Выступление в зале кинотеатра «Одеон», Ноттингем (Odeon Cinema, Nottingham)

12 декабря 1963 г.

 

Из прессы Скарборо 19 декабря 1963: «[В отеле «Хайлендз»] Они хорошо отдохнули, и, кажется, проспали большую часть времени», — сказал пресс-секретарь в отеле. – «Они все были очень любезными и отзывчивыми. Они мне понравились».

Новость о том, что самая известная четверка остановилась в этом отеле, медленно просочилась в город, и в среду рано утром возле отеля собралась небольшая толпа девушек – в основном, школьниц из гимназии Ковент. В руках они держали записные книжки и фотоснимки для автографов.

«Битлз подписали их все», — сказала девушка за стойкой регистрации. – «Они были очень доброжелательны. Я подписала у них одну из фотографий для себя».

 

 

63-12-12-KB31

 

Автографы, подписанные Полом Маккартни и Ринго Старром утром 12 декабря 1963 на бланке отеля «Хайлендз» (Hylands Hotel, Filey). Группа остановилась в этом отеле после выступления в Скарборо 11 декабря 1963. Автографы получил владелец отеля, который в Рожественские праздники передал их Энн Ферт (ее  родители дружили с владельцем отеля).

 

Бэрри Майлз: «Выступление в зале кинотеатра «Одеон», Ноттингем (Odeon Cinema, Nottingham), в рамках осеннего турне».

 

beatlesbible.com: «До этого группа выступала на этой концертной площадке 23 мая 1963 года. Следующее выступление состоится 5 ноября 1964».

 

 

63-12-12-KB21

 

Автографы, подписанные группой «Битлз» 12 декабря 1963 сержанту полиции, который охранял группу во время их визита в Ноттингем.

 

(условная дата)

 

Хантер Дэвис: «Турне продолжалось до 13 декабря, и некоторые дельцы с помощью имени «Битлз» сумели погреть руки на рекламе своих товаров. Фирма в Пекхаме предлагала свитер «Битлз», «предназначенный специально для битломанов, с великолепной двух­цветной эмблемой Битлз», выпущенный ведущим британским промышленником, 35 шиллингов за все удовольствие. В это время промышленники всей страны соревновались за получение права использовать слово «Битлз» для своих из­делий. В продаже появились пиджаки «Битлз» — без лацканов, чаще всего вельветовые, — по образцу того, какой начал носить в Гамбурге Стю. Завод в Бернал-Грин работал в две смены, чтобы удовлет­ворить спрос на парики «Битлз». Заказы поступали даже из Итонского колледжа и Бэкингемского дворца. Не от самой королевы, но от кого-то из обслуживающего персонала».

 

Филипп Норман (журналист): «После того, как «Битлз» выступили в программе «Воскресный вечер в Палладиуме», офис Брайена заваливали предложения на лицензирование. В течение нескольких недель он получал предложения на производство поясов, мячей, воздушных шаров, покрывал, пуговиц, пирожных, конфет, игральных карт, точилок для карандашей, полотенец, зубных щеток, фартуков, подставок для пластинок, блокнотов, всякого рода одежды и, конечно же, париков «Битлз». Брайен знал наверняка, что битлы не собираются наживаться за счет своей популярности. Он не потерпит ни дешевых гитар «Битлз» с пластиковыми струнами, ни коробочек для завтрака, в которых лежит мокрый бутерброд с тунцом. Продукция с именем «Битлз» будет стоить дорого, но она будет лучшего качества.

Поначалу контора Брайена сама стала заниматься торговыми предложениями, решая, каким оказать предпочтение, а какие отвергнуть. Но вскоре Брайен заскучал среди кукол и париков и начал осматриваться в поисках кого-нибудь, кто бы взял посредничество на себя. Он навел справки в Лондоне, ища человека, которому можно довериться. Брайену был нужен поверенный, который был бы одновременно конфиденциальным и официальным советником, и все расспросы неизменно приводили его к фирме Дэвида Джекобса. Брайен, разумеется, уже и раньше слышал о Дэвиде Джекобсе, знаменитом рыжеволосом поверенном, чьи дела так тщательно освещались прессой Флит-Стрит. Клиентами Джекобса были Даяна Дорс, Джуди Гарлавд, Лоуренс Харвей, и его часто фотографировали не за столом в конторе, а в дорогих ресторанах или выходящим из лимузина под руку с какой-нибудь звездой мирового уровня. Джекобс как нельзя лучше соответствовал ситуации. Ростом в шесть футов два дюйма, всегда с густым ярко-оранжевым слоем грима на лице. Волосы были зачесаны назад артистической волной, пряди волос переходили в неестественно черный цвет, словно их покрыли гуталином. Шутили, что Дэвид Джекобс очаровывает судей и присяжных не только юридической экспертизой, но и ошеломляющим гримом.

Дэвид Джекобс боготворил Брайена Эпстайна и взял его под свое крыло. У молодых людей было очень много общего. Обе семьи занимались мебельным бизнесом, оба родились и воспитывались в богатстве, и у обоих были еврейские мамы, которые их обожали. Оба были гомосексуалистами. Дэвид Джекобс стал главным поверенным Брайена. С той поры все официальные решения принимались после консультации у Дэвида Джекобса, и именно юридическая контора Джекобса взяла на себя задачу сортировать коммерческие предложения. Он посоветовал Брайену учредить независимую компанию, которая занималась бы торговыми делами, а Брайен и «Битлз» просто получали бы проценты от прибыли».

 

Питер Браун (помощник Брайена Эпстайна): «Дэвид Джекобс стал главным поверенным Брайена. Юридическая контора Джекобса взяла на себя задачу сортировать коммерческие предложения».

 

Филипп Норман: «Обязанностью Джекобса стало не только пресечение нарушений авторских прав, но и выдача по своему усмотрению новых лицензий на производство товаров. Этим он занимался в своем офисе на Пэл-Мэл. Но так как Дэвид Джекобс, в свою очередь, тоже был сильно занят раз­личными общественными и официальными делами, задачу оценивания дизайнов, стратегии производства и возможного дохода он поручил своему старшему клерку Эдварду Марку. Это быстро принесло свои неудобства. Среди прочих дел, которыми занима­лась «М. А. Джекобс Лимитед», было несколько исков со сто­роны родственников погибших пассажиров круизного судна «Лакония». Приемная, где ожидали своей очереди эти скорбя­щие и обездоленные, служила также своеобразным складом для груд «битловских» гитар, пластмассовых ветряных мельниц и наборов цветных мелков. Мистер Марк, хотя и был добросовестным чиновником, мало что понимал в мануфактурном деле. Поэтому Дэвид Джекобс вел поиски кого-либо, кто бы взял на себя это утомительное занятие по деланию миллионов.

Его выбор пал на Ники Бирна, с которым он познакомился на вечеринке. Действительно, Бирн был заметной фигурой на вечеринках и сам нередко устраивал их в своей роскошной квартире в Челси. Маленький, игриво изящный, в высшей сте­пени убедительный, он был сыном деревенского сквайра, одно время служил в конной гвардии и был жокеем-любителем. Его истинным занятием была принадлежность к «Росткам Челси», этой субкультуре дебютантов света, богемцев, наследниц и оча­ровательных невежд, которые с середины 50-х расцветали во­круг и около Кингз-Роуд.

В целом Ники Бирн не был безупречным кандидатом. В своей крайне разнообразной жизни он соприкасался как с ми­ром шоу-бизнеса, так и торговли. В 50-е годы он возглавлял «Кондор Клаб», в котором был открыт Томми Стил. Его жена Кики — с которой он недавно разошелся — была довольно из­вестным модельером и имела свой пользующийся успехом магазин в Челси.

Джекобс предложил Бирну заняться торговыми операциями под эгидой «Битлз» как в Европе, так и во всем мире».

 

Ники Бирн: «В то время Брайен Эпстайн не имел веса в мире бизнеса. Никто не знал, кто имел право давать лицензии на производство «битл-товаров», а кто нет. Я связался с Кики, моей бывшей женой, чтобы узнать, что она думает по этому поводу. Я упомянул эту «шмоточную» фирму в Сохо, которая намеревалась выпускать «битловское снаряжение». Кики сказа­ла: «Подожди-ка минуту». Она получила письмо от фирмы в Центральной Англии, которая просила ее разработать точно такие же вещи для них».

 

Питер Браун: «Итак, Ники Бирн согласился создать компанию под названием «Стрэмсакт», которая будет стоять на страже торговых прав «Битлз». Филиал под назва­нием «Злтиб» (прим.- «Битлз» наоборот) будет охранять эти права в Америке. Дэвид Джекобс заручился доверенностью Брайена на подписание контрактов в его отсутствие.

Пять партнеров — все младше Ники Бирна — составляли штат «Стрэмсакта» и «Злтиба». Один из них, 26-летний Джон Фентон, ранее уже заключал собственные торговые сделки при посредстве Дэвида Джекобса. Двое других — Марк Уормэн и Саймон Миллер-Мандэй, соответственно 20-ти и 22-х лет, были просто друзьями Ники, которые были с ним любезны во время его разрыва с Кики.

Наиболее колоритным «новобранцем» Ники Бирна, помимо его самого, был 23-летний лорд Переграйн Эллиот, наследный граф Сент-Джеменс, владелец поместья в 6 тысяч акров в Корнуолле. Рекомендацией лорду Переграйну послужило то, что он делил квартиру с Саймоном Миллер-Мандэем. Несмотря на то, что он был крайне богат, лорд горел желанием накопить капитал, достаточный для переустройства его родового замка Порт-Эллиот. Вложив в дело тысячу фунтов стерлингов, его светлость должен был получать 20% от доходов компании.

Лишь шестой партнер, Мэлкольм Эванс, имел какую-то оп­ределенную профессию — младший студийный менеджер телекомпании «Ридифьюжн». Эванс познакомился с остальными на вечеринке у Ники Бирна, кульминацией которой было толкание рояля по улицам Челси».

 

Мэлкольм Эванс: «Однажды Ники привез на вечеринку весь оркестр Каунта Бэйси. Я помню, как им подыгрывал целый отряд волынщиков из казарм, нахо­дившихся через дорогу».

 

 

63-12-12-SB21

 

Карикатура в газете «Дейли Экспресс» от 12 декабря 1963: «Боюсь, что многие мамочки и папочки хотят получить альбом «Битлз» на Рождество».

 

 

63-12-12-SB31

 

Реклама в «Рекорд Ритейлер» 12 декабря 1963: «Время вечеринок… встречайтесь с альбомами».

 

 

 

 

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)