Триумфальное выступление «Битлз» в зале «Лизерленд»

27 декабря 1960 г.

 

Бэрри Майлз: «Выступление в здании муниципалитета «Лизерленд» (Litherland Town Hall), где они были представлены как «Прямо из Гамбурга» (Direct from Hamburg)».

 


60-12-27-BC21

 

Нил Аспинал: «Их стали приглашать в другие клубы, число поклонников росло».

 

Синтия: «Вскоре их пригласили выступить в зале городской ратуши Лизерленда, неподалеку от Ливерпуля».

 


60-12-27-BC41

В этом здании располагался танцевальный зал «Лизерленд».

 

beatlesbible.com: «Это выступление было организовано Бобом Вулером. С «Битлз» его познакомил Алан Уильямс».

 

Джордж: «Нам устроили выступление. Алан Уильямс свел нас с неким Бобом Вулером, конферансье из дансинга».

 

beatlesbible.com: «Некоторое непродолжительное время Боб Вулер работал в клубе Уильямса «Топ Тен», названного так в честь гамбургского клуба. Ливерпульский клуб сгорел через неделю после открытия при загадочных обстоятельствах, оставив Вулера без работы».

 

Боб Вулер: «Один промоутер из северной части Ливерпуля, Брайен Келли, оказал мне помощь, и я работал на его сеть танцзалов».

 

Филипп Норман: «Брайен Келли, нанятый «Кампанией доков и порта», был довольно меланхоличным человеком и не испытывал особого эн­тузиазма по отношению к рок-н-роллу. Для Келли это было делом элементарной математики: вы снимаете зал за пять фун­тов и, набив его танцующими по три шиллинга с носа (два шиллинга пять пенни до восьми вечера), получаете прибыль. Жак устроитель танцев он обладал одним большим преимуще­ством — не обращал внимания на рвоту. Многие приходили на танцы в середине вечера, после закрытия пабов».

 

beatlesbible.com: «У Вулера состоялся с группой разговор, во время которого они поинтересовались, не мог ли он организовать им какие-либо выступления. Вулер связался с промоутером Брайеном Келли, который поначалу отказался приглашать «Битлз», поскольку в мае они подвели его, не появившись на концерте, уехав на гастроли с Джонни Джентлом».

 

Бэрри Майлз: «Это выступление под девизом «Добро пожаловать домой» было организовано Бобом Вулером совместно с Брайеном Келли (который, по-видимому, простил им срыв выступления 21 мая)».

 

Билл Харри: «После их выступления 14 мая в перерыве, Келли нанял их на субботу 21 мая. Несмотря на то, что они фигурировали на афише, на концерт они не явились. Вместо этого они отправились в турне по Шотландии акомпанировать Джонни Джентлу, не поставив при этом в известность Брайена Келли. В результате, последний не нанимал их больше в течение нескольких месяцев, пока его не уговорил Боб Вулер».

 

Боб Вулер: «Они вернулись из Гамбурга, и у них не было работы. Мона Бест предоставила им возможность выступать в клубе «Касба», но она не могла обеспечить им длительность пребывания, и я обеспечил им ряд выступлений у Брайена Келли. Это было во вторник, 27 декабря 1960 в Бикее (Beekay), на танцах Брайена Келли. Я был рад, что обеспечил им заказ».

 

Брайен Келли: «На Рождество мне позвонил Боб Вулер и сказал: «Я нашел для тебя группу в «Джаккаранде», и они свободны [для выступлений] (прим. – ранее Келли позволил им выступить «на так называемом прослушивании» 14 мая, и нанял их на 21 мая, но, возможно он их просто не запомнил). Они хотят 8 фунтов. Подойдут?». Боб сообщил мне, что они называются «Серебряные жуки» и играют в «Касбе».

 

Боб Вулер: «Я попросил восемь фунтов, и Брайен [Келли] чуть не осел, потому что он был скрягой, но тогда большинство промоутеров были такими. Он предложил четыре, и мы сошлись на шести, что составляло по одному фунту на человека – пять «Битлз» и один водителю».

 

Брайен Келли: «В итоге, мы сошлись на 6 фунтах».

 

Боб Вулер: «Свои десять процентов я не взял».

 

beatlesbible.com: «В конце концов, Келли согласился заплатить группе 6 фунтов-стерлингов за концерт в зале «Лизерленд». На афише они были представлены с группами «Дель Ринес» (Del Renas), «Искателями» (The Searchers) и «Дельтонс» (Deltones)».

 

Дэйв «Джеймо» Джеймсон (Dave «Jamo» Jamieson): «Следующий [после 14 мая] раз местный промоутер Брайен Келли организовал выступление «Битлз» 27 декабря 1960 года, когда Боб Вулер уговорил его нанять «Битлз» после их возвращения из Гамбурга. С неохотой, но Келли договорился с ними на выступление. На афише таккже значились следующие группы: «Дельтонс», «Дель Ринес» и «Искатели».

 

Филипп Норман: «Огромная толпа заполнила зал. Все жаждали увидеть группу, которую Боб Вулер с пафосом отрекомендовал, как «прибывшую прямо из Гамбурга». Поэтому все думали, что это должны быть немцы».

 

Алан Уильямс: «Когда они вернулись в Англию, все афиши пестрели надписями «Битлз» — прямиком из Гамбурга». Им буквально прилепили ярлык: «Прямо из Германии». В Ливерпуле считали, что «битлы» из Германии».

 

Джордж: «Боб Вулер послушал нас и заказал афишу: «Прямо из Гамбурга — «Битлз». Может быть, мы выглядели как немцы, ведь мы отличались от всех своими кожаными куртками».

 

Пол: «Все мы оделись в черное, привезенное из Гамбурга».

 

Джордж: «Мы, наверное, и в самом деле были похожи на немцев. В кожаных штанах, ковбойских сапо­гах — ни одна группа так не одевалась».

 

Фэрон Раффли (группа «Большая тройка»): «На мне был белый костюм, моя отличительная особенность, а эти парни были неряшливы. У Пола был коричневый твидовый пиджак. У них у всех были дурно пахнущие кожаные штаны, и они, действительно, воняли. Они были полным безобразием».

 

Тони Колдуэр (первый пресс-секретарь «Битлз»): «Когда они вернулись из Гамбурга, на них были надеты кожаные брюки. Они были очень грязными, но это были отвязные, настоящие крутые парни».

 

Силла Уайт [в будущем Силла Блэк]: «Я терпеть их не могла. По-мое­му, они были слишком грязными, неопрятными. Одева­лись они ужасно — все эти дурацкие мотоциклетные куртки с заклепками. Я не хотела иметь с ними ничего общего».

 

«Род Мюррей (сосед по комнате Стю Сатклиффа): «Они выглядели очень колоритно».

 

Майкл Маккартни: «Любопытны афиши того времени — Боб Вулер: «Завтра, завтра!!! Сенсаци­онные «Битлз»! Восхитительная группа! Биг-бит! Приходите пораньше и при­водите друзей!».

 

прим. — широко известный факт с рукописными объявлениями «Битлз» — только что из Гамбурга» объясняется тем, что Брайен Келли включил группу в программу в последний момент, когда анонсировать их выступление в газетах было уже поздно.

 

Фэрон Раффли (группа «Большая тройка»): «Включение «Битлз» [в список исполнителей] было идеей, пришедшей слишком поздно в голову ди-джея Боба Вулера».

 

Тони Брэмуэлл (гастрольный администратор): «Рядом с нами жила девочка по имени Полин. Её парнем был Джерри Мэрсден. И него была группа под названием «Джерри Мэрсден и Марсиане» (Gerry Marsden And The Mars Guys), которые потом стали «Джерри и Лидеры» (Gerry & The Pacemakers). Они, вроде как, были главной группой в Ливерпуле. Когда они выступали, я встречался с ним и нес его гитару, чтобы бесплатно пройти на концерт, хотя в те дни это стоило всего пол доллара. Но для карманных денег и этого было много. Я поступал так в течение года или двух.

Они [«Битлз»] выступали в Гамбурге, и об этом написали в местной газете: «Прямо из Германии: Битлз». Поэтому я высказал предположение, что это, по-видимому, немецкая группа. Так что, я сел в автобус, и поехал их увидеть. А там был Джордж [Харрисон], который сидел со своей гитарой. Они играли в Ратуше Лизерлэнда. Я сказал: «Прекрасно!». Я взял его гитару, чтобы войти бесплатно».

 

Филипп Норман: «Среди зрителей находился младший брат Пита Беста, Рори, со своим другом Нилом Аспиналом — студентом-экономистом, который снимал комнату у Бестов. Худощавый и серьезный, Нил никогда особенно не интересовался рок-н-роллом. Сюда он пришел потому, что Рори сказал, что будет очень неплохо».

 

Джошуа М.Грин: «Как только я объяв­лю ваши имена, — сказал ребятам Вулер, — приступайте». Занавес открылся, и Вулер успел произнести лишь одну фразу: «Прямо из Гамбурга».

 

Бэрри Майлз: «За 6 фунтов-стерлингов «Битлз» отыграли свою обычную для Гамбурга программу».

 

Фэрон Раффли (группа «Большая тройка»): «Перед тем, как отправиться в Гамбург, «Битлз» были дерьмом, но я никогда не забуду тот вечер в «Лизерлэнде», когда они вернулись. В это время я болтал с девушками в задней части зала. Боб объявил: «Прямо из Гамбурга, Битлз», и они начали с «Долговязой Салли» (Long Tall Sally), которую пел Пол. Я никогда этого не забуду. Она звучала так резко и пронзительно. Они исполняли эту песню очень громко».

 

Пит Бест: «Гитара «Рикенбэкер» [купленная в ноябре в Гамбурге] была той, в которую Джон влюбился, и когда он вернулся с ней [из Гамбурга в Ливерпуль], то все в Ливерпуле оборачивались, восклицая: «Боже, как Джон играет? Мы никогда раньше не видели ничего подобного». Некоторые музыканты спрашивали его, сделана ли она по особому заказу, и он объяснял, что просто купил ее в магазине».

 

Джордж: «Мы странно выглядели, да и играли не так, как другие».

 

Пит Бест: «Когда мы вернулись из Германии, я играл на моем бас-барабане очень громко, и держал очень жесткий бит. Это было неслыхано в Ливерпуле в то время, поскольку все группы играли в стиле группы «Тени». Даже Ринго из группы Рори Сторма скопировал наш бит, и я это делал задолго до того, как большинство барабанщиков в Ливерпуле стали играть в таком стиле. Этот стиль характеризовался большой громкостью, которую мы производили».

 

Джон: «Это сделал Гамбург и только в Ливерпуле мы осознали разницу и увидели, что произошло».

 

Хантер Дэвис: «Оглушительный звук, топот, гро­хот впервые в их концертной жизни вызвали беспорядки. Реакция публики была неистовой. Когда Пол заиграл «Договязую Салли», все непроизвольно бро­сились к сцене».

 

Фэрон Раффли (группа «Большая тройка»): «Толпа обезумела, и девушки из задней части зала бросились к сцене, оставив меня одного. Они начали визжать, такого я еще не видел».

 

Пит Бест: «Детишки просто с ума посходили».

 

Нил Аспинал: «До поездки в Гамбург «Битлз» были обычной местной груп­пой, но на этом концерте творилось нечто непонятное, когда Пол запел «Договязую Салли», девчонки в зале подняли такой визг, какого мне еще слышать не приходилось, они орали от вос­торга и рвались на сцену».

 

Брайен Келли: «Все-все, сколько было в зале зрителей, хлынули к сцене. Танцплощадка позади осталась совершенно пустой. «Ай-яй-яй, — сказал я себе. — Я мог бы иметь с этого в два раза больше».

 

Хантер Дэвис: «Четыре месяца неустанных тренировок в Гамбурге превратили не более чем средний, местно­го значения ансамбль в мощную рок-группу».

 

Джордж: «Короче говоря, наше выступле­ние произвело эффект разорвавшейся бомбы».

 

Джон: «Тогда мы впервые подумали, что играем хорошо».

 

Фэрон Раффли (группа «Большая тройка»): «У Пола была гитара красного цвета с тремя струнами, и она даже не была подключена. Джон вдарил по своему усилителю молотком, чтобы он заработал. Что, черт возьми, происходит?».

 

Род Мюррей (друг Стю Сатклиффа): «Они играли для поклонников, потому что любили их».

 

Синтия: «На сцене «Битлз» вели себя примерно так же, как в Гамбурге, — прыгали, скакали и растягивали до бесконечности свои песни».

 

Пит Бест: «Джон вообще вытворял на сцене черт знает что: заканчивая петь боевик Рэя Чарлза «Что такого я ска­зал?» (What’d I Say), обычно подпрыгивал вверх и делал такой прыжок, что у него лопались джинсы»..

 

Фэрон Раффли (группа «Большая тройка»): «У Джона были разорванные джинсы».

 

Пит Бест: «Это тоже стало непременным атрибутом наших последующих концертов. Наши постоянные поклонники все­гда ждали, когда Джон еще раз порвет свои многострадальные, специально зауженные джинсы. Откровенно говоря, мы тоже всегда ждали этого, и Джон добросовестно прыгал и джинсы лопались по шву… публика просто ревела всякий раз от восторга».

 

Фэрон Раффли (группа «Большая тройка»): «Они были разноплановы. Пол пел «О, душа моя» (Oh My Soul) и «Долговязую Салли», тогда как Джон исполнял «Танец на улице» (Dance in the Street) Джина Винсента, Джордж песню «Каждая хочет быть моей крошкой» (Everybody’s Trying To Be My Baby), и потом они все вместе пели «Поиск» (Searching). Ни одна из групп так не делала. У них [других групп] был один солист и сопровождающие его вокалисты, а у этих трое солирующих, и затем пение вместе на три голоса. Тем не менее, тогда я произнес свою известную цитату: «Они никогда не войдут в историю» (They’ll never last). Насколько сильно я ошибся? Скажу, что мир никогда не видел настоящих «Битлз», величайшую рок-н-ролльную группу из всех известных».

 

Тони Брэмуэлл (гастрольный администратор): «Они [«Битлз»] совершенно отличалось от всех других, и здорово играли рок-н-ролл, отличающийся от того, что мы слушали. Как бы другой стиль рок-н-ролла. «Джерри» играли «кантри-энд-вестерн» с небольшим количеством рок-н-ролла. Другие ливерпульские группы были немного похожи на шоу-группы, с заученными движениями. И так далее. Не так уж и блестяще, на самом-то деле. Но внезапно на сцене появились пять парней, чертовски потрясающие, исполняющие мощно, в натуральном выражении, настоящий рок-н-ролл. Это был их первый концерт в Ливерпуле как группы «Битлз».

 

Хантер Дэвис: «Подростки, устроившие беспорядки в тот вечер и продолжавшие буйствовать на следующих представле­ниях, считали их немцами».

 

Джордж: «Люди подходили к нам и говорили: «О, вы хорошо говорите по-английски».

 

Пол: «Ливерпульские девушки постоянно спрашивали пас: «Вы немцы?» Или говорили: «Я слышала, что вы из Гамбурга».

 

Хантер Дэвис: «Когда они раздавали автографы или вступали в разговор, со всех сторон неслись удивленные воскли­цания: «Как хорошо вы говорите по-английски!».

 

Аллан Уильямс: «И девушки часто говорили, в особенности, Полу: «Для немцев вы очень хорошо говорите по-английски!» В Англии о них никто не знал».

 

Джон: «Внезапно мы стали популярными. Хотя семьдесят процентов слушателей считали, что мы немцы, нас это не заботило. Даже в Ливерпуле мало кто знал, что мы здешние. Все думали, что мы из Гамбурга, и удивлялись: «А они здорово говорят по-английски!» Еще бы, ведь мы родились в Англии!».

 

Синтия: «На тот момент это была самая большая аудитория, перед которой ребятам когда-либо приходилось выступать, и прием им был оказан самый горячий».

 

Бэрри Майлз: «Их программа произвела потрясающий эффект на юную аудиторию».

 

Джордж: «Мы действительно многим тогда понравились».

 

Джон: «В тот вечер мы наконец выбрались из своей скорлупы и дали себе волю. Впервые нас принимали так бурно. Именно в тот момент мы поняли свою цену. До самого отъезда в Гамбург мы думали, что играем лишь, неплохо, но недостаточно здорово. Только вернувшись в Ливерпуль, мы поняли, как выросли, и увидели, во что превратились. Все остальные по-прежнему играли всякую дрянь из репертуара Клиффа Ричарда».

 

Джордж: «В Анг­лии были популярны «Клифф Ричард и Тени». Они выходили на сцену в серых костюмах, при галстуках и с носовыми платками, а мы все еще играли вещи Джина Винсента, Бо Диддли и Рэя Чарльза».

 

Джон: «Все это сделал Гамбург, именно там мы развернулись. Чтобы завести немцев и не отпускать их двенадцать часов подряд, надо было врубать изо всех сил. Остань­ся мы дома, из нас не вышло бы ничего путного. В Гамбурге мы пробовали все, что приходило в голову. Подражать было некому. Мы играли то, что нам больше всего нравилось. А немцам — чем громче, тем лучше. Но только в Ливерпуле до нас дошло, какая разница между нами и всем этим дерьмом вроде Клиффа Ричарда».

 

Аллан Уильямс: «Без Гамбурга «Битлз» не состоялись бы. Там они освоили свою профессию — «битломания» началась не на пустом месте, а после того, как они вернулись из Гамбурга и продемонстрировали высокий класс игры, которого тогда в Ливерпуле не было».

 

Боб Вулер (из статьи в «Мерси Бит»): «Как вы думаете, почему «Битлз» так популярны? Они возро­дили во всей своей первозданности музыку рок-н-ролла, истоки которой уходят в негритянскую песенную традицию Америки. Они нанесли удар по эстраде, выхолощенной певцами типа Клиффа Ричарда, сменивших вялой безжизненностью прежний напор. Исчезла искра, которая воспламеняла чувства. «Битлз» взо­рвали эту опостылевшую сцену. Материей «Битлз» стал вопль. Они вопили оглушительно, в сильнейшем возбуждении, надрывая слух и душу, олицетворяя бунт молодости.

Будучи, по существу, скорее вокалистами, чем инструмента­листами, «Битлз» мыслили совершенно независимо и пели все, что им заблагорассудится, ради удовольствия, славы и денег. На престижных гамбургских гастролях они приобрели опыт. Они несут звуковую мощь, магнетическое обаяние личностей, — возьмите хотя бы Пита Беста в его яростном великолепии удар­ника, своего рода Джеф Чандлер — подросток. Талантливое вла­дение удивительными по разнообразию голосами и вместе с тем простое и наивное, звучание этих голосов в разговоре. Революцию ритма. Действо, которое от начала до конца являет собой нескончаемую цепь кульминаций. Культ сильной личности. Это безусловный феномен, бросающий открытый вызов менедже­рам. Вот что такое потрясающие «Битлз». Не думаю, чтобы такое явление когда-нибудь повторилось».

 

Синтия: «Из рядового ансамбля они превратились в шоу-группу со своим индивидуальным стилем и звучанием. Некий местный репортер тогда написал, что «Битлз» «взорвали увядающую рок-сцену». Очень меткое выражение: своей неуемной энергией, юмором и буйной, страстной музыкой они производили столь ошеломляющий эффект, что ливерпульские подростки захлебывались от восторга, требуя еще и еще».

 

Джордж: «Мы выглядели нестандартно и играли по-своему. Успех был огромным».

 

Джон Кеннеди (группа «Кингсайз Тейлор и Домино»): «Это было блестящее выступление. В них было что-то необузданное и чувственное».

 

Джон Макнелли (группа «Искатели»): «Они играли рок-н-ролл как американцы, только ещё более необузданно и с ливерпульским акцентом. Мы оставались далеко позади с нашим жестяным звуком».

 

Билл Харри: «Я не думаю, что сегодня подростки испытывают подобные ощущения. Сегодня у них слишком большой выбор. В то время такие музыканты, как «Битлз», или Рори Сторм, или группа «Ураганы», или же «Большой Тейлор» (Kingsize Taylor & The Dominoes) занимали все наше внимание, потому что создавали просто невероятную музыку, от которой буквально захватывало дух».

 

Брайан Келли (организатор концерта): «Эта была первая пo-настоящему громкая группа в Мёрсисайде».

 

Боб Вулер: «Впечатление было настолько огромное, что Брайен Келли раскрыл свой дневник и записал их на несколько дат за 7 фунтов 10 сентов, 30 шиллингов (полтора фунта) на человека».

 

Брайен Келли: «Их первое выступление совершенно меня вынесло. У них был грохочущий, пульсирующий бит, который, как я понял, соберет хорошую кассу. Когда они закончили играть, я приставил нескольких вышибал перед дверью их раздевалки, чтобы они не пускали других промоутеров, которые были в зале».

 

Боб Вулер: «Он поставил вышибалу в дверях, которые вели за кулисы, чтобы не дать возможность любым другим промоутерам добраться до «Битлз».

 

Джон: «Помню, мы выступали в одном зале, народу набилось столько, что яблоку негде было упасть. «Наверняка пришли какие-нибудь менеджеры, — говорили мы друг другу, — теперь у нас будет куча работы». Нам и в голову не приходило, что именно администрация нагнала в клуб толпу вышибал, чтобы они не дали другим менеджерам проникнуть на наше выступление. В результате никто к нам не подошел, кроме одного парня как раз из администрации этого дансинга».

 

Брайен Келли: «Я зашел внутрь, и договорился с ними на несколько месяцев вперед».

 

Джон: «Он [Брайен Келли] сказал, что мы ему понравились, и предложил нам дать целую серию концертов по 8 фунтов за вечер — на пару фунтов больше, чем мы получали! Мы дико обрадовались».

 

Бэрри Майлз: «Сразу после концерта Брайен Келли договорился с ними еще на 36 выступлений, с оплатой от 6 до 8 фунтов-стерлингов за концерт. Он сделал это еще до того, как какой-либо другой организатор концертов мог установить с ними контакт».

 

Синтия: «В итоге к концу вечера им предложили подписать контракт еще на один концерт. К их собственному удивлению, в Ливерпуле дела у ребят всерьез пошли в гору».

 

Боб Вулер: «Их первое выступление меня просто ошеломило. У них был жёсткий пульсирующий бит, и я сразу понял, что с такой музыкой я сделаю хорошую кассу».

 

Хантер Дэвис: «Начиная с 1961 года «Битлз» могли бы зарабатывать гораздо больше, потому что спрос на их группу повышался с каждым днем и постепенно они стали обходить лидера ливерпульских групп Рори Сторма («Мистера Шоумейкера», как его назы­вали). Но у «Битлз» по-прежнему не было ни менеджера, ни истин­ного представления о себе. Они просто не знали себе цену».

 

Джордж: «Мы не сразу поняли, что стали лучше всех групп. Как-то вдруг заметили, что собираем повсюду толпы народа. Люди окружали нас, стремились познакомиться, они приходили на наши концерты не для того, чтобы просто по­танцевать».

 

Пит Бест: «После выступления мы обнаружили, что они еще и разри­совали мелом наш фургончик, — тоже впервые».

 

Кингсайз Тэйлор Бобби Томсон (группа «Домино»): «Я видел, что они станут великими, и я хотел, чтобы это произошло. Это было необыч­ное ощущение. Все любили их».



Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)