бродзяк».

 

Кен Бродзяк: «Это было самое успешное концертное мероприятие в истории Австралии».

 

 

 

Автографы были подписаны для одного из пассажиров, сидевшего за Джорджем Харрисоном во время перелета из Сиднея в Лондон.

 

 

 

Автографы, подписанные группой на меню авиакомпании «Куантэс» во время перелета из Сиднея в Сингапур.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комментарии обладателя автографов: Пол Маккартни – стопроцентный джентльмен, Ринго Старр – хотел все даром, Джордж Харрисон – сдержанный, мало говорит, Джон Леннон – спал всю дорогу.

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «В Сингапуре самолет сел на дозаправку. Пол и Ринго вышли из самолета, чтобы поприветствовать 600 ожидающих поклонников».

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Еще одна дозаправка была во Франкфурте».

 

 

 

Группа во время посадки в Франкфурте. Фото Вальтера Линдлэра (Walter Lindlar).

 

 

 

 

 

 

Письмо Брайену Эпстайну от управляющего директора «Дженерал Эртистс» Нормана Вейса со списком отелей, в которых планируется размещать «Битлз» во время североамериканского турне. Также Вейс просит имена музыкантов, которые будут сопровождать певицу Мэри Уэллс, чтобы их можно было передать Союзу музыкантов.

 

 

 

 

Телеграмма Брайену Эпстайну от Нормана Вейса относительно размещения в Нью-Йорке: «Брайену Эпстайну, 5/6 Эрджилл-Стрит, Лондон. Можно безопасно отлично разместиться всей группой в отеле международного аэропорта Кеннеди, который приблизительно в 20 минутах от зала Форест-Хилл. Пожалуйста, телеграфируй. Рекомендую. С уважением Вейсс».

 

 

 

Июльский номер 1964 года журнала «Вог» вышел с фотографиями Джейн Эшер: «Девушка, которой завидуют миллионы поклонников «Битлз». Ей восемнадцать, и она выглядит еще моложе рядом с троном из фильма Беккета». Фото Дэвида Бейли.

 

 

 

Выступление в Фестивальном зале Брисбена (Festival Hall, Brisbane)

30 июня 1964 г.

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Днем Битлы тайком покинули отель в двух машинах, взятых напрокат, и провели день на белых песках Золотого побережья между Бродбичем и Серферс-Парадайз. Джон был с юной поклонницей из Японии (прим. – с Дженни Ки, см. 11 июня 1964), с которой у него завязались глубокие отношения».

 

Джордж: «[30 июня в отеле «Битлз» встретились с теми, кто бросал в них яйца на концерте] Это были шестеро парней. Мы долго с ними разговаривали. Оказалось, что это были типичные, из разряда «яйцеголовых» университетские умники. Как мы и предполагали, подростки просто дурачились».

 

Пол: «Мы довольно долго с ними общались, спорили, но, в конце концов, расстались друзьями. Мы спросили их, почему они бросали в нас яйца, и они признались, что уже устали слышать по радио только наши песни, и им надоели эти постоянные вопли детишек, обожающих нас. Тогда Джон спросил, почему же в таком случае вы не кидаете яйца в публику, раз уж вам так ненавистна вся эта Битломания?»

 

Питер Россини: «Я позвонил Дереку Тейлору и сказал, что я местный студент, и что я представляю группу тех, кто бросал в «Битлз» яйца. Я сказал, что мы сделали это в знак протеста против материализма. Он пригласил нас в отель, чтобы мы лично смогли поговорить с «Битлз». Мы пришли, нас угостили кока-колой».

 

Из интервью Йэна Тауншенда со Сьюзен и Бобом Каттером- одними из тех студентов:

Йэн Тауншенд: Брошенные яйца возмутили «Битлз», и на следующий день они разместили в газете и дали на радио объявление, призвав сделавших это объявиться. Откликнулась ты и две твои подруги, хотя к этому вы не были причастны.

Сьюзен: На самом деле мы совершенно не интересовались самими «Битлз», просто все хотели с ними встретиться, поэтому мы подумали, почему бы нам не сделать это. Нас пригласили в комнату, и после короткого разговора мы сказали, что нам будет лучше уйти. А они ответили, нет, не уходите, останьтесь и поговорите с нами, потому что им скучно. Они просто хотели поговорить, потому что отель «Леннонс» был окружен вопящими подростками. Но когда стало известно, что мы были там, пришли настоящие яйцебросатели.

Йэн Тауншенд: Настоящие виновники были группой студентов из университета. Когда они вошли, то для них уже не осталось свободных стульев, и им не предложили выпить кока-колы. Одним из них был Боб Каттер.

Боб Каттер: Менеджер сказал нам, что было бы забавно, если бы мы стали прямо сейчас бросаться яйцами. Один из наших пацанов, парень по имени Питер Маккью, приосанился и спросил: «Вы хотите ссоры? Мы можем устроить её прямо сейчас», и он начал выпрямляться. И это было невероятно, понимаете?

Я начал объяснять, что это была интеллектуальная реакция против Битломании, понимаете. Это был интеллектуальный аргумент. Еще там были Тони Клин и Гарри Уильямс. Гарри встал между Маккью и Полом Маккартни, или кем-то еще и сказал: «Успокойтесь, успокойтесь. Ясно же, что здесь мы не можем бросаться яйцами. Нам нужно сперва найти где-то что-то яйцеобразное». И это было сказано совершенно серьезно.

И Джон Леннон сказал со своего места: «Везде, куда мы поедем, в нас будут швыряться яйцами. Везде, куда мы поедем». И в конце он сделал что-то вроде контрольного выстрела из милосердия, сказав: «Вы должны извиниться», а я продолжал объяснять что-то о противодействии Битломании, говоря, что мир сходит с ума, что мы не можем поддаться такого рода глупости, и поэтому у нас такой вот чудацкий аргумент. Время уходило, им пора было собираться на концерт, и Гарри Уильямс, он был таким забавным парнем, говорит им: «Слушайте, у меня небольшая проблема. Понимаете, у меня билеты на ваш концерт, и никаких шансов попасть на него из-за собравшихся там толп, поэтому вы не возражаете, если я сяду к вам в автомобиль, его ведь сопровождают 17 полицейских-мотоциклистов». Пол Маккартни был в полном замешательстве, и все пытался придумать всевозможные причины, почему Уильямс не может поехать с ними в лимузине. Но, в любом случае, после этого наша репутация улучшилась. В последующие года два мы разгуливали как герои.

 

Эми Смит: «[29 июня] Мужчина добавил, что на следующий день устроит для сестер встречу с группой в пентхаусе отеля, где разместились «Битлз». И мы согласились. Когда на следующий день он позвонил, чтобы подтвердить приглашение, я даже не поверила. Улицы Брисбена были заблокированы, поэтому мы отправились в гости пешком. Количество визжащих девушек на улице было невероятным. Я до сих пор слышу этот шум».

 

Джон Говард (фотограф): «На встречу сестры-аборигенки прибыли в элегантных двойках из шерсти. Мне кажется, что Ринго ожидал увидеть их в туземных нарядах».

 

Эми Смит: «В отеле нас провели в пентхаус, где мы познакомились с Ринго Старром, Джорджем Харрисоном и Полом Маккартни. Джона Леннона не было – он готовился к вечернему концерту. Мы разговаривали с ними около двадцати минут. Они были дружелюбны. Очень дружелюбны. Мы просто поболтали, и они сказали, что очень рады познакомиться с нами».

 

Джон Говард (фотограф): «Самыми важными гостями вечеринки были кенгуру, медведь коала и щенок динго по кличке «Ринго». Эта вечеринка была в отеле с названием «Отель Леннона», что Джон Леннон прокомментировал следующими словами: «Я знал, что мои родственники богаты, но не знал, что им принадлежит еще и треклятый отель».

 

 

 

Женщина-рейнджер из Лоун Пайн познакомила «Битлз» с некоторыми представителями диких животных Австралии (прим. – парк Лоун Пайн Коала, известный также как «коала-парк» — старейший и крупнейший в Австралии и в мире заповедник коал).

 

 

 

 

Джон Говард (фотограф): «Первой встречей «Битлз», которую я организовал, была с послушным голубым кенгуру, по случайному совпадению, названным Синтия, которого мне предоставил сэр Эдвард Холлстром. Она должна была встретить ребят в самолете, но в последнюю минуту, когда поклонники прорвались через ограждение и бросились к самолету, полиция решила, что Синтия не может «прыгнуть» на борт самолета. В Брисбене, впрочем, парни получили желаемое, когда на моей вечеринке в отеле «Леннонс» они познакомились с пятифутовой кенгуру по имени Красная леди и кольцехвотстым кускусом (прим. – поссум с длинным хвостом, конец которого закручен кольцом; распространён на всей территории Австралии) по имени Пирс, который потом спрятался в рукаве Ринго, чтобы появиться, свисая с одного из его пальцев. Еще там был медведь-коала по имени Клод и, конечно же, щенок динго, к которому Ринго питал отеческие чувства, ибо Дэвид Флеей (австралийский естествоиспытатель) попросил окрестить его «Ринго»».

 

 

 

 

 

 

Джон Говард (фотограф): «У Джона была космическая встреча с Красной леди. «Привяжи мою Красную леди, Фред», — пропел он, пародируя известную песню. «Увидел бы нас сейчас Рольф Харрис», — сказал Джордж».

 

прим. — австралиец Рольф Харрис написал песню «Привяжи моего кенгуру, друг» в 1957 году, и она стала мировым хитом после выхода в Англии в 1960 и в США в 1963-м. В декабре 1963 года Рольф, участвуя в передаче, написал пародию на свою песню, заменив куплеты с перечислением различных австралийских животных именами Битлов.

 

 

 

Джон Говард (фотограф): «Пол в отеле «Леннонс», Брисбен. «Красная леди, ты лучшее после нарезного хлеба», — провозгласил Пор, предлагая ей кусочек. «У неё есть сумка?», — спросил Ринго. «А, вот она. Ринго, не смотри!» — выкрикнул Пол, и Ринго тут же закрыл глаза. Пол был на седьмом небе с Красной леди. «Мне она нравится, потому что это бешеное животное», — сказал он. Его пришлось чуть ли не силой оттаскивать от неё, чтобы успеть на вечерний концерт».

 

Бэрри Майлз: «Выступление в Фестивальном зале Брисбена (Festival Hall, Brisbane)».

 

 

 

 

Эдди Леонард: «Чтобы купить билеты, мы два дня стояли в очереди. На концерте из-за криков ничего не было слышно».

 

Кен Хейс: «В то время мне было 17 лет. Я был там со своей сестрой и одним из коллег по работе. Кажется, это был вечерний концерт. Моя мать простояла в очереди за билетами часа два, но не два дня. Никто не стоял в очереди два дня. У нас были хорошие места, хотя, это правда, ничего нельзя было расслышать из-за молодых женщин, а также, возможно, слабоумных «студентов» университета».

 

 

 

 

 

Выступление в Фестивальном зале Брисбена (Festival Hall, Brisbane)

29 июня 1964 г.

 

 

 

Брисбен. Местный клуб поклонников «Битлз» с двадцатифутовым транспорантом перед прибытием группы.

 

 

 

Департамент гражданской авиации был настолько сильно обеспокоен проблемой безопасности, что еще в мае провел три совещания с представителями полиции Квинсленда, Австралийской федеральной полицией, частной охранной компанией, которая несла дежурство за периметром аэропорта и представителями авиакомпаний.

Для обеспечения безопасности, было возведено дополнительное ограждение, чтобы удержать толпу, с предполагаемой численностью в тридцать тысяч человек. Для обеспечения патрулирования внутри и снаружи линии ограждения, терминалов и других общественных мест была запланирована дополнительная охрана полиции и частной службы безопасности. На всякий случай были задействованы две машины скорой помощи.

Первый сбой в планировании мероприятий по безопасности, связанных с прибытием «Битлз», возник, когда вместо регулярного рейса было принято решение использовать чартерный самолет из Сиднея, прилет которого был назначен на время после полуночи. Эта новость была озвучена 17 июня газетой «Брисбен Телеграф» еще до того, как об этом изменении узнала полиция. Планы пришлось менять. Полиция и сотрудники охраны закрыли и оградили часть аэропорта с 16.00. По плану полиция Квинсленда должна была нести дежурство на основном и дополнительном ограждении, контролировать выезды и дороги общего пользования, а также помогать в контроле за выездом на взлетно-посадочную полосу. В общей сложности нести дежурство будут 210 полицейских в форме и 24 детектива в штатском.

Австралийская федеральная полиция будет охранять международный терминал и контролировать движение людей по периметру. Частная охранная компания будет нести дежурство вокруг терминала и административных зданий.

Внутри оцепления будет находиться дополнительная пожарная машина, так как в случае аварийной ситуации с самолетом, её движение по дороге будет затруднено. У бригады скорой помощи будет наготове шесть носилок и несколько десятков одеял. Департамент гражданской авиации предоставит чай.

Примерно к семи часам вечера в аэропорту начала собираться толпа, стали прибывать представители средств массовой информации. Позднее прибытие самолета оказалось благом, поскольку только около десяти тысяч человек находилось в зоне видимости.

 

Бэрри Майлз: «Сразу после полуночи «Битлз» прибыли в Брисбен, где их ожидала толпа из восьми тысяч поклонников».

 

 

 

 

 

Группа прибыла в Брисбен, конечный пункт назначения в своем мировом турне 1964 года, сразу после полуночи 29 июня.

 

 

 

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Когда самолет коснулся взлетно-посадочной полосы, восьмитысячная толпа пришла в неистовство, и деревянное ограждение, воздвигнутое по этому поводу, начало рушиться под напором толпы, после чего было объявлено, что если порядок не будет восстановлен, то самолет сядет на другом аэродроме».

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Группу провезли мимо толпы в грузовике с открытой платформой».

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «В толпе оказались ненавистники «Битлз», которые начали забрасывать группу яйцами, помидорами и деревяшками».

 

Фрэнк Бишоф (комиссар полиции): «Этот парад был несколько омрачен небольшой группой правонарушителй, которые, как утверждалось, были учащимися университета. Они бросили в грузовик, везущий «Битлз», несколько яиц и помидоров».

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Джордж спрятался за кабиной, остальные просто увертывались».

 

Эдди Леонард: «В то время я учился в колледже. Наша группа студентов решила прославиться, поэтому, что было глупо, но мы решили, что в аэропорту забросаем «Битлз» яйцами. Молодые и глупые. Бедные Битлы решили, что это станет новой модой, подобной той, когда девушки бросали свои трусики в Тома Джонса. Это было во всех газетах».

 

 

 

 

 

Фрэнк Бишоф (комиссар полиции): «Стало очевидно, что под напором толпы, ограждение может вот-вот рухнуть. Если бы это произошло, то многие получили бы серьезные травмы. Естественно, что фотографы из газет стремились это сфотографировать, и, как я полагаю, некоторые из них начали подстрекать толпу, чтобы они «наклонялись вперед во время фотографирования». Это было опасно, и совершенно правильно, что было пресечено полицией».

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «После чего их быстро повезли в отель».

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Прибыв в отель, Леннон заявил: «Больше никаких незапланированных мероприятий. Пока мы в Брисбене, для нас только отель и концертная площадка».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Когда они добрались до отеля, то были очень рассержены. Как сказал Дерек Тейлор, в Брисбене они не собирались нигде появляться, за исключением выступлений на концертах. Вот почему «Битлз» не стали выходить на балкон отеля».

 

Газета «Телеграф», 29 июня 1964: «Управляющие отелем «Леннонс» продолжают скрывать тайну о том, где остановились Битлз».

 

 

 

Отель «Леннонс».

 

 

 

«Битлз» заняли 4-й этаж, который круглосуточно находился под охраной. В течение дня подростками было предпринято несколько попыток проникнуть в номера «Битлз», включая одного изобретательного шестнадцатилетнего юношу, который переоделся в одежду священника, позаимствованную у своего дяди, и попытавшегося войти в отель в час дня. На нем были очки в роговой оправе и маленькая черная книга в руках. Озадаченным охранникам он сказал, что «пришел дать Битлз наставление». Но, случайно споткнувшись, он обнажил свои ноги, и выяснилось, что он был обут в «битловские ботинки», а библия оказалась учебником по истории.

 

 

 

Паула: «Это было в 1964 году, когда «Битлз» выступали в Брисбене. Наша группа школьниц отправилась к отелю «Леннонс» в надежде увидеть «Битлз». Мы подошли к отелю, выжидая возможность попасть вовнутрь. Я притворилась, что мне плохо, и меня ненадолго оставили там одну, но потом кто-то меня пожалел. Не помню, попала ли я в здание отеля, но мне сказали: «Это для тебя», и дали подписанный Джоном, Полом, Джорджем и Ринго бланк отеля с автографами».

 

Бэрри Майлз: «В отеле состоялась пресс-конференция».

 

 

 

Письмо от Марджори Стэплтон из еженедельного журнала «Австралийские женщины» комиссару полиции: «Уважаемый господин Ф.Е. Бишоф. Что касается предстоящего визита «Битлз» в Брисбен, то у меня есть редакционное задание получить цветные фотоснимки, и, если возможно, интервью с ними. У меня и у моих сотрудников нет пропусков для прессы, выдаваемых полицией, поскольку наша работа обычно не выходит за рамки освещения обычных общественных событий. Во время приездов членов королевской семьи мы получаем у вас специальные пропуска.

Боюсь, что в случае, если прием группы «Битлз» будет весьма насыщенным, то нас не пропустят через оцепление, и я была бы благодарна, если вы предоставите нам три пропуска (фотографу, помощнику репортера, и мне). Наши имена: миссис Марджори Стэплтон, мисс Милдред Иден и мистер Боб Миллар.

Я буду весьма благодарна за любую помощь, которую вы сможете оказать нам в этом деле. Также, следует ли нам подавать заявку для получения пропусков для прессы, выдаваемых полицией, при освещении событий подобных этому? С уважением, Марджори Стэплтон».

 

 

 

На пресс-конференции Пол высказался по поводу инцидента с яйцами: «На самом деле, мы не сильно плачем по этому поводу. У нас нет отвращения или тревоги. Просто разочарование. Это так бессмысленно». Джон добавил: «Сейчас всякие тупицы по всему миру начнут бросаться яйцами весь следующий месяц или около того, пока какой-нибудь другой идиот не придумает выходку получше». На вопрос, не ощущают ли они себя как животные в клетках, Джон ответил: «Нет, мы сами себя кормим».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Джек Бонуэлл из Брисбена вручает Дереку Тейлору бумеранги с ручной росписью каждого из участников группы. Являясь поклонником группы, Джек захотел сделать «Битлз» подарок в честь их австралийского турне.

 

 

 

Брисбен, 1964 г.

 

Джон Говард (фотограф): «Когда «Битлз» были в Брисбене, они захотели увидеть настоящих австралийских животных. И я это устроил (прим. – это произойдет 30 июня 1964). Я прилетел в Брисбен вместе с ними, и планировал устроить еще одну вечеринку с помощью Патриции Нэльки и Дэвида Флеея, которые управляли заповедником фауны. Ринго хотел встретиться с коренными австралийцами, что было любезно организовано Миссией методистской церкви, которые пригласили на встречу сестер-аборигенок Мону, Джоан и Эми Смит».

 

Эми Смит: «Самое забавное, что в то время я не была поклонницей «Битлз», в отличие от моих младших сестер Джоан (ей было тогда 18 лет) и Моны (14 лет). Я поехала в Брисбен, потому что у сестер были билеты на последний австралийский концерт «Битлз» 30 июня 1964. Наши родители не хотели, чтобы девочки-подростки были в Брисбене без присмотра, и меня попросили три дня побыть с ними. Мне было тогда 23 года.

То, что мы встретились с «Битлз», было случайностью. В Брисбене за день до концерта мы осматривали достопримечательности и делали покупки в торговом центре на Куинн-Стрит, когда к сестрам подошел какой-то мужчина, и заговорил с ними о «Битлз». Я была немного в отдалении, когда услышала, как они закричали от восторга. Я повернулась, и увидела, что они заняты серьезным разговором. Я поспешила назад, чтобы вмешаться, но он быстро успокоил меня, сказав, что не имеет в виду ничего плохого. Он сказал, что путешествует с «Битлз», и они посетовали ему, что очень разочарованы тем, что это были их последние концерты в Австралии, а они до сих пор не встретили никого из числа аборигенов. Уверена, они думали, что у нас по улицам скачут кенгуру, на каждом дереве сидят коалы, а аборигены расхаживают с копьями.

Мужчина также добавил, что Джоан имела поразительное сходство с аборигенткой [Розали Кюнот-Монк] – звездой популярного местного фильма «Джедда». Мужчина также добавил, что на следующий день устроит для сестер встречу с группой в пентхаусе отеля, где разместились «Битлз» (по иронии судьбы, в отеле Леннона). И мы согласились».

 

Бэрри Майлз: «Выступление в Фестивальном зале Брисбена (Festival Hall, Brisbane)».

 

 

 

Округ Брисбен, полицейский участок Рома-Стрит, 23 июня 1964.

В связи с: Полиция, которая будет на «особом дежурстве» в помещении Фестивального зала Брисбена вечером 29-го и 30-го июня 1964 г. во время выступлений на концертах «Битлз». Сэр, докладываю, что выполняя поручение, совместно с управляющим Фестивального зала, г-ном Бертом Поттсом было определено количество полицейских, необходимых для несения «особого дежурства» в Фестивальном зале вечером 29-го и 30-го июня.

После обсуждения этого вопроса с господином Поттсом, который посоветовал мне привлечь на особое дежурство в Фестивальном зале полицейских в количестве тридцати пяти (35) человек, они будут распределены следующим образом:  

Лестница на балкон со стороны Альберт-Стрит – 4;

Верхняя площадка лестницы в костюмерную со стороны Альберт-Стрит – 2;  

Вход в костюмерную (одна) – 2;

Выходы на сцену – два (2) с каждой стороны – 4;

Перед сценой – 12;

Верхняя часть балконов с каждой стороны. Два с каждой стороны – 4;

Партер с каждой стороны. Два с каждой стороны – 4;

Внутри главного вестибюля возле кассы – 2;

Патрулирование внутри зала с осмотром зала, туалетов и раздевалок – 1;

Итого – 35.

Г-н Поттс пояснил мне, что причина, по которой он просит разместить двенадцать (12) человек перед сценой, связана с предыдущим опытом их выступлений на юге, который оказался очень успешным, когда полиция останавливала подростков, которые бросались к сцене.

Дежурство будет необходимо с 17.00 до 23.00 каждый вечер.

Сержант Б.А. Брайт.

 

 

 

Фестивальный зал Брисбена, фото 1959 г. Следующий вопрос, после организации мер безопасности в аэропорту, относился к обеспечению порядка во время концертов. Фестивальный зал вмещал 5 600 человек, и каждый вечер должно было состояться два концерта. Комиссар полиции Фрэнк Бишоф написал своим коллегам из округов Новый Южный Уэльс, Виктория и Южная Австралия, попросив у них совет. Каждый из них предоставил ему очень подробный отчет о тех мерах, которые были ими предприняты. После обсуждения с администрациями Фестивального зала и отелем «Леннонс», было решено, что потребуется привлечь еще двести двух полицейских в форме и детективов. Планировалось, что 40 человек будет находиться снаружи отеля и 35 внутри Фестивального зала. 12 полицейских выстроятся перед сценой, чтобы предотвращать любые попытки атаковать сцену.

В апреле 1964 года газета «Сандей Тратх» обвинила руководство Фестивального зала в предоставлении большого количества билетов парламентариям, авиа и нефтяным компаниям еще до того, как билеты поступили в продажу. «Кто-то серьезно ошибся при продаже билетов Битлз? Поклонники утверждают, что стали свидетелями грязной сделки», — утверждала газета 9 апреля 1964 года. Говорили, что один депутат от штата Квинсленд забронировал 35 мест за две недели вперед, в то время как поклонники выстаивали в очереди по 40 часов только ради того, чтобы купить билеты на лучшие места, которые уже были проданы. 

 

Бэрри Майлз: «На двух концертах присутствовало по 5 500 зрителей».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Телеграф», 30 июня 1964: «Крики, визги и рыдания отражались от потолка. И девушки, и юноши выбросили вперед свои руки. Они подпрыгивают на своих местах. Они стоят на коленях в проходах. Это бедлам, и, судя вывернутыми лицами с раскрытыми ртами, настоящее блаженство. Это были Битлз».

 

Газета «Курьер Мейл», 30 июня 1964: «Фестивальному залу повезло остаться с неповрежденной крышей».

 

Газета «Брисбен Телеграф»: «В основном вы могли расслышать барабанные удары Ринго, иногда гитары, и все время нескончаемые крики. Как поют «Битлз» услышать было нельзя… Как только они открывали рты, то же самое делала толпа. На одном из концертов присутствовали губернатор Квинсленда, сэр Генри Абель Смит с женой леди Мэй. Как они заявили: «В прошлый вечер мы получили удовольствие… мы были почти оглушены, но все провели очень хорошее время»».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «И снова шайка ненавистников омрачила другим концерт, забросав группу яйцами. «Битлз» выразили жестами свое отношение к этому, но продолжили играть».

 

Кейт Бедмен: «Первый вечерний концерт был испорчен инциндентом: кто-то из зала бросил на сцену тухлое яйцо».

 

Джордж: «Это были шестеро парней. Мы рассказали в газете, что хотели бы с ними встретиться. И они пришли к нам в отель [30 июня 1964]».

 

Бэрри Майлз: «В перерыве между концертами губернатор — сэр Генри Эйбель Смит и его супруга леди Мэй Смит пообщались с группой».

 

 

 

«Битлз» с Джонни Честером.

 

 

 

Верхний ряд слева направо: Девон Минчин (глава службы безопасности «Эм-Эс-Эс»), Дейв Линкольн (лидер-гитарист группы «Фантомы»), Боб Гэрди (ритм-гитарист группы «Фантомы»), Алан Фентон (ударник группы «Фантомы»), Джонни Честер (австралийский певец), Джонни Девлин (австралийско-новозеландский певец), Пит Уэтсон (бас-гитарист группы «Фантомы»), Ноэль Трисайдер (клавишник группы «Фантомы»).
Второй ряд слева направо: Охранник службы безопасности «Эм-Эс-Эс», Мэл Эванс, группа «Корпорация звука» в составе – Дик Томас (бас-гитара), Джон Гиллард (гитара), Алан Холмс (саксофон, флейта), Дейв Глайд (саксофон), Бэз Элмс (клавишные), Тони Ньюмен (ударные), Джордж Харрисон (фотограф).
Ряд сидящих слева направо: Джон Клэпсон (офрмитель сцены), Берт Поттс (управляющий концертным залом), Мэлкольм Куки (помощник гастрольного менеджера), Кен Бродзяк (промоутер), Дик Лин (промоутер), Ллойд Равенскрофт (гастрольный менеджер), Артур Хаббард (Генеральный менеджер службы безопасности «Эм-Эс-Эс»), Нил Аспинал.
Нижний ряд: Алан Филд (ведущий), Джордж, Пол, Джон, Ринго, Дерек Тейлор.

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Ночью «Битлз» и двадцать девушек Брисбена веселились до самого утра, танцуя под пластинки лейбла Мотаун».

 

 

 

Группа вылетела в Брисбен

28 июня 1964 г.

 

Крис Брук: «Когда «Битлз» уезжали в аэропорт, полиция, наконец-то умудренная опытом, выстроилась у парадного входа, возле которого стояли четыре автомобиля. Один лимузин стоял с открытой задней дверью с водителем внутри. Когда около двух тысяч поклонников столпились у парадного входа, ожидая появления «Битлз», полиция вывела группу через задний вход к другой машине.

В тот вечер в аэропорту еще две тысячи поклонников ждали в темноте, чтобы попрощаться с «Битлз». Взлетно-посадочная полоса была освещена яркими прожекторами. Расстояние от самолета до платформы с публикой, огороженной высоким ограждением, было довольно значительным, но полиция все равно чувстовала себя неуютно.

За пятнадцать минут до вылета автомобиль с «Битлз» выехал на взлетную полосу. Один парень выбежал к самолету, но был остановлен полицией. «Битлз» ненадолго остановились на ступенях трапа для фотографирования и прощания, после чего сели в самолет.

Когда пропеллеры самолета закрутились, а пилот уже собирался отпустить стояночный тормоз, один из полицейских произнес: «Если этот чертов самолет не начнет взлетать в ближайшие несколько минут, я сам его подтолкну».

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Группа вылетела в Брисбен через Окленд и Сидней. Они прибыли в Сидней в 21.35. Толпа из четырех тысяч поклонников стала свидетелем, как они прошли к зафрахтованному самолету «Ансетт АНА Фоккер Френдшип», и через полчаса самолет улетел».

 

 

 

Выступление в театре «Маджестик», Крайстчерч (Majestic Theatre, Christchurch)

27 июня 1964 г.

 

 

 

Газета «Окленд Стар», 27 июня 1964: «Этот шикарный кот считает, что битловские типажи прекрасно подходят для птиц. Этот длинноволосый фасон прически, это трепыхание и пение ему просто не по душе. Он готов съесть их в любое время. Они английские, конечно же, а шикарный кот – сиамский. Эти птицы — английские глостерские хохлатые канарейки, все чемпионы ежегодной выставки Городского общества разведения декоративных птиц, прошедшей сегодня утром в Друид-Холле, Онхунга. Кот — Вайетти Макау, лучший короткошерстный котенок на ежегодном шоу оклендского клуба любителей кошек, прошедшем сегодня утром в муниципальном зале Маунт Роскилла (подпись под снимками: «группа… и критик»)».

 

Крис Брук: «Полиция Крайстчерча была подготовлена лучше своих коллег в Данидине. Начальником полиции в Крайстчерче был полицейский инспектор Джордж Твентиман».

 

Джордж Твентиман: «У нас был очень гибкий план, который, главным образом, заключался в том, чтобы попытаться сохранить достаточное расстояние между подростками и «Битлз», иначе бы у нс возникли серьезные проблемы».

 

beatlesbible.com: «Около пяти тысяч поклонников приветствовали «Битлз» в аэропорту Крайстчерча».

 

 

 

 

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Рэмзи Гибсон был обладателем «Шевроле» 1964 года, когда с ним заключила договор фирма «Блэквелл Моторз». Они были местными агентами «Дженерал Моторс», у которой был контракт на транспортные услуги во время гастролей «Битлз» в Новой Зеландии. У «Блэквелл» в автопарке не было нового автомобиля, поэтому они обратились к Рэмзи с вопросом, возьмется ли он доставить «Битлз» из аэропорта в своем автомобиле. Заинтересовавшись таким предложением, Рэмзи согласился и прибыл в аэропорт в назначенное время. Он был включен в кортеж автомобилей, который состоял из двух полицейских на мотоциклах, одного автомобиля полиции и машины Рэмзи. Им пришлось прождать около часа на взлетной полосе, прежде чем прибыл рейс из Данидина».

 

Рэмзи Гибсон (водитель): «Помню тот ужасающий вид пяти тысяч поклонников, пытающихся преодолеть ограждение. Находиться между ними и самолетом не самое лучшее место в случае, если ограждение не выдержит. Первоначально планировалось выехать через транспортные ворота, но помешала энергичная толпа, поэтому было принято решение использовать задние ворота на Авонхед-Роуд».

 

Гарольд Менсон (фотограф): «Когда «Битлз» прибыли в Крайстчерч, я был двадцатилетним фотографом, работавшим в «Крайстчерч-Пресс». Меня направили сфотографировать их в аэропорту. Там был ажиотаж, визжащие поклонники, в основном девушки, чуть не сломали двухметровый забор».

 

 

 

Фото Гарольда Менсона.

 

Рэмзи Гибсон (водитель): «Когда самолет прибыл, толпа снова пришла в неистовство. Одному из парней удалось перебраться через ограждение, чтобы направиться к самолету, но он был перехвачен полицейскими и бесцеремонно отправлен обратно тем же путем, откуда он прибыл».

 

Крис Брук: «Когда самолет «Битлз» прибыл в Крайстчерч, он был окружен полицией. Автомобиль у трапа самолета быстро забрал группу, пока пятитысячная толпа наблюдала на расстоянии».

 

Рэмзи Гибсон (водитель): «Они сели в «Шевроле» с одним из сопровождающих их артистов, который уселся на место водителя и заявил, что он сейчас поведет машину. Пришлось коротким резким ударом отправить его на пассажирское сиденье.

Мне было сказано, чтобы не останавливаться несмотря ни на что. Когда мы направились к заднему выезду, толпа поняла, что происходит, и бросилась к углу Рассли-Роуд. Пока наша кавалькада проезжала это место, дорожное движение было остановлено офицерами дорожного патрулирования. Мы ехали со скоростью 30 миль в час на расстоянии трех футов друг от друга».

 

beatlesbible.com: «Поклонники стояли вдоль пути следования из аэропорта».

 

Рэмзи Гибсон (водитель): «Разговор в машине начался после одного высказывания: «Мы слышали, что в Крайстчерче у каждой третьей девушки есть в.з.». В этот момент я положил в бардачок книжки для автографов моей дочери и её подруги. «Слушайте, а эта Джуди выглядела вполне себе ничего». «Ага, но, скорее всего, у неё в.з.». Разговор продолжался в таком же духе.

Наша кавалькада проехала по Кембридж-Террас и выехала на Оксфорд-Террас, которая была огорожена. Это не помешало одной девушке прорваться через кордон и схватиться за дверную ручку автомобиля, после чего её бросило на дорогу, в то время как наш автомобиль продолжал двигаться. Она вскочила и погналась за нами, подстегнув тем самым остальную толпу».

 

 

 

 

beatlesbible.com: «Когда лимузин с «Битлз» подъехал к отелю «Кларендон», 13-летняя девушка бросилась перед машиной, и была сбита на землю. «Битлз» отвели её в отель, дали кофе и убедились, что она невредима».

 

 

 

 

Рэмзи Гибсон (водитель): «Мы прибыли в отель, парни вошли вовнутрь, оставив меня и мою новую машину в окружении вопящих поклонников, но с помощью полиции я вскоре направился домой».

 

Крис Брук: «Группа остановилась в отеле «Кларендон», расположенном в центре Крайстчерча. Это был величавый старинный отель, в котором раньше останавливалась Королева. И снова поклонники использовали свою обычную тактику, чтобы попасть внутрь, такую, как попытаться спрятаться в корзинах для белья».

 

beatlesbible.com: «В отеле несколько парней из числа поклонников спрятались в стенном шкафу, намереваясь добыть волосы «Битлз», чтобы произвести впечатление на своих подруг. Их обнаружили прежде, чем они встретились с «Битлз», но они сбежали по пожарной лестнице».

 

 

 

Отель «Кларендон» в 1958 году.

 

 

 

«Битлз» на балконе отеля приветствуют собравшуюся внизу толпу.

 

 

 

 

Крис Брук: «То, чем отличился Крайстчерч от других городов, это группой негативно настроенных к «Битлз» парней. Раздраженные тем вниманием, которое «Битлз» получали от девушек Крайстчерча, они забросали гостиницу яйцами, а один студент поднял плакат с надписью: «Нам нравятся Элвис, Клифф, Кастро и Мао Цзэ-Дун, но не Битлз». Поэтому понятно, почему «Битлз» проведут свой последний день в Новой Зеландии в своих гостиничных номерах в Крайстчерче».

 

 

 

«Мы любим Элвиса, Клиффа, Кастро и Мао Цзэ-Дуна, но не Битлз».

 

Гарольд Менсон (фотограф): «Когда они вышли на балкон отеля «Кларендон», вся Уорчестер-Стрит от площади до реки была заполнена поклонниками. Чтобы сфотографировать «Битлз» на фоне толпы, я поднялся по пожарной лестнице. Они пробыли там некоторое время, приветственно размахивая руками и дурачась, пока какой-то псих не начал бросать в них яйца. «Битлз» тут же удалились. Когда я забрался через окно в ту же комнату, и мне в спину кинули яйцо. Ринго и один из сотрудников отеля помогли мне оттереть яйцо кухонным полотенцем, но мой пиджак остался сильно испачканным».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «В Крайстчерче недовольные в течение четырех минут забрасывали отель тухлыми яйцами. Слегка раздраженные, «Битлз» не стали обращать на это внимание, считая, что это разовый инцидент».

 

Рэмзи Гибсон (водитель): «Слушая радио по дороге домой, я услышал, что когда «Битлз» вышли на балкон, их забросали яйцами и овощами. Меня это позабавило, особенно после темы разговора в машине. Когда я вернулся домой, навстречу выбежала дочь, забрав книжку для автографов, но после того, как я рассказал ей о разговоре в машине и спросил, знает ли она, что такое в.з., она ушла в свою спальню, сорвала все их фотографии и сожгла их (прим. – в.з. – венерическое заболевание)».

 

 

 

 

Через некоторое время «Битлз» появились на пожарной лестнице отеля, куда не могли добросить яйца противники группы.

 

 

 

 

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Во время визита «Битлз» в Австралию, Стив Бриджес из города Колумбус, штат Индиана, учился в университете в Новой Зеландии и жил в Крайстчерче. Вместе с сестрой и её подругой он приехал в аэропорт, чтобы увидеть прибытие «Битлз», а затем в отель «Кларендон», где разместилась группа.

Девушки предложили Стиву пойти на пресс-конференцию, поскольку он был репортером, чтобы он написал статью в газету. Сами они настояли на том, чтобы он взял их с собой как стенографистку и машинистку.

Рядом с отелем «Кларендон» была огромная толпа, и Стив попытался решить проблему, рассказав одному из дежурных полицейских, что он репортер, и что он хотел бы присутствовать на пресс-конференции. В ответ прозвучало: «Ну да, конечно, ты, как и все остальные», и Стиву пришлось отступить назад в толпу. В это время Стив заметил редактора газеты «Канта» университета Кентербери, и поинтересовался у него: «У вас есть карточка представителя прессы?» Затем: «Можно одолжить её у вас на короткое время?» С неохотой редактор все же одолжил Стиву свою карточку, получив заверение в её быстром возвращении.

Теперь, вооружившись жизненно важным компонентом проникновения в отель, Стив снова подошел к полицейскому оцеплению и, к счастью, тот полицейский, к которому он обратился в первый раз, отошел в другое место, поэтому с помощью карточки прессы он проник в холл отеля.

Затем он позвонил в номер Брайена Эпстайна и объяснил ему, что он, в некотором роде, самозванец, но очень хотел бы присутствовать на пресс-конференции, и что ему надо вернуть карточку представителя прессы. Брайен сказал Стиву: «Верните карточку своему другу, но сообщите полицейскому, что вы забыли свою ручку, и вернетесь через минуту, а если у вас возникнут проблемы, устройте скандал и потребуйте меня, и я верну вас».

«Забыл свою ручку», — сказал Стив полицейскому снаружи, и через минуту или около того он вернул карточку и вернулся в гостиницу.

Когда он вошел в комнату, отведенную для пресс-конференции, у Стива начался мандраж. Он начал ждать, когда все рассядутся, чтобы увидеть, где останется пустое место. Оставалось только одно место – рядом с Джоном.

Стив отчаянно думал о том, что сказать, и, наконец, задал достаточно глубокомысленный вопрос: «Как дела?». Джон был явно впечатлен этим, и ответил: «Прекрасно». Он заметил, что у Стива с собой блокнот и карандаш, которым тот вывел: «Все прекрасно». Позднее во время пресс-конференции Джон наклонился к Стиву и сказал: «Вы записываете больше, чем кто-либо другой, но не произносите ни слова. Задайте вопрос». На самом деле после своего предыдущего вопроса Стив решил, что безопаснее писать и слушать, а не задавать вопросы.

«Битлз» спросили о кинутом яйце, на что Пол ответил: «Яйца были очень мягкими, и очень хорошо ломались при контакте». Джордж добавил, что их бросил, вероятно, его светлость мэр».

 

 

 

 

 

 

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Один из репортеров задал неизбежный вопрос, который «Битлз» наверняка уже ненавидят: «Каковы ваши планы, когда закончится Битломания?» Пол быстро ответил: «Мы с Джоном будем писать песни, Джордж откроет книжную лавку, а Ринго станет парикмахером». Джон ответил более философски: «Мы об этом не беспокоимся, легко пришло — легко ушло».

На протяжении всей пресс-конференции за окнами стоял шум толпы, которая скандировала, пела и кричала. Один молодой репортер, который откровенно признался, что никогда не слышал музыку «Битлз», поинтересовался о социологических и политических последствиях, спросив Джона, не раскаялся ли он за «тот причиненный вред здоровью и собственности, за которые они в ответе». Джон, несколько возмущенный таким вопросом, указал наружу и спросил: «Вы считатете, что что-то не так с теми подростками, которые там радуются? Если бы они не были там, то некоторые из них были бы где-то еще в беде». После нескольких вопросов этого репортера в еще более оскорбительной манере, Ринго скучающим тоном произнес: «Наверное он один из метателей яиц».

Джона и Пола спросили, написали ли они какие-нибудь песни во время этих гастролей по Австралии и Новой Зеландии. Джон ответил: «Обычно в дороге мы сочиняем песни, но не в этот раз».

Когда одна репортер-женщина спросила, что он думает по поводу того, что люди покупают его книгу только потому, что он Битл, Джон без всяких обиняков ответил: «Мне плевать, почему её покупают». С негодованием она воскликнула: «А как же ваша порядочность артиста?» «Порядочность артиста? Мне все равно», — был ответ.

Это положило конец открытой сессии вопросов и ответов. В начале у Стива сложилось впечатление о «Битлз» такое, что когда они сталкивались со средствами массовой информации и находились под шквалом вопросов, то не были особо впечатляющи. Иногда их ответы были небрежны, и по его ощущению, делали они это умышленно, а некоторые из их ответов хотя и предполагали юмор, часто были патетически глупыми. Ближе к концу интервью у Стива возникло другое впечатление. Пару минут он поговорил сначала с Джоном, потом с Ринго. За эти несколько минут Стив увидел двух совершенно разных людей, отличающихся от тех, кто бесчисленное число раз сталкивается с одними и теми же вопросами на преcc-конференциях. Они были искренними и выглядели совершенно естественными.

Пресс-конференция была закончена, когда Дерек Тейлор объявил, что мальчики нуждаются в отдыхе. Хотя у двух из них болело горло, это не мешало им дымить сигаретами и пропустить несколько бурбонов во время конференции.

Когда Стив собрался было уже уходить, Джон сказал ему: «Разве вы не хотите с нами сфотографироваться?», и один фотограф вызвался сделать снимок с группой».

 

 

 

Со Стивом Бриджесом после пресс-конференции.

 

 

 

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Когда Стив вышел из отеля, чтобы поприветствовать Вирджинию и Барбару, они засыпали его шквалом вопросов. Они не давали ему возможности ответить, поэтому он позволил им подержаться за руку, которая обменялась рукопожатием с Джоном и Ринго и это, кажется, их успокоило.

Молодая девушка, которую Стив пригласил на выступление, была поклонницей Ринго, и после того, как он рассказал ей о том, что с ним произошло, а особенно о разговоре с Ринго, авторитет Стива в её глазах поднялся неимоверно».

 

 

 

Крайстчерч, 1960-е. На снимке театр «Маджестик» справа.

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Выступление в театре «Маджестик», Крайстчерч (Majestic Theatre, Christchurch)».

 

 

 

Театр «Маджестик», Крайстчерч.

 

 

 

 

 

Бет Бэрри: «Когда «Битлз» выступали у нас в городе, я работала кассиром-билетёром в театре «Маджестик». Я не пошла за кулисы, чтобы встретиться с ними, потому что решила, что они слишком шумные. Я сглупила? Именно это говорили мне дети на протяжении многих лет. Оглядываясь назад, я часто корю себя за то, не взяла несколько программ и не подписала их у «Битлз». Сейчас я была бы богатой женщиной.

Во время концерта крики поклонников были настолько сильными, что после его окончания я была совершенно измученной. Уровень шума был запредельным. Мне всегда казалось, что в тот вечер «Битлз» только изображали, что они поют. Девушки кричали и у них были самодельные плакатики с надписью «Я люблю тебя, Ринго». Группа девушек рискованно перегнулась через поручни бельэтажа. Я ткнула булавкой в чей-то зад, чтобы сдвинуть их с места, но они были так увлечены группой «Битлз», что ничего не чувствовали».

 

Крис Брук: «Некоторые из недовольных парней, должно быть, купили билеты на концерт, потому что среди обычных леденцов «джелли-бинс», брошенных в «Битлз», были также и яйца».

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «На сцене «Битлз» были только в течение 25 минут. В целом, за исключением постоянно визжащих голосов, и прыгающих девушек, теряющих сознание, аудитория была спокойной и уравновешенной».

 

Кейт Бедмен: «27 июня выступлением в Крайстчерче «Битлз» закончили свое Новозеландское турне».

 

 

 

Выступление в концертном зале муниципалитета Данидин (Town Hall, Dunedin)

26 июня 1964 г.

 

Бэрри Майлз: «В этот день в Соединенных Штатах поступил в продажу альбом «Вечер трудного дня» (United Artists UAS 6366)».

 

 

 

 

Джек Хаттон, «Мелоди Мейкер», 27 июня 1964: «Песня «Вечер трудного дня» (A Hard Day’s Night) – первая дорожка на альбоме, наиболее коммерческая и одновременно, самая лучшая, открывает альбом. Тяжелое вступление с великолепной игрой Джорджа на гитаре…  Сверхестественный звук был создан на специальном барабане с эффектом зала… «Скажи мне, почему» (Tell Me Why) демонстрируют Джона и остальных в слаженной гармонии. Наиболее отшлифованный номер «Битлз», что я слышал… «Когда угодно» (Any Time At All) – песня с самым изысканным вкусом, но «Тебе не надо так делать» (You Can’t Do That) – наилучшая версия из тех, что уже выходила на обратной стороне «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love)».

 

 

 

 

Грэм Рид (новозеландский писатель): «[Перед выездом из Окленда] Из отеля Дерек Тейлор отправил мэру телеграмму следующего содержания: «Благодарим вас и вашу супругу за лучший мэрский прием из всех, что у нас когда-либо были. Джон, Пол, Джордж и Ринго. Битлз».

 

Крис Брук: «В четверг [вечером] 25 июня «Битлз» вылетели в Данидин. Их вылет был задержан на 30 минут, потому что в Окленде кто-то позвонил, и сказал, что на борту самолета «бактериальная бомба». Подозревая, что это была шутка от кого-то из сопровождающих лиц, полицейский инспектор Окленда, как сообщается, запер оборудование группы на ночь в своей штаб-квартире, а его подчиненные проверили личный багаж сопровождающих лиц».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «В службу охраны поступил анонимный телефонный звонок о том, что в самолет с «Битлз» будет заложена бактериологическая бомба. Чтобы исключить какой-либо шанс, в четверг вечером [25 июня] в отеле полиция проверила упакованный багаж как «Битлз», так и остальных сопровождающих лиц. После проверки всех вещей и упаковки, полиция опечатала каждый багаж.

Вместе с «Битлз» в аэропорт прибыл репортер «Дейли Таймс» которого перепроводили в комнату, где два сержанта полиции скрупулёзно проверили его багаж. Перед вылетом самолета он также был тщательно осмотрен. Никаких признаков бомбы обнаружено не было.

Самолет сел в аэропорту Момона с опозданием на 35 минут из-за задержки вылета в Окленде. Когда они вышли из самолета «Флайт 491», их встретило около четырехсот поклонников. Сначала появился Пол Маккартни, крикнул «Да», и помахал почти безмолвной толпе».

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Затем они сели в машину, ожидавшую их на взлетно-посадочной полосе, и без каких-либо церемоний уехали. За ними наблюдали, оставшись невостребованными, три автомобиля полиции, несколько сотрудников дорожной полиции и три полицейских собаки.

Как заявил вчера начальник городского движения г-н П. Лунн: «У нас есть план действий в чрезвычайной ситуации, если это потребуется, но надеюсь, что в этом не будет необходимости». Также он сказал, что они поедут в город в обычных автомобилях. «Они отказались ехать в автобусе с панорамными окнами, который планировался для этой поездки», — сказал он.

Самыми удачливыми детьми Отаго стали ученики момонской школы, которым удалось увидеть проезжающих мимо Битлов».

 

Уэйн Р: «В то время мне было 11 лет, и я учился в начальной школе Фэрфилд. Наша школа находилась на пути следования «Битлз» из аэропорта Момоны в Данидин. Все старшие классы вышли к пешеходному переходу на Майн-Роуд. Руководителю школьного отряда скаутов удалось на переходе остановить автомобили (с «Битлз» внутри), чтобы мы увидели «их». Автомобилей было несколько, и помню, что в Данидин их сопровождали полицейские».

 

 

 

 

Возле отеля «Нью Сити» собрались тысячи поклонников.

 

Бэрри Майлз: «Местные власти проигнорировали совет организаторов турне и выделили всего трех полицейских для поддержания порядка, хотя возле отеля «Нью Сити» собрались тысячи поклонников. Когда они прибыли, полиция оставила в ограждении возле отеля проход шириной всего в один метр, из-за чего «Битлз» пришлось в буквальном смысле пробивать себе дорогу, так как поклонники легко сокрушили трех данидинских констеблей. Лицо Пола было оцарапано, у Джона вырвали волосы, когда Мэл и Нил сдерживали толпу, чтобы группа смогла пройти».

 

 

 

Толпа возле отеля 16 июня 1964. Стрелка указывает на одного из Битлов, пробивающегося к отелю с помощью Мэла и Нила.

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Хотя в аэропорту было спокойно, воздух наполнился истерией, когда вопящие приверженцы приветствовали «Битлз» возле отеля «Сити». Когда машины подъехали к главному входу, первые ряды толпы в 2000 человек ринулись вперед, оттеснив полицейских в сторону. Одна девушка потеряла сознание и была спасена двумя мужчинами. Полицейские шлемы полетели по воздуху, когда было смято ограждение. Полиции потребовалось 10 минут, чтобы пробиться через эту массу. «Битлз» были быстро перепровождены в безопасное место».

 

Крис Брук: «Когда «Битлз» прибыли к отелю «Сити», полиция не была готова к истерике двухтысячной толпы, которая преградила вход, при этом часть толпы взобралась на террасу отеля. Полиции потребовалось 10 минут, чтобы освободить проход, и во время сопровождения группы в отель в толпе возникла давка».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Спустя некоторое время Пол Маккартни подверг критике действия полиции на Принсес-Стрит. «Полиция явно не была хорошо организована», — сказал он. – «Они должны были удерживать толпу и оставить нам больший проход от машины до входа в отель».

 

Крис Брук: «Пследним из машины выбрался Джон Леннон. К этому времени полиции и охранников было уже достаточно. Радиоведущий Нил Коллинз помнит, как полицейские подхватили Леннона и вбросили его через парадную дверь».

 

Нил Коллинз (радиоведущий): «Я говорю серьезно. Он буквально пролетел до лифта по воздуху. На нем были кожаные штаны, и он порвал их на коленке об железо лифта».

 

Крис Брук: «Леннон ворвался в свою комнату на третьем этаже, и отказался присутствовать на пресс-конференции».

 

Джон: «Однажды в Новой Зеландии нам пришлось туго, я лишился большой пряди волос, но почти не разозлился. Я чуть не упал и подумал: «Ну и ну, это уже похоже на налет». Они поручили трем полицейским сдерживать толпу из трех или четырех тысяч человек и отказывались позвать подкрепление: «Этого вполне хватит. Все под контролем». Они и вправду все контролировали, а нас сбивали с ног!».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Толпа начала распевать «Мы хотим Битлз», и квартет их не разочаровал, появившись под оглушительные крики».

 

Студенческая газета «Критик», Отаго, 9 июля 1964: «Да, мы сделали это. Мы отправили в отель «Сити» двух наших отважных репортеров из числа тех, кем можно пожертвовать – не для того, чтобы они пошли в пивбар. Мы сказали им, чтобы они «увидели Битлз». Что действительно совершенно потрясло нас, это то, что у них получилось. Наш сотрудник редакции и новостийщица прошли между баррикадами поклонников, незаметно прокрались вверх по лестнице, но пали духом, представ перед детективом в штатском, по виду, самым внушительным из всех тех, кого они видели.

Но нет, без риска нет победы. Они ускользнули от преследователей и нашли убежище в комнате Лу и Саймона. Но когда все четверо осмелились выйти, то были пойманы начальником охраны, которая обеспечивала безопасность во время гастролей. Но наша секретарша встала в позицию и заверила этого джентльмена, что у нее нет револьвера в сумочке. В конце концов он смягчился, и наши друзья вошли.

Комната, в которой проходило интервью, была настолько плотно заполнена пришедшими репортерами и радиоведущими, что наши ошеломленные сотрудники подумали, что у них будет больше шансов, если они присоединятся к толпе, скандирующей «Мы любим вас, Битлз» до самой до Принсес-Стрит.

Но они взяли-таки интервью, и редактор «Критика» сгоряча ляпнул, что напечатает его на четвертой странице. Так вот, на этой странице оно и напечатано. А наши репортеры продолжают рассматривать предложения за битловские автографы и сигареты, которыми их угостил Пол Маккартни.

Итак, мы были там, наверху в отеле «Сити», в комнате, заполненной журналистами всех сортов. Но только мы напросились к ним и пробрались через внушительный охранный кордон.

Затем вошли «Битлз». Сразу же, как только начался бедлам, мы были заняты тем, что пытались навострить свои уши сразу на три параллельные беседы. И мы преуспели. Здесь, без какого-либо установленного порядка, мы печатаем свое интервью с «Битлз», рискуя навлечь на себя гнев [студенческого] журнала «Кэппинг Бук», [писателя] Нунана, редактора газеты «Критик», наших читателей и весь остальной мир.

Входят «Битлз».

Ринго: Хорошее тут у вас местечко.

Журналист «Отаго Дейли Таймс»: Не могли бы вы сказать нам, кто из вас кто?

Джордж: Если вы до сих пор этого не знаете, то вас здесь быть не должно.

Ринго: Я — Джордж.

Пол: Я — Ринго.

Джордж: Я – Пол.

Бросив обыденное «привет», они усаживаются и приносят извинения за отсутствие Джона Леннона. «Извините, у Джона заболело горло. Он наверху, дрожит на полу», — сказал Джордж.

Газета «Критик»: Надеемся, что вы пообедали, перед тем, как спустились?

Джордж: Да, еды было много – сполна печенья.

Парням предложили выпивку, но все, кроме Ринго, взяли кока-колу.

Пол: Мы немного разочарованы погодой. Всегда думал, что на самом юге от Англии будет теплее, но теперь я понимаю, что мы двигались вниз, поэтому там должно быть холоднее.

В этот момент Битлам были предложены сигареты. Джордж прикурил от золотой зажигалки. Мы особо отметили волосы у Пола. Он сказал нам, что моет их каждый вечер, потому что от пота они курчавятся, «и мне это не нравится». К настоящему времени все наши сигареты выкурены, кроме тех, которые мы оставили, чтобы продать.

Джордж: Мне нравится эта марка, потому что она с длинным фильтром.

Газета «Критик»: Вас не беспокоит тот факт, что люди, выкуривающие более 20 сигарет в день, могут заболеть раком?

Пол: Ты просто не веришь, что это случится с тобой. Ты в это не веришь.

Газета «Критик»: Вам нравится все эта неистовство?

Пол: Неистовство под контролем – это хорошо. Как на сцене, мы – здесь, а аудитория там, внизу. Тогда все в порядке. Пока держатся баррикады.

Газета «Критик»: Чего больше всего вы ждете от отдыха?

Пол: Только одно – солнца. Просто я люблю тепло.

Газета «Критик»: По поводу ваших причесок, всех этих историй о плавании в гамбургских купальнях и выходе из воды без причесывания, это правда?

Пол: Отчасти. У всех немецких парней были довольно длинные волосы, и мы просто отрастили свои, и это было естественно. Мы не планировали это как рекламный трюк именно таким образом.

Газета «Критик»: Вы покупаете готовую одежду?

Пол: Нет, в основном, она вся шьется на заказ. Вы хотите посмотреть ярлычок?

В этот момент Пол отогнул полу своего пиджака и показал его нам.

Газета «Критик»: У официальных лиц возникали когда-либо проблемы с тем, чтобы попасть к вам в отель?

Пол: Да. Обычно происходит такой разговор. Чиновник: «Простите, могу я пройти? Я с Битлз». Полиция: «О, конечно, мы вам верим».

Газета «Критик»: Во время гастролей вы принимаете таблетки?

Джордж: О, нет. Мы не наркоманы, или что-то в таком роде. Мы можем сделать укольчик или покурить марихуаны, но чтобы таблетки – никогда!

Газета «Критик»: Какое место в мире вам нравится больше всего?

Джордж: Вся Британия и, конечно же, Ливерпуль, хотя мы больше там не живем. Хотя мне понравилось в Майами, потому что там жарко.

Газета «Критик»: Что вы думаете о своей новой пластинке «Плач по тени» (Cry For A Shadow)?

Джордж: Она ужасна. Мы записали её как шутку. Мы знали одну немецкую группу, которая играла, как группа «Тени» (Shadows) и эта запись была сделана нами просто смеха ради.

Газета «Критик»: Ринго, как было в больнице?

Ринго: Отлично. Восемь замечательных дней. Всякий раз, когда я звонил колокольчиком, ко мне приходила новая медсестра.

Газета «Критик»: Брайен Эпстайн стоит свои 25 процентов?

Ринго: Каждый пенни. Если бы не он, мы бы все еще играли в местных клубах. Он стоит каждого пенни.

Газета «Критик»: У вас много пресс-агентов?

Ринго: Нет. Кажется, все думают, что у нас их тысячи, но, на самом деле, у нас только один гастрольный менеджер. Кстати, с нами путешествует очень мало людей.

Газета «Критик»: Почему вы поехали в Новую Зеландию?

Ринго: Мы не имели к этому никакого отношения. Мы просто едем туда, куда нас пригласили. Кроме пения, сами мы ничего не делаем.

Газета «Критик»: Ваше отношение к битловским парикам?

Джордж: Отвратительное. Вы видели эти штуковины из пластика? Мы получаем за парик два пенса или что-то смешное вроде этого.

Газета «Критик»: Как долго, по-вашему, продлится эта слава?

Джордж: Хотелось бы думать, что долго. Надеемся продолжать писать песни, когда закончим со славой и манией. На данный момент у нас около шестидесяти песен.

Но из их профессиональных секретов мы узнали, что никто из них не читает ноты. «Битлз» просто придумывают мелодии и играют их на гитарах. Затем мелодии записываются на пленку, и после этого переносятся на ноты. Все делается на слух.

Газета «Критик»: Как вы относитесь к уличным толпам?

Пол: Толпа возле отеля могла быть более контролируемой, хотя она тише австралийской. Тем не менее, ширина прохода между двумя рядами вопящих девушек была самой узкой из тех, что у нас когда-либо были при входе в фойе отеля.

Газета «Критик»: Ваше мнение о студентах?

Пол: О студентах? Они просто люди, как и все мы, и, как приятно это видеть, сотрудники «Критика» среди них.

Газета «Критик»: Ваши волосы не слишком длинные?

Пол: Нет, я так не думаю.

Газета «Критик»: Что вы любите?

Пол: Море, песок и плаванье. Я думал, что поплаваю, пока я здесь, но я и не подозревал, что вы тут так низко — как в нижней части мира. В Данидине слишком холодно.

Газета «Критик»: Вы допускаете, что продают простыни, на которых вы спали?

Пол: Когда это с благими намерениями, то думаю, это нормально.

Так было суждено. Мы не должны были быть там, но мы там были. Их гастрольный менеджер поздравил нас за нашу инициативу, а ребятам, похоже, понравилось, что кто-то преодолел защитный кордон. А в целом, в конечном итоге, нам все равно, и мы готовы сделать это еще раз».

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «Группа встретилась с прессой во время удивительно неправдоподобной конференции в двух этажах над скандирующей толпой. Джон Леннон отсутствовал из-за больного горла. Все было неформально. Трое из «Битлз» прекрасно взаимодействовали друг с другом, водрузив свои ноги на стол перед собой.

Последовали вопросы об их прическах. «Они у меня кучерявятся, наверное, из-за климата», — сказал Пол. О Ливерпуле. «Я не хотел бы жить где-нибудь за пределами Великобритании, хотя мне нравится солнце», — сказал Джордж. О славе. «Так получается, что нельзя никуда выйти, потому что тебя везде узнают», — сказал Ринго. Гостиничная жизнь? Пол: «Мы не часто покидаем свои комнаты, но я не против, пока есть радио и телевизор».

Ринго носит четыре кольца и золотую цепочку. У Пола двое часов: «Одни показывают новозеландское время, другие – английское, так что я знаю, когда могу позвонить своему отцу. Я делаю это почти каждый вечер». Что они думают о диких толпах? Пол: «Мне нравится организованная дикость». Что в планах у Пола на будущее, когда «Битлз» распадутся? «Скорее всего мы с Джоном продолжим писать песни».

 

 

 

 

Мэри Леннер: «В 1964 году я была молодым репортером в Данидине. В начале 1960-х я жила в Лондоне и хотела работать в «Би-Би-Си», но так как у меня не было опыта, я понимала, что это будет очень нелегко. Поэтому я решила поехать куда-нибудь, где можно было бы без проблем устроиться на работу. И обнаружила, что это можно сделать в Новой Зеландии.

Во время прибытия «Битлз» в Данидин, меня отправили на их пресс-конференцию. Были все эти визжащие девушки и полицейские кордоны, и мы знали тогда, что они были, возможно, самым крупным явлением в то время, но меня они не очень впечатляли.

Помню, что выглядели они как типичные англичане. У них были очень бледные лица, как будто они не видели солнца, а их одежда была по моде 60-х. Своими приталенными пиджаками, узкими брюками и сияющими остроносыми туфлями они воспроизводили эдварианскую эпоху. Когда они появились в Новой Зеландии, я решила, что они выглядят как жокеи, как четыре маленьких беспризорника.

Для интервью все репортеры были перепровождены в танцевальный зал отеля. Джон Леннон и Пол Маккартни ответили на несколько вопросов, но ушли рано. Ринго Старр и Джордж Харрисон остались еще, чтобы ответить на вопросы представителей прессы. Я не была впечатлена теми вопросами, которые им задавали. Все вопросы, которые задавались Ринго, были банальными, и он давал на них односложные ответы. У него были удалены миндалины, и кто-то спросил: «Как твое горло, Ринго?» «Прекрасно. Как твое?» Понятно, что те ответы, которые мне были нужны, таким образом не получить. Я была там по поручению новозеландской радиовещательной компании, и мой репортаж будет на всю страну, поэтому мне было нужно что-то еще. И я решила, что Харрисон станет моей фигурой, потому что из оставшихся двоих он показался мне самым спокойным, в некотором роде, интроспективным. Я решила, что с ним у меня получится более осмысленное интервью. И я добилась своего».

 

Ник Коллинз (радиоведущий): «На пресс-конференции в Даниде кажется, что присутствовала каждая собака, задавая идиотские вопросы. «Кто из них кто? Кто-нибудь из вас играл в Роллинг Стоунз?» Есть фотография, как я беру интервью у Ринго в своем самом блистательном костюме и зачесанными назад волосами. Ринго был увлечен кантри-музыкой. Он признался, что у него есть коллекция Хэнка Уильямса, и сказал, что если бы у него была возможность, то он бы больше исполнял кантри».

 

Из интервью с Бобом Роджерсом в номере отеля «Нью Сити», 26 июня 1964:

Боб Роджерс: Есть ли такая возможность, что Ринго и Джордж начнут сочинять песни? Я имею в виду, будут ли они…

Ринго: Ну, на самом деле Джордж написал несколько песен, и сейчас он все расскажет вам о них.

Джордж: Я расскажу, да. На самом деле, я написал одну, которая была записана.

Пол: «Не беспокой меня» (Don’t Bother Me), одна из самых чувственных песен.

Джордж: Попытался написать еще несколько, но они их высмеяли.

Пол: Нет-нет, Джордж.

Джон: Нет, Джордж.

Пол: (напевает фрагмент песни «Ты знаешь, что делать» (You’ll Know What To Do)) Авторское право.

Джордж: Это моя мелодия.

Джон: Джордж написал очень хорошую мелодию на втором альбоме.

Джордж: О! Джон, расскажи им.

Джон: Которая называется «Не беспокой меня». Многие подумают, что это наша мелодия, тем не менее, это Джордж её написал. Очень сильная мелодия, Джордж.

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 25 июня 1964: «Когда «Битлз» завтра в пятницу прибудут в Данидин, приема у мэра у них не будет, но не исключается муниципальный прием этой группы популярных исполнителей. Между мэром, г-ном Т.К. Сайди и управляющим городским движением, г-ном П. Лунном состоится обсуждение, чтобы принять решение, не будет ли благоразумнее провести прием в «Октагоне», поскольку это вызовет меньшее затруднение дорожного движения, чем возле отеля «Сити» (прим. — Октагон — центр города Данидин, восьмисторонняя площадь с круговой односторонней проезжей частью).

«Если департамент дорожного движения считает, что появление «Битлз» на публике в «Октагоне» вызовет меньше хлопот, тогда я готов сотрудничать», — сказал вчера г-н Сайди.

В связи с визитом «Битлз» в департаменте дорожного движения существует программа чрезвычайных мероприятий на случай изменение маршрута трафика дорожного движения. «В сотрудничестве с полицией мы разработали схему, которая позволит свести заторы к минимуму», — сказал г-н Лунн. — «Возможно, что на определенном этапе нам придется перекрыть движение».

«Мы не можем организовать для них мэрский прием», — сказал г-н Сайди. – «С кого мы спросим, если возникнут беспорядки? Но если существует необходимость такого появления их на публике, как в случае муниципального приема, тогда я охотно приму в этом участие». И добавил: «Я ничего не имею против Битлз». На вопрос, мог бы он стать поклонником «Битлз», мэр уклонился от ответа. «Я мало о них знаю», — ответил он дипломатично».

 

 

 

Данидин в 1960-х.

 

 

 

 

Крис Брук: «В тот вечер [радиоведущего] Нила Коллинза попросили стать отвлекающим манёвром, пока «Битлз» пробирались в здание муниципалитета. С ним были Расселл Кларк, Макс Мерритт, и один участник группы «Метеоры»».

 

Нил Коллинз (радиоведущий): «Организатор концерта сказал так: «Если вы сделаете это для нас, то сможете встретиться с ними за ужином. Зачешите волосы вперед, наклоните голову и пробегите через толпу к лимузину. Всё просто, парни». Мы все решили, что это будет весело, поэтому и согласились, но, когда мы появились, толпа ринулась к нам, люди начали дергать и вырывать у нас волосы. В этот момент я подумал, ну почему я сказал «да», потому что это было ужасно. Перед тем, как автомобиль смог отъехать, шум внутри был оглушительный, кто-то колотил снаружи, а вся машина была вымазана губной помадой.

Тем временем «Битлз» выбежали из заднего входа в отель мимо мусорных баков и разного хлама и сели в маленький «Форд».

«Не могу поверить, что вы совершаете это каждый день», — сказал я потом Полу Маккартни. — «Когда вы покидаете автомобиль, чтобы попасть в отель или на концерт, вы, наверное, все время побиты и помяты». «Послушай», — ответил Пол. – «Мы сказали здесь вашим полисменам, что соберется толпа, будет толкотня и давка. А они нам сказали: «Не надо нам говорить о контроле над толпой. У нас здесь дважды была Вера Линн» (прим.- Вера Линн — британская певица, дама Ордена Британской Империи, имевшая огромную популярность в годы Второй мировой войны)».

На машине они добрались до конца Морей Плейс и вошли в ратушу через служебный вход. Они входили и выходили раньше, чем кто-либо об этом узнавал».

 

Дженни: «В тот вечер мы с моим другом пошли на концерт через [площадь] Октагон, чтобы разминуться с кричащими поклонниками, расположившимся с другой стороны ратуши – напротив главного входа. Внезапно на полосе встречного движения появился автомобиль и остановился возле служебного входа в ратушу. Именно в том месте, где мы остановились, четверка Битлов выскочила из машины, сжимая в руках свои гитары. «Тсс, не говорите никому», — сказали они, вбежав вовнутрь через служебный вход. Мы были там единственными людьми».

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Выступление в концертном зале муниципалитета Данидин (Town Hall, Dunedin)».

 

beatlesbible.com: «Группа выступила в двух концертах, на каждом из которых присутствовало по 4 000 человек».

 

Мюррей Стотт: «В 1964 году мне было 16 лет. Это было время, когда в Данидине можно было уволиться с работы, и найти её на следующий день. В мае 1964 года я написал заявление на работу в «Артур Барнетт» (прим. – универмаг в Данидине). «Отлично», — сказал мне менеджер. – «Ты принят». «И вот ещё что», — говорю я. – «У меня билет на «Битлз» на 26 июня». «Нет проблем. Ты можешь не выходить в пятницу вечером. Большая часть магазина будет там же…».

Концерты «Битлз» были типичными для того времени, когда основные артисты находились на сцене всего 30 минут, а остальные 90 были заполнены исполнителями поддержки. В те дни все оборудование всех артистов могло поместиться в один грузовик. После Джонни Девлина, Джонни Честера и «Корпорации звука» был короткий перерыв, когда погас свет, а на сцене некоторые из усилителей и часть оборудования были перегруппированы на сцене. Затем прожектор высветил на пустой сцене усилители «Вокс-30», акустические колонки и набор ударных инструментов «Людвиг» с логотипом «Битлз» на большом барабане.

В тишине вышел дорожный менеджер и поставил «Рикенбэккер» Джона Леннона на стойку, расположенной на левой стороне сцены. Затем узнаваемая черная гитара Джорджа Харрисона была установлена в центре сцены.

Гастрольный менеджер Тревор Кинг объявил по системе внутренней связи: «Дамы и господа, Керридж Одеон с гордостью представляет вам самое грандиозное выступление в мире: Битлз». После чего на сцену выбежали Битлы, и начался крик, который не стихал все 30 минут. Джон Леннон объявил, что им очень приятно быть здесь, и они начали исполнять все свои известные хиты».

 

Уэйн Моуат: «Я был на концерте, в 8 вечера. Когда мы туда прибыли, помню, что все школьницы и их друзья были в восторге от первого концерта. Некоторые из девочек были почти в истерике. Такой эффект производили «Битлз». Наши места были в восьмом ряду по центру. Мы были хорошо воспитанными школьниками, и когда на сцену вышли «Битлз», мы вдруг оказались сзади всех. Как только «Битлз» появились на сцене, Маккартни и Леннон начали трясти своими головами. В этот момент истерия вырвалась наружу. До этого концерт проходил довольно спокойно. Сначала выступал Джонни Девлин и когда ведущий начал объявлять выход «Битлз», то его голос утонул в криках».

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Когда «Битлз» вышли на сцену, в зале среди поклонников вспыхнуло полное безумие. Во время вечернего концерта несколько сотен поклонников бросились на сцену. 30 полицейских, стоявших перед сценой плечом к плечу, преградили им путь».

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «Несколько сотен возбужденных поклонников ринулись к сцене, когда «Битлз» начали свой второй концерт. Им помешали 30 бесстрастных полицейских, выстроившихся шеренгой плечом к плечу, чтобы разделить толпу и их поющих идолов.

Когда «Битлз» начали исполнять свой первый номер «Я увидел ее, стоящую там», к ним бросились с полдюжины девушек. С такой же скоростью охранники на сцене бросились вперед, а полиция, стоящая в проходе между рядами, пришла в движение. Произошло несколько стычек, но в них никто не пострадал. Вопящие девочки довольствовались только синим шлемом полицейского – с подпрыгиваниями, приплясываниями и криками».

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Во время исполнения первой песни «Я увидел ее, стоящую там» (I Saw Her Standing There), около дюжины девушек попытались взобраться на сцену, но ни одной из них этого не удалось сделать, так как сцена была расположена слишком высоко. После нескольких неудачных попыток, когда поклонники поняли, что им не добраться до «Битлз», они начали прыгать, танцевать, кричать и тянуть свои руки к «Битлз». В какой-то момент у некоторых из полицейских с головы слетели шлемы, и поклонники начали пинать их как футбольные мячи».

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «Во время второго концерта, в течение всех тридцати минут нахождения косматой группы на сцене, три четверти зрителей в партере стояли на ногах. Пол ходил ходуном, когда зрители хлопали и топали ногами под ритмы этой какафонии. Призывы Пола Маккартни и Джорджа Харрисона к спокойствию были оставлены без внимания. Восторженные крики были обращены ко всем четверым «Битлз», но Ринго Старр, кажется, был самым востребованным, особенно, когда трёс своей шевелюрой».

 

 

 

 

 

 

Уэйн Моуат: «Их музыку нельзя было расслышать. Толпа села и стала слушать только тогда, когда Пол Маккартни спел «Пока не появилась ты» (Till There Was You), одну из самых медленных и спокойных песен из тех, что они исполняли. В остальном все это было громко. Музыки слышно не было, но вы знали, что это были «Битлз». В этом сомнений не было.

Рядом с нами сидела молодая девушка, на ней была вязаная шапочка с надписью «Ринго», которую она бросила на сцену. Джон Леннон подхватил её и перебросил Ринго, который поймал её своей барабанной палочкой и нахлобучил на голову. Та девушка упала в обморок. Я этого никогда не забуду».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «После окончания концерта, «Битлз» под крики публики положили свои гитары и почти бегом бросились за кулисы. Они вернулись только на короткий поклон без выхода на бис.

Возле входа в зал стояла только дюжина поклонников, когда «Битлз» промчались мимо к своему автомобилю. Под управлением главы службы дорожного движения, господина П. Лунна, в сопровождении воя сирен, их автомобиль за три минуты доехал до отеля, в то время как в зале еще не закончили играть гимн «Боже, храни королеву».

 

Уэйн Моуат: «Когда концерт закончился, «Битлз» покинули сцену и в сопровождении полиции под вой сирен минуты за три вернулись к себе в отель».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «200 поклонников на мгновение увидели четверку, которая быстро скрылась внутри, но к 11 вечера толпа увеличилась до 1500. Началось скандирование, и на короткое время группа появилась в окне».

 

Уэйн Моуат: «После концерта все отправились к отелю «Сити», скандируя «Мы хотим Битлз, мы хотим Битлз!» Наконец, они вышли на балкон».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «После концерта тринадцать специальных автобусов развезли по домам поклонников из Инверкаргилла, Гори, Блуффа и Тимару».

 

Бэрри Майлз: «Вечером Джон, Ринго и ди-джей Боб Роджерс подшутили над Полом, использовав для этого обнаженную девушку, но Пол не нашел эту шутку смешной».

 

Боб Роджерс (диск-жокей сиднейской радиостанции «2-Эс-Эм»): «Пол спал в своей комнате, и Джон с Ринго привели к нему очень красивую обнаженную даму. Они стащили с него простынь, и положили на него обнаженную женщину. В этот момент он проснулся, а мы втроем спрятались за разными шкафами. Он был в ярости, но так как Джон с Ринго были его друзьями, я взял на себя ответственность за эту шутку. И если до этого он не особо мною интересовался, то, определенно, сейчас он меня не любит!»