Выступление в кинотеатре «Астория», Финсбери Парк (Astoria Cinema, Finsbury Park)

9 января 1964 г.

 

 

64-01-09-BA21

 

Сотрудники лондонской фирмы, занимающиеся изготовлением париков, Чарли Джеффриз и Эрик Джоуси, осматривают последнюю партию париков «а ля Битлз», которые они разработали. По данным компании, спрос на парики Битлз превысил 2000 штук в день. 

 

Из дневника девушки Лайзы: «9 января 1964 г. Великий день! Сегодня после школы я зашла в магазин грампластинок. Момент получился очень удачным. Билл представил меня мужчине с нелепым длинноволосым париком на голове. Оказалось, что этот парень ответственный за продажи в фирме «Кэпитол». Он сказал мне, что все мужчины в фирме «Кэпитол» по распоряжению руководства носят парики «Битлз». Несколько штук он принес в магазин Биллу. Я попросила его дать мне один из них, но он сказал, что они предназначены только для служащих магазина. Потом он достал рулон наклеек. На каждой из них были изображены четыре лохматые головы. Надпись гласила: «Битлз прибывают!» Выглядели они круто! Он дал Биллу около дюжины таких наклеек. Когда я попросила его, дать мне такую наклейку, он просто отдал мне все оставшиеся!!! Еще он сказал мне, чтобы я взяла их с собой в школу, пусть их наклеивают везде: на шкафчиках, в туалете и везде, где их можно увидеть. После того, как я заверила его, что расклею их повсюду, он дал мне еще два рулона, чтобы я раздала их своим друзьям. Затем парень из «Кэпитол» извлек около дюжины белых и розовых значков и передал их Биллу. На значках было изображение каждого из «Битлз» и надпись «Поддерживаю Битлз!». Он дал мне семь значков! Два разрешил оставить у себя, а остальные раздать моим друзьям.

После того, как он ушел, Билл сообщил мне невероятную новость. Он сказал, что «Кэпитол» решили выпустить в продажу альбом «Битлз» не в середине февраля, а 20 января!!! Затем он сообщил, что заказал одну сорокапятку и альбом «Битлз», выпущенных кампанией «Ви-Джей». Эта фирма выпустила сорокапятку с песнями «Пожалуйста, доставь мне удовольствие» (Please Please Me) и «От меня тебе» (From Me To You). Билл пояснил, что это новая пластинка с двумя песнями на обеих сторонах диска. Альбом называется «Представляем (вам)… Битлз» (Introducing The Beatles). Билл ждет пластинки завтра, поэтому ясно, куда я пойду после школы».

 

Бэрри Майлз: «Четырнадцатое выступление в кинотеатре «Астория», Финсбери Парк (Astoria Cinema, Finsbury Park), Рождественское шоу».

 

64-01-09-rb21

 

Газета «Дейли Геральд» от 9 января 1964. Карикатура на злобу дня: группа «Пятерка Дейва Кларка» заняла первое место в хит-параде «На вершине популярности». Подпись под рисунком: «Ничто в жизни не длится вечно, дорогая – слава Греции, Британская империя, Битлз…».

 

 

64-01-09-rb31

 

Газета «Дейли Мейл» от 9 января 1964. Группа девушек у служебного входа. На афише название выступающей группы: «Пятерка Дейва Кларка». Подпись под рисунком: «Должно быть она старая. Она может вспомнить, когда Битлз были на вершине популярности!».

 

(условная дата)

 

Спенсер Лей (журналист): «Альфред Леннон и Чарли Леннон (прим. – отец и дядя Джона Леннона) посетили одно из рождественских выступлений в Финсбери Парке».

 

Чарли Леннон: «Люди говорили мне: «В «Битлз» кое-кто похож на тебя». Я отвечал: «Там нет никого, кто на меня похож».

 

Спенсер Лей: «Этим человеком был Джон. Он [Чарли Леннон] связался с Альфредом, и они, не зная о Джоне Ленноне, направились на рождественские выступления «Битлз» в лондонский Финсбери Парк».

 

Хантер Дэвис: «Фред мыл посуду в гостинице в Эшере. Однажды уборщица принесла ему фотографию Джона из газеты и сказала: «Если это не твой сын, Фредди, тогда я не знаю».

 

Альфред Леннон: «Она сказала, что в той груп­пе есть парень с такой же фамилией, как у меня, и голос у него похож на мой, только, конечно, хуже. Я никогда о них ничего не слышал».

 

Синтия: «Он [Альфред Леннон] не интересовался поп-музыкой и, похоже, не знал, что его сын знаменит, пока его коллега не показал ему фотографию Джона в газете и не спросил, является ли он его родственником».

 

Хантер Дэвис: «С 1945 года, когда Джону было пять лет и вплоть до 1964 года отец Джона, Фред, не утруждал себя попытками увидеть сына или хотя бы что-нибудь о нем разузнать».

 

Синтия: «Когда Альф понял, что его сын, от которого он ушел двадцать лет назад, теперь стал миллионером, он тут же захотел возобновить с ним отношения».

 

Спенсер Лей: «Альфред захотел встретиться с сыном, но Джон захлопнул дверь перед его лицом».

 

Хантер Дэвис: «Фред пытался снова увидеться с сыном и однажды заявлялся к Джону домой без предупреждения, но дверь захлопывали прямо перед его носом».

 

Чарли Леннон: «Он [Альфред] был паршивой овцой в семье. Мими, которую я называл Злой Ведьмой Вултона, отравила его [Джона] на счет Леннонов. Я написал Джону дурно пахнущее письмо, сказав ему, что он не должен верить во все эти наговоры. Он примирился со своим отцом и пригласил меня прогуляться около дома. Он сказал: «Чарли, ты такой же, как я, у тебя во рту две левых ноги (прим. — you’ve got two left feet in your mouth. Идиома «to put your foot in the mouth» – дословно «засунуть ногу в рот», означает «ляпнуть что-то, не подумав»)».

 

Спенсер Лей: «Чарли Леннон продолжал работать в ресторане».

 

Чарли Леннон: «Люди спрашивали меня: «Ты дядя Джона Леннона, почему ты работаешь здесь?». Я отвечал: «Видите ли, я работал еще до того, как родился Джон, и всегда буду работать. Он герой рабочего класса, но я Леннон — рабочий класс».

 

Брайен: «Весь этот бизнес стал невыносим для меня – переезды, телефон, переговоры и сделки, безжалостные социальные обязанности, безпочвенность моей жизни и явно тяжелые усилия оставаться наверху. Несколь­ко месяцев напряжение росло, и я почувствовал, что моя жизнь — это ужасная неразбериха. Затем внезапно я осознал, что все в моих руках — мне не нужно больше продолжать. Я могу избавиться от своей доли в моих ар­тистах и жить остаток жизни как хочу, очень удобно и с шиком.

Однажды вечером я был с одним журналистом — он сейчас работает в моем штате — и мы обедали в клубе «Рембрант» в Ливерпуле. Он брал у меня интервью для статьи, которая должна была быть опубликована 14 января, чтобы совпасть с отъездом «Битлз» в Париж. Мы говорили на обычные темы — беспрецендентный успех «Битлз», его причины и послед­ствия, будущее и т.д. Я сказал, что трудно предвидеть будущее и жур­налист мимоходом спросил, как это делают репортеры: «Думаете, вы когда-нибудь продадите Битлз?»

Минуту я не отвечал, отвернувшись в сторону. Он позволил паузе затянуться, справедливо полагая, что молчание смутит меня. Я взял кусо­чек сельдерея и положил его себе на тарелку. «Это трудный вопрос», — ответил я. – «Не думаю, что сделаю это». «Посмотрите мне в глаза», — сказал журналист, — «и скажите: «Я никогда не продам Битлз».

И вновь я отвернулся и не ответил. Я чувствовал себя скверно. Я бы не поверил шестью месяцами ранее, что настанет момент, когда у меня будут хоть малейшие сомнения о будущем «Битлз», или, если уж на то пошло, моих артистов.

Но правда заключалась в том, что в ту неделю я не мог решить, остаюсь ли я или нет в бизнесе как единственный управляющий велико­лепных молодых людей, которые так изменили мою жизнь. Только в тот день мне было сделано одно реальное, с немедленной оплатой наличными, предложение в 150 000 фунтов за долю в «Битлз», а три дня спустя в одном лондонском ресторане я обедал с человеком, который сделал это предло­жение,

Предложение было такое: за 50 процентов доли всех моих артистах и менед­жерских компаниях я получаю 150 000 фунтов, последнее слово относитель­но вида деятельности «Битлз» и ослабление напряжения, но в результате моя власть станет ограниченной. Хоть я и не находил это очень привле­кательным, это было бы окончанием многих переживаний и напряжения.

Я сказал своему всесильному компаньону: «Мне нужно время. Вам известна моя точка зрения, но я должен сделать одну вещь. Я должен сказать об этом «Бит­лз».

В уме я сформировал законченный план. Я продам «Битлз» и всех своих артистов за исключением одного, которого я сохраню под единоличным руководством. Я стану персональным менеджером всех последующих артис­тов и агентство, с которым я заключу сделку, возьмет на себя всю голов­ную боль и большую часть дохода.

Но сперва я должен был увидеться с «Битлз». Я встретил их у себя на квартире и спросил их: «Как бы вы отнеслись, если бы (некто) взял вас?», и Джордж, не поднимая глаз, пробормотал: «Ты шутишь».

«Никогда в своей жизни я не был более серьезен, чем сейчас», — сказал я, а Ринго произнес: «Скажи нам еще раз». Я повторил: «Как бы вы отнеслись к этому? Это очень хорошее агентство». Джон, битл-литератор, ответил: «Мы почувствуем себя обманутыми». Пол сказал что-то схожее, хотя и менее вежливо, а я продолжил: «Вы, кажется, не слишком-то воодушевлены».

И они все посмотрели на меня как на сумасшедшего. Я сказал: «Вы должны это знать. Я не уверен, что могу сделать для вас все, что дол­жен. Организация разрастается и давление немного велико. Быть может вам будет лучше где-то еще».

«Битлз» молчали. Они никогда не представляли разрыв в наших отноше­ниях, и я, как только мог убедительно доказывал, что это может быть в их собственных интересах, хотя чем дольше я говорил, тем меньше убеж­дал самого себя. Наконец я замолчал и спросил: «Ну?». Пол ответил: «Про­давай нас, и мы полностью все прекратим. Завтра же мы все бросим».

 

Питер Браун: «Битлз» были шокированы, когда узнали о намерении Брайена продать «НЕМС». В любом случае соглашение Брайена со Стигвудом их никоим образом не касалось».

 

Пол: «Мы предупредили Брайена, что, если он продаст нас Стигвуду, мы будем записывать только вариации на тему гимна «Боже, храни королеву».

 

Брайен: «Это было все, что мне было нужно, и я был сражен их отношением. Их верность была поразительной, и я почувствовал, что никогда не смогу их оставить. До того времени, думаю, я никогда не осознавал ее глубины и никог­да я не знал, насколько они гордились мной как своим руководителем. Я вернул­ся к тому человеку и сказал: «Спасибо за ваше предложение, но я не могу принять его. Думаю, всех денег в мире будет недостаточно». Он был очень расстроен, и я подозреваю, раздражен, но Бог дал нам язык, чтобы скрывать свои мысли и он ответил: «Хорошо, Брайен. Это справедливо. Хотя это была бы отличная сделка».

В том то все и дело. «Битлз» — это не договор или сделка. Они уникальные люди и я верю, что даже если все это прекратится, я всегда буду с «Битлз». Я бы хотел заботиться о них каким-либо образом всю жизнь, не потому, что хочу иметь долю, а потому, что они мои друзья. Со времени тех январских сомнений я не поколебался в своей решимости сохранить единоличное управление, так как я никогда бы не мог быть уверен, что кто-то другой будет заботиться о них так, как они того заслуживают».

 

Тони Бэрроу: «Вначале Эпстайн хотел, чтобы в своей работе я сделал упор на управлении, руководстве и продвижении восходящих звёзд «НЕМС». Мало кто из менеджеров или агентов охватывал все эти сферы. Для меня было очевидно, что Эпстайн начинает рассматривать поп-певцов и рок-ансамбли не просто как способ быстро заработать деньги. Он отдавался работе с душою, и его целью было выстроить и поддерживать карьеру его звёзд.

Мифом, укоренившимся повсюду в то время, когда Эпстайн подписал контракт с «Битлз», стало то, что он открыл группу, как неизвестную, и распознал величину её таланта раньше всех остальных. Немного менее захватывающая дух правда состояла в том, что «Битлз» уже были самым популярным местным ансамблем в Мерсисайде к тому времени, когда Брайен Эпстайн заинтересовался ими в конце 1961 года. Брайен Эпстайн стал менеджером группы, которая уже была очень популярна на северо-западе Англии.

Из-за того, что «Битлз» поднялась до таких огромных высот настолько феноменально быстро, Эпстайну пришлось вести дела с «самыми толстыми сигарами» шоу-бизнеса при отсутствии такого рода опыта. Была большая разница между продажей записей «лучшей двадцатки» на уровне розничных продаж и продажей выступлений звёзд из «лучшей двадцатки» телевизионным продюсерам и бухгалтерам. Он прятал свою неопытность за блефом. Ведущие деловые магнаты часто предлагали особую плату битлам за выступления в течение недели летом в театре на берегу моря или в специальной телевизионной передаче, а у Эпстайна не было ни малейшего понятия, является эта сделка хорошей или плохой. Поэтому он начинал юлить, обещая  вернуться с ответом на следующий день. Тем временем он просил совета у своего нового лондонского юриста, Дэвида Джекобса, который, вероятно, часто подтверждал, что плата справедлива, и предложение следует принять.

В то же самое время, господин «Толстая сигара» беспокоился, что он теряет «Битлз» просто потому, что не предложил достаточно денег, поэтому на следующее утро первым же делом позвонил насчёт более высокой цены. Брайен, восхищённый таким лёгким результатом, отточил этот способ ведения дел, превратив свою профессиональную слабость в достоинство. Бывало, он хвастался перед нами: «Я никогда не соглашаюсь на первую цену, которую мне предлагают, потому что всегда последует цена получше».

Точно также, он никогда не шёл на попятный при уже заключённых сделках. Всякий раз, когда битлы мчались к вершине хит-парадов поп-музыки со своим новым синглом-хитом или альбомом, их способность заработать шла вверх, но Эпстайн, заключивший сделку с бухгалтером какого-нибудь клуба или организатором концерта задолго до этого, никогда не просил наличные сверху. Вымогание дополнительной платы было не в его стиле, и агенты во всём этом бизнесе начинали уважать его за это. Его непостижимые методы ведения дел, холённая изысканность, воплощённая в его публичном образе и его мудрый имидж среди молодых ливерпульских музыкантов, менеджером которых он являлся, сводились к поразительно различным деформациям менеджер-агент в лондонских кругах шоу-бизнеса в середине шестидесятых.

Запустив «Предприятия НЕМС» сначала лишь в качестве средства управления для Джона, Пола, Джорджа и Ринго, Эпстайн начал с пугающей скоростью подписывать контракты с другими исполнителями. Создавалось впечатление, что он хочет посадить на контракт сливки мерсисайдской поп-музыки прежде, чем кто-нибудь другой доберётся до них. Я никогда не был уверен в том, сколько из этого было напыщенным выпендрёжем Эпстайна, выхватывающего самые популярные ансамбли мерсибита из под носа возможных соперников, и как сильно он на самом деле ценил мастерство ансамблей и певцов, которых он привлекал под наш контроль».

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)