Выступление в зале муниципального центра Балтимора

13 сентября 1964 г.

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «В 1:15 «Битлз» приземлились в аэропорту «Френдшип», Балтимор, штат Мэриленд, где их встретило около пятисот поклонников и около двухсот полицейских».

 

 

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Когда кортеж «Битлз» выехал из аэропорта, за ними последовали подростки на своих машинах, преследуя их на скорости 80 миль в час».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Группа остановилась в отеле «Холидей», возле которого толпу поклонников сдерживала конная полиция».

 

 

 

Отель «Холидей».

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Один местный фотограф, которому удалось приблизиться к Битлам, когда они шли к своему номеру в отеле «Холидей», получил от Джорджа удар за неудачную шутку. После чего Пол отвел фотографа в сторону и пообещал ему «примирительную съемку» группы, извинившись за Джорджа, сказав: «Он не очень хорошо себя чувствует». Джордж, однако, отказался участвовать в каких-либо съемках».

 

 

 

 

 

Руби Хикмен (представитель авиакомпании): «Пару дней назад в Балтиморе я сильно заболела. В гостиницу позвонил их врач. Он сказал, что моё недомогание как от гриппа, так и от сильной усталости. Он сделал всё возможное, чтобы убедить меня отправиться в больницу, но я отказалась, сказав ему, что мне осталось всего пару дней работы. Оставив мне несколько лекарств, он настоял на том, что как только вернусь домой, я должна пойти в больницу».

 

 

 

Текст телеграммы: «Тони Саксу. Поговорил с Дереком Тейлором, который ждет, что вы свяжетесь с ним в Холидей Инн в Балтиморе. На вашей гитаре будет автограф. Эйлин Ливайс. 8 сентября 1964».

9 февраля 1964 года после первого выступления «Битлз» на шоу Эда Салливана к ним в отель «Плаза» пришел глава компании «Рикенбэкер» Фрэнсис Хэлл. С собой он принес несколько гитар, чтобы показать «Битлз» (в надежде, что они их купят). Вместе с ним был его друг Тони Сакс — он помогал демонстрировать новую линейку гитар. Тони Сакс был преподавателем игры на гитаре. В то время ему было уже пятьдесят лет, но ему сразу же понравилась четверка парней из Ливерпуля, и он стал их поклонником. Одной из гитар, которые попробовали «Битлз», была модель «365 Файергло Рикенбекер», выпущенная в 1964 году. Битлы решили не покупать эту гитару, но Тони Сакс спросил у мистера Хэлла, может ли он купить её, поскольку «Битлз» от неё отказались. Тони купил эту гитару и решил, что «Битлз» подпишут её, когда будут в Балтиморе 13 сентября 1964 года. Тони связался с Дереком Тейлором и договорился с ним, что Битлы поставят на гитаре свои подписи.

 

Дерек Тейлор (пресс-агент группы): «Тони Сакс пришел вместе с женой, гитарой, с некоторым количеством сусального золота и просьбой подписать гитару всеми четырьмя Битлами. Они должны были подписаться жесткой ручкой, используя полоски сусального золота, чтобы на гитаре остались золотые подписи. Отчаянно пытаясь помочь Тони Саксу — человеку невероятной энергии и умением убеждать, мне каким-то образом получилось разбудить их всех. После того, как я дал каждому из них по стакану апельсинового сока, я вручил им ручку и мягко попросил их подписаться через полоску сусального золота. Ещё толком не проснувшись, они покорно взяли шариковую ручку, и Тони Сакс получил свою «золотую гитару».

 

 

 

 

Пол с женой Тони Сакса. Фото Тони Сакса.

 

Мортон Теддер (фотограф): «В 1964 году я был фотографом в агентстве Фила Берчмана. Меня направили в отель «Холидей Инн», расположенный в центре города напротив муниципального центра, чтобы я сфотографировал одну британскую рок-н-ролльную группу, приехавшую в город. Я позвонил в [агентство], и мне сказали, что нужно сделать несколько фотографий. Мне сказали, что достаточно снять одну катушку пленки. Поэтому я схватил с собой полутораметровую стремянку, фотокамеры, и направился к отелю. Там стоял весь этот гвалт, шум и крики. Я не понимал, что, черт возьми, там происходит. Я не знал, кто они такие. Мои музыкальные пристрастия больше соответствовали Фрэнку Синатре. Это было просто еще одно задание. Я узнал, что «Битлз» находились где-то в здании и собираются в муниципальный центр. В итоге я отснял 12 катушек пленки, из которых одну отправил в агентство, в котором работал».

 

 

 

Поклонники возле отеля «Холидей Инн» на Ломбард-Стрит, фото Мортона Теддера.

 

 

 

Мортон Теддер (фотограф): «В отеле их охраняли около двухсот полицейских».

 

 

 

 

 

 

Рон Оберман (журналист): «Впервые я увидел «Битлз» во время пресс-конференции 9 февраля 1964 года. В то время я был начинающим музыкальным журналистом. На пресс-конференции я присутствовал от газеты «Вашингтон Стар». Эта фотография была сделана возле гостиничного номера «Битлз» в отеле «Холидей Инн» в Балтиморе. Я справа. Рядом со мной — Кэрролл Джеймс, ди-джей из Вашингтона».

 

 

 

 

Из интервью Майка Митчелла с Гэри Джеймсом (прим. – впервые Майк Митчелл фотографировал «Битлз» во время их выступления 11 февраля 1964):

Майк Митчелл: В Балтиморе в сентябре 1964 я был с парнем по имени Кэролл Джеймс. Он был диск-жокеем. Он первым в стране поставил в эфире песню «Битлз», или, по крайней мере, он так думал в то время. Он договорился об интервью с ними, и я пошел вместе с ним и ещё одним репортером. Кэрролл взял у них интервью возле их гостиничного номера.

Гэри Джеймс: Кэрролл взял интервью у одного из «Битлз» или всех четверых?

Майк Митчелл: Они просто стояли бок о бок возле своего гостиничного номера, а он задавал вопросы, поднося микрофон то к одному, то к другому. Всё было очень быстро.

Гэри Джеймс: Помнишь, какие вопросы он задавал?

Майк Митчелл: Об этом ничего не помню.

Гэри Джеймс: Во время интервью какое у них было настроение? Были ли они оптимистичны? Были ли они усталыми?

Майк Митчелл: Они были довольно расслаблены.

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «Вашингтонский ди-джей Кэрролл Джеймс взял интервью у Пола и Ринго. Член местного клуба-поклонников Пэм Джонсон подарила Полу фотографии с празднования его дня рождения, которое они устроили для него (в комплекте с огромным тортом). В интервью Пол сказал, что во время их выходных в Атлантик-Сити они закончили наполовину написанную песню и сочинили совершенно новую, хотя он не будет разглашать названия. Предполагаю, что это были песни «Любой пустяк» (Every Little Thing) и «Что ты делаешь?» (What You’re Doing) соответственно. Ринго рассказал о своих кольцах, горле и своей первой композиции («Не проходи мимо меня» (Don’t Pass Me By))».

 

 

 

Балтиморский телеведущий Фрэнк Любер берет интервью у Потрясающей четверки в их отеле.

 

Джо Кандалис (участница организации «Битловские Бобби»): «В Балтиморе мы организовали организацию под названием «Битловские Бобби» (прим. – Битловских полицейских). И вот они здесь, Боже мой, они были здесь! Мы ждали восемь месяцев, чтобы встретиться с этими четырьмя замечательными мальчиками. Мы потихоньку работали для них всё это время. Мы посвятили своё время, усилия, внимание, решимость и деньги успеху организации, призванной защищать «Битлз» от чрезмерно восторженных фанатов. И вот сегодня в 14:30 мы встретились с «Битлз», чтобы принять от них благодарность за проделанную работу.

За две недели до этого мы отобрали 250 ответственных девушек. Они были проинструктированы, что им следует делать в день, названный нами «День Битлз». Мы сказали девушкам о важности проявлять тактичность, когда они будут помогать другим. К сожалению, отношение к нам полиции было скептическим, поскольку наши планы в отношении фактической помощи были неясными. И хотя они не могли помешать нам пытаться оказывать помощь, вместе с тем они также не могли дать нам на это полномочий. Было очень важно, чтобы они поняли, что мы действительно пытаемся оказывать помощь, и что это не было хитроумным планом поклонников «Битлз» добраться до них.

Результатом наших усилий стало то, что в этот славный день все «Битловские Бобби» были собраны вместе, после чего мы заняли свои позиции вокруг отеля «Холидей Инн», где остановились «Битлз». Из окна нашего номера на 8-м этаже отеля мы наблюдали за действиями наших девочек, пытающихся успокоить толпу, распевающую песни «Битлз». Сцепившись руками, они встали в линию, чтобы поклонницы не выходили на проезжую часть. Не сказать, что эти попытки были достаточно успешными, но они позволяли избежать большой сумятицы. Когда пришло время начала концерта, наши сотрудницы переместились к муниципальному центру».

 

 

 

Муниципальный центр Балтимора, кадр кинохроники.

 

 

 

Муниципальный центр в 1963.

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника Битлз»): «Телекомпания «Даблви-Эм-Эй-Эр» отсняла несколько коротких эпизодов, в том числе с поклонниками около муниципального центра».

 

 

 

 

Мортон Теддер (фотограф): «Молодежь часами толпилась возле концертной площадки. Когда через громоковоритель начиналось предупреждение: «Не вбегайте в здание, не входите…», оно сразу же тонуло в криках поклонников».

 

 

 

 

 

 

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «Вместе с репортером Эдом Руди, Кэрроллом Джеймсом и Джимом Стэггом, Лэрри Кейн находился в Балтиморе и записал на магнитофон и несколько минут беседы с Джоном и Ринго. Джон сказал, что кроме гитары он немного играет на пианино и губной гармошке, и что самым необычным подарком от поклонников был бюстгальтер, который «был ему не по размеру». Его мнение о Ки-Уэсте? «Для болота это хорошее место». Его способ остановить войну? «Не думаю, что когда-либо найдется решение». Во время интервью Кейн спросил, подкупают ли их полицейские, обменивая автографы на защиту (и предлагает вырезать эту часть, если эта тема слишком сомнительная). Джон пренебрежительно говорит, что есть паршивые полицейские, но «такие задницы есть везде».

Ринго посетовал, что молодых людей не следует отправлять на войну, когда у политиков возникают между собой проблемы. Он также обсудил естественность группы (тема, которой Кейн казался почти одержимым в этот момент) и рассказывает, что сцена в поезде в фильме «Вечер трудного дня» с Ричардом Верноном основана на реальном случае, произошедшем во время гастролей».

 

 

 

Интервью с Лэрри Кейном.

 

Лэрри Кейн: Джон, иногда в журналах попадаются статьи, как в прошлый вечер, тот, в котором ваше имя было написано как «Джек Леннон», ну и все эти неточности. Когда они попадаются вам на глаза, что вы о них думаете?

Джон: Я считаю, что это глупые люди, раз они не удосужились даже потратить время на то, чтобы потрудиться выяснить наши имена и попытаться получить верные сведения. Они, должно быть, немного с придурью.

Лэрри Кейн: У многих людей есть альбомы с вашей музыкой, но записанной не вами, скажем, альбом «Чипманкс», или «Бостон Попс». Вы считаете, что это доверие к вам, или это нанесение ущерба вашим песням?

Джон: Нет, мы получаем удовольствие от этого! Мы всегда пытаемся получить экземпляр тех исполнителей, которые записывают наши песни. Что же касается «Чипманкс» и «Бостон», то они отличаются от нас, и друг от друга – это очень интересно. А еще мы с Полом неплохо зарабатываем, когда они так делают, и нам от этого не плохо.

Лэрри Кейн: Вам идут отчисления, если они записывают эти песни?

Джон: Да, потому что мы их сочинили, таким образом, мы получаем хорошие деньги.

Лэрри Кейн: Джон, когда вы были в Нью-Йорке, что вам понравилось больше всего?

Джон: Мне нравятся города, особенно крупные. Поэтому понравился. И мы познакомились с несколькими хорошими людьми, такими как Боб Дилан и Джоан Баэз. Я люблю знакомиться с людьми, которыми восхищаюсь.

Лэрри Кейн: Тебе нравится больше выступать в закрытых помещениях или на открытых площадках?

Джон: В закрытых помещениях. Мне не нравится играть на открытом воздухе. Ты ничего не слышишь и разбиваешься вдребезги.

Лэрри Кейн: Как в прошлый вечер?

Джон: О! Это было ужасно!

Лэрри Кейн: Джон, есть какая-то особая причина выбора тех песен, которые вы исполняете на концертах?

Джон: Мы сделали некую совокупность наиболее популярных в Штатах за два последних месяца.

Лэрри Кейн: Ваши ранние песни и ваши последние песни?

Джон: Да. Мы не включили, в основном, ранние, такие как… эээ… я не думаю, что все, но уверен, некоторые из них пропускаем.

Лэрри Кейн: Ходит много слухов, и один из них я хотел бы или подтвердить, или опровергнуть. Во многих журналах и газетах пишут, что вы в январе собираетесь приехать в Америку.

Джон: Ну, не знаю, может быть это правда. У меня нет информации. Мне никто ничего не говорил на счет этого.

Лэрри Кейн: Обычно все спрашивают, что вы любите. А что тебе неприятно? Что ты не любишь больше всего в мире?

Джон: Когда на сцену в нас швыряют предметами. Леденцами и всякой подобной фигней.

Лэрри Кейн: Это неприятность всей жизни?

Джон: Да, потому что это больно.

Лэрри Кейн: (смеется)

Джон: (смеясь) Невозможно петь и улыбаться, когда в тебя попадает какой-то предмет.

Лэрри Кейн: На каких еще инструментах ты играешь, если таковые есть?

Джон: Немного на фортепиано, немного на губной гармошке.

Лэрри Кейн: В некоторых своих песнях ты играл на гармошке… эээ… губной гармошке?

Джон: Все… да. Достаточно во многих мы использовали губную гармошку. Я играл на ней в ранних хитах — «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» (Please Please Me), «От меня тебе» (From Me To You), «Люби же меня» (Love Me Do), «Малышка» (Little Child) с долгоиграющего альбома, «Мне следовало бы узнать лучше» (I Should Have Known Better) в фильме – все с губной гармошкой.

Лэрри Кейн: Когда вы здесь, скучаете ли вы по Англии? Тоскуете ли вы по дому, несмотря на то, что у вас здесь такой грандиозный успех, и вы хорошо проводите здесь свое время?

Джон: О да. Скучаешь по дому, да. Только через день (смеется)!

Лэрри Кейн: А как насчет подарков? Я вижу, что вы получаете от поклонников все больше и больше подарков. Какой был самый необычный подарок, который ты когда-либо получил? Я знаю, что их много – какой запомнился больше всего?

Джон: (смеется) Как-то я получил лифчик…

Лэрри Кейн: (смеется) Ты?

Джон: …с вышитой надписью: «Я люблю Джона». Я подумал, что это было довольно необычно. Имей в виду, я его себе не оставил – не подошел по размеру.

Лэрри Кейн: Тебе понравился Ки-Уэст?

Джон: (шутливо) Для болота это хорошее место. (смеется) Нет, было неплохо.

Лэрри Кейн: Когда ты там, ты солируешь в большинстве песен. Бывали ли на ваших концертах моменты, когда вы терялись, в голове возникал ступор, что делать дальше?

Джон: Да. Мне чаще всего попадает по шее – внезапоно возникает затык, и я не знаю, что я пою или играю, или что-нибудь ещё. Я просто забываю, а все остальные как бы говорят мне, что происходит.

Лэрри Кейн: Ты упомянул леденцы и всё такое. Это мешает вашей работе? Кроме того, что у вас появляется страх лишиться глаза или чего-то такого, это мешает вашей работе?

Джон: Да. Невозможно играть, если в тебя чем-нибудь попадают. Ты останавливаешься, потому что это естественно – ты уклоняешься, ты прекращаешь играть. Но хорошо, что это прекратилось. Поэтому, я полагаю, мы должны закончить разговор об этом.

Лэрри Кейн: Большинство людей считает, что в некотором смысле нелепо задавать такой вопрос эстрадным артистам, но я сделаю это, потому что многим интересно ваше мнение. Большинство возникающих мировых конфликтов – это всеобщее противостояние друг с другом. По-твоему, что может остановить войну? Какой путь или способ?

Джон: Я не думаю, что есть какой-то один способ. Но если бы все были богаты и счастливы, и каждая страна имела бы то, что она хочет, они все равно захотели бы в будущем немножечко к этому ещё. Я не думаю, что когда-либо найдется какое-нибудь решение… только способ силового сдерживания, когда все обладают одинаковым вооружением.

Лэрри Кейн: Был раздут слух – как ты знаешь, ходит много слухов, об операции на горле у Ринго. И вчера вечером он был развеян обсуждением гланд.

Джон: Да, у него удалят гланды, когда мы вернемся в Британию и закончим турне по Британии.

Лэрри Кейн: Какие слухи вызвали у тебя наибольшее раздражение?

Джон: Хм, что я покинул группу, и что моя жена беременна.

Лэрри Кейн: Ты имеешь в виду, появление ребенка в следующем месяце?

Джон: Да.

Лэрри Кейн: Здесь было много критики со стороны американцев, что многие группы, приезжающие из Англии, не отличаются оригинальностью, пытаясь подражать вам. Теперь мы знаем, что есть некоторые, которые действительно хороши так же, как вы.

Джон: Да.

Лэрри Кейн: Вас беспокоит то, что некоторые группы полностью вас копируют, независимо от того, что делаете вы?

Джон: Нет, потому что все же всё знают. Только самые глупые не знают, что они копируют нас. Это просто смешно, видеть большое подражательство вокруг себя. Они никогда не добьются успеха. У них мог бы быть хит, но никого надолго не одурачишь.

Лэрри Кейн: Кто-нибудь когда-либо просили у вас совета – скажем, другая группа?

Джон: Начинающие группы на этапе становления. Но, на самом деле, нельзя дать какой-то совет. Продолжайте играть и надейтесь на лучшее.

Лэрри Кейн: Я заметил, что с вами гитара, и ещё я отметил, что вы поигрываете на ней совсем немного. Где вы черпаете идеи для своих песен? Они приходят к вам, когда вы находитесь в раздевалке или в гостиничном номере? Это запланированный сеанс работы, или только когда приходит идея?

Джон: Только когда приходит идея. Это может случиться в любую минуту (резко ударяет по струнам и восклицает) «Сейчас-эй-умп!!!». Видишь. Как-то так!

Лэрри Кейн: (смеясь) Во время этих гастролей сочинил хоть сколько-нибудь?

Джон: Две.

Лэрри Кейн: У тебя нет названий, или чего-нибудь, вроде того?

Джон: У меня есть названия, но мы не говорим их, потому что народ выпускает песни с таким же названием.

Лэрри Кейн: Я не настолько близко знаком с музыкальным бизнесом.

Джон: Так бывает. Ты придумываешь оригинальное название, произносишь его, и вот кто-то делает запись, называя этим названием другую песню. И возникает путаница.

Лэрри Кейн: В феврале вы впервые приехали в эту страну, у нас с вами была короткая встреча в Майами, вы были потрясены приемом? Лично ты беспокоился о том, какой будет здесь оказан прием – реакция толпы и все остальное?

Джон: Мы никак не ожидали… не ожидали, что здесь будут продаваться пластинки или что-нибудь ещё. Поэтому мы были крайне удивлены. И продолжаем быть.

Лэрри Кейн: После завоевания Англии, было ли вашей главной целью завоевать Американский рынок?

Джон: Да, любой Британский артист, как правило, пытается сделать это. В Британии у вас может случиться хит, или в Германии может получиться хит – там много чудаковатых пластинок. Но никто никогда не отбраковывает, сделанное в Америке, и мы умирали от желания быть первыми.

Лэрри Кейн: Я знаю, что есть пластинка с «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand) на немецком языке, или это «Она любит тебя» (She Loves You), или какая-то из них.

Джон: Они обе.

Лэрри Кейн: Есть ещё на каких-нибудь других языках?

Джон: Нет. Немцы единственные, кто не станет покупать вас, если вы на английском. И вы вынуждены бить поклоны немцам. Но после того, как вы сделали несколько записей, они скупят у вас всё.

Лэрри Кейн: Я знаю, что полицейские проделали огромную работу в течение этого турне, но что лично ты думаешь о некоторых из них, пытающихся получить автограф за счет выполнения своих служебных обязанностей? Ты видел, что многие из них возвращаются в самолет, и мне, может я сильно преувеличиваю, но мне кажется, что это некий вид взятки. Что ты думаешь об этом?

Джон: Некоторые из полицейских так поступают. «Вы подпишите это, или мы не будем вам помогать». Но большинство из них нормальные парни. В любой организации встречаются паршивцы. Несколько херовых копов угрожающих вам, или не угрожающих вам действием, но говорящих: «Если вы не подпишите мне восемьдесят из них, я не стану вас защищать». Но они не хуже, чем любые люди в любой организации. Такие задницы есть везде.

Лэрри Кейн: Это ваше первое турне, когда вы увидели всю Америку, каждую её часть. Дистанцируясь от твоей роли, как артиста, что ты думаешь об Америке, как о стране – города, земля, народ?

Джон: Мне кажется она изумительна. Мне нравится, особенно такие места, как Нью-Йорк и Голливуд. Мне нравится большой размах. Еще такие удивительные места, как Лас-Вегас. Кто-то же додумался построить в центре пустыни (смеется). Такое изумляет.

Лэрри Кейн: У вас существуют разногласия на сцене и за кулисами?

Джон: Вне сцены разногласия такие же, как у любых нормальных людей, или друзей. Но они никогда не бывают глубокими, или долгими. Мы всегда улаживаем наши разногласия.

Лэрри Кейн: Все твердят, что вы собираетесь разойтись. Это ещё один слух?

Джон: Это полная чепуха. Просто чушь. Мы даже не думали об этом.

Лэрри Кейн: Мы читали журналы для поклонников, и я хочу показать тебе ещё, потому что некоторые из них просто невероятны.

Джон: Да.

Лэрри Кейн: Не знаю, кто их печатает. Знаю, что в один из вечеров ты смеялся, когда увидел на странице имя Джек Леннон. Меня это тоже рассмешило. Тебя действительно не беспокоит, что они неправильно пишут твое имя?

Джон: Нет. Когда люди искажают мое имя, у меня это всегда вызывает смех. Типа, сегодня один ди-джей сказал: «Это такой-то-такой-то с такой-то станции, я говорю с Джоном Харрисоном». Я только рассмеялся от всей души, но ничего ему не сказал. Он узнал это только в самом конце. Но это просто забавно. Если они не могут запомнить ваше имя, то, в общем (комичным голосом) Бог им в помощь, что тут ещё скажешь!

Лэрри Кейн: Ты говорил о выступлении в закрытых помещениях и на открытом воздухе. Я заметил, что в один из вечеров в Джэксонвилле дул ветер силой в сорок миль в час, или тридцать ли миль, не знаю, ощущали ли вы, что это был такой сильный ветер?

Джон: (смеясь) Мне показалось, что сто миль в час.

Лэрри Кейн: И у вас не было никаких проблем с исполнением песен. Вы пытаетесь подстроиться к этому, или это вас по-настоящему беспокоило в тот вечер?

Джон: Знаешь, да. У нас никогда ещё не было такого, как в тот раз. Мы были больше похожи на неуклюжих… с нашими развевающимися прическами – мы выглядели как четыре Элвиса Пресли или вроде этого. (смеясь) С этим ветром чувствовали мы себя неуютно.

Лэрри Кейн: Джон, спасибо тебе большое. С тобой было хорошо работать.

Джон: И с тобой здорово работать, Лэрри.

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «Диск-жокей из Кливленда Джим Стэгг освещал это турне совместно с новостным директором «Кей-Уай-Даблви» Артом Шрайбером. В Балтиморе за кулисами он побеседовал с Джоном и Джорджем (Джордж во время интервью практиковался на своей двенадцатиструнной гитаре «Рикенбэкер».

 

 

 

Интервью с Джимом Стэггом.

 

 

 

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «На вопрос, где легче получить охват радио аудитории, в Соединенных Штатах или Великобритании, Джон ответил, что это происходит в любом случае: «Хотя в Англии есть всего несколько медийных организаций, если ваша запись будет проигрываться на одной из них, она может охватить гораздо больший процент вашей потенциальной аудитории». Джон похвалил пиратские станции за то, что они заставили «Би-Би-Си» отказаться от некоторых мыльных опер, которые были у них с тех пор, как они «изобрели радио» в пользу большего количества поп-программ. Стэгг задается вопросом, почему ди-джеи радио «Люксембург» проигрывают в эфире только три четверти песни, на что Джон высказывает мнение, что это хороший способ помешать слушателю записать песню на магнитофон и не покупать пластинку.

Джон с Джорджем высказали свой взгляд о ценности образования в колледже. Джон сказал, что он весело провел время в художественной школе, и не смог бы одолеть серьезную учебную программу, а Джордж признался, что ему повезло, потому что он проигнорировал занятия в школе в пользу игры на гитаре, и это окупилось. Называя себя «мастером на все руки, не умеющим ничего», Джордж говорит, что он может играть на большинстве струнных инструментов, но в будущем хочет улучшить свои навыки, взяв уроки игры на гитаре.

Называя свое собственное отношение к написанию песен «равнодушным» и «пораженческим», Джордж сказал, что у него почти закончена пара композиций (одна из которых «Ты знаешь, что делать» (You’ll Know What To Do)), но проявляет всё больший интерес к тому, чтобы стать независимым продюсером».

 

 

 

Интервью с Лэрри Кейном.

 

 

 

Интервью с Джимом Стэггом.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Курта Гюнтера.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление в зале муниципального центра Балтимора».

 

Сьюзен Литл: «На этот концерт мы с подругой Кэти одели одинаковые синие наряды, потому что синий был любимым цветом Пола. И я не помню, чтобы когда-нибудь видела столько синего и красного цвета в одной толпе. Это был мой первый рок-концерт, так что мы были полностью убеждены в том, что сможем без проблем пробраться к сцене, но после того, как мы увидели полицейских с собаками вокруг отеля «Холидей Инн», то были слишком напуганы, чтобы даже думать о чем-то таком. У входа в Центр стояла толпа девушек. Кто-то сказал, что «Битлз» раздают автографы, но, конечно, это было не так. Я начала испытывать в своем животе это необычное ощущение. Мурашки, которые возникли от того, что где-то рядом «Битлз». Мы с Кэти купили програмки и значки «Я люблю Пола». С нами была моя мама. Её любимцем было Ринго, и мы не могли понять, почему она не стала покупать его значок».

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «В Балтиморе «Битлз» выступили в двух концертах, на каждом из которых было более 13 000 зрителей».

 

 

 

Мортон Теддер (фотограф): «На каждом из двух представлений присутствовало около 13 000 поклонников — не так много, как в прошлом году во время выступления фолк-группы «Питер, Пол энд Мэри».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В концертный зал была доставлена большая картонная коробка с надписью: «Почта поклонников Битлз», но охрана, проверяющая все доставки, обнаружила внутри двух девушек».

 

Сьюзен Литл: «Ожидание начала концерта казалось бесконечным. Девочки вокруг нас хихикали, топали ногами и выкрикивали приветствия. Потом после мучительно длинных выступлений разогревающих артистов вышли ОНИ. Поток криков заполнил аудиторию, и первое, что я увидела, были волосы Джорджа. «Где Пол? Где Пол? »- подумала я, и после минуты истерики я наконец его увидела.

«Битлз», казалось, веселились на сцене. Джордж прятался за Джоном и Полом. Пол дернул свой бас, как он всегда это делает. Джон топал ногами, хлопая руками. А Ринго был Ринго.

Они начали исполнять песню «И я люблю её». Это такая прекрасная романтическая песня и, конечно же, это песня Пола. Во время этого номера я заставила маму сфотографировать нас. Мы были всего в сотне футов от них. «Мама, сфотографируй прямо сейчас! Сними это сейчас!»

Мои глаза оставались прикованными к Полу. Внезапно я разразилась слезами. Я должна была что-то сделать, но что? Это было похоже на телепатию, потому что Кэти посмотрела на меня в то же время, когда я повернулась к ней. «Давай крикнем, Пол!» Учитывая обстоятельства, мы ждали момента краткого затишья. Затем, после обратного отсчета, мы испустили то, что показалось нам самыми громким криком в зале. Я, честно говоря, думаю, что Пол услышал нас, или это был сон о 10-летнего ребенка? Он внезапно поднял глаза, уставился в темноту зала и быстро махнул рукой. Это было для нас, мы просто знали это, и только это имело значение».

 

 

 

 

 

 

 

Джейн Тисби: «Я была на первом концерте с девятью одноклассницами. Мы сидели в первом ряду так близко, что слышать всё. Мы встали со своих мест, и это вынудило встать все ряды позади нас. Я кричала так громко, что мой голос осип, и я потом едва могла слышать. Было здорово, хотя они пели всего 20-25 минут».

 

Джо Кандалис (участница организации «Битловские Бобби»): «Я была на первом концерте, и то и дело смотрела, как некоторые из наших самых способных «бобби» говорили одним девушкам, чтобы они сидели на своих местах, а другим, чтобы они не стояли на креслах, потому что те загораживали зрителям сцену».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Мортон Теддер (фотограф): «Когда Пол поблагодарил публику и поднял ногу над сценой на метр или около того, это было настолько искренне и неподкупно, что некоторые зрители в зале расплакались от умиления».

 

 

 

 

Мортон Теддер (фотограф): «Огромное пространство зала превратилось в вибрирующее и пульсирующее место поклонения, пронзаемое волнами пронзительных криков низкопоклонства, шквалом ошеломительной силы. Они стояли на сидениях, всё выше и выше подпрыгивая на них в состоянии блаженства. Очевидно, что здесь происходило что-то чудесное».

 

 

 

 

 

Сьюзен Литл: «К тому времени, когда Пол объявил: «Для нашей последней песни…», наши руки были красными от аплодисментов, в ушах звенело, а в горле першило как от ваты. И все же мы не хотели, чтобы всё это закончилось, в этом было что-то невозвратимое.

Внезапно наш сон остановился, всё закончилось, в зале включился свет, но мы всё ещё стояли в оцепенении с заплаканными лицами. Мама вывела нас из здания. Мы потеряли дар речи. Три девушки перед нами горько рыдали. Одна из них стонала: «Всё кончено. Они никогда не вернутся! Я никогда их больше не увижу!». И хотя мы не знали, что «Битлз» больше никогда не выступят в Балтиморе, всех охватило ощущение, что они больше никогда не приедут. От этого становилось ещё более грустно.

После концерта девушек, потерявших сознание, укладывали в коридорах на столах. Озадаченные полицейские и родители выходили на улицу с красными лицами. Продавец делал последнюю попытку продать битловские плакатики. Мы купили два последних.

Помню, как пыталась заставить себя плакать. Я действительно хотела, но не могла больше. У меня давно не было слез».

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «В перерыве между концертами состоялась обязательная пресс-конференция».

 

 

 

Фото Мортона Теддера.

 

 

 

Мортон Теддер (фотограф): «Можно было бы сказать, что они неплохо выглядели, если бы только их волосы не падали им на глаза. Во время пресс-конференции они были хорошо одеты».

 

 

 

 

 

Фото Майка Митчелла.

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «На вопрос, каково это — приложить всю страну, Джордж хлёстко ответил: «А каково это, быть приложенным?»

На один из вопросов Джон ответил, что группы, которые надевают парики «Битлз», не подражают им, потому что «мы не носим битловские парики».

Джордж также рассказал, что характерное звучание его гитарного соло в песне «Пока не появилась ты» (Till There Was You) было связано с нейлоновыми струнами на испанской гитаре».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Вопрос: «У вас бывает перхоть?» «Время от времени у нас появляется перхоть, — ответил Джон. — «Как у всех нормальных людей».

Вопрос: «Что вы думаете обо всех подражателях «Битлз» и тех людях, что носят битловские парики?» «Они не подражают нам, потому что мы не носим битловские парики», — сказал Пол».

 

 

 

 

 

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «После пресс-конференции были проведены персональные интервью. Они были сделаны неизвестным репортером и включены в альбом Эд Руди. Как обычно, Руди озвучивает вопросы своим собственным голосом, в том числе и такой нелепый, как: «Джордж, твоя сестра, Люсиль, является американской гражданкой».

Во время персональных интервью Джордж обсуждает свою подругу Патти, свой страх летать самолетом, тоску по дому и звонкам родителям; Пол говорит о реакции поклонников, следующем фильме и своей подруге Джейн; Джон говорит, что он не знает, когда они вернутся в Штаты, потому что «это всё устроено помимо нас самих».

 

Джо Кандалис (участница организации «Битловские Бобби»): «После первого концерта «Битловские Бобби» вновь заняли свои позиции возле отеля «Холидей Инн». Некоторые из наших девушек остались в муниципальном центре на второй концерт. Когда я уходила, то поинтересовалась у некоторых репортеров, где Бесс Коулман (представитель пресс-службы «Битлз»). Спросив, зачем она мне нужна, они расспросили меня о «Битловских Бобби», записав то, что я рассказала. Кто-то из репортеров записал на пленку то, что я сказала. Я не смогла найти мисс Коулман, и вскоре меня вывели из зала. Это было невероятно, покинуть концерт «Битлз»!

 

Пейтон Кларк: «Мне было тогда 14 лет. Наша местная радиостанция «Даблви-Джи-Эйч» в Хэмптоне получила блок билетов, которые они предлагали своим слушателям по цене два с половиной доллара. Мы с другом купили билеты, и наши мамы отвезли нас в Балтимор на вечерний концерт.

После того, как наши мамы высадили нас, они обошли концертное здание и стали свидетелями ажиотажа из-за длинноволосых парней, бегущих из соседнего здания «Холидей Инн». Вот это да!

Джеки ДеШеннон была последним исполнителем перед «Битлз», и я помню, что во время её выступления толпа с нетерпением ждала выхода «Битлз».

Всегда думал, что «Битлз» должны были начать свое выступление с песни A Hard Day’s Night из-за потрясающего вступительного аккорда, но у них был свой порядок песен. Несмотря на крики это был потрясающий концерт».

Алисия Лансфорд: «Я была на вечернем концерте со своей старшей сестрой и двумя подругами. Мне было 14 лет. В какой-то момент Пол собирался что-то сказать, и все на секунду замолчали, поэтому я вскочила и закричала: «Ринго, Ринго, я люблю тебя!», и Ринго произнес: «Привет, милая», и зал взорвался. Я впала в транс, а все девушки вокруг меня трогали меня, говоря: «Он говорил с тобой». Это было потрясающе, и я никогда этого не забуду».

 

Джон Тески: «Я был на вечернем концерте. Я стал «удачей» для моей знакомой девушки из-за своего рабочего места. Нам было по 22 года, и мы с Крисси были в зале одними из самых взрослых, за исключением копов и двух Битлов. Весь зал был заполнен 12-13 летними девочками. У нас были места в последнем ряду верхнего балкона.

Мы с Крисси были выпускниками колледжа и с июня того года оба поступили на госслужбу. Поскольку я был (и всё ещё являюсь) классическим скрипачом, у меня не было особого интереса к «Битлз». Когда Крисси узнала, что в нашем агентстве есть касса, то спросила, есть ли у них билеты на «Битлз». Оказалось, что есть, и она получила билеты.

Она не была моей девушкой, но так получилось, что мы жили с ней в одном доме и каждый день вместе ездили на работу. Между нами не было никакой романтики, поскольку в то время я был помолвлен с моей теперь уже женой, но тогда она всё ещё училась на Среднем Западе. Просто Крисси решила, что к тому моменту у неё будет парень, с которым она пойдет на концерт. Но этого не произошло, и я был единственным, кого она знала, у кого была машина, поэтому она показала билеты и спросила, не отвезу ли я её на концерт. Я согласился, хотя и без особого энтузиазма.

Во время концерта мы ничего не слышали. «Битлз» играли всего около получаса. Насколько я помню, выступающие перед ними были ужасны».

 

Чендлер Эдмундс: «Я был на втором концерте. Мне было тогда 14 лет. Мы сидели на 2-м балконе во втором ряду — отличные места. Я был с подружкой и её 18-летней сестрой, которая в тот день привезла нас из Вирджинии в Балтимор. Помню, как Джон Леннон шутил во время концерта. Невозможно было расслышать, как они играют. Крики и истерия повсюду. Почему-то мне запомнилось, как сломались входные стеклянные двери».

 

Пейтон Кларк: «Двое моих двоюродных братьев сидели прямо позади нас. Они приехали накануне и у них был номер в отеле «Холидей Инн». После концерта мы все пошли к ним в гости. Их комната была на этаже прямо под «Битлз», но не имея ключа от номера не смогли даже попасть в вестибюль. Охранники у дверей не позволяли никому попасть на тот этаж. Мои двоюродные братья сказали, что они слышали, как Битлы ночью играли на инструментах. У моего друга была битловская стрижка, и когда он подходил к окну, мы слышали крики толпы.

Перед тем как поехать домой, мы пошли на ужин в вращающийся ресторан на крыше отеля. Это был тот самый ресторан, о котором Ларри Кейн написал в своей книге. Битлы зарезервировали его на поздний ужин для всей команды после последнего концерта. Так что один из Битлов, возможно, пользовался той же посудой, что и я!»

 

Джо Кандалис (участница организации «Битловские Бобби»): «Прохаживаясь по отелю, ожидая возвращения двух наших коллег после окончания второго концерта, у нас с Эллен не было никаких дел. Мне было тевожно, я пыталась дозвониться с Бесс Коулман и стараясь не расстраиваться.

Наконец, второй концерт закончился, и из зала муниципального центра начали выходить зрители. Вдруг, как порыв внезапного ветра, из ниоткуда появились люди, бегущие во все стороны. Через несколько секунд весь перекресток, каждый квадратный дюйм тротуара и проезжей части, насколько я могла видеть из окна, заполнились растерянными, безумными людьми. Не только подростками, как можно было ожидать. Тысячи людей, которые в следующее мгновение исчезли так же быстро, как и появились. Впервые я столкнулась с проявлением той Битломании, о которой до этого постоянно слышала, но не видела.

Проведя все выходные в отеле, где остановились «Битлз», двумя этажами ниже их и семью номерами справа, мы увидели достаточно, чтобы понять, каково это быть рядом с ними, хотя они оставались недостижимыми. Бесчисленное количество раз мы пытались попасть на десятый этаж, и каждый раз у нас это не получалось. Но в этот день мы вышли из лифта и прошли в комнату Бесс Коулман. Ринго спал в соседнем номере.

Наконец нас провели в номер 1013. Когда мы вошли, там стоял Пол Маккартни, который расчесывал свои волосы. Увидев нас, он сердечно и дружески нас поприветствовал. Мы с Эллен и Вики подарили ему торжественное обещание «Битловских Бобби», написанное девочками, в котором мы обещали сделать все возможное, чтобы помочь в организации их приёма. Остальное я плохо помню».

 

Вики (участница организации «Битловские Бобби»): «Хотя внешне я сохраняла спокойствие, внутри я была комком нервов. Когда мы вошли в комнату с Полом и Джорджем, я почувствовал внезапное возбуждение. Перед моими глазами стоял Пол, аккуратно расчесывающий на лбу свои темно-каштановые волосы. Мы неуклюже подошли к нему и встали позади (он даже сзади красив). Он внезапно обернулся и сказал: «Привет, девочки!». Пожав мне руку, он произнес: «Привет, Вики!» Я просто растаяла. После того, как Джо передала ему торжественное обещание «Битловских Бобби», он прочитал его вслух, затем позвал Джорджа, чтобы он тоже нас поприветствовал. Джордж был действительно очень красив, но, на мой взгляд, его внешность не такая идеальная, как у Пола. Джордж был очень скромным, и, хотя он мало говорил, ему удавалось удерживаться от грубости, отвечая на всякие вопросы, которые мы ему задавали. Он проявлял заинтересованность и внимательно выслушал всё то, что мы рассказали о «Битловских Бобби». Проведя около 15 минут в замечательной компании Пола и Джорджа, мы попрощались с ними и перешли в комнату Ринго и Джона. Они стояли перед телевизором и хихикали над известным рекламным роликом. Они пожали нам руки, и Ринго предложил нам «сигареты», от которых мы отказались. Джон спел нам несколько аккордов песни «Вечер трудного дня» в забавном исполнении».

 

Эллен (участница организации «Битловские Бобби»): «Мы были в комнате 1015 с Ринго и Джоном. Здесь было больше возможности поговорить с ними. Не было ни спешки, ни фотографов. Только мы втроем, Джон и Ринго. Я помню, как спросила Джона, понравилось ли ему сниматься в кино, и он ответил, что ему очень понравилось. Вскоре вошел Дерек Тейлор и сказал нам, что нам пора уходить».

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «После двух концертов «Битлз» устроили вечеринку на всю ночь в вращающемся ресторане отеля на крыше здания».

 

 

 

Вращающийся ресторан отеля.

 

 

 

Мортон Тэддер (фотограф): «После их второго выступления началась вечеринка, в которой приняли участие люди из их окружения и некоторые из избранных».

 

 

 

 

Джон Рук (программный директор радиостанции «Кей-Кью-Ви»): «Когда я впервые услышал «Битлз» в 1963 году, то не был сильно ими впечатлен. Будучи поклонником группы «Крикетс», какая-то новая группа под названием «Битлз» не произвела на меня большого впечатления. Я подумал, что это было прямое заимствование названия группы Бадди Холли. Тем не менее мой друг Боб Скафф, который работал на «Либерти Рекордз», предсказал, что этот квартет достигнет многого, даже если его лейбл не подпишет с группой контракт. Позже Скафф познакомил меня с менеджером «Битлз» Брайеном Эпстайном. В конечном итоге это знакомство привело к тому, что «Кей-Кью-Ви» стал первой радиостанцией в Америке, поставившей в эфир несколько новых песен «Битлз».

Мой канал поставки музыки «Битлз» позволял мне получать новый материал за несколько дней до его появления на любой другой радиостанции в штатах. В те дни, когда курьеры и служба экспресс-доставки «Федерал Экспресс» сперва копировали эксклюзивный материал из Англии, а затем доставляли их в аэропорт Питтсбурга, где за несколько долларов пилоты авиакомпании перевозили их в салоне самолета в Нью-Йорк, куда в срочном порядке приезжал программный директор «Даблви-Эй-Би-Си» Рик Склэр, который, в свою очередь, доставлял их ди-джею Брюсу Морроу, чтобы тот смог порадовать своих слушателей, к тому времени эти песни уже были представлены на радиостанции «Кей-Кью-Ви».

 

Ленни Литтман (журнал «Варьете», 1964): «Ко времени приезда «Битлз» в Питтсбург, между питтсбургскими радиостанциями «Кей-Кью-Ви» и «Кей-Ди-Кей-Эй» развернулась настоящая битва».

 

Джон Рук (программный директор радиостанции «Кей-Кью-Ви»): «В воскресенье утром [13 сентября] Декстер Аллен и Чак Бринкман прибыли в Балтимор. Перед этим я встретился с ними, чтобы разработать нашу стратегию. Обсудив план, нам удалось достаточно легко договориться с Бесс Коулман, личным секретарем Брайена Эпстайна. Во время встречи с ней Аллен без утайки выложил, что он хотел бы вернуться обратно в Питтсбург на специальном самолете «Битлз», и что он хотел бы взять несколько интервью для радиостанции «Кей-Кью-Ви». Она могла посодействовать решению этого вопроса.

После концерта они остались на вечеринке, которая была организована за кулисами, и всё это время пытались выпросить приглашение у мисс Коулман, чтобы им позволили лететь на специальном самолете. Именно в этот момент начались подковерные игры. Кларка Рейса из «Кей-Ди-Кей-Эй» уже включили в список тех, кто мог вылететь на самолете «Битлз», но когда Аллен с Бринкманом настояли на том, что у них есть точно такое же право, его вычеркнули из списка. Через секретаря Эпстайна я договорился, чтобы Рейса сняли с рейса. Потом, когда Рейс вернулся в Питтсбург, он на это пожаловался в эфире».

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)