Вечеринка у Брайена Эпстайна

12 августа 1964 г.

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «В США поступил в продажу сингл группы «Билли Дж. Крэмер и Дакоты» (Billy J. Kramer & The Dakotas) с песнями Леннона-Маккартни «Из окна» (From A Window) и «Я пойду своей дорогой» (I’ll Be On My Way) (Imperial 66051)».

 

 

 

 

beatlesbible.com: «В этот вечер у себя дома в лондонской квартире Брайен Эпстайн устроил вечеринку, в которой приняли участие все «Битлз», а также Джуди Гарленд, Силла Блэк, Лайонел Барт и группа «Роллинг Стоунз».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Эпстайн решительно замещал отсутствие наполненной любовью жизни упорной работой. Часто он затрачивал на это болшьше сил, чем это было необходимо, работая над задачами, которые можно было поручить кому-нибудь. Он окружал себя талантливыми и известными людьми из модной «тусовки» лондонского Вест-Энда. В своем бизнесе он старался избегать использовать успешность «Битлз» для того, чтобы устроить дела других своих исполнителей. Однако в своей личной жизни он использовал их постоянно, приглашая на званые обеды с важными и влиятельными гостями. В его представлении идеальная вечеринка в его апартаментах включала в себя участие одного или нескольких Битлов, может быть, парочку из «Роллинг Стоунз», обязательно, его единственную звезду-женщину, Силлу Блэк, и россыпь «знаменитостей» общества.

Одна из самых памятных и блестящих вечеринок «дома» имела место 12 августа 1964 года, за четыре месяца до переезда Брайена в его роскошный дом в Белгравии на Чэпел-Стрит. Он всё ещё жил в изысканных апартаментах Уэддон-Хаус в Уильям-Мьюз, на границе Найтсбридж и Белгравии, расположенного между ультрамодной Слоун-Стрит и чрезвычайно дорогим белгравским парком. Каждый из нас получил впечатляющий пригласительный билет первоклассного качества с красиво выгравированным официальным приглашением: «Ужин-фуршет в 9-30 вечера, форма одежды свободная». Указанной Брайеном причиной этого вечера было празднование приближающегося отправления Джона, Пола, Джорджа и Ринго в своё первое полноценное концертное турне по Северной Америке».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «День праздника выдался отменным. К вечеру [дизайнер по интерьерам] Кеннет Партридж в квартире Брайена вместе с рабочими завершал последние детали, и тут появились Брайен с Куини».

 

 

 

Брайен и Куини.

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Матриархальная первая леди в жизни Брайена, его мать Куини, по такому блестящему случаю приехала из Ливерпуля. Как правило, она не часто посещала его вечеринки, и Брайен был чрезвычайно рад её видеть».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Партридж проводил их наверх».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «На крыше был возведён огромный белый шатёр, где были расставлены столы для ужина, а гости могли смотреть сквозь пластиковые окна на юго-западный Лондон. Там были красивые канделябры и тысячи гвоздик».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «Глаза Куини широко раскрылись при виде шатра. «О, нет!» — закричала она. – «Красное с белым! Красное с белым приносит несчастье!» Партридж сказал, что никогда не слышал о такой примете, а Брайен пояснил, что Куини очень суеверна, и верит во все приметы, включая птиц на занавесках.

«Что можно сделать?» — спросил Брайен Партриджа. – «Это необходимо изменить! Нам не нужно никаких бед перед самыми гастролями». Партридж ответил, что не представляет, как все изменить. Гости должны были прибыть через несколько часов. «Тогда придется все отменить», — настаивал Брайен.

Партридж выскочил из дома и бегом помчался по улице. Задыхаясь, он нагнал грузовик садовника на углу. Помощников садовника отправили в местные лавки для закупки красных чернил, а Партридж с садовником поднялись наверх, повытаскивали все белые гвоздики из бордюра и вынесли их на улицу. Потом они были заняты тем, что обмакивали белые гвоздики в баночку с красными чернилами. Последняя мокрая розовая гвоздика была водворена на место белой прямо перед прибытием первых гостей. Никогда еще Куини так сильно не напоминала сумасшедшую Королеву Червей из «Алисы в стране чудес».

Этот вечер стал самым значительным событием общественной жизни. К восьми часам вечера перед особняком собрались сотни людей, которые, как оказалось, пришли посмотреть на прибывающих гостей. Два швейцара в униформах стояли у дверей дома, проверяя приглашения. Среди гостей были: Джуди Гарленд, Силла Блэк, группа «Питер и Гордон», Мик Джаггер, Кит Ричардс, «Битлз», Томми Стил, группа «Сёрчерз», Лайонел Барт, группа «Формоуст», пианист Расс Конуэй, импресарио Тито Барнс, Джордж Мартин, радиоведущий Алан Фримен, радиоведущий Пит Мюррей, радиоведущий Брайен Мэттью, менеджер Питер Гормли, Тони Бэрроу, Алма Коган».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «В этот вечер список приглашенных Эпстайном превзошёл по количеству настоящих звёзд все его предыдущие лондонские гулянки на тот момент. Во главе, с добавлением в самую последнюю минуту его героини, легендарной Джуди Гарленд, гости включали в себя битлов и Силлу Блэк, другую любимую певицу Брайена Алму Коган, Мика Джаггера и Кита Ричардса из «Роллинг Стоунз», дуэт Питера и Гордона, «Сёрчерз», Томми Стила, Лайонела Барта и трёх ведущих ди-джеев тех дней – Алана Фримена, Пита Мюррея и Брайена Мэттью. Также тем вечером заскочила Дасти Спрингфилд; она была популярной бестией вечеринок, которую замечали на большей части вечеринок с участием самых преуспевающих людей в обществе в свингующем Лондоне 1964 года.

Пришедших звёзд, коллег, а также родственников весьма впечатлило присутствие величавого Лонни – высокого чернокожего, камердинера с необычными колониальными манерами. Когда проходила вечеринка, его небольшая команда слуг, возглавляемая испанским дворецким в тёмном мундире, приносила выдержанное шампанское и охлаждённую икру. Эпстайн был рад неописуемо. Порой мы задавались вопросом о цели вечеринки. Потом мы поняли, что настоящим мотивом расточительного гостеприимства Брайена было его желание окружить себя модными людьми, которые служили противоядием для его одинокой светской жизни. Изящество и богатство, с которым он принимал ведущих представителей мира поп-музыки и их красивых партнёрш, контрастировали с грязью и порочностью его случайных сексуальных связей.

Чтобы подчеркнуть значение этого турне, он разложил по апартаментам копии текущего нью-йоркского журнала [от 8 августа] «Сатедей Ивнинг Пост». На обложке был снимок «Битлз» и статья с пространным интервью Эла Ароновица».

 

Синтия: «Мы начи­нали жить на широкую ногу. Казалось, теперь для нас нет ничего невозможного. Ежедневная борьба за существование расплывалась в туманной дымке, оставаясь где-то далеко позади. Мы резко обособ­лялись от того, что для большинства людей является нормой жизни, начиная почти карикатурный образ жизни богатых поп-звёзд. Ситу­ация, описываемая поговоркой «из грязи да в князи», с трудом ук­ладывалась у меня в голове. Ещё труднее было с ней бороться. Ощущение было такое, что волна событий подхватила нас и несёт куда-то, не давая времени поразмыслить над тем, что, собственно, происходит с нами и вокруг нас. Я вынуждена повторить то, что уже говорила столько раз: ощущение нереальности происходящего не покидало нас».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Слово «фуршет» было недостаточным для выставленной напоказ еды, от филе из говядины до ломтиков утки, от охлаждённого омара до всякого рода других морских деликатесов и корзинок, заполненных экзотическими фруктами. Изумительный набор закусок включал специальный выбор кошерной еды, что, несомненно, порадовало Куини.

Небольшая толпа любителей поглазеть на звёзд собралась в частном переулке за Уэддон-Хаус и стала свидетелями неловкой сцены, в которую оказалась вовлечённой опоздавшая Джуди Гарленд и её тогдашний сопровождающий Марк Херрон, которых отказались впустить, потому что их имён не оказалось в списке гостей. Кутаясь в шикарную норковую шубу, Джуди Гарленд с отчаянием в голосе просила, чтобы её впустили, говоря: «Это ужасно. Мы встретили Брайена с Лайонелом в ресторане, и он попросил нас придти».

Предыдущим вечером Брайен ужинал в одном из своих любимых мест, в ресторане «Каприз», и обнаружил, что сидит рядом с Джуди Гарленд. Конечно, он не смог устоять от того, чтобы пригласить её придти и встретиться с «Битлз» на его вечеринке, но её имя так и не было добавлено в официальный список.

Когда Брайен услышал, что происходит, он покраснел сильнее помидора и пробормотал: «Просто катастрофа!» Его кумир и её возлюбленный были спешно приглашены войти. Чтобы успокоить уязвлённое самолюбие, их засыпали комплиментами. Она отказалась от шампанского, но пила стакан за стаканом апельсиновый сок. Злоключения Джуди Гарленд продолжились, когда она обнаружила, что не подготовлено место с её именем. Началось перешёптывание и ёрзание, и, в итоге, её усадили с Лайонелом Бартом.

Моя жена Корина увидела Гарленд через стол или два в переполненной, освещённой свечами гостиной, и заметила, что та не делала никаких попыток скрыть следы ран на обоих запястьях. Гарленд выглядела бледной, слабой, словно ей было не по себе, и она совсем не походила на ту блестящую персону, которую мы столько раз видели на киноэкране. Несмотря на её вызывающее беспокойство вид, вела себя она очень активно и тараторила без умолку с хозяином. В общем и целом, битлы мало обращали на неё внимание, предпочитая находиться в обществе участников групп «Роллинг Стоунз» и «Сёрчерз». Из четверых только Пол удосужился вступить с ней в разговор. Они стояли близко друг к другу, и, как можно было расслышать, обсуждали мюзиклы в общем и «Мэгги Мэй» Лайонела Барта в частности. Это привело к просочившейся в прессу истории, что Маккартни, возможно, будет сотрудничать с Гарленд в какой-то захватывающей театральной постановке на сцене нью-йоркского Бродвея и лондонского Вест-Энда. Следующие 24 часа я получал звонки от большинства редакторов изданий о шоу-бизнесе, просивших у меня сведений, но обе особы, которых это касалось, утверждали, что все это не так, и такого шоу не будет.

Немного позже в этот богатый на события вечер Гарленд на какое-то время пропала в туалете. Мы не заметили бы её довольно длительное пребывания там, если бы Корина не оказалась во главе очереди из других гостей, ожидавших возможность воспользоваться уборной. Сначала был проигнорирован даже громкий стук в дверь, и, припомнив неприглядное состояние её очень узких запястий, мы начали по-настоящему беспокоиться, что за запертой дверью она могла причинить себе вред. Херрон не стал ничего объяснять, сказав: «Ей сегодня уже было плохо». Когда, в конечном счёте, Гарленд появилась, она была покрыта испариной, но держалась нарочито весело».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «В тот вечер Джона Леннона познакомили с Кеном Партриджем. Восхищаясь тем, как был перестроен новый дом Брайена, с его высокими французскими окнами и шикарной мебелью, Джон обратился к Партриджу с вопросом: «Это сделали вы?» — спросил он у Кена своим необычно мягким голосом а-ля Борис Карлофф, которым умел разго­варивать, когда хотел кому-то польстить. «Вы — Кен Партридж? А вы можете заняться нашим домом?» И, прежде чем Партридж смог что-либо ответить, продолжил: «Мы только что купили дом». Он повернулся к Синтии, — «Подскажи, где?» «По-моему, в Санбери», — вяло ответила Синтия».

 

Синтия: «С самого начала нам посоветовали обратиться к услугам из­вестного дизайнера, специалиста по интерьерам, что мы и сделали без колебаний».

 

Роберт Фримен (фотограф): «Надо было найти специалиста по интерьеру, так как дом [«Кенвуд»] требовал ремонта. Нанятый дизайнер был знакомым Брайена».

 

Питер Браун (персональный помощник Брайена Эпстайна): «В итоге Партридж согласился приехать на следующий день в Уэйбридж для того, чтобы обсудить интерьер нового дома».

 

Бэрри Майлз (автор книги «Календарь Битлз»): «Во время вечеринки Ринго дал интервью Крису Хатчинсу для «Би-Би-Си».

 

beatlesbible.com: «Трансляция этого интервью состоится 13 августа в 21.30».

 

Тони Бэрроу (пресс-агент группы): «Шум эпстайновской вечеринки на крыше достигал ближайших жилищных застроек, и примерно в полночь нас навестила местная полиция. Это не было внезапной облавой, – они лишь передали несколько жалоб, высказанных им в отделение по телефону, и не делали никаких официальных предупреждений. Алистер Тейлор [персональный помощник Брайена Эпстайна] взял на себя свою обычную роль в «мистер-всё-улажу» и спустился вниз, чтобы договориться с полицейскими. Мы с Кориной увидели, как он прихватил с собой бутылку шампанского, и шутливо спросили его, куда он идёт с ней. Алистер объяснил, что это – предложение мира. В этот момент возник из ниоткуда Брайен, задал Алистеру тот же самый вопрос и получил точно такой же ответ. «Нет-нет, не надо», – сказал он без намёка на улыбку или тонкий юмор в его голосе. «Если кто-то и отдаст моё вино, то это буду я». С этим Брайен забрал шампанское из рук Алистера и ушел. Пока Алистер, Корина и я недоверчиво глазели друг на друга, вернулся Эпстайн. Очевидно, он пересмотрел свою точку зрения и решил, что не покинет вечеринку и не будет утруждать себя лично улаживать проблемы с полицией. На этот раз менее резким тоном он произнёс: «Алистер, отдай шампанское полиции с моими наилучшими пожеланиями и впредь бери на себя, пожалуйста, труд спрашивать меня лично, прежде чем оказывать моё гостеприимство посторонним». Алистер без слов послушно умчался выполнять приказ Брайена.

Тем вечером Эпстайн и [Лайонел] Барт замыслили представить Гарленд на одном из концертов в Вест-Энде. Они спросили у неё, и она согласилась появиться, но без совместной театральной постановки с Маккартни, которой так никогда и не случилось».

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)