Бруно Кошмидер вербует музыкантов в лондонском клубе «Ту айс»

29 мая 1960 г.

 

Бэрри Майлз: «Группа «Серебряные Жуки» вернулась в Ливерпуль, усталая, измученная и такая же бедная, как в тот день, когда они уезжали, но они получили свой первый гастрольный опыт рок-н-ролльной группы».

 

Полина Сатклифф: «Из Шотландии ребята вернулись еще более удрученные, чем до поездки. Наша мать была вынуждена выслать Стю некоторое количество денег, чтоб они могли добраться до Ливерпуля».

 

Алан Уильямс: «Возвращаясь с гастролей, «Битлз» прибыли на станцию Лайм-Стрит в пять часов утра».

 

Синтия: «Ребята вернулись с гастролей полностью вымотанными, грязными. Они видеть больше не могли свой автобус, но были по-настоящему опьянены успехом. Им приходилось играть в танцевальных залах, в каких-то ночных клубах и еще черт знает где, но везде их принимали на «ура». На этих гастролях у них впервые в жизни попросили автографы. Они в первый раз почувствовали себя звездами — и это приводило их в восторг».

 

Алан Уильямс: «Томми с пятью фунтами в кармане вернулся самым состоятельным из них. У всех остальных и вместе не набралось бы такой же суммы».

 

Росс Бенсон: «Сра­зу после неудачного турне по Шотландии Мур, не ска­зав ни слова, ушел из ансамбля».

 

Томми Мур: «Я был сыт по горло этим Ленноном. Мне кажется, он был не совсем нормальным. Ему нравилось смотреть на драки, которые вспыхивали в танцзалах между соперничавшими бандами. Он всегда кричал: «Эй, глянь вон на того парня! Ух, классный удар!». Он получал от этого какое-то садистское наслаждение. По крайней мере, он показывал это всем своим видом. Когда мы вернулись в Ливерпуль и ребята отправились попить чайку, я отказался. Я пожелал им удачи и взял кэб до дома. Леннон меня достал. Я был сыт им по горло».

 

Филипп Норман: «На Лайм-Стрит Томми быстро распрощался и отправился к себе домой на Смитдаун Лейн, где его ожидала подруга. «Ну, и сколько ты привез?» — спросила она. Я ответил: «Всего лишь пару фунтов…». «Пару фунтов?!» — завопила она. — Ты соображаешь, сколько мог бы заработать за эти две недели, оставшись в Гарстоне?!».

 

Джордж: «Шотландия пробудила слабые надежды, мелькнули первые проблески профессиональной работы. Мы возвратились в Ливерпуль, и все надежды рухнули. Если мы получали больше двух приглашений в неделю, то уже были в восторге. Нам удавалось заработать не больше 15 шиллингов за вечер и, конечно, сколько душе угодно яиц, бутербродов и кока-колы».

 

Синтия: «Все эти две недели я безумно скучала по Джону. Однако он регулярно посылал мне почтовые открытки, и у меня появилось больше времени для того, чтобы подтянуть мои хвосты в колледже: на носу были экзамены, и мне очень хотелось сдать их хорошо.

Встретившись, мы с Джоном не могли дождаться, когда нам дадут остаться наедине, и в итоге отправили Стюарта погулять на пару часов. Мы наконец занялись любовью, но вдруг я ощутила острую резь в животе, так что даже закричала от боли.

Джон серьезно забеспокоился: я корчилась от спазмов и умоляла его отправить меня домой. Мы оделись, и он проводил меня на станцию, где я кое-как вскарабкалась в вагон подошедшей электрички. Как только я вошла в дом, мама, увидев мое бледное, осунувшееся лицо, вызвала «скорую». Это оказался аппендицит, и я на две недели застряла в больнице».

 

(условная дата)

 

Дэйв Ди: «В Германии завершалась эра джаза, его постепенно вытеснял американ­ский рок-н-ролл».

 

Алан Клейсон: «Бастионы тевтонского джаза, как «Стар Палост» в Киле и «Сторивилл» в Кельне, капитулировали под на­тиском рок-н-ролла, уступив место небольшим пив­ным подвальчикам. Особенно широкое распростра­нение это новое явление получило в Гамбурге, круп­нейшем морском портовом городе Германии».

 

Дэйв Ди: «Приглашать звезд из США обхо­дилось бы немцам чрезвычайно дорого, зато под боком у них англичане копировали американцев, и это получалось у них весьма неплохо. Английские группы приезжали в Германию на два-три месяца и играли за двадцать фунтов в неделю».

 

Алан Клейсон: «Одним из первых западногерманских импреса­рио, обративших взор за Северное море, был бывший цирковой клоун по имени Бруно Кошмидер. Спонсоры отвернулись от его клуба «Кайзеркеллер» после того, как услышали там одну из местных групп, которая довольно безуспешно пы­талась копировать американский поп. Тогда-то Кошмидер, с целью восстановить потерянную репутацию, весной 1960 года приехал с переводчиком в Лондон и разыскал в Сохо бар «Ту айс» (прим. —  2 I’s — Two I’s — Two Eyes — игра слов: «два я» — «два глаза»), который, по уверениям моряков, посещавших его клубы в Гамбурге, являлся обителью британской поп-музыки».


VARIOUS


Various



Рик Хэрди (он же Рик Ричардз, группа «Джетс»): «В конце мая или в первые дни июня 1960 года немецкий владелец клуба по имени Бруно Кошмидер вылетел в Лондон, чтобы подыскать какую-нибудь британскую рок-группу для своего клуба «Кайзеркеллер», располагавшегося в Гамбурге в пресловутом районе красных фонарей на Сант-Паули. Поиски привели его в клуб «Ту айс» распологавшемся в Сохо – ближайшим лондонским аналогом Сант-Паули. Я говорю «ближайшим», потому что хотя Сохо и имел репутацию района, кишевшего преступными элементами, но по сравнению с Сант-Паули это была сонная деревня!

Кофе-бар «Ту айс» был центром рок-бизнеса в Англии. И это было удивительно, поскольку он был очень маленьким, и подвальчик, где выступали группы, вмещал не более сотни стоящих, даже если они заполняли дверные проемы. В названии после двух братьев  подразумевалось «Иранский», и хотя они им владели, но не играли никакой роли в его управлении. Тем не менее, управляющий клубом Пол Линкольн в то время был организатором большинства «мероприятий для подростков», проходивших в Англии. Поэтому, не было ничего удивительного в том, что клуб был местом тусовки для рок-музыкантов».

 

Алан Клейсон: «Кафе было маленьким и явно знало лучшие вре­мена — об этом свидетельствовали выставленные в окнах фотографии Томми, Марти, Клиффа, Адама и других, которые, скорее всего, не появлялись побли­зости с тех пор, как добились успеха».

 

Рик Хэрди (он же Рик Ричардз, группа «Джетс»): «В «Ту айс» Бруно Кошмидер познакомился с пианистом по имени Йэн Хайнз (Iain Hines), который вызвался набрать для него группу из шести человек».

 

Алан Клейсон: «Кошмидер набрал разношерстных лондонских му­зыкантов. И среди них певцов и гитаристов Тони Шеридана и Рики Ричардза из группы «Шейк Ит Дэдди». Он объединил их в ансамбль под названием «Джетс», который в течение испытательного срока должен был шесть дней в неделю играть на крошечной сцене ночного клуба «Кайзеркеллер», находившегося на улице Ди Гроссе Фрайхайт, главной магистрали района Рипербан, слывшего европейской столицей порока».

 

Рик Хэрди (он же Рик Ричардз, группа «Джетс»): «До этого Йэн возглавлял несколько групп, все из которых он называл «Джетс» (Jets — Самолеты). Таким же именем он назвал и группу, собранную для Гамбурга. История, что он придумал название экспромтом, боюсь, является всего лишь мифом! Группа, собранная для поездки, состояла из следующих участников: я (под именем Рик Ричардз) – вокал и ритм-гитара, Йэн Хайнз – фортепиано, Колин Милэндер (Кроули) – вокал и гитара, Пит Уэртон – бас, и талантливый мультиинструменталист Джимми (Дел) Уорд – вокал, ударные и клавишные. Так же был приглашен ныне легендарный Тони Шеридан, хотя большинство из нас сомневалось по поводу этого выбора, так как его обязательность и надежность уже стоила ему выступлений на телевидении. Полагаю, что на сцене он был, безусловно, лучшим ведущим гитаристом».



Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)