Съемки фильма «Вечер трудного дня».

24 марта 1964 г.

 

Бэрри Майлз: «В этот день восковые фигуры «Битлз» были выставлены в музее Мадам Тюссо в центре Лондона».

 

 

 

Комик Кен Додд с восковыми фигурами «Битлз».

 

beatlesbible.com: «Второй день съемок фильма в лондонском театре «Скала» (Scala Theatre, London)».

 

 

 

С художником по костюмам Джулией Харрис (Julia Harris).

 

 

 

С продюсером Уолтером Шенсоном.

 

 

 

 

Дэнис О’Делл (ассоцированный продюсер): «У меня возникла идея снять сцены телешоу в театре «Скала» на Шарлотт-Стрит. Я арендовал театр на неделю, и мы туда переехали со всеми нашими причиндалами».

 

Сцена 38.

(Дедушка и Шэйк сидят и пьют пиво с бутербродами)

 

 

 

 

(Парни спускаются по лестнице в бельэтаж театра)

 

 

 

 

Джордж: Ну и хрень, не так ли? Не могли даже вареньем угостить.

Джон: Мне ничего не досталось.

Пол: (с иронией обращаясь к дедушке и Шэйку) Что-нибудь осталось?

Дедушка: Уже все съели, Поли. Джордж, поставь своего Джона Генри на этой фотографии (прим. – John Hancock, или John Henry, — это по-американски значит «подпись», «автограф», «крестик». Джон Хэнкок — американский государственный деятель, сторонник Американской революции. Знаменит своей огромной, вычурной подписью, поставленной в Декларации независимости США. Его подпись была настолько огромной, что имя Джона Хэнкока в Америке стало разговорным синонимом слова «подпись». Вокруг этой выдающейся подписи впоследствии стали появляться разнообразные легенды и мифы. Так утверждалось, будто бы Хэнкок специально поставил такую крупную подпись для того, чтобы король Георг мог прочесть её без очков. Если кто-то просит вашего Джона Генри, это означает, что он хочет вашу подпись).

 

 

 

 

Джордж: Конечно (подписывает).

Пол: Ба! Глядите.

Ринго: Что такое?

Пол: Там внизу.

(Указывает на сцену, на которой небольшая армия студийного персонала устанавливает декорации, осветительные лампы, кинокамеры и звуковое оборудование)

 

 

 

 

Пол: Пойдем, поучаствуем.

Джон: Да, прежде чем нас кто-нибудь остановит.

(спускаются вдоль рядов к сцене)

Пол: Пошли, парни. Деревья и все такое.

Ринго: Многовато древорубов для одной декорации.

Пол: Я люблю деревья.

Джордж: (проходя мимо девушек) Гляньте на пташек.

 

 

 

 

 

Пол: Просто проходим мимо огней.

Джон: Ты где?

Пол: Здесь. Как дела?

Ринго: Доброе утро.

Пол: Эй, Нелл, где моя гитара? Ну, настроимся.

 

Сцена 39.

(На сцене все настолько заняты, что почти не замечают ребят, которые разбрелись по сцене, осматривая оборудование. На сцену устанавливают ударную установку. Кто-то на сцене громко спрашивает)

 

 

 

 

Голос: Как на счет этих электрогитар?

Шэйк: Где они?

Голос: Иди сюда, приятель.

Шэйк: (идя на голос) Иду.

 

 

 

 

 

 

 

 

Джерри Эванс (менеджер лондонского магазина «Город барабанов»): «Был изготовлен целый ряд пластин для большого барабана. Среди них были пластины, которые предназначались и для фильма. Например, была пластина, которая была установлена в фойе кинотеатра. Также одну из пластин хотел выставить музыкальный магазин. Музей восковых фигур мадам Тюссо в Лондоне хотел купить одну из них для своего битловского набора барабанов. С нашей точки зрения это все было рекламой для «Людвига». По-моему, мы делали это бесплатно. Так что за эти годы Эдди Стокс (прим. – автор логотипа «Битлз») нарисовал множество дополнительных пластин. Не знаю, сколько именно, но их было точно не менее шести. Все пластины ударной установки Ринго были Ludwig Weather Masters, но часто мы наносили логотип на пластину Remo».

 

 

 

 

 

(Ринго занимается установкой своих барабанов, остальные настраивают свои инструменты. Он роняет палочку и помощник режиссёра (актер Робин Рэй) поднимает её и легко ударяет по тарелке)

 

 

 

 

Ринго: Не трогай барабаны.

Помощник режиссёра: Конечно, я только попробовал. Я могу чуть-чуть коснуться.

Ринго: Ты плохо влияешь, я не в настроении.

Помощник режиссёра: Похоже вы самый капризный из всех.

 

 

 

 

 

Ринго: Вот как ты поступаешь. Ты прячешься за дымовой завесой буржуазных клише. Я же не вольничаю с твоими наушниками, не так ли?

 

 

 

 

Помощник режиссёра: Зануда.

Ринго: Ну и что!

 

(Ринго хлопочет над своими барабанами. Помощник режиссёра рассержен)

 

 

 

 

Джордж: Он очень ревностно относится к своим барабанам, они занимают главное место по его словам.

 

 

 

 

 

(Ринго демонстративно громко бъет по своим барабанам. Джон с Полом оставляют свои дела)

 

Пол: Что случилось?

Джордж: (указывая на Ринго) Он снова не в духе.

Джон: Я ему покажу.

 

(Джон поднимает барабанные палочки и подходит за спину к Ринго, который расставляет свои барабаны. Все берут свои инструменты, и Джон начинает играть «Если я влюблюсь» (If I Fell))

 

 

 

 

 

 

 

 

(Ринго хмуро продолжает заниматься своими барабанами, потом садится за ударную установку, постепенно смягчается и начинает улыбаться)

 

 

 

 

 

 

Фото Дэвида Хёрна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Джон: Прошу прощения, извините. Прошу прощения.

Ринго: Да?

Джон: Нужно больше барабанов. Здесь.

Пол: Я думаю, в третьем такте…

Джордж: Да-да.

Джон: В третьем такте – здесь – больше барабанов.

 

 

 

Фото Макса Шелера.

 

 

 

Фото Дэвида Хёрна.

 

 

 

Фото Макса Шелера.

 

 

 

 

 

Фото Макса Шелера.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фото Дэвида Хёрна.

 

 

 

Фото Дэвида Хёрна.

 

 

 

 

Фото Макса Шелера.

 

 

 

Фото Дэвида Хёрна.

 

 

 

 

 

 

 

Фото Макса Шелера.

 

 

 

 

 

Фото Дэвида Хёрна.

 

 

 

 

 

 

Фото Дэвида Хёрна.

 

Дэвид Хёрн (фотограф): «Они скорее больше играли на своих инструментах, нежели исполняли свои роли. Им не нравилось петь под фонограмму, поэтому в фильме они на самом деле пели вживую. Казалось, что Пол с Джоном полностью понимали друг друга. Не было соперничества, только настоящая любовь и уважение. Было здорово наблюдать за ними на сцене. Несмотря на их очевидный талант, они были очень скромными. Они подчеркивали, что есть более способные музыканты. Их музыкальная ограниченность подстегивала их».

 

 

 

 

 

 

 

 

Сцена 40.

(Когда песня закончилась, на сцену выходит лысоватый мужчина. Это режиссер)

 

 

 

 

 

Режиссер: (с чрезмерно преувеличенным спокойствием) Хорошо. Я сожалею, и не будем больше об этом говорить. Если это ваше мнение, то не будем больше об этом говорить. Возможно, что вы правы. Послушайте, если вы считаете, что я не отвечаю требованиям, то давайте начистоту. Я неприемлю эту закулисную политику.

(к концу своей тирады он останавливается напротив Джона)

 

 

 

 

Джон: Вам что-то не нравится в нашем выступлении?

 

 

 

 

Режиссер: Честно говоря, не ожидал, что музыканты начнут заниматься организационными вопросами.

Джон: (обращаясь к остальным) Я мог бы слушать его часами.

Пол: Что вы имеете против музыкантов?

Режиссер: Мистер Маккартни!

 

 

 

 

 

(в этот момент из-за спины режиссера появляется дедушка)

 

 

 

 

Дедушка: Эй, Поли, они пытаются тебя обмануть, эти музыкальные шарлатаны, но я все проверил.

Режиссер: Я рад, что меня заменят.

Дедушка: Твой сотрудник даже не видит разницы между роком и роллом.

Режиссер: Это никогда не входило в мои обязанности. Я занимаюсь только телекамерами.

Дедушка: (указывая на режиссера) Типичный перестраховщик.

 

 

 

 

Режиссер: Я получил награду.

Джон: Правдоподобная история.

Режиссер: Она висит в моем офисе.

 

(на сцене появляется Норм)

 

 

 

 

Норм: Привет, все счастливы?

 

(все молча на него посмотрели)

 

 

 

 

Норм: Ладно. Если они вам не нужны, я запру их в гримерке.

Режиссер: Пожалуйста. Они не понадобятся мне в течение получаса. Спасибо.

 

(режиссер удаляется, попутно дав распоряжение помощнику режиссера)

 

 

 

 

Режиссер: Принеси мне молока и транквилизаторы.

 

 

 

 

 

Норм: Пойдемте. Ключи у меня.

 

(обращаясь к Ринго)

 

 

 

 

Норм: Потарапливайся, Ринго.

 

beatlesbible.com: «В перерыве Джон Леннон дал интервью австралийскому телеведущему Диббсу Мэзеру (Dibbs Mather) о вышедшей накануне книге «Написано собственноручно» (прим. – ранее Диббс Мэзер брал у «Битлз» интервью 10 декабря 1963). Интервью было взято для службы зарубежной трансляции «Би-Би-Си» (BBC Transcription Service)».

 

Сцена 54.

 

 

 

 

 

 

 

Режиссер: Где они? Я спрашиваю, где они?

Помощник режиссера: Уже идут. Они придут, они обещали.

Режиссер: Если они не будут здесь через тридцать секунд, то будут проблемы!

 

 

 

 

(Появляются ребята, берут свои инструменты и начинают играть «И я люблю её» (And I Love Her)).

 

 

 

 

 

 

Уолтер Шенсон (продюсер фильма): «В фильме были применены нетрадиционные методы съемки. Лестер посадил кинооператора на маленький вращающийся стул, который был прикреплен к  потолку над сценой, и он следовал за движениями Пола по кругу на все 360 градусов, когда он пел «И я люблю её» (And I Love Her)».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Сцена 51

(Дедушка спускается по лестнице в пространство под сценой, и находит наиболее освещенное место)

 

 

 

 

(После чего достает фотографию с автографами «Битлз», и начинает копировать их подписи)

 

 

 

 

(Через мгновение кто-то начинает спускаться по лестнице. Дедушка прячется)

 

 

 

 

Голос Норма: Здесь никого нет.

Голос Шэйка: Они прошли этим путем. Здесь никого нет, куда же они пошли?

 

 

 

 

(Дедушка стоит на какой-то платформе, и, нервничая, задевает какой-то рычаг. Платформа медленно начинает подниматься вверх).

 

Сцена 52

(На сцене идет репетиция оперетты Штрауса)

 

 

 

 

(В центре сцены появляется поднимающийся вверх удивленный дедушка)

 

 

 

 

 

 

 

Режиссер: Что это? Так не должно быть, не так ли? Уберите его!

 

Ричард Лестер (режиссёр-постановщик): «Когда мы снимали в театре «Скала», фанаты ножовками пропилили железные прутья дверей пожарного выхода».

 

Дэнис О’Делл (ассоцированный продюсер): «Был один случай, когда подростки воспользовались лестницей и взобрались на крышу, пытаясь перебраться на крышу театра «Скала», так как я запер двери, чтобы остановить незваных гостей».

 

 

 

Список актёров и технического персонала, вызываемых на съёмку с автографами «Битлз».

 

 

 

Журнал «Высший класс» (Fabulous), 24 марта 1964: «Первой пластинкой, которую когда-либо купила Джейн Эшер, была «Ваша жевательная резинка теряет свой вкус (На постели за ночь)?» (Does Your Chewing Gum Lose Its Flavour (On The Bed Post Overnight)?) Лонни Донегана.

«С тех пор я сильно изменилась», — говорит Джейн. Она задумчиво приглаживает назад свои длинные рыжие волосы. – «Сейчас мне очень нравится ритм-энд-блюз. Чак Берри и Сони Бой Уильямсон – два моих любимых».

Единственное, что она сильно не любит в мире музыки – это традиционный джаз.

«Я просто его не люблю. У меня от него зубы сводит. Что-то из современного джаза мне нравится. У меня есть пластинки Дэйва Брубека и Дюка Эллингтона, и мне они нравятся».

Некоторое время назад Джейн ходила на прослушивание в одну из звукозаписывающих компаний, чтобы записать пластинку.

«Я дрожала, как лист», — говорит Джейн. — «И песня звучала как ржавая дверь на очень скрипучих петлях. Она никогда не издавалась. Как певица, я очень хорошая актриса».

В этот момент в комнату вошел Питер, брат Джейн. В их семейном сходстве не ошибешься. У Пита более короткая копна этих великолепных рыжих волос, которыми по праву гордится Джейн.

«Вот звезда нашей семьи», — говорит Джейн, знакомя меня. – «Пит только что записал свою первую пластинку вместе со своим школьным приятелем по имени Гордон».

Эта песня называется «Мир без любви» (World Without Love) и ребята назвали себя просто как «Питер и Гордон».

«Кто её написал?»

«Джон с Полом», — ответила Джейн.

«Какой Пол?» — невинный вопрос с моей стороны. Джейн бросила уничижительный взгляд. Уходя, мой вид был довольно уничижительным».

 

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)




5 + 2 =