Выступление на Сиднейском стадионе (Sydney Stadium, Sydney)

18 июня 1964 г.

 

 

 

 

Грэхем (служба охраны): «Когда, наконец, «Битлз» покинули отель, его руководство одобрило разрезать их простыни на кусочки размером в один дюйм, и они были проданы всем желающим по десять шиллингов каждый (1 доллар США). Каждый мог попросить тот кусочек простыни, на котором спал их любимый Битл, и как сотруднику службы безопасности мне приходилось клясться, что это была подлинная простыня «Битлз». Вскоре спрос превысил предложение. Вырученные средства были направлены на благотворительность. По своей глупости я так и не удосужился попросить у них [«Битлз»] автографы или сфотографироваться с ними, хотя возможностей для этого было предостаточно».

 

 

 

Простыни, на которых спали «Битлз», были разрезаны на мелкие кусочки (кадры кинохроники).

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «В 11.40 утра «Битлз» вылетели в Сидней, где их встретила относительно небольшая толпа из 1200 поклонников, которых сдерживали 300 полицейских».

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Рано утром в аэропорту собралось около ста поклонников, но к 8 утра их было уже более двухсот, и около трехсот полицейских. К 9 утра около сотни полицейских были отправлены назад для несения патрульной службы, а 200 сотрудников полиции остались в аэропорту.

К прибытию «Битлз» в 11.40 глава полиции Д. Дэвис оценил толпу в 3000 человек. Поклонники, в основном, девушки подросткового возраста, практически все время кричали и распевали песню в честь группы, скандируя «Мы хотим Битлз».

Крики стали просто неистовыми, когда грузовик с платформой для «Битлз» выехал на взлетно-посадочную полосу. Затем наступило безумие, когда самолет с «Битлз» на борту вырулил и остановился напротив защитного ограждения, и дверь открылась. Безумие стало еще более неистовым. Начали выходить пассажиры, но не «Битлз». Наступила тишина.

Затем в дверном проеме появился Ринго, и крики взорвались с новой силой. Но самым желанным у поклонников вчера был Пол Маккартни – у него был день рождения, двадцатидвухлетие. Поклонники размахивали плакатами «С днем рождения, Пол» и распевали «С днем рождения».

Когда «Битлз» начали спускаться по трапу, одна истеричная девушка бросилась на ограждение, но её схватили два полицейских и на руках вернули на место».

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Битлы взобрались на платформу, толпа начала подпрыгивать и приветственно размахивать руками».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сиднейский аэропорт «Маскот», фото Бейдена Маллэни (Baden Mullaney), газета «Сидней Монинг Геральд». И снова их провезли вокруг аэропорта на открытой платформе, к счастью, дождя, на этот раз, не было. Их прибытие снимали несколько новостийных телеканалов.

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Когда платформа стала проезжать мимо места, огороженного для представителей прессы, Джон Леннон, увидев среди репортеров привлекательную блондинку, закинул свою ногу на ограждение платформы, как будто хотел с неё спрыгнуть».

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Среди кричащей толпы девочек-подростков была 68-летняя женщина с плакатиком «Я люблю Битлз». Позже она сказала, что является поклонницей «Битлз», и собирается пойти на их концерт».

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Водитель грузовика вместо того, чтобы съехать с взлетно-посадочной полосы, как планировалось первоначально, продолжил проезд вдоль ограждения к сектору, который не был огражден. Сотни поклонников, которые следовали за платформой вдоль барьера, бросились к автомобилю и погнались за ним. Когда грузовик достиг ворот, они уже заполнили всю взлетно-посадочную полосу. Поклонники почти нагнали автомобиль, когда он выезжал через ворота, но они закрылись перед ними в самый последний момент.

Несколько поклонников взобрались на двухметровую проволочную изгородь, но им помешала колючая проволока наверху. После того, как грузовик уехал, 3000 поклонников спокойно покинули аэропорт».

 

 

 

 

Отель «Шератон», кадр кинохроники.

 

 

Бэрри Майлз: «Их быстро доставили в отель «Шератон», где они разместились в своих старых номерах».

 

 

 

Студенты Университета штата Новый Южный Уэльс со своим митингом протеста возле отеля «Шератон», 18 июня 1964 года. Фото Стюарта Макглэдри (Stuart MacGladrie). Это было миролюбивое противостояние между поклонниками «Битлз» и пианиста Артура Рубенштейна.

 

Газета «Отаго Дейли Таймс» (18 июня 1964): «Вчера из Гонолулу в Сидней прибыл всемирно известный пианист Артур Рубенштейн. «Я просто чертовски рад, что «Битлз» не исполняют Бетховена или Шопена, иначе я бы потерял свою работу», — сказал Артур Рубенштейн в аэропорту Сиднея. – «Я думаю, что эта четверка молодых людей исключительно гениальна. Единственное, что меня озадачивает, это то, что я не знаю, что они делают. Я не уверен, играют они, поют, или делают и то, и другое. Но я не смогу с ними состязаться по части причесок». Мистер Рубенштейн прибыл в Австралию на свое второе турне».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Около восьмиста человек ожидало их возле отеля, когда большой черный седан в сопровождении полицейского эскорта появился на улице и направился к служебному въезду».

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Вскоре они появились на балконе верхнего этажа отеля и стали дурачиться».

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «В номере № 801 отеля Кэрри Йатс (Kerry Yates) взяла интервью для сиднейского журнала «Уэменс Уикли». Там же журналисты Майк Уолш (Mike Walsh) и Фил Хэлдман (Phil Haldeman) взяли у Пола интервью по случаю его 22-го дня рождения».

 

 

 

Фото Стюарта Макглэдри.

 

 

 

 

 

Джон Леннон показывает свой дом в Ливерпуле на карте, предоставленной одной из туристических фирм.

 

 

 

 

 

 

 

Фото Стюарта Макглэдри.

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Во время пресс-конференции Пол Маккартни неожиданно проявил интерес к проблеме Белой Австралии, когда к Полу обратился с вопросом журналист из Нигерии. Пол спросил: «Вы абориген?» Журналист ответил, что он из Нигерии. «Не думал, что Австралия разрешает цветным въезжать в страну. Помню, что читал об этом в школе на географии, в которой я не преуспел. Я увидел вас сегодня, и подумал: «Ба!», — сказал Пол. Журналист сказал, что ему позволили остаться в Австралии на определенных условиях, включающих работу. Он сказал, что Австралия привлекла более 3000 студентов из Азии, и что он не встретился с какой-либо дискриминацией. «Это хорошо», — сказал Пол, — «потому что это есть в Британии и Америке». Он сказал, что не считая кенгуру и коал, это было самое большое впечатление от Австралии. Буквально сегодня мы говорили с Джоном о бизнесе только для белых.

Ринго сказал, что трое Битлов приготовили Полу Маккартни сюрприз ко дню рождения, но детали сюрприза они откроют ему только после концерта. Джордж добавил, что обычно Битлы не дарят друг другу подарки».

 

Бэрри Майлз: «На традиционной пресс-конференции произошел следующий диалог:

Репортер: Я из Перта, Западная Австралия.

Ринго: Ты хвастаешься или жалуешься?

Тот же репортер: Я пролетел 2000 миль, чтобы записать это интервью.

Ринго: Вот это да, твои руки, должно быть, устали.

 

 

 

Фото Стюарта Макглэдри.

 

 

 

В отеле Пол получил большое количество подарков к своему дню рождения. Когда остальных спросили, что они подарят Полу на его день рождения, Джордж ответил: «Обычно мы не дарим друг другу никаких подарков».

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Пол Маккартни получил тысячи писем, телеграмм и заказной почтовой корреспонденции от поклонников с поздравлениями с днем рождения».

 

Бэрри Майлз: «Выступление на Сиднейском стадионе (Sydney Stadium, Sydney)».

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (18 июня 1964): «Не так давно это была пустая, массажная комната для боксёров Стадиона. Почти в одночасье она превратилась в раздевалку для «Битлз». Г-жа Х. Миллер, жена менеджера стадиона Гарри Миллера, обустроила её в последнюю минуту».

 

 

 

Миссис Миллер приводит в порядок именные полотенца «Битлз» в костюмерной. Фото Ноэля Херфора (Noel Herfort).

 

 

 

Пес Хани, любимец Маргарет Смит, ошеломлен той толпой, которая собралась возле Стадиона перед первым концертом «Битлз». Фото Ноэля Стаббса (Noel Stubbs).

 

 

 

 

Все любят «Битлз». Поклонники ждут «Битлз» на стадионе, фото Ноэля Стаббса (Noel Stubbs).

 

beatlesbible.com: «Вечером состоялось первое из шести выступлений, которые проходили в течение трех дней. На каждом выступлении присутствовало 12 000 человек».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Полиция сопровождает «Битлз» к сцене, фото Джорджа Липмана (George Lipman).

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Перед тем, как «Битлз» вышли на сцену, отряд примерно из двадцати полицейских расселся вокруг сцены спиной к выступающим».

 

 

 

 

Газета «Сан» (19 июня 1964): «После начала концерта первое время была тишина и почтительное хлопанье… И вдруг это началось. Все девушки начали визжать и пытаться протолкнуться вперед, чтобы дотянуться до одежды «Битлз»… Молодые девушки, только что выглядевшие вполне прилично… начали кричать «Мы любим вас, Битлз».

 

 

 

Фото Джорджа Липмана (George Lipman).

 

 

 

 

 

Неистовые поклонники вопили в течение всего концерта. Фото Джеффри Балла (Geoffrey Bull), «Сидней Морнинг Геральд».

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Примерно 20 000 неистовых поклонников превратили концерт в оглушительное поздравление Пола с его 22-летием. На Стадионе под пульсирующую музыку «Битлз» и фанатичные распевания и пронзительные крики подростков, молодые девушки сбегали вдоль проходов к сцене и бросали к ногам Пола подарки. Из зрительного зала дождем сыпались леденцы джелли-бэби».

 

Бэрри Майлз: «Традиция забрасывать сцену леденцами «джелли-бэби» в Австралии окончательно вышла из-под контроля».

 

Джордж: «С какого-то времени, где бы мы ни выступали – в Америке, Европе или Австралии, эта глупость шла впереди нас, в результате нас забрасывали этими «джелли-бэби», пока нам, на самом деле, всё это не надоело».

 

Бэрри Майлз: «Пол дважды останавливал выступление, обращаясь к зрителям с просьбой: «Пожалуйста, не бросайте в нас эти сладости. Они попадают нам в глаза». Каждый раз, когда он высказывал эту просьбу, в ответ раздавались крики и очередной град «джелли-бэби». Пол пожимал плечами: «Ну, так или иначе, я вас попросил». Впоследствии они говорили об этом прессе».

 

Пол: «Я продолжаю просить их не бросаться этими чертовыми штуками, но они, похоже, не осознают, что мы ненавидим быть мишенью для этих сладостей, которые со всех сторон летят как пули. Как можно сосредоточиться на своем выступлении на сцене, когда мы все время пытаемся увернуться от конфет, бумажных лент и прочих предметов, которыми они продолжают бросаться?»

 

Джон: «Это смешно. Они даже бросаются миниатюрными медведями коалы и коробками в подарочной упаковке, пока мы вертимся на открытой со всех сторон сцене. У нас нет шансов от них увертываться».

 

Ринго: «Вам хорошо. Вы можете отскочить в сторону и уклониться, а я торчу за своими барабанами и не могу сдвинуться, поэтому, мне кажется, они все целят в меня».

 

Бэрри Майлз: «Несмотря на это, им понравилась эта аудитория».

 

Джордж: «Мы сами не слышим, как мы поем, так как они могут нас услышать? В этих криках никогда не бывает пауз. Они великолепны!»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Кроме леденцов на сцену летели букеты из роз, цветы и подарки, среди которых были игрушки коал, бумеранг и большая коробка в обертке».

 

 

 

Фото Джорджа Липмана (George Lipman).

 

 

 

 

Фото Ноэля Стаббса (Noel Stubbs).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Джорджа Липмана (George Lipman).

 

 

 

 

 

 

 

 

Газета «Сидней Морнинг Геральд» (19 июня 1964): «Когда «Битлз» исполняли и пели песню «Этот парень» (This Boy) с Полом, стоящем в центре, страстные крики поклонников становились оглушительными.

Несмотря на массу криков, звоном отдающихся в ушах и восходящих к новому крещендо во время каждого номера, Битлы были хорошо слышны во время исполнения всех песен, кроме одной. Это было, когда Джордж Харрисон посмотрел на свои часы и объявил своим ливерпульским акцентом: «Часы говорят, что следующая песня будет последней». Тысячи человек кричали, хлопали и прыгали во время финального номера. Оба концерта заканчивались тем, что зрители прыгали на своих местах, пронзительно крича, а сцена утопала в серпантине и подарках.

Затем все закончилось и «Битлз» сбежали в костюмерную. Они бросились со сцены по проходу, который им оцепила полиция, и выскочили через дверь к ожидающему их автомобилю. Исступленные подростки ринулись к ним, но путь им преградили 30 полицейских, ставших в защитную линию. Когда в 22.30 закончился второй концерт, «Битлз» покинули Стадион до того, как толпа обнаружила, что они уехали».

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «Перед празднованием дня рождения Пола, когда «Битлз» вернулись в отель, они встретились с ди-джеями из радиостанции «2 Эс-Эм» Бобом Роджерсом и Майком Уолшом. Пол обсудил с Бобом Роджерсом подарки от радиостанции – полутораметровую фигуру кенгуру и кажущийся бесконечным шарф, связанный группой школьниц, и подаренный Мэд Мэлом».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Мэд Мэл встретился с «Битлз» в Сиднее, где и передал этот шарф. В тот вечер открытая со всех сторон сцена Сиднейского стадиона (про которую Джон сказал, что из-за нее у него возникли проблемы с ориентацией в пространстве) была осыпана подарками, а также традиционным шквалом леденцов «джелли-бэбис». После выступления Мэл Эванс собрал в кучу всевозможные коробочки, перевязанные лентами, букеты роз, игрушечных коал и целый ворох бумерангов. Все подарки были торжественно открыты и все, кроме продуктов питания, было отправлено организаторами концертов в штаб-квартиру английского клуба поклонников, где их распределили детям-сиротам и детям-инвалидам. Там, где это было возможно, клуб поклонников выражал признательность за подарок письмом или фотографией. Одним из дарителей, которому удалось лично получить благодарность за подарок, был прикольщик Мэд Мэл со своим шарфом.

Мэд Мэл (настоящее имя Мэл Поттс) был восемнадцатилетним канадским диск-жокеем. Он был известен тем, что носил очки громадного размера и трубил в горн во время эфиров. В 1963 году он переехал в Австралию и был там одним из типичных диск-жокеев того времени, с сумасшедшими выходками в эфире и множеством отличной музыки. Среди подростков он пользовался большой популярностью.

Когда в 1964 году Битлз гастролировали в Австралии, в одной из своих вечерних радиопередач Мэд Мэл предложил своим слушателям «сделать для «Битлз» что-то австралийское», что-нибудь, вроде гигантского шерстяного шарфа. Поклонники со всей Австралии отправляли прямоугольные фрагменты шарфа всевозможной формы и цвета. На некоторых фрагментах были лица, имена, гитары и карта Австралии. Каждый день после окончания занятий в школе, пятьдесят школьниц собирались вместе и сшивали фрагменты в один длинный шарф. Мэл хотел лично вручить «Битлз» этот шарф. Это бы подняло рейтинг его радиостанции, а его сделало бы героем в глазах поклонников «Битлз». Однако как на радиостанции, так и со стороны организаторов гастролей, затея Мэд Мэла лично вручить шарф была отклонена.

Но это Мэла не остановило. Он был настроен вручить шарф Потрясающей четверке. Будучи отвергнутым своей радиостанцией и организаторами гастролей в своих неоднократных просьбах лично вручить «Битлз» эти километры шерстяных ниток, он превратил кабину управления лифтом на крыше отеля «Шератон» в свою штаб-квартиру, и устроил в отеле засаду в ожидании косматиков».

 

Мэд Мэл: «Наконец в коридоре я перехватил Пола, и когда я показал ему шарф, он сказал: «Да, конечно, заходи к нам». Они все были по-настоящему поражены, и через некоторое время мы стали отличными друзьями».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «После этого Битлы выбрали его в качестве ди-джея номер один в Австралии, и он смог брать у них эксклюзивные интервью. Когда через год «Битлз» встретятся в Канаде с Мэд Мэлом, они пожелают ему счастливого 19-летия и вспомнят тот знаменитый шарф. Сами Битлы считали шарф замечательным, но они не знали, что с ним делать. В одном из интервью Джон так и говорит: «Мы не знаем, что делать с этим шарфом». Так получилось, что после возвращения «Битлз» в Лондон, шарф остался у Мэд Мэла».

 

Джон Винн (автор книги «Бесподобный путь: Битлз – записанное наследие»): «Во время интервью Майк Уолш познакомил Ринго с музыкальным инструментом казу (прим. – американский народный музыкальный инструмент, применяемый в музыке стиля скиффл), на котором Ринго прогудел фрагмент песни «От меня тебе» (From Me To You)».

 

Литтл Пэтти (австралийская певица): «Когда к нам приехали «Битлз», мне то время мне было всего 15 лет. (прим. – Патрисия Тельма Амфлетт родилась 17 марта 1949 года, ее дебютный сингл вышел в ноябре 1963 года). В четверг вечером я со своей подругой Ноэлин Батли (прим. – австралийская певица, родилась 25 декабря 1944 года) отправились увидеть их на Стадионе. Один из охранников, которого мы знали, предложил нам пройти за кулисы, чтобы познакомиться с «Битлз». Я пришла в ужас, потому что была очень застенчивой, а внешне выглядела лет на двенадцать. Но они были чудесными. Они слышали о моей первой пластинке, и хотели выяснить, что такое «стомпи вумпи», что я объяснила с большим трудом (прим. — «стумпи вумпи» из названия песни Литтл Пэтти «He’s My Blonde Headed, Stompie Wompie, Real Gone Surfer Boy», «стумпи» с южноафриканского сленга – невысокий человек). Ринго был очень сердечным и дружелюбным по отношению ко мне, и он настоял, чтобы мы с Ноэлин пришли на вечеринку [на празднование дня рождения Пола Маккартни]. Я позвонила маме, и она ответила согласием, поэтому я поехала в отель на их машине».

 

Бэрри Майлз: «В этот день Пол праздновал свой 22-й день рождения, и его главными гостями были семнадцать красивых девушек, ставших победителями конкурса, организованного газетой «Дейли Миррор»».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Газета «Дейли Миррор» провела конкурс для девушек в возрасте от 16 до 22 лет, пятнадцать из которых получали возможность принять участие в вечеринке по случаю дня рождения Пола Маккартни. По условиям конкурса, девушки должны были написать сочинение, в котором они объясняли, почему они должны участвовать в этом мероприятии.

Празднование дня рождения Пола было организовано газетой «Дейли Миррор» в отеле «Шератон». Мероприятие было одобрено Брайеном Эпстайном и проходило под его и Дерека Тейлора контролем. «Этот простой конкурс дает шанс на всю жизнь» — гласил заголовок над скромным купоном, который девушки в возрасте от шестнадцати до двадцати двух лет могли заполнить, добавив пятьдесят слов сочинения на тему «Почему я хочу быть гостем у «Битлз» на праздновании дня рождения».

 

Бетти Стюарт: «Идея провести конкурс на день рождения Пола пришла мне в Сиднее, когда я участвовала во встрече «Битлз». Когда Пол ехал в аэропорт, он произнес: «В следующий четверг мне исполнится 22 года». Это было примерно за неделю до этой даты. «Я хотел бы устроить вечеринку», — добавил он. Поэтому я сказала: «Мы можем устроить конкурс, чтобы у нас было несколько девушек». Потом я выбрала газету. Пока «Битлз» были в Аделаиде и Мельбурне, я занималась организацией вечеринки для Пола.

Конкурсантки должны были быть в возрасте от 16 до 22 лет. Они должны были написать эссе на тему: «Почему я хочу быть гостьей «Битлз» на праздновании дня рождения». Было 10 000 участников. Финалисты должны были пройти собеседование в отеле перед судейской коллегией, в которую входили Дерек Тейлор, ирландский комик Дейв Аллен, редактор «Санди Миррор» Хью Бингхэм, а также сотрудники этой газеты Лестер Уорбертон и Бланше Долпюгет».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «В судейском жюри были Дерек Тейлор, ирландский комик Дейв Аллен, редактор газеты «Санди Миррор» Хью Бингхэм, рекламный менеджер Лестер Уорбертон и журналистка Бланше Долпюгет. В итоге офис был заполнен более десятью тысячами эссе, пришедших из Брисбена, Бендиго, Хобарта и Канберры».

 

Бетти Стюарт: «Помню одного отца конкурсантки, который пытался подкупить меня драгоценностями, чтобы его дочь выиграла участие в вечеринке. Подкуп не увенчался успехом, и имя девушки было удалено из списка возможных победителей».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «После долгого обсуждения и просмотра эссе, были выбраны семнадцать девушек в качестве победительниц, а еще пятнадцати, занявшим второе место, пообещали короткую встречу за кулисами на следующий вечер. Первоначально предполагалось, что победительниц будет пятнадцать, но по решению «Битлз» их стало больше, чтобы такую возможность получили девушки из городов Канберра и Ньюкасл.

Победителями конкурса стали: Гленнис Смит, секретарь из Креморна (20 лет), Дженни Лэмб, помощник по продажам из Воклюза (18 лет), Сандра Линклатер, учащаяся медицинского училища из Ирлвуда (17 лет), Кэролайн Стилс, секретарь из Хенли (21 год), Инес Труиз, манекенщица из Канберры (21 год), Эвелин Мак, фотомодель из Конкорда (21 год), Патрисия Томпсон, студентка из Ньюпорта, Кристин Буэтнер, ученица из Сент-Ивса (16 лет), Клэр Хогбен, секретарь из Пимбли (18 лет), Каролин Кейрс, библиотекарь из Ньюкасла (19 лет), Кармель Страттон, ассистент магазина-салона из Бонди (18 лет), Анна-Мари Александр, секретарь из Коллароя (18 лет), Марсия Макатамни, студентка из Стратфилда (17 лет), Дельфин Докерилл, студентка университета из Норд Бонди (18 лет), Джаннетт Кэрролл, студентка из Ультимо (16 лет), Нэнси Хаддоу, секретарь из Креморна (22 года), Сандра Стивенсон, учительница Кронулла (21 год). Для Гленнис Смит и Клер Хогбен (дочь редактора) это было двойное празднование, так как у них также были дни рождения 18 июня».

 

Дик Хьюз (австралийский джазовый пианист, журналист): «Газета «Санди Миррор» была довольна изобретательна. Если бы вы тогда проехались по Сиднею и посмотрели бы на уличные постеры, то вы могли прочитать такие заголовки, как: «Девушка из Воклюза на битловской вечеринке», «Девушка из Бонди на битловской вечеринке», и так далее. Они напечатали такой плакат для каждой из девушек».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Также «Санди Миррор» печатала страницу за страницей с комментариями девушек об их вечере со звездами».

 

Дельфин Докерилл (участница вечеринки): «Я выиграла конкурс, потому что сумела придумать хитрую, но безобидную ложь, и я полагаю, что она привлекла судей. Я сказала, что играла в детстве с Полом в Ливерпуле, и мне хотелось бы увидеть, вспомнит ли он меня сейчас сегодняшную. На самом деле я никогда не бывала в Ливерпуле, но мне нравился Пол Маккартни».

 

Дженни Лэмб (участница вечеринки): «Я не помню, благодаря чему попала на вечеринку. Они [судьи] не хотели, чтобы там было сумасшествие, поэтому решили выбрать здравомыслящих людей, которые не станут сходить с ума. Не знаю, как я туда попала, просто некоторых из нас выбрали».

 

Джаннетт Кэрролл: «Участие в конкурсе было идеей моей одиннадцатилетней сестры. Я думала, что все это фальшиво, и что победят только дочери политических деятелей, но одним воскресным днем мне было скучно, и я отправила два заполненных купона. До этого я прочитала книгу Джона [Леннона], поэтому написала вступление в его стиле. Все это мне показалось немного глупым, поэтому я ничего не сказала об этом своим подругам.

Потом примерно через неделю мама пришла в школу чтобы сказать, что я попала в финал, и мне нужно прийти на собеседование в «Миррор». Мы кинулись в город, чтобы я смогла сделать себе прическу, а потом меня впихнули в комнату редакции «Миррор», которая была заполнена людьми. Там был и Дерек Тейлор, но большинство вопросов были от Дейва Аллена. Они спросили меня, почему я решила участвовать в конкурсе, и я ответила, что в тот момент мне нечем было себя занять. Это, должно быть, их позабавило, потому что меня выбрали из множества ярких дебютанток, которые прибывали и убывали во время моего присутствия там.

Вечером нас всех развезли из «Миррор» к нашим родителям, а потом [в день празднования] привезли в отель «Шератон» в больших черных лимузинах».

 

Сандра Линклатер: «В 1964 году семнадцатилетняя девушка была защищена намного больше, чем сейчас. Мой отец считал, что «Битлз» совершенно отвратительны, поэтому он позвонил в «Миррор» и потребовал, чтобы ему сказали, где будет проходить эта вечеринка, и кто там будет. Старшая медсестра сделала то же самое. Сначала они отказались ответить ему, но когда он сказал, что тогда не разрешит мне пойти туда, объяснили, что в «Шератоне». Вечером он отвез меня в «Миррор», а затем последовал за конвоем лимузинов, чтобы убедиться, что они ему сказали правду. Старшая медсестра дала мне строгие инструкции, чтобы меня не видели с сигаретой или алкоголем в руке, потому что на карту поставлена ​​репутация больницы».

 

Джаннетт Кэрролл: «[Когда мы ехали к отелю] Вдоль дороги с обеих сторон стояли девушки, которые нас освистывали и бросали в машину разные предметы».

 

Сандра Линклатер: «Когда мы добрались до отеля, я, на самом деле, испугалась, потому что все эти визжащие девушки начали стучать по машине, оскорбляя нас».

 

Джаннетт Кэрролл: «Мы добрались туда первыми, и ждали «Битлз», которые прибыли после своего второго выступления на Стадионе. Они пришли, чтобы познакомиться с нами, пока прессе еще не разрешили войти, и они не были такими, какими суперзвездами я предполагала их увидеть. Пол, Джордж и Ринго пообщались с каждой из нас, но Джон, казалось, немного отстранился, как если бы он был застенчивым человеком. Из-за этого я отказалась от своего намерения поговорить с Джоном.

После того, как прессе и другим артистам позволили войти, и вечеринка началась».

 

Бланше Долпюгет (репортер «Дейли Миррор»): «Я сопровождала группу из десяти девушек, которые выиграли возможность посетить день рождения Пола Маккартни. Моей обязанностью было защищать девушек как от самих себя, так и от всех остальных».

 

 

 

Пол отмечает свой 22-й день рождения.

 

Джон Говард (фотограф): «Джон взял с собой в Австралию тетю Мими, но она решила не присутствовать на вечеринке, чтобы ребята могли себя чувствовать в непринужденной обстановке».

 

Джонни Честер (австралийский певец-песенник): «В основном мы встречались с «Битлз» за кулисами, потому что большинство наших контактов происходило там. С Брайеном Эпстайном я не встречался. Он приехал с Ринго. Изначально он не приехал с остальными ребятами, потому что Ринго заболел. Понятно, что Брайен и «Битлз» были самыми востребованными для прессы. Их окружало огромное количество представителей прессы, они были в самолетах, в отелях. Для общения у «Битлз» было мало времени, но почти каждый вечер у них были вечеринки. Однажды Джон Леннон сказал мне: «Ты никогда не приходишь на наши вечеринки». Я ответил: «Я не очень хорошо себя почувствую, если буду там чуваком за ваш счет. Это ваши деньги, и вы их тратите на развлечение остальных. Это не по мне». «Это все изменится», — сказал он, потому что, как мне кажется, он немного устал от всего этого. Все эти люди приходили, пили пиво и вино, а сами не вносили в это никакого вклада. «Это все изменится, но мы всегда будем тебе рады», — произнес он. Но кроме вечеринки по случаю дня рождения Пола, я не общался с ними на таких мероприятиях».

 

 

 

С Дельфин Докерилл.

 

 

 

Джаннетт Кэрролл («Красная дьяволица») слева, наблюдает за тем, как Кармель Страттон целует Пола, позирующего перед фотографом с ножом в руке.

 

Кэролайн Стилс (участница вечеринки): «Пол запоминал все мелкие детали, что мог, обо всех девушках, чтобы если он кого-нибудь из них встретит, то совершенно непринужденно сможет спросить её о работе или чем-то, что её интересно».

 

Дженни Лэмб (участница вечеринки): «Полу я подарила бутылку шотландского виски».

 

Бетти Стюарт: «У Джона была своя философия жизни, которая мне нравилась. Мне доставляло удовольствие разговаривать с ним. Пол всегда был хитрюгой, и вы могли быть уверены, что он будет в ладах с миром. И все они были очень дружелюбны».

 

 

 

 

Пол: «Шампанское, икра и 15 юных австралиек, выбранных за ум и обаяние».

 

 

 

 

Гленнис Смит, Кэролайн Стилс, Клэр Хогбен, Дженни Лэмб.

 

 

 

 

Джон Говард (фотограф): «На снимке слева направо: певица Лоррейн Гарнес-Сидэлл, фармацевт Линетт Хатч, Карен Рихтер и Барбара Вест».

 

 

 

 

Джон Говард (фотограф): «Ты выглядишь, как моя жена Синтия», — говорит Джон Леннон Нэнси Харлофф, блондинке позади Джорджа. На самом деле Нэнси, работавшая телефонисткой, больше походила на Бриджит Бардо. Джону нравилась эта французская звезда и он хотел, чтобы Синтия ей подражала». 

 

 

 

Джон Говард (фотограф): «За день до прибытия «Битлз» я снял в отеле «Шератон» крошечный номер за 36 фунтов стерлингов в день. В тот вечер Пол справлял свой двадцать второй день рождения. Я попросил помощь у Дес и Джен Нуонэн. На снимке слегка ошеломленный Джордж держит в руках подарок от поклонницы – мягкую игрушку кенгуру, Пол уделяет повышенное внимание гостям женского пола, прежде чем обратить свое внимание на торт кофейного цвета с клубничной начинкой, который Джен испекла в форме Австралии и украсила шоколадными коалами и свечами».  

 

 

 

 

 

 

Джон Говард (фотограф): «Моя первая битловская вечеринка, июнь 1964 года. Торт от Джен Нуонэн и игрушечный кенгуру Джорджа сидят без дела, в то время как Джон веселит окружающих. В то время Джен была на пятом месяце беременности».

 

Дженни Лэмб (участница вечеринки): «Мне было около 17 лет, поэтому я была довольна наивна, но вечеринка была в меру непринужденной. Просто вечеринка с выпивкой, на которой вы могли пообщаться и поговорить с «Битлз». Особенно запомнилось общение с Джорджем. Мне он очень нравился – тихий парень, и немного более приземленный».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Днем среди гостей была Дейл Пламмер из «Вуменс Дей», которая подарила фруктовый пирог, испеченный кулинаром Маргарет Фултон. Торт со свечами (которые были задуты только с четвертой попытки), который был подарен до концерта, стал вечером удобным фотореквизитом. Проницательная мисс Пламмер отметила, что в то время, как Джордж с Джоном употребляли «битловский напиток» из шотландского виски и кока-колы, Пол принимал водку с тоником, потому что «водка не оставляет запаха». Алкоголь, возможно, и не испортил дыхания Пола, но его поцелуй оказал разрушительное воздействия на одного из его получателей, Джаннетт Кэрролл».

 

Джаннетт Кэрролл: «На следующий день я была самой большой знаменитостью в школе, а в столовой мне устроили форменный допрос. Но, как мне кажется, я потеряла столько же друзей, сколько получила. Одна моя близкая подруга рассердилась за то, что я не рассказала ей об этом, так как она тоже бы пошла со мной. Потом она шесть лет не разговаривала со мной. Кроме того, меня чуть не исключили из школы. Один из репортеров «Санди Миррор» взял у меня интервью и сфотографировал меня в школьной форме. Статья появилась на третьей страницы этой газеты с заголовком: «Приятельницы задали жару Красной дьяволице»? а в понедельник меня вызвала к себе директриса в состоянии совершенной ярости, и стала грозить всяческими карами».

 

Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Семнадцатилетняя Сандра Линклатер также обнаружила, что встреча с «Битлз» имела больше последствий, чем она себе представляла. Будучи студенткой медицинского училища, Сандра приняла участие в конкурсе после того, как её близкая подруга выиграла два концертных билета, и отказалась один билет отдать ей».

 

Сандра Линклатер: «В училище было твердое правило, что учащимся студентам нельзя было фотографироваться в униформе, но у меня это был единственный снимок, поэтому я отправила его в «Миррор». Спустя пару недель мне позвонила домой разъяренная старшая медсестра Нельсон, которая потребовала разъяснений, почему я была на первой странице газеты «Миррор» в школьной форме. Когда я вышла на работу, мне пришлось пойти к ней и приложить все усилия, чтобы дать объяснение. Затем, несколько дней спустя, мы с матерью пошли в офис газеты, чтобы дать интервью, а на следующей день я снова оказалась на первой полосе!»

 

Нэнси Хаддоу (участница вечеринки): «Ринго был немного застенчив, но очень забавен. Весь вечер он называл меня «голубушка», и сказал, что никогда не женится, потому что до смерти боится идти под венец. Он замечательный танцор. Он научил меня танцевать «Обезьянку и банан». По-видимому, в Англии больше не танцуют твист. Он позволил мне погадать на его ладони, и я обнаружила, что у него самая длинная линия славы из всех, что я когда-либо видела».

 

Сандра Линклатер: «О самой вечеринке я не слишком много помню, кроме того, что мы все много танцевали».

 

Боб Роджерс (диск-жокей сиднейской радиостанции «2-Эс-Эм»): «В какое-то время Эвелин Мэк и Кармель Стрэттон провели ускоренный курс танца австралийского серф-стомпа. Ринго с Полом быстро уловили его суть, Джордж сдался после нескольких неуклюжих попыток, а Джон даже не стал и пытаться».

 

Дельфин Докерилл (участница вечеринки): «Пол – самый божественный человек из всех, что я встречала. Я думала, что он будет ужасно тщеславным, но он был естественным и дружелюбным. Он самый фантастический танцор, а как он движется, это потрясающе. И когда мы танцевали с ним щека к щеке, я думала, что упаду в обморок!».

 

Джаннетт Кэрролл: «Я много раз станцевала с Полом, Джорджем и пару раз с Ринго. Я заметила, что Джон не танцует вообще, поэтому я набралась нахальства, подошла к нему и сказала: «Вы не умеете танцевать? Я думала, что все англичане умеют танцевать». Он засмеялся, встал, и станцевал со мной, и мы отлично поладили с ним весь оставшийся вечер. На мне было ярко-красное платье, поэтому он окрестил меня «Красной дьяволицей». Все они были очень отзывчивыми, мягкими и умными парнями, но из них Джон был самым необыкновенным. Общаясь со мной, он открыл мне глаза на некоторые вещи, о которых я раньше не имела представления.

Примерно через час всех репортеров удалили, и вечеринка стала гораздо менее формальной и регламентированной. Она стала напоминать встречу близких друзей. Ринго с Джоном стали очень забавными. Всякий раз, когда ко мне приближался фотограф, Ринго выхватывал у меня бокал с шотландским виски и заменял его солонкой. Потом, когда ушли и фотографы, они стали намного более расслабленными. Когда кто-то из фотографов попытался проникнуть обратно, Джордж мягко забрал фотокамеру из его рук».

 

Бланше Долпюгет (репортер «Дейли Миррор»): «Когда я была с ними в одном помещении, то обаяние группы и их ливерпульское чувство юмора были очевидны. Но также выявилась и их некоторая грубость тех, кто вырос на севере Англии. В какой-то момент на это мероприятие пришел без приглашения один из фотографов из конкурентной газеты, и Джон Леннон вместе с одним из их телохранителей схватили этого парня, затащили его в туалет и засунули его голову в унитаз. Джон был грубым парнем и, по правде говоря, хамом, но очень умным. Это было очень далеко от того мира и добра, который он начнет отстаивать несколько лет спустя».

 

Джаннетт Кэрролл: «Казалось, что Джордж немного разозлился на Литтл Пэтти (прим. – австралийская певица), которая постоянно проигрывала пластинки «Битлз», в то время как они сами хотели послушать «Роллинг Стоунз» и артистов [лейбла] «Мотаун» (прим. — Гленн Э. Бейкер (австралийский журналист, комментатор и телеведущий): «Хотя сама Литтл Пэтти это отрицает»)».

 

Литтл Пэтти (австралийская певица): «По-моему, большую часть вечера я провела, сидя в уголке».

 

Джаннетт Кэрролл: «В остальном они были в отличном настроении, и вечеринка продолжалась примерно до двух часов утра. Я не много обращала внимания на других артистов, за исключением Джонни Честера, который своей выпивкой облил все мое платье.

Когда мы уезжали, Пол пожимал всем нам руки, и к этому времени я стала еще более храброй, поэтому я сказала: «Я не привыкла пожимать мальчикам руку в их день рождения», и подставила ему свою щеку. Он очень нежно взял мой подбородок, повернул мое лицо и подарил мне прекрасный поцелуй в губы. Я понимаю, что это звучит банально, но по утрам я умывала все свое лицо, кроме губ».

 

Дженни Лэмб (участница вечеринки): «Когда Ринго отправился в бар за выпивкой для девушек, он всячески гримасничал и приговаривал про себя: «Работа весь день, работа весь вечер». Он обошел всех, предлагая выпить, даже если это были иностранки, и если ему отвечали отказом, то грустно качал головой и отходил».

 

Сандра Линклатер: «В какой-то момент одна девушка потеряла сознание, и кто-то сказал: «Вы медсестра, позаботьтесь о ней». Я измерила её пульс и помогла дойти до туалета, чтобы она освежилась».

 

Ллойд Равенкрофт (концертный директор): «Один из охранников «Эм-Эс-Эс» выпил лишнего, и начал создавать проблемы, поэтому мы отнесли его к нам в номер, в стельку пьяного, закрыли на ключ и позвонили Девону Минчину (прим. – глава охранной фирмы), чтобы сказать, что я увольняю этого человека и прошу другого. Он так расстроился, что приехал на своей машине среди ночи, сразу же прошел в отель и объявил, что лично заменит его на оставшуюся часть турне».

 

Дэйв Линкольн: «Мне удалось остаться на вторую часть вечеринки, которую представители прессы были вынуждены пропустить. После того, как все журналисты и официальные лица ушли, мы все вернулись в свои номера, надели грязные джинсы и тому подобное, и оттягивались, не думая ни о чем. Это была грандиозная вечеринка, как если бы вы были у себя дома со своими лучшими друзьями».

 

Боб Роджерс (диск-жокей сиднейской радиостанции «2-Эс-Эм»): «Мне разрешили остаться на вечеринке до самого конца. Мое самое яркое воспоминание, это абсолютно пьяный Ринго. Примерно в три часа утра он просто вырубился, медленно опустившись на пол прямо там, где он стоял».

 

Сандра Линклатер: «Самые памятные происшествия произошли после вечеринки. Машина отвезла меня в больницу примерно в пять утра, а в то время с 22.30 начинался комендантский час. Я начинала работать в шесть. В девять старшая медсестра позвала меня в свой кабинет, и попросила рассказать все, что происходило на вечеринке, хотя внешне она делала вид, что её это не интересует.

В течение всей следующей недели я, как мне кажется, рассказала каждую деталь, по меньшей мере, двумстам людям. Из всех палат больницы мне поступали звонки от пациентов с просьбами прийти поговорить. На много лет я стала известна в больнице как «битловская медсестра», и я так к этому привыкла, что даже не думала об этом».

 

 

 

Газета «Отаго Дейли Таймс» (18 июня 1964): «Новости: Бурная встреча «Битлз» в южном полушарии… «Я хочу держать твою ручку»… «Забавно, что она неожиданно проявила интерес к работе по дому».

 

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)