Джон Леннон и Пит Шоттон в школе

1 февраля 1953 г.

 

(условная дата)

 

Филипп Норман: «Первый год пре­бывания в новой школе низвел Джона и Пита Шоттона на самое дно потока «С», и Джон не предпринимал никаких попыток выка­рабкаться оттуда. Эти двое постоянно наказывались — либо словесно, либо розгами. Случалось, их «подвиги» были настоль­ко выдающимися, что о них сообщалось домой».

 

Хантер Дэвис: «Тетю Мими до такой степени расстраивали постоянные жалобы из школы, что она начала вздрагивать всякий раз, когда раздавался телефонный звонок. Ее собственные уси­лия, направленные на то, чтобы призвать Джона к порядку, давно потерпели фиаско. Как бы она его ни наказывала, все было тщетно».

 

Мими: «Я уже стала бояться телефона, который звонил по утрам и выдавал следующее: «Здравствуйте, миссис Смит, говорит секретарь «Кворри-Бэнк». «О, господи», — думала я, «Что он там опять натворил?».

 

Пит Шоттон: «Было чертовски весело делать все не так, как другие. Мы как бандиты, которых ловит полиция, постоянно были в бегах».

 

Джон: «В школе я был задирой, но умел и притворяться задиристым. Этим я часто навлекал на себя неприятности. Я одевался, как стиляга, но, когда попадал в опасные районы и сталкивался с настоящими стилягами, мне явно грозила опасность. В школе все было проще: я сам контро­лировал ситуацию и делал все, чтобы все считали меня грубее, чем есть на самом деле».

 

Хантер Дэвис: «Будучи одновременно агрессивным и постоянно насторо­же, Джон, как и все, кто старается нагнать страх на окружа­ющих, в глубине души не был храбрецом».

 

Пит Шоттон: «Обычно он хо­дил, сгорбившись и опустив голову, словно перепуганный кролик, загнанный в угол, но готовый броситься вперед».

 

Джон: «На самом деле никакой я не крутой. Но мне всегда приходилось носить маску крутого, это была моя защита от других. На самом деле я очень ранимый и слабый».

 

Пит Шоттон: «Когда он атаковал, он делал это внезапно. А если оказывался перед более сильным и смелым соперником, старался смутить его своими сарказмами и, ес­ли номер не проходил, предпочитал смотаться. Джону и Питу нередко доставалось от старшего воспитателя, знаменито­го Эрни Тейлора, но сколько бы ударов тростью ни обруши­валось на Леннона, он оставался все таким же. Более того, он стал изображать из себя этакого маргинала, которому совершенно безразлично, что он творит и как его за это на­казывают».

 

Джон: «Банда, которую я собрал, промышляла магазинными кражами и стаскивала трусики с девчонок. Когда нас ловили с поличным, попадались все, кроме меня. Иногда мне становилось страшно, но из наших родителей только Мими ни о чем не подозревала. Большинство учителей ненавидело меня всей душой. Я взрослел, наши выходки становились все отчаяннее. Теперь мы не просто тайком набивали карманы конфетами в магазинах — мы ухитрялись утащить столько, что потом перепродавали краденое, к примеру сигареты».

 

Филипп Норман: «Рой Дэвис, примерный ученик из потока «А», наблюдал за проделками Джона и Пита, когда им обоим было еще по семь лет. Он вспоминает, как Джон ухитрился сунуть жевательную резинку в руку учительнице, отчего ее пальцы слиплись всем на потеху».

 

Рой Дэвис: «Джон и Пит слыли забияками, они даже покуривали, пряча сигареты за спину».



53-02-01-BC21

Нашли ошибку в тексте или у Вас есть дополнительный материал по этому событию?



Ваше имя (обязательно)

Ваш e-mail (обязательно)

Тема

Сообщение

Прикрепить файл (максимальный размер 1.5 Мб)