Джейн и Питер Эшер, интервью с Аланом Фрименом

27 декабря 1964 г.

 

Алан Фримен (журнал «16»): «Джейн и Питер Эшер у себя дома дали интервью для февральского номера журнала. Как Пол изменил Жизнь Джейн. Беседа с девушкой, которой больше всего в мире завидуют.

Каждый вечер после школы две девушки часами стоят на углу модной лондонской Уимпол-Стрит. Одна высокая, другая миниатюрная. Возвращаясь вечером по дороге домой из «Би-Би-Си», я каждый раз их замечаю и удивляюсь. Кто они? Чего они ждут? И однажды в выходные я вдруг обнаружил, что делаю то же самое, что и они – но у своей собственной входной двери. И тогда я понял, что жду тех же людей, что и эти молодые поклонницы. Если вы всё ещё гадаете, кого, то вот вам ответ – это Джейн Эшер и её брат Питер.

Джейн – актриса, а не певица, но она является одной из самых заметных законодательницей моды в мире поп-музыки. Элегантный серый костюм, ярко-рыжие волосы, нахальные веснушки на лице и своеобразное чувство юмора. Это всё о Джейн. Те девушки на углу проводят там своё время, надеясь увидеть Джейн с её возлюбленным кавалером, Битлом Полом Маккартни и Питера. Двое Эшеров – редкость в нашем бизнесе. Брат и сестра, у которых разные профессии, но они помогают друг другу занимать положение звезды.

Когда они переступили порог моего дома, кофе уже был готов, но Джейн с улыбкой покачала головой, отказавшись от пирожных с кремом. И я не стал бы её за это корить – фигура стоит того. Практичный здравый смысл типичен для Джейн и Питера Эшер. Их отец – врач, мать – музыкант, и они никогда не стремились к успеху в шоу-бизнесе.

«Джейн всегда интересовалась музыкой», – говорит Питер. – «Она играет на флейте и гитаре. Так что мы можем помогать друг-другу и по-дружески критиковать».

Питеру 20 лет, и он на два года старше Джейн. У него такие же огненно-рыжие волосы, но его спокойная манера контрастирует с её бодрым энтузиазмом. Питер и Гордон (Гордон Уоллер, его школьный товарищ и партнер) сместили «Битлз» с первого места в хит-параде своим первым диском. Но мало кто из поклонников знает, что после записи этой пластинки Питер столкнулся с самым сложным выбором в своей жизни – пойти по пути шоу-бизнеса или вернуться к учебе в Лондонском университете».

 

 

 

Фото Дэвида Редферна.

 

 

 

 

 

 

Алан Фримен (журнал «16»): «Его голова работает намного лучше среднего», – произносит Джейн, глядя на него поверх чашечки кофе. «Продолжай», – с усмешкой говорит брат. – «Честно говоря, утомляет, когда люди подходят и говорят: «Как можно пренебречь своим образование ради поп-музыки?» Эта жизнь является частью моего образования. Хорошо, я учился на степень по философии. Возможно, что это прозвучит ужасно паршиво, если я скажу, что университет помогает мне думать, но я не уверен, что для меня будет лучше, если я не буду по вечерам выступать на сцене».

Питеру и Джейн повезло больше, чем многим другим. У них не было обычного в таких случаях непонимания с родителями, когда они заявили, что хотят стать артистами.

«Папа хотел, чтобы мы оба стали врачами», – говорит Джейн. – «Но он не стал возражать, когда мы не пошли по этой стезе. Мама – композитор, и она тоже преподает. Она считает поп-музыку забавной, но её раздражает, когда некоторые из её учеников проявляют снобизм и думают, что они очень крутые, когда утверждают, что поп-музыка ужасна». Питер утвердительно кивает. «Джаз поражает её техническим мастерством, особенно когда я знакомлю её с Бобом Купером и подобными исполнителями».

После полудня стало душно, поэтому я встал и включил хорошую музыку на проигрывателе высокого класса воспроизведения. Джейн закрыла глаза и расслабилась, в то время как Питер рассказал мне ещё одну историю, которая, как кажется, изменила его жизнь.

«Мы с Гордоном начали петь и играть на гитарах», – говорит Питер. – «В то время Гордон был большим поклонником Элвиса. Он пел как он, и даже был похож на него внешне. Мы играли на школьных концертах и даже выступили на конкурсе камерной музыки с группой типа «Шедоуз».

Было ещё одно обстоятельство, что Гордон был учащимся в школе, а Питер студентом дневного обучения. Но жизнь снаружи манила своим блеском. Были деньги, которые можно было заработать – если только Гордон мог отлучиться на ночь. В десять часов вечера тайно, как какой-нибудь чикагский гангстер, Питер подъезжал к школьным воротам, а Гордон перебирался через них наружу.

«После работы всю ночь Гордон был как выжатый лимон, и часто для него было довольно трудно встать с постели. Однажды ночью он сильно повредил ногу об один из железных шипов, и нам пришлось её перевязать».

Затем они как-то выступили в одном из любимых мест лондонского шоу-бизнеса, в клубе «Пиквик».

«Мы только что покинули школу и очень нервничали», – говорит Питер. – «Мы перебирали струны, и заметили, что в зале находится человек, который не просто нас слушал. Он на самом деле нас слушал. Мы решили, что он, должно быть, был какой-то важной персоной, потому что был весь такой яркий. На нём был чудесный костюм с блесками, и выглядел он очень эффектно. Мы исполнили все лучшие песни, которые знали, он купил нам выпивку и спросил, есть ли у нас пластинка».

Этим блестящим человеком был Норман Ньюэлл, автор множества хитов Ширли Бэсси, Дэнни Уильямса, Элмы Коган и Мэтта Монро (прим. – Норман Ньюэлл – английский продюсер, соавтор многих известных песен).

«Через неделю мы сделали пробную запись. Мы спели две или три народные песни. Он сказал: «Отлично. Очень хорошее звучание». И тут же подписал с нами пятилетний контракт».

Проигрыватель остановился, и Джейн открыла глаза. «Ммм», – пробормотала она, томно потянувшись. «Приятно, когда есть выходной, Алан».

Я понимал её чувства. Уж поверьте мне на слово, атмосфера в студии звукозаписи похожа на кафе-мороженое по сравнению с накалом и ритмом съемочной площадки. И у Джейн было всего этого предостаточно, когда она снималась в «Маске Красной Смерти», в фильме, который получил ​​высокую оценку критиков в Штатах. «Маска» для Джейн имела также побочный эффект. Недавно один американский ди-джей жизнерадостно объявил, что Джейн выходит замуж за режиссера этого фильма, красавчика Роджера Кормана. Конечно, в этом нет ни капли правды, и Джейн приходится всех уверять, что Роджер определенно не мужчина её жизни.

Для Джейн кино и театр – это не просто занятия. Это дело всей её жизни.

«Я никогда не была довольна тем, что сделала», – говорит она. – «Мы начали сниматься, когда мне было пять лет, а Питеру семь. Мы приняли участие в шести или семи эпизодах «Робин Гуда» на телевидении, а в 1956 году Питер был одним из мальчиков-актеров года».

Я спросил Джейн о её самых больших желаниях.

«В театре», – сказала она, – «сыграть Шекспира. Два года назад мне предложили сыграть в Стратфорде, но это означало оставить так много всего того, что имеет для меня значение – друзей… и всё остальное».

Она не стала углубляться в эту тему, но я уверен, что понял, что она имела в виду.

«Моя жизнь не связана с поп-музыкой, но я постоянно нахожусь в её окружении», – говорит она. – «Во-первых, люди хотят, чтобы я записала пластинку. Я бы записала её только в том случае, если бы была выдающейся певицей, действительно незаурядной. Но так как я не такая, то не хочу делать это. Если бы я на это пошла, и где-то пластинка стала бы успешной, то люди сказали бы, что это только потому, что я была сестрой Питера. Или потому, что…».

Она не закончила фразу. Да это было и не обязательно.

«Что ты хочешь для себя в личном плане?» – спросил я.

«То же, что и любая другая незамужняя девушка, Алан. В конечном итоге – это выйти замуж и иметь детей. Ничего необычного».

Джейн очень гордится своими успехами в игре на классической гитаре, но она покраснела, когда Питер произнес с братской беспечностью: «Она прямо как я. Ты недостаточно практикуешься?»

У Битлов есть один замечательный немецкий друг. Это Клаус [Вурман], с которым они познакомились в Гамбурге. Он живет сейчас здесь, и играет на гитаре.

«Вы слышали, как играет Клаус?» – спросил я.

«О, я думаю, что он абсолютно потрясающий», – сказала она. – «Если только…»

«Если только что?» –  подтолкнул я её к ответу.

«Если только у него будет достаточно практики. Я встретила его вчера вечером, и Клаус сам сказал мне об этом. Но это неважно, я буду продолжать этим заниматься. Возможно, однажды я попаду в десятку лучших исполнителей на гитаре, но я определенно не буду певицей. Может потому, что я провожу время с успешными людьми».

Она игриво подмигнула Питеру.

Если среди вас есть гитаристы, то вот вам совет от «Битлз», который я услышал от Питера: «Многие думают, что для того, чтобы получить великолепное эффектное звучание в конце номера, нужно гитарное оборудование класса «Футурамы». Но этого эффекта можно достичь, просто нажав на струну чем-нибудь металлическим. «Динг!» На самом деле одно из лучших звучаний, которое «Битлз» когда-либо записали на пластинку, они получили, прижав к струнам зажигалку. Это был самый небольшой кусочек стали, который они смогли найти в тот момент».

Джейн посмотрела на часы – плоская, тонкая мужская модель на широком ремешке. Всё ещё очень шикарно модные в «деревне», как называют Эшеры свою вотчину Мэрилебон.

«Извините, Алан. Мы должны идти. Это была замечательная беседа».

По пути вниз я спросил Питера и Джейн о тех двух девушках, которые стоят возле их дома.

Питер побледнел. «Девушки? Я их совсем не понимаю. Иногда мы выступаем за городом, и я замечал их в аудитории. Мы заканчивали выступление и сразу же ехали домой. А они уже были там, возле дома. Я не знаю, как они это делают».

Когда они помахали на прощание из окна своей машины, я вспомнил одну из самых приятных вещей, которые Питер произнес во время нашей встречи: «То, что «Битлз» сделали для поп-музыки, произошло в основном благодаря тому, что они сами по себе очень интересные люди».

Я точно так же чувствовал себя с Питером и Джейн Эшер».

 

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



    Ваше имя (обязательно)

    Ваш e-mail (обязательно)

    Тема

    Сообщение

    Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)