Выступление на спортивной арене Бостона

12 сентября 1964 г.

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Они должны были приземлиться в аэропорту «Логан Интернэшнл», но вместо этого их самолет в 3:15 утра сел в «Хэнском Филд» в Бедфорде. Джона, Пола, Джорджа, Нила и Мэла посадили в машины, которые проехали 15 миль до отеля Мэдисон. Ринго и Дерек остались позади, и Дерек начал сопротивляться тому, что он считал грубым и грубым обращением со стороны бостонской полиции».

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Группа остановилась в отеле «Мэдисон», прилегающем к Северному вокзалу и соединенном со спортивной ареной».

 

 

 

Возле отеля собралась большая толпа поклонников.

 

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Возле старого отеля «Мэдисон» падающие в обморок девушки разбили лагерь, надеясь увидеть своих кумиров».

 

 

 

Бостон, 1964 г.

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Днем возле отеля «Мэдисон» продолжался хаос. Один бедный ничего не подозревающий человек вышел из отеля с пачкой грязных рубашек, и поклонники бросились к нему, выхватили из рук сверток и бросили в воздух. Рубашки полетели во все стороны, и всё только потому, что кто-то крикнул: «Это мажордом «Битлз», он идет в прачечную!» Рубашки были разодраны в клочья».

 

 

 

Толпа возле отеля «Мэдисон».

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Перед концертом в отеле «Мэдисон» группа провела пресс-конференцию».

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «В отеле, чтобы взять интервью у Потрясающей Четверки, собралась пресса со всей Новой Англии».

 

Сьюзи Китченс (генеральный консул Великобритании в Бостоне): «Они [«Битлз»] действительно захватили воображение всех, как в Великобритании, так и в США. Они появились в то время, когда культура менялась так быстро».

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Во время пресс-конференции три друга студенческого возраста, Стив Смолл, Рич Хершенсон и Чарли Кимбалл успешно сориентировались в обстановке. Им удалось сфотографировать Битлов, задать им вопросы и даже пожать руки Джону, Полу, Джорджу и Ринго».

 

Чарли Кимбалл: «Мы просто очень хотели туда попасть, чтобы увидеть их лично. Они были самыми известными людьми в нашем мире, и, возможно, одними из самых важных с точки зрения их влияния на наше поколение».

 

Стив Смолл: «Мы все трое учились в колледже».

 

Рич Хершенсон: «Мы услышали по радио «Даблви-Эм-И-Икс», что состоится пресс-конференция, и мы подумали, что было бы здорово, если бы мы каким-то образом смогли их увидеть».

 

Стив Смолл: «Я учился на втором курсе Йельского университета и работал на йельской радиостанции «Даблви-Уой-Би-Си». У меня был пропуск представителя нашей радиостанции и портативный магнитофон — вероятно, один из первых портативных магнитофонов с батарейками.

Мы знали, что «Битлз» остановились в отеле «Мэдисон», и там уже находились репортеры. Я знал, что у нас ничего не получитчя, если я просто позвоню в отель и спрошу Джона Леннона или Ринго Старра, но у меня появилась блестящая идея. Я позвонил в отель и попросил к телефону одного из радио-репортеров по имени. Он только что был в прямом эфире, и меня с ним соединили. Я сказал: «Я с городской радиостанции йельского университета. У меня задание освещать приезд «Битлз». Они планируют дать пресс-конференцию?» «Да, — ответил он. — Позвоните Бесс Коулман. Она занимается подготовкой мероприятия». После этого я снова позвонил в отель, спросил её, меня с ней соединили, и я сказал ей, что: я с городской радиостанции йельского университета. У меня задание освещать приезд «Битлз». Во сколько и где состоится пресс-конференция, чтобы я смог на ней присутствовать?»

 

Рич Хершенсон: «Она сказала ему: «Конечно».

 

Стив Смолл: «Она сказала: «Поднимитесь на второй этаж. Если у вас возникнут проблемы, спросите меня». Я не мог в это поверить! Я позвонил Чарли и Ричу, и я помню, как сказал: «Я иду туда. Вы можете пойти со мной, можете не ходить. Но вы сами по себе. Если я смогу войти, то вряд ли у меня получится провести вас с собой».

 

Рич Хершенсон: «И мы отправились в Бостон и добрались до улицы, где находился отель. Вся улица кишела толпами подростков».

 

Стив Смолл: «Там был дурдом».

 

Рич Хершенсон: «Это были просто маньяки, потому что они знали, что «Битлз» находились где-то там внутри».

 

Стив Смолл: «Это были тысячи кричащих людей, большинство из которых были девушки».

 

Рич Хершенсон: «Мы задались вопросом, как нам пройти вовнутрь? В конце концов мы пробрались через толпу и оказались у одной из дверей отеля. Конечно же, там стояли полицейские. Стив подошел к ним и говорит: «Я из йельской радиостанции, вот мой пропуск для прессы». Полицейский смотрит на пропуск, а я думаю, это же радиостанция колледжа, как он вообще сможет пройти. Полицейский смотрит на него и говорит: «Хорошо, ты можешь войти», и открывает перед ним дверь».

 

Чарли Кимбалл: «Стив вошел вовнутрь, показав удостоверение личности йельского университета. Кажется, он сказал: «Они со мной», пытаясь помочь нам войти, но охранники попросили наши удостоверения».

 

Стив Смолл: «У меня был с собой «Полароид» в большом футляре, и я передал его Ричу или Чарли, чтобы было понятно, что они со мной».

 

Чарли Кимбалл: «Но нас не пустили, поэтому мы могли только наблюдать за тем, как вошел Стив».

 

Стив Смолл: «Нам сказали, что они пропускают в отель только тех, у кого есть ключ от номера или пропуск для прессы. Поэтому я попрощался с ними. Грустно, но что поделаешь, и вошел внутрь».

 

Рич Хершенсон: «Мы с Чарли остолбенели».

 

Чарли Кимбалл: «Мы с Ричем решили не уходить. Не помню, как долго мы ждали на улице, но мы хотели попасть туда со Стивом и увидеть «Битлз». Казалось, прошла вечность, и пресс-конференция должна была начаться в ближайшее время. Еще нескольким было отказано, и они присоединились к нам в надежде попасть внутрь. Кто-то сдался, но не мы!»

 

Рич Хершенсон: «Внезапно у меня появилась идея. Я сказал: «Чарли, пошли к входу. Я кое-что попробую». Мы вернулись, и я не знаю, был ли это тот же самый охранник. Я открыл свой кошелек и вынул свою идентификационную карточку первокурсника колледжа, на которой было только моё имя и моё изображение. Это была не карточка представителя прессы. Я произнес: «Я из Дартмутской прессы и вот моя пресс-карта». К нашему изумлению он посмотрел на неё и сказал: «Хорошо, вы можете войти!» Чарли тоже показал ему своё удостоверение личности и помчался со мной. Мы вошли в отель и поднялись на второй этаж, но там снова застряли».

 

Чарли Кимбалл: «Там была стеклянная перегородка с дверным проемом, где нас остановили охранники. За стеклянной перегородкой нам был виден холл, и комната для пресс-конференции».

 

Рич Хершенсон: «Это был своего рода вестибюль, открытое пространство, и напротив него было несколько лестниц, которые вели в комнату, где должна была состояться пресс-конференция».

 

Чарли Кимбалл: «Я помню, как смотрел через это стекло. Все время, пока мы там стояли, мы смотрели на конференц-зал. Мы были так близко от цели, но ситуация становилась всё более безнадежной. Подошли какие-то люди из службы безопасности и сказали, что им нужно будет удалить отсюда всех подростков».

 

Рич Хершенсон: «В этот момент я сказал Чарли: «Быстро!» и мы нырнули в мужской туалет. Мы ждали там, я не знаю, было ли это 10 или 15 минут, пока не услышали, что шум утих. Мы вышли из туалета, и оказались там единственными подростками».

 

Чарли Кимбалл: «Когда мы вышли из туалета, то по-прежнему находились в вестибюле, а охранники оставались на месте».

 

Рич Хершенсон: «Мы не видели Стива, поэтому предположили, что он уже вошел. «Как же нам пройти?» — думали мы. Внезапно я услышал, как кто-то поблизости произнес: «Мисс Коулман». Рядом с нами шла женщина с окружением. И я рискнул, бросился к ней и сказал: «Привет, я Стив Смолл с радиостанции йельского университета. Я разговаривал с вами сегодня, и вы сказали, что я могу войти». «Да, конечно», — подтвердила она и проводила нас до двери, сказав охраннику: «Впустите их».

 

Чарли Кимбалл: «На тот момент я на самом деле не понимал, чего добился Рич. Я чувствовал, что возможность присоединиться к этой небольшой группе людей было нашим последним шансом. Казалось, что больше ничего нам не поможет. Поэтому я «присоседился» к ним и вошел. Когда мы подошли к лестнице, мне показалось, что всё получилось, но тут я услышал, как кто-то крикнул: «Эй, ты кто? Стой!» Я не хотел в это верить. Мы были так близко к цели, но ч сказал Ричу: «Просто продолжай идти». Мы поднялись по лестнице, нас никто не остановил, и мы прошли в зал для пресс-конференции».

 

Рич Хершенсон: «Меня переполнила невероятная радость и изумление. Невероятно! Мы действительно увидим «Битлз» — величайшее событие в мире и за его пределами! Мы вошли. Это была большая комната с рядами стульев и проходом посередине. Мы прошли по проходу и уввидели Стива, который сидел в первом ряду спиной к нам. Мы с Чарли сели на места во втором ряду сразу за ним».

 

Стив Смолл: «Прямо перед тем, как должна была начаться пресс-конференция, кто-то постучал меня по плечу. Я обернулся и увидел, что это были Рич и Чарли!»

 

Рич Хершенсон: «Он обернулся и посмотрел на нас с изумлением!»

 

Чарли Кимбалл: «Стив выглядел очень изумленным, когда увидел нас».

 

Стив Смолл: «Я не мог в это поверить. Я всё ещё не совсем поверил в то, что мне самому удалось быть там, и я на самом деле был изумлен, увидев их двоих! Они сказали: «Мы пошли к другой двери, другому охраннику. Мы сказали, что работаем в гарвардской и дартмутской газетах и ​​показали ему свои студенческие билеты».

 

Шарон Кеннеди: «Мне было тогда было 15 лет, я была репортером нескольких газет Северного побережья, в том числе «Ипсвичской хроники», и писала о жизни подростков. Когда «Битлз» приехали в Бостон, я получила от редактора и издателя «Хроники» Билла Вассермана на себя и подругу Сюзанну Рошло удостоверения представителей прессы. Вассерман посмеялся над нами и сказал, что нас из-за возраста не пустят.

В назначенный день мы сели на поезд в Бостон-Гарден, и добрались отеля «Мэдисон». Мы показали удостоверения прессы охраннику, но он посмеялся над нами. Должно быть, до этого у него было много желающих пройти вовнутрь девушек с разными историями, потому там был сумасшедший дом. Девочки просто сходили с ума.

Мы позвонили Вассерману по телефону-автомату, и он сказал охраннику, что мы работаем в «Хронике». После этого нас впустили.

Я знала, что Луиза Харрисон, сестра Джорджа, остановилась на четвертом этаже. Конечно же, на четвертом этаже возле лифта дежурили охранники и они никого не пускали. Поэтому мы воспользовались пожарной лестницей и поднялись на четвертый этаж. Мы увидели, как Луиза Харрисон разговаривает с женщиной, несущей портфель. В этот момент к нам подошли двое охранников, чтобы вывести нас с этого этажа. Будучи хорошим репортером и большим поклонником «Битлз», я ​знала, что та женщина была пресс-секретарь «Битлз». Это была небольшая инсайдерская информация.

Я крикнула: «Бесс!», и мы, не обращая внимания на охранников, направились прямо к Бесс Коулмэн (прим. — помощница Брайена по связям с общественностью) и показали свои удостоверения. Я сказала, что мы представляем пять газет Северного побережья и 22-х средних школ. Думаю, я была профессиональным рассказчиком еще до того, как узнала об этом. Я пожаловалась Коулмэн, что это не справедливо, что на пресс-конференцию пускают только взрослых, и что я представляю подростков Америки. Коулмэн взяла наши удостоверения и написала на обороте, что на пресс-конференцию должны быть допущены двое подростков.

Но даже когда мы показали свои подписанные удостоверения полицейскому на входе в комнату для пресс-конференции, он не пропустил нас, и вывел вниз по лестнице. Тогда мы вернулись снова и показали удостоверения другому полицейскому. Он сказал: «Кто такая, черт возьми, эта Коулмэн?» В этот момент двери открылись, и мы увидели её. Я закричала «Бетсс!», она подозвала нас к себе, и мы проплыли мимо полицейского прямо в комнату.

Там мы заняли места в четвертом ряду. Коулмэн подошла к нам и прошептала, что нам по 18 лет».

 

Рич Хершенсон: «Потом появился Дерек Тейлор и сказал что-то о «Битлз». Я не помню, что именно».

 

Стив Смолл: «Дерек Тейлор сказал, что, во-первых, телевизионным репортерам можно будет снимать во время пресс-конференции, но все камеры должны быть на расстоянии. Потом будут интервью один на один для телевидения и радио. «Можно будет подходить по очереди и брать интервью у каждого Битла отдельно! — продолжал Дерек Тейлор. — Потом мы дадим время для фотографий. После этого, если кто-то захочет получить автографы, мы выделим для этого время в конце».

 

Рич Хершенсон: «И вот настал момент, и вот они … Дамы и господа, «Битлз»! Все взволнованно аплодируют, когда Битлы входят в комнату».

 

Стив Смолл: «Когда они вошли, меня поразило то, что они были такими невысокими — среднего роста».

 

Рич Хершенсон: «Единственное, что я точно помню, это то, что я был поражен тем, насколько бледными они все выглядели».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ринго: Рад, что вы все смогли сделать это.

Пол: (с ковбойским акцентом) Привет всем.

Джон: (с ковбойским акцентом) Привет, брат.

Пол: (с ковбойским акцентом) Хотел бы поблагодарить всех вас, братьев и сестер, сегодня здесь за то, что собрались здесь с нами.

Ринго: Я вижу, что это сделал Фред.

Пол: (с ковбойским акцентом) И здесь в аудитории мистер Бак Оуэнс (прим. — американский певец и гитарист).

(«Битлз» смеются)

Пол: (с ковбойским акцентом) Хочешь написать песню, Бак?

Джон: (с ковбойским акцентом) Если кто-то из вас — Джонни Хортон, шлепни себя по ноге!

(«Битлз» смеются)

 

 

 

 

Стив Смолл: «У них были длинные волосы — очень длинные для того времени. Они были совершенно спокойны и во время пресс-конференции шутили направо и налево. Я сумел сфотографировать Ринго. Перед тем, как сделать снимок, я окликнул его: «Ринго!» Он повернулся, посмотрел на меня и сказал: «Так, из какой же газеты ты можешь быть… с Полароидом!?»

 

Вопрос: Я видел «Битлз» в мае в Лондоне.

Пол: (вглядываясь) О, ты был. Да.

Вопрос: Вы все были загорелые и всё такое.

«Битлз»: Да.

Вопрос: А теперь вы выглядите бледными. Особенно Ринго.

(Ринго смотрит безучастным взором)

Вопрос: Нет, вы выглядите хорошо. Вы выглядите просто великолепно.

(смех)

Ринго: (улыбаясь) Спасибо.

Вопрос: Всего за три дня до гастролей вы заболели, и мне интересно… Я слышал о том, что вам, возможно, придется вернуться в больницу, и вам может потребоваться операция. Мне интересно, как сейчас обстоят дела.

Ринго: Я в порядке. Они просто хотят удалить миндалины на тот случай, если они вызовут еще какие-то проблемы, понимаете. Теперь с ними все в порядке. Но они… знаете, это может случиться снова.

Вопрос: Вы пели в этом турне?

Ринго: Каждый вечер. О, да! (обращаясь к репортеру) Ты придешь?

Пол: (хихикая) Придешь на концерт?

Вопрос: Пол, как вам Бостон по сравнению с другими городами?

Пол: На самом деле, мы не много видели. Только…

Вопрос: Местные жители.

Пол: Жители?

Джон: Какие жители?

(смех)

 

 

 

 

Пол: Не знаю. Они просто… американцы, понимаете. Хорошо. Очень хорошо. Мы не можем, на самом деле, сравнить их, понимаете, потому что мы, к тому же, не встретили здесь много людей. Очень хорошо с теми, кого мы встретили.

Вопрос: Пол, какова была ваша первая реакция на того джентльмена в этом здании, который решил, что он — это вы?

Пол: О, да (смеется). Это какой-то парень (с сожалением) Оооо. Оооо.

Джордж: Смирительная рубашка…

(смех)

Пол: До тех пор, пока он не я, я не возражаю.

Вопрос: Есть один парень, который говорит, что он похож на Пола, и есть другой, который говорит, что он похож на Ринго.

Ринго: Что, простите?

Пол: (обращаясь к Ринго) Есть парень, который похож на тебя.

Ринго: О, Боже, помоги ему.

(смех)

Вопрос: Рано утром в аэропорту было несколько очень недовольных представителей прессы и газет, и мы понимаем, что все эти меры для безопасности. По сути, вас даже не фотографировали.

Пол: Да.

Вопрос: Вы устанавливаете ограничения…

Джон: Это было недоразумение, прошлой ночью.

Пол: Мы обещали дать телевизионное интервью, знаете ли. Было одно конкретное обещание дать интервью, и мы вышли к машинам… и мы не смогли сесть.

Ринго: Мы не могли сесть в машины.

Джон: Это хорошая работа охраны, но она была чрезмерна, понимаете.

Вопрос: Кто её обеспечивает?

Джон: Ну, обычно это местная полиция, знаете ли. Но я имею в виду, что они на самом деле не виноваты, потому что они не знают, что произойдет. Это было просто неудачно… (комично, с улыбающимся выражением лица»). Они не смогли фотографировать прошлой ночью.

Пол: (жестикулируя) Имейте в виду, в этой полиции нет ничего плохого.

Ринго: Нет.

Пол: Нет, они очень хорошие. Привет, ребята.

(смех)

Пол: Хорошо? Очень хорошие полицейские. И ещё крупные. Привет, чуваки.

Вопрос от поклонницы: Что вы думаете о психиатрах?

Джон: Им нужно обратиться к психиатру.

Пол: (делает глубокий выдох)

Джон: (смеясь) ХО ХО ХО, сказал он.

Вопрос: Известно ли вам о том, как во время ваших выступлений ведут себя молодые люди, их привязанности или кричат ли они и так далее?

«Битлз»: Да.

Вопрос: Это вдохновляет вас, или…?

«Битлз»: Да.

Пол: Это хорошо, знаете ли.

Ринго: Ах, это очень хорошо.

Пол: Это вдохновляет.

 

 

 

 

Стив Смолл: «На пресс-конференции я тоже задавал вопросы».

 

Стив Смолл: Джон, вы планируете писать в дальнейшем?

Джон: Да.

Стив Смолл: И как скоро… мы что-нибудь увидим?

Джон: «Э-э, как только… когда я посчитаю нужным, понимаете.

Стив Смолл: В ближайших планах этого нет?

Джон: Нет, я просто занимаюсь этим время от времени.

Стив Смолл: Похоже, что так и есть.

Джон: Хорошо, спасибо!

(Пол с Джоном обмениваются улыбками)

Дерек Тейлор: Погодите-погодите (улыбаясь). Каким было последнее замечание?

Стив Смолл: Я сказал, что так и есть, мне это нравится. Это очень…

Пол: (смеясь) Ооооооооо.

Стив Смолл: …написано не раздумывая наобум.

Джон: Да, так и есть. В ряде случаев наобум.

Стив Смолл: Это не похоже на то, что вы садитесь и говорите: «Хорошо, я напишу кое-что, что ты…»

Джон: О, нет. Это работает, не так ли.

Вопрос: Планируете ли вы в ближайшее время снять еще один фильм?

Ринго: Да.

Джон: В феврале мы снимаем еще один фильм.

Ринго: Мы начнем его в феврале. Мы ещё не знаем, о чём он будет. (пауза) Думаю, потом прояснится.

Вопрос: Чувствуете ли вы, что задаете новую тенденцию в музыке?

«Битлз»: Нет.

Вопрос: Неужели мальчики искренне верят в то, что они и дальше будут продолжать в том же духе, зарабатывая те замечательные деньги, которые они зарабатывают, со всеми этими выступлениями, или они исчезнут, как поля для мини-гольфа несколько лет назад.

(толпа и «Битлз» смеются)

Джон: (хихикая) Да.

Ринго: (тихо) Ты просто выбираешь мой размер.

Пол: (хихикает)

Джон: Вероятно, что так и будет. Но мы уйдем до того, как исчезнем.

Пол: В любом случае, мы зарабатываем больше, чем мини-поля для гольфа.

(смех)

 

Стив Смолл: «Помню, что самый большой смех вызвал ответ: «Мы зарабатываем намного больше денег, чем на мини-полях для гольфа».

 

 

 

 

Вопрос: Джон и Пол, когда у вас бывает возможность писать музыку, тексты?

Пол: Обычно в выходные, или по ночам в отелях, или… (пауза) Не знаю. Каждый раз, когда у нас есть время, или в любое время, когда у нас есть такая возможность.

Вопрос: Какой вид спорта у вас любимый?

Пол: Спорт? Никто из нас не увлекается спортом. Плавание — это хорошо. Водные лыжи.

Вопрос: Не могли бы вы сказать, будет ли следующий фильм на тему «Вечер трудного дня»… в том же стиле?

Пол: Я так не думаю.

Джордж: Какой в этом смысл, знаете ли. Мы бы не хотели делать то же самое.

Ринго: Ещё два дня из нашей жизни, знаете, это было бы глупо.

Пол: Знаете, мы будем в нём, но и только…

(смех)

Вопрос: Сколько еще месяцев или лет вы ожидаете продержаться на своем нынешнем пике?

Пол: Я не знаю.

Ринго: Понятия не имею.

Джордж: Мы не думаем об этом.

Пол: Около шести месяцев назад все… Кто-то ещё спросил нас об этом шесть месяцев назад. Тогда говорили: «Ну, вы же не сможете отсюда уйти ещё дальше, не так ли. Но это так, понимаете. (пауза ) Тут ничего нельзя сказать.

Вопрос: Артур Фидлер из Бостонского оркестра популярной музыки говорит, что он считает вашу музыку очень расслабляющей. Как вы относитесь к его музыке?

(смех)

Джон: Это зависит от того, какие мелодии он играет, знаете ли.

Пол: (хихикает)

Вопрос: Вы когда-нибудь слышали о нем?

«Битлз»: Да.

Пол: Он очень расслабляет.

Джон: Бостонская Попса, я хочу держать тебя…

Вопрос: Вы слышали его версию музыки «Битлз»?

«Битлз»: Да.

Вопрос: Вам нравится?

Пол: (шутливо) Хорошие мелодии.

(смех)

Пол: (хихикая) Нет, хорошие, знаете ли.

Вопрос: Помогали ли вы писать сценарий для «Вечер трудного дня»?

Джон: Нет. Мы вносили изменения в уже написанный сценарий, то здесь, то там. Вот и всё. Не так ли?

Пол: Да.

Вопрос: Защищая вас и обеспечивая вашу безопасность, полиция когда-либо была груба по отношению к вам?

Джон: Иногда, но очень редко.

Вопрос: Кто делает вам прически?

Джон: Кто угодно.

(смех)

Джон: Любой, у кого есть ножницы.

Вопрос: Как часто вы их стрижете?

Ринго: У нас нет установленного времени. Месяц. Два месяца.

Вопрос: Здесь это тот парень, который заменил Ринго, когда он был болен?

«Битлз»: Нет.

Джордж: Это дорожный менеджер.

Пол и Ринго: Он наш дорожный менеджер.

Вопрос: У него такие же длинные волосы?

Ринго: У него нет таких же волос.

Джон: Это не длинные волосы, это короткие!

(смех)

Пол: Ты попал в телик, Мэл.

Вопрос: Джон, ты слышал о предсказании экстрасенса Джин Диксон о том, что ты когда-то станешь хирургом?

Джон: Нет.

(смех)

Джон: Вы шутите. Я даже не могу… Я не могу держать даже ножницы.

(смех)

Вопрос: Вы недавно были в Вашингтоне. Как вы думаете, президент Джонсон чувствовал себя неуверенно, потому что вы его не навестили?

(смех)

Джон: (смеясь) Вы шутите.

Пол и Джон: Нет.

Джордж: Президента Джонсона там не было, когда мы были в Вашингтоне.

Джон: Не так ли?

Вопрос: Кто-нибудь из вас когда-либо встречался с Люси Бэйнс Джонсон? (прим. – дочь президента).

«Битлз»: Нет.

Пол: Пару раз мы чуть не встретились, но у нас не получилось.

Вопрос: (обращая внимание на одно из колец Ринго) Ринго, что привлекает тебя в черном ониксе?

Ринго: Простите?

Джордж: Чем привлекает тебя черное колечко?

Ринго: Нет, его мне купили.

Вопрос: Прошу прощения?

Ринго: Кто-то купил мне его. Это могло быть что угодно, знаете, и я бы это носил.

Вопрос: В черном ониксе нет ничего особенного?

Ринго: Нет.

Вопрос: Я понимаю, что вы все четверо из бедных семей в Англии. Теперь, когда вы миллионеры…

Джон: Мы не миллионеры…

Вопрос: …будете ли вы жертвовать на благотворительность?

Джон: Мы уже отдали на благотворительность целое состояние. Однако мы не миллионеры.

Пол: И мы никогда не были бедными, так или иначе.

Ринго: Нет.

Пол: Мы все были среднего достатка, но мы получили…

Джордж: История, которая существует здесь, в Америке, она очень неправильная. Говорят, что мы были бандой сорванцев, и у нас не было ни копейки, но это неправда.

Джон: Мы просто хорошо одеваемся.

Джордж: И мы уже отдали целое состояние на благотворительность.

Пол: Мы уже много отдали. Но дело в том, что когда мы даем это, мы не кричим об этом, как делают многие другие люди.

Ринго: (шутливо) Видите? Мы никому не говорим!

(смех)

Ринго: (улыбаясь) Вы поняли?

(смех)

Вопрос: Знаете ли вы, исходя из проданных ранее билетов, округляя, сколько будет на сегодняшнем концерте?

Джон: …несколько тысяч, кто-то так написал.

Дерек Тейлор: Бостонские газеты уже написали. (прочищает горло) Говорят, шестьдесят тысяч.

Джон: (обращаясь к Дереку) И всё?

(смех)

Вопрос от поклонницы: Джордж, говорят, что вы были в Бостоне летом. Это так?

Джордж: Нет, не так.

Пол: Вероятно, ещё один из тех парней, которые на него похожи. (смотрит на Ринго) В Бостоне таких много.

Вопрос: Вы знаете, сколько вы зарабатываете в день?

Ринго и Пол: Нет.

Джон: По-разному.

Вопрос: Я слышал, Ринго сказал, что его миндалины удалили?

Ринго: Ещё нет.

(смех)

Ринго: Во время следующего отпуска.

Вопрос: Слышал, у вас есть предложение по ним.

Джон: (смеясь обращается к Ринго) Да, расскажи ему, как кто-то… Кто-то из поклонниц написал, может ли она их получить.

(смех)

Ринго: И она может их получить. Мне они не нужны.

Вопрос: Кто-нибудь из вас когда-либо встречался с Жаном Полом Гетти? (прим. — Жан Пол Гетти — американский нефтяной магнат и промышленник, один из первых в истории долларовых миллиардеров).

Пол: С ним. Нет.

Джон: Нет.

Джордж: Хотя видел его в битловском парике.

(смех)

Вопрос: Он высказывал мнение о вашей музыке?

Пол: Я так не думаю.

Джордж: Я думаю, что это была статья в «Тайм» или «Лайф», и у них была… Он был изображен в битловском парике, поэтому он, наверное, дружески к нам относится.

Вопрос: Ринго, почему ты носишь так много колец?

Ринго: (шутливо обращаясь к остальным) Что вы будете делать, когда этот пузырь лопнет.

(«Битлз» смеются)

Ринго: Мне они нравятся, понимаете, поэтому я их ношу. Вот и всё, знаете ли. Больше ничего. Их купили для меня, так что мне больше некуда их деть.

(смех)

Ринго: Поэтому я надел их на свои пальцы.

Пол: Очень разумно.

Вопрос: Джордж, со всей той работой, которую проделала твоя сестра, особенно в Бостоне, ты бы сказал что-нибудь… э-э-э…

Джордж: (сухо) Привет.

(смех)

Вопрос: Вы могли бы сказать, что оригинальность сыграла ключевую роль в вашем успехе?

«Битлз»: Да.

Пол: Наверное, да.

Джон: (смешным голосом) Это помогло…

(смех)

Вопрос: Как вы думаете, вы когда-нибудь будете привлекать людей старше двадцати лет?

Джон: У нас уже есть.

Пол: Всё от того, что мы тебе не нравимся, знаешь ли…

(смех)

Вопрос: Сегодня утром я завтракал с вашим дорожным менеджером…

Ринго: С Большим Мэлом.

Вопрос: Мэл сказал мне, что вы, ребята, считаете, что наш американский чай довольно мерзкий.

«Битлз»: Да.

Пол: Это так.

Джон: (хихикая) Это правда.

Джордж: То, что вы так и не научились делать, это чай.

Пол: Ну, я имею в виду, Бостонское чаепитие и все такое… у вас здесь должно быть немного. (прим. — Бостонское чаепитие — акция протестa американских колонистов 16 декабря 1773 года в ответ на действия британского правительства, в результате которой в Бостонской гавани был уничтожен груз чая, принадлежавший Английской Ост-Индской компании. Это событие стало толчком в американской истории, положив начало Американской революции).

(смех)

Вопрос: Кто из вас лучше всего может говорить с американским акцентом?

Пол: Мы этого не можем, знаете ли.

Ринго: Не очень хорошо.

Джон: «Так же, как никто из вас не может говорить с английским акцентом.

Вопрос: Мне говорили, что кто-то из вас, не уверен, кто именно, хочет создать свою собственную гитару.

Джордж: Вообще-то, думаю, что это должно быть обо мне. Я тоже об этом читал. В то время это было неправдой, но после этого изготовитель гитар «Гретч» попросил меня заняться этим.

Вопрос: Как вы думаете, это хорошая идея?

Джордж: Да, знаете ли. Это большие деньги, не так ли. Но, знаете, у меня никогда не было достаточно времени, чтобы взять парня из «Гретч» и что-то сделать.

Вопрос: Какие гитары вы используете?

Джон: Я использую «Рикенбэккер».

Джордж: «Рикенбэккер», «Гретч», «Гибсон» и «Хоффнер».

Вопрос: Вы используете 12-струнную гитару?

Джордж: Да.

Джон: «Рикенбэккер» 12-струнный… электрический 12-струнный.

Вопрос: Вы всё-таки нашли в Соединенных Штатах качественный чизбургер?

Пол: (обращаясь к репортеру) Как вы узнали об этом?

Вопрос: Сестра Джорджа упоминала об этом сегодня на радио.

Пол: Я пытался вчера найти один… но не смог во Флориде найти чизбургер. Ну, Мэл не смог.

Вопрос: Что вы думаете о Барбаре Стрейзанд?

Ринго: Мне она не нравится.

Джордж: Она мне не нравится. По мне слишком слащаво.

Пол: Хотя и неплохо.

Вопрос: Название вашего фильма [«Вечер трудного дня»] взято из рассказа Джона «Грустный Майкл»?

Джон и Пол: Нет.

Джон: Я отущипнул этот кусочек от Ринго для этого рассказа.

Пол: Изначально это был Ринго.

Джон: У него это прозвучало само собой. Это не была какая-то шутка.

 

 

 

 

 

Шарон Кеннеди: «Многие из присутствующих репортеров не знали, кем были «Битлз», и мы объясняли им. Я задала один вопрос о книге Джона и названии «Вечер трудного дня». Они толком почти не отвечали ни на один из вопросов журналистов. Было удивительно, что они были такими забавными. Это было главное. Они были такими забавными».

 

Вопрос: Что вы думаете о Дасти Спрингфилд? Согласно одному из наших недавних опросов, проведенных на нашей радиостанции, она является самой популярной вокалисткой в этой стране.

Пол: Она очень хорошая.

Вопрос: Что вы думаете о противостоянии на Арене Бостона этим вечером?

Джон: (комично) Какое противостояние?

(смех)

Вопрос: Джон и Пол, из всех песен, которые вы написали, какие из них вам нравятся больше всего?

Джон: Э-э, не знаю. Понимаете, всё меняется. То нравится одна, а потом ты её ненавидишь… потом снова нравится.

Пол: «Это для тебя» (It’s For You), Силла Блэк.

Вопрос: Ринго, какая песня тебе нравится больше всего?

Ринго: «Вечер дня», я думаю.

Вопрос: (Джорджу) Что вам нравится?

Джордж: Я не знаю. Они все великолепны.

(смех)

Джордж: Ну, я их не писал, поэтому могу так говорить. Они [Джон с Полом] не могут.

Джон: Они все великолепны.

(смех)

Джон: Шучу.

Вопрос: Почему ваши песни остаются в чартах в Соединенных Штатах в течение более длительного периода времени, чем в Англии? Другими словами, в Англии у них одна неделя, и они уходят…

Джон: Потому что здесь вас так много, я имею в виду, знаете, здесь люди просто продолжают покупать и покупать.

Джордж: В Англии у нас обычно есть предварительные заказы, а потом они продают все за одну неделю, и тогда вот… Все уже купили.

Пол: В основном, здесь в чартах находится около 15 наших синглов, понимаете, и мы не выпускали их в Англии. Одна нехорошая звукозаписывающая компания выпускает их здесь.

Вопрос: Кто исполняет большую часть ведущего вокала?

Джордж: Пол с Джоном.

Пол: В основном Джон, потом я, потом Джордж.

Джон: Не знаю.

Пол: Да, ты поёшь.

Джон: О, нет, Пол… ты.

Пол: Как раз… нет.

(смех)

 

Рич Хершенсон: «Просто находиться в одной комнате с «Битлз» было невероятно. Приятным бонусом было то, что мы поняли, что можем задать им вопросы! В конце концов я тоже поднял руку. Помню, я задал три вопроса, но запомнил только два: «Кто из них чаще всего солирует на сцене», на что Пол с Джоном начали перепираться, говоря: «Это он», «Нет, это он!» Я также спросил, какие гитары они используют».

 

Чарли Кимбалл: «Пол с Джоном были особенно быстры и остроумны. Я помню, что они очень легко отвечали на вопросы».

 

 

 

 

Вопрос: Ринго и Джордж, сегодня вечером во время выступления вы будете петь?

Ринго: Да.

Джордж: О, да, о, да.

Ринго: Мы немного.

Джордж: Моментами. Они иногда позволяют нам петь, не так ли, Ринго.

Вопрос от ребенка: (маленький ребенок, тихо) Пол, как долго вы будете петь?

Дерек Тейлор: (повторяя) Как долго они будут петь сегодня вечером?

Пол: Мы поем около 30-35 минут.

Вопрос: Последняя пресс-конференция, которую я видел, была для меня настоящим трехчасовым тяжелым испытанием, чтобы там находиться. Мне интересно, как вы, ребята, можете постоянно в этом участвовать. Особенно мне запомнился случай, когда вы уже собирались уходить, и там был один австралийский оператор, у которого не оказалось пленки в камере, и он заставил вас сесть и сделать все это снова. В этот момент я подумал, что ударил бы его, но вы сохраняли спокойствие всё это время.

Ринго: (шутливо) Это потому, что вы были в комнате.

Вопрос: Мне просто интересно, через какое-то время возникнет ли что-то вроде небольшого сопротивления.

Дерек Тейлор: Тенденция вопросов такова: считают ли «Битлз» пресс-конференции чем-то затянутым, а если нет, то как они остаются такими спокойными.

Вопрос: (шутя обращаясь к Дереку) Отлично.

(смех)

Пол: Мы всегда получаем от них удовольствие, знаете ли. Все эти смешки.

Джон: …в комнате толкётся столько людей, которые не имеют отношения к прессе, знаете ли.

Пол: И прессу иногда немного раздражительна, знаете, потому что… Но в основном она отличная.

Джон: (хихикая) Пока не спросит: «Что вы будете делать, когда этот пузырь лопнет?»

(смех)

Пол: Единственный вопрос, который задают все.

Вопрос: Есть ли у кого-нибудь из трех остальных холостяков планы жениться?

Джордж: Не сейчас.

Ринго: Пока нет. Через пару лет… не скоро.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Стив Смолл: «Помню, как после пресс-конференции задал им вопросы. Помню, я спросил одного из них, кто на них оказал влияние, и помню, что одной из групп, которые они назвали, была «Импрешинз», и, возможно, «Темптейшн», но не уверен. Затем у меня состоялся классическое общение с Ринго посредством микрофона и магнитофона. Я спросил: «Не могли бы вы сказать: это Ринго Старр, а вы слушаете Даблви-Уай-Би-Си?» Ринго ответил: «Извините, но мы никому не можем оказывать промо-акции». Ну, конечно, когда я вернулся в колледж, я снова и снова ставил в эфир на нашей радиостанции этот разговор. Я был ди-джеем и делал своё рок-шоу».

 

Шарон Кеннеди: «Чувствуя, что пресс-конференция подходит к концу, мы направились к ним. Мы как сумасшедшие бросились к ним, Сюзанна пожала руку Пола, схватила Джорджа за запястье, и он улыбнулся мне. Они собирались уйти. Невероятно, но мне удалось пожать руку Джону Леннону».

 

Рич Хершенсон: «После окончания пресс-конференции нам всем раздали фотографии «Битлз» в виде почтовых открыток с их автографами. Когда Дерек уже уходил, я сказал ему, что мне фотография не досталась, что было неправдой. Он полез в карман пиджака и сказал: «О, вот!» и дал мне ещё одну. На обороте фотографии были их настоящие автографы!»

 

Стив Смолл: «У меня с собой была книга Джона, и я попросил его поставить на ней автограф. Потом я подошел с книгой к Ринго, Джорджу и Полу! Потом один из них сказал: «Хорошо, нам пора идти. Нужно идти на концерт», так что оставшиеся два автографа я так и не получил.

Кто-то из представителей «Битлз» спросил: «Ребята, у вас есть билеты на концерт?» Мы ответили, что у нас нет билетов. Он сказал: «Ну, у меня остался только один билет, но я отдам его вам». Мы были ошеломлены, но решили, что будет несправедливо, если один из нас пойдет, а двое других нет. Мы договорились, что продадим билет по номинальной стоимости, не пытаясь продать его по спекулятивной цене. Мы очень тщательно выбирали, кому продать билет. Снаружи, конечно, всё ещё была кричащая толпа, но мы увидели одну девушку, стоящую с матерью, которая, как мне показалось, спрашивала лишний билет. Мы продали его вроде как за 6,75 доллара и разделили доход на троих.

Всё закончилось, но были ещё сувениры. У меня осталась на память серебряная фольга от одной из сигаретных пачек и несколько окурков из одной из пепельниц».

 

Рич Хершенсон: «Потом я подбежал к столу и забрал их пепельницу с окурками и жвачкой, и унес всё это домой. Я также помню пустую пачку сигарет с визиткой от Джона Сано из «Нью-Йорк Пост» с подписью: «Дерек, дай мне Джона, и я буду любить тебя вечно».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Выступление на спортивной арене Бостона».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Перед 13 909 поклонниками группа исполнила свою обычную программу».

 

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Вместо того, чтобы бросать на сцену леденцы, по предложению радиостанции «Даблви-Би-Зет» поклонники бросали конфетти».

 

 

 

 

 

Энди Бабюк (автор книги «Аппаратура Битлз»): «В Бостоне это было единственное выступление, где Леннон был сфотографирован с 12-струнной гитарой «Рикенбэкер 325». Возможно, он сломал струну на своём шестиструнном «Рикенбэкере 325», или, может быть, гитара вышла из строя? Во время этих гастролей 12-струнник обычно присутствовал на сцене только как запасной инструмент».

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «Как обычно, поклонники кричали настолько громко, что даже сами «Битлз» не могли себя слышать. Это было ещё одно частое явление на концертах «Битлз» в разгар Битлмании. Но, как сказал один диктор, кричащие девушки приходили на концерт только для того, чтобы увидеть Потрясающую Четверку, а вовсе не для того, чтобы их услышать».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сэлли Рэйл (автор книги «Вечер трудного дня в Америке»): «После концерта «Битлз» отправились в Мэриленд».

 

 

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)