Выступление в концертном зале муниципалитета Данидин (Town Hall, Dunedin)

26 июня 1964 г.

 

Бэрри Майлз: «В этот день в Соединенных Штатах поступил в продажу альбом «Вечер трудного дня» (United Artists UAS 6366)».

 

 

 

 

Джек Хаттон, «Мелоди Мейкер», 27 июня 1964: «Песня «Вечер трудного дня» (A Hard Day’s Night) – первая дорожка на альбоме, наиболее коммерческая и одновременно, самая лучшая, открывает альбом. Тяжелое вступление с великолепной игрой Джорджа на гитаре…  Сверхестественный звук был создан на специальном барабане с эффектом зала… «Скажи мне, почему» (Tell Me Why) демонстрируют Джона и остальных в слаженной гармонии. Наиболее отшлифованный номер «Битлз», что я слышал… «Когда угодно» (Any Time At All) – песня с самым изысканным вкусом, но «Тебе не надо так делать» (You Can’t Do That) – наилучшая версия из тех, что уже выходила на обратной стороне «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love)».

 

 

 

 

Грэм Рид (новозеландский писатель): «[Перед выездом из Окленда] Из отеля Дерек Тейлор отправил мэру телеграмму следующего содержания: «Благодарим вас и вашу супругу за лучший мэрский прием из всех, что у нас когда-либо были. Джон, Пол, Джордж и Ринго. Битлз».

 

Крис Брук: «В четверг [вечером] 25 июня «Битлз» вылетели в Данидин. Их вылет был задержан на 30 минут, потому что в Окленде кто-то позвонил, и сказал, что на борту самолета «бактериальная бомба». Подозревая, что это была шутка от кого-то из сопровождающих лиц, полицейский инспектор Окленда, как сообщается, запер оборудование группы на ночь в своей штаб-квартире, а его подчиненные проверили личный багаж сопровождающих лиц».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «В службу охраны поступил анонимный телефонный звонок о том, что в самолет с «Битлз» будет заложена бактериологическая бомба. Чтобы исключить какой-либо шанс, в четверг вечером [25 июня] в отеле полиция проверила упакованный багаж как «Битлз», так и остальных сопровождающих лиц. После проверки всех вещей и упаковки, полиция опечатала каждый багаж.

Вместе с «Битлз» в аэропорт прибыл репортер «Дейли Таймс» которого перепроводили в комнату, где два сержанта полиции скрупулёзно проверили его багаж. Перед вылетом самолета он также был тщательно осмотрен. Никаких признаков бомбы обнаружено не было.

Самолет сел в аэропорту Момона с опозданием на 35 минут из-за задержки вылета в Окленде. Когда они вышли из самолета «Флайт 491», их встретило около четырехсот поклонников. Сначала появился Пол Маккартни, крикнул «Да», и помахал почти безмолвной толпе».

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Затем они сели в машину, ожидавшую их на взлетно-посадочной полосе, и без каких-либо церемоний уехали. За ними наблюдали, оставшись невостребованными, три автомобиля полиции, несколько сотрудников дорожной полиции и три полицейских собаки.

Как заявил вчера начальник городского движения г-н П. Лунн: «У нас есть план действий в чрезвычайной ситуации, если это потребуется, но надеюсь, что в этом не будет необходимости». Также он сказал, что они поедут в город в обычных автомобилях. «Они отказались ехать в автобусе с панорамными окнами, который планировался для этой поездки», — сказал он.

Самыми удачливыми детьми Отаго стали ученики момонской школы, которым удалось увидеть проезжающих мимо Битлов».

 

Уэйн Р: «В то время мне было 11 лет, и я учился в начальной школе Фэрфилд. Наша школа находилась на пути следования «Битлз» из аэропорта Момоны в Данидин. Все старшие классы вышли к пешеходному переходу на Майн-Роуд. Руководителю школьного отряда скаутов удалось на переходе остановить автомобили (с «Битлз» внутри), чтобы мы увидели «их». Автомобилей было несколько, и помню, что в Данидин их сопровождали полицейские».

 

 

 

 

Возле отеля «Нью Сити» собрались тысячи поклонников.

 

Бэрри Майлз: «Местные власти проигнорировали совет организаторов турне и выделили всего трех полицейских для поддержания порядка, хотя возле отеля «Нью Сити» собрались тысячи поклонников. Когда они прибыли, полиция оставила в ограждении возле отеля проход шириной всего в один метр, из-за чего «Битлз» пришлось в буквальном смысле пробивать себе дорогу, так как поклонники легко сокрушили трех данидинских констеблей. Лицо Пола было оцарапано, у Джона вырвали волосы, когда Мэл и Нил сдерживали толпу, чтобы группа смогла пройти».

 

 

 

Толпа возле отеля 16 июня 1964. Стрелка указывает на одного из Битлов, пробивающегося к отелю с помощью Мэла и Нила.

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Хотя в аэропорту было спокойно, воздух наполнился истерией, когда вопящие приверженцы приветствовали «Битлз» возле отеля «Сити». Когда машины подъехали к главному входу, первые ряды толпы в 2000 человек ринулись вперед, оттеснив полицейских в сторону. Одна девушка потеряла сознание и была спасена двумя мужчинами. Полицейские шлемы полетели по воздуху, когда было смято ограждение. Полиции потребовалось 10 минут, чтобы пробиться через эту массу. «Битлз» были быстро перепровождены в безопасное место».

 

Крис Брук: «Когда «Битлз» прибыли к отелю «Сити», полиция не была готова к истерике двухтысячной толпы, которая преградила вход, при этом часть толпы взобралась на террасу отеля. Полиции потребовалось 10 минут, чтобы освободить проход, и во время сопровождения группы в отель в толпе возникла давка».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Спустя некоторое время Пол Маккартни подверг критике действия полиции на Принсес-Стрит. «Полиция явно не была хорошо организована», — сказал он. – «Они должны были удерживать толпу и оставить нам больший проход от машины до входа в отель».

 

Крис Брук: «Пследним из машины выбрался Джон Леннон. К этому времени полиции и охранников было уже достаточно. Радиоведущий Нил Коллинз помнит, как полицейские подхватили Леннона и вбросили его через парадную дверь».

 

Нил Коллинз (радиоведущий): «Я говорю серьезно. Он буквально пролетел до лифта по воздуху. На нем были кожаные штаны, и он порвал их на коленке об железо лифта».

 

Крис Брук: «Леннон ворвался в свою комнату на третьем этаже, и отказался присутствовать на пресс-конференции».

 

Джон: «Однажды в Новой Зеландии нам пришлось туго, я лишился большой пряди волос, но почти не разозлился. Я чуть не упал и подумал: «Ну и ну, это уже похоже на налет». Они поручили трем полицейским сдерживать толпу из трех или четырех тысяч человек и отказывались позвать подкрепление: «Этого вполне хватит. Все под контролем». Они и вправду все контролировали, а нас сбивали с ног!».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 27 июня 1964: «Толпа начала распевать «Мы хотим Битлз», и квартет их не разочаровал, появившись под оглушительные крики».

 

Студенческая газета «Критик», Отаго, 9 июля 1964: «Да, мы сделали это. Мы отправили в отель «Сити» двух наших отважных репортеров из числа тех, кем можно пожертвовать – не для того, чтобы они пошли в пивбар. Мы сказали им, чтобы они «увидели Битлз». Что действительно совершенно потрясло нас, это то, что у них получилось. Наш сотрудник редакции и новостийщица прошли между баррикадами поклонников, незаметно прокрались вверх по лестнице, но пали духом, представ перед детективом в штатском, по виду, самым внушительным из всех тех, кого они видели.

Но нет, без риска нет победы. Они ускользнули от преследователей и нашли убежище в комнате Лу и Саймона. Но когда все четверо осмелились выйти, то были пойманы начальником охраны, которая обеспечивала безопасность во время гастролей. Но наша секретарша встала в позицию и заверила этого джентльмена, что у нее нет револьвера в сумочке. В конце концов он смягчился, и наши друзья вошли.

Комната, в которой проходило интервью, была настолько плотно заполнена пришедшими репортерами и радиоведущими, что наши ошеломленные сотрудники подумали, что у них будет больше шансов, если они присоединятся к толпе, скандирующей «Мы любим вас, Битлз» до самой до Принсес-Стрит.

Но они взяли-таки интервью, и редактор «Критика» сгоряча ляпнул, что напечатает его на четвертой странице. Так вот, на этой странице оно и напечатано. А наши репортеры продолжают рассматривать предложения за битловские автографы и сигареты, которыми их угостил Пол Маккартни.

Итак, мы были там, наверху в отеле «Сити», в комнате, заполненной журналистами всех сортов. Но только мы напросились к ним и пробрались через внушительный охранный кордон.

Затем вошли «Битлз». Сразу же, как только начался бедлам, мы были заняты тем, что пытались навострить свои уши сразу на три параллельные беседы. И мы преуспели. Здесь, без какого-либо установленного порядка, мы печатаем свое интервью с «Битлз», рискуя навлечь на себя гнев [студенческого] журнала «Кэппинг Бук», [писателя] Нунана, редактора газеты «Критик», наших читателей и весь остальной мир.

Входят «Битлз».

Ринго: Хорошее тут у вас местечко.

Журналист «Отаго Дейли Таймс»: Не могли бы вы сказать нам, кто из вас кто?

Джордж: Если вы до сих пор этого не знаете, то вас здесь быть не должно.

Ринго: Я — Джордж.

Пол: Я — Ринго.

Джордж: Я – Пол.

Бросив обыденное «привет», они усаживаются и приносят извинения за отсутствие Джона Леннона. «Извините, у Джона заболело горло. Он наверху, дрожит на полу», — сказал Джордж.

Газета «Критик»: Надеемся, что вы пообедали, перед тем, как спустились?

Джордж: Да, еды было много – сполна печенья.

Парням предложили выпивку, но все, кроме Ринго, взяли кока-колу.

Пол: Мы немного разочарованы погодой. Всегда думал, что на самом юге от Англии будет теплее, но теперь я понимаю, что мы двигались вниз, поэтому там должно быть холоднее.

В этот момент Битлам были предложены сигареты. Джордж прикурил от золотой зажигалки. Мы особо отметили волосы у Пола. Он сказал нам, что моет их каждый вечер, потому что от пота они курчавятся, «и мне это не нравится». К настоящему времени все наши сигареты выкурены, кроме тех, которые мы оставили, чтобы продать.

Джордж: Мне нравится эта марка, потому что она с длинным фильтром.

Газета «Критик»: Вас не беспокоит тот факт, что люди, выкуривающие более 20 сигарет в день, могут заболеть раком?

Пол: Ты просто не веришь, что это случится с тобой. Ты в это не веришь.

Газета «Критик»: Вам нравится все эта неистовство?

Пол: Неистовство под контролем – это хорошо. Как на сцене, мы – здесь, а аудитория там, внизу. Тогда все в порядке. Пока держатся баррикады.

Газета «Критик»: Чего больше всего вы ждете от отдыха?

Пол: Только одно – солнца. Просто я люблю тепло.

Газета «Критик»: По поводу ваших причесок, всех этих историй о плавании в гамбургских купальнях и выходе из воды без причесывания, это правда?

Пол: Отчасти. У всех немецких парней были довольно длинные волосы, и мы просто отрастили свои, и это было естественно. Мы не планировали это как рекламный трюк именно таким образом.

Газета «Критик»: Вы покупаете готовую одежду?

Пол: Нет, в основном, она вся шьется на заказ. Вы хотите посмотреть ярлычок?

В этот момент Пол отогнул полу своего пиджака и показал его нам.

Газета «Критик»: У официальных лиц возникали когда-либо проблемы с тем, чтобы попасть к вам в отель?

Пол: Да. Обычно происходит такой разговор. Чиновник: «Простите, могу я пройти? Я с Битлз». Полиция: «О, конечно, мы вам верим».

Газета «Критик»: Во время гастролей вы принимаете таблетки?

Джордж: О, нет. Мы не наркоманы, или что-то в таком роде. Мы можем сделать укольчик или покурить марихуаны, но чтобы таблетки – никогда!

Газета «Критик»: Какое место в мире вам нравится больше всего?

Джордж: Вся Британия и, конечно же, Ливерпуль, хотя мы больше там не живем. Хотя мне понравилось в Майами, потому что там жарко.

Газета «Критик»: Что вы думаете о своей новой пластинке «Плач по тени» (Cry For A Shadow)?

Джордж: Она ужасна. Мы записали её как шутку. Мы знали одну немецкую группу, которая играла, как группа «Тени» (Shadows) и эта запись была сделана нами просто смеха ради.

Газета «Критик»: Ринго, как было в больнице?

Ринго: Отлично. Восемь замечательных дней. Всякий раз, когда я звонил колокольчиком, ко мне приходила новая медсестра.

Газета «Критик»: Брайен Эпстайн стоит свои 25 процентов?

Ринго: Каждый пенни. Если бы не он, мы бы все еще играли в местных клубах. Он стоит каждого пенни.

Газета «Критик»: У вас много пресс-агентов?

Ринго: Нет. Кажется, все думают, что у нас их тысячи, но, на самом деле, у нас только один гастрольный менеджер. Кстати, с нами путешествует очень мало людей.

Газета «Критик»: Почему вы поехали в Новую Зеландию?

Ринго: Мы не имели к этому никакого отношения. Мы просто едем туда, куда нас пригласили. Кроме пения, сами мы ничего не делаем.

Газета «Критик»: Ваше отношение к битловским парикам?

Джордж: Отвратительное. Вы видели эти штуковины из пластика? Мы получаем за парик два пенса или что-то смешное вроде этого.

Газета «Критик»: Как долго, по-вашему, продлится эта слава?

Джордж: Хотелось бы думать, что долго. Надеемся продолжать писать песни, когда закончим со славой и манией. На данный момент у нас около шестидесяти песен.

Но из их профессиональных секретов мы узнали, что никто из них не читает ноты. «Битлз» просто придумывают мелодии и играют их на гитарах. Затем мелодии записываются на пленку, и после этого переносятся на ноты. Все делается на слух.

Газета «Критик»: Как вы относитесь к уличным толпам?

Пол: Толпа возле отеля могла быть более контролируемой, хотя она тише австралийской. Тем не менее, ширина прохода между двумя рядами вопящих девушек была самой узкой из тех, что у нас когда-либо были при входе в фойе отеля.

Газета «Критик»: Ваше мнение о студентах?

Пол: О студентах? Они просто люди, как и все мы, и, как приятно это видеть, сотрудники «Критика» среди них.

Газета «Критик»: Ваши волосы не слишком длинные?

Пол: Нет, я так не думаю.

Газета «Критик»: Что вы любите?

Пол: Море, песок и плаванье. Я думал, что поплаваю, пока я здесь, но я и не подозревал, что вы тут так низко — как в нижней части мира. В Данидине слишком холодно.

Газета «Критик»: Вы допускаете, что продают простыни, на которых вы спали?

Пол: Когда это с благими намерениями, то думаю, это нормально.

Так было суждено. Мы не должны были быть там, но мы там были. Их гастрольный менеджер поздравил нас за нашу инициативу, а ребятам, похоже, понравилось, что кто-то преодолел защитный кордон. А в целом, в конечном итоге, нам все равно, и мы готовы сделать это еще раз».

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «Группа встретилась с прессой во время удивительно неправдоподобной конференции в двух этажах над скандирующей толпой. Джон Леннон отсутствовал из-за больного горла. Все было неформально. Трое из «Битлз» прекрасно взаимодействовали друг с другом, водрузив свои ноги на стол перед собой.

Последовали вопросы об их прическах. «Они у меня кучерявятся, наверное, из-за климата», — сказал Пол. О Ливерпуле. «Я не хотел бы жить где-нибудь за пределами Великобритании, хотя мне нравится солнце», — сказал Джордж. О славе. «Так получается, что нельзя никуда выйти, потому что тебя везде узнают», — сказал Ринго. Гостиничная жизнь? Пол: «Мы не часто покидаем свои комнаты, но я не против, пока есть радио и телевизор».

Ринго носит четыре кольца и золотую цепочку. У Пола двое часов: «Одни показывают новозеландское время, другие – английское, так что я знаю, когда могу позвонить своему отцу. Я делаю это почти каждый вечер». Что они думают о диких толпах? Пол: «Мне нравится организованная дикость». Что в планах у Пола на будущее, когда «Битлз» распадутся? «Скорее всего мы с Джоном продолжим писать песни».

 

 

 

 

Мэри Леннер: «В 1964 году я была молодым репортером в Данидине. В начале 1960-х я жила в Лондоне и хотела работать в «Би-Би-Си», но так как у меня не было опыта, я понимала, что это будет очень нелегко. Поэтому я решила поехать куда-нибудь, где можно было бы без проблем устроиться на работу. И обнаружила, что это можно сделать в Новой Зеландии.

Во время прибытия «Битлз» в Данидин, меня отправили на их пресс-конференцию. Были все эти визжащие девушки и полицейские кордоны, и мы знали тогда, что они были, возможно, самым крупным явлением в то время, но меня они не очень впечатляли.

Помню, что выглядели они как типичные англичане. У них были очень бледные лица, как будто они не видели солнца, а их одежда была по моде 60-х. Своими приталенными пиджаками, узкими брюками и сияющими остроносыми туфлями они воспроизводили эдварианскую эпоху. Когда они появились в Новой Зеландии, я решила, что они выглядят как жокеи, как четыре маленьких беспризорника.

Для интервью все репортеры были перепровождены в танцевальный зал отеля. Джон Леннон и Пол Маккартни ответили на несколько вопросов, но ушли рано. Ринго Старр и Джордж Харрисон остались еще, чтобы ответить на вопросы представителей прессы. Я не была впечатлена теми вопросами, которые им задавали. Все вопросы, которые задавались Ринго, были банальными, и он давал на них односложные ответы. У него были удалены миндалины, и кто-то спросил: «Как твое горло, Ринго?» «Прекрасно. Как твое?» Понятно, что те ответы, которые мне были нужны, таким образом не получить. Я была там по поручению новозеландской радиовещательной компании, и мой репортаж будет на всю страну, поэтому мне было нужно что-то еще. И я решила, что Харрисон станет моей фигурой, потому что из оставшихся двоих он показался мне самым спокойным, в некотором роде, интроспективным. Я решила, что с ним у меня получится более осмысленное интервью. И я добилась своего».

 

Ник Коллинз (радиоведущий): «На пресс-конференции в Даниде кажется, что присутствовала каждая собака, задавая идиотские вопросы. «Кто из них кто? Кто-нибудь из вас играл в Роллинг Стоунз?» Есть фотография, как я беру интервью у Ринго в своем самом блистательном костюме и зачесанными назад волосами. Ринго был увлечен кантри-музыкой. Он признался, что у него есть коллекция Хэнка Уильямса, и сказал, что если бы у него была возможность, то он бы больше исполнял кантри».

 

Из интервью с Бобом Роджерсом в номере отеля «Нью Сити», 26 июня 1964:

Боб Роджерс: Есть ли такая возможность, что Ринго и Джордж начнут сочинять песни? Я имею в виду, будут ли они…

Ринго: Ну, на самом деле Джордж написал несколько песен, и сейчас он все расскажет вам о них.

Джордж: Я расскажу, да. На самом деле, я написал одну, которая была записана.

Пол: «Не беспокой меня» (Don’t Bother Me), одна из самых чувственных песен.

Джордж: Попытался написать еще несколько, но они их высмеяли.

Пол: Нет-нет, Джордж.

Джон: Нет, Джордж.

Пол: (напевает фрагмент песни «Ты знаешь, что делать» (You’ll Know What To Do)) Авторское право.

Джордж: Это моя мелодия.

Джон: Джордж написал очень хорошую мелодию на втором альбоме.

Джордж: О! Джон, расскажи им.

Джон: Которая называется «Не беспокой меня». Многие подумают, что это наша мелодия, тем не менее, это Джордж её написал. Очень сильная мелодия, Джордж.

 

Газета «Отаго Дейли Таймс», 25 июня 1964: «Когда «Битлз» завтра в пятницу прибудут в Данидин, приема у мэра у них не будет, но не исключается муниципальный прием этой группы популярных исполнителей. Между мэром, г-ном Т.К. Сайди и управляющим городским движением, г-ном П. Лунном состоится обсуждение, чтобы принять решение, не будет ли благоразумнее провести прием в «Октагоне», поскольку это вызовет меньшее затруднение дорожного движения, чем возле отеля «Сити» (прим. — Октагон — центр города Данидин, восьмисторонняя площадь с круговой односторонней проезжей частью).

«Если департамент дорожного движения считает, что появление «Битлз» на публике в «Октагоне» вызовет меньше хлопот, тогда я готов сотрудничать», — сказал вчера г-н Сайди.

В связи с визитом «Битлз» в департаменте дорожного движения существует программа чрезвычайных мероприятий на случай изменение маршрута трафика дорожного движения. «В сотрудничестве с полицией мы разработали схему, которая позволит свести заторы к минимуму», — сказал г-н Лунн. — «Возможно, что на определенном этапе нам придется перекрыть движение».

«Мы не можем организовать для них мэрский прием», — сказал г-н Сайди. – «С кого мы спросим, если возникнут беспорядки? Но если существует необходимость такого появления их на публике, как в случае муниципального приема, тогда я охотно приму в этом участие». И добавил: «Я ничего не имею против Битлз». На вопрос, мог бы он стать поклонником «Битлз», мэр уклонился от ответа. «Я мало о них знаю», — ответил он дипломатично».

 

 

 

Данидин в 1960-х.

 

 

 

 

Крис Брук: «В тот вечер [радиоведущего] Нила Коллинза попросили стать отвлекающим манёвром, пока «Битлз» пробирались в здание муниципалитета. С ним были Расселл Кларк, Макс Мерритт, и один участник группы «Метеоры»».

 

Нил Коллинз (радиоведущий): «Организатор концерта сказал так: «Если вы сделаете это для нас, то сможете встретиться с ними за ужином. Зачешите волосы вперед, наклоните голову и пробегите через толпу к лимузину. Всё просто, парни». Мы все решили, что это будет весело, поэтому и согласились, но, когда мы появились, толпа ринулась к нам, люди начали дергать и вырывать у нас волосы. В этот момент я подумал, ну почему я сказал «да», потому что это было ужасно. Перед тем, как автомобиль смог отъехать, шум внутри был оглушительный, кто-то колотил снаружи, а вся машина была вымазана губной помадой.

Тем временем «Битлз» выбежали из заднего входа в отель мимо мусорных баков и разного хлама и сели в маленький «Форд».

«Не могу поверить, что вы совершаете это каждый день», — сказал я потом Полу Маккартни. — «Когда вы покидаете автомобиль, чтобы попасть в отель или на концерт, вы, наверное, все время побиты и помяты». «Послушай», — ответил Пол. – «Мы сказали здесь вашим полисменам, что соберется толпа, будет толкотня и давка. А они нам сказали: «Не надо нам говорить о контроле над толпой. У нас здесь дважды была Вера Линн» (прим.- Вера Линн — британская певица, дама Ордена Британской Империи, имевшая огромную популярность в годы Второй мировой войны)».

На машине они добрались до конца Морей Плейс и вошли в ратушу через служебный вход. Они входили и выходили раньше, чем кто-либо об этом узнавал».

 

Дженни: «В тот вечер мы с моим другом пошли на концерт через [площадь] Октагон, чтобы разминуться с кричащими поклонниками, расположившимся с другой стороны ратуши – напротив главного входа. Внезапно на полосе встречного движения появился автомобиль и остановился возле служебного входа в ратушу. Именно в том месте, где мы остановились, четверка Битлов выскочила из машины, сжимая в руках свои гитары. «Тсс, не говорите никому», — сказали они, вбежав вовнутрь через служебный вход. Мы были там единственными людьми».

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Выступление в концертном зале муниципалитета Данидин (Town Hall, Dunedin)».

 

beatlesbible.com: «Группа выступила в двух концертах, на каждом из которых присутствовало по 4 000 человек».

 

Мюррей Стотт: «В 1964 году мне было 16 лет. Это было время, когда в Данидине можно было уволиться с работы, и найти её на следующий день. В мае 1964 года я написал заявление на работу в «Артур Барнетт» (прим. – универмаг в Данидине). «Отлично», — сказал мне менеджер. – «Ты принят». «И вот ещё что», — говорю я. – «У меня билет на «Битлз» на 26 июня». «Нет проблем. Ты можешь не выходить в пятницу вечером. Большая часть магазина будет там же…».

Концерты «Битлз» были типичными для того времени, когда основные артисты находились на сцене всего 30 минут, а остальные 90 были заполнены исполнителями поддержки. В те дни все оборудование всех артистов могло поместиться в один грузовик. После Джонни Девлина, Джонни Честера и «Корпорации звука» был короткий перерыв, когда погас свет, а на сцене некоторые из усилителей и часть оборудования были перегруппированы на сцене. Затем прожектор высветил на пустой сцене усилители «Вокс-30», акустические колонки и набор ударных инструментов «Людвиг» с логотипом «Битлз» на большом барабане.

В тишине вышел дорожный менеджер и поставил «Рикенбэккер» Джона Леннона на стойку, расположенной на левой стороне сцены. Затем узнаваемая черная гитара Джорджа Харрисона была установлена в центре сцены.

Гастрольный менеджер Тревор Кинг объявил по системе внутренней связи: «Дамы и господа, Керридж Одеон с гордостью представляет вам самое грандиозное выступление в мире: Битлз». После чего на сцену выбежали Битлы, и начался крик, который не стихал все 30 минут. Джон Леннон объявил, что им очень приятно быть здесь, и они начали исполнять все свои известные хиты».

 

Уэйн Моуат: «Я был на концерте, в 8 вечера. Когда мы туда прибыли, помню, что все школьницы и их друзья были в восторге от первого концерта. Некоторые из девочек были почти в истерике. Такой эффект производили «Битлз». Наши места были в восьмом ряду по центру. Мы были хорошо воспитанными школьниками, и когда на сцену вышли «Битлз», мы вдруг оказались сзади всех. Как только «Битлз» появились на сцене, Маккартни и Леннон начали трясти своими головами. В этот момент истерия вырвалась наружу. До этого концерт проходил довольно спокойно. Сначала выступал Джонни Девлин и когда ведущий начал объявлять выход «Битлз», то его голос утонул в криках».

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Когда «Битлз» вышли на сцену, в зале среди поклонников вспыхнуло полное безумие. Во время вечернего концерта несколько сотен поклонников бросились на сцену. 30 полицейских, стоявших перед сценой плечом к плечу, преградили им путь».

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «Несколько сотен возбужденных поклонников ринулись к сцене, когда «Битлз» начали свой второй концерт. Им помешали 30 бесстрастных полицейских, выстроившихся шеренгой плечом к плечу, чтобы разделить толпу и их поющих идолов.

Когда «Битлз» начали исполнять свой первый номер «Я увидел ее, стоящую там», к ним бросились с полдюжины девушек. С такой же скоростью охранники на сцене бросились вперед, а полиция, стоящая в проходе между рядами, пришла в движение. Произошло несколько стычек, но в них никто не пострадал. Вопящие девочки довольствовались только синим шлемом полицейского – с подпрыгиваниями, приплясываниями и криками».

 

Брюс Ренвик (автор книги «Битлз в Новой Зеландии»): «Во время исполнения первой песни «Я увидел ее, стоящую там» (I Saw Her Standing There), около дюжины девушек попытались взобраться на сцену, но ни одной из них этого не удалось сделать, так как сцена была расположена слишком высоко. После нескольких неудачных попыток, когда поклонники поняли, что им не добраться до «Битлз», они начали прыгать, танцевать, кричать и тянуть свои руки к «Битлз». В какой-то момент у некоторых из полицейских с головы слетели шлемы, и поклонники начали пинать их как футбольные мячи».

 

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «Во время второго концерта, в течение всех тридцати минут нахождения косматой группы на сцене, три четверти зрителей в партере стояли на ногах. Пол ходил ходуном, когда зрители хлопали и топали ногами под ритмы этой какафонии. Призывы Пола Маккартни и Джорджа Харрисона к спокойствию были оставлены без внимания. Восторженные крики были обращены ко всем четверым «Битлз», но Ринго Старр, кажется, был самым востребованным, особенно, когда трёс своей шевелюрой».

 

 

 

 

 

 

Уэйн Моуат: «Их музыку нельзя было расслышать. Толпа села и стала слушать только тогда, когда Пол Маккартни спел «Пока не появилась ты» (Till There Was You), одну из самых медленных и спокойных песен из тех, что они исполняли. В остальном все это было громко. Музыки слышно не было, но вы знали, что это были «Битлз». В этом сомнений не было.

Рядом с нами сидела молодая девушка, на ней была вязаная шапочка с надписью «Ринго», которую она бросила на сцену. Джон Леннон подхватил её и перебросил Ринго, который поймал её своей барабанной палочкой и нахлобучил на голову. Та девушка упала в обморок. Я этого никогда не забуду».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «После окончания концерта, «Битлз» под крики публики положили свои гитары и почти бегом бросились за кулисы. Они вернулись только на короткий поклон без выхода на бис.

Возле входа в зал стояла только дюжина поклонников, когда «Битлз» промчались мимо к своему автомобилю. Под управлением главы службы дорожного движения, господина П. Лунна, в сопровождении воя сирен, их автомобиль за три минуты доехал до отеля, в то время как в зале еще не закончили играть гимн «Боже, храни королеву».

 

Уэйн Моуат: «Когда концерт закончился, «Битлз» покинули сцену и в сопровождении полиции под вой сирен минуты за три вернулись к себе в отель».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «200 поклонников на мгновение увидели четверку, которая быстро скрылась внутри, но к 11 вечера толпа увеличилась до 1500. Началось скандирование, и на короткое время группа появилась в окне».

 

Уэйн Моуат: «После концерта все отправились к отелю «Сити», скандируя «Мы хотим Битлз, мы хотим Битлз!» Наконец, они вышли на балкон».

 

Газета «Отаго Дейли Таймс»: «После концерта тринадцать специальных автобусов развезли по домам поклонников из Инверкаргилла, Гори, Блуффа и Тимару».

 

Бэрри Майлз: «Вечером Джон, Ринго и ди-джей Боб Роджерс подшутили над Полом, использовав для этого обнаженную девушку, но Пол не нашел эту шутку смешной».

 

Боб Роджерс (диск-жокей сиднейской радиостанции «2-Эс-Эм»): «Пол спал в своей комнате, и Джон с Ринго привели к нему очень красивую обнаженную даму. Они стащили с него простынь, и положили на него обнаженную женщину. В этот момент он проснулся, а мы втроем спрятались за разными шкафами. Он был в ярости, но так как Джон с Ринго были его друзьями, я взял на себя ответственность за эту шутку. И если до этого он не особо мною интересовался, то, определенно, сейчас он меня не любит!»

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)