Выступление в Аделаиде (Centennial Hall, Adelaide)

12 июня 1964 г.

 

 

 

Ринго в Лондоне дает интервью и готовится к вылету в Австралию.

 

 

 

 

 

Фото Джорджа Строуда (George Stroud).

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Ринго в сопровождении Брайена Эпстайна вылетел в Австралию через Сан-Франциско, Гонолулу и Фиджи. Он забыл свой паспорт, и вылет самолета был задержан. В конце концов, Ринго отправился в полет без него. Его паспорт будет доставлен другим самолетом во время его остановки в Сан-Франциско».

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Ринго поднялся по ступенькам трапа вместе с актрисой Вивьен Ли. Брайен представил ее, но Ринго не знал, кто она».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

beatlesbible.com: «Ринго Старр вылетел в Австралию через Сан-Франциско, Гонолулу и Фиджи».

 

 

 

«Битлз» покидают отель «Шератон».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Из Сиднея «Битлз» вылетели в Аделаиду на зафрахтованном самолете Ансетт АНА».

 

 

 

 

 

На руке Пола надето двое наручных часов – одни показывали местное время, другие время в Великобритании.

 

 

 

 

 

 

Эрни Сигли (теле-радиоведущий): «Еще до того, как «Битлз» в 1964 году приехали в Австралию, я прилетел в Лондон, чтобы взять у них интервью. Но я опоздал на один день — потрясающая четверка улетела отдыхать на Таити. Когда во время перелета из Сиднея в Аделаиду я сказал Джону Леннону, что опоздал на 24 часа, чтобы встретиться с ними, Леннон повернулся к Полу Маккартни и сказал: «Эй, Пол, это и есть тот чёртов идиот, что проделал весь этот путь из Австралии, чтобы взять у нас интервью». Это сломало лед в наших интервью».

 

Маргарет Пол: «Мне было 22 года, я была стюардессой на рейсе Сидней-Аделаида. Авиакомпания подготовила все эти дорогостоящие закуски с икрой и устрицами, но все, что хотели «Битлз», это бутерброды с арахисовым маслом. Джон сам зашел в отсек с бортовой кухней, чтобы попросить их, и я чуть не лишилась чувств. Я решила, что он был одним из самых красивых мужчин из тех, что я когда-либо видела. Перед тем, как покинуть самолет, они все расписались для меня на упаковке гигиенического пакета, которую я потом подарила своей 14-летней сестре».

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «В 11.57 «Битлз» прибыли в Аделаиду».

 

 

 

 

 

 

Джордж: «Вскоре мы оказались там, откуда до Таити было рукой подать».

 

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника «Битлз»): «На входе в аэропорт поклонникам преграждала путь полиция, поэтому в зоне оформления было относительно спокойно».

 

Алан Клейсон (автор книги «Великая четверка»): «Почему вы не пускаете ребят в аэропорт?» — поинтересовался Джон у офицера полиции, когда «Битлз» приземлились в Аделаиде. «Да, мы хотим видеть ребят», — прозвучали эхом слова Джорджа».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Крейг Кук («Сэнди Мэйл», 2014): «Когда 12 июня «Битлз» приземлились в Аделаиде, там не было поклонников. Только одной девушке-подростку разрешили присутствовать на взлетной полосе. Её звали Жан Кокс. Ей было 14 лет, и пригласил её Билл Томас, менеджер аэропорта Аделаиды. Его личный секретарь Джил Стэнтон жила по соседству с Жан Кокс, которая была частично парализована после укуса энцефалитного комара».

 

Жан Кокс: «Когда я увидела их, я закричала «Пол», и они все были немного поражены, услышав голос подростка. Джон с Полом повернулись в мою сторону, и Джон произнес: «Ты немного молода, чтобы быть фотографом, не так ли?».

 

 

 

 

 

 

Автомобиль, который встречал «Битлз» в аэропорту Аделаиды, был украшен именами четверки, но имени Джимми Никола на нем не было. «Что это?» — спросил Пол, указывая на автомобиль. – «На нем имя Ринго, но он еще не приехал».

 

Крейг Кук («Сэнди Мэйл», 2014): «Достаточно быстро Ливерпульцы запрыгнули в машину. Когда Джил Стэнтон поняла, что Жан Кокс так и не получила автограф, то подозвала её подойти».

 

Жан Кокс: «Пол был на переднем сиденье и протянул руку за моей книжкой для автографов. В этот момент машина начала трогаться с места, и он произнес «извини», оглянувшись с грустным видом».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Тревор Коулинг (радиоведущий «5 Эй-Ди»): «Между радиостанциями было ожесточенное соперничество, чтобы получить лучшее освещение дня. В то время нашим утренним диктором был Элдон Крауч, и мы планировали вести репортаж прямо с кортежа. Когда мы покинули аэропорт, наш автомобиль оказался сразу за «Битлз», и мы ехали за ними на всем пути в центр города».

 

Бэрри Майлз: «По оценкам полиции, около двадцати тысяч человек выстроились на протяжении десяти миль во время следования кортежа из аэропорта в центр города».

 

Тревор Коулинг (радиоведущий «5 Эй-Ди»): «Когда мы ехали по шоссе «Анзак», в некоторых местах люди стояли по десять человек в глубину. Я никогда раньше не видел ничего подобного».

 

Ноэль Трисайдер (клавишник группы «Фантомы»): «Меня пригласили специально для этого турне. Мне было 23 года, я изучал химию в Королевском Мельбурнском технологическом институте. Моя музыкальная карьера была занятием в свободное время, но контракт на 50 фунтов в неделю был намного большей суммой, чем три гинеи в недели, которые я зарабатывал в Мельбурне в качестве аккомпаниатора на радио «3-Ди-Би». Я помню толпу людей, которые выстроились вдоль маршрута по дороге из аэропорта в центр города. «Битлз» ехали в кабриолете, остальные в седанах. Когда мы проезжали мимо, поклонники кричали, так как они понятия не имели, кто сидел в машинах».

 

Пол: «Мы ехали из аэропорта, а по обе стороны дороги стояли толпы, и мы показывали им поднятые вверх большие пальцы».

 

Джон: «Самая захватывающая вещь, которая с нами случалась во время гастролей, это толпы людей, особенно когда мы ехали по шоссе «Анзак», да, я этого никогда не забуду».

 

Пол: «Триста тысяч человек встретили нас в Аделаиде, словно героев. Джордж тоже махал толпе».

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Джорджа Харрисона.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Все пространство перед городской ратушей заполнила 30-тысячная толпа. Улица Короля Вильяма и все прилегающие к ней улицы были полностью парализованы.

 

Тревор Коулинг (радиоведущий «5 Эй-Ди»): «Когда мы приехали в город, толпа была такой плотной, что нам пришлось буквально машиной оттеснять людей с дороги. Это было просто потрясающе».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника «Битлз»): «На кадрах кинохроники, запечатлевших этот прием, можно увидеть абсолютно фантастическую картину, как открытый автомобиль везет «Битлз» сквозь толпу к городской ратуше, где собралось около 30 000 людей».

 

Джон: «Куда бы мы ни приезжали, нигде в мире нам не оказали такой прием, как в Аделаиде. Он навсегда останется в нашей памяти».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «В мэрии «Битлз» встретились с мэром Ирвином, городским советом и их семьями».

 

Пол: «Когда мы отправились в ратушу Аделаиды вместе с лорд-мэром, мы тоже подняли большие пальцы. В Ливерпуле все было о’кей, там все понимали этот знак, а в Австралии он считается страшным оскорблением.

Там мы побывали в городской ратуше в центре города, где собрались чуть ли не все жители. Если бы сутки назад мы были никому не известны, мы бы, наверное, сошли с ума, но мы привыкали к этому постепенно, поэтому остались в здравом рассудке (но не слишком). Мы просто были очень довольны тем, что собираем столько народу.

Мы еще хорошо помнили наши ливерпульские корни, чтобы понимать, что все это значит, знать, как чувствовали бы себя мы, если бы пришли в центр города посмотреть на заезжих знаменитостей, поэтому мы понимали воодушевление толпы. Думаю, мы радовались этому. Сейчас нам все немного надоело, а тогда это еще было в новинку».

 

 

 

 

C мэром Ирвином и его женой.

 

 

 

Здание городской ратуши Аделаиды.

 

 

 

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника «Битлз»): «Они поднялись на балкон ратуши, где и там у них продолжали брать интервью.

Репортер: Как вам оказанный прием, Джордж?

Джордж: Это просто непостижимо (обращаясь к толпе): Привет! Привет! Это лучший прием.

Репортер: Население Аделаиды составляет миллион человек…

Джон: Так они все здесь собрались!

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Вместе с ними постоянно находился местный ди-джей Боб Фрэнсис (Bob Francis), даже на балконе ратуши. Он поселился в отеле соседнем с ними номере и установил там линию связи, чтобы каждые полчаса вести репортаж».

 

 

 

С Бобом Фрэнсисом.

 

Питер Бейкер (журналист «Эй-Би-Си»): «Мне было тогда 19 лет, и я только начал заниматься журналистикой. В «Эй-Би-Си» меня отправили освещать их прибытие. Я был на всех четырех концертах, а также на пресс-конференции в отеле. Я помню как в городской ратуше Боб Фрэнсис, Джим Слейд и я бросились к краю балкона, помахали рукой, а потом остановились. Толпа внизу кричала «Мы хотим Битлз», и решила, что мы – это они. Они начали бросать на балкон книжки для автографов, игрушечных медвежат коал и разные предметы. Боб начал подписывать книжки надписью «с любовью Пол» или что-то подобное, и бросать их обратно».

 

Питер Финдлей (художник): «Боб Фрэнсис, который организовал 85 000 подписей, чтобы доставить «Битлз» в Аделаиду, находился в соседней комнате, записывая радио-шоу. У кого-то был невероятно наспех сделанный черный пластиковый битловский парик, который я надел, и высунул голову из окна. 300 000 детишек внизу просто озверели, решив, что это один из потрясающей четверки. Бобу была нужна какая-нибудь динамика в его шоу, поэтому он надел парик и тоже высунул голову. Именно в этот момент в комнату вошел [промоутер] Кен Бродзяк, ехидно заметив: «Фрэнсис, ты думаешь, что этот грёбаный город в твоей власти?». Но дело в том, что в тот день Боб город действительно был в его власти».

 

 

 

 

 

 

Фото Джорджа Харрисона.

 

 

 

 

 

 

 

Джордж дает автограф двойнику британской певицы Силлы Блэк.

 

 

 

Пол пожимает руку будущим игрокам в регби.

 

 

 

Отель «Южная Австралия» в 1971 г.

 

Боб Бирн (автор книги «Аделаида помнит, когда…»): «Немногим девушкам Аделаиды удалось встретиться с кем-либо из «Битлз». Однако Энн Доминго и Хени Нолл за несколько дней до прибытия группы разработали план, чтобы встретиться с ними лично. Они решили, что «Битлз» будут в отеле «Южная Австралия», и мать Энн согласилась забронировать для них номер за несколько дней до прибытия «Битлз». Девушки зарегистрировались в отеле за несколько часов до приезда «Битлз», и расположились в коридоре рядом с комнатами сопровождающих лиц. Через некоторое время девушек заметил Дерек Тейлор, и спросил, хотят ли они увидеть пресс-конференцию».

 

 

 

 

Корреспондент: И теперь на своей первой пресс конференции в отеле «Южная Австралия», потрясающие «Битлз»! Добро пожаловать!

Джон: Спасибо.

 

 

 

 

 

Корреспондент: Ну, ребята, скажите мне, как вас приняли в Аделаиде?

Джон: O, это было замечательно! Лучше чем когда-либо!

Корреспондент: Это было похоже на то, что ты говорил об этом в самолете?

Джон: Да! Это было лучше!

Корреспондент: Вам раньше оказывали такой прием?

Джордж: Нет, здесь гораздо лучше.

Джон: Нет. Мы еще никогда ничего подобного не испытывали. Это было необыкновенно.

Корреспондент: Какое бы вы провели сравнение с тем приемом, который вам оказали в Штатах, когда вы туда прибыли?

Пол: Грандиозней. Здесь было больше людей.

Корреспондент: Как вы считаете, все было очень хорошо сорганизовано?

Джон: Да. Все были очень доброжелательными.

Корреспондент: Вам не было страшно за пределами Городской ратуши?

Джон: Страшно не было. Потрясены, знаете, из-за такого количества людей.

Корреспондент: У вас когда-нибудь было такое чувство, что кто-то, быть может, попытается сбить вас с ног или сделать что-нибудь в этом роде?

Джордж: Было ощущение, что нас могут пристрелить, потому что мы впервые сидели на заднем сиденье автомашины с откидным верхом.

Корреспондент: (обращая внимание на фотоаппарат Джорджа) Я заметил, что ты много снимал, сидя на заднем сиденье автомобиля, Джордж.

Джордж: Да.

Корреспондент: Что ты бросил с балкона, Пол?

Джордж: Это был, эээ… я!

(смеется)

Пол: Это он что-то выбросил?

Джордж: Нет. Я хотел сказать, что это ты столкнул меня.

Пол: O!

Джордж: (шутливо) Шучу!

(смеется)

Корреспондент: Вы были разочарованы тем, что аэропорт был закрыт и подростки не могли приблизиться к самолету?

Джон: Не думаю, что это имеет значение, так или иначе, у них была возможность увидеть нас вдоль маршрута.

Джордж: …как раз они могли лучше нас разглядеть, стоя вдоль дороги. Они могли увидеть нас лучше, чем если бы мы просто…

 

(появляется Джимми Никол)

 

Джон: Иди сюда, Джим!

Пол: А вот и он! Джимми!

Корреспондент: Это Джимми Никол – ударник вместо Ринго Старра.

(«Битлз» аплодируют)

 

 

 

 

 

 

Корреспондент: Скажи, что тебе сказал мэр?

Джордж: Эээ, он сказал, что с удовольствием пригласил нас, что он очень доволен, и предложил нам выпить.

Корреспондент: А что вы ответили мэру?

Пол: Спасибо.

(смех)

Корреспондент: Что вы пили?

Пол: Скотч и Кока-колу. В основном, Кока-колу.

Корреспондент: Когда вы записываете новую песню, как долго вы ее репетируете?

Джон: Иногда час или два.

Пол: Обычно с новыми номерами мы не репетируем, пока не запишем.

Корреспондент: Скажи мне, Джон, а что это за накидки были на вас сегодня, вы купили их в Амстердаме или где-то еще?

Джон: Нет, впервые мы увидели один в Амстердаме, когда катались по этим каналам — какой-то парень был в ней. И, эээ, мы не смогли купить. Знаете, мы смогли бы купить, но другого цвета… зеленого. Мы сшили четыре в Гонконге — копии той, из такого же материала.

Корреспондент: Я, как человек, который немного старше вас — четверых симпатичных джентльменов…

Джон: (шутливо) Ты?

Корреспондент: Немного старше, на самом деле… Я помню, как начинали Фрэнк Синатра, Джонни Рэй и Элвис Пресли — но сейчас, на мой взгляд, это беспрецедентная эффективность фантастической рекламы и общественного резонанса всех этих представителей прессы. Я не хочу приуменьшить тот талант, которым вы обладаете. Но, как много в этом заслуги Брайена Эпстайна и его рекламных агентов? И как много вы их знаете?

Джон: У нас никогда не было больше одного пресс-агента.

Пол: Это все слухи.

Джон: У Брайена по одному на каждого своего артиста, так что они занимаются только своим, и не работают вместе. И у нас тоже только один. А еще около полугода назад у нас вообще не было своего пресс-агента.

 

 

 

 

 

Пол: Но от этого и зависит успех.

Джон: O, да!

Корреспондент: Джимми, как ты думаешь, может ли Брайен Эпстайн когда-нибудь взмахнуть своей волшебной палочкой и сделать тебя пятым Битлом? Или постоянным дублером Ринго?

Джимми: Этого я не знаю.

Корреспондент: А что случилось с Френсис Фэй? Ты играл у нее на барабанах, не так ли, Джим?

Джимми: Нет. Но это было бы неплохо.

Корреспондент: Тогда как ты оказался на сцене? Она позвала тебя?

Джимми: Ну, как только я вышел за дверь, она как раз заканчивала последнюю часть своего выступления. Она сказала: «Здесь присутствуют «Битлз»!», и все заоборачивались. Она пригласила меня в свою гримерку…

Джон: (шутливо) O! Ты не рассказывал нам об этом!

(смех)

Джимми: …в гримерке мы выпили. А потом, я отыграл все второе отделение.

(смех)

Корреспондент: Она дала тебе что-нибудь взамен, не так ли, Джим?

«Битлз»: (смеются).

Джимми: Нет, она мне ничего не дала, но собиралась дать. Она хотела подарить мне все свои альбомы, а также у нее есть свитер для меня.

Джон: (шутливо) Ха-ха-ха!

Корреспондент: Джимми, ты играл с другими группами – какого это, так внезапно оказаться с «Битлз»?

Джимми: (смеется) Лучше всего остального, знаете ли!

Корреспондент: Были ли каие-нибудь проблемы достичь такой же ритмики, как у Ринго?

Джимми: Ну, я делаю все возможное.

Джон: (шутливо) Aввввв!

(смеется)

Корреспондент: А вы участвовали в каких-нибудь дурацких рекламных акциях?

Джордж: Нет.

Джон: Нет, мы никогда не участвовали, на самом деле. Что-нибудт немого дурацкое обычно случается…

Пол: Когда мы только начинали, мы пытались об этом подумать. У нас еще не было менеджера или кого-то еще, так что мы просто сидели и думали о таком. Мы собирались попробовать заставить кого-нибудь из нас прыгнуть в [реку] Мерси и ее переплыть.

Джон и Пол: Но никто из нас не смог бы проплыть так далеко!

(смех)

Джон: Но я этого не помню, — это он все время об этом рассказывает.

Пол: Но это же правда, Джон, это правда!

Джон: (хихикая) Я думаю, что ты был там один.

Пол: (шутливо) Я помню, мне было лет пять, я подумал, что прыгну и переплыву Мерси. В то время со мной никого не было. Я соврал. Извините!

(Джон смеется)

Корреспондент: Какими были ваши самые захватывающие моменты в шоу-бизнесе, у каждого — Джордж?

Джордж: О, не помню, их так много! С сентября прошлого года все просто потрясающе. Я думаю, когда мы приехали в Америку и поняли, что они все там посходили с ума. И когда в октябре прошлого года мы вернулись в Британию, мы гастролировали по Швеции — когда началась вся эта битломания, а мы были не в курсе, потому что нас не было дома. Мы только приземлились в Лондоне, — а толпа все громила! (смех) Это было здорово.

Корреспондент: Парни, несколько лет тому назад вы обладали потенциальным талантом, но в своих самых безумных мечтах могли ли вы себе представить, что вы достигните сегодняшнего положения?

Джон и Пол: Нет.

Джон: Ты знаешь, никто и представить себе не мог ничего подобного.

Корреспондент: А как насчет вашей программы в зале «Столетие» сегодня вечером?

Джон: Программы?

Корреспондент: Ваш концерт. Как долго он продлится сегодня?

Пол: Тридцать минут, в каждом концерте.

Корреспондент: Вы постоянно меняете свою программу, или бывает…

Джон: Мы меняем ее в зависимости от города или штата, в зависимости от того, какая пластинка здесь наиболее популярна, тогда мы обычно меняем порядок песен. Так или иначе, везде вышло одно и то же количество пластинок.

Корреспондент: А как на счет того, когда вы в прошлом году играли на королевском Варьете для Ее Величества? Такую же программу, как обычно?

Пол: Да.

Джон: Тогда мы пошутили, потому что публика не кричала и могла расслышать наши слова. В этом единственное отличие.

Пол: И еще она была короче.

Корреспондент: В самолете из Сиднея вы рассказывали мне, по-моему, это был Джордж, когда я спросил: «Вам никогда не хотелось сыграть пантомиму, как группе «Битлз»?» Вы ведь давали специальное представление…

Джордж: O, да. Идея играть в пантомиме нам не нравится, поэтому мы сделали свое собственное шоу, которое было более или менее похоже на шоу поп-музыки, но мы появлялись каждые несколько минут, переодетыми, знаете, для смеха.

Джон: Никто не смеялся, кстати. Только мы сами.

Корреспондент: Во время английских гастролей вы делали на сцене какие-нибудь комедийные сцены?

Джордж: Нет. Только на наших рождественских шоу. А еще мы разыграли пару сцен в телешоу.

Корреспондент: Были у вас когда-нибудь проблемы с орущими поклонниками возле гостиницы, где вы останавливались на ночь? Вы можете спать в ситуациях такого рода?

Джон: Они никогда не орут всю ночь. Знаете, с таким я еще не сталкивался.

Корреспондент: Ну, вчера вечером они были там до полуночи.

Джон: (хихикая) Ну, знаете, я даже и не мечтаю, чтобы лечь спать раньше этого времени!

(смех)

Корреспондент: Вы не опасаетесь, что однажды будете травмированы из-за чрезмерного энтузиазма? Вы когда-нибудь получали травмы?

Пол: Не боимся, потому что нам еще ни разу не навредили. Возможно, если бы мы такое случилось, мы бы немного волновались на этот счет.

Корреспондент: В Южной Австралии, не только подростки сходят от вас с ума, но, может быть вы заметили сегодня, проехав из аэропорта, много взрослых… особенно бабушек…

Пол: Да.

Джон: Они великолепны!

Корреспондент: В Англии так же?

Джон: Ну, столько бабушек сразу я еще никогда не видел.

(смех)

Корреспондент: Вы производите впечатление очень внимательного человека. Вы замечаете, что происходит вокруг. Я заметил, находясь позади вашей машины, что вы могли наблюдать за всем происходящим, увидеть людей, стоящих с плакатами. Вы обращаете внимание на людей, не так ли?

Пол: Да, конечно!

Джон: Да.

Корреспондент: И вы в курсе того, что происходит вокруг?

Джордж: Да.

Джон: (хихикая) Думаю, что тебе обязательно. Тебя могут подстрелить.

(смех)

Корреспондент: Многие подростки в Ливерпуле, по всей видимости, немного разочарованы тем, что вы так давно не выступаете в «Пещере». Но почему?

Джон: Если бы мы выступали в «Пещере» часто, то никогда бы не добрались ни до Австралии, ни до Америки, и никуда вообще. Нам нужно было сделать выбор, понимаете. И большинство из тех, кто сейчас сожалеет, на самом деле не были там тогда, когда мы играли в этом клубе.

Корреспондент: Как Брайену удалось… ведь это он раскрыл вашу индивидуальность и объединил вас в группу?

Джон: Нет. К тому времени мы уже записали пластинку «Моя милая» (My Bonnie), и все эти никуда не годные записи для компании «Полидор». И подростки из «Пещеры» со всего Ливерпуля приходили в его магазин пластинок и спрашивали: «А у вас есть «Моя милая» группы «Битлз»? Ну, вот он и заинтересовался, спросил одного из одростков, кто мы такие. Он решил, что мы немцы. И пришел посмотреть. Мы играли в «Пещере», которая находилась от него в сотне ярдов.

 

Грейг Кук (Газета «Адвертайзер», 2014): «Во время пресс-конференции в Аделаиде в зал вошла девушка, своей внешностью напоминая Ринго, и села с «Битлз». Её имя Адель Эммануэль».

 

 

 

 

Адель Эммануэль: «Боб [Фрэнсис] был первым, кто назвал меня Ринго. На улице он воскликнул «Здравствуй, Ринго», и все повернулись, чтобы посмотреть на меня».

 

Грейг Кук (Газета «Адвертайзер», 2014): «Боб Фрэнсис познакомил двойника Ринго с Роном Тремейном, управляющему редактору журнала «Юный модник», который активно участвовал в организации концертов «Битлз» в Аделаиде. Тремейну было известно, что для Ринго было изготовлено специальное опаловое кольцо на память о посещении Южной Австралии».

 

Адель Эммануэль: «Именно Рон [Тремейн] решил, что я должна подарить Ринго опаловое кольцо, которое Аделаида сделала для него. Когда Ринго не смог приехать в Аделаиду из-за тонзиллита, Рон организовал мое присутствие на пресс-конференции, как ответ Аделаиды Ринго Старру. Я до сих пор храню то письмо, которое позволило мне пройти в отель «Южная Австралия» на пресс-конференцию. Меня провели в комнату на нижнем этаже и предложили прохладительные напитки, пока не пришло время подняться и увидеться с «Битлз». Я была очень большой их поклонницей, и не могла поверить, что встречусь с ними».

 

Грейг Кук (Газета «Адвертайзер», 2014): «Пресс-конференция была в самом разгаре, когда Адель в элегантном синем костюме, сшитом своими руками, была представлена как «Аделаидовский Ринго». Пол Маккартни несколько смутился, когда увидел, что она девушка, а галантный Джон Леннон встал и предложил ей свое место».

 

 

 

 

Адель Эммануэль: «Он [Джон Леннон] сказал мне: «Ты намного привлекательнее Ринго». Стул был очень низкий, и когда я села, то подумала, что меня не будет видно, так как мой рост всего 4 фута 11 дюймов Пол предложил мне сигарету, я отказалась, он сказал, что это хорошо».

 

 

 

 

 

Энн Доминго: «У меня была возможность коротко поговорить с Джоном, и после окончания пресс-конференции я буквально повисла у него на пиджаке, чтобы мы могли остаться с ними и поговорить некоторое время. Джон попросил у Дерека Тейлора разрешить нам с Хени остаться, и мы пообщались с ребятами об их музыке, других певцах и моде».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Грейг Кук (Газета «Адвертайзер», 2014): «В разгаре 1960-х молодой художник Питер Финдлей обнаружил, что он может заработать немного денег и произвести впечатление на девушек, рисуя портреты Битлов. Вряд ли он рассчитывал на самом деле встретиться с этими суперзвездами. Двадцатилетний художник подарил Бобу Фрэнсису и Рону Тремейну, занимающимися петицией приезда «Битлз» в Аделаиду, их портреты. Они были так впечатлены рисунками, что поручили ему нарисовать портреты Джона, Пола, Джорджа и Ринго. В пятницу 12 июня 1964 года, когда Финдлей в отеле нервно ждал «Битлз», случилась беда».

 

Питер Финдлей (художник): «Портрет Джона Леннона лежала на полу, и на нее встал какой-то неуклюжий дурак. Стекло разбилось, оставив шрам на лице Джона. Я позвонил багетному мастеру, объяснив ему чрезвычайность ситуации, но он не проявил к этому никакого интереса. Тогда я сказал ему: «Может быть вы больше заинтересуетесь этим, если я скажу, что клиента зовут Джон Леннон». Через несколько минут он уже пробивался к отелю сквозь толпу из 15 000 вопящих поклонников, отчаянно защищая стеклянную панель.

Джон, Пол и Джордж были в восторге от своих портретов. Я рассказал Джону историю о том, что произошло с его портретом, и он сказал: «Мне больше нравится идея заполучить на своей щеке отпечаток ноги». После чего Леннон написал мне длинную благодарственную записку».

 

 

 

Питер Финдлей с портретами Битлов.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

С Энн Доминго и Хени Нолл.

 

 

 

 

 

 

Питер Финдлей (художник): «В 1964 году мне посчастливилось встретиться и нарисовать портреты «Битлз». На снимке Джордж Харрисон, ведущий канала 9 Эрни Сигли (Ernie Sigley) и я. Эрни пытался взять интервью у Джорджа Харрисона, который в это время беседовал со мной о том, кто шьет им рубашки. Потом он рассказал, что рубашки его мама гладила им всем. Эрни смотрел на меня, как бы говоря мне: «Вали отсюда, парень, я хочу взять у него интервью!».

 

 

 

 

 

 

 

Питер Финдлей (художник): «В разговоре с Полом Маккартни ливерпульский диалект оказал свое влияние. Когда я спросил Пола, как ему понравилась эта живопись (paintings), он переспросил: «Пони?» (Ponies). Мы не получали никаких пони». Я выделил слово «живопись», после чего он воскликнул: «Аа, живопись! Лучшие живописные работы, которые мы когда-либо рекламировали».

 

 

 

 

 

 

Питер Финдлей (художник): «Когда я выходил из отеля, ко мне подошла настойчивая молодая девушка, убежденная, что я какая-то знаменитость. Мне не хотелось её разочаровывать, поэтому я сказал, что я брат Джорджа Харрисона. Счастливая она унеслась прочь с автографом от Питера Харрисона».

 

 

 

Джон приветствует поклонников с балкона отеля. Позади Джона фотограф зависнул над балконом второго этажа. Страж порядка не обращал внимание на фотографа до тех пор, пока Джордж не обратился к последнему с просьбой не мешать.

 

 

 

 

 

Боб Фрэнсис: «Им было скучно просто выходить на балкон, смотреть в толпу, возвращаться обратно. Мы смеялись, слушали шутки Джона, выпивали и дурачились, но никогда не заговаривали о том, что происходило за окном».

 

Кевин Ричи (региональный руководитель отдела рекламы «И-Эм-Ай»): «Сразу после пресс-конференции я увидел, как Джордж слоняется по отелю с чувством тоски по дому. Он чувствовал себя одиноким и немного уставшим от оказанного приема. Он сказал, что очень хочет вернуться домой. Перед отъездом из Англии у Джорджа, похоже, произошла какая-то ссора с Патти Бойд, и это молчание, эта тишина была острее на фоне того, что остальные звонили по телефону каждый вечер».

 

Алан Клейсон (автор книги «Великая четверка»): «Спор Джорджа с Патти перед самым вылетом в Австралию, судя по всему, произвел на Джорджа угнетающее впечатление».

 

Йорг Пиппер (автор книги «Фильмы и телехроника «Битлз»): «Джон все никак не мог приспособиться к смене часовых поясов, и частенько ошибочно звонил домой посреди ночи!».

 

 

 

Письмо Джорджа Харрисона: «12 июня. Дорогие мама и папа. Мы только что прибыли в Аделаиду, и толпа была обалденная. От аэропорта до городской ратуши мы ехали со скоростью около пяти миль в час, и на всем протяжении пути стояли люди. Когда мы добрались до ратуши, нам нужно было выйти на балкон, и вся улица была блокирована толпой. Я сделал много фотографий толпы и отправил пленку в «Дейли Экспресс», так что, если они опубликуют какую-нибудь из этих фотографий, то это должно будет появиться в новостях в понедельник или во вторник».

 

 

 

На улицах Аделаиды.

 

 

 

 

 

Боб Бирн (автор книги «Аделаида помнит, когда…»): «Чтобы купить билеты на концерт и получить лучшие места, подростки стояли в очереди три дня, ночевали в спальных мешках, многие прогуляли школу».

 

 

 

 

Марк Костелло: «Чтобы купить билет на концерт, я занял очередь с вечера, и прогулял школу, а на следующий день мое фото даже попало в новости».

 

 

 

Очередь за билетами протянулась на полтора километра.

 

 

 

 

 

Дебора Ферье: «Это был кошмар для родителей. Мы спали на улице. Рандл-Стрит была заполнена сотнями детей. Железнодорожная станция была единственным местом, где был туалет».

 

 

 

 

 

Восторг на лице девушки, которой удалось купить билет. То, что во время стояния в очереди она слушает радио, очень характеризует, насколько приезд «Битлз» был важным событием в Австралии»: они были главным событием страны.

 

 

 

Зал «Столетие», Аделаида.

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Выступление в зале «Столетие», Аделаида (Centennial Hall, Adelaide), совместно с группой «Корпорация звука» (Sounds Incorporated), Джонни Девлином и группой «Джонни Честер и Фантомы» (Johnny Chester and The Phantoms). Ведущим концерта был Алан Филд. На четыре концерта при вместимости зала 3 000 человек было подано 50 000 заявок»

 

Джонни Честер (австралийский певец-песенник): «По-моему, гастроли организовывали два или три промоутера. Среди них была компания под названием «Стэдиумс Лимитед». Она владела или контролировала три основные концертные площадки восточного побережья Австралии. Это был «Фестивальный зал» в Брисбене, сиднейский стадион и «Фестивальный зал» в Мельбурне. Потом появился парень по имени Кен Бродзяк, который, вероятно, был главным организатором гастролей.

Мне сделали предложение выступать на концертах «Битлз». Фактически предложение мне было сделано Диком Лином, управляющим директором, по-моему, «Стэдиумс Лимитед». Дик базировался в Мельбурне. Так вот, однажды Дик Лин позвонил мне. Это было в начале 1964 года. Я тогда шесть месяцев провел в Брисбене, и как раз вернулся домой. Через два дня после моего возвращения Дик позвонил мне, и сказал: «Я хочу, чтобы ты зашел переговорить». Итак, я зашел к нему. «В Австралию приезжают «Битлз», и я подумал, не захочешь ли ты принять участие в концертах», — сказал он. Он сказал именно так. Это не выглядело как выступать на разогреве. «Хочешь принять участие в концертах?» «Это было бы потрясающе», — ответил я.

«То, что мы организовываем, это будет по всей Австралии и Новой Зеландии. По два концерта за вечер, возможно, шесть вечеров в неделю». «Единственное, что мне нужно будет сделать, это переговорить со своей группой, потому что мне, вероятно, для этих выступлений понадобится еще один пианист, так как мой работает в банке», — сказал я. Никто из моих музыкантов не был профессионалом в части занятости. Это было их хобби. Я знал, что трое из них могли уйти. Поэтому я сказал: «Я поговорю с ними. Я спрошу у него, возможно, что он сможет оставить работу в банке на три недели». «О, нет», — ответил он. – «Нам не нужна группа. Там будет группа под названием «Фантомы», и они будут играть с тобой. Мы просто хотим тебя».

«Ну, тогда извини», — сказал я. – «Я не хочу участвовать в этих концертах». «Почему нет?» Я отвечаю: «Это группа «Чессмен». Мы выступаем вместе. Я не хочу работать без них». «Это будет самое грандиозное событие в Австралии. Это может стать для вас огромным ростом популярности», — говорит он. «Я знаю, что не выступлю хорошо с другой группой, так что, спасибо, но нет». «Слушай», — продолжает он. – «Поговори со своей семьей, поговори со своей группой, и расскажи им, что я тебе предложил. Подумай об этом и приходи через день-два».

Я вернулся домой и рассказал Лиз, моей девушке в то время, моим папе и маме, а также своей группе. Я рассказал им, что они приглашают меня выступать, но с другой группой. Они все повскакивали с мест и заговорили: «Ты идиот! Ты должен согласиться». Они убедили меня, чтобы я принял это приглашение.

Поэтому я вернулся к Дику Лину и сказал: «Хорошо. Большое спасибо. Я согласен». Вот так все и произошло. Что же касается выступлений на разогреве, то там был парень по имени Джонни Девлин. Джон был из Новой Зеландии. Думаю, что это было одной из главных причин его участия в концертах. Он жил в Австралии, выступал в Австралии, но на самом деле он был новозеландцем. Организаторы решили, что это будет хорошо. А «Фантомы» были частью всего этого. Еще была группа Брайена Эпстайна «Корпорация звука». Они были фантастическими. Ведущим был английский комик по имени Алан Филд.

Мне так и не удалось ни разу пообщаться с Ринго, потому что первый концерт был в Аделаиде, а Ринго не было до концерта в Мельбурне, который состоялся, вроде как на второй или третий день. В общем, мы познакомились с ними в Аделаиде. Тогда это были просто три молодых парня примерно одного возраста. Когда мы познакомились, в тот момент я, вероятно, сказал Полу Маккартни не более, чем «Как дела?». Но с Джорджем Харрисоном и Джоном Ленноном я провел за кулисами довольно много времени. На самом деле мы отлично поладили.

Когда я решил, что приму участие в концертах, я знал, что никому не будет абсолютно никакого интереса к тому, что я буду делать, поэтому мне нужно было найти что-то необычное для своего выступления.

Понятно, что эти толпы людей пришли только для того, чтобы увидеть Потрясающую четверку, поэтому, чтобы произвести впечатление и быть замеченным, мне нужно было сделать свое выступление уникальным. Мне пришла идея установить на сцене свое собственное освещение. В те дни во время выступлений все группы пользовались одной и той же системой воспроизводства звука и освещения, что была на концертной площадке, и было неслыханно, чтобы кто-то использовал особые эффекты. Но я решил, что должен сделать что-то, что может заставить зрителей, по крайней мере, потом вспомнить хотя бы одну из моих песен, что я исполнил. Поэтому я решил создать свою собственную систему сценического освещения.

Так что, я поведал своему другу, который помогал мне в хореографии, что я хочу исполнить «Лихорадку» (Fever) — старую песню Пегги Ли. Мне хотелось применить эффект, который я увидел в каком-то шоу «Черно-белых менестрелей» с труппой загримированных неграми исполнителей негритянских песен или что-то вроде того, где было использовано ультрафиолетовое освещение (прим. – «Чёрно-белые менестрели» — популярное театральное и телевизионное эстрадно-музыкальное представление. Передавалось по «Би-Би-Си-1» с 1958 по 1978 года. Мужчины в труппе были загримированы под негров). У них были белые перчатки и белые рубашки. Когда свет был выключен, ультрафиолет высветил все белое, что было на сцене. Так как в основном в этой песне использовался бас и барабаны, я хотел, чтобы у барабанщика были белые перчатки и палочки, окрашенные светящейся в ультрафиолете краской. У бас-гитариста тоже должны быть белые перчатки, также, как у клавишника, кторый должен будет имитировать игру на другом басе. Затем, я хотел, чтобы мое лицо подсвечивалось красным цветом. Итак, все, что вы, надеюсь, увидите на сцене, это белые перчатки, играющие барабанными палочками, белые перчатки, играющие на басу, и белые перчатки, играющие на бас-гитаре, в то время как мое лицо, покрытое красным гримом, подсвечено красным прожектором. Это было то, что я хотел сделать, но этого нельзя было найти в концертном зале. Поэтому я упаковал в большой чемодан все то, что мне достал мой друг: несколько ультрафиолетовых лент и люминесцентных ламп, а также небольшой прожектор, который помещался в чемодан вместе с красным гримом. Я возил его вместе со своим багажом в течение всех гастролей в Австралии и Новой Зеландии.

Этот эффект был довольно незаурядным для того времени. В те дни у нас не было команды техников. Я говорил со сцены осветителю: «Можно выключить свет?» Когда зал становился темным, начиналась песня. К моменту начала моей вокальной партии, я располагал прожектор под таким углом, чтобы его луч был нацелен снизу на мое лицо. Когда я начинал петь, у клавишника был включатель, и в точно назначенное время свет освещал мое лицо, и это было очень эффектно. Впервые мы использовали это в Аделаиде. Во время выступления я очень сильно нервничал, как вы понимаете. Я был из тех людей, кого тошнит перед тем, как выйти на сцену.

Во время выступления Джон Леннон смотрел за нами из-за бокового занавеса, и когда я покинул сцену, он спросил: «Откуда ты подчерпнул эту идею?» Я ответил, что в шоу от «Черно-белых менестрелей» с труппой загримированных неграми в белых перчатках. «Я решил, что в этой песне это может сработать». «Это было ох…но здорово!», — сказал он. – «Ох…но здорово!». Он меня очень поддержал этим, вы даже не можете представить, насколько. Он сказал, что никогда раньше не видел ничего подобного».

 

beatlesbible.com: «Брайен Эпстайн продал права на одно из выступлений «Битлз» 12 июня, которое было записано для радиопрограммы под названием «Концерт Битлз». Трансляция состоится 15 июня».

 

Бэрри Майлз: «Концертная программа «Битлз» была такой же, как в Дании и Голландии: «Я увидел ее, стоящую там» (I Saw Her Standing There), «Я хочу держать тебя за руку» (I Want To Hold Your Hand), «Тебе не надо так делать» (You Can’t Do That), «Всю мою любовь» (All My Loving), «Она любит тебя» (She Loves You), «Пока не появилась ты» (Till There Was You), «Перевернись, Бетховен» (Roll Over Beethoven), «Любовь не купишь» (Can’t Buy Me Love), «Этот парень» (This Boy) и «Долговязая Салли» (Long Tall Sally)».

 

 

 

 

 

 

 

 

Джонни Честер (австралийский певец-песенник): «Джимми Никол был симпатичным парнем и чертовски хорошим барабанщиком. Помню одно замечание барабанщика из группы «Корпорация звука», который сам тоже был прекрасным ударником. Это было еще до того, как появился Ринго, потому что Джимми как раз отыграл концерт в Аделаиде. Не помню, как я точно сказал, но что-то вроде: «Джимми по-настоящему хороший барабанщик, не так ли?». А он ответил: «Погоди, ты еще Ринго услышишь»».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Невилли Уэллера (Neville Waller).

 

 

 

 

 

Бэрри Майлз: «Вечером в своем гостиничном номере «Битлз» провели вечеринку, проигнорировав праздничную феерию в их честь на холмах Аделаиды».

 

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)