Выступление в зале кинотеатра «Гомон», Саутгемптон (Gaumont Cinema, Southampton)

13 декабря 1963 г.

 

Дмитрий Мурашев (dmbeatles.com): «Синглы «Битлз» занимают 1 и 2 место, миниальбомы 1, 2 и 3, альбомы 1 и 2 место в хит-параде британского издания «Рекорд Ритейлер».

 

Бэрри Майлз: «Выступление в зале кинотеатра «Гомон», Саутгемптон (Gaumont Cinema, Southampton). Последний концерт в рамках осеннего турне».

 

beatlesbible.com: «До этого группа выступала на этой концертной площадке 20 мая 1963 года. Следующее выступление состоится 6 ноября 1964».

 

 

63-12-13-BC21

 

63-12-13-KB21

 

Автографы, подписанные группой 13 декабря 1963 г.

 

 

63-12-13-SB21

 

13 декабря 1963 «Новый Музыкальный Экспресс» вышел со статьей Алана Смита: «Добро пожаловать домой! Пронзительно кричали чайки, над мутной рекой гудел паром, рядом со мной прошла девушка, напевая «Благослови их всех, Джона, Ринго, Джорджа и Пола». Битловская обувь, битловские книги и битловские снимки, все это можно было купить практически на каждом углу темных, пропитанных дождем улиц. Таким был Ливерпуль в эту субботу [7 декабря 1963], с гордостью приветствующий вернувшихся в свой родной город длинноволосых знаменитостей, потрясших индустрию грамзаписи. «Битлз». 

Возле театра не было никаких беспорядков, не было толп народа. «Они привыкли к нам в Лиддипуле», – заключает Пол Маккартни, скрывая сдержанную ухмылку, — «Мы здесь выступали раньше!». Может и привыкли, но прием «Битлз» был далеко не умеренным, когда в этот субботний день сразу после 14.30 они выскочили на сцену городского театра «Империя», готовые выступить на двух шоу для телевидения «Би-Би-Си». Первое шоу, «Жюри музыкального автомата», в котором приняла участие вся четверка «Битлз», стала самой шумной и громогласной из всех, когда-либо показанных на экране.

Техники «Би-Би-Си» прибыли в Ливерпуль за 24 часа до этого, доставив комплекс оборудования для внестудийного телевещания, проведя почти военную операцию, чтобы завершить каждую деталь. Но получилось не совсем так, как планировалось.

На первый съезд фан-клуба «Битлз» со всех концов Северной Англии съехалось 2500 поклонников. Они кричали, вопили и визжали, и этот шум слился в один глухой, напряженно свистящий звук, давящий на барабанные перепонки, и вызвавший у технического персонала «Би-Би-Си» истеричное беспокойство. Так или иначе, но они надеялись сделать все, чтобы «Битлз» смогли услышать миллионы телезрителей, которые, как ожидалось, вечером будут смотреть это шоу.

Я приехал в Ливерпуль, чтобы дать репортаж для «Нового музыкального экспресса», и в субботу рано утром ждал их прибытия в театр.

Для самих «Битлз» день начался довольно спокойно. Пол с Джоном прилетели из Лондона; Ринго с Джорджем приехали на машине из своих домов, расположенных за пределами города.

Репетиции прошли утром, прервавшись на обед в час дня. Группа заказала обед с доставкой за 9 шиллингов 9 пенсов (прим. – до перехода на десятичную систему в 1971 г. фунт делился на 20 шиллингов, а каждый шиллинг состоял из 12 пенсов). Обед состоял из трех блюд и включал шотландского лосося, белую мускатную дыню, жаркое из мяса молодого барашка, куриный фарш и пирог с крыжовником.

Сразу после 13.30 зрители заполнили зал театра и первые звуки «Мы хотим…» эхом разнеслись по аудитории. Но это было не про «Битлз»! «Мы хотим Фреду!», — кричали поклонники, и на сцену вышла Фреда Келли, привлекательная девушка, секретарь клуба. Следом за Фредой на сцену вышли секретари Энн Коллингэм и Беттина Роуз (в Лондоне они получают около 1000 писем в день!). Все вместе они составляли «второе жюри» на этом шоу.

Оба шоу прошли достаточно хорошо и, возможно, вы смотрели их по телевизору, но по причине, о кторой я объясню позже, «Битлз» ими довольны не были, считая, что они могли быть лучше.

Когда телезапись в «Империи» закончилась, я направился вместе с группой по безлюдной, мощеной улице, пролегавшей за кинотетаром «Одеон». Позже вечером там должно было состояться два выступления. Удивительно, что улица была совершенно безлюдной? На самом деле, нет. Полицейские барьеры из констеблей перекрыли ее с обоих концов. Полиция была везде. В дверных проемах, на углах, скрытые в тени, а шесть или более из них втиснулись в узкий служебный вход.

Меры безопасности были настолько серъезными, что даже родители Ринго, господин и госпожа Старки, обнаружили, что они не могут попасть в театр, минуя длинную очередь.

В гримерку «Одеона» спешно принесли телевизор. Антенны не было, поэтому к вешалке прикрепили кусок проволки. Некоторое время все это работало достаточно хорошо, когда мы все смотрели программу «Теледуралеи». Потом помехи начали портить картинку настолько сильно, что группа не смогла бы увидеть себя во время «жюри». Я попробовал все исправить, но неудачно. Тогда попытался Джордж (который раньше был помощником электрика). Ничего не изменилось!

Было решено пригласить телевизионного инженера. Оставалось всего 15 минут до того, как программа должна была выйти в эфир! Он пришел всего за несколько минут. Внезапно все наладилось. Какое было мнение «Битлз» об этом шоу? Не очень высокое. «Со звуком все неправильно», — сказал Пол, — «они показывают меня с Джорджем, когда поет Джон. По-моему, Джона на «Би-Би-Си» ненавидят!». «Думаю, что по этому поводу тебе придется подать на «Би-Би-Си» в суд!», — ухмыльнулся Джордж.

Определенно, что Битлы являются своей самой взыскательной аудиторией, выразив свое разочарование результатом работы. Учитывая, сколько писемь такого же содержания пришло в офис «НМЭ» в понедельник, очевидно, что многие телезрители разделили их точку зрения. 

Программа закончилась, они все поднялись, чтобы подготовиться к своему второму концерту в «Одеоне». «Я надеюсь, что зрители не примут его слишком плохо», — произнес Джон, и, ухмыльнувшись, добавил: «Думаю, что нам нужно будет добиться гарантии хорошего звукового баланса, прежде чем мы с «Би-Би-Си» запишем еще одно телешоу!».

 

Брюс Спайзер (журналист): «Три дня спустя [после выхода в эфир 10 декабря четырехминутного сюжета о «Битлз» в вечерних новостях «Си-Би-Эс» Уолтера Кронкайта] «Си-Би-Эс» выпустило пресс-релиз, в котором объявило, что «Битлз» — чрезвычайно популярный квартет английских звезд звукозаписи, совершит свою первую поездку в Соединенные Штаты 7 февраля, чтобы принять участие в своем американском теледебюте в шоу Эда Салливана 9 и 16 февраля.

Это объявление побудило Сида Бернстайна связаться с Эпстайном в надежде заполучить «Битлз» на выступление в престижном нью-йоркском Карнеги-Холле. Хотя считается, что Бернстайн позвонил Брайену еще за несколько месяцев до того, как Салливан заключил соглашение с «Битлз», это не так. В интервью 1964 года Бернстайн сказал следующее: «Я продолжал читать о «Битлз» [в Британских газетах], и когда Салливан подписал с ними соглашение, я получил номер Эпстайна и позвонил ему».

 

Джон Ковач (директор института популярной музыки рочестерского университета): «Нью-йоркский промоутер Сид Бернстайн называл себя не иначе как «человеком, который доставил «Битлз» в Америку». Однако, часто рассказываемая Бернстайном история о том, как он организовал два выступления «Битлз» в «Карнеги-Холле» 12 февраля 1964, была поставлена под сомнение экспертом Брюсом Спайзером. Основным предметом спора относительно Бернстайна является то, что он договорился о выступлении «Битлз» еще до того, как Эд Салливан начал переговоры об их участии в его воскресном шоу 9 февраля. Более пристальный взгляд на историю Бернстайна, а также ту, что рассказывает Салливан, показывает, что существует вероятность некоторых неточностей у обоих. Но более широкий взгляд на обстоятельства, сопутствовавшие восхождению «Битлз» осенью 1963, позволяет установить наиболее вероятный сценарий развития событий, и при этом сохранить основную суть обеих историй и исправить ошибки, так часто присутствующие в изложениях средств массовой информации.

Сид Бернстайн утверждает, что связался с Брайеном Эпстайном весной 1963 года. Несмотря на то, что такая возможность вполне допустима, более вероятно, что этот контакт состоялся в ноябре, поскольку Бернстайн назвал Бада Холливелла (Bud Halliwell) тем человеком, кто дал ему номер телефона Эпстайна (в то время Холливелл был связан с Эпстайном, помогая последнему продвигать на рынке пластинки «Битлз»). Эпстайн был готов подписать соглашение с «Юнайтед Артистс» на выпуск фильма и с Салливаном на участие в телешоу еще до того, как у «Битлз» появится в США хит, потому что оба соглашения могли рассматриваться как способствующие продвижению на рынке. Однако Брайен колебался, соглашаться ли на выступление в Карнеги-Холле, поскольку, не имея хита в США, группа рисковала выступить в полупустом зале, если не хуже».

 

Спенесер Лей: «Сид Бернстайн изучал политику в Новой школе в Гринвич-Виллидж. Преподаватель поручил классу читать каждую неделю британские газеты, чтобы наблюдать, как в них освещается политика Великобритании. Примерно в сентябре 1963 Бернстейн заинтересовался упоминаниями о «Битлз», покоривших страну. Он не слышал их пластинок, но его инстинкт подсказал ему, что нужно сделать. Поскольку «Дженерал Артистс Корпорейшн» не проявила никакого интереса, Бернстайн связался с менеджером «Битлз», Брайеном Эпстайном от своего имени. Он предложил организовать выступление «Битлз» в престижном Карнеги-Холле».

 

Сид Бернстайн: «То, что «Битлз» были неизвестны в Америке, работало на мою пользу. В Карнеги-Холле придерживались политики не приглашать туда рок-группы, но они не знали, кем были «Битлз», когда я с ними договаривался».

 

Спенесер Лей: «В то же время Бернстайн договаривался о выступлениях Ширли Бэсси и Тони Беннетта, так что они, возможно, согласились по ассоциации с этими исполнителями, которые их вполне устраивали».

 

Сид Бернстайн: «В «Дженерал Артистс Корпорейшн» считалось, что я специалист по музыке для подростков, а я о них никогда прежде не слышал. Да и вообще, в нашем бизнесе англи­чане никого не волновали (прим. — в течение десяти лет Сид посещал вечерние курсы, где чита­лись лекции о государственном устройстве Англии. Он был слушателем вечерних курсов по программе «Цивилизация» в новой манхэттенской школе социальных исследований, где, в частности, занимался прогнозированием общественных процессов). Помню, как я пошел на лекцию Харолда Ласки. Лучшего орато­ра я никогда не слышал. Не считая Черчилля, конечно».

 

прим. — Увлечение Сида английским государственным устройством привело его к тому, что он стал читать британские газеты. В сере­дине 1963 года, просматри­вая английские газеты, в одной из них он натолкнулся на статью о знаменитых музыкантах из Ливерпуля. Упоминание о «Битлз» попадались все чаще и чаще. Тогда Сид подписался на все английские газеты, освещающие музыкальную жизнь.

 

Сид Бернстайн: «Я все время на­тыкался на этих Битлз». Английская пресса тогда просто обезумела. Парней превозносили до небес. А в штатах нет. Их пластинки у нас слышали. И я решил, что привезу их сюда. Дозвонился в Ливерпуль к Эпстайну [в феврале 1963]. Он спросил: «Что вы от них хотите? Это же самоубийство, мы не можем раскрутить их на радио!». А я и ляпнул от балды: « А может и правда?». «Вы уверены?». «Сможем, запросто!». «И где же вы их представите публике?». «В Карнеги-Холле! Как насчет 12 февраля?» — предложил я. Это день рождения Линкольна, и я был уве­рен, что смогу получить зал. Я предложил Брайену 6500 дол­ларов за два концерта. После этого мне оставалось только добыть для них «Карнеги-Холл» (В то время в «Карнеги-Холл» не пускали исполнителей поп-музыки). Я отправился в дирекцию этого театра. Надо сказать, что до этого они отказали даже Элвису [Пресли], а за год до это­го я сам попытался протащить туда Чабби Чеккера [американ­ский «король» твиста]. Сначала они холодно отнеслись к моей идее, но мне удалось внушить им, что появление «Битлз» в «Карнеги-Холле» будет способствовать международному взаимопониманию. Эти магические слова — «международное взаимо­понимание» — подействовали на них, мое предложение было принято».

 

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)




+ 62 = 66