Группа возвращается в Лондон

21 сентября 1964 г.

 

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Итак, гастроли в Америке подошли к концу и можно было начать подводить итоги. Это были самые долгие, крупные и изматывающие гастроли за всю их историю. На частном реактивном самолете «Локхид-Электра» они проделали путь длиною в 22 441 милю (36 000 километров), проведя в полете 60 часов 25 минут. «Битлз» посетили 24 города в Соединенных Штатах и Канаде. Они дали 30 концерт, не счи­тая благотворительного выступления».

 

 

 

 

Мэл Эванс (дорожный менеджер «Битлз»): «Во время этих гаст­ролей по Америке с нас сошло по семь потов».

 

Пол: «Когда мы совершали большое турне по Америке, Джон и Джордж считали, что это турне не должно продолжаться долго. А я думал иначе: «Нельзя отказываться от выступлений». Когда мы дали много концертов, то я по-настоящему возненавидел выступления и в порыве злости сказал: «Да, черт возьми, теперь я с вами согласен!»

 

Джон: «Мне казалось, что мы были, как четыре монстра, кото­рых вывезли на тележке и выставили на обозрение. Мы трясли своими волосами, а потом нас вновь запирали в клетку».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Средства массовой информации пытались убедить Брайена Эпстайна указать конкретную цифру дохода, заработанного Потрясающей четвёркой за две дюжины выступлений в этом турне, но он устоял против такого искушения, и все опубликованные цифры были всего лишь догадками журналистов».

 

Норман Вейс (ответственный сотрудник «Дженерал Эртистс», амери­канский агент «Битлз»): «Невозможно посчитать, во сколько обошлась вся организация турне и сколько наличных ушло к Битлам. Рассчитывать всё приходилось с такой же тщательно­стью, какая требовалась при высадке войск в Нормандии. Из рук в руки переходили миллионы и миллионы долларов. Не­возможно определить, в какую сумму это обошлось, если счи­тать всё, — от гонораров «Битлз» до стоимости бутербродов, кото­рые они съели, и билетов в кино. Мы запросто могли утроить цену билетов, и все равно гарантировали бы сплошные аншлаги, но Брайен сказал, что это будет нечестно по отношению к по­клонникам. В наших контрактах все суммы указывались со­вершенно четко. Мы сами диктовали условия и гонорары. И все менеджеры с готовностью соглашались на них, они были благо­дарны уже за то, что мы сотрудничаем с ними. «Битлз» и Элвис — это настоящий шоу-бизнес. По сравнению с ними все осталь­ное — просто жалкие шуточки. Никто, ни до, ни после, не со­бирал таких толп, как «Битлз».

Они выступали на самых больших стадионах страны. В этом случае местные благодетели могли заплатить Брайену ту цену, которую он назначал за ребят, и все же установить цены на билеты достаточно низкие, к удовольствию поклонников «Битлз». Брайен запрашивал аванс от 25 000 до 50 000 долларов наличными за каждое выступление плюс 50% прибыли после выступления, в зависимости от размера площадки. Хотя его цена и была самой высокой из всех, когда-либо запрашиваемых за выступление, организаторы дрались за них. В конце концов, выбор арены и организатора стал делаться в зависимости от «коричневого бумажного пакета» с деньгами».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Впоследствии Эпстайн признался при закрытых дверях в своей стратегии фиксированной выплаты, которую он требовал у организаторов концертов. Битлы никогда ранее не играли в таких больших местах, и мало кто другой мог сравниться с ними в концертах в отношении популярности. Эпстайн говорил мне, что он старался в каждом месте узнать максимальную сумму, выплаченную за выступление ведущих звёзд. Затем он просил вдвое больше этой суммы. Я спросил: «Мы говорим об удвоении выплат по сравнению с Пресли, Синатре или о чём-то другом?» Он не ответил, а лишь улыбнулся и постучал по крылу носа указательным пальцем. Я знал, сколько платили некоторые организаторы, потому что видел копии их контрактов, и думаю, что Эпстайн очень сильно преувеличивал. Полагаю, он рассказывал мне то, что – как он надеялся – могло бы стать хорошо раскрученной, но не совсем достоверной историей для прессы, которую я решил не продолжать. Помню, что из тех цифр, что мне были доступны, я вычислил, что каждый Битл зарабатывал в среднем 1 фунт-стерлингов за каждый проданный билет на американский концерт.

Ещё одной особенностью этих гастролей были дети-калеки. На многих концертах за кулисы для встречи с Битлами приносили увечных, искалеченных и обезображенных детей».

 

Ринго: «Люди часто приносили этих ужасных больных и оставляли их в нашей гримёрной, чтобы к ним прикоснулся Битл. Помоги им, Господи! Там бывало несколько бедных маленьких детей, которых приносили в корзинках, несколько действительно грустных ребятишек с маленькими исковерканными тельцами, без рук, без ног и с маленькими ступнями».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Достойная всякого сожаления маленькая очередь из этих детей – некоторые в инвалидных колясках – ожидала возле гримёрки, когда им позволят на короткий миг оказаться внутри в присутствии великолепной четвёрки. Большинство из нас считало этот ритуал не только неприятным, но и отталкивающим. Но мы отдавали себе отчёт, что прогнать этих людей будет не только жестоким, но и опасным – в отношении связей с общественностью – поступком, который приведёт к нежелательным для группы заголовкам. Джон жаловался, что к ним относятся, «как к чёртовым целителям», и добавлял: «Мы не жестокие, мы видели достаточно трагедий в Мерсисайде. Но когда мать вопит: «Просто прикоснитесь к моему сыну, и, может быть, он снова сможет ходить», нам хочется убежать, заплакать, отдать всё, что у нас есть».

 

Джон: «В Штатах калек приводили за кулисы сотнями — это было неописуемо. Я не мог смотреть на них, мне приходилось отворачиваться. Если бы я не начинал смеяться, я бы просто потерял сознание. Они выстраивались перед нами, у меня складывалось впечатление, что Битлов принимают за целителей. Это было тошнотворно. У нас были понятные только нам шутки, которыми мы обменивались, когда от нас ждали исцеления. Кроме нас, их все равно никто не понимал. Конечно, мы сочувствовали им, как посочувствовал бы любой, но в целом все это было ужасно. Если ты окружен слепыми, глухими и увечными, тебе становится неловко, мы почти ничего не могли сказать, даже когда в этом была необходимость».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Действительно, очевидцы тех событий подтверждают, что где бы ни появлялись «Битлз», они всюду оказывались в окружении убогих, особенно детей, скрюченных страшными болезнями. Дети-калеки сидели в 5 первых рядах на всех концертах, так что «Битлз» со сцены видели море инвалидных колясок. Одно из самых ярких воспоминаний Джона — это скрюченные руки, которые тянутся к нему».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Прямо перед тем, как запустить такую группу детей, Нил или Мэл предупреждал ребят криком: «Калеки!» Из этого выросла обычная практика, которая пускалась в ход, когда нужно было избавиться от нежеланных посетителей. Как только такой «гость» начинал испытывать терпение хозяев в гримёрной, один из ребят кричал: «Калеки, Нил!» или «Калеки, Мэл!», и их помощник выпроваживал бедолагу через дверь с максимальной скоростью».

 

Джон: «Во время наших гастролей нас постоянно пытались отловить какие-то люди. Куда бы мы ни приходили, от нас ждали, что мы выкинем нечто ненормальное. Мы должны были терпеть всевозможные варианты мэрского слабоумия и глупости их жен. И при этом оставаться выдержанными. Постоянно в наших костюмерных толкались какие-то люди — эпилептики или кто там еще. И мы все время должны были это сносить, и никому не было дела, что ты, например, хочешь побыть в одиночестве. А иногда и просто не знаешь, о чем с ними говорить, потому что многие только и твердили: «У меня есть ваша пластинка!». Или они вообще не моли говорить, а хотели только до тебя дотронуться. И всегда найдется чья-то мать или медсестра, которые сами, наверное, просто хотели бы только сказать «привет» и смотать удочки. Но матери подталкивают этих несчастных прямо к тебе, словно к Иисусу, как будто тебя окружает некая аура, которая смо­жет их излечить. Мы на это реагировали бесчувственно. Это просто ужасно. Каждый вечер одно и то же — ты идешь на сцену и вместо милашек видишь перед собой целый ряд калек. У нас было такое чувство, что нас всё время окружа­ют только ущербные и слепые, и стоило нам выйти в коридор, как они уже начинали нас хватать. Это было чистейшим безумием.

Чем известнее мы делались, тем нереальнее ста­новились вещи, с которыми приходилось сталкиваться, тем большего от нас ждали. Заходило так далеко, что какая-нибудь жена мэра начинала тебя оскорблять и орать «Как вы смеете!» только потому, что ты не пожал ей руку».

 

Хантер Дэвис (автор книги «Авторизованная биография Битлз»): «Из-за постоянного преследования «Битлз» со стороны поклонников, ребята постоянно оказывались в полной изоля­ции от внешнего мира. Они никогда не выходили на улицу, в ресторан или погулять. Их обслуживали Нил и Мэл, принося им сандвичи, курево и напитки. От зависти ли, или по другим причинам, они заодно не разрешали выходить наружу и Нилу с Мэлом. Так они и сидели в своих гостиничных апартаментах — курили, игра­ли в карты, бренчали на гитарах, убивали время как могли. Сколько они заработают за одну ночь — тысячу или десять тысяч фунтов, а может, сто тысяч, не имело уже никакого значе­ния».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Некоторое утешение ребята находили в девушках. Это были либо профессиональные проститутки по вызову, которых доставляли в номер местные организаторы концертов, либо, что было чаще, девицы, которых приводили Нил и Мэл. Доставка девочек была одной из первейших обязанностей Нила и Мэла во время гастролей, и они её всегда выполняли с готовностью. Девушек на рассвете выставляли из номеров. Их провожали через служебный вход, наградив фотографией «Битлз» с автографами, подделанными Нилом и Мэлом, и повелев держать рот на замке. По необъяснимой причине девушки действительно помалкивали. В Америке, по крайней мере, не рассказывали историй типа «Моя ночь с Полом», и никто не требовал признать отцовство».

 

Пит Шоттон (друг детства Джона Леннона): «В Америке не только деньги текли к «Битлз» с фантастическим изобилием, столь же обильным был и секс Битлов. Джон как-то похвастался особенно ярким воспоминанием о вечеринке, на которую он и его коллеги были приглашены в качестве почетных гостей, и где их одежда была буквально сорвана с них. «Весь дом был полон старлеток и модисток — самых фантастично выглядящих девиц, каких мне доводилось видеть. Я просто не мог спокойно смотреть на них! Я схватил одну и вы***л её под лестницей, потом другую — в спальне, потом третью — в ванной, потом ещё одну — на полу в кухне. Это была какая-то фантастика! Ничего подобного я прежде не видел, и это продолжалось всю ночь. Всего я «натянул» семерых».

 

Ринго: «Никто из нас не задумывался о будущем. Лично я всегда рисковал, и мне везло. Мне повезло, когда я получил работу подмастерья. Я никогда не ходил с пустыми карманами. Я все­гда считал, что, в конце концов, все будет в порядке. Бывали во время гастролей и удачные вечера, и не очень. На самом-то деле всё шло по кругу. Легко становилось только в гостинице, где можно было покурить травку и расслабиться».

 

 

 

Расследование ФБР по делу об угрозе взрыва гранаты во время концерта в Денвере ни к чему не привело. Экспертиза и расследование не смогли навести на след подозреваемого, о чем власти Денвера были уведомлены письмом директора ФБР Эдгара Гувера. Дело закрыто.

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Турне по Северной Америке 1964 года завершилось, и 21 сентября группа вылетела обратно в Англию».

 

 

 

Последнее интервью перед вылетом в Лондон.

 

 

 

 

Арт Шрайбер (новостной директор «Кей-Уай-Даблви»): «Это был последний день после финального концерта «Битлз». Они были в аэропорту Нью-Йорка, чтобы вернуться в Лондон. Стоя наверху трапа самолета, Битлы позвали меня: «Пока, Арт!». Из всех Битлов Ринго был самый беззаботный. Однажды он рассказал мне, как ему повезло, что он присоединился к «Битлз», потому что он заменил оригинального барабанщика, Пита Беста. Он также сказал, что тосковал по дому. Это был наш с ним самый серьезный разговор из всех, что у меня с ним были. Я тоже немного скучал по дому, и я рассказал Ринго о своей восьмилетней дочери Эми. Ничего мне не сказав, Ринго выяснил мой домашний адрес в Кливленде и прислал Эми куклу тролля, дико популярную в то время. Один журналист из «Кливленд Пресс» узнал об этом и упомянул в своей колонке.

После этого у меня во дворе появилось около тридцати или сорока подростков, которые хотели прикоснуться ко мне. Они попросили мою дочь показать им куклу-тролля, которую она демонстрировала, стоя за стеклянной дверью, и детишки целовали её. Моей жене приходилось чистить дверь».

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Во время их перелета через Атлантику в лондонском аэропорту «Хитроу» их ждали тысячи поклонников. О ходе полёта делались регулярные объявления по громкой связи».

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «В 21:35 они прибыли в лондонский аэропорт».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Рейс «Би-Эй 510» прибыл в лондонский аэропорт «Хитроу» в 21:30»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

На снимке хорошо видно, что Джон использует свой именной ковбойский пояс в качестве багажного ремня для своей сумки.

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В аэропорту по всему зданию непрерывно звучала их музыка».

 

Брайен Эпстайн: «Не знаю, что было самым волнующим с 17 августа по 21 сентября, но я полагаю, что для всех нас наиболее важным моментом было прибытие в лондонский аэропорт, где многие тысячи преданных британских поклонников оказали нам замечательный прием».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Окленд Трибун», 22 сентября 1964: «Вчера вечером в лондонском аэропорту восемь тысяч подростков криками приветствовали «Битлз». Среди встречающих были две девушки из Кливленда, штат Огайо, которые исчезли после концерта «Битлз» в четверг.

Крики заглушали шум самолетов, приземляющихся в аэропорту. Десятки девушек потеряли сознание, а одна 12-летняя девочка в толпе получила травму. Представитель аэропорта назвал эту сцену «Самой невероятной, которую когда-либо видел этот аэропорт».

Сотрудники авиакомпании сообщили, что две пропавшие шестнадцатилетние кливлендские девушки, Марта Шендель и Дженис Хокинс, вылетели в Лондон. Говорят, что мисс Шендель сняла с банковского счета около двух тысяч долларов. Их местонахождение в Лондоне не известно.

Группа кинохроники «ЮПИ», снимающая прибытие «Битлз» из США, сообщила, что в аэропорту к ним подошли две девушки с американским акцентом. Оператор Джон Эванс сказал, что одна из девушек назвала другую по имени Марта.

«Мы просто без ума от «Битлз», — сказала девушка по имени Марта. — «Можно к тебе прикоснуться, потому что ты был так близко к ним».

 

Патти Бойд: «Я считала дни до возвращения Джорджа точно так же, как я когда-то считала дни до окончания семестра в школе-интернате. Когда он вернулся, то от него источал причудливый запах длительных перелётов».

 

Газета «Нью Мюзикл Экспресс», 25 сентября 1964: «За время гастролей в Америке Джордж Харрисон потратил 300 фунтов-стерлингов на телефонные разговоры с Патти Бойд».

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)